За сто лет до рая

[Pinhead]

Продолжение

«Ну вот уж, нет уж!» Сейчас ему точно не до кабинетов.

Эти ощущения, прямо сказать, самые странные ощущения в его жизни, недаром же он сразу решил, что они обязательно вернутся к нему во сне, сейчас стремительно уходили. Уходили так же, как уходят сами сны. То ли намеренно вытесняясь, как неприятные переживания, то ли просто, будучи настолько непривычными, что их попросту невозможно было как следует переварить, а потому и запомнить.

Коля щёлкнул выключателем, и дверь за его спиной послушно открылась. Впрочем, ещё до того, как он обернулся, он уже понимал, что находится вовсе не в квартире своего соседа. Трудно было этого не заметить.

Комната, куда он попал (как?!) была значительно, гораздо больше не только квартиры, но и всей их лестничной площадки. Под высоченным потолком шло целое переплетение каких-то мягких труб, а вокруг располагались… шкафы? Непонятно, что это было, потому что на них вроде бы была какая-то световая индикация, но что именно делали эти ящики со скруглёнными углами угадать не представлялось возможным. Они… просто мягко гудели. Чуть дальше располагались более привычные пульты и панели, а за ними несколько кресел ОЧЕНЬ странной формы, которые, похоже… висели в воздухе?! Нет, наверное, просто так казалось. И, как это ни странно, в этот момент Колю больше всего волновало, окажутся ли эти кресла пустыми. Потому что меньше всего ему сечас хотелось оказаться в ситуации, когда: «А ты что тут делаешь, мальчик?! А кто тебе разрешал включать секретные устройства?! А ну-ка, мы сейчас свяжемся с твоими родителями!»

Да не в родителях даже было дело, в конце-то концов! Нет, конечно, огорчать их точно не хотелось и получать по первое число тоже, но гораздо хуже было бы, если бы его тут же отправили назад. А так и случилось бы, будь тут хоть кто-то из взрослых, уж в этом он ни капли не сомневался. Он не знал, откуда именно его должны отправить, но так ли это было важно в данной ситуации? Разгадать загадку комнаты, потом пережить такое, что и во сне не приснится, и после этого банально отправиться домой, даже не узнав, куда же ты, собственно прибыл! От такой досады можно и помереть ненароком!

К счастью, ему снова повезло, никто не заметил его внезапного появления, хотя и была в этом некоторая странность, учитывая очевидную привычную секретность подобных фантастических разработок, о которых никто даже слыхом не слыхивал!

Так что он продолжал осматривать комнату… нет, целый зал, хотя нельзя сказать, что это доставляло ему удовольствие, потому что всё вокруг было невыносимо, просто-таки отвратительно БЕЛЫМ! С некоторых пор его стало подташнивать от белизны, а тут вокруг, как нарочно, не было ничего, кроме молока и слоновой кости. Белые стены без всякой границы переходили в потолок такого же точно оттенка. Когда он их разглядывал, то подивился, откуда же идёт свет, на потолке отсутствовали светильники, впрочем, как и где-либо ещё. Окон в помещении не было, и свет просто лился одновременно ниоткуда и со всех сторон сразу, практически не создавая тени, что придавало предметам какой-то странный, «ненастоящий» вид, словно это была декорация.

Он покрутил головой и решил что давно пора выбираться наружу. Несколько секунд у него заняли поиски входной двери, её не так-то легко было обнаружить, учитывая, что никаких ручек не было, а сама дверь практически сливалась со стеной, оставив лишь крохотную щёлочку по контуру. Тем не менее, стоило ему приблизиться, как дверь сама собой неслышно отъехала в сторону...

И тут же оттуда раздался шум. Удивительно, стены комнаты полностью съедали все звуки снаружи, и вот теперь те сразу ворвались внутрь, как только представилась возможность. Коля осторожно выглянул наружу, буквально, одним глазком.

Там был коридор. Длинный, даже очень, в одну сторону, вправо. На полу по бокам шли тонкие световые полосы синеватого оттенка. Слева он заканчивался довольно недалеко, огромным окном чуть ли не во всю стену. За окном была видна зелень, но и только.

«Зелень? Ничего себе, значит меня угораздило попасть куда-то на юг? Потому что в Москве сейчас...» Он вспомнил о шуме, раздававшемся справа, и тут же оборвал себя на половине мысли, приглядываясь к происходящему.

В коридоре, на первый взгляд, никого не было, хотя дальше он и тонул в полумраке, светло было только вокруг самого Коли (опять этот свет непонятно откуда!), и, судя по всему, в нём точно так же дальше располагалось ещё предостаточно подобных дверей. Типичное научное или административное сооружение. Коля был на работе в конструкторском бюро у своего отца, и хоть там и не было подобного удивительного оформления, но в целом что-то похожее прослеживалось. Однако, хотя никаких человеческих силуэтов даже вдалеке не наблюдалось, всё равно в коридоре чудилось какое-то движение. Как будто, кто-то… ползал?! По полу… стенам… даже потолку?!..

Это было… невероятно! Невозможно себе представить. Коля протёр вспотевший лоб. Ему было любопытно и одновременно жутковато. Где он, чёрт побери, в конце концов, находится, и что это там такое происходит впереди?!

Ползающие… объекты — он сразу решил их так называть, потому что ни на что живое они не были похожи — с настойчивым гудением проползали ровными полосками по поверхности коридора, и… что они делали? Они были совсем плоскими, и снизу усеянными какими-то… шипами? Нет, это больше походило на щётки.

«Щётки!» Его осенило. «Уборщики! Они ползают и убирают — вот что они делают!» Он наконец рискнул выйти из двери и присмотреться поближе. Дверь неслышно закрылась за его спиной, и он почти сразу почти что потерял её на стене.

«Нет, так не пойдёт!» Он на секундочку отвлёкся от странных объектов и достал из нагрудного кармана школьной куртки огрызок химического карандаша. Послюнявил кончик и нарисовал маленькую, аккуратную стрелку на белоснежной стене, прямо напротив нужной двери. Теперь можно и получше рассмотреть этих странных уборщиков.

Они были блестящие, округлой формы, с яркими полосами и действительно снизу были похожи на обычные щётки, но больше ничего обычного в них не было. Они с лёгкостью переезжали с поверхности на поверхность, как будто презирая законы гравитации, и бывшие до этого и так белоснежными покрытия, становились ещё более белоснежными.

«Куда ещё-то, здесь и так чисто до отвращения!» Его даже слегка передёрнуло. Да ни в одной больнице он не встречал подобной ослепительной чистоты, как здесь!

«Ну и ладно!» В конце концов, его-то какое дело? Главное, что эти странные автоуборщики не обращают на него самого никакого внимания. А то, что руководство данного учреждения так любит чистоту, что даже привлекло для этого самые передовые изобретения, чтобы в выходные дни драить до блеска всё вокруг — так это его совершенно точно не касается!

Он подумал про выходные, и у него мелькнула догадка, почему же вокруг так безлюдно. Кажется, ему действительно сказочно повезло - он не просто без спросу переместился куда не положено, но и оказался тут в момент, когда все отдыхают по домам. Хотя, кое-какая тревожная мыслишка всё-таки не давала покоя на периферии сознания. Если это такой секретный объект с новейшими разработками, неужели же тут нет никакой охраны? Ну, ладно он — сознательный советский школьник — но мало ли кто ещё вот так же может проникнуть сюда, пока все разъехались на выходные копать картошку! Непорядок! Странно…

Мысли об охране привели его в замешательство, он понял, что запросто может с ней столкнуться при выходе из учреждения, и… на этом его путешествие закончится. Но пока что на пути никого не попадалось.

Ещё одной удивительной особенностью вновь стал всё тот же свет. Он включался буквально в тот момент, когда Коля проходил по этому месту, как будто видел или знал, где тот идёт. Конечно, он знал, что есть такая штука, как датчики, но использовать их вот так, просто для того, чтобы определять, когда надо зажечь лампочку… Впрочем, а были ли здесь вообще лампочки?!

Коридор вывел Колю к высокой арке справа, которая являлась выходом на площадку второго этажа огромного фойе, полукругом охватывающую зал на первом этаже с гигантским стеклом во всю переднюю стену, сквозь которую били яркие солнечные лучи, и удивительную скульптуру в центре, больше всего напоминавшую огромные песочные часы, которая плавно покачивалась внутри круглого светового контура, а из одной чаши в другую и обратно медленно пересыпалась разноцветная смесь поблёскивающих частиц. Несколько секунд Коля не мог оторвать взгляда от этой удивительной картины, потом начал спускаться по лестнице, продолжавшей, вслед за площадкой, огибать овальные стены зала. Навстречу ей спускалась другая такая же с противоположной стороны, обе встречались прямо у огромного стекла на входе, который сам по себе уже явился для Коли изрядной неожиданностью.

Буквально только что он думал об охране здания. И естественным образом представлял, что тут на входе будет что-то такое, к чему он так привык. Проходная, а за ней пост охраны. Пускай она была бы какой-то другой проходной, не такой, какие он видел, но, так или иначе, она должна была там быть. А как иначе?! Мало ли кто сможет сюда войти без спросу, да вот хотя бы даже такой же школьник, как он сам. А, кстати… а как сюда вообще войти?! И выйти?!

Он, кажется, только сейчас сообразил, что дверей-то в фойе и не было! Нет, двери внутрь были, очевидно, они вели в подобные коридоры, что и наверху, только на первом этаже, но наружу?.. Как ему выбраться? Искать запасной выход? Но зачем тогда парадный? Зачем это огромное фойе с чудесной скульптурой и удивительным столом изогнутой формы, который явно здесь для того, чтобы за ним сидели встречающие гостей, высокий потолок, покрытый светящимися стрелами и спиралями, само это гигантское, выпуклое стекло, через которое солнечные лучи играли на мозаичном цветном полу.

«Как вообще они умудрились сделать стекло такого огромного размера?!» Не говоря о том, какой это риск. Случайно прилетевший мячик вон с той лужайки, ветка дерева, оторванная порывом ветра, булыжник, запущенный компанией подростков — и всё, плакала вся красота! Разве только оно какое-то особо прочное. Закалённое…

Он подошёл вплотную, протягивая руку, чтобы дотронуться до этого чуда инженерного искусства…

Чудо оказалось намного чудесней, чем он даже мог себе представить. Стекло… просто исчезло в том месте, куда протянулась его рука. Растворилось ровно на такой размер, который образовывал очертания его фигуры. Он инстинктивно отдёрнул руку. Твёрдая прозрачная поверхность вернулась.

Казалось бы, после того, что он испытал в кабине на втором этаже, ничто не должно уже было его удивлять, но этот новый опыт вновь вверг его в ступор.

«Что это за место такое, вообще?!» Куда его занесло?! Он порывисто обернулся. В фойе царил мягкий полумрак, только переливался разноцветный песок в исполинских песочных часах, да на заднем плане голубела подсветка на лестничных ступеньках. Никаких надписей, вывесок, ничего! Никаких буклетов, плакатов, информационных листков.

«Выходные, чтоб вас!»

В порыве раздражения он буквально пролетел сквозь стекло на входе. На него сразу нахлынул поток весенних ароматов, благоухало одновременно несколько знакомых и незнакомых ему цветущих растений, а ещё свежая трава и трава скошенная, едва ощутимый озоновый запашок, как будто недавно прошла гроза, какой-то совершенно незнакомый, но приятный сладковатый аромат и слабые, но ощутимые запахи пластика и влажной штукатурки. Он замер, прямо посреди идеально постриженного квадрата газона, приоткрыв рот и широко распахнув глаза, наслаждаясь этим внезапным переходом после слякотного и зябкого апреля у себя дома. Солнце здесь шпарило довольно нешуточно, почти сразу начав припекать макушку, и он порадовался, что отправился к соседу в одной только школьной куртке, не надев верхней одежды.

Воспоминание о соседе показалось сейчас каким-то совсем далёким, как будто всё произошедшее с ним там, было где-то в другой жизни, хотя с того момента, как он выскочил с сумкой в магазин, прошло-то явно не более получаса. Это ощущение вернуло его к осознанным действиям, он, наконец, начал присматриваться к окружающего пейзажу, ведь до этого он замечал просто стены старых домов за зеленью деревьев на фоне каких-то высоченных построек вдали. В эту секунду он снова проникся ощущением, что просто-напросто всё ещё спит. Потому что он узнал видневшиеся за деревьями дома. Это были те же самые дома, что он видел каждый раз, когда выходил из дома. Из своего дома. Только выглядели они как-то… посвежее, что ли.

Как такое могло быть вообще?! Он что — всё ещё в Москве?! Что это всё значило, в конце-то концов?!

Он обернулся, чтобы наконец рассмотреть здание, из которого вышел.

«Если это всё ещё Москва, оно же ведь должно быть на месте моего дома, ведь так?!» Что за?..

Здание выглядело одновременно причудливо и роскошно. Примерно так же, как та скульптура внутри. Над выгнутым вперёд фойе, из которого он вышел, высилось странное изогнутое сооружение в виде полукольца, постепенно как бы закручивающееся в высоту по мере перехода с этажа на этаж. Оно не было похоже ни на что из того, что Коля успел увидеть за свою жизнь, а, учитывая его увлечение строительством, странных зданий он видел немало. Но страннее всего был сам материал. В некоторых местах здание как будто пронизывали гигантские металлические «спицы», но из чего были возведены сами стены, он затруднялся ответить. Материал словно… тёк в процессе возведения. Как будто всю эту конструкцию… выпекли. Прямо здесь, на этом самом месте.

Он мог бы ещё долго стоять тут и глазеть, пытаясь строить догадки или просто впитывать впечатления от удивительно выглядевшего сооружения перед ним, но все его наблюдения остановила и перечеркнула гигантская надпись тёмно-синего цвета, которая буквально парила в воздухе, прямо над крышей фойе. Надпись шла параллельно стене буквально в нескольких сантиметрах от неё, отбрасывая рельефную тень. Буквы были резкие, сильно вытянутые в высоту и суженные к верху, создавая впечатление убийственной монументальности. «МОСКОВСКИЙ ИНСТИТУТ ВРЕМЕНИ».

«Времени! Вон чего! Хм, экономией они тут что ли занимаются?»

Коля постоянно слышал об экономии времени, в школе и в новостях, поэтому это было первое, что пришло ему в голову. Но вот строчка ниже вывески, которая уже не висела, а попросту горела прямо на стеклянной стене входа, моментально отбросила все банальные объяснения.

9-09 11.04.2082

Несколько цифр. Всего несколько цифр, а какой эффект! В этот момент он испытал странное ощущение, когда сразу несколько необычайно ярких впечатлений одновременно с нескольких сторон как бы рвутся к его сердцу. Как стрелы стилизованной молнии. Это была оторопь, неверие, предвкушение, внезапный восторг, страх и одновременно ясное осознание, что всё встало на свои места. Эти несколько цифр разом ответили на все возникавшие у него вопросы за это странное утро. Не нужно было больше гадать и мучиться. Это было облегчение! Да, именно так это можно было назвать.

Он не сказал даже: «Теперь всё ясно». Потому что этого просто не требовалось. Как будто лампа зажглась в тёмной комнате, в которой он прежде пытался изучать предметы на ощупь.

[Мотылек]

То есть там тоже таки апрель. Кстати если он попал в будущее ровно на сто лет (как повествует название фанфика) месяц в месяц (или уж тем более день в день), то меня бы на его месте точно бы посетила мысля Алисы:

Вдруг это всё-таки совпадение? «Не бывает таких совпадений!»

Не уверен, что это прям сильно бы сказалось на первичном исследовательско-ориентировочном поведении, но я бы точно решил, что (крайне вероятно) всё это "постанова" и меня (по каким то неведомым причинам) в чём то пытаются "напарить", после чего, как минимум бы заподозрил ведшуюся за мной скрытую слежку.

[Лапин]

Pinhead, однако, ретеллинг...
Тут на fix-it фанфик не похоже, скорее наоборот.

И зная что Наумов в итоге получит по башке кирпичом, читается о нём теперь как-то... отчуждённо.

Но к мелочам цепляться не забываем:
- почему Коля в выходной оказался в школьной куртке? Дома в них никто не ходил
А за хим.карандаш +100500. Тогда они еще встречались в обиходе, хоть и воспринимались уже как нечто устаревшее
Стрелка надежнее, чем пятак, который любой подобрать может.
Лишь бы не отмыли...
(но хим.карандаш отмыть - еще тот квест)

[Н. Светлов]

однако, ретеллинг...

Но читать очень приятно. Прям как будто дома побывал

[Pinhead]

То есть там тоже таки апрель.

Таки, всё как в первоисточнике.

Кстати если он попал в будущее ровно на сто лет

Кстати, на 106.

Отправлено спустя 6 минут 45 секунд:

однако, ретеллинг...
Тут на fix-it фанфик не похоже, скорее наоборот.

Я ничего не понял!

И зная что Наумов в итоге получит по башке кирпичом, читается о нём теперь как-то... отчуждённо.

Это не так работает.

почему Коля в выходной оказался в школьной куртке? Дома в них никто не ходил

Я знаю. Я не хочу разобъяснять подобную ерунду.

Отправлено спустя 35 секунд:

Но читать очень приятно. Прям как будто дома побывал

Спасибо. У кого?

[Pinhead]

Продолжение

Чёрт, там стояла настоящая местная автомашина! «Жигули» ВАЗ 21-01, кажется. Поблёскивала глянцевой краской тёмно-жёлтого оттенка, заполняя собой почти всё пространство гаража, оставив место только для полок, прикреплённых этажами вдоль стен, с наваленными на них инструментами и запчастями, пахнувшими резиной и маслом.

«Ты же не собираешься вправду…» Но мысли уже сами собой бежали быстрым калейдоскопом, примеряясь к инструкциям и руководствам, продумывая, просчитывая способы воспользоваться подвернувшимся шансом. Она пока что уняла их привычным волевым усилием. Сперва надо всё как следует обмозговать.

Она ходила по дому, бездумно, автоматическими движениями проверяла ящики и шкафы, память сама откладывала, что где лежит, не прибегая к осмыслению виденного, она знала, что когда надо всё вспомнит, а на самом деле, не могла отделаться от навязчивого желания. В конце концов, она залезла в память браслета, но совсем не для того, попыталась выяснить, как всё-таки запустить газовый котёл. Тот самый, что стоял в коридоре, и должен был обеспечивать дом теплом и горячей водой. По поводу второго были сомнения, но котёл всё-таки оказался двухконтурным, соответствующие трубы от змеевика торчали, откуда надо. Устройство производило на Алису жутковатое впечатление своими грубыми, неровными деталями, допотопной системой креплений и даже ржавчиной, кое-где выступавшей из-под толстенного слоя неровно лежащей краски. Всё ж таки, там была не вода, а горючий газ, взлететь на воздух как-то не очень хотелось. Она утешала себя тем, что миллионы людей этими устрйоствами пользуются, и как-то умудряются остаться в живых, тем более, что правила техники безопасности она прочитала и в общих чертах запомнила, чего делать не стоит.

Потом пришла пора кухонной плитки, потому что надо было уже и позавтракать, или хотя бы чаю попить, но газ для отопления и газ для плитки — оказалось, это разная механика. Пришлось учить ещё и способы обращения с баллоном. Скверно было ещё и то, что зачастую инструкции давали объяснения лишь в общих чертах, а о мелочах нужно было додумываться самой, да и не всегда всё там было понятно. Приходилось по ходу делу спрашивать дополнительные разъяснения о терминах и незнакомых понятиях. Даже кое-что из физики пришлось вспомнить.

Вся эта возня с газовым оборудованием, с одной стороны, несколько охладила её пыл в плане возникших, было, соблазнительных возможностей, ввиду более ясного осознания, что инструкции — не панацея, и не надо зарываться, с другой стороны, потраченное время, быстротекучесть которого чувствовалась буквально кожей, подталкивали к более решительным действиям.

«В конце концов, если уж пираты смогли, то почему я...» Тем более, уж у них-то не было вообще никаких инструкций.

Это был тот ещё аргумент! Пираты - они и есть пираты! Им наплевать на многие ограничения, которые для неё обязательны, да и возможностей у них не в пример больше. И всё-таки сравнение её задело. Нет, ну в самом деле, неужели она спасует в сравнении с какими-то пиратами?! Правда, тут было ещё одно, очень серьёзное препятствие, помимо, собственно, чисто технической стороны. Но о нём Алиса пока что предпочитала не думать. Сперва надо убедиться, что она в принципе сможет.

Она наскоро позавтракала рыбными консервами и чаем с вареньем. Сейчас было не до готовки, но подкрепиться, несомненно, требовалось. В голове было пусто. В смысле… не совсем. Пусто было там, где надо было, там, где должны были бы находиться мысли и планы относительно поиска миелофона. А вся активность сосредоточилась в другой сфере. Она вздохнула и покачала головой. Да, она была азартным человеком. И всегда остро реагировала на вызовы. Она допила последний глоток чая и направилась в гараж.

Единственная лампочка освещала помещение довольно тусклым светом. Алиса попыталась открыть водительскую дверь, какое-то время водила пальцами по плоской металлической планке, которая должна была играть роль ручки, не понимая, как это работает, потом заметила углубление ниже.

Внутри машина пахла бензином, пластиком, кожей сидений. Кресло с пёстрой накидкой для неё, конечно, было великовато, а рулевое колесо, почему-то оплетённое бежевой проволокой, высоковато. Никакой автоматической регулировки тут, естественно, не водилось. Впрочем, это были терпимые неудобства, она беглым взглядом осматривала управление, ёрзая на сидении, как бы пытаясь почувствовать новую технику, в конце концов, это было далеко не первое для неё средство передвижения, которым ей предстояло управлять. Что её действительно почти заставило отчаяться — попытка покрутить рулём туда-сюда. Она поняла, что практически не может сдвинуть его с места. Какое-то время она с досадой недоумевала, как же с этим справляются нынешние водители, далеко не все из которых были богатырями, потом у неё возникла догадка, что, возможно, во время движения всё будет намного легче. Она уже собиралась запросить браслет выдать ей нужные инструкции, когда ей пришло в голову, что стоит сперва, пожалуй, открыть дверь гаража.

Она вспомнила, что гараж закрыт снаружи, закрыт на висячий замок, а значит, придётся найти ключ. При таком неважном освещении искать было сложно, но всё равно она, как ей казалось, обшарила все подходящие места в гараже, где мог бы находится искомый ключ, и не нашла. Некоторое время она раздумывала на тему, какой смысл оставлять машину в гараже, когда из него невозможно выехать, в доме, специально обустроенном как запасное жилище, пришла к выводу, что никакого, потом до неё дошло, что ходить за ключом в гараж через весь дом довольно неудобно, а значит, она просто не там ищет. Дальше её память прокрутила ей её недавние изучения ящиков и шкафов и подсказала, что надо бы посмотреть в комоде в гостиной.

Именно там на колечке и находился ключ в виде тонкой трубки с бородкой, явно от висячего замка. Вместе с ним висела ещё парочка маленьких с выгравированной надписью «Тольятти».

На улице солнце светило уже вовсю, практически по-весеннему, кажется, впервые, за время пребывания здесь Алиса почувствовала, что на дворе апрель. В гараже сразу стало светло, когда она справилась с замком и, не без труда выдернув его из петель, отворила тяжёлые дверные створки.

Машина словно подмигнула ей бликами круглых фар, но в целом выглядела безучастной, как и любые автоматы, выключенные за ненадобностью.

«Ничего, попробуем тебя оживить».

Она вновь забралась в салон, раздумывая, как бы ей поудобней устроиться с браслетом. «Это тебе не флаер, на лобовое стекло изображение не выведешь», - посетовала она, ёрзая в кресле. Наконец, она решила положить браслет сверху на торпедо, это почти даже имитировало привычный ей вид.

Первой неожиданностью стала необходимость запускать машину с помощью ключа. Она слышала, что раньше детям дарили механические игрушки, которые заводились ключом, но чтоб настоящий автомобиль… Пришлось снова вылезать и идти за ключом, который висел на связке, оставленной ею в замке.

После поворота ключа включилась до крайности примитивная панель управления. В первую очередь Алиса бросила взгляд на указатель уровня топлива, его было достаточно. Лампочки давления масла и заряда аккумулятора загорелись красным, но, вроде бы, так пока что и должно было быть. Пора было запустить двигатель, она повернула ключ правее и тут же вздрогнула вместе с самим автомобилем, испуганно отпустив ключ, уж больно резким и неожиданным оказался этот процесс. Двигатель тут же заглох. Она выдохнула и попробовала ещё раз, на этот раз справившись с возникающей паникой и настойчиво удерживая ключ в нужном положении. Двигатель фырчал и дёргался, как следует не запускаясь, и этот процесс всё продолжался и продолжался. Она вновь отпустила ключ и обратилась к подсказкам. Оказывается, для нормального запуска холодного двигателя стоило при зажигании вытащить ручку подсоса. Она снова взялась за ключ, уже с некоторым сарказмом на лице. Действительно, при вытянутой ручке двигатель почти сразу как следует завёлся и работал ровно. В понимании реалий этих конкретных лет, конечно. Лампочки с маслёнкой и плюс-минусом погасли, значит примитивные датчики показывали, что машина в порядке. Пора было сделать следующий шаг.

Алиса удостоверилась, что ей есть куда ехать. Из ворот гаража машина должна была выезжать на гаревую дорожку, ведущую к широкой калитке в заборе, но там она планировала пока остановиться. По крайней мере, надеялась, что ей это удастся.

«Ты сначала поедь!»

Дальше надо было совершить сразу много действий, в том числе ногами, что для Алисы было довольно некомфортно, она не привыкла управлять с помощью ног, педали в её мире использовались редко, разве что в гравимотоциклах, но на них ей ездить пока не разрешали.

Она нажала на сцепление, взялась за здоровенный рычаг справа, чтобы переключить его на первую скорость. К счастью, на большом круглом набалдашнике рычага была выгравирована схема переключения, облегчая задачу запоминания, куда эту неудобно болтающуюся штуку следует двигать. Она двинула туда, куда надо (влево и вперёд), нажала на газ, и… совершенно жуткие скрежет и дрожь заставили её в ужасе отпустить педали. Двигатель заглох. Она пару секунд сидела, распахнув глаза, не понимая, что она сделала неправильно. Бросилась снова читать инструкции, они утверждали, что всё она сделала правильно. И лишь задав уточняющий вопрос, кое-как смогла выяснить, что оказывается, просто как следует не прожала педаль сцепления. Надо было давить до конца. Ну да, что поделать, она не привыкла к механическому воздействию на технику. Приходилось начинать всё с начала, предварительно вновь переведя рычаг в нейтральное положение.

В следующий раз она буквально всем весом навалилась на сцепление, прижала правой газ, автомобиль резко дёрнулся вперёд… и снова заглох. На этот раз без всякого скрежета. Даже слишком резко, Алиса едва не клюнула носом руль.

«Да что за напасть такая?!»

Она попыталась ещё раз, потом ещё. Получилось не лучше, машина дергалась вперёд и глохла. Это уже начало немножечко выводить из себя. Только с четвёртого раза она, наконец нащупала правильное сочетание работы ног, которое обеспечивало плавное трогание с места. Правда, поехав, она тут же испугалась вновь, что не успеет остановиться, бросила газ, надавила на тормоз, и заглохла снова.

Она вытерла пот. Эти бестолковые итерации заставили её взмокнуть. Она недоумевала, ведь всегда была на «ты» со средствами передвижения куда более сложными и совершенными, чем это железное корыто с двигателем внутреннего сгорания. И никогда не пасовала, схватывала всё на лету, чувствовала технику, умела одновременно просчитывать в голове несколько действий и даже умудрялась кое-какие соревнования выигрывать. Но, как оказалось, механическое управление требовало совсем других умений и навыков, не похожих на те, что применялись в управлении виртуальном, через посредничество компьютера, когда мышечное воздействие использовалось едва-едва. К тому же управляемость, вследствие чисто механического способа её передачи, оставляла желать сильно лучшего. Реакция на команды была совсем не той, к которой Алиса привыкла. Но отступать она, естественно, не собиралась.

Сперва она потренировалась на участке трогаться, двигаться немножко вперёд, назад, совершать примитивные повороты. Изрядно перепахав колёсами покрытие дорожки и газоны рядом. Потом всё-таки решилась открыть внешние ворота и выехать на асфальт переулка. Асфальт неважнецкий, но всё же покрытие получше, чем внутри. Алиса обладала навыком чувствовать габариты, несмотря на то, что техника в её мире предоставляла множество подсказок, а, если надо, всё делала сама, со временем, по мере привычки к управлению, такое чувство у неё развилось само собой. Но всё равно, задача проехать через калитку сейчас представлялась ей чем-то сходным с продеванием нити в игольное ушко. Помня о том, что справа тупик, она повернула налево, проползая сквозь ворота буквально со скоростью улитки. Теперь для неё открывалось гораздо большее пространство для тренировки. Переулок был практически пуст, одинокие прохожие маячили только где-то впереди у перекрёстка, так что несколько минут Алиса училась овладевать умением с нужным усилием нажимать и отпускать педали, разгоняться, подтормаживать, вовремя переключать скорости и пытаться использовать зеркала заднего вида. То, что висело в салоне, в точности повторяло форму заднего стекла, и вид из него был практически такой же. Это было удобно. Но вот что в действительности напрягало и выводило из себя, так это переключение скоростей. Никаких определённых чётких инструкций на этот счёт не было, формально скорости переключались тогда, когда двигатель достигал определённых оборотов, но никакой индикации не существовало, полагалось лишь прочувствовать нужный момент. Это было так нелепо, что вызывало желание просто послать всё куда подальше. Как вообще можно было создать управление с настолько бредовыми правилами?! И ведь все здесь его использовали и считали это нормальным. Уму непостижимо!

Её упражнения довольно скоро должны были привлечь внимание местных жителей. Если, конечно, уже не привлекли. Пора было решаться и выезжать на обычную улицу, ту самую Прохладную, по которой она пришла сюда от станции, тем более, что и она была практически свободной от автомобилей. Правда, для этого надо было ещё освоить подачу световых сигналов, которые почему-то приходилось включать вручную, они не срабатывали автоматически при повороте, но это как раз оказалось легко, тонкий рычажок находился прямо под рулём в пределах доступности пальцев. Оставались только пиктограммы, повсюду расставленные вдоль местных дорог, за указаниями которыми следовало следить, но Алиса решила, что будет решать проблемы по мере поступления. Как-нибудь разберётся, не дурнее паровоза, тем более, что многие из них были интуитивно понятны.

Оставалась последняя, как ей сейчас казалось, самая серьёзная проблема. В узком переулке с односторонним движением на этой трудноуправляемой колымаге развернуться было практически невозможно, так что она сдала назад, вернувшись обратно к дому.

[Nik]

читали это нормальным.

Никогда так не считал. Это наследие времен самобеглых колясок, заводимых ручкой, ацетиленовых фонарей и какчуковых шин.

Отправлено спустя 5 минут 20 секунд:
Это как кто нибудь сделал самодельный радиоприёмник, где контакт зажимает большим пальцем, остальным крутя какую нибудь ручку, а потом все так и стали делать. И все думают, что это в порядке вещей.

[Н. Светлов]

У кого?

У себя

А здесь где-то более комфортно, где-то менее, но всё же в целом ощущение такое, будто в гостях

Оставалась последняя, как ей сейчас казалось, самая серьёзная проблема.

Пройти медкомиссию, сдать теорию, вождение и получить местные права. Уфф, ещё же доверенность на управление транспортным средством…

[Лилия]

получить местные права

Да кто ж ей даст то? Девочке 12 только....

поэтому нужно выключить рациональное мышление

Вовсе нет.
Наверно, просто следует понимать, что абсолютная вера в науку, по сути это тоже просто вера. Особенно, если сама наука даже говорит, что есть та или иная степень вероятности.

[Pinhead]

а потом все так и стали делать. И все думают, что это в порядке вещей.

Я тоже считаю, что это предубеждения. Я, например, считаю, что педаль тормоза должна быть на правой ноге, а газа - на левой, просто потому, что так безопасней. Но вот мой друг, заядлый автомобилист, считает, что чем меньше изменений в управлении, тем лучше. Сейчас иногда некоторые производители вместо руля на передовых моделях вводят что-то вроде джойстика, так это наполняет его прямо-таки праведным гневом. Так уж люди устроены, консерватизм на первом месте.
Телефон, по идее, тоже должен не звонить, а звенеть, но он, тем не менее, звонит.

А здесь где-то более комфортно, где-то менее, но всё же в целом ощущение такое, будто в гостях

у сказки. Мы же рождены, чтобы сделать её былью, нет?

Пройти медкомиссию, сдать теорию, вождение и получить местные права.

Можно и так, конечно, но не для всякого подходит.

[Н. Светлов]

Да кто ж ей даст то? Девочке 12 только....

Девочке вообще минус 95

Мы же рождены, чтобы сделать её былью, нет?

Похоже даже, что по факту всё-таки сделали Воперки и несмотря на.

[Pinhead]

Девочке вообще минус 95

"Его любви здесь нет,
Его любви - ей минус пятнадцать лет.
Она ждет за ветхим крылом,
За темным стеклом,
И ей бесконечно странно."

[ZYOBRA_70]

Наверно, просто следует понимать, что абсолютная вера в науку, по сути это тоже просто вера. Особенно, если сама наука даже говорит, что есть та или иная степень вероятности.

научное мышление исключает любую веру, хоть абсолютную, хоть относительную. Только знание, только хардкор! )))

[Лилия]

ZYOBRA_70, сразу видно, далеки Вы от науки.

Девочке вообще минус 95

Вообще, да. Тогда возникает вопрос, будут ли сложности в управлении автомобилем 20века для человека, который умеет управлять космическим кораблем? Флипами и флаерами. Или это примерно,как на лошади ездить. Сто лет назад может многие умели. А сейчас вроде как уже не актуальный навык?

[ZYOBRA_70]

сразу видно, далеки Вы от науки

аргументируйте )))

[Лилия]

ZYOBRA_70, правда хотите это узнать? Вы просто не понимаете о чем я говорю.

[Н. Светлов]

научное мышление исключает любую веру, хоть абсолютную, хоть относительную.

Я с этим не соглашусь. И не только на том основании, что Ньютон был верующим и даже отметился в роли богослова, но, главное, на основании аргументов Рассела из книги «Человеческое познание: его сфера и границы». Рассел показывает, что без априорного доверия к гипотезам невозможна их проверка и что результаты их проверки, вообще говоря, зависят от того, в какой мере мы им доверяем a priori.

Пример: некто утверждает, что изобрёл вечный двигатель. Поскольку мы верим (ибо знать это с абсолютной достоверностью невозможно), что законы термодинамики не знают исключений, мы, скорее всего, не примем во внимание его свидетельства, какими бы весомыми они ни оказались, и направим свою энергию не на развёртывание производства вечных двигателей, а на поиск ошибки, допущенной изобретателем, или же на разоблачение обмана.

Тогда возникает вопрос, будут ли сложности в управлении автомобилем 20века для человека, который умеет управлять космическим кораблем?

Будут, конечно же. Точно так же, как у человека, виртуозно управляющего автомобилем, могут возникнуть сложности в управлении намного проще устроенным велосипедом, если он сел на велосипед впервые. Или у пилота, владеющего навыками высшего пилотажа — и вдруг впервые оказавшегося за штурвалом зерноуборочного комбайна. Обещаю, что зрелище будет весьма жалким, даже если пилот умеет управлять не только самолётом, но и автомобилем, и велосипедом.

[Лилия]

Будут, конечно же

Ну да, курс вождения транспорта 20века, как навык наверно загружается или тренируется специально. А здесь было не запланированное перемещение. Хотя мне кажется, если есть навыки управления несколькими видами транспорта, освоить новый не так уж и сложно, по общему принципу хотя бы.

[ZYOBRA_70]

правда хотите это узнать? Вы просто не понимаете о чем я говорю

а зачем я тогда это написал? Объясните, что именно я не понимаю и почему

Отправлено спустя 17 минут 1 секунду:
Н. Светлов, хм... в отношении законов термодинамики у нас есть некоторая уверенность, основанная на опыте. Таким образом требуется всего лишь получить иной достоверный опыт, чтобы эти законы отвергнуть. Ну, или в очередной раз подтвердить. Например, достаточно развернуть производство вечных двигателей в колличестве одна штука, чтобы убедится. Желательно, за счёт средств самого изобретателя )))
По-моему, все так и делают

[Pinhead]

Тогда возникает вопрос, будут ли сложности в управлении автомобилем 20века для человека, который умеет управлять космическим кораблем? Флипами и флаерами.

Будут, конечно же. Точно так же, как у человека, виртуозно управляющего автомобилем, могут возникнуть сложности в управлении намного проще устроенным велосипедом

Ребята, а ничего, что я в повести прямо об этом и пишу?! Кагбэ, для кого я это делаю?