Самородки Булычёва. (Путь новичка по Алисиане)

[Искандер]

Хотите спросить, образно говоря, любили бы мы Алису, если бы она была просто примерной школьницей из будущего?(Кстати, а такие книги кому-нибудь попадались?) Со знанием восьми языков, высшей математики, прикладной генетики и так далее, и тому подобное? У которой все трудности ограничиваются проблемами в учебе (девятый язык трудно дается) и взаимоотношениями с одноклассниками? А все приключения - школьными шалостями да поездками на каникулах в гости к бабушке? В тихий, абсолютно безопасный поселок где-нибудь на Луне? На мой взгляд, скорее всего, да. Уж больно Алиса, как описал ее Булычев, человек хороший. Но не соверши она своих масштабных подвигов (типа спасения целой планеты), заметить ее нам было бы труднее.

увеличивается степень страдания самой Алисы.

Больше подвиг - сильнее страх, больше тяжелого труда, пота, а то и крови. Так что тут как раз все вполне естественно, к сожалению.

[Дин-70]

Кстати, а такие книги кому-нибудь попадались?

Мне вспоминается Маша Старцева из Петрова и Васечкина и Электроник.

[Н. Светлов]

Но не кажутся ли вам эти мучения Алисы... нечестным приёмом что ли?

Мы как бы любим Алису, но при этом помещаем её в кошмарные ситуации.

Возможно, я всё-таки умудрился понять неправильно, но мне кажется, что это два совсем разных вопроса. Связывание их в один мне представляется весьма искусственным (хотя оно может быть вполне естественным для Вас).

В любом случае я попробую ответить по частям.

Начну с того, что мнение Pinhead'а я разделяю. Но у меня, кажется, есть дополнение.

1. О нечестности приёма. У меня тоже иногда возникало такое чувство, хотя я его не осознавал до конца. Прямое обращение к одному из базовых инстинктов - сопереживанию. Писательский приём. Шекспировщина (кого там цитирует Говорун?).
   
   Думаю, что личность Булычёва, писательский "конёк" Булычёва, владение приёмом свою роль всё-таки сыграли. Даже документально фиксируя факты (а я не берусь судить всерьёз, где кончаются факты и начинаются не факты), можно подать их под разным градусом сострадания, а ещё скорее можно не суметь добиться того градуса, которого добился Булычёв (Pinhead знает, как это сделано, поэтому добивается).
   
   Но по некотором размышлении начинаешь понимать, что дело не в этом. Дело в другом. Тот трагизм, о котором я писал, - это не Алисина трагедия. Или не только Алисина. Это нечто большее, в масштабах если не космических, то планетарных. И на этом фоне уставшие Алискины ножки (vs аккуратные ноготочки) - трын-трава. И слёзы Алисы - не об Алисе, не об её так хорошо начинавшейся жизни. О другом совсем. О Колеиде. О близких. О замысле, который не удалось осуществить (vs "Я успеваю улыбнуться: я видел, кто придёт за мной…" ©).
   .
2. О любви и помещении в кошмарные ситуации. Тут, мне кажется, требуется различать генезис любви к Алисе и саму любовь как таковую. Вообще, чтоб люди друг друга полюбили, требуются какие-то сближающие обстоятельства. Они могут быть драматическими. В случае с Алисой они драматические, да, хоть и литературные (по крайней мере, для нас). Но при наличии сближающих обстоятельств люди не обязательно влюбляются. Почему иной раз влюбляются, а иной раз нет? Биологи что-то там такое говорят о феромонах, о генах. Психологи - о комплементарности темпераментов и интересов. Светлов, заранее оправдывая себя оговорками о собственном невежестве, - о квантовой сцеплённости. Короче, никто ничего не знает.
   
   Не слишком ли велика тайна, на которую мы замахнулись?
   
   Но часть ответа у меня есть (хотя, быть может, я и заблуждаюсь). Бывает просто любовь, а бывает любовь, возникающая в ответ на любовь. Вот мне и кажется, что наш случай имеет отношение к этому феномену. Мы чувствуем внимание к собственным персонам, небезразличие к ним, деятельное участие в наших судьбах, - и отвечаем вниманием на это внимание, любовью на небезразличие. Возможно, это довольно глупо (ибо мы не можем проверить, кто в действительности стоит за этими эффектами), но зато естественно.

[visor]

Но не кажутся ли вам эти мучения Алисы... нечестным приёмом что ли?

Мы как бы любим Алису, но при этом помещаем её в кошмарные ситуации.

Возможно, я всё-таки умудрился понять неправильно, но мне кажется, что это два совсем разных вопроса. Связывание их в один мне представляется весьма искусственным (хотя оно может быть вполне естественным для Вас).

Поясню, что я имел в виду.
Может быть, я слишком наивен, или максималист, или отношусь к ней как слишком живому существу, но для меня эти вопросы связаны воедино.
Если ты писатель, то ты же сам придумываешь, ситуации, правильно?
И вот ты сам строишь ей козни, сам наблюдаешь, как она мучается и сам умиляешься своей любви к ней. Да не мучай ты её и не умиляйся, кто тебя заставляет?

Ответ Пинхеда: "Вы так говорите, как будто Булычев всё это выдумал" - понятен мне лишь наполовину.
Я понимаю, что из любой аксиомы можно вывести бесконечные уравнения.
Понимаю, что вглядываясь в каплю, можно увидеть космос. Древние философы так и делали: созерцали крупицы и выводили атомарное устройство мира.
Так и с Алисой. Есть некая искра, пакет информации, заряд, который не появлялся и не исчезал, а мы - пускаем его по некоторой траектории и следим за развитием событий.
Но что-то мне кажется нечисто в историях с Алисой. Может быть, я мало читал фантастики?

[Pinhead]

И вот ты сам строишь ей козни, сам наблюдаешь, как она мучается и сам умиляешься своей любви к ней. Да не мучай ты её и не умиляйся, кто тебя заставляет?

Ну а зачем вообще существует литература? Никто же никого не заставляет.

Ответ Пинхеда: "Вы так говорите, как будто Булычев всё это выдумал" - понятен мне лишь наполовину.Я понимаю, что из любой аксиомы можно вывести бесконечные уравнения.

Я всего лишь хотел сказать, что вовсе не Булычёв выдумал риск и последствия риска.

Но что-то мне кажется нечисто в историях с Алисой.

О! Правда?

[Н. Светлов]

Ответ Пинхеда: "Вы так говорите, как будто Булычев всё это выдумал" - понятен мне лишь наполовину.

Что тут непонятного? Pinhead считает, что истории про Алису практически документальны. Причём все целиком, кроме совсем уж отъявленного стёба.

И в этом мнении есть последовательность. Если принять за истину, что информация из будущего содержится в одном абзаце, то предположение о том, что другой выдуман, уже выглядит надуманным. Лишняя сущность, которую можно сократить.

Тогда, получается, писатель ничего не придумал, и вопрос снимается сам собой.

Я не принимаю (хотя и не отвергаю безапелляционно) версию о документальности Алисианы - я допускаю, что отдельные (или многие) событийные ряды могут быть эдаким кэрролловским отражением реальных событий. Так что для меня этот вопрос, вообще говоря, не снимается сам собой, из чего и проистекают мои вышеизложенные размышления.

Но что-то мне кажется нечисто в историях с Алисой.

Это кажется не только Вам. Но возможно, что это ощущение на самом деле происходит не из наблюдения над издевательствами автора над персонажем, а из сопоставления с неким архетипом. С легендой, которую Вы ещё не слышали, но которую или когда-то услышите (а квантовые свойства мышления это ловят уже сейчас), или слышали Ваши предки, или в её событиях участвовали Ваши… в общем, неважно.

Или, быть может, не с легендой, а с сегодняшней реальностью. Вот я нынче взялся почитать "Город без памяти". "Днепр". Катастрофа. Беспамятство. Вкушецы-жрецы. Поклоны-олигархи. И возникает ощущение дежавю. Не сильное, не как в СЧК, но возникает. И может быть, не потому, что кто-то что-то предвидел или предсказал, а просто потому, что в колоде всего-навсего четыре масти: как ни тасуй - получается модель реальности. Какой бы расклад ни выпал у фокусника-прорицателя - он всё равно сбудется, не сейчас - так через год или два. А мы здесь десять лет отсидели, а кто и больше.

Фишка в том, что перечень произведений, вызывающих это самое дежавю, не так обширен, как должно было бы быть исходя из теории четырёх (или вообще малого числа) мастей. Но, быть может, в этом и состоит приём: использовать в произведении не более четырёх мастей, чтоб дежавю спровоцировать? А в произведениях других авторов мастей куда больше - вот и нет дежавю?

[Pinhead]

Pinhead считает, что истории про Алису практически документальны. Причём все целиком, кроме совсем уж отъявленного стёба.

Даже если выдуманы, это дела не меняет. Что, Булычёв был первый, кто написал драматическую историю? С какой стати считать это спекуляцией? Разве в жизни не так?

[sla]

Разве в жизни не так?

Вот! Дочитал наконец то до этой фразы. События происходят в жизни у всех. Чем человек взрослее тем события серьезней. Хотя субъективно маленькому человеку события его жизни представляются чрезвычайно серьезными. Поэтому во первых восприятие прочитанного зависит от возраста прочтения, во вторых чтобы писать для детей нужно обладать особым талантом. В цикле алисианы мы наблюдаем взросление героини потому и степень трагизма возрастает. Но как я уже говорил у Булычева степень трагизма дозирована. Он "нагружает" Алису ровно столько сколько она способна вынести в данный момент ее жизни. Это можно сравнить с христианской догмой об испытаниях которые посылает нам Всевышний, чтобы душа наша росла и совершенствовалась. Согласно этой догме Бог посылает нам только те испытания которые мы способны вынести. Наверное Алиса понимает это на подсознательном уровне, поэтому она так "спокойно" ввязывается в очередные приключения. А после мы предаемся размышлению, зачем было то или иное испытание. Прчитав очередную повесть мы тоже над ней размышляем. Вообще думать рекомендует даже сама Алиса, например крокодилу Сене она прямым текстом сказала: "Думай Сеня..." ))) ... потому как жизнь штука серьезная.

В Алисе мне лично нравится сам принцип ее жизни - делай что должно и будь что будет. Хоть и не ей придуманы эти слова им она следует на сто процентов. За это ее и люблю.

[Подросший Вжик]

Вообще думать рекомендует даже сама Алиса, например крокодилу Сене она прямым текстом сказала: "Думай Сеня..." ))) ... потому как жизнь штука серьезная.

В киноалисиане!

Согласно этой догме Бог посылает нам только те испытания которые мы способны вынести.

Ну собственно, ПМСМ, алисиана закончилась в "Городе без памяти". Хех, символично вышло даже. Дальше она должна была быть студенткой. И её, повзрослевшую, нужно было бы убить.
Жертва!
А продолжения - излишне стебушные, вроде "Гостя в кувшине". Это уже какая-то альтернативная алисиана получилась, словно искривлённое отражение старой алисианы.

Что тут непонятного? Pinhead считает, что истории про Алису практически документальны.

А где марсиане тогда?
Их ведь нету. Там пустыня. Видел фотки с тех мест - "Кьюриосити" рапортовал. Орбитальные снимки качественные тоже есть.
Или они прячутся?
Или НАСА нас дурит? Опять?

Я не принимаю (хотя и не отвергаю безапелляционно) версию о документальности Алисианы - я допускаю, что отдельные (или многие) событийные ряды могут быть эдаким кэрролловским отражением реальных событий. Так что для меня этот вопрос, вообще говоря, не снимается сам собой, из чего и проистекают мои вышеизложенные размышления.

Остаётся вопрос: почему обычная 12-летняя пацанка, предположительно, конца 21-го - начала 22-го века, стала героем? Ни капитан Полосков, у которого в жизни наверняка было несравненно больше интересного - ему ведь за сорок, ни сам профессор, который, видимо изрядно помотался по Галактике.

[Pinhead]

Чем человек взрослее тем события серьезней.

Далеко не всегда так. Это так обычно, но мы имеем дело с необычными обстоятельствами и необычным человеком. Те ситуации, в которые она попадает, смертельно опасны и, зачастую, невероятно драматичны для человека любого возраста.

Но как я уже говорил у Булычева степень трагизма дозирована.

Это так. Но "нагружает" он, скорее, не саму Алису, а читателей. Пиши он для более взрослой аудитории, в тех же самых обстоятельствах появилось бы предостаточно трагизма.

Наверное Алиса понимает это на подсознательном уровне, поэтому она так "спокойно" ввязывается в очередные приключения.

В детстве многие вещи воспринимаются значительно легче.

А где марсиане тогда?

А кто Вам сказал, что это, так сказать, "коренные" марсиане? Я так всегда считал, что это люди, адаптировавшие себя для жизни в марсианских условиях. А коренные марсиане - вымершие тутексы, все следы которых под песками глобальной марсианской пустыни.

Остаётся вопрос: почему обычная 12-летняя пацанка, предположительно, конца 21-го - начала 22-го века, стала героем?

Ну вот так как-то...

[Гай-До]

Но что-то мне кажется нечисто в историях с Алисой

Такое ощущение, что Вы стесняетесь задать вопрос: а не был ли КБ латентным садистом?
Но тогда в таковые надо записывать любого писателя, режиссера, сценариста, либреттиста и половину поэтов.
У всех герои страдают, иначе неинтересно!

[Н. Светлов]

А где марсиане тогда?

У меня подобных вопросов много. Но я сам и не думаю, что здесь на самом деле возможен документализм. Даже в художественных книжках о прошлом документализма раз-два и обчёлся. Подчас целый роман вырастает из одной-двух строчек летописи или, того хуже, учебника по истории. "Таис Афинская" родилась из одного документального упоминания об афинской гетере, сопровождавшей войско Александра и ставшей будто бы потом египетской царицей. Сколько, спрашивается, бит данных достаточно, чтобы родилась вся Алисиана?

Создать атмосферу документализма - это другое дело. Это приём, один из многих в общем замысле, вовсе не обязательно принадлежащем Булычёву.

Остаётся вопрос: почему обычная 12-летняя пацанка, предположительно, конца 21-го - начала 22-го века, стала героем?

Такое и раньше случалось, и не раз.

Даже если выдуманы, это дела не меняет.

Да. В этом смысле - да.

Такое ощущение, что Вы стесняетесь задать вопрос: а не был ли КБ латентным садистом?

Такое ощущение возможно, но лишь у человека, представление которого о ViSor'е ограничивается ником и двумя-тремя сообщениями.

Но Вас я стал, как мне кажется, чуточку лучше понимать, когда Вы поделились этим ощущением. Я представил себе, какие ощущения могут быть обо мне, и мне поплохело

[Подросший Вжик]

Такое ощущение, что Вы стесняетесь задать вопрос: а не был ли КБ латентным садистом?
Но тогда в таковые надо записывать любого писателя, режиссера, сценариста, либреттиста и половину поэтов.
У всех герои страдают, иначе неинтересно!

Они не страдают. Они преодолевают трудности, испытывая на прочность свои физику тела, стойкость убеждений и крепость духа. Иногда их приносят в жертву, чтобы привлечь внимание к некоей проблеме.

Я представил себе, какие ощущения могут быть обо мне, и мне поплохело

Годика два тому назад, угодив на страницу на народ.ру с деанонимизацией некоего профессора и перечнем любопытных совпадений, ржал бы во весь голос.
Сейчас уже не до смеха.

[Гай-До]

Они не страдают. Они преодолевают трудности

Вот и Наша Прелесть тоже.

Добавлено спустя 1 минуту 41 секунду:

Я представил себе, какие ощущения могут быть обо мне, и мне поплохело

Да ничего, нормальные

[visor]

Итак. Ответ на вопрос о страданиях Алисы, и связи их с любовью к ней. Может быть, её любят из жалости?
http://romantiki.ru/forum/viewtopic.php ... 03#p337603

Ответ, скомпилированный из моего собственного видения, возникшего после прочтения 4-первых книжек, и ответов более знающих товарищей.
Конечно же, Алису любят не из жалости. Если любовь из жалости и бывает в принципе, то это не та супер-любовь, которой припечатывает к себе Алиса.
Да, Алиса сильно страдает, но есть два нюанса:
1. Она сама выбрала такой путь. Её никто насильно с дивана не поднял и не стал мучить. Тут нет насилия над Алисой.
— Полосков! — сказал я в микрофон, висевший у меня на груди. — Засеки мои координаты! Мы в опасности! Срочно на помощь!
...
— Ой, как мне все это нравится! — сказала Алиса. — Какие настоящие приключения! (Путешествие Алисы. Глава 10. “Мы купили говоруна”)
2. Страдания Алисы не ради мучений как таковых, удовлетворения каких-то извращенческих желаний писателя, как тут кто-то выразился. Кажется, что Гай-До сказал мне это или чересчур несерьёзно или значение того термина в его мозгу не совпадает с официальным словарным значением.Ставя Алису в тяжёлые ситуации, Булычёв лишь показывает, до какого предела она готова дойти ради других. Например, ради спасения цивилизации такового предела нет.
— Ты распылила вакцину, это так. Но только если мы вернемся назад, мы узнаем, дало ли это какой-нибудь результат.
— Ты хочешь сказать, что мы вернемся и все осталось, как прежде?
— Не знаю…
— Тогда лучше не возвращаться. Лучше остаться здесь.(День рождения Алисы. Глава 17.)
Булычёв не смакует какие-то пытки или т.п. Он просто говорит, что она готова остаться, а мы понимаем, что это значит. Она готова умереть от чумы вместе с жителями потому, что не спасла их. Если она не спасла их, значит она не Алиса. Значит Алисы нет.

И, кстати, насчёт любви Булычёва к Алисе. Она такая трогательная, теплая и настоящая! Я подумал, знаете что? Наверное, никто из нас, даже те, у кого есть дети, не смогут так особенно полюбить Алису. Потому, что для него она была отчасти его собственным ребёнком, и на литературную Алису он переносил любовь к своему живому ребёнку. Это уникальное чувство нельзя реконструировать другому человеку. Он её любил двойной любовью - как настоящий отец и писатель-создатель.
Это сквозит с первых строчек:
Марсианин улыбнулся. Он смотрел не на меня, а на что-то за моей спиной. Ну конечно, Алиса выбралась из кровати и стояла босиком на полу. (Девочка, с которой ничего не случится. Я набираю номер.)
Я когда начал читать, думаю: ничего себе, какие натуралистичные детали - одна строчка и так достоверна и убедительна вся забота. Через страницы снова и снова - "Простудишься... одевайся теплее".
Я уже стал подозревать, что это шутка над самим собой, или подчёркивание своего штампа, или стёб над скупой "заботой" отца? До сих пор не понимаю, что это. Но однозначно, это так мило. Так вот. А за что мы любим Алису? Или почему? Или, точнее, в ответ на что?
Мне понравилось, как сказал Н.Светлов:

Вообще, чтоб люди друг друга полюбили, требуются какие-то сближающие обстоятельства. Они могут быть драматическими. В случае с Алисой они драматические, да, хоть и литературные (по крайней мере, для нас). Но при наличии сближающих обстоятельств люди не обязательно влюбляются. ...
Не слишком ли велика тайна, на которую мы замахнулись?
Но часть ответа у меня есть (хотя, быть может, я и заблуждаюсь). Бывает просто любовь, а бывает любовь, возникающая в ответ на любовь. Вот мне и кажется, что наш случай имеет отношение к этому феномену. Мы чувствуем внимание к собственным персонам, небезразличие к ним, деятельное участие в наших судьбах, - и отвечаем вниманием на это внимание, любовью на небезразличие. Возможно, это довольно глупо (ибо мы не можем проверить, кто в действительности стоит за этими эффектами), но зато естественно.

Вот такие мы люди из 20-го века. Любите нас и мы будем вас любить. На самом деле я не ехидничаю, это естественное свойство людей, воспитанное с детства родителями - любить любящего. И я понимаю, что акцент Н.Светлов делает на слове "внимание". Кто не любит мистику, тот может трактовать это как внимание с нам со стороны литературной Алисы от лица Булычёва.

Какая же ещё часть есть у этого ответа?
Может быть, мы чувствуем необычную психологию Алисы, какие-то качества, которые резонируют с нашими мечтами о лучшем, с нашим глубинным спящим геном добра, который обязательно должен быть у людей

Спрашивается.
А если бы Алиса не страдала, не ввязывалась ни в какие истории, просто хорошо училась и тепло одевалась, любили бы мы её?
Ответим вопросом на вопрос: А тогда была бы она той самой Алисой?

[Evgenij]

Я, наверное, чего-то не понимаю, но мне кажется, наоборот в алисиане нет никакого трагизма. Или по крайней мере связанного с Алисой. Есть трудности, опасности и тп. Вот, например, в "Машине" он есть благодаря концовке. Может я по другому понимаю само слово?

Добавлено спустя 2 минуты 2 секунды:

А если бы Алиса не страдала, не ввязывалась ни в какие истории, просто хорошо училась и тепло одевалась, любили бы мы её?Ответим вопросом на вопрос: А тогда была бы она той самой Алисой?

На оба вопроса можно ответить - да (по моему мнению). Но узнали ли бы мы тогда про нее?

Добавлено спустя 53 секунды:

Пиши он для более взрослой аудитории, в тех же самых обстоятельствах появилось бы предостаточно трагизма.

Возможно в этом все и дело.

[visor]

Я, наверное, чего-то не понимаю, но мне кажется, наоборот в алисиане нет никакого трагизма. Или по крайней мере связанного с Алисой. Есть трудности, опасности и тп. Вот, например, в "Машине" он есть благодаря концовке.

Это потому, что Вы смотрите на сказки Булычёва теми глазами, для которых они первоначально предназначались - глазами ребёнка.

Вообще-то, действительно, надо ли так серьёзно относиться с сюжетам для детей?
Например, сказка про Колобка - тоже очень трагична буквально в каждой строчке: одиночество стариков, готовых обмануться уродливым сыном-подделкой; а поставьте себя на место безотказного Колобка - каково ему петь на морде у лисы.
Может быть и не стоит выжимать трагизм из текстов Булычёва? В принципе, наверное, наиболее органично воспринимать его тексты, действительно, глазами ребёнка.
Однако:
1) Слишком много там "крупиц" трагизма. Когда так много, то это и не случайно, и во взрослом возрасте просто так игнорировать не получится;
2) Как сказал Н.Светлов, этот трагизм, действительно, об нас. Слёзы не об Алисе а о себе, так сказать.

В самых лёгких шутках Булычёва - грусть о нашем времени. Например, грусть Юльки о том, что Алиса улетит, а она останется в древнем времени. Вместе с нами.
— Мне все, кто видел мальчика, говорили, что он был странно одет, по-маскарадному, как будто изображал мальчика из двадцатого века. Я не сразу обратила внимание на эти слова. Только когда увидела надпись (прим.: вырезанную ножом на лавке), которую мог вырезать человек с древней психологией…
— А такие ещё встречаются, — вздохнула Юлька.
— …я сразу поняла, что в деле замешан пришелец из прошлого.
...

— Кого? Мальчишек? Да они у нас все дураки. Кто их будет приглашать?
— Почему дураки? — удивилась Алиса.
— Возраст у них такой, — сказала Юлька. — Удивительно отсталые.
— Вот уж не думала, — сказала Алиса. — А у нас встречаются вполне приличные ребята.
— Ещё бы! — сказала Юлька. — Ведь сто лет пройдёт. Должен же быть прогресс. Наверно, они поумнеют.

Вот о нашем времени я и хотел задать следующий трудный вопрос. Но пока (как всегда) не могу его сформулировать.

[Evgenij]

Это потому, что Вы смотрите на сказки Булычёва теми глазами, для которых они первоначально предназначались - глазами ребёнка.

Задумался я тут, то ли обидиться?!!

Вообще-то, действительно, надо ли так серьёзно относиться с сюжетам для детей?

Может быть и не стоит выжимать трагизм из текстов Булычёва?

Слишком много там "крупиц" трагизма. Когда так много, то это и не случайно, и во взрослом возрасте просто так игнорировать не получится;

Как-то Вы категорично рассуждаете - или трагедия или детский взгляд. Вот, на мой взгляд, один из моментов, когда Алису жалко, это когда она замерзала в "Лиловом шаре". Еще немного и замерзла бы насмерть, сама пошла на это. Но какая же это трагедия если она спаслась?
Когда тут пишут о трагизме у меня возникает ощущение, что сама Алиса воспринимается какой-то мучиницей, побитой жизнью (сразу вот Персиковый куст вспомнился!). Все на самом деле наоборот от нее за версту веет жизнью.

[sla]

Мы чувствуем внимание к собственным персонам, небезразличие к ним, деятельное участие в наших судьбах, - и отвечаем вниманием на это внимание, любовью на небезразличие

Вот такие мы люди из 20-го века. Любите нас и мы будем вас любить

То есть первыми мы полюбить не способны?

Я, наверное, чего-то не понимаю, но мне кажется, наоборот в алисиане нет никакого трагизма.

Вообще-то, действительно, надо ли так серьёзно относиться с сюжетам для детей?

Взрослым врятли нужно относиться серьезно. А дети относятся серьезно потому что персонаж ребенок. В последнее время в начальной школе появился хороший учебник - философия для детей. Вот эту философию для детей мне рассказы Булычева и напоминают. Собственно: "Сказка ложь, да в ней намек..."

[Pinhead]

Когда тут пишут о трагизме у меня возникает ощущение, что сама Алиса воспринимается какой-то мучиницей, побитой жизнью

Кем воспринимается? И, кстати, трагизм - это далеко не обязательно мученичество.