Теперь - роман Ивана Ефремова:В том, что вы говорите, было бы много верного, если бы все обстояло именно так, - произнес вставая Хорпах. Он оперся руками на исчерченную карту. - Но в конце концов это только гипотеза, а мы не можем вернуться с гипотезами. Нам нужна уверенность. Не месть, а уверенность. Точный диагноз, точные факты. Как только мы их установим, как только я буду иметь в контейнерах образцы этой летающей механической фауны, - если она действительно существует, - я сразу же соглашусь, что здесь нам больше делать нечего.
– Все другие спят, – несмело произнесла девушка, – и… ничего не знают, – добавила она вполголоса.
– Не бойтесь говорить. Товарищи спят, и сейчас нас только двое бодрствующих в космосе, и до Земли пятьдесят биллионов километров – всего полтора парсека!
– И анамезона только на один разгон! – Ужас и восторг звучали в возгласе девушки
Тридцать седьмая звёздная экспедиция была направлена на планетную систему близкой звезды в созвездии Змееносца, единственная населённая планета которой – Зирда давно говорила с Землёй и другими мирами по Великому Кольцу. Внезапно она замолчала. Более семидесяти лет не поступало ни одного сообщения. Долг Земли, как ближайшей к Зирде планеты Кольца, был выяснить, что случилось. Поэтому корабль экспедиции взял много приборов и нескольких выдающихся учёных, нервная система которых после многочисленных испытаний оказалась способной вынести годы заключения в звездолёте. Запас горючего для двигателей – анамезона, то есть вещества с разрушенными мезонными связями ядер, обладавшего световой скоростью истечения, был взят в обрез не из-за веса анамезона, а вследствие огромного объёма контейнеров хранения. Запас анамезона рассчитывали пополнить на Зирде. На случай, если с планетой произошло бы что-либо серьёзное, звездолёт второго класса «Альграб» должен был встретить «Тантру» у орбиты планеты К2-2Н-88.
Обратите внимание:
И всё это богатство, в конечном итоге оказалось не разгруженным и неиспользованным. Неиспользованные приборы в опечатанных трюмах вернулись на Землю, а ученые почти все тринадцать лет проспали в своих каютах. Прилетели, покружили, посигналили, повыли, сбросили один или два автозонда - оказалось, что на планете радиация несколько повышена. Вытащили из корабельной библиотеки несколько фотокопий местных журналов, которые в своё время Зирда переслала по радио по Великому Кольцу. Узнали, что на Зирде увлекались наземными ядерными испытаниями. И строят гипотезу: так они же, наверное, эта значить, себя радиацией уморили. И так, не севши, не потрогавши, не понюхавши, не пощупавши, не выяснивши толком, что здесь произошло, с одной только гипотезой отправились в обратный путь.корабль экспедиции взял много приборов и нескольких выдающихся учёных...
Вопрос:
Почему?
"Туманность Андромеды" - это, всё-таки, не бульварная развлекалка. Это попытка представить себе мир, не похожий на наш. Вспомним:
Перед нами именно что другое общество, с иными традициями, с иной мотивацией его членов... Так как же?.....тысячелетиям воспитания удалось заменить мелкие личные радости человека на большие и общие.
Почему Эрг Ноор на Зирде не сел?
Ещё один момент:
На этот раз цитирую не самого Ефремова, а статью Сергея Переслегина "Странные взрослые":
"Тантру" и "Парус" отделяют 85 лет, между тем, это звездолеты одного класса и одних возможностей. То есть, конечно, "Тантра" более совершенна: она относится к следующей серии и превосходит "Парус" настолько же, насколько "Индефатигибл", британский линейный крейсер образца 1911 года, превосходил "Инвинсибл", построенный на два года раньше: на 4% длиннее, на 10% шире, на 7% больше индикаторных сил на валах...
Сразу же возникает вопрос: а почему не посылает? Совет Звездоплавания - один из четырех базовых земных "министерств", наряду с Советом Экономики, Советом Чести и Права... И у этого Совета - только одна экспедиция в пространстве. Чем упомянутый совет занимается в течении пятнадцати лет, дожидаясь её возвращения? Пасьянсы на экране компьютера раскладывает? Солнечная система у них до конца толком не освоена и не исследована, у приземлившейся на Тритоне и проходящей послеэкспедиционный карантин "Тантры" нет устойчивой связи с Землей. Терраформирование Венеры и Марса - для них, как и для нас в советское время - дело далекого будущего - вспомните заседание Совета Звездоплавания.Экспедиция "Тантры" - 37-я звездная. Как правило, Земля не посылает новых экспедиций до возвращения предыдущей (или истечения контрольного срока ее запаздывания). При описанной в романе технике экспедиция ни при каких обстоятельствах не может продолжаться менее 10 лет. Тем самым, космическая история человечества продолжается уже три с половиной столетия, а, скорее - лет пятьсот.
...
Обратим внимание в этой связи на чрезвычайно медленный ход космической экспансии - после четырех или пяти столетий звездных полетов не до конца исследована даже солнечная система; лишь обсуждается вопрос о космической экспансии человечества
То есть, если мне будет позволено употребить здесь ученое слово "резюмируя":С нашей, то есть, европейской, время-ориентированной, точки зрения, посылать после этого опыта "Лебедь" на Архенар - в экспедицию без возращения - преступление, которому нет оправдания. Ведь теоретические выкладки Рен Боза неопровержимы, а эксперимент дал неоднозначный, но, скорее, положительный результат: даже если рассматривать видение Мвен Маса как галлюцинацию, приборы фиксировали наличие нуль-пространства. Что следует делать в рамках европейской парадигмы? Бросить на открывшееся направление, на поддавшийся, уже потерявший свою целостность "фронт", все наличные резервы, получить за два- три года точные доказательства справедливости теории (попутно восстановить спутник 57 и создать какую-никакую рабочую базу на Фобосе или в поясе астероидов - не столько потому, что она может понадобиться, а, скорее, с целью использовать благоприятную конъюнктуру и получить задел на будущее), ввести в образовавшийся "чистый прорыв" свежие научные и технические силы и создать полноценный ЗПЛ, экипаж которого не играл бы при каждом прыжке в орлянку с судьбой.. Чтобы передать такой звездолет в серийное производство европейской цивилизации понадобилось бы лет пятнадцать, если работать в рамках обычной научно-технической логики, и лет пять, если использовать ТРИЗ и прочие практические мета-технологии. Ресурсное обеспечение операции, открывающей новую эру существования человечества, вряд ли превысило бы "цену" полета "Лебедя". В общем, пятнадцать лет труда, один золотой конь, один администратор с кругозором генерала Гровса, и человечество получает ключ к Вселенной..
Характерно, что идеи подобной направленности даже не озвучиваются в Совете Звездоплавания.. В Реальности Ефремова господствуют совершенно другие сроки: лишь правнук Рен Боза увидел первые экспериментальные, звездолеты прямого луча
Медлительность, осторожность, нерешительность...
Почему? Как вы думаете?



