28 ноября 2011

Коллега Пруль. Солнце вступает в знак Козерога, или Великий Скотт!

Опубликовал: | рубрики: Новости, Проза, Прочее, Творчество |

Солнце вступает в знак Козерога,
или
Великий Скотт!

0

Вступительное слово автора

Пусть читатель не пеняет на моё излишнее пристрастие к использованию чужих героев. В конце концов, уж раз я взялся за Алису, то ведь её тоже придумал не я. Да и тот, кто её придумал, не раз сталкивал её с разными знаменитыми вымышленными героями. Так что перед Алисой Селезнёвой снова целый неизведанный мир…

1

Вступительное слово профессора Селезнёва

После того, как Алиса побывала в XX веке, у неё проснулся интерес к культуре этого столетия. Особенно к фантастике. Ещё недавно я уговаривал Алису взять в руки хоть какую-нибудь книжку помимо Брема и Алвареша, чтобы она не выросла зацикленной на биологии; а теперь она просто глотает Хемингуэя и Семёнова, Ефремова и Шекли, Стругацких и Булычёва. После того, как в пять лет она посещала «нашего человека в прошлом», автора «Пятен на Марсе», её совершенно не удивляет, что в двадцатом веке был писатель, который писал книги о её приключениях. Алиса читает их и смеётся, потому что на самом деле всё было совсем не так, но в то же время всё написано совершенно правильно! «Если бы я писала книги про мои путешествия, я точно так бы и написала», — говорит она. В комнате Алисы не умолкает музыка Жарра, «Битлз» и Рыбникова.
А недавно к Алисе присоединился и её друг Пашка Гераскин. На этих каникулах они летали на какую-то планету, где снова столкнулись с пиратами. Но речь не о пиратах, а о том, что жители этой планеты оказались персонажами какого-то совсем старого американского мультсериала, которого ни Алиса, ни Пашка никогда раньше не видели. Алиса тогда показала мне фотографию, на которой они сидели с мальчишкой-медведем за штурвалом старинного гидросамолёта, а Полосков по видеофону сообщил, что Творческо-производственное объединение «Уолт Дисней Компани» хочет зафрахтовать «Пегас» для экспедиции по розыску планет, на которых будет можно найти остальных диснеевских героев. Чем у них там закончилось, мне пока неизвестно, но после этого Пашка стал вместе с Алисой собирать и смотреть старые фильмы.
Признаюсь, тогда мне казалось, что такой заядлой путешественнице во времени, как Алиса, должен понравиться фильм, на который я взял два билета — для неё и для Пашки. Тогда как раз перевыпустили «Назад в будущее» в квадроизображении с додекафоническим звуком. Они очень обрадовались сюрпризу и весь день где-то пропадали, а через неделю я узнал о новой мировой сенсации. Вот что на самом деле происходило с Алисой.

2

Киносеанс закончился. Алиса и Пашка вышли из кинотеатра.
— Вот так фильм, — протянул Пашка. — Аж завидно… Мы тут целые убежища сооружаем, энергию годами аккумулируем, а он на своём «зубиле» — фьють и готово!
— Ну они же не знали теоремы Петрова, — сказала Алиса. — Почитай «Конец Вечности» Азимова. Там вообще энергию брали от взрыва Солнца в далёком будущем.
— Ну и жизнь бы началась, если бы была такая машина времени! — сказал Пашка таким голосом, что было непонятно, осуждает он или восхищается. — Тогда бы, Алиса, мы с тобой сводобно по всей истории бы гоняли. И не вышло бы, как тогда с мороженым. А?
Алиса промолчала. Что-то подсказывало ей, что Пашка задумывает какую-то очередную авантюру. Нужно было или разубедить его, или пустить по ложному следу. Но разве такого человека, как Пашка Гераскин, можно разубедить? Пусть лучше он углубится в изучение чего-нибудь, зато не влипнет в историю – в обоих смыслах этого слова. Иначе Пашка такого может в прошлом наворочать…
— Пашка, — сказала Алиса заговорщическим голосом, — а ведь доктор Браун жил на самом деле.
— Да ну? — спросил Пашка. — Ты-то откуда знаешь?
— Мне рассказал профессор Минц, когда я была в двадцатом веке, — сказала Алиса. — Они вели переписку в рамках общества «Учёные против ядерной войны».
— По-моему, ты меня разыгрываешь, — сказал Пашка.
— Это совершенно точно, — ответила Алиса. — Я даже видела эти письма. Без них Минц бы свою машину времени не построил.
— А почему же тогда он её уничтожил, этот твой Минц? — спросил Пашка.
— Как и Браун, из предосторожности, — сказала Алиса. — Чтобы ею не воспользовались злые силы. Мало ли тогда на Земле было всяких негодяев.
— Ну, негодяи и сейчас ещё встречаются. — сказал Пашка. — Сумели же Крыс и Весельчак У влезть в Институт Времени. А что, этот доктор Браун на самом деле жил в Калифорнии?
— Пашка! — сказала Алиса. — Хватит на сегодня про путешествия во времени. Пошли лучше на аэродром, а то опять не сдадим норму по пузыризму, второй год подряд в Коктебель не пустят.
— Угу. Пошли, — согласился Пашка, но его глаза выражали что-то другое. Алисе именно это и было нужно.

3

Следующий день прошёл как обычно, то есть всем было интересно. Алиса и Пашка учили дельфинов письменности кохау ронгоронго. Они планировали провести предстоящие зимние каникулы, которые начинались сразу после Нового года, в южном полушарии, на острове Пасхи. Дельфины должны были помочь им найти остатки того древнего материка, частью которого был некогда остров Пасхи. Во всяком случае, Пашка настаивал на этой гипотезе и собирался проверить её на практике. На этот раз все были только «за».
Однако сразу после занятий Пашка заявил, что у него важная встреча и он должен спешить.
— Мне некогда! — отмахнулся он и сел в кабину флаера.
«Сработало!» — сказала про себя Алиса. Ведь флаеры, как известно, предназначены для полётов над любой местностью, в отличие от флипов, которые летают над городом в поле, создаваемом специальным генератором, и не могут выйти за его пределы, как троллейбус не может ехать без проводов. Осталось только узнать, куда же отправился Пашка Гераскин. Вряд ли это была Америка, потому что тогда он сел бы в гиперзвуковой лайнер.
— Кто это был? — раздался сзади чей-то голос. Алиса повернулась и увидела длинноволосого мужчину с висячими усами и в тёмных очках.
— А чем вы интересуетесь? — спросила она.
— Я кинорежиссёр, — сказал он. — Ты не знаешь, как зовут твоего друга?
— К сожалению, вы его вряд ли найдёте, — сказала Алиса. — Он сейчас куда-то улетел, так что не имеет значения, как его зовут…
— Но мы позвоним его родителям, — сказал усатый. — Ваш друг просто идеальный герой для моего нового фильма.
— А вы с какой киностудии? «Мосфильм»?
— С киностудии имени Горького, — ответил усатый режиссёр. — Филин моя фамилия. Будем снимать «Голубятню на жёлтой поляне». Читала когда-нибудь?
— Это, кажется, Клиффорд Саймак? — спросила Алиса, но тут пискнул сигнал телефона. Алиса включила его, и на дисплее появилось лицо Пашкиной мамы Елены Викторовны. Она спросила строгим голосом:
— Алиса, что вы с Пашкой задумали?
— Мы разве задумали? Он мне не сказал. Сам улетел, — ответила Алиса.
— Так я и знала, — ответила Елена Викторовна. — Жду я его из школы, а мне вместо этого приходит сообщение: «Мама, не волнуйся. Буду вечером». Наверное, опять в Крым смотался, к разумным дельфинам.
— У нас есть свои разумные дельфины, — сказала Алиса. — Вы не переживайте. Пашка себя в обиду не даст.
Алиса отключила телефон и посмотрела вокруг, но режиссёр уже ушёл.

4

Весь вечер Алиса беспокоилась. Я даже подумал, что она заболела, однако марсианский богомол и индикатор, которые обычно чувствовали все колебания Алисиного здоровья, не подавали никаких тревожных признаков. Алиса рассказала, как было всё на самом деле, и мне почему-то показалось, что к исчезновению Пашки причастен тот странный тип, представившийся кинорежиссёром. Я попытался найти какую-нибудь информацию о нём, однако не выудил ничего, кроме факта, что такой режиссёр действительно существует и названий пары фильмов, которые мне совершенно ничего не говорили. Тогда я позвонил моему старинному другу Чулюкину, однако он сказал, что не в курсе дел на студии Горького.
— Впрочем, — сказал он, — постараюсь разузнать, что за птица этот Филин.
В школу Алиса пошла с тем же беспокойным настроением и поэтому, увидев Пашку Гераскина, бросилась к нему со всех ног.
— Пашка! Где ты был? — сразу вскричала она.
Вместо ответа Пашка молча достал из рюкзака очень старую и толстую папку.
— Что это такое? — спросила Алиса.
— Потом узнаешь, — ответил Пашка. — После уроков.
Теперь настало время Алисе пожалеть о своём поступке. Пашка заразил её нетерпением, и учитель даже сделал ей замечание за невнимательность.
Когда же занятия закончились, Пашка сказал Алисе:
— Летим ко мне домой.
Только дома Пашка раскрыл перед Алисой свою папку. Алиса взглянула и увидела там исписанные мелким почерком листы и почтовые конверты.
— Это переписка доктора Брауна с профессором Минцем, — сказал Пашка.
— Откуда она у тебя? — спросила Алиса. — Разве бумаги Минца ещё не в библиотеке?
— Вчера я летал в Великий Гусляр, — сказал Пашка. — Там я спрашивал, где можно посмотреть рукописи и письма Льва Христофоровича Минца. Мне сказали, что рукописи должны храниться у правнука Минца — Леонида Александровича. Но он живёт в Свердловске. Тогда я полетел к нему в Свердловск. Оказалось, что он художник-мультипликатор и наукой почти не интересуется. Но он хранит архив Льва Христофоровича, которым академики не хотят интересоваться. Говорят, Минц был просто шарлатаном, поэтому ни одно его открытие не представляет интереса.
— И он тебе дал весь архив? — спросила Алиса.
— Не весь. Только переписку с Эмметом Брауном, — сказал Пашка и показал Алисе конверт от письма. В его глазах прыгали огоньки.
Алиса взяла конверт. На нём стоял обратный адрес:

«Dr. E. Brown 24-Hour Scientific Services
Hill Valley, California
95420
United States of America»

— Но это же фантастика! — вскричала Алиса. — Пашка, такого не могло быть! Я нарочно сказала, что доктор Браун был, чтобы тебе не захотелось отправиться в Институт времени и вмешаться в прошлое своих родителей… Ведь такую машину времени, как в фильме, нельзя построить.
— А как же та машина, в которой ты побывала у Минца? Он же её построил? — спросил Пашка.
— Построил, — сказала Алиса. — Но всё равно, и он и Браун должны были уничтожить своё изобретение. А ты хочешь найти чертежи…
— Да не нужны мне чертежи, — ответил Пашка. — Тут кое-что поинтереснее есть. Как ты думаешь, почему никто не знал, что доктор Браун существует на самом деле?
— Потому, что это кино, — сказала Алиса.
— Можно подумать, про тебя тогда такого не говорили, — сказал Пашка.
Алиса промолчала. Но тут же она догадалась:
— Пашка, но ведь Браун улетел в прошлое в последнем фильме. Почему не предположить, что он мог из прошлого улететь в будущее? Тогда о нём точно не было бы никаких свидетельств.
— Именно так я и думаю, — сказал Пашка.
— Дай мне письма. Я знаю английский лучше, — сказала Алиса.
Пашка ехидно улыбнулся, но дал Алисе папку.

5

И в тот же день Алиса уселась за расшифровку. Мне она не сказала ничего. Во всяком случае, потом она говорила, что чтение старой фантастики неплохо ей помогло. Но понять смысл всех писем было крайне сложно. Доктор Браун писал профессору Минцу зашифрованным языком. Выглядело это примерно так:

«Мой дорогой советский коллега!
Рад, что найденное мной решение нашло у вас подтверждение на практике. Тем не менее вы должны понять, почему я вам рекомендую сдаться. Наличие на доске одновременно двух одноцветных ферзей считается в шахматной традиции кичем и моветоном. Так что при текущей позиции, коллега, у нас с вами небольшой выбор: либо пат, либо дисквалификация. Лично меня не устраивает ни один вариант, поэтому я принял решение идти на крайние меры. Я мог воспользоваться ретроанализом, но предпочёл отложить партию.
Время доигрывания вы узнаете отдельно!»

Среди писем лежала даже видеокассета, на которой Браун демонстрировал какое-то исчезающее во времени устройство, а затем повторял тот же самый текст о шахматах, после чего запись вдруг прерывалась, и появлялась какая-то музыкальная группа, которая пела на русском языке. Правда, стихи в песне были хотя и русскими, но абсолютно непонятными, так что музыканты вполне могли оказаться американцами.
Видеокассету смотрели на Пашкином видеомагнитофоне, самом настоящем видеомагнитофоне, сохранившемся с конца XX века. Услышав такую песню, Пашка прыснул со смеху. Алиса тоже.
— Ну и песни были, — сказала Алиса.
— Знаешь, Алиса — сказал Пашка, — думай обо мне что хочешь, но мне кажется, что эта песня здесь не случайно.
— Ты хочешь сказать, что это тоже закодированное сообщение доктора Брауна?
— Не уверен! — ответил Пашка. — Во всяком случае, Браун говорит по-английски, а они поют по-русски. Надо проверить!
Алиса и Пашка договорились, что письма будет расшифровывать Алиса, а видеокассета поступает в Пашкино распоряжение. Она записала цифровые копии документов в компьютер и всё свободное время переводила их, стараясь понять, что же мог иметь в виду Браун. Даже после школы она не ушла к Пашке, а отправилась домой. Во всяком случае, так сказал мне робот Поля. Но уже через час Алиса ушла, не сказав ничего. Вечером она не вернулась. Как выяснилось в полночь, Пашка тоже.

6

Алиса в этот день собиралась приступить к переводу оставшихся писем, но её смущал неудачный результат предыдущих попыток. Если Браун и Минц играли в шахматы, то где записаны ходы? Быть может, они остались в письмах Минца, которые ушли в Хилл-Вэлли? А ведь в шахматных ходах можно закодировать массу разной информации, ведь они записываются латинскими буквами и цифрами. Поэтому Алиса немедленно флипнула к Пашке домой на улицу Тухманова и застала его в последний момент на стоянке флипов под скульптурой «НЛО».
— Ты куда лететь собрался? — спросила она.
— В аэропорт, а оттуда в Хилл-Вэлли, — невозмутимо ответил Пашка.
— Почему туда? Откуда ты знаешь? — спросила Алиса.
— Полетели вместе! По пути расскажу, — сказал Пашка.
Алиса немедленно согласилась, и они вылетели в аэропорт.
Во время полёта в Калифорнию Пашка рассказал, что он решил изучить текст песни, которая была записана на кассете вместе с обращением доктора Брауна.
— Помнишь «Золотого жука» Эдгара По? — говорил Пашка. — Там ведь такая абракадабра была написана, а ведь она оказалась шифром. Ну и у Шерлока Холмса тоже было что-то такое. Я как услышал песню, сразу понял, что это за абракадабра.
— Ты гений, — сказала Алиса. — А я хотела туда лететь, чтобы найти шахматные ходы, которые отправлял Брауну Минц. А может, он их и не отправлял. Хотя интересно найти, что он писал ему.
— А если Браун послал их вместе с собой в прошлое или будущее? — спросил Пашка.
— Не знаю, — сказала Алиса. — Главное добраться, а на месте уже будем судить. Может быть, когда он писал про двух ферзей, то имел в виду, что не имеет права создавать вторую машину времени? Или не может полететь в прошлое, чтобы не создавать своего двойника? А «дисквалификация» — это, наверное, контрразведчики. ФБР или КГБ.
— А что ты думаешь! — воскликнул Пашка, который считал себя великим знатоком шпионского дела. — Таких сведений ни в коем случае нельзя передавать открытым текстом! Более того, я даже думаю, что доктора Брауна могли просто украсть. Он, конечно, отказался сотрудничать с властями, и его расстреляли…
— Мрачный ты тип, Пашка, — сказала Алиса. — А как по-твоему, что такое «доигрывание партии»?
— Не знаю, — сказал Пашка. — Наверное, это тоже перемещение во времени. Посмотрим, что там получится. Надо торопиться, ведь завтра начинаются каникулы, а уже через неделю мы вылетаем на остров Пасхи.
— Нельзя ли беседовать потише? — попросил пассажир сзади. Пашка обернулся и сказал:
— Да можно, можно.
И тут же пожалел. Потому что пассажир сзади встал и закричал:
— Да это же мой Гелька! Гелька Травушкин! Держите его!

7

На крик Алиса выглянула из своего кресла. Это оказался тот самый усатый режиссёр, который разыскивал Пашку.
В пассажирский салон вбежал биоробот-стюард и ровным голосом сказал:
— Спокойно, всем оставаться на местах!
В две секунды он подбежал к Пашке, мягко и осторожно схватил его за воротник и поднёс к усатому.
— Пустите меня! Я не Гелька Травушкин, я Пашка Гераскин! — кричал Пашка и отчаянно брыкался.
— Не важно! Я Филин! — говорил режиссёр.
— Да хоть говорун! — кричал Пашка. — Отпустите же!
— Произошла какая-то ошибка? — спросил стюард, опуская Пашку на землю.
— Нет, всё точно, — сказал режиссёр. — Моя фамилия Филин, я с киностудии имени Горького. Хочу предложить этому мальчику одну из главных ролей в своём будущем фильме… У меня сценарная заявка на совместное производство с «Амблин Энтертайнмент», — добавил он зачем-то.
— Извините, — сказал Пашка, — сейчас у меня есть другие дела, но я обдумаю ваше предложение позже.
На самом деле Пашка схитрил, лишь бы только отвязаться от назойливого режиссёра. Сниматься в кино он не имел ни малейшего желания.
— Спасибо, буду очень рад услышать от вас окончательный ответ! — сказал Филин, набирая что-то в электронном блокноте. — Вы ведь читали «Голубятню на жёлтой поляне?»
— Кажется, это Брэдбери? — спросил Пашка. — Нет, у Брэдбери «Вино из одуванчиков», а…
Но тут прозвучала команда пристегнуть ремни, и все устроились в креслах. Лайнер сел в Лос-Анджелесе, откуда Алиса и Пашка отправились в Хилл-Вэлли.
Адрес фирмы доктора Брауна они знали из писем, найти её было сравнительно легко: это было одно из немногих зданий, не украшавшихся к праздникам. Выглядела она как большой ангар, который, если судить по внешнему виду, уже много лет не открывался.
— Просто чудо, что его до сих пор не снесли, — прошептал Пашка Гераскин.
— Значит, Браун сюда время от времени наведывался, — ответила Алиса, и Пашка кивнул.
Однако войти внутрь не удалось. Ангар был заперт на кодовый замок.
Алиса нажала кнопку на кодовом замке, и прозвучал голос:
— Добро пожаловать в фирму «Эммет Браун Энтерпрайзес — Круглосуточный научный сервис». Пожалуйста, назовите входной пароль.
Алиса на секунду задумалась, потом посмотрела на Пашку, достала миниатюрный проигрыватель и включила ту самую песню, которая была записана в конце видео.
— Пароль неправильный, — был ответ.
— Вот видишь, — сказала Алиса. — Я же говорила, что…
— Ничего ты не понимаешь, — перебил её Пашка. — Дай-ка сюда.
Он включил кодовый замок и вместо пароля произнёс, подделываясь под голос Дока из фильма:
— Великий Скотт!
Замок открылся. Алиса и Пашка вошли внутрь.
— Странно, — сказал Пашка, — что до этого раньше никто не додумался.

8

В ангаре доктора Брауна было пыльно и… пусто. Не было ничего, кроме того самого гигантского динамика и телескопа, который стоял у окна.
— Подумать только, сколько он пережил, — сказала Алиса. — Бандиты, мафия, террористы, а ангар стоит.
— Наверное, отсюда уже всё самое важное вынесли, — вздохнул Пашка. — Понятно теперь, почему всё заросло: с тех пор, как перевелись последние воры, его никто не трогал.
— Если только сам Док не забрал свою аппаратуру куда-нибудь в прошлое или в будущее, — ответила Алиса.
Пашка подошёл к окну, перед которым стоял телескоп, и поднял жалюзи. Затем он заглянул в окуляр.
— Интересно, что там видно сейчас? — спросила Алиса.
— Ну… — Пашка задумался. — Сейчас декабрь, на носу зимние каникулы… Солнце вступает в знак Козерога. Смотри, Алиса: где Солнце, там должно быть созвездие Козерога…
Алиса заглянула в окуляр.
— Но там ничего не видно. Только провода от линии электропередачи…
— Потому и не видно, что светит Солнце…
— И мы бы увидели на этих проводах созвездие Козерога? — спросила Алиса.
— Да, Козерога, — сказал Пашка и нагнулся к телескопу ещё раз, но отпрянул и закричал:
— Великий Скотт! О, боги, боги мои! Козероги мои!
— Что это такое? — испугалась Алиса.
— Слова из той песни, — сказал Пашка. — Там ещё есть: «Вы сидите, как звёздочки на проводах, в километре от бедной Земли».
— В километре, — сказала Алиса. — Значит, когда созвездие Козерога будет видно на фоне проводов… и в километре от чего? Не на орбите же.
— Может быть, в километре от этого ангара, — сказал Пашка. — А в каком направлении?
— Что, если в направлении созвездия Козерога? — спросила Алиса.
— Да, похоже. То есть… — Пашка задумался. — Либо тогда, когда на фоне проводов будет Солнце — но это непохоже на «звёздочки». Либо летом, когда будет видно само созвездие Козерога… Тут определённо какая-то нестыковка.
— Ну, вторую дату мы успеем проверить, — сказала Алиса. — А теперь давай подождём до вечера, когда Солнце будет садиться. Вот и увидим Козерога на проводах!
— Эй, кто здесь? — раздался чей-то голос.
Алиса и Пашка обернулись. В дверях стоял полицейский.
— Что это вы тут делаете? Марш отсюда! Здесь нежилое помещение, — сказал он.
— Простите, — сказала Алиса, — а этот ангар разве кому-то принадлежит?
— Когда-то давно тут жил один чокнутый профессор, — сказал полицейский. — Говорят, он построил машину времени и улетел в прошлое или в будущее.
— И дом до сих пор числится за ним? — спросила Алиса.
— Числится, — ответил полицейский. — Потому что этот сумасшедший пропал без вести. Мёртвым его не видели, значит, он должен считаться живым. Да его и видели, кстати, живёхонького. Первый раз лет семьдесят назад, второй раз сорок лет назад. Но нам, в полицию, ничего не сообщали! Только слухи распускают, как про «Летучего голландца» или там всадника без головы…
Пашка многозначительно кивнул головой.
— Простите, — спросил он, — а вы нам не подскажете, где проживает семья Макфлай?
— Гм… — Полицейский задумался. — Кажется, они здесь недалеко, вон в том доме. Эй, куда вы? — Полицейский выпучил глаза, увидев, как Алиса и Пашка ринулись к указанному дому. — Стойте! Там же никого нет!
Алиса и Пашка замерли.
— Как никого нет? — спросила Алиса.
— А вот так. Они уехали на каникулы в Японию и вернутся только к концу января.
— Мда, — сказал Пашка. — Сдаётся мне, что и у нас каникулы сорвутся. Не видать нам острова Пасхи…
В это время сверкнула ослепительная вспышка, и по улице пронеслось нечто огненное.
Пашка и Алиса выбежали наружу. Они ждали чего угодно, но только не этого. Потому что это было именно то, что они искали. Тот самый «Делореан»…

9

Дверца машины поднялась, и из неё вылез Эммет Латроп Браун собственной персоной. Док сверкал глазами и словно что-то вынюхивал в воздухе.
— Великий Скотт… — сказал он и посмотрел на Алису и Пашку. — Ага! Здравствуйте! С наступающими праздниками вас! Хотя, если я не ошибся, в России празднуют только Новый год? — спросил Браун.
— А откуда вы знаете, что мы из России? — сказал Пашка.
— Я заранее знал, что вы будете здесь, — сказал Браун. — Ведь я тоже читал о вас в книгах, которые мне присылал профессор Минц!
— А как вы узнали, когда мы должны вас ожидать? — спросила Алиса.
— Но я же назвал дату своего возвращения на видеокассете! — удивился профессор Браун. — Я же ясно сказал: двадцать второе декабря две тысячи…
— Не было там про рождество! — перебил Пашка Гераскин. — Там было только про Козерога и про звёзды на проводах.
— Как это? — удивился доктор Браун. — Пошли, посмотрим. Ах, да, я же забыл…
Браун посмотрел на электронные часы. На них было четыре часа пятьдесят восемь минут вечера.
— Точно как я рассчитывал… Сейчас оно должно вернуться!
— Что «оно»? — спросила Алиса.
— Всё! — Браун схватился за голову. — Скорее тащите «Делореан» в гараж! Скорее! Великий Скотт!
Все трое судорожно кинулись к автомобилю. Браун первым влез и дал задний ход. Машина времени въехала в ангар и чуть-чуть не врезалась задом в стену. И совершенно вовремя, потому что в этот момент раздалась вторая вспышка, и на дороге появился фургон Брауна.
— Каково! — сказал Док. — Он перемещается во времени от накопителя, который установлен на «Делориане». Правда, паровозом пришлось пожертвовать… Всё-таки, что ни говори, а старый Дикий Запад отнюдь не идеальное место для научной работы. У вас здесь намного комфортнее.
— Почему вы так решили? — сказала Алиса. — Мой папа то и дело говорит, что завидует зоологам старых времён, которых не отрывали поминутно видеофонными звонками и не расспрашивали, куда делать уколы крупикам или при какой температуре высиживают яйца синие фламинго острова Двид.
— Зато у вас не сажают в сумасшедший дом учёных! — сказал Браун. — Там, в девятнадцатом веке, мне чудом удалось избежать смирительной рубашки. Мы были вынуждены перебраться в мой старый добрый двадцатый век. Но увы! Пока меня не было, про нас сняли кино, и мне пришлось отгораживаться от назойливых фанатов специальным темпоральным полем. Да ещё, помимо фанатов, когда к тебе каждый день норовят заглянуть люди в чёрном! — Док вытер вспотевший лоб.
Наконец, все трое перетаскали из фургона в ангар технику, среди которой был и видеомагнитофон, и включили кассету.
— Что это такое? — спросил доктор Браун, когда на экране появилась та самая группа. — Я этого не посылал Минцу. Наверное, он перезаписал по ошибке.
— А как же тогда мы вычислили время вашего возвращения? — спросила Алиса.
— Великий Скотт! — удивился Браун. — Вы думали, что это шифр? И вы меня тут ждали?
— Не совсем, но ждали, — признался Пашка. — Правда, мы не могли решить, должны вы появиться сейчас или летом, потому что летом созвездие Козерога видно на проводах, а по гороскопу Солнце сегодня вступает в знак Козерога…
Браун задумался.
— Должно быть, имела место так называемая гигантская флюктуация. Говоря проще, произошло случайное совпадение минимальной вероятности. Но если такая вероятность есть, то и она имеет полное право выпасть. Знаете, как говорят: незаряженное ружьё стреляет один раз в жизни…
— А что же тогда значили в письмах ваши слова о шахматах? — спросил Пашка.
— Пустяки, — отмахнулся Док. — Это мы с Минцем обсуждали книгу Казанцева.
— А, вот вы где! — раздался чей-то голос.
Все трое обернулись и увидели усатого кинорежиссёра. С ним был полицейский. Кинорежиссёр размахивал портфелем, но увидев профессора Брауна, почтительно попятился.
— Извините, коллега, — сказал он. — Не буду влезать в кадр, поговорим позже. Запомните: моя фамилия Филин!

10

Вот, собственно, всё, что я узнал от Алисы о её похождениях в эти дни.
Доктор Браун в тот же день, убедившись, что транспортировка прошла успешно, вернул из прошлого свою семью. Скоро он был с восторгом принят в Институт Времени. Ведь он сумел в двадцатом веке создать двигатель времени, который принципиально отличался от созданного академиком Петровым и занимал меньше места, пусть и тратил не меньше энергии. Брауна даже назначили директором строящегося института времени в Неваде.
Филин снял свой фильм «Голубятня на жёлтой поляне», но Пашка всё же отказался от участия в нём. Исследования на острове Пасхи для них с Алисой были куда интереснее, тем более что они нашли явные признаки опустившегося материка, хотя и без развитой цивилизации. А главные роли в фильме сыграли сыновья Брауна, Жюль и Верн.
«Делореан» доктор Браун торжественно подарил Алисе и Пашке. Теперь эта чудо-машина принадлежит биологической школе и на ней совершают экскурсии в доисторическое прошлое, в разные эпохи зарождения и развития жизни. Правда, Док немного переделал управление, чтобы юные биологи не могли случайно или нарочно изменить ход эволюции. Хотя Пашка Гераскин как-то хвастался, что ездил в двадцатый век, передал письмо друзьям Алисы и даже сфотографировался с одним советским режиссёром-мультипликатором. Правда, я ему не слишком верю, потому что этот режиссёр в очках и с усами подозрительно похож на Филина.

Оставить комментарий

Вы должны войти, чтобы оставить комментарий.

flash time widget created by East York bookkeeper
snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake