Просто хорошее стихотворение....

[Мартовский заяц]

По-моему, здесь этого стихотворения не было. Ссылку видела на Миелофоне.
Возвращение Алисы Селезневой.

2453 год.
Утро. Приветливым острым лучом
Солнце проделало дырку в стекле.
- Солнце, Алиса, не заперт мой дом.
Ты заходи, бластер брось на столе.

Рядом присядь, гарь с лица оботри,
Выпей холодный, растаявший лед.
Тварь успокой, что томится внутри,
Мерзкую жизнь неизвестных пород.

Гибель и мрак вспомним, солнце,с тобой.
Вспомним, как жгла нас вселенская пыль,
Как превращалась волной световой
Сказка в холодную, мрачную быль.

Птицы здесь больше не вьют своих гнезд.
Где золотой, нам обещанный век?
Что же ты скрыла, посланница звезд,
Правду о будущем высохших рек?

С облака капает вниз кислота,
Яд углекислый у нас на губах.
Зря возвратилась ты в эти места,
Солнце, на звездных своих кораблях.

Может быть жизнь ты случайно нашла,
Долго скитаясь средь черных планет?
Там, где ландшафты не помнят тепла
Сто миллиардов космических лет.

Жизнь, что тогда не умели ценить -
Слышал, в затерянном где-то раю
Между вселенными тонкая нить
Свет сберегла нам на самом краю.

Молча смотрела она на меня,
Сделав воды загрязненной глоток
И на ладони, как святость храня
Цвета забытых небес лепесток.

[Н. Светлов]

Эх, ностальгия! Жаль только, напрочь забыл, кто автор Надо будет в архивах покопаться.

[Белорус]

И.А.Ильин. Из художественно-философского эскиза "Я вглядываюсь в жизнь.Книга раздумий".

Из хаоса туч, из напряжённого буйства дождя, из всей неразберихи природы - надо всем, что вздыбило дикие стихии, -
поднялась, дружески и приветливо светясь, законченная, чистая форма, самая чистая из всех - форма круга. Правда, видна
лишь её половина, возможно, даже меньше половины. Но наше внутреннее созерцание уже ликует, дополняя её; ему довольно
лишь отрезка совершенной формы круга, и оно уже наслаждается целым, совершенным кругом, ибо закон круга проявляется
в каждом из его отрезков. Но всё же эта форма круга сделана не нами; ни один человек не рисовал её, ни один даже не
представлял себе. Скорее, она пришла к нам извне, объективно и реально; она смотрит на нас, вниз, с небес, в своей
светящейся и лёгкой радости. Радугой называется этот радостный круг мгновения, который вдруг удовлетворяет и ободряет
наше подсознательное стремление к совершенной форме в великом масштабе неба и мира и подтверждает наши беспомощные
рисунки и представления: показывает победу формы над бесформенностью, закона над стихиями, порядка над анархией...
Это - радуга, кротко принесённая дуновением гостья облаков, которая словно безмолвно шепчет нам: "Не страшитесь,
люди! Дыхание совершенства сильнее всех страхов на свете! Только мечтайте, спокойно мечтайте о власти возвышенной
красоты... Это не пустые мечты... Вашими мечтами грезит и мир... Правдивы и пророчески эти образы... ведь есть
таинственная гармония между вами и вселенной. И святая власть является порукой триумфа прекрасного закона..."
Радуга, ты тень солнца! Ты отблеск вечности! Ты символ Бога в юдоли земного существования! Какая радость, что мы
увидели тебя сегодня! Как счастливо то место на земле, где соблаговолит отдохнуть твой лучистый конец...

[Мартовский заяц]

Эх, ностальгия! Жаль только, напрочь забыл, кто автор Надо будет в архивах покопаться.

Это был конкурс шуточных стихотворений, и одно прислали вот такое серьезное. Прямо как у Вийона с балладой поэтического состязания в Блуа. Кстати:

От жажды умираю над ручьем.
Смеюсь сквозь слезы и тружусь играя.
Куда бы ни пошел, везде мой дом,
Чужбина мне — страна моя родная.
Я знаю все, я ничего не знаю.
Мне из людей всего понятней тот,
Кто лебедицу вороном зовет.
Я сомневаюсь в явном, верю чуду.
Нагой, как червь, пышнее всех господ,
Я всеми принят, изгнан отовсюду.
Я скуп и расточителен во всем.
Я жду и ничего не ожидаю.
Я нищ, и я кичусь своим добром.
Трещит мороз — я вижу розы мая.
Долина слез мне радостнее рая.
Зажгу костер — и дрожь меня берет,
Мне сердце отогреет только лед.
Запомню шутку я и вдруг забуду,
И для меня презрение — почет.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.
Не вижу я, кто бродит под окном.
Но звезды в небе ясно различаю.
Я ночью бодр и засыпаю днем.
Я по земле с опаскою ступаю.
Не вехам, а туманам доверяю.
Глухой меня услышит и поймет.
И для меня полыни горше мед.
Но как понять, где правда, где причуда?
И сколько истин? Потерял им счет.
Я всюду принят, изгнан отовсюду.

И еще:

О люди-братья, мы взываем к вам:
Простите нас и дайте нам покой!
За доброту, за жалость к мертвецам
Господь воздаст вам щедрою рукой.
Вот мы висим печальной чередой,
Над нами воронья глумится стая,
Плоть мертвую на части раздирая,
Рвут бороды, пьют гной из наших глаз:
Не смейтесь, на повешенных взирая,
А помолитесь Господу за нас!
Мы братья ваши, хоть и палачам
Достались мы, обмануты судьбой.
Но ведь никто — известно это вам? —
Никто из нас не властен над собой!
Мы скоро станем прахом и золой,
Окончена для нас стезя земная,
Нам Бог судья! И к вам, живым, взирая,
Лишь об одном мы просим в этот час:
Не будьте строги, мертвых осуждая,
И помолитесь Господу за нас!
Здесь никогда покоя нет костям:
То хлещет дождь, то сушит солнца зной.
То град сечет, то ветер по ночам
И летом, и зимою, и весной
Качает нас по прихоти шальной
Туда, сюда и стонет, завывая,
Последние клочки одежд срывая,
Скелеты выставляет напоказ:
Страшитесь, люди, это смерть худая!
И помолитесь Господу за нас.
О Господи, открой нам двери рая!
Мы жили на земле, в аду сгорая.
О люди, не до шуток нам сейчас,
Насмешкой мертвецов не оскорбляя.
Молитесь, братья, Господу за нас!

Франсуа Вийон.

[Н. Светлов]

Это был конкурс шуточных стихотворений, и одно прислали вот такое серьезное.

Я точно помню, что читал его когда-то. Скорее всего, между 2002 и 2004 годами. А вот где - не помню. Казалось, что в гостевой МФ, но в её архивах стихотворение не обнаружилось.

Меня зацепило то, что оно с такой любовью написано, хотя и не про любовь вовсе.

[purgatorius]

За гранями тысячных долей мгновений
Чуть-чуть впереди иль слегка приотстав,
Живут в миллионах других измерений
Иные в своих параллельных мирах.
Иные? А может они, между прочим,
Не столь уж иные? А может совсем
Такие, как мы? Только скажем, не очень
Такие, как мы. Вроде мы, но не те.
http://fotki.yandex.ru/calendar/users/a ... ew/476452/

[Белорус]

ЗА КНИГОЙ

Я зачитался. Я читал давно.
С тех пор, как дождь пошёл хлестать в окно.
Весь с головою в чтение уйдя,
не слышал я дождя.

Я вглядывался в строки, как в морщины
задумчивости, и часы подряд
стояло время или шло назад.
Как вдруг я вижу: краскою карминной
в них набрано: закат, закат, закат.

Как нитки ожерелья, строки рвутся
и буквы катятся куда хотят.
Я знаю, солнце, покидая сад,
должно ещё раз было оглянуться
из-за охваченных зарёй оград.

А вот как будто ночь по всем приметам.
Деревья жмутся по краям дорог,
и люди собираются в кружок
и тихо рассуждают, каждый слог
дороже золота ценя при этом.

И если я от книги подыму
глаза и за окно уставлюсь взглядом,
как будет близко всё, как станет рядом,
сродни и впору сердцу моему!

Но надо глубже вжиться в полутьму
и глаз приноровить к ночным громадам,
и я увижу, что земле мала
околица, она переросла
себя и стала больше небосвода,
и крайняя звезда в конце села -
как свет в последнем домике прихода.


Райнер Мария Рильке (перевод Бориса Пастернака)

[purgatorius]

Ну и прекрасно! И - наплевать!
Ну и прекрасно! И - наплевать!
Девочкой - я б никогда не простила.
Девушкой - я бы за все отомстила!
Женщиной - я научилась прощать...
Ну и прекрасно, и - наплевать!

Дай счастье мне с тобой молчать
Дай счастье мне с тобой молчать!
Я от ненужных слов устала.
Ну неужели тебе мало
Меня в молчанье целовать?

Что скажешь, – ничего не ново.
Всё мною слышено давно.
А трепетности лишено
Сто раз повторенное слово!

Не говори его пока
Себя сдержать умеет горло
И после будет не так горько
Все эти бредни вспоминать.

Пусть на губах застынет звук
Полуулыбкой непонятной,
А слово, сказанное внятно
Порвёт таинственности круг.

Не надо связывать себя
Верёвками привычной лести,
Лишь придыханьем междометий
Мы можем связывать себя...

Дай счастье мне с тобой молчать!..

http://catcherdreams.livejournal.com/53677.html Марина Дюжева.

[Н. Светлов]

Ну хорошо, я сваливаю отсюда.

"Не нравится мне это!" © ТТП.

Ну просто совсем не нравится

[Мартовский заяц]

"Ковчег под предводительством осла -
Вот мир людей. Живите во Вселенной.
Земля - вертеп обмана, лжи и зла.
Живите красотою неизменной.

Ты, мать-Земля, душе моей близка -
И далека. Люблю я смех и радость,
Но в радости моей - всегда тоска,
В тоске всегда - таинственная сладость!"

И вот он посох странника берет:
Простите, келий сумрачные своды!
Его душа, всем чуждая, живет
Теперь одним: дыханием свободы.

"Вы все рабы. Царь вашей веры - зверь.
Я свергну трон слепой и мрачной веры.
Вы в капище: я распахну вам дверь
На блеск и свет, в лазурь и бездну Сферы.

Ни бездне бездн, ни жизни грани нет.
Мы остановим солнце Птолемея -
И вихрь миров, несметный сонм планет
Пред нами развернется, пламенея!"

И он дерзнул на все - вплоть до небес.
Но разрушенье - жажда созиданья,
И, разрушая, жаждал он чудес -
Божественной гармонии созданья.


Глаза сияют, дерзкая мечта
В мир откровений радостных уносит.
Лишь в истине - и цель, и красота.
Но тем сильнее сердце жизни просит.

"Ты, девочка! Ты, с ангельским лицом,
Поющая над старой звонкой лютней!
Я мог тебе быть другом и отцом...
Но я один. Нет в мире бесприютней!

Высоко нес я стяг своей любви.
Но есть другие радости, другие.
Оледенив желания свои,
Я только твой, Познание-София!"

И вот опять он странник. И опять
Глядит он вдаль. Глаза блестят, но строго
Его лицо. Враги, вам не понять
Что Бог есть свет. И он умрет за Бога.

"Мир - бездна бездн. И каждый атом в нем
Проникнут Богом - жизнью, красотою.
Живя и умирая, мы живем
Единою, Всемирною Душою.

Ты, с лютнею! Мечты твоих очей
Не эту ль Жизнь и Радость отражали?
Ты, Солнце! Вы, созвездия ночей!
Вы только этой радостью дышали".

И маленький тревожный человек
С блестящим взглядом, ярким и холодным,
Идет в огонь. "Умерший в рабский век
Бессмертием венчается - в свободном!

Я умираю, ибо так хочу.
Развей, палач, развей мой прах презренный!
Привет Вселенной, Солнцу! Палачу!
Он мысль мою развеет по Вселенной!"

Иван Бунин

[Pafnutiy]

Бейте тарелки, бейте розетки!
Вилки тупите, гните ножи!
Об пол бутылки! В печку салфетки!
Будет порядок - только скажи!

Рвите на части скатерти, гости!
Лейте на стулья жир от котлет!
Корки и кости под ноги бросьте!
Мажьте горчицей ценный паркет!

Чашки и рюмки - в чан с кипятком!
Ломом железным поворошите,
Выньте, откиньте и обсушите -
И на помойку все целиком!

Кто там без дела? Стыд и позор!
Эй, осторожно, хрупкий фарфор!

Дж. Р.Р. Толкиен
Перевод: И.Комарова

[Pafnutiy]

За синие горы, за белый туман
В пещеры и норы уйдет караван;
За быстрые воды уйдем до восхода
За кладом старинным из сказочных стран.

Волшебники-гномы! В минувшие дни
Искусно металлы ковали они;
Сапфиры, алмазы, рубины, топазы
Хранили они и гранили они.

На эльфа-соседа, царя, богача
Трудились они, молотками стуча;
И солнечным бликом в усердье великом
Украсить могли рукоятку меча.

На звонкие цепи, не толще струны,
Нанизывать звезды могли с вышины;
В свои ожерелья в порыве веселья
Вплетали лучи бледноликой луны.

И пили они что твои короли
И звонкие арфы себе завели;
Протяжно и ново для уха людского
Звучало их пенье в глубинах земли.

Шумели деревья на склоне крутом,
И ветры стонали во мраке ночном;
Багровое пламя взвилось над горами -
И вспыхнули сосны смолистым огнем.

Тогда колокольный послышался звон,
Разверзлась земля, почернел небосклон.
Где было жилище - теперь пепелище:
Не ведал пощады свирепый дракон.

И гномы, боясь наказанья с небес,
Уже не надеясь на силу чудес,
Укрылись в богатых подземных палатах -
И след их сокровищ навеки исчез.

За синие горы, где мрак и снега,
Куда не ступала людская нога,
За быстрые воды уйдем до восхода,
Чтоб золото наше отнять у врага.

Дж. Р.Р. Толкиен
Перевод: И.Комарова

[Pafnutiy]

Очень люблю этот стих К.Кинчева

Лесною стороною
Под ясной звездою
Тропою оленя
Гуляет Емеля.
И все ему рады -
Звери, птицы и гады,
Деревья и травы,
Поля и дубравы.
Покуда есть силы,
Покуда есть духу,
Не порваны жилы,
Не вспорото брюхо.
Покуда есть мочи,
Покуда есть семя,
Орет и хохочет,
Гуляет Емеля.
И славит свободу
Сквозь дыбы изгибы
На радость народу,
Себе на погибель.

[Н. Светлов]

Бейте тарелки, бейте розетки!
Вилки тупите, гните ножи!

Королева Алиса на праздник зовет:
- Собирайся скорей, Зазеркальный народ!
На высоком престоле в блестящем венце
Королева Алиса вас ждет во дворце!

Так наполним бокалы и выпьем скорей!
Разбросаем по скатерти мух и ежей
В кофе кошку кладите, а в чай - комара,
Трижды тридцать Алисе ура!

И сказала Алиса: - Зазеркальный народ!
Счастлив тот, кто с тремя Королевами пьет.
Это редкое счастье, великая честь -
За обеденный стол с Королевами сесть!

Так нальем же в бокалы чернила и клей,
И осушим их залпом за наших гостей.
Вина с пеплом мешай, веселись до утра!
Девяностожды девять ура!

[Лекс Айрин]

Н. Светлов
А мне у Толкиена на другое стихотворение нравится.

Древнее золото редко блестит,
Древний клинок - ярый.
Выйдет на битву король-следопыт:
Зрелый не значит - старый.
Позарастают беды быльем,
Вспыхнет клинок снова,
И короля назовут королем
В честь короля иного.

[Белорус]

Милый друг, иль ты не видишь,
Что всё видимое нами -
Только отблеск, только тени
От незримого очами?

Милый друг, иль ты не слышишь,
Что житейский шум трескучий -
Только отклик искажённый
Торжествующих созвучий?

Милый друг, иль ты не чуешь,
Что одно на целом свете -
Только то, что сердце сердцу
Говорит в немом привете?


Владимир Соловьёв

[Pafnutiy]

Николай Гумилев
«Смерть»


Нежной, бледной, в пепельной одежде
Ты явилась с ласкою очей.
Не такой тебя встречал я прежде
В трубном вое, в лязганье мечей.

Ты казалась золотисто-пьяной,
Обнажив сверкающую грудь.
Ты среди кровавого тумана
К небесам прорезывала путь.

Как у вечно жаждущей Астреи,
Взоры были дивно глубоки,
И неслась по жилам кровь быстрее,
И крепчали мускулы руки.

Но тебя, хоть ты теперь иная,
Я мечтою прежней узнаю.
Ты меня манила песней рая,
И с тобой мы встретимся в раю.

[Алиса]

Раз речь зашла о Толкине...

***
Вот спит кот Обормот,
и он видит сон:
То сметанку, вишь, то мышь,
То жирён бульон
То он вроде на свободе
средь котов готов,
Яр и скор, влиться в хор
Ста котовьих ртов;
А то вдруг - будто юг,
Зной, томленье, лень,
Люди ходят, звери бродят,
А он - в тень на весь день.
А вот лев - кровавый зев,
Клык на нож похож - Превелик и очень дик;
Пард он тож хорш,
Тоже грозный,в шкуре звездной,
вострог, быстроног,
Для ловиты - когти - бритвы:
Скок - и поволок.
Дикий в чащах настоящих
жив народ -
рычит, ревёт.
Обормот в тепле живёт -
Но свой род
Помнит кот!

[Мартовский заяц]

Леонид Александрович Кага́нов (1972, Москва) — писатель-фантаст, поэт, сценарист, юморист, телеведущий.

Гудит завод, шагают октябрята, шуршит под башмаком осенний лист, а мама Генку повела куда-то анализы сдавать на яйца глист. У мамы голос тверд, а график точен, с ней спорить абсолютно ни к чему. Конечно, Генка маму любит очень. Но не взаимно — кажется ему. В родном дворе друзья играют в прятки. Кругом висят плакаты «Миру — мир!» Мороженщица толстая в палатке румяным детям продает пломбир. Палатка по пути, палатка прямо, во рту скопилась горькая слюна. «Пломбир! Давай пломбира купим, мама!» — «Я запрещаю» — говорит она. Но как же так? Любой ребенок мира мороженое летом должен есть! А я шесть лет не пробовал пломбира! А мне как раз сегодня ровно шесть! Едят пломбир в Америке, Европе, едят пломбир у нас, какой в нем вред? Но мама больно хрясь его по попе: «Я запретила: это значит — нет!» И Генка, от обиды шмыгнув носом, прошел за мамой молча через парк. И снова обратился к ней с вопросом: давай мы купим нам воздушный шар? Он будет красным как победы знамя! Он полетит на ниточке вперед! Как будто он сегодня тоже с нами анализ в поликлинику несет! Но мама жестко, не моргнув и глазом, ответила ему: «Конечно нет. Шары содержат примеси и газы, а также в них большой моральный вред.» Не спорит Генка, спорить тут не надо, подобный спор всегда чреват бедой. Но впереди аллеи — автоматы с прекрасной газированной водой. «Давай мы внутрь бросим три копейки! А если жалко — то одну всего! И автомат нальет в стакан из лейки с сиропом воду или без него!» Но вдруг себя почувствовав неловко, он замолчал и услыхал в ответ: «Тебе я запретила газировку! А запретила — это значит, нет!» — «Но почему?» — «Там грязные стаканы.» — «А мы помоем!» — «Замолчи, не ной.» — «Мы сбегаем домой помыть под краном! Мы принесем стакан из дома свой! Ведь все же пьют!» — «А ты на всех не тыкай!» — «Но всем же можно!» — «А тебе — никак!» — «Но все ребята, Вовка, Вероника, они же...» Но в ответ по попе — шмяк: «Сказала — нет! Не будет газировки! А чтоб не вздумал спорить и кричать, ты с завтрашнего дня не дружишь с Вовкой, и запрещаю во дворе гулять!» — «Ах мама, мама, ты такая злая!» — «Я злая? Почему же? Вовсе нет. Запомни, сын: чем больше запрещаешь, тем больше пользы и тем меньше вред.» И Генка замолчал. Он шел за мамой к районной поликлиники крыльцу, но было у него лицо упрямо и злоба пробегала по лицу. И с яростью, нехарактерной детям, он всё шептал: клянусь, я отомщу! Я вырасту! И людям всем на свете я всё на свете тоже запрещу! Я запрещу, что надо и не надо! Я покараю весь жестокий мир! Я отомщу за каждую досаду! За каждый мне не купленный пломбир! Я вырасту! Я буду главный самый! Я вам припомню! Я вам не прощу! Я запрещу все то, что любит мама! И все, что любит папа, запрещу! Я запрещу газеты, пароходы! И цирк! И диафильмы! И кино! Латвийские диковинные шпроты! Грузинское, молдавское вино! Я запрещу футбол и карусели! Поездки к морю взрослых и детей! Скакалки, прятки, салочки, качели! И всех на свете птиц! И всех свиней! Я запрещу из Минска простоквашу! И молоко, и пиво по стране! И кашу! Слышишь, мама? Эту кашу, которую ты утром варишь мне! Скажу «нельзя» — и словно встанет стенка! Скажу «нельзя» — и задрожит страна! Я вырасту! — шептал сквозь зубы Генка. — И месть моя окажется страшна!

[Н. Светлов]

Я вырасту! — шептал сквозь зубы Генка. — И месть моя окажется страшна!

Охижутик с Чумароза