Попрошу лихом не вспоминать и какахами не кидать! Названия НЕТ! (пока)
Из отчета о происшествии.
В 6:18 четвертого цикла по среднегалактическому времени малый пассажирский транспорт «Гиппогриф», под серийным номером 0034/7, совершавший регулярный транзитный рейс по маршруту Солнечная система — Арктур — Блук — Антарес, находясь в середине маршрута между третьей и четвертой контрольными точками, в состоянии прыжка сквозь самоподобное пространство, испытал отказ части систем контроля целостности объекта, располагавшихся по правому борту. Компьютер, потеряв половину контрольных датчиков контроля целостности, продолжил движение, используя созданную экстраполяционную модель, одновременно отправив доклад капитану о случившейся аварии. Капитан, посовещавшись со штурманом, принял решение вывести корабль из самоподобного пространства в ближайшую возможную систему для оценки полученного ущерба. Компьютер, проанализировав параметры ближайшей системы, выдал негативные рекомендации, однако, в связи с продолжающей неуклонно расходиться с реальными данными экстраполяцией, оценил это решение, как единственно возможное в данной ситуации, и начал приводить системы корабля в готовность к выходу из прыжка. Из-за уже возникшего на тот момент расхождения реальных и оцененных данных, часть систем правого борта испытала отказ, в том числе, система охлаждения при пространственных переходах, тем не менее, системы жизнеобеспечения ещё работали в штатном режиме. Компьютер перераспределил охлаждающие мощности на правый борт, однако, оценить действенность этой меры не представлялось возможным.
Выход из самоподобного пространства был осуществлен в системе Хелам, Периферийных миров, необитаемой, с отсутствием какой-либо цивилизованной инфраструктуры или средств связи. Немедленно после выхода выяснилось, что мера по перераспределению охлаждающих мощностей не принесла результата, более того, расхождение между реальными данными и экстраполяционной моделью оказалось более значительным, чем ожидалось, и целостность единой конструкции корабля под угрозой. В связи с неработающей системой охлаждения в отсеках по правому борту возник пожар. Для того, чтобы уберечь пассажиров и жизненно важные системы корабля, компьютер осуществил продув с открытием всех переборок по правому борту, вытеснив открытое пламя прямо в коридоры и пространство между отсеками, одновременно заблокировав каюты и включив систему пожаротушения.
После того, как на мостике стала ясна картина катастрофически развивающихся событий, капитан отдал приказ штурману немедленно проложить курс к ближайшей подходящей планете и выбросить аварийный маяк. Единственно возможным вариантом была выбрана вторая планета системы, теллурического типа с малопригодными для жизни условиями. Первый пилот подал импульс на системные двигатели малой тяги, но к этому моменту целостность крепления топливопроводов по правому борту была нарушена, в результате чего топливопровод оторвало от переборки, и топливо стало поступать напрямик в служебные отсеки, в том числе примыкающие к компьютерному ядру. Остающиеся очаги пожара при контакте с топливом воспламенили его, вызвав несколько локальных взрывов, выведя из строя системы внутренней связи и фактически уничтожив ядро компьютера. Одновременно с этим корабль приобрел левостороннее прецессионно-неравномерное вращение по причине отсутствия тяги в правом двигателе. Второй пилот оперативно отключил левый двигатель, но остановить вращение не удалось, тогда первый пилот дал импульс двигателем маршевой тяги по курсу второй планеты системы, чтобы достигнуть хотя бы её гравитационного колодца, одновременно с этим погасив вращение сильной тягой. К этому моменту конструктивные разрушения достигли уже такой величины, что стало ясно, что спасти корабль невозможно и необходимо приготовиться к эвакуации. Однако запущенная компьютером процедура запуска аварийного маяка оказалась прервана, и маяк так и остался в шахте. Перезапустить процедуру вручную не представлялось возможным из-за хаоса, царившего в служебных отсеках, вызванного пожаром топлива. В связи с разрушенной взрывом системой внутренней связи и неработающим компьютером объявить эвакуацию также не удалось. Капитан смог лишь вручную разблокировать пассажирские каюты, добравшись до распределительного щита внутри одного из служебных отсеков, дальнейшая его судьба неизвестна. С этого момента можно констатировать, что корабль «Гиппогриф» за номером 0034/7 перестал существовать как транспортное средство и превратился в неуправляемую группу обломков, впоследствии рухнувшую на вторую планету системы Хелам. Судьба пассажиров и экипажа выясняется.
Первый отзвук катастрофических событий, происходящих с кораблем, настиг Алису в 4:30 утра; ядовитые, синевато-зеленые цифры светящихся часов проинформировали её об этом. Да ещё как настиг — её выкинуло из кровати, потом подбросило вверх, после этого каюта начала медленное вращение, Алиса едва успела уцепиться обеими руками за спинку кровати, привинченной к полу. Все находящиеся в комнате незакрепленные вещи отправились в незамысловатое путешествие по тому, что раньше было стенами, потолком, потом снова стенами и так далее, издавая при этом стук и грохотания, которые сливались в общую жалобную какофонию. Однако сквозь неё тревожным отзвуком пробивалось нечто намного более грозное — резкий прерывистый металлический скрежет и шипение, словно одновременно тысячи змей решили устроить всеобщий сбор.
«Если бы это был просто незапланированный аварийный маневр, каютным аттракционом всё бы и ограничилось», - подумала Алиса, пытаясь как-то всем телом обхватить пресловутую спинку, словно обезьяна. В этот момент тряхнуло так, что её мигом оторвало от кровати и швырнуло спиной о прикрепленный к полу шкафчик. Одновременно с этим вращение прекратилось, и комната замерла в почти правильном, нормальном положении, с совсем небольшим уклоном пола. Удар ошеломил Алису, боль была адская, наверняка на ребрах останутся страшные синяки, но почти уже в следующую секунду после удара она и думать не думала о синяках. Нужно было покинуть каюту, причем, чем скорее, тем лучше! Она вскочила на ноги как могла быстро, и бросилась к двери, благо бежать было всего несколько шагов. Всё это время где-то позади сознания постоянно зудел противный комар тревоги: «Как там Наташа?» Подруга явно не была приспособлена к подобным передрягам. Алиса слишком хорошо помнила, как долго пришлось уговаривать близняшку Белую на этот полёт.
«Ох, и устроит она мне теперь!..»
Дверь оказалась заблокирована. Алиса отдернула ладони. Пластик, покрывавший прочный металл двери, был горячим.
«Это пожар!» - мелькнула паническая мысль, и сразу в животе образовалась противная пустота. Она замешкалась, судорожно размышляя, как лучше поступить, но дверь вдруг неожиданно резко отъехала в сторону, даже слишком резко, в очевидно аварийном режиме. В нос немедленно ударил запах раскаленных облицовочных панелей, паленой проводки, противопожарных химикатов и ещё один, который мало кто из пассажиров на корабле смог бы легко идентифицировать. Запах топлива. Это было очень, очень нехорошим знаком, особенно вкупе с тем, что резкий скрежет не прекратился, и теперь, с распахнутой дверью, стал ещё громче и неприятней.
«Если к нему добавится звук выходящего воздуха...» - подумала Алиса, не заканчивая свою мысль. Шипение, которое она слышала ранее, было всего лишь работой противопожарной системы, отсек пока ещё оставался герметичным, но это могло быть ненадолго. «Мы уже не в прыжке, а в какой-то системе, и кораблю похоже… конец!» И если они задержатся здесь подольше, то им тоже. У неё мелькнуло недоуменная мысль, почему они не получают оповещения об эвакуации, но она даже не стала раздумывать об этом, раздумывать было некогда.
Она уже метнулась, было, наружу из каюты, когда вспомнила, что с тех пор, как вылетела из кровати, так и оставалась в чём была — в одних трусах. Искать одежду в том бардаке, в который превратилась каюта, было нереальной задачей, поэтому она просто схватила какое-то скромное полотенце из душевой кабинки и кое-как обернулась им под мышками. Прикрывать там особо было нечего, но так всё же казалось спокойней.
Дверь Наташиной каюты была прямо напротив, она почему-то открылась не полностью, заев на половине пути. Но самой Наташи не было видно и в открытой половине проёма.
- Наташа! - выкрикнула Алиса, налегая на до сих пор остающуюся горячей дверь. Дверь, очевидно, заклинило намертво, так что Алиса бросила эти попытки и протиснулась внутрь, вновь выкрикнув в темноту каюты: - Наташа!
- Я здесь! - Наташа отозвалась ровно спустя мгновение после того, как внутри Алисы вспыхнул огонек паники. - Я сейчас…
«Если она там «сейчас» пытается собрать свои шмотки, я её убью!» - мысленно рыкнула Алиса. От известной своей ветреностью и любовью к моде подруги такое можно было ожидать.
- Скорее! - крикнула Алиса почти раздраженно.
Когда Наташа появилась в крохотном коридорчике каюты, Алисе тут же стало стыдно за своё раздражение. На Наташе была роскошная белая пижама, шелковая, расшитая какими-то экзотическими фигурами. Сейчас весь ворот и правое плечо были залиты кровью, как и уложенные, белоснежные Наташины волосы с правой стороны головы. Под правым глазом сиял здоровенный синяк. Похоже, Наташу здорово приложило, но выяснять, в каком она состоянии, времени не было. Алиса только охнула и немедленно бросилась к подруге, чтобы подставить ей плечо.
- Давай, держись, нам нужно поскорее добраться до капсул. Здесь недалеко, - твердила она, помогая Наташе протиснуться через дверь.
- Я прямо как чувствовала — не надо лететь, - бормотала в ответ Наташа, пошатываясь и очевидно борясь с болью, - но ты ведь как пристанешь, Алиска! Честное слово, с тобой проще согласиться, чем переубеждать. И вот к чему это приводит...
Пол мелко завибрировал.
«Конструктивная целостность нарушена», - подумала Алиса, сжав зубы. По дороге она оглянулась назад, помогая Наташе передвигаться. Остальные две двери в их блоке так и не открылись. И звуков из-за них не было слышно никаких. «Это не значит, что эти люди погибли, - подумала она упрямо, - они могут быть просто ранены или без сознания. Надо им помочь!» Но времени на это не оставалось почти совсем. И система оповещения почему-то так и не работала.
Когда они обе вывалились в небольшой переходный отсек, по внешней стене которого располагались капсулы их блока, Алиса едва не вскрикнула, вместо этого просто разинула рот от открывшейся картины. Противоположная переборка была задраена, но через соседний с ней иллюминатор была видна огромная дыра на том месте, где раньше был следующий блок. Его попросту вырвало целиком и отшвырнуло куда-то из поля зрения. В пустоту тянулись только гибкие трубы, изрыгая в пространство остатки каких-то жидкостей, и сиротливо торчал обломок напольной дорожки. Алиса, судорожно вспоминая пройденный предполетный инструктаж, прислонила Наташу к стеклу ближайшей капсулы и принялась опускать аварийный рычаг, прижимая большую красную кнопку. Ограничительное стекло сползло вниз, и Алиса с облегчением погрузила подругу в глубокий ложемент капсулы.
- Стартуй! А я сейчас, - бросила она.
- Ты куда?!
- Нужно попробовать помочь людям в соседних каютах.
- Даже не думай! Помогать уже поздно!
- Я должна попробовать!
- Алиска! - взвизгнула Наташа. - Не смей! Не смей, слышишь?! Я без тебя никуда не полечу, так что знай - моя смерть будет на твоей совести!
Она помедлила секунду, дергаясь на месте.
- Алиса, пожалуйста! - взмолилась Наташа. - Им уже не поможешь. Ты просто погибнешь зазря и все. Мы обе погибнем.
Снова раздался резкий скрежет, гораздо более громкий, чем прежде, и уже со стороны их блока.
«Она права», - шепнул в голове чей-то спокойный голос. Алиса быстрыми движениями распахнула соседнюю капсулу и нырнула туда, крикнув подруге: «Давай!», одновременно прикладывая руку к активатору экстренного старта.
До этого ей, к её счастью, не приходилось пилотировать спасательные капсулы, поэтому она немного опешила от того, с каким ускорением её вышвырнуло за пределы корабля, хорошо ещё не прикусила себе ничего. Через мгновение она могла убедиться в том, насколько вовремя они отделились от этой бывшей ещё совсем недавно единой конструкции, сейчас же представлявшей собой просто несколько едва скрепленных друг с другом обломков, постепенно утрачивающих последние остатки целостности. Их блок, в котором они всего четверть часа назад спали крепким предутренним сном, сейчас стремительно удалялся вместе с бортом разрушающегося корабля, из-за которого медленно выползало бьющее в глаза оранжевое светило этой системы, о названии и номере которой Алиса не имела понятия.
«Спектральный класс К, не гигант. Судя по диаметру диска, мы сейчас от одной до двух астрономических единиц до светила. Значит планета под нами может оказаться более-менее пригодной хоть для какого-то существования», - оценивала Алиса, с беспокойством глядя, как её капсулу, вместе с другими, выброшенными из корабля, постепенно раскручивает прецессионным вращением вокруг основных обломков. Эти летящие капсулы напоминали ей сейчас порхающие крупные снежинки, сверкающие на ярком январском солнце. Ближайшая к обломках «снежинка» с размаху врезалась в плывущий рядом гигантский отвалившийся кусок обшивки. Алиса вздрогнула и поморщилась. «Там прямо сейчас погиб человек», - возникла в голове мысль и висела там, словно бы от неё был какой-то толк. А сколько людей осталось там, в этих самых обломках? Она постаралась поставить заслон этим мыслям. Если ничего не можешь сделать там, где не можешь, лучше просто сосредоточиться на том, что можешь. Она понятия не имела, из-за чего случилась катастрофа, и была уверена, что экипаж сделал всё, что мог для спасения корабля, и вообще, погибает сейчас вместе с ним, но у неё мелькнула какая-то досадливая мысль, почти упрёк или даже обида, обращённая неизвестно к кому:
«Как же так получилось?!»
Она знала, что их с Наташей капсулам ничего не угрожает, их вышвырнуло слишком далеко от обломков, что они сейчас просто скользят вместе с разрушенным кораблем в гравитационный колодец простершейся под ними серовато-бурой планеты, подернутой легкой облачной дымкой, ожидая удобного момента для построения удачной траектории посадки, но никакого спокойствия внутри, конечно, не было. Она знала, что мало просто спастись из кораблекрушения, что их мытарства только ещё начинаются, и, прикрыв глаза, пыталась отвлечься от наползающей озабоченности, словно бы снова хотела вернуться в недосмотренный сон.
----
Продолжение позже. Оно есть!
Типа, исходной причиной катастрофы Гиппогрифа была спонтанная доменная стенка или кротовая нора и Алиса переместилась во времени на альтернативную линию
