27 апреля 2006

Интервью с Верой Евгеньевной Линд, 3 ноября 2005 года

Опубликовал: | рубрики: Гостья из будущего, интервью, Новости, Создатели |

Беседовали: Donald, Cher
Видеосъемка: JC
Транскрипция: Andrew

Посмотреть видеоверсию интервью

В.Е. ЛиндРомантики: Расскажите, как вы попали на киностудию Горького?
Вера Евгеньевна: Очень просто. Я вышла замуж и переехала из Ленинграда на студию Горького, где и работал мой муж. Он работал художником-гримером. Это был 66 год, картина называлась «Пароль не нужен», режиссер Борис Григорьев, по сценарию Юлиана Семенова. А до этого я работала 12 лет на киностудии «Ленфильм». На «Ленфильме» моя последняя картина называлась «Не забудь… станция Луговая» (я провела только подготовительный период). Значит, в 66 году в феврале я переехала в Москву, где и работала потом все время.

Вопросы по фильму «Гостья из будущего»

Р: Долго ли по времени проходили кинопробы актеров?
В.Е.: Без подготовительного периода 3 месяца, а то и больше.

Р: Как много претендентов было на детские роли?
В.Е.: Ой, конечно, много. Ходили по школам, по самодеятельности, по хорам, по дворцам культуры, по домам пионеров. Ходили на спектакли в детский театр, ходили к Образцову на спектакли, ходили в цирк на спектакли. Там ловили во время антракта ребят, детей. Даже смешно было. Часто помогали билетеры. Они уже нас знали некоторых, меня особенно, Образцова знали в детском театре. И когда мы приходили, они уже спрашивали: «Кого Вы будете искать»? И очень часто старались помочь, как могли. Иногда подзывала контролер и говорила: «Вера, Вера! Иди быстрее. Вот, я запомнила, 5 ряд, 16 место, такая девочка хорошая, обязательно на нее посмотри, обязательно». Так что, вот так ходили, давали им бумажечки, у нас специальные такие приглашения. Приглашали на определенный день, в определенный час приехать с родителями на киностудию имени Горького. Там их знакомили с режиссером. Они нам читали басни, стихи, рассказывали даже анекдоты, пытались, сами же и смеялись над этими анекдотами. Из них отбирались несколько человек, делали фотопробы, отправляли домой. После того как получали фотопробы, тогда фотографии раскладывали и выбирали: «Вот эта хорошая, вот эта». Снова вызывали. Начинал режиссер репетировать, общаться. И если нравился ему ребенок, то вызывали еще раз, уже на кинопробы с актером или с другим, чтобы они сыграли целую сцену. Ну, а уже потом отбирали. Последнее слово было, конечно, за художественным советом. И тогда утверждали актеров и детей.

Р: Насколько тесно Булычев участвовал в обсуждении кандидатов и процессе съемок?
В.Е.: Конечно, тесно. Он всегда приезжал, когда ему звонили. Смотрел уже отобранные кандидатуры, кто на кого. Раскладывались пасьянсы: вот эта группа должна вот так, эта подходит с этим, этот с этим. Пробовали, и он говорил, кто ему нравится, не нравится. Снова начинались поиски.

Р: Трудно ли было работать с детьми на съемочной площадке и с кем сложнее всего?
В.Е.: Конечно, не трудно, не сложно, но это больше зависит от режиссер-постановщика. Умеет ли режиссер-постановщик наладить контакт с детьми, да и не только с детьми, и с актерами. От этого очень многое зависит. Но было не трудно, я думаю. Они все понимали.

Р: Что Вы можете рассказать про Алексея Фомкина и Наталию Гусеву (характер, поведение на съемочной площадке и вне её)?
В.Е.: Что я могу сказать про Наталию Гусеву? Она всегда знала, что требует от нее режиссер, точно выполняла. Точно также и Фомкин. А вне съемочной площадки они были просто детьми, нормальными, со всеми своими прибамбасами, своим характером. Были замечательные ребята. У нас вообще были очень хорошие ребята. Плохих мы никогда не держим. По поводу претенденток на роль Алисы. Было много, но именно Наташа Гусева попала случайно на эту главную роль. У нас были другие кандидатуры. Наташу привела Лида Педеркина, ассистент. Привела к нам на картину, в класс, где все остальные дети, чтобы она поснималась у нас, предложила, может она нам подойдет. Она маленькая с громадными глазами. И когда ее Арсенов и Булычев увидели, мы решили переиграть. То есть мы искали девочку другого плана. А здесь решили пойти от противоположенного. Пусть она хрупкая, маленькая, именно такая будет. Это ее Лидочка привела.

Р: Непредвиденные ситуации во время съемок (подготовки)?
В.Е.: Были смешные, конечно, ситуации. Особенно, когда Невинный бежал за девочками по улице с Кононовым, а они от него убегали. И вот, когда они бежали по улице, то здесь появился прохожий, который вцепился в Невинного и держать его стал. Держал его, не отпускал. Хотя Невинный ему говорил: «Отпусти, ну отпусти, это киносъемка». Но тот его держал крепко, давая возможность девчонкам убежать. Девчонки убежали за угол, но здесь подскочили наши товарищи со съемочной группой. Но съемку, конечно, пришлось остановить. Прохожий извинялся, правда.

Р: Откуда появился козел в фильме (в книге его не было)?
В.Е.: Вы знаете, ребята, я не помню — откуда, но появился. К сожалению, ни Булычев, ни Павел Арсенов Вам ответить на этот вопрос не смогут. Их, к сожалению, с нами нет. Но козел за мной гонялся, потому что он покурить хотел.

Р: Что Вы можете рассказать о Павле Арсенове? Как с ним работалось?
В.Е.: Нормально работалось, как с любым другим режиссером.

Р: Пересекались ли Вы с Арсеновым на других проектах?
В.Е.: К сожалению, нет, хотя и было приглашение, но я работала в это время над другой картиной с другим режиссером и, вообще, уже отказывалась работать на картинах особенно с экспедициями. Мне нужно было быть дома и из Москвы не уезжать по семейным обстоятельствам.

Р: Ожидали ли Вы, что фильм будет иметь успех?
В.Е.: Ну, как Вам сказать? То есть всегда, когда работаешь на картине, ожидаешь, что зритель примет нормально картину, хорошо, с интересом. Мы знали, что мы снимаем хорошее детское кино, но чтобы такой ажиотаж был — нет. Не ожидали, что именно будет такой успех, потому что письма приходили буквально мешками. Причем такие адреса! У меня хранятся конверты, у Игоря Шолохова есть (директор картины — прим. Романтики.Ру). Потому что адреса были невозможные. То есть деловое письмо не дойдет, а эти доходили. У меня на одном было написано: «Москва. Кремль. Лично в руки Наташе Гусевой». Или такой: «Москва. Мосфильм имени Довженко и детских юношеских фильмов имени Горького. Наташе Гусевой лично в руки». Или просто писалось: «Школа. Наташе Гусевой». И уже даже на почте потом знали, что это за Наташа Гусева. И мешками. Я помню, когда мне позвонили из канцелярии и сказали: «Вера, зайди, пожалуйста. Забери там письма для Вашей героини по Вашей картине». Я, ничего не подозревая, пошла. Ладно, забегу. Пришла, взяла. Там у нас такой отсек, по алфавиту картины, в отсеке секции. Я взяла пачку писем и пошла. Мне говорят: «Чего ты пошла? А вот эти мешочки кому?» Там стояло два мешка. Пришлось звонить в группу и звать кого-нибудь на помощь. Пришли, это уже была другая группа, уже той группы не было. И мы тащили по коридору эти письма и, встречая наших из многих известных актеров, говорили: «Ты столько получал?» Мешками шли письма, с такими дикими адресами, обхохотаться было можно.

Р: Как Вы оцениваете ажиотаж вокруг фильма и отдельных актеров?
В.Е.: Да никак. Как и положено быть. Любой фильм, если он нравится зрителям, нравятся отдельные актеры, сами фильмы. Нормальное явление.

Р: Были ли у Вас какие-либо случаи, связанные с популярностью фильма?
В.Е.: Да нет, особо не было. Узнавали, если что. Не будешь же идти по улице, и кричать про картину.

Р: Известна ли Вам судьба Алексея Фомкина?
В.Е.: К сожалению, известна. Алеша Фомкин ушел из жизни очень рано. Связано это было с наркотиками. Это беда сейчас нашего времени. И очень жаль.

Р: Поддерживаете ли Вы связь с кем-нибудь из актеров, снимавшихся в фильме, членами съемочной группы?
В.Е.: С актерами и раньше поддерживала связь. И те, которые снимались, тот же Невинный и другие, приходилось с ними и до этой картины работать на других картинах. И потом сталкивалась и с Невинным, и с Бурковым несколько картин сделали после этого. И до сих пор с семьей Бурковых дружу, очень люблю эту семью. К сожалению, из съемочной группы уже многих нет, некоторые на пенсии. Недавно, в этом году, умерла Танечка Колосова, художник-гример этой картины. Кстати, она на очень многих картинах работала именно с Павлом Арсеновым. Она очень дружила с ним.

Р: Ожидали ли Вы что у фильма до сих пор большое количество поклонников? Ваше отношение к этому?
В.Е.: Конечно, нет. Но это очень радует, очень радует. Какое может быть отношение? Конечно, хорошее. Очень рада, что фильм до сих пор смотрят, его часто гоняют по телеканалам, особенно в каникулы. Я очень рада, если этот фильм смотрят, то детям, наверное, это нравится. Во всяком случае, лучше той мутаты, которую сейчас иногда показывают детям. Это не фильмы. Это действительно ужастики.

Р: По Вашему мнению, интересен ли фильм современным школьникам, и нужен ли он им?
В.Е.: А как Вы сами думаете? Мне кажется, что интересен, хотя сейчас им больше интересны компьютеры, играют в какие-то игры, не читать не хотят, ничего. Они, по-моему, ни разу «Му-му» не читали или на нем остановились. Вот и весь прогресс. Жалко, если они не очень интересуются старыми фильмами.

Вопросы от посетителей нашего форума

П. Уважаемый товарищ ассистент режиссера!
В.Е.: Очень приятно.
П. Когда писалась музыка к фильму: до съемок или после?
В.Е.: Музыка к фильму всегда пишется после того, как режиссер-постановщик картины точно смонтирует. Потому что там эта музыка пишется уже по минутам, по секундам, за исключением того, когда в картине звучит песня, ее исполняет герой, героиня или несколько героев. Тогда пишется заранее эта песня, кто бы ее не исполнял, сам ли актер или там девочка или кто-то за нее пел, и дубль снимается под фонограмму, чтобы был чистый звук.
П. От чего отталкивался Евгений Крылатов, создавая композиции «фантастического» характера? Лично мне кажется, что в музыке фильма недостает «современных» средств (на 1984 год уже многое было, Жарр как раз «Зоовзгляд» выпустил). Но то, что композитор прибег к средствам традиционной музыки, это его право, я не осуждаю.
Почему музыка композитора не звучит сейчас в фильмах и сериалах? От кого зависит невостребованность любимого народом композитора? Ваше мнение.
И сохранился ли оригинальный музыкальный материал? Хотелось бы услышать некоторые мелодии в чистом виде, в частности проход Полины и тему инвентаризации.
В.Е.: Вы знаете, этот вопрос Вы уж задайте, пожалуйста, Евгению Павловичу Крылатову. Так же как он ответит на второй Ваш вопрос: От кого зависит невостребованность действительно любимого композитора. Потому что песни его звучат до сих пор, их поют, исполняют. Это несравнимо с тем, что сейчас поется на нашей эстраде.

Традиционный вопрос от Романтиков

Р: Если бы Вы нашли в подвале дома машину времени, как бы Вы поступили? Куда бы Вы на ней отправились?
В.Е.: Ой, ребята, не дай Бог, если бы мне попалась эта машина! Куда бы я отправилась? Я бы, во-первых, отправилась к руководству кинематографии или к руководителям партии, власти, к тем же нашим заумным депутатам с просьбой: дайте денег. Не жалейте денег для фильмов, чтобы мы могли снимать эти фильмы для детей, чтобы были деньги для съемок сказок, фантастики, настоящих фильмов. «Не жмитесь», — сказала бы я. Наши дети достойны хороших фильмов. И еще бы сказала: «Возродите студию детских и юношеских фильмов». Она необходима. Чтобы они дали денег и, чтобы им потом не пришлось жалеть от своей жадности, некомпетентности и нежелания делать добро. И пусть бы они это сделали пока не поздно. Потому что сейчас нет сказок. Вроде Нечаев сейчас снимает картину. Но ему так мало дали денег, так мало, что просто стыдно. Стыдно, что этих денег не дают и жадничают. Чтобы снять хороший фильм, ту же фантастику, да любой фильм, нужны деньги. Нужны красивые костюмы, особенно для сказок. Если дадут гроши, вот и вертится режиссер: снимать — не снимать. А уж если потеряют режиссеров, которые именно снимали детские картины, сказки, фантастику, это далеко не каждый режиссер может снять сказку. И очень жаль, что они потеряют таким образом настоящих режиссеров, которые любят детей и которые умеют с детьми работать и снимать. Вот и будут дети смотреть убийства, грабеж, бандитов, насилие. Именно с этим бы я на этой машине времени покатила бы к ним, чтобы пройти туда и высказать им.
Не знаю, согласны ли Вы со мной или нет, но радует то, что Вы люди разного возраста, другого поколения и Вы занимаетесь этой картиной. Вы молодцы. Хотя Вы, в общем-то, не дети уже. Вы делаете, с моей точки зрения, большое дело и большое Вам за это спасибо, ребята. Будут вопросы, задавайте. Буду рада ответить. До свидания.

Посмотреть видеоверсию интервью

У нас Один комментарий на запись “Интервью с Верой Евгеньевной Линд, 3 ноября 2005 года”

Вы тоже можете высказать свое мнение.

  1. 1 09.05.2006, jr. insp. Farsch:

    Для такой работы 3 месяца — быстро. Я бы, наверное, погряз в пробах на три года.

    Ната попала на роль случайно?! Лидочке Педеркиной — памятник при жизни. 🙂
    Козёл курящий… Час от часу не легче. Надеюсь, хоть не говорящий?

    Интересно, на какой почте знали адрес Наты? Наверное, на главпочтамте. Письма с дикими адресами должны валиться туда. Кстати говоря, письма с адресом «Москва, Кремль» у нас попадают обычно именно в Кремль. Соответственно администрация Михаила Сергеевича письмо не выбросила, а, как минимум, передала на главпочтамт.

    Но адрес «Школа, Нате»! С таким адресом письмо не уйдёт дальше местного отделения связи. Наверное, писали из Москвы, отправляли с главпочтамта.

    Да уж — обхохотались. Чем дальше — тем смешнее. Особенно Ната посмеялась. 🙂

    Деньги — это да. Бюджет фильма, кстати, составил всего 10000 руб. Но на машине времени за деньгами — разве что в 17-й год. Кстати говоря, Фанни Каплан — не женщина, а загадка…

flash time widget created by East York bookkeeper
snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake