Повесть о волшебном цветке

[Mich]

Всё же речь идёт о конвергенции

Речь действительно идёт о конвергенции.

[толик]

Ну когда же свадьба!

[Mich]

Ну когда же свадьба!

Когда вырастут.

[Sordes Pilosus]

Их я скорее всего удалю, первоначально (в первых набросках) они действительно использовались как "якоря" при работе над текстом.

Не удалите, а переработаете в полноценные связки, чтобы эти вставки стали частью действия персонажей, а не Вашими пояснениями к каким-то из них. Это Вы подразумеваете?
Смотрите, что получается
Персонаж А совершает действие X.
На это действие ему отвечает персонаж В. Его ответ обозначим X1.
Действия X и X1 приводят к действию Y.
И когда развитие получает уже действие Y, вдруг в скобках даются пояснения к его возникновению, отсылающие к действиям X и X1. То есть действия эти изначально получаются незавершёнными. И приводимые пояснения уместно сделать их частью поставив перед действием Y. Или присовокупить к действию Y в виде деепричастных оборотов и т.д.
Впрочем, Вы, наверно, и сами знаете, как это делается.

Ну когда же свадьба!

Когда вырастут.

Шаманский обряд связывания шёлковой нитью можно провести уже сейчас.

[sla]

Похоже Mich первый догадался писать о поцелуйчиках, в смысле о первых поцелуях. Пинхеда я не считаю, у него страсть уже не детская, а период первых поцелуев пропущен. Булычев деликатно не поднимал эту тему в Алисиане прежде всего из за ее целевой детско-подростковой аудитории. Но мы растем (вернее уже давно выросли) и все также продолжаем любить Алису. Так что похоже придется ей все же начинать целоваться...

[Sordes Pilosus]

Булычев деликатно не поднимал эту тему в Алисиане прежде всего из за ее целевой детско-подростковой аудитории.

В "Войне с лилипутами" есть вполне прозрачный намёк на отношение Алисы к Пашке.
Когда Заури говорит, что вышла бы за Пашку замуж, Алиса говорит: "А вот это лишнее", - и выходит из-за стола.
Про "Заграничную принцессу" вообще молчу. Вроде как и понарошку Алиса назвала Пашку своим женихом, а с другой стороны...
Но поцелуев, да, не упоминается. Но и не отрицается!

[sla]

Sordes Pilosus. Отношения между Алисой и Пашкой в описании Булычева просто прелесть. Именно ради этих моментов (ваши примеры) хотелось читать про Алису в детстве. Мне еще нравится встреча А и П в воздушном бою и дальнейшая прогулка в "Секрете черного камня". Тоже вроде все абстрактно, даже не помню держались ли они за руки, но сколь романтично. Напротив, когда подробно и тупо описывается биология хочется плеваться.
Лес бы еще добавила путешествие на батискафе из "Узники Ямангири-мару".

А вот мое любимое на эту тему из "Алиса и Алисия":

— Дайте мне коробочку, — раздался новый голос.
Оказывается, к кораблю незаметно подошла высокая красивая девушка, похожая на Алису Селезневу.
И Алиса сразу догадалась, что это принцесса Алисия, ее двойняшка из параллельного мира, которая умудрилась обогнать ее на десять лет.
Старший Пашка буквально затрепетал от смущения. Так он любил Алисию.
Он протянул ей коробочку с мотыльками.
Алисия осторожно заглянула внутрь, закрыла коробочку и сказала:
— Все правильно. Это те мотыльки, которых я так долго искала. Теперь у меня полная коллекция бабочек, и я подарю ее на день рождения моему папе профессору Селезневу.
— А я? — спросил старший Пашка. — А что мы будем делать со мной?
— Тебе еще надо учиться и учиться, — сказала Алисия.
— А любовь?
— Отстань ты, Пашка, со своей любовью! — воскликнула Алисия. — Рано еще на такие темы разговаривать. Лучше отправляйся на мыс Кеннеди, там тебя ждут, чтобы ты возглавил спасательную экспедицию на Юкатун-5, где сошел с ума колдун Марчилян.
Старший Пашка печально опустил голову и пошел прочь, даже забыл попрощаться с Алисой и младшим Пашкой.
— Зря ты его так, — сказала Алиса.
— А с ним иначе нельзя, — сказала принцесса Алисия. — Как только его похвалишь, он тут же задирает нос и думает, что он пуп Земли.
— Это клевета! — воскликнул младший Пашка.
— Я с тобой совершенно согласна, — сказала Алиса.

При этом младшие Алиса и Пашка стоят рядом и понимают, что это они через десять лет. А взрослые А и П понимают, что видят себя в детстве. А это значит Алиса маленькая знает все сердечные тайны Алисы большой и понимает что та к Пашке большому то совсем не равнодушна потому, что и самой то ей Пашку жалко. И формально прогоняя на самом деле она его от себя не отпускает...
И ни каких поцелуев

[Sordes Pilosus]

Совсем забыл!
В рассказе "Настоящее кино" Алису целует в щёку воображаемый принц!

[Mich]

Не удалите, а переработаете в полноценные связки, чтобы эти вставки стали частью действия персонажей, а не Вашими пояснениями к каким-то из них. Это Вы подразумеваете?

Именно это.

И ни каких поцелуев

Алиса и Пашка впервые испытали романтические чувства друг к другу. Для них это внове, они ещё не умеют выразить их. Поэтому выражают эти чувства как могут, как умеют. Именно поэтому Пашка целует Алису по-детски, в щёчку (ведь и его так же целовала мама, выражая свои нежные чувства). Поэтому такие отношения ещё абсолютно наивны и невинны. Ошибка imho многих авторов фанфиков про Алису-ребёнка или подростка в том, что они переносят на детей, ещё только вступивших в "романтическую эру", взрослые, уже полностью сформировавшиеся чувства.

[sla]

Mich. Да это так. И именно этот период взросления А и П ни у кого не описан. Самое интересное можно сказать пропускаем. Но одновременно самое "тонкое" в плане написания, требующее собственного соответствующего душевного настроя в процессе написания. Поэтому за то, что вы взялись за эту тему, еще раз вам благодарность

В рассказе "Настоящее кино" Алису целует в щёку воображаемый принц!

Точно. Совсем забыл.

[sla]

В рассказе "Настоящее кино" Алису целует в щёку воображаемый принц!

Точно. Совсем забыл

[толик]

толик писал(а):
Ну когда же свадьба!

Когда вырастут.

толик писал(а):
Ну когда же свадьба!
Mich писал(а):
Когда вырастут.

Шаманский обряд связывания шёлковой нитью можно провести уже сейчас.

Во во, и я о том же. Кроме того, любви все возрасты покорны.

[толик]

Алиса и Пашка впервые испытали романтические чувства друг к другу. Для них это внове, они ещё не умеют выразить их. Поэтому выражают эти чувства как могут, как умеют. Именно поэтому Пашка целует Алису по-детски, в щёчку (ведь и его так же целовала мама, выражая свои нежные чувства). Поэтому такие отношения ещё абсолютно наивны и невинны.

Ладно, хоть так.

[Mich]

За грядой началась обширная, похожая на неглубокую чашу котловина, замкнутая с противоположной стороны тем самым «горелым» хребтом, который видела Юлька с платформы. Дно котловины было усеяно глыбами, грядами из туфа и пемзы, образуя настоящие лабиринты.
Через некоторой время ребята заметили, что форгары стаи вести себя тревожно: то нюхали землю, то глухо ворчали, смотря куда-то вдаль. Обычно весёлый и разговорчивый Тан тоже помрачнел.
– Тан, что случилось? – Алиса подбежала к биологу.
– А что должно было случиться? – нарочито беззаботно спросил Тан.
– Тан! – Юма тоже обратила внимание на настроение биолога.
– Шакалов не видно. Это не очень хорошо. –
Тут ребята вдруг спохватились: а ведь нугов, тащившихся за экспедицией от самой стоянки таргов действительно не было! Куда они делись. Ведь когда отряд перевалил хребет, нуги вскоре тоже появились в котловине вслед за экспедицией.
– Почему это не очень хорошо, Тан? – спросил Пашка.
– Нуги всегда ходят вслед, обычно им перепадают всякие отбросы. В этом эти существа даже полезны, являясь своеобразными природными мусорщиками. Можно и стащить что-нибудь у зазевавшихся путников. А если они ушли, значит где-то рядом появился крупный хищник. Но пока никого не видно, кроме нескольких соплеменников наших мохнатых друзей. –
– Диких форгаров? –
– Ну да. Вчера заметил парочку степных форгаров и одного большого. –
– Значит опасных хищников здесь нет, – облегчённо вздохнула Юлька.
– Нам бы твой оптимизм, – Юма покачала головой. – Форгары ведь могут выслеживать кого-то. Они тоже хищники, только дружат с человеком. Форгары охотятся даже на зорнагов, единственного естественного врага крупных видов форгаров, устраивая на него настоящую загонную охоту. –
– А они могут выслеживать зорнага? – встревоженно спросил Пашка, вспомнив странные рычащие звуки и топот, слышанные накануне но-чью. Но тогда Пашка слышал их сквозь сон и подумал, что звуки ему приснились.
– Сплюнь, Пашка! – побледнела Луана.
– Ты что-то видел или слышал? – догадался Тан.
– Да… Я думал, что приснилось… Кто-то рычал, точнее ревел ночью, вон там, – Пашка показал рукой на завалы туфа, которые они оставили далеко слева вчера накануне ночёвки. – В долине. –
– И какая-то мохнатая тень мелькала, – добавила Алиса.
– Это большой форгар, – ответила Зуйка. – Я вылезла из палатки и видела его. –
– Может он и ревел? – в надежде спросила Луана.
– Большой форгар не ревёт, – Зуи отрицательно покачала головой. – Он или рычит, или воет. Иногда глухо ворчит. Но не ревёт. Так что это не форгар. –
– А кто? –
– Горная кумма, силлунги, негрилла, кошколап… –
– Силлунги здесь не водяться, как и негриллы, – глухим голосом ответила помрачневшая Лу.
Тан нахмурился, оглянувшись на долину ручья, где была прошлая ночёвка.
– Ускорьте темп, ребята. Нам надо подняться к перевалу и с утра начать спуск в долину синелистов, за ней растут огнецветы. –
– Зорнаг… Но он живёт в скалах Лабиринта. Сюда он может спуститься только случайно… – Зуи продолжала перебирать в уме местную ревущую фауну.
– Ребята, я вас умоляю, не каркайте! – чуть не плача, взмолилась Луана. – Я не хочу опять с этой тварью встретиться! –
И маленький отряд ускорил шаг. Форгары замыкали шествие, тревожно оглядываясь, и, иногда, скалясь на заросли. Это всё больше тревожило ребят. Луана оглядывалась на тропу, петляющую среди колючих горных кустов и голубых кактусов, наполненными ужасом глазами.
– Я ещё не разу не видел Лу такой напуганной. Жуткая, наверное, тварь этот зорнаг, – шепнул Пашка Алисе. Мальчишке тоже стало жутковато. Появилось какой-то липкий и противный страх, от которого ноги делались ватными и дрожали коленки. Пашке вдруг очень захотелось бросить все эти поиски огнецвета и умчаться домой, на родную Землю. Впрочем, он был не одинок в своих чувствах.
Продолжение следует...

[Mich]

К вечеру маленький отряд поднялся на небольшое плоскогорье, венчавшее гряду, рассекавшую котловину на две неравные части. Здесь, на поляне, заросшей кустами, удивительно напоминавшими земной кизил, решили разбить лагерь.
Ночью Пашка опять услышал низкий глухой рёв и шорох кустов ниже по склону. Сопевшая рядом Алиса проснулась и тревожно огляделась.
– Пашка, кто это? – испуганно прошептала девочка.
– Вот уж не думал, Алиска, что ты такая трусиха! – усмехнулся Пашка.
– Я вообще-то девочка, ты не заметил? –
– Ладно, не обижайся, – дружелюбно ответил Пашка. – Кто-то рычит рядом… –
– А он не… –
– Не … –
– Ты уверен? –
– Нет, конечно. Если бы был уверен, то дрых бы сейчас. А так… Бластер у меня наготове, на всякий случай. Да и форгары дрыхнут. А уж они бы точно тревогу подняли. –
Алиса поглядела на Пашку, насколько это позволяла темнота внутри палатки. После случая на утёсе отношение Алисы к Пашке стало другим. До этого он был просто другом, озорным и неугомонным мальчишкой, а теперь… Алиса смотрела на его вихрастую голову и снова какое-то нежное и светлое чувство поднималось у неё в душе.
– Паш, у тебя рука болит? – девочка осторожно провела ладошкой по перевязи, на которой висела Пашкина рука.
– Алиска, если я обещал на тебе жениться, то значит – женюсь, – озорно пошутил мальчишка.
– Да ну тебя, Пашка! – рассмеялась девочка и, посерьёзнев спросила: – Ты можешь хоть иногда быть серьёзным? Знаешь, как я тогда испугалась! –
– Догадываюсь… – Пашка вспомнил испуганное и заплаканное личико Алисы, склонившейся над ним на утёсе. – Ничего, у меня голова крепкая! А знаешь почему? –
– Ну и … – улыбнулась Алиса, поняв, что Пашка сейчас схохмит.
– Потому что она у меня лёгкая. Мозгов мало, а было бы много, голова в полёте перевесила и тогда всё! Каюк! –
– Я конечно понимаю, что скромность украшает человека. Но самоуничижение, – Алиса пожала плечами, тщательно выговаривая сложное слово. – Я бы не сказала, что у тебя мало мозгов, как ты выражаешься. –
– Так ведь все считают меня балбесом! Ну и что, – беззаботно ответил Пашка. – Пусть считают, кем хотят. Я не против, потому что в этом случае (если меня считают балбесом) есть два преимущества: во-первых, не надо постоянно доказывать, что ты умнее других; во-вторых, есть большая вероятность, что мои враги (если они у меня конечно будут) гарантированно меня недооценят. Что хихикаешь, разве не так? –
Алиска и вправду фыркнула в ответ на эту Пашкину реплику, но не от возмущения или иного чувства, а давясь от смеха. Пашка говорил это с таким серьёзным видом, стараясь рассуждать по-взрослому…
– Тем более, что тебе или Юльке мне ничего доказывать не надо, как и другим, например, Аркаше, Лу или Зуйке. А потом, у меня и правда были такие огрехи, что иногда и вспомнить стыдно. Вот уж точно, что-бы совершить их нужно быть без мозгов, – вздохнув, добавил Пашка.
– Комгусь или быстрорастущая яблоня? –
– Хотя бы… –
Внезапно в кустах снова раздалось глухое ворчание и Алиса, замолчав, вдруг испуганно прижалась к Пашке.
– Алиска, только не надо меня обнимать. –
– Это ещё почему? – обиделась Алиса.
– Ты тут не при чём. Нас могут неправильно понять. –
– Кто!? – иронично усмехнулась девочка. – Зуи? Лу? Или Юлька? –
– Тан. Или Юма. Они взрослые и всегда всё видят со своей колокольни. И потом удивляются: почему это дети нас не понимают? – последнюю фразу Пашка произнёс голосом учителя-зануды, жестом поправив воображаемые очки.
– Может им оттуда виднее. Ну там, жизненный опыт … –
– Ага. Только внизу всё время туман стелется, – философски заметил Пашка. – Давай спать. Правда, если хочешь, можно пойти погулять. Заодно посмотрим, кто там рычит. –
– Издеваешься? – Алиса хотела было пошутить, но не получилось. В душе у неё снова поднялся липкий страх. А в кустах, только теперь уже далеко внизу опять кто-то затрещал, и Алиса снова испуганно прильнула к приятелю. – А может это тот самый зорнаг? –
– Видела, как сегодня Лу перекосило? А вед она смелая девчонка. А Лу знает, что это за тварь, она у неё чуть в пасти не оказалась. Боишься? – неожиданно заботливо обратился Пашка к Алисе.
– А ты? –
– Боюсь, – признался Пашка. – Коленки трясутся, если честно. –
– Может быть всё обойдётся? –
– Может быть… Твои бы слова, Алиска… – вздохнул Пашка и обнял Алису за плечи. Тогда на склоне он, увидев полные слёз глаза девочки, поклялся, что сделает всё на свете, что бы только эти большие голубые глаза не знали слёз. И сейчас в душе мальчика появилось новое, до того неведомое ему, нежное и теплое чувство к этой симпатичной белокурой девочке, которая сейчас большими от страха глазами смотрела на видневшиеся из палатки склоны гряды. Где был кто-то… Жуткий, страшный, неизвестный и оттого страшный вдвойне…
– Всё будет хорошо, Алиска. Помнишь, что сказал тебе во сне дух? – Пашка попытался успокоить Алису.
– Духи не пошлют нам испытаний, которые будут нам не под силу… – повторила девочка фразу из сна.
Они сидели и смотрели на яркие звёзды на бархатисто-чёрном небе, на подсвеченные заходящим серпом спутника камни на склоне и им казалось, что они остались совсем одни, здесь на этой поляне. И весь мир, эти горы, это небо, эти звёзды и вся Галактика принадлежат только им… И в душе Алисы вдруг стало тепло и спокойно. Ведь рядом её друзья и с ней никогда не случится ничего плохого.

[Sordes Pilosus]

Ходите по краю, сударь! Ой, ходите по краю!
Обнимашки, чувства-с...

[толик]

Сопевшая рядом Алиса

Заслухался произнося...

Алиса поглядела на Пашку, насколько это позволяла темнота внутри палатки. После случая на утёсе отношение Алисы к Пашке стало другим. До этого он был просто другом, озорным и неугомонным мальчишкой, а теперь… Алиса смотрела на его вихрастую голову и снова какое-то нежное и светлое чувство поднималось у неё в душе.

Ну точно, пора замуж. И следующие слова это подтверждают.

– Алиска, если я обещал на тебе жениться, то значит – женюсь, – озорно пошутил мальчишка.

[Sordes Pilosus]

Сопевшая рядом Алиса

Заслухался произнося...

Вот после такого Алисы и снятся!

[толик]

Сопевшая рядом Алиса

Заслухался произнося...

Вот после такого Алисы и снятся!

Не угадал. Мне Алиса не снится, тут другое.

[Mich]

Утром Тан поторапливал ребят, тревожно поглядывая на заросли ниже по склону, за которыми начиналась густая роща. Внезапно раздался треск и в роще мелькнуло что-то грязно-серое.
– Мамочка-а-а…– раздался сиплый от страха голос Луаны.
Пашка, чувствуя, поднимающуюся откуда-то из глубины души волну липкого страха, оглянулся на девочку.
Бледное лицо Лу буквально перекосило от ужаса, трясущейся рукой девочка показала на заросли. Пашка посмотрел туда и вдруг почувствовал, как ноги стали ватными. Из зарослей медленно, вперевалку вылезла жуткая тварь. Ростом, наверное, со слона, на четырёх толстых лапах, заканчивавшихся острыми длинными когтями. Бочкообразное грузное тело зверя покрывала свалявшаяся грязно-серая шерсть. По верху спины шла грива из толстой грубой чёрно-серой щетины, переходящей на основание толстого голого, похожего на крысиный хвоста, на конце покрытого тёмно-коричневой чешуёй. Голова на короткой шее, покрытой такой же гривой с приплюснутой и вытянутой мордой, «украшенной» всевозможными бородавками и костяными наростами и увенчанной тёмно-серыми короткими, похожими на воловьи рогами, образующими на макушке монстра что-то типа панциря. Ниже него виднелись коричневые роговые пластины, опускавшиеся по бокам и образующие на голове монстра подобие шлема. Из-под головного панциря на ребят глядели глубоко спрятанные в глазницах маленькие злобные глазки. Огромную пасть чудовища, занимавшую большую часть головы, «украшали» жёлтые клыки, торчавшие из верхней челюсти наподобие слоновьих бивней. Даже на таком большом расстоянии до ребят доносился, источаемый тварью острый запах псины и какой-то тухлятины.
– Знакомьтесь, звероящер зорнаг, тиран и повелитель Южного лабиринта, – мрачно произнёс Тан, отвечая на немой вопрос ребят.
– Злобная, тупая и вонючая тварь, – шепотом повторила слова Лу Зуйка.
Форгары, скалясь и сипло рыча, встали по сторонам от ребят. С Луаной же случилась настоящая истерика, девочку буквально колотило от страха.
– Я не хочу, чтобы он меня сожрал!!! Я хочу домой, к маме!!! –
Тан ловко перехватил порывавшуюся бежать Лу за плечи и зажал ей рукой рот. Потом со совами: «Извини, Лу, так будет лучше», кивнул Юме. Девушка вынула из аптечки жёлтый шприц-тюбик и быстро воткнула его в бедро Лу. Девочка ойкнула и обмякла.
– Что с ней, Тан? – испугался Пашка.
– Ничего страшного. Успокоительное, релатан. Через несколько минут Лу придёт в себя и успокоится. Слишком сильное потрясение, испытанное в связи с этой милой животинкой, – криво усмехнулся Тан.
Зорнаг нюхал воздух, раздувая ноздри приплюснутого носа, и рыл передней лапой землю, иногда издавая низкое рычание и мотая башкой.
– Он что нас не видит? – удивилась Алиса.
– Видит, но не очень хорошо. Со зрением природа его подвела. Зорнаг больше полагается на обоняние и слух. Но ветер несёт запахи на нас, и он не может понять кого видит и съедобны ли мы. –
– Если будем вести себя тихо, может потерять. Эта тварь не очень смелая. Самое опасное – шпоры на ногах. В них яд нервнопаралитического действия, – добавила Юма и обратившись к ребятам, приказала: – Развьючьте форгаров, быстро и тихо. –
– А насколько яд сильный? – шепотом спросил Пашка, когда ребята выполнили приказание Юмы.
– Для тебя достаточный, чтобы парализовать, но не убить. Поэтому он будет жрать тебя живьём, причём ты останешься в полном сознании. Зорнаг не опускается до такой мелочи, как предварительное умерщвление жертвы. –
– Спасибо, очень жизнерадостная перспектива, – мрачно прокомментировала Юлька.
– Что со мной? – Лу пришла в себя и, увидев тварь, охнула, прижавшись к Тану. Но на этот раз истерики не последовало, девочка оставалась вполне адекватной.
– Немного нервы разыгрались, пришлось принять меры, – ответила ей Юма.
Зорнаг по-прежнему неуверенно разглядывал склон. Внезапно позади него раздался шорох и в зарослях мелькнули несколько мохнатых бурых спин. Мулька и Майка при виде их радостно фыркнули.
– Подкрепление пришло, – констатировала окончательно пришедшая в себя Лу, хотя её голос и дрожал от страха.
– К нему? – побелела Алиса.
– К нам. Это дикие форгары и их целая стая. –
Зорнаг обернулся к зарослях и громко заревел, а затем направился в сторону форгарьей стаи.
– Быстро вперёд! Быстро и тихо! – Тан подтолкнул ребят к склону.
Тан, Юма и ребята, стараясь не шуметь, продолжили подъём. Алиса тревожно оглядывалась на склон. Ей приходилось видеть монстров и пострашнее, но эта тварь одним своим видом вызывала парализующий ужас. Форгары замыкали шествие, тоже соблюдая тишину и лишь изредка тревожно фыркая. Наконец отряд добрался до широкой террасы недалеко от вершины пологого склона и остановились передохнуть.
– Успеем дойти до леса, – Юма махнула рукой в сторону синелистовой рощи видневшейся за изгибами гребня, – спасены. Зорнаг никогда не пойдёт на болота. –
– Кажется отстал или потерял нас, – огляделся Пашка. Зорнага не было видно. – Передохнём пока. –
Внезапно форгары глухо зарычали, а до ребят донёсся знакомый острый запах.
– Уточни, передохнём или передохнем? – обернулась к Пашке Юлька.
– Расселина перед рощей! Он нас обошёл! – воскликнула Зуйка.
– Вот вам и тупая тварь, – прокомментировал Тан. – Он отрезал нас от болот. –
Ребята почувствовали, как волосы зашевелились от страха. Треща ветвями, тварь вывалилась из зарослей в расщелине буквально в нескольких метрах от ребят. Зорнаг присел на лапах и раскрыв пасть (обдав при этом ребят волной невыносимого зловония), оглушительно заревел. Так что заложило уши.
«Когда же он заткнётся!» – подумала про себя Зуи, чувствуя, что ещё немного и с ней случится «авария».
– Хоть бы зубы почистил, – попытался было пошутить Пашка, но увы, всем было не до смеха. Пашка чувствуя, как его охватывает паника, схватился за рукоять парализатора.
– Стой! – Тан перехватил руку мальчишки. – Сейчас он собрался атаковать и парализатор его только разозлит. Замри! – скомандовал биолог.
Зорнаг, замолкнув посмотрел на склон, оценивая произведённый эффект, но видимо остался недоволен, так как недовольно тряхнул головой и снова принялся прислушиваться и нюхать воздух. Внезапно позади зверя раздался высокий, похожий на визг, вой и зорнаг, подскочив как ужаленный, резко обернулся назад.
– Вот теперь бегом!!! И не оглядываться, пока не добежим до болот!!! – Юма кинулась вниз по склону через изрезанную трещинами площадку, за которой виднелась спасительная синелистовая роща, увлекая за собой ребят.
Лу, схватив за руку подвернувшуюся Юльку кинулась за ней. Зорнаг поняв, что потенциальная добыча ускользает, обиженно проревел и бросился за было за ними, но быстрота бега была не его коньком.
Юлька, услышав рёв зорнага, от испуга споткнулась и выпустив руку Лу скатилась к серым валунам ниже тропы.
– Юлька, не отставай! – Луана крикнула ей. Но Юлька, увидев бегущего ниже по склону монстра от страха совсем потеряла голову и вместо того, чтобы бежать за Луаной, кинулась за валуны. Остановилась она только тогда, когда упёрлась в высокую (примерно в два её роста) стену из обнажения туфа. Девочка хотела было вернуться назад, но впереди, на выходе из лабиринта камней, куда ухитрилась забраться Юлька, мелькнула серая тень.
Всё… Юлька прижалась спиной к стене. Ей отсюда не выбраться, зорнаг загнал её в ловушку.
– Юлька! – Лу испуганно огляделась.
– Где Юлька, Лу!? – запыхавшийся Пашка подбежал к девочке.
– Не знаю! Она бежала за мной! А потом пропала… – на глазах Лу появились слёзы.
– Быстро за камни! – подбежавший Тан схватил ребят за воротники и буквально швырнул в укрытие.
– Юлька пропала! – отчаянно крикнул Пашка, порываясь выбраться обратно на склон.
– Назад! – Тан откинул Пашку обратно в укрытие.
– Она там, в воронке, за валунами, – Юма посмотрев на экран навигатора, показала на дальние серые камни, а затем выглянула из-за камней наружу. – Зорнаг пока её не видит, но самой ей оттуда не выбраться, и эта упорная зверюга её рано или поздно найдёт. –
– Я пойду за ней, – Пашка схватил было свой рюкзак, но его остановила Луана.
– Это моё дело, я виновата, что Юлька там. –
– Ты что, перестала бояться эту тварь? Ты же от неё в ужасе! – удивился мальчишка.
– Я и сейчас его боюсь до смерти. Но там Юлька, мы почти в безопасности, а ей надеяться не на что, кроме нашей помощи. Я пойду за ней, а ты будешь следить за этим нестираным ковром и говорить мне где он и что делает, – безапелляционно заявила Лу, схватив моток верёвки и сунув Пашке в руки передатчик.
Девочка выбралась наружу и осторожно огляделась: твари ни было видно, но доносившийся ветром характерный запах говорил, что зверь никуда не ушёл, а всё ещё выслеживает добычу. «Хорошо, что ветер на меня. Я его чую, а он меня нет». Сердце Луаны бешено колотилось, а горлу подступил противный комок при мысли о том, что придётся пройти рядом с этой страшной тварью. Лу перебежками пересекла открытый склон и осторожно проползла между небольшими камнями туфа, кучей наваленными между террасой на которой укрылись ребята и распадком, заканчивавшимся небольшой котловиной, ставшей ловушкой для Юльки.
– Пашка, где он? –
– Далеко. Вынюхивает что-то у входа в распадок. Кстати рядом ещё два больших форгара, похоже они выслеживают нашу зверюгу. –
Лу подождав несколько секунд, подползла почти к самому краю воронки.
– Лу, ускорься. Он похоже учуял, где Юлька. Он продвигается по распадку к валунам! – встревоженно сказал Пашка.
Лу, закусив губу и зажмурившись, вскочила и рванулась вперёд, к самому краю. Упав на камни, она отдышалась и тихонько позвала: «Юлька, ты жива?»
Юлька какое-то время стояла прижавшись спиной к шершавой стене и закрыв глаза. «Неужели всё?» Девочка не могла поверить, что попала в смертельную ловушку. «Надо что-то делать, он же меня сожрёт!» – Юлька попыталась вскарабкаться на стену, но рыхлый камень осыпался под руками и Юлька, забравшись всего на метр рухнула вниз, оцарапав руки и поломав ногти. На глазах выступили слёзы. Девочка поняла, что отсюда ей уже не выбраться. Казалось в такую минуту ребёнок должен испугаться, заплакать… Но Юльке вдруг стало абсолютно всё равно, что будет дальше. В душе образовалась какая-то гулкая пустота, а тело сковала ужасная усталость. Девочка молча села у основания стены и замерла, обхватив голову руками…
Сколько она так просидела, Юльке было неизвестно. Но из оцепенения её вывел тихий голос: «Юлька, ты жива?»
– Лу! Я здесь, вытащи меня! – Юлька вскочила, запрокинув голову и увидела на фоне яркого утреннего неба высунувшуюся из-за края стены голову Луаны. И только тут у Юльки из глаз хлынули слёзы.
– Лу, спаси меня! Пожалуйста! –
– Не кричи, зорнаг услышит. Держи, – Лу кинула Юле верёвку. – Прикрепи к страховке. –
Юлька быстра прикрепила верёвку к страховочной «сбруе» надетой поверх комбинезона. И тут ей показалось, что в проходе мелькнула серая тень.
– Лу, быстрей, он уже здесь!!! –
– Сейчас. Пашка? – крикнула Лу в передатчик.
– Он в проходе, но ещё далеко. Если поторопитесь, успеете. –
Лу достала из ранца костыль и пистолет. Быстро зарядила его и, прижав к каменной поверхности гребня на краю воронки, нажала спуск. Раздался хлопок и костыль глубоко вошёл в породу. Второй анкер девочка закрепила рядом с собой, чтобы использовать как блок. Накинула верёвку…
– Юлька держись. И карабкайся вверх, одной мне тебя не поднять. –
Снизу раздалось сосредоточенное пыхтение: Юлька полезла на стену. Лу натянула страховку, вытягивая девочку наверх. Вскоре над гребнем показались изодранные в кровь руки и голова Юльки. Выбравшись из ловушки, Юлька с рыданиями бросилась к Лу.
– Рыдать будешь потом. Нам ещё надо обратно добраться. Пашка где этот? –
– Внизу, наверное. Мне не видно. Как Юлька? –
– Цела и почти невредима. –
В тот же момент снизу раздался рёв зорнага.
– Зорнаг внизу и очень разочарован, – подтвердила Луана слова Пашки и схватив Юльку за руку, рывком бросилась к груде туфа.
Юльке показалось что они целую вечность ползли между грудами камней, останавливаясь, чтобы прислушаться и принюхаться, нет ли зверя поблизости. Пашка сообщил, что «зверюга выбралась из распадка и ищет ускользнувший завтрак». Наконец девочки почти добрались до спасительной террасы. Осталось только пересечь небольшой участок открытого склона.
– Юлька, Лу быстрее, он похоже вас учуял или услышал! –
– Бежим! – коротко выкрикнула Лу и, убедившись, что Юлька следует за ней, кинулась вперёд, к большому валуну. Юлька бросилась за ней, но с разбегу налетела на спину внезапно остановившейся Луаны.
– Ты что!? –
– Он…– только и сумела произнести Лу.
Зорнаг вылез откуда-то сбоку и теперь стоял метрах в десяти впереди девочек и, как показалось Юльке, довольно ухмылялся.
– Он нас обманул… – прошептала Лу.
– Нет, это другой зорнаг, – констатировала Юлька и её догадку подтвердил Пашка.
– Лу, ты не поверишь. Их двое! –
– Охотно верю, – заикаясь от охватившего её ужаса ответила Лу. – Один стоит перед нами. –
Лу и сама поняла, что это другой зверь. И тот же самый, который напугал их в самом начале. У него была коричневая полоса на морде, а у того, что встретил их у расселины морда была просто серая.
Зорнаг почему-то не спешил нападать. Лу поняла, почему. Восходящее утреннее солнце было у них за спиной и теперь светило прямо в глаза зверю. А так как зорнаг был хищником сумерек, то солнце слепило его, и он не мог разобрать что за зверь стоит перед ним и насколько он лёгок в добыче и съедобен, видя лишь непонятный тёмный силуэт на фоне яркого неба. Да и запахи ветер относил от него и зорнаг не мог учуять добычу. А зверь этот, как знала Лу, был достаточно осторожен, а порой и труслив.
– Стой и не шевелись, – шепнула она Юле. – Катакант у тебя? –
Юлька кивнула в ответ, но догадавшись, что Лу этого кивка не видит, шепнула: «Да».
– Мороин? –
– Угу. –
– Дай в руку. –
Лу услышала за спиной два щелчка: длинный и короткий. «Молодец Юлька, не забыла взвести и снять с предохранителя». Лу протянула за спину руку и почувствовала, как в него легла ребристая рукоять иглопистолета. «Если попаду в глаз или пасть, выключу эту тварь. Хоть доза для зорнага не смертельная, хватит что бы его парализовать на часок».
Может всё бы и закончилось благополучно, но всё испортила Юма. Нервы девушки не выдержали и вскинув пульсатор, она выстрелила, несмотря на предостерегающий возглас Тана, в видневшуюся из-за валуна тварь. Разрывная пуля пульсатора щёлкнула по роговой пластине на голове зверя разбив её, но большего вреда нанести не смогла. Зорнаг взревел и кинулся в атаку. Последнее, что успела сделать Лу, это прикрыть собой Юльку…