2006 22 de junio 2006

El punto de convergencia

Publicado: | Categorías: Noticias , Prosa , Creatividad |

Автор: Андрей aka Одиночка

***

Исходя из законов перспективы, все параллельные линии сходятся в бесконечно удаленных точках, называемых точками схождения.

Из учебника геометрии.

Prólogo

ЗА ПОЛГОДА ДО ОПИСЫВАЕМЫХ СОБЫТИЙ

Крыс тщательно просматривал голографическую карту звездной системы Промены, когда дверь распахнулась от удара ногой, и в дверном проеме возник Весельчак У.
– Привет! – Весельчак как обычно был в хорошем настроении, – все колдуешь над своими планами, засохнешь скоро!

Крыс сделал незаметное движение рукой, и изображение поменялось на соседнюю область Галактики. Затем он повернулся к Весельчаку:
– Ты взял золото с «Намако»?
– Конечно. Там было двадцать тонн. Все на борту. Как только прилетел, начали разгружать.

Крыс сделал еще одно движение, и с бронированного окна поднялась светозащитная шторка. Открылся вид на огромную бетонную площадку. Километрах в трех от них, около обожженного корабля, обладавшего достаточным изяществом форм, в которых, однако угадывались мощные бортовые орудия, суетились роботы. Разгрузка золота шла полным ходом. Крыс опустил штору и вновь повернулся к Весельчаку.
– Экипаж?
– Там было семьдесят три юланина, – Весельчак зевнул и подошел к бару.
– Где они?
– Как обычно, в абордажную камеру и на ближайший астероид, – Весельчак налил себе рому и уселся на диван, обитый кожей поротокса. – Много всего перепробовал, но земной ром…

Крыс поморщился и надменно произнес:
– Хорошо, пей ром и проследи за разгрузкой.
– Кстати о Земле. Что ты знаешь о Планете Негодяев?» – Весельчак внезапно изменил тон с расслабленно-умиротворенного на деловой. Крыс усмехнулся:
– По крайней мере, негодяйку Селезневу я еще помню.
– Да не-ет, тут дела поинтереснее намечаются… Тебе такие имена как Великий Спрут или Конопатая Сколопендра говорят что-нибудь?
– Я не обязан знать всех негодяев Вселенной.
Крыс явно пытался выпроводить Весельчака.
– А про бортовой компьютер на живых мозгах ты что-нибудь слышал?

Крыс утомленно вздохнул:
– Такие опыты закончились провалом на девяти планетах. Живым мозгам не хватает быстродействия. Займись, наконец, разгрузкой золота.
– А вот и нет. Когда земляне раздолбали Планету Негодяев и залили ее кровью честных пиратов, Великому Спруту удалось уйти из-под носа флагмана Макомбера вместе с частью ученых, работавших над такими компьютерами. Они осели в соседней Галактике и занялись продолжением своих делишек. И сейчас они делают сверхмощные компьютеры по бросовой цене. Они там как-то объединяют несколько десятков мозгов в один, и нехило у них получается.
– Дальше.

По Крысу нельзя было понять заинтересован он или нет.
– Дальше.. А дальше то, что я взял на борту «Намако» юланина, который знает про все про это, и где они прячутся, и кому толкают это барахло. Проблемы у них – ученые есть, оборудование есть. А вот хороших мощных мозгов нет. Ты помнишь, я спросил про Землю? Так вот, самые подходящие мозги живут там.

Весельчак откинулся на спинку дивана и взмахнул рукой.
– Ты меня понял? Прикинь, сколько можно на этом сделать?
– Я прикидываю, сколько можно на этом потерять. Патруль еще никто не отменял. Да и планету вдребезги разнести люди вполне могут.
– А тут другое дело. Во-первых, половина того флота, что был у землян во времена Макомбера сгнила на космодромах, а вторая половина устарела. Они только Патруль поддерживают на уровне, а это всего триста пятьдесят кораблей и полоумный Милодар, – оба пирата поморщились, – а во-вторых, тот же юланин сказал, что скоро людям будет, о чем подумать кроме нас с тобой.
– Ты этого юланина тоже высадил?
– Надо подумать.. – Весельчак хотел было насладиться моментом, но, увидев выражение на лице Крыса, осекся:
– Он здесь за дверью…

Весельчак выкатился из комнаты, не оглядываясь – он не понаслышке знал нрав своего напарничка по преступлениям.

Крыс невидящим взглядом уперся в карту. Его мысли сейчас были далеко.
– Компьютер на основе человеческого мозга, гигантская вычислительная мощность. Это действительно вариант…

Звякнула открывающаяся дверь, и на пороге появился худосочный юланин. Весельчак маячил сзади, перекрывая своими габаритами все пути к отступлению.
Крыс послал юланину пси-императив, превративший его, Крыса, в высокого человека в черном мундире отдела безопасности ИнтерГпола, и одновременно располагающий к беседе.
– Как вы себя чувствуете? – Крыс сразу взял быка за рога. – Не волнуйтесь, все позади.

Юланин покачнулся, едва устояв на ногах.
– Это было так страшно, – произнес он хриплым тенорком. – Всех выбросили в пространство. Почему?
– Это была сверхсекретная операция, – сказал Крыс. – Наш человек был внедрен в шайку пиратов, но, к сожалению, не успел им помешать. Я скорблю о смерти Ваших соотечественников. Удалось спасти только вас. Да вы присаживайтесь! Как говорят на Земле, в ногах правды нет. Чай, соти, кван, что-нибудь покрепче?
– Чай, если можно.

Юланин опустился в кресло. Крыс сел напротив, прямой и четкий, каким и подобает быть офицеру ОБ. Незаметно кивнул.
Весельчак, внимательно слушавший разговор, удалился, но спустя минуту вернулся, неся на подносе две чашки с чаем, блюдце с тостами и сыром. Посуда была из тончайшего радужного фарфора с Итании – полгода назад пираты захватили пилагейский круизный лайнер.

Крыс сделал движение рукой:
– Прошу.

Юланин осторожно взял чашку, отпил глоток. Его круглые глаза понемногу теряли нездоровый желтоватый оттенок, возвращаясь к нормальной сине-зеленой гамме.
– Хороший чай.

Крыс не спешил. Будучи великолепным ксенопсихологом, он читал душу юланина как открытую книгу. Пусть отойдет немного, а там посмотрим.

Весельчак переминался с ноги на ногу. Ему не терпелось поскорее выпотрошить юланина, узнать все об этих компьютерах на человеческих мозгах. На них же можно заработать миллионы. Мысли толстого пирата не шли дальше нескольких тонн золота, быстрого корабля и возможности безнаказанно грабить беззащитные космолеты. И сейчас ему казалось, что Крыс нарочно тянет время. Несколько раз рука соскальзывала на богато украшенную рукоять бластера «Смертоносец», любимого оружия звездных корсаров. Но каждый раз Весельчак заставлял себя убирать ладонь.

Крыс послал еще один пси-импульс, и по едва заметным признакам уловил, что юланин «готов». Он подался чуть вперед.
– Простите, не знаю вашего имени?
– Кийг, – произнес юланин.
– Скажите, Кийг, как вы оказались на «Намако»?
– Корабль шел на Землю, а мне туда очень нужно было попасть.
– Зачем, если не секрет?
– Я летел в ИнтерГпол. Вы же знаете, земной сектор ИнтерГпола один из сильнейших в Галактике. Я должен был предупредить.
– Я офицер отдела безопасности земного сектора, – произнес Крыс официальным тоном. – Если вы располагаете какой-либо важной информацией, то можете передать ее нам.

Кийг нерешительно оглянулся на Весельчака.
– Не волнуйтесь, – успокоил его Крыс. – Мой друг также работает в ОБ. Можете говорить смело.

Юланин нервно провел рукой по щеке – жест скрытой озабоченности, и заговорил:
– Галактике угрожает опасность. Внешнее вторжение.

Крыс изобразил на лице удивление.
– Это невозможно. Черная империя ведь уничтожена. А никто другой не собирается вторгаться в Галактику. Да и это невыгодно чисто экономически.
– Вы ошибаетесь! – в голосе юланина прорезалась уверенность. – Черная империя не уничтожена. Ведь Семь Неизвестных бежали вместе с остатками флота. А за прошедшее время они накопили силы. И, кроме того, у них есть новейшее информационное оружие на основе особенных компьютеров, и некий очень сильный союзник.

Крыс вперил взгляд в глаза юланина.
– А с этого места я попрошу подробнее.

Глава 1


ПРЕВЕНТИВНЫЙ УДАР

El relieve del fondo del océano es sorprendente en su diversidad. Las cadenas de montañas y valles profundos vasta meseta y las antiguas ruinas de los pueblos, una vez en el mar. Pero la más profunda, el terreno se vuelve menos diversa, y con ella la vida biológica.

El haz direccional estrecho de neutrinos corrió desde el espacio, atravesó la atmósfera, el espesor de la océano, núcleo caliente, y aceleró en, casi sin perder intensidad. Para las partículas subatómicas "virtuales" casi no hay barreras.

Cuerpo aerodinámico Cien metros vagamente mostró blanco en la parte inferior de la Fosa de las Marianas. El haz de neutrinos se deslizó sobre su superficie y se despertó complejos mecanismos dentro del cuerpo. Arriba se precipitó corriente de burbujas. El cuerpo se retorció, separado de la parte inferior. Tras un examen más destacado claramente hidrodinámico verificado "cabeza", convirtiéndose en el cuerpo peinado con pequeñas aletas estabilizadores. Hidrófonos sensibles para escuchar comenzó el océano. Ultrasonido, RF, láser, radar de la gravedad comenzó a enviar impulsos a la columna de agua, el seguimiento del objetivo probable. Aquellos fueron encontrados en el tercer minuto de exploración. Submarino con la gracia movió, y la aceleración, corrió a donde el sonido se hace eco de las señales de exploración.

Estufa Joseph estaba disgustado. Normalmente petroleros coche máquinas. Y entonces "por adelantado" poner a la gente. Y está muy bien, el barco era normal. Así que no - explotación de los proxenetas clase "Sea Dragon" una década de construcción. Las tarifas no exprimir más de quince años, no es menos que un nyrnesh mil. Qué vida.

Joseph perezosamente cambió gama ecografía con el vídeo. Pantalla panorámica, antes de blanco y negro, inundado de azul gruesa. El capitán se volvió en el hidrófono, cerca de la cabina llena de los sonidos del mar.
- Cap! - El asistente de voz y de tiempo parcial del operador de sistemas de sonar Joseph arrancó de su ensoñación. El asistente era joven y se sonrojó furiosamente cuando tuvo que referirse a la estufa "Sea Wolf".
Joseph cavó ojos.
- Tenemos algunas exploraciones. Laser.
- No hagas caso - el capitán estaba en calma. Probablemente, en la Sexta voló sirenas nuevo eco. Eso se utiliza láser.

Joseph cerró los ojos de nuevo, pero el asistente no se queda atrás.
- En sexto lugar, pasamos hace cuarenta minutos. Todos ellos trabajan. Y la gama de un extraño ...

En los ojos remotos brilló rojo de alarma. Suave voz cibernética dijo:
- La atención es un calentamiento local fijo de la carcasa exterior. Área de calentamiento de dos centímetros cuadrados. La temperatura de sesenta grados.

Submariners se miraron. José hizo unos interruptores en la consola mediante la ejecución de un análisis circular. La pantalla mostraba un cuerpo alargado de un submarino desconocido. La pantalla quedó en blanco, filtros virtuales se han ganado, y comenzó a ver el haz de color verde azulado que se extiende desde el submarino.
- Atención, la temperatura de trescientos diez grados.
- Son ellos - poluutverditelno dijo ayudante. - Se han digitalizado.
- Dice el petrolero "Frame-III», puerto base de Nueva York. Desconocido submarino, tienes un escaneo láser. Calentamos revestimiento. Apague el láser. Recepción.

Joseph habló clara y mensurable. Dos veces repitió el mensaje. Pero submarino desconocido en silencio. Joseph incluye canales de autoselección, tratando de determinar el rango en el que una respuesta submarino desconocido.
- Capitán, ¡mira!

Sierra Estufa en la pantalla apareció un cuerpo oscuro. Luego tuvo un derrame cerebral.

- Especiales. En 17.32 CER (tiempo solar medio) perdió inexplicablemente su conexión con el petrolero, "Rama-III» Categoría "Sea Dragon". El buque tanque transportaba una sustancia biológicamente activa en la base de submarinos, "Cousteau". Iniciar la búsqueda ...

En la plataforma del océano "Neptuno" hoy fue un día de fiesta. Salih Ibn Hassan estaba tendido en el cálido sol tropical cubierta y miró hacia el cielo sin fondo. En algún momento él comenzó a sentir que el cielo está en la parte inferior y se cierne sobre un abismo azul, sosteniendo sobre sus hombros el mundo.
Dispositivo de amortiguación anulado pitcheo débil, debido a la estabilidad de plataforma océano - esto es importante.

Rocket Salih vio inmediatamente. Más bien, el cohete no había visto una cola blanca y esponjosa, que se extiende hacia el cielo. Me preguntaba:
- Me pregunto quién lanzó. Al igual que no se espera ninguna prueba en nuestra zona. Despacho para advertir.

Un cohete se elevó más alto, tirando a un lado, al describir el perfecto semi-elipse. Estela de vapor se convierte en un árbol extraño, y Salih identificó profesionalmente la presencia de propulsores de plasma. Su hobby era crear modelos de trabajo de las naves espaciales.

La cabeza de guerra estalló una feroz incendio en una altura de sólo cien metros. Megaton carga de plasma de alta temperatura, torcido en un campo magnético paquete golpear el látigo de fuego océano. Plataforma "Neptuno" se ha evaporado casi al instante, incapaz de soportar una avalancha de energía tales. Océano hierve vapor horizonte nublado.

Los satélites meteorológicos detectan la temperatura salto, y un minuto después la ola formada por la explosión. Media hora más tarde, un grupo de control de sinóptica comenzó en la plaza indicada.

Capitulo 2

RETORNO

Nave espacial "Dodo", propiedad de los biólogos jóvenes regresó a la Tierra.

Enigma Blue Roses - segundo planeta Epsilon Toucan se resolvió. Y la idea de que esto era tan sensacional que "tiró" para la concesión de la Tierra como un mínimo. Juzga por ti mismo - estudios sobre los planetas jóvenes biólogos, mostró claramente que vivía hace unos ciento cincuenta años, "difunden" organismos eran razonables. Y ellos perecieron a causa del planeta explotó bola de color púrpura. Además, los investigadores encontraron pocos edificios casi completamente preservados, por la evidencia circunstancial, pertenecían a Wanderers.

"Dodo" pertenecen a una subclase de nuevo tipo yate vagón gravedad de la tarde, lo que significa que el polimorfo, es decir, cambiando la forma de la carcasa. Debemos hacer una pequeña digresión sobre la historia de la tecnología de la construcción de las naves espaciales.

Las primeras naves espaciales no metálicos nacieron en el siglo XX. En uno de los institutos de investigación, trabajando en el espacio militar, la idea de crear una estación espacial inflable. Usted gracioso? Y los adultos lo están haciendo muy en serio. La idea era que la órbita se muestra un pequeño módulo que contiene la estación de "empaquetado". El punto de la órbita del módulo de Incendios "envase", que comienza a llenar el aire del cilindro deseado. En vista de la ausencia total de presión externa, tal procedimiento lleva a una solución rápida en órbita, ya que era estaciones de metal mucho más baratos. La idea puso en la plataforma, según se considere disparate anticientífico. Más tarde, en 2038-m, que revivió, y así construyó el famoso "Helios", que se convirtió en el primer extraterrestre energía que transmite la energía solar para el planeta.

La idea de las naves espaciales no metálicos regresó después del contacto. Estamos desarrollando dos áreas - biológica y físico-químico. La primera y sigue siendo la exótica (aunque volverá en unos años la bioforminga Instituto para crear una serie de naves y cápsulas de aterrizaje específicamente para bio-forma).

Los físicos y químicos fueron capaces de sintetizar un plástico especial que se puede cambiar en la estructura de suministro de energía de su red atómica. Fue el primer paso hacia las naves polimórficos.

"Flotantes" paisajes urbanos, cambiando de forma y el color de los muebles se conocen desde hace más de una década. El mismo principio se utiliza en las conchas y lanzamientos. Pero el espacio de sus demandas. Los brotes de la radiación, la ascendencia peligro meteorítico en un planeta extraño - todo el barco tiene que soportar, sin poner en peligro a la tripulación.

El resultado de muchos años de trabajo y diseñadores científicos moleculares convirtió PLAR - polimorfo-capa reforzada con Lineal del enrejado.

Edificio "Dodo" estaba hecho de PLAR. Además de clase alta nave subrayó convertidores magnetodinámica - no hay motores de plasma o iones. Después de todo, el espacio está impregnado de los campos magnéticos de las estrellas. Y por el espacio interestelar y la aceleración de postcombustión para "dodo" eran F-motores. No, no los fotones. Se basan en el principio de la deformación esférica del campo de vacío. Principio, por cierto, de forma similar a los motores de gravitón. Pero si "gravitones" que trabajan en giperergogene, utilizan lazos interquark de energía, ya que tienen que "tirar" un pedazo de espacio con la nave y moverlo a otro punto en el espacio - un salto estándar, los motores F-desplazamiento proporcionan en el espacio euclidiano, la creación de una especie hemisferio vacío "enrarecido" antes de la nave. "Intimo" está tratando de empujar la cámara de vacío hacia adelante. Un buen ejemplo de tal movimiento puede ser ilustrado helicóptero ordinaria. Tornillo crea una región de la nada, y la presión empuja la máquina para arriba.

Por lo tanto, el "Dodo", en contraste con muchas otras naves espaciales parecía deslizado en el espacio. Ahora tenía el aspecto de un platillo volante clásico.
Alice punto establecido. Toda su informe se completa. El resto completó su antes sólo Pasha no cumplió. Al parecer, el capitán está muy ocupado, que no tiene tiempo para las cosas pequeñas. El médico del barco, cuya oficina tuvo Alice, entre otras cosas, no menos cansado, y el tiempo libre también no tiene ...
La luz en el pasillo fue atenuado - en el momento en el barco era de noche. El barco navegaba ahora. Alice se fue al panel.
Hoy en día, el reloj llevaba el propio capitán Geraskin. Pies desatendidas en la consola, leyó un viejo, todavía impreso en papel, una novela. Música tranquila jugó - algo muy rítmico, como el conjunto "Centauro". Sí-ah ...

Alice se sentó en la silla y su copiloto esperó a que el capitán se dignó a notar su presencia. Quería coger Pasha sorpresa.

Pero Geraskin o realmente absorto, o fingió éxito, pero no apartó los ojos de las páginas. Alice estaba aburrido. Volviendo al panel, tocó los sensores adecuados y la plaza en frente de sus golora torneadas. En los receptores mismo tiempo ganado, sintonizar las señales de naves y planetas. Ahora, el equipo escaneará el aire la captura de un par de señales estables ...

Signo de exclamación naranja brilló en el tablero, el silencio se rompió trino agudo. Incluye altavoces:
- ... Ayuda! Por favor ayuda! Tessa dice el planeta! Fuimos atacados! El enemigo está usando un arma desconocida! Por favor, ayuda el Centro Galáctico! ..

Alice se volvió buscadores y solicitó información sobre el planeta Tessa. Referencia verdoso-line se cernía sobre el mando a distancia.

"Sistema de Planet Tessa Lynx Alfa. ... El ambiente, el clima ... el nivel de campo magnético ... ¡Ajá! Colonia "Quasar-2" tres mil personas, casi la mitad - de otros planetas. Biólogos, planetario, la física estelar ... "
- ¿Quién puede atacarlos? - Me preguntaba. - En estas colonias, no hay nada que pueda ser de interés para los piratas. Según el catálogo, el planeta es rico en oro y platino, pero los colonos hasta scouts intestinos. Hay algo más ...

Pensamientos alisina Pashkin fueron interrumpidos por una voz:
- Tripulación Atención! Dice el capitán! El barco cambió de rumbo. La disposición media-hora para la aceleración y salto.
Geraskin parecía completamente formal. Alice esperó hasta que se apaga el altavoz, y dijo:
- En realidad, el capitán de la tripulación de un mal ejemplo.
- Si no se enciende el transmisor, no podíamos oír la señal.
- Él habría registrado una computadora - dijo Pasha.
- Y cuando lo hizo marcó el pasado los registros? - Alice preguntó con sarcasmo.
- Pero también escuchamos la señal. Y correr al rescate. Así que no hay nada terrible ha sucedido.

Pasha le gusta dejar la última palabra. Alice no tenía otra opción como encogimiento de hombros. Antes de overclocking que podía llamar al Centro Galáctico y duplicar solicitud de asistencia.

"Dodo" salió del salto por encima del plano de la eclíptica del sistema. Sillas Cocoon abrieron su abrazo suave, liberando a los astronautas. Pasha no redujo la velocidad de inmediato, lo que significa "para tomar el miedo" agresores desconocidos. Ofertas hermanas Blanca y Arkashov primero estudian la situación, inmediatamente se despidió, diciendo que habían llegado para ayudar en lugar de estudio. Alice se miraron con Javad Rakhimov, que sirvió en el mecánico barco, y ahora creó un radar multi-banda "ojo que todo lo ve" para obtener un modelo tridimensional de la situación en el sistema. Alice pensó trayectoria. Sin embargo, no hay campos de asteroides, ningún sistema de nubes de hielo no era, la situación era la navegación tranquila. Luz de ópalo Planeta brillante por delante.
Extrañeza agudo Jawad comentó.
- Mira, - dijo, señalando a la pantalla. - Algo está ocurriendo en el planeta.
Ordenador cortado parte de una imagen para ampliarla. Y se hizo evidente que el planeta es de hecho algo mal. Perdió su forma esférica, normal para todos los planetas! Ahora parecía que la luna antes o después de la luna llena, cuando se ve no es un círculo, sino que forma parte de ella. Alice pensó fue que es sólo una ilusión óptica de que el planeta es sólo en las sombras. Pero Jawad señaló golor registrador gravitatoria, que mostró extrañas fluctuaciones de los campos gravitatorios. Esto podría ser una ilusión óptica.
- Fijar la nave en órbita, - dijo Pasha. - A petición de no responder.
- Instrumentos registrados flujos de neutrinos y taquiones - resonaron Arkasha. - Hay rayos X a débiles.

Корабль на экранах визуального наблюдения виден не был, но два фиолетовых луча, ударивших из одной точки, не заметить было просто невозможно. И под этими лучами освещенная часть планеты стала таять, исчезать. Словно из воздушного шарика выпускали воздух.
– Экипажу внимание! Аварийное расписание три! Маневр-перехват!
Все бросились к своим креслам. Корабль начал описывать идеальную дугу в пространстве, нацеливаясь на планету, что, кстати говоря, является далеко не таким простым делом, как показывают в фильмах. Ведь корабль имеет определенную массу плюс скорость в десятую часть световой.

Планета вырастала на экранах. И вот стал виден корабль, с которого били фиолетовые лучи. Черный цвет корпуса, зализанный дизайн с плавными выступами мощных плазменных моторов однозначно выдавали пиратский фрегат класса «Вампир».

Да-да, не удивляйтесь. К сожалению, и у пиратов есть свои тайные верфи и заводы, свои оружейные мастерские и специалисты. Последние пираты скрывались в Сером облаке, где и делали свои дела. После разгрома пиратской базы на Планете Негодяев, вольные корсары лишились многого, но зато затаили против Земли ненависть.
– Говорит галактический патруль, немедленно сдавайтесь! – азартно крикнул Пашка. Алиса только головой покачала. Она-то знала, что пираты не дураки, и не спутают громаду патрульного корабля с тридцатиметровой скорлупкой яхты. Однако «пират», похоже, услышал сообщение. Лучи погасли, и черный корабль стронулся с места. За его кормой яростно полыхал белый огонь.

«Дронт», подчиняясь капитану, изменил курс. Пашка включил магнитоконвертеры и Ф-двигатели, корпус окутался плазменным полем, испаряющим любые метеориты и космическую пыль.

Впереди сияла крупная звезда – двигатели «пирата». Он разгонялся форсированно, а значит, через час максимум он достигнет скорости перехода.

Но «Дронт» шел быстрее. Его суперсовременные двигатели обеспечивали большее ускорение в секунду за секунду, а гравиэкран снимал перегрузки. Звезда «пирата» медленно, но верно вырастала на экранах.

Внезапно пространство пошло рябью – из прыжка выходил патрульный крейсер. Но ничего сделать он не успел. Алиса первая увидела, как черный космос вдруг подернулся призрачным фиолетовым сиянием. Затем по нему пробежали бело-синие молнии, сплетаясь в диковинные орнаменты. Пространство словно вскипело, впереди появилось нечто, напоминающее сростки мыльных пузырей, играющих всеми оттенками холодной части спектра. Затем взбесившийся космос расколола зеленая вспышка, еще одна, еще. Но корабль, как ни странно, продолжал двигаться ровно, будто вся эта свистопляска была лишь отлично сделанным визуальным шоу. И это страшило больше всего.

Сросток «мыльных пузырей» приближался, хотя Пашка включил двигатели на режим торможения. На полном ходу нос «Дронта» пронзил один из «пузырей». Внутреннее пространство корабля сотряс беззвучный взрыв. Алиса почувствовала дикий холод и странное оцепенение. Потом пришла тьма.

Объект был невидим практически во всех диапазонах. Лишь изредка пучки электронов срывались с внешней оболочки и уносились в бесконечность. Но зафиксировать их, а тем более запеленговать источник было делом безнадежным.

Солнце сияло ослепительно – белый карлик изливал в пространство свою огненную ярость.

Великий Неизвестный шевельнул пальцем, и окно затемнилось, включилась поляризация. Еще одно движение, и в комнате возникла голограмма. На Великого Неизвестного смотрел гигантский двенадцатиглазый паук, хищно поводя жвалами.
– Приветствую, повелитель! – проскрипел он.
– И тебе того же, Крэг, – ответствовал Великий. – Как обстоят наши дела?

Target expediciones biológicas no se supone que tienen los equipos físicos para explorar el vacío y "sutil interacción" - una físicos diócesis, los cosmólogos. Pero ahora este equipo no es suficiente.

Meteoraket precipitó. En golorah estalló líneas de figuras verdosos - altura, velocidad, coordenadas absolutas (por alguna razón había ceros continuos), algo más ...

El cohete voló por la hipérbole, desviándose hacia el oeste. Analizadores ganaban altura pyatidesyatikilometrovoy. Enciendo la cámara. Y luego los jóvenes investigadores primera sorpresa estaba esperando - el planeta en el que estaban sentados en la parte superior parecía un mosaico. Su superficie se divide en hexágonos idénticos, como una ayuda visual a la sección de "viajar problema del vendedor" de las matemáticas discretas. Amarillo, verde, azul. Como si alguien hubiera cortado un pedazo del planeta, y luego pegarlas juntos.

La imagen estaba cubierto de una perturbación cuadrícula. Jawad enciende la cámara en el hemisferio superior de la revisión. Negro golor. La cabaña era silencio. En este mundo extraño no tenía estrellas.

Golor acurrucó en el hilo. Una voz suave dijo ordenador de a bordo:
- Contacto perdido.

Capítulo 4

PRIMERA PÉRDIDA

Comisionado sector terrestre policía intergaláctico Milodar César no estaba en el espíritu. Sin embargo, era su estado normal en los últimos años, después de exacerbar hace tres meses Comisionado lanzó otra esposa. Sin embargo, también puede ser entendido. Juzga por ti mismo, ella está esperando querido esposo a casa del trabajo, cocinar una cena romántica y todo eso, pero no aparece en absoluto, o, o envía un holograma. Le dicen peleador como acérrimo contra el crimen, es peligroso para comparecer personalmente, incluso en casa. ¿Quién como?

Por lo tanto, los agentes trataron de no reunirse con un jefe enojado, estando de acuerdo en el trabajo en los rincones más remotos del sector haría solamente fuera de la Antártida. Por otra parte, es deseable tan remoto que no hay video en vivo.

Humor Comisionado no mejoró y el hecho de que en el mundo hay extraños ataques de los buques y bases. En el momento en que se han registrado para cuatro. Además, el puerto de Vnukovo-2 puerto espacial y la estrella de Selena en la órbita de la Luna fueron frustrados intentos por desconocidos abrieron fuego desde pistolas de combate de la piratería directamente contra la multitud.

Milodar condujo secretaria, le trajo el café - que fundamentalmente no se permita que los robots a su oficina por temor de que puedan ser extraídos, apagó las luces y cerró la primera línea de la comunicación - no interferir.
- Chapay pensará - dijo, el consumo de café de un trago.

Milodar le gusta ser comparado con Sherlock Holmes, ya que se consideraba con visión de futuro e inteligente "libro" detective. Pero, sin él saberlo, se hizo cargo de los métodos de análisis deductivo y lógico de este último, por lo que es su "alter ego". Y ahora él reunió todo su materia gris para resolver el problema que ha surgido en frente de él.

Estaba claro que este nivel de exposición no está disponible para los criminales y piratas comunes - era demasiado alto. Samolikvidom programación Psi en caso de fallo, "fantasma blanco", que no pudo detectar varios satélites en órbita terrestre. Hmm.

Milodar tocó el teclado, se ha introducido una contraseña secreta. Ojo verde guiñó confirmación y Milodar vino al Kosmoneta espacio virtual en modo invisible. Grande Marcos - el sector tierra transputer distribuido más potente (sus procesadores que utilizan los principios de la estadística cuántica y la "infiltración del túnel" y estaciones interconectadas conexión gravitón colocado en entre el mar lunar de la Serenidad para Transplutón-2) ha puesto en marcha un procesamiento completo de información procedentes de toda la galaxia . Sin embargo, el Comisionado no se hacía ilusiones - no importa lo poderoso que era el equipo, nunca será capaz de derrotar a un hombre. Milodar pensó. Una vez, en los albores de su carrera policial, se enfrentó a algo similar.

Маленький остров Кууси у северной оконечности Ладожского озера был известен старинным замком, возвышающимся на холме. Ну, не совсем старинным. Построен он был в начале двадцатого века разбогатевшим петербургским чудаком и оригиналом Галкиным. После революции 1917 года замок сменил хозяина и назначение. Последнее, правда, ненадолго. А полусотней лет позже и вовсе обезлюдел.
На замок обратили внимание вскоре после Контакта. Именно тогда спешно формировались подразделения ксеноанализа, технической разведки и «дружины» быстрого реагирования, которые пятью годами позже поделили между собой «конкуренты» – ИнтерГпол и Галактическая служба безопасности. Поскольку полиции надлежало заниматься «земными» делами, островок Кууси отошел ей. В замке расположился временный штаб, ГСБ перебазировалась на Плутон. Год спустя ИнтерГпол, который тогда называли Солнечным патрулем, намекая на сферу деятельности, возглавил Цезарь Милодар, который немедленно перенес штаб на сверхсекретную базу в Антарктиде, ранее принадлежавшую американскому космическому командованию (до Объединения). И замок вновь опустел. Но ненадолго. В 2061-м, после триумфа первых «внесистемных» полетов началось «Дело кукушат». Патрульный рейдер дальнего действия «Арракс», порт приписки Земля-14 (Бета Центавра) обнаружил в космосе дрейфующий звездолет неизвестного типа. При обследовании было выяснено, что весь экипаж корабля составляли роботы с полубиологическим мозгом, а сам корабль представлял собой нечто вроде космического заповедника или зоопарка. Это было установлено однозначно по останкам живых существ на борту. Более того, «экспонатами» были разумные существа, в том числе люди. Но самым удивительным было другое – в одном из коридоров была найдена серебристая капсула метровой длины. Когда ее вскрыли, то капитан рейдера схватился за голову, командир десант-группы Ирина Северова – за сердце, а корабельный врач кинулся за лекарствами. В капсуле лежал младенец, мальчик девяти месяцев от роду. Младенец был здоров, весело агукал и улыбался космолетчикам. Как он оказался на покинутом корабле, как выжил, откуда появился – так и осталось загадкой. «Арракс» чуть не спалил двигатели, но достиг Земли-14 в рекордно короткие сроки. Правда, потом пришлось менять гравиэкран, девятнадцать блоков Мозга и антенну космической связи. Вместе с техниками из Галактического центра прибыли микробиологи, врачи, генетики. Первые же тесты дали девяностосемипроцентную вероятность земного происхождения ребенка. Позже это подтвердили биогенетические лаборатории Москвы, Токио и Лондона. Однако запросы, направленные в земной информаторий и представительства других гуманоидных цивилизаций не дали результата. Ну, то есть, никакого. Согласно ответам, ребенка, равно как и взрослого с такой генокартой, дактилоформой, рисунком сетчатки не существовало.

Дело было передано в ИнтерГпол. И сам собой возник извечный вопрос – что делать. Детских домов на Земле не существовало уже лет тридцать. Рождаемость падала медленно, но неуклонно, так что за ребенком выстраивались очереди. Заявки на усыновление «космического Маугли» подала половина команды «Арракса», весь персонал базы на Земле-14, специалисты с Земли.

И именно тогда был предложен секретный проект «Ящик Пандоры», подразумевающий создание специализированного детского дома для подобных найденышей, находящегося под контролем ИнтерГпола. Поговаривают, что автором проекта был Милодар, однако сам он всячески открещивается от этого.

Предложение вызвало огромный резонанс в обществе, в Космонете начались дебаты и целые виртуальные побоища. Основным аргументом противников создания детского дома был тот факт, что ранее ни один корабль Галактического центра не находил детей с неизвестной биографией. Мол, это случайность, такого не повторится.

Но вскоре они был посрамлены, и не раз. Случаи посыпались как из рога изобилия – немой пятилетний мальчик азиатской наружности невредимым прошел джунгли Эвридики и добрался до земной станции биологических исследований. Трехлетняя Мисс, неизвестно как оказавшаяся на военном тральщике «Орион» в мешке с морковью, который, кстати говоря, тоже оказался там неизвестно как – весь экипаж «Ориона» люто ненавидел морковь. Говорят, это потому, что капитана тральщика в детстве строгая бабушка на завтрак кормила морковью со сметаной. И когда он вырос, и стал служить в Космофлоте, то специально подобрал себе команду, ненавидящую морковь во все проявлениях. Но это к слову.

К моменту открытия детского дома на Земле было уже десять «кукушат». Детей находили на покинутых космолетах, планета, где людей не могло быть по определению.

Островок Кууси снова ожил. Милодар здраво рассудил, что детей нужно держать подальше от остального человечества, тем более что прецеденты уже были…
Именно тогда комиссар впервые столкнулся с эмиссарами Черной империи.

В те времена Земля была еще планетой «второго эшелона», не занимая нынешнего положения. Но уже тогда эксперименты со временем, несколько громких открытий в биологии и химии приковали к ней внимание других миров. Это и стало причиной интереса к родине человечества Черной империи.

Сначала был мальчик, зараженный пировирусом, позволяющим ему разогревать ладони до семисот градусов безо всякого вреда. Кроме вируса была выявлена пси-программа, которую удалось расшифровать – мальчику ставилась цель создания паники на планете.

Потом были Дженни Соколова – девочка с имплантированной миной в левой ладошке, Сид-Гипнотизер и другие. Всего было выявлено шестеро. «Обезвредить» удалось всех. Чуть позже появились взрослые агенты.

Милодар очнулся от воспоминаний. Интересно, а ведь дело «Принца Вселенной» похоже, из той же оперы. По крайней мере, генетические пробы, посланные в Центр, не помогли установить реальную личность погибшего мальчика. Правда, сейчас об этом можно было говорить лишь в сослагательном наклонении. В том смысле, что если бы…

Но Черной империи не существовало уже почти полвека. Милодар лично присутствовал тогда на борту «Терры» вместе с адмиралом Макомбером. Четырнадцать улизнувших кораблей были признаны исчезнувшими во время межгалактического прыжка. Скорее всего, они финишировали слишком близко от звезды, где и погибли. Дата, подписи членов комиссии.

Но сейчас, в свете последних событий комиссар все сильнее сомневался в выводах специалистов.

Приглушенно заверещал сигнал вызова. Милодар покосился на пульт – оранжевый огонек полной блокировки горел. Значит, звонил человек, которому были известны изменяющиеся каждые двенадцать часов коды особого допуска. В Солнечной системе таких людей было двое, еще трое на планетах Галактического центра.

Голор развернулся метровым полотнищем, протаял в глубину. Габриэль Грехов, координатор ВЕДЬМАКа, смотрел на комиссара.
– У нас проблемы, – произнес он.

Станция СПАС-4312539, вращающаяся вокруг безымянной звезды ЕВ-12038 обычно обслуживалась экипажем из четырех операторов. Но в этот раз на борту людей не было – станцию готовили к штатной модернизации, и экипаж сняли неделю назад, оставив работать в автоматическом режиме. Сектор был довольно тихий, поэтому режим автоматического дежурства, иначе «пассивного поиска и ретрансляции» не был чем-то экстраординарным.

Приземистые универсальные космоботы сновали по поверхности СПАС, проверяя настройку приемных антенн. Импульс пришел, когда бот номер сто тридцать семь пятнадцать закончил тестирование ориентационных процессоров третьей антенны – их использовали, чтобы не загружать лишними вычислениями Мозг станции при настройке на прием и передачу, – но еще не отключил кабель связи. Станция зафиксировала гравитационные возмущения в десяти мегаметрах от звезды. Судя по их силе, финишировало большое количество кораблей. Согласно стандартной методике, разработанной для патрульно-спасательных кораблей и станций задолго до вступления Земли в Конфедерацию, Мозг СПАС начал запись информации, поступающей сейчас с пятидесяти восьми процентов датчиков и локаторов – остальные еще ремонтировались или тестировались. Чуть погодя заработал УРК – универсальный радарный комплекс, призванный определить число кораблей, их типы, направление и прочие параметры. Если бы Мозг умел удивляться, то сделал бы это не задумываясь – из прыжка вышло уже три сотни звездолетов большого тоннажа, и, судя по гравитационному искажению, еще ожидалось едва ли меньше. Мозг запустил стандартную процедуру запроса на идентификацию.

Корабли тормозили форсированно, что само собой подразумевало наличие мощных гравиэкранов. Мозг продолжал посылать запросы, но ответа не было.
Тонкий сгусток антипротонов хлестнул броню станции. Вспыхнула ослепительная молния атомного распада. Но Мозг был еще жив. Станция дернулась, пытаясь уйти с вектора стрельбы, в пространство рванулись сигналы SOS на аварийных частотах. Следующий выстрел аккуратно разрезал шар станции надвое. Потом сверкнула беззвучная вспышка, взорвался реактор.

Номер сто тридцать семь пятнадцать уцелел, его отбросило взрывной волной в направлении звезды. Спустя пять дней пограничный брандер, пришедший на сигнал о помощи со станции, подобрал его всего в десяти миллионах километров от фотосферы. Обожженный радиацией и ледяным дыханием вакуума, космобот представлял собой жалкое зрелище. Но блоки памяти оказались практически неповрежденными. Спустя час брандер начал разгон, и пустынный уголок космоса вновь опустел.

Глава 5

СТРАННЫЙ МИР (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

Гай-до включил планетарные двигатели на полную мощность. Стена приближалась с пугающей быстротой, но в последний момент кораблик активировал защитное поле, выстраивая его структуру в форме веретена. Медленно, нехотя стена поддавалась нажиму. Так, стоп. Вы, я вижу, уже вообразили этакую Великую Китайскую стену высотой в сотню километров и ругаете автора за бедность фантазии и полное отсутствие логики – мол, легко такое препятствие перелететь или обогнуть стороной. Не торопитесь. Садитесь поудобнее, я постараюсь расставить точки над i.

Гай-до очнулся над планетой. Слово «очнулся» не совсем подходит для обозначения состояния кибернетического устройства, однако Гай-до не обычный, а разумный кораблик. Дабы не углубляться в теорию разума и разумности, которую создадут только во второй половине двадцать первого века, давайте договоримся в дальнейшем «очеловечивать» кораблик, описывая его чувства и устремления как человеческие. Поверьте, будет легче и мне, и вам. Договорились?

Так о чем это я, ах да, Гай-до очнулся над планетой. Протестировав системы, кораблик убедился в их исправности и перенес все свое внимание на планету. А там было на что посмотреть. Вся поверхность планеты была разделена на одинаковые шестиугольники, что однозначно подразумевало разумную деятельность. А если использовать хорошую оптику, что можно увидеть много подробностей.

Шестиугольники превратились в многокилометровые пространства, равнины и горы. Но кораблик чувствовал, что здесь что-то не так. Что, он и сам не знал, но интуиция его била тревогу. Занятый обследованием, он не заметил, что его орбита потихоньку теряет стабильность, словно к естественно гравитации планеты добавилось что-то еще.

Вспыхнуло неяркое пламя, Гай-до входил в атмосферу.

Скорость кораблика упала до полукилометра в секунду на высоте восьми километров. Он перешел на движение галсами – зигзагом с длиной звена в десять километров и отклонением от курсового вектора в 50 градусов с сохранением направления. Точно такую же «курсовую схему» применяли все атмосферные скауты при «поквадратном» обследовании территории. А сам термин «галс» был взят из словаря моряков и экстраполирован на современные реалии.

Гай-до успел пролететь полсотни километров, сканируя поверхность планеты, когда его сенсоры засекли прямо по курсу силовое поле неизвестной природы. Гай-до приблизился, «танцуя» на планетарных двигателях. Выстрелил десятикилограммовую «болванку» зонда. Заработали хитрые датчики в головной части зонда, анализируя полевую структуру. Вскоре выяснилось, что поле препятствует прохождению через него материальных объектов, электрический заряд имеет минимальный, на электронные и квантовые вычислительные системы воздействия не оказывает.

Несмотря на то, что Гай-до был в первую очередь кибернетическим устройством, он обладал одним качеством, роднившим его с человеком – любознательностью. Есть проблема – ее надо решить. Нельзя решить обычными метолами – берем нестандартные. Именно так рассуждал кораблик, готовясь к прорыву через неведомое.

Алиса сидела за пультом, поглядывая на голор, куда выводилась информация с двух последних скаутов. Остальные или рассыпались на невосстановимые обломки или сгорели в атмосфере. Но свою задачу погибшие разведчики выполнили. Мозг «Дронта» на основе их данных смоделировал внешнюю обстановку, и оказалось, что планета, скорее всего искусственного происхождения. В пользу этого говорило и полное отсутствие жизни, и обнаруженные скаутами «стены» неизвестного силового поля, не пропускающие материальных предметов, а также «купол повышенной гравитации», начинающийся с высоты в полсотни километров, и «облака» кремнийорганической взвеси, глушащие космическую связь, но пропускающие радиосигналы. Плюс к этому – обнаруженные при более тщательном анализе постоянно циркулирующие в атмосфере модулированные импульсы электромагнитных волн в широчайшем диапазоне частот. Этим, кстати и объяснялась «проницаемость» облаков для радиоволн.

Шел уже четвертый день по зависимому времени «Дронта».

Алиса прикрыла глаза – даже суперсовременные голографические мониторы утомляли зрение. На борту «Дронта» сейчас была ночь, а ночные вахты – самые спокойные. Никто не отвлекает, и можно привести в порядок мысли. Алиса почти не сомневалась, что события последнего времени укладываются в единую систему, только не могла оценить и спрогнозировать целей этой системы и устойчивого интереса к своей скромной персоне. Слова Принца она не принимала всерьез, ну как она может воздействовать на вероятность тех или иных событий? Ведь доказано, что квантовая неопределенность есть неотъемлемое свойство не только микро-, но и макромира. Так что невозможно точно рассчитать «траекторию будущего», говоря языком хронофизиков, и, соответственно, «хирургически» повлиять на события. Не только будущее обусловлено прошлым, но и наоборот. Кольцевая причинность. Давно доказанная и многократно подтвержденная. Pero ...

Но титул девочки, с которой ничего не случиться, давно стал для Алисы вторым именем. Она никогда не задумывалась над своим невероятным везением, спасающем ее в самых безвыходных ситуациях.

Алиса отвлеклась от своих мыслей, вызвала на голор информацию от ремонтных роботов. Реактор был восстановлен на три четверти. Оставшийся ремонт роботы обещали закончить не позже, чем через шесть часов.

Алиса коснулась иконки проигрывателя, в рубке зазвучала тихая ритмичная музыка, и вновь погрузилась в свои мысли.

Сигнал кругового радара вплелся в мелодию. Компьютер немедленно снизил громкость, вывел на голор оперативный отчет по ситуации. К «Дронту» приближался космический корабль. Включился приемник, регистрируя приходящие тики – типовые идентификационные коды, служащие одновременно позывными для каждого корабля Конфедерации. На голоре вспыхнула зеленоватая строчка «К/К 371-гамма-01586554-кси-лямбда-124990-003».

Алиса по привычке бросила взгляд на начало и конец строки. 371-гамма – значит корабль принадлежит Солнечной системе, 124990 – регистрационный номер в галактическом реестре, 003 – третий класс, малый экспедиционно-разведывательный.

Машинально Алиса отстучала на клавиатуре запрос к корабельной базе данных, прежде чем сообразила, что номер приближающегося корабля ей знаком. Очень знаком.

Белое пламя ударило из дюз заходящего на посадку Гай-до. Еще минута, и разумный кораблик замер в двух десятках метров от сплюснутого шара «Дронта».
Они говорили, перебивая друг друга, и не могли наговориться. Так, наверное, и происходит встреча настоящих друзей после долгой разлуки, тем более, если простились они не совсем хорошо. Сначала смущенно молчание, какие-то стандартные слова о погоде и здоровье, а потом, словно прорывает плотину. Помнишь, как мы тогда… А ты еще меня вытаскивал из той речки и ругался на чем свет стоит… А потом…

И уходит скованность и неловкость. Потому что они давно уже простили друг друга, потому что они – друзья. И не нужны напыщенные фразы о вине одного и непричастности другого. Все это шелуха.

– Так я и оказался здесь, – закончил Гай-до. В его маленькой рубке, ставшей за последний час особенно тесной, – шутка ли шесть человек, пусть даже детей, – повисла тишина. Нарушить ее решился Пашка.
– Гай-до, а ты видел эту планету из космоса?
– Видел, – ответил кораблик. – Необычная, надо сказать. Вся поверхность разделена на равные шестиугольники.
– Точно, – довольно откликнулся Пашка. – Это искусственная планета.
– Я думаю, правда несколько более драматична и неожиданна, – тихо произнес Гай-до. Он хотел еще что-то сказать, но внезапно весь корпус кораблика потряс удар. Затем внезапно, без перехода возникла невесомость. Появилось ощущение тяжелого взгляда в спину. По рубке прошелся ледяной ветерок. В следующую секунду невесомость сменилась гравитацией, причем, гораздо выше номинальной. Последнее, что увидела Алиса, были странным образом ставшие зыбкими и полупрозрачными стены.

Глава 6

К НАМ ПРИЕХАЛ РЕВИЗОР

– Я пригласил вас господа с тем, чтоб сообщить вас пренеприятное известие, – произнес Милодар, цепко оглядывая присутствующих в виде световых «фантомов». – Похоже, ревизор приехал без предупреждения.

На борту «Орлана», секретного крейсера класса «Тень-абсолют» проходило оперативное онлайн-совещание Большой Десятки – руководителей специальных служб земного сектора и Центра. Кроме Милодара на борту физически присутствовал только Габриэль Грехов. Остальные, – Карл Кром – главный «сыскарь» Галактики, комиссар СПАС-службы Андрей Ромашин, три инспектора ГЭСКОНа (Галактической службы этического и социального контроля за опасными исследованиями и разработками), два представителя Космофлота, командующий Галактического Патруля Барнс и глава Совета Системы Виктор Степанов – в виде голографических призраков.

– Не будем тратить время попусту, – произнес Милодар. – Все находятся в поле действия «паутины», так что докладов не будет. Необходимо в кратчайшее время выработать стратегию действий. Но прежде я хотел бы получить у представителей ГЭСКОНа разрешение на развертку программы «Легион».

В ГОСТЯХ У ПИРАТОВ

Зрение восстановилось сразу. Потом в тело вонзились сотни невидимых иголочек, словно при резкой смене температуры с минуса на плюс или когда во сне затекла рука.

Вспыхнули экраны, давая возможность осмотреться.

Пол – круглая десятиметровая пластина темного цвета, будто сплетенная из мелкой металлической сетки. Металлическая же закругленная стена, верх которой теряется в темноте, яркие точечные светильники.
– Где это мы?

Пашкин голос был хриплым.

Ему ответил Гай-до:
– Похоже, на какой-то базе или заводе. Но я не пойму, как мы сюда попали.
– Телепортация? – высказал предположение Гераскин.
– Вряд ли, – откликнулся Джавад, который кроме биологии и генной инженерии также интересовался техникой. – Такого компактного устройства не существует. И кроме того, Гай-до не засек никаких вторичных излучений, а при Т-переходе возникает целый пакет волн.
– Подтверждаю, – откликнулся кораблик. – Излучение было, но его параметры резко отличаются от тех, что возникают при телепортации.
– Но тогда что… – заспорил было Пашка и осекся, потому что голоры внешнего обзора вспыхнули, скачком меняя яркость. Раздался усиленный акустикой голос:
– У вас десять секунд для того, чтобы выйти, иначе мы вскроем корабль.
– Гай-до, у тебя есть оружие? – засуетился Гераскин. – Дай мне бластер и прикрой нас огнем из ПМП.
– Бластера нет, – ответил кораблик, – Ирия никогда не оставляла во мне оружие. А противометеоритная пушка аннигилирует все в радиусе ста метров. Моя обшивка не выдержит. Думаю, разумнее всего будет сдаться.
– Никогда! – крикнул Пашка. – Лучше смерть в бою!
– А как мы это расскажем твоей маме? – поинтересовалась Маша Белая. – Простите, Мария Павловна, но ваш сын пал смертью храбрых? Не смеши.

Гераскин примолк, поскольку несмотря на свой рыцарский задор, матери побаивался.
Снаружи донесся голос:
– Мы начинаем резать корпус.
– Не надо! – Алиса дотянулась до клавиши внешней связи. – Мы выходим.
Зашипела гидравлика люка, трап с грохотом упал на металлический пол.
– Кого я вижу. Ведь это сама Алиса Селезнева собственной персоной!

Крыс все так же пребывал в облике офицера Отдела Безопасности. Весельчак маячил за его спиной, одетый в навороченный сьют с полным вооружением. Его и без того массивная фигура становилась в зеркально-черной броне боевого скафандра совсем необъятной. Такие скафандры создавали лет сорок назад, и они давно вышли из употребления, но не из-за технического несовершенства, а потому, что планетарные войны и специальные операции стали по большей части историей. Такие сьюты были способны выдержать температуру до десяти тысяч градусов и прямое попадание из корабельного орудия, имели несколько систем вооружения «на борту» и были, фактически, уменьшенным, более мобильным аналогом древних танков, скрещенных с установкой ЗРК. Их создавали еще в рамках проекта «Звездные войны-2».

За спинами пиратов стояло шесть человек, одинаковые неподвижные лица которых выдавали андроидов.
– Всех в камеру. Весельчак – проследи!
Крыс повернулся к Алисе.
– А с вами я хотел бы поговорить наедине.

Личные апартаменты Крыса были обставлены внешне небогато, ничего лишнего. Алису грубо втолкнули внутрь роботы-конвоиры, пират вошел следом.
– Этот толстый глупец вечно делает все не так, – недовольно произнес Крыс. – На кой ему потребовалось нападать на колонию? Сколько раз я предупреждал, что в нашем деле нет мелочей.
Пират взглянул на Алису.
– Действительно, а зачем нужно было нападать на Тессу? – спросила она. – Там же нет ничего ценного.
– Ошибаешься! Ты думаешь, что золото и алмазы – высшая ценность? – Крыс усмехнулся. – В наше время они хороши для украшений и в качестве технических материалов. Или ты считаешь, что моя цель набить потуже карманы?

Алиса пожала плечами. Она видела, что Крысу хочется выговориться. Он устал. Девочка замерла, пораженная такой простой мыслью. Да, действительно, ни одно разумное существо, если оно не больно, не может постоянно жить в страхе. А пираты жили. Они ежесекундно боялись предательства своих подельников, страшились потерять награбленное, ужасались при мысли, что их настигнет Патруль. Но больше всего они боялись того, что они могут попасть в руки тех, кого они грабили. Ведь по галактическим законам судить пиратов имеют право народы тех планет, которые пострадали от звездных корсаров. И этого пираты боялись больше галактического Патруля, Отдела безопасности ИнтерГпола и Цезаря Милодара вместе взятых.

Крыс поднялся, зашагал по комнате, остановился перед Алисой.
– Хочешь знать, зачем нужно было нападение на Тессу? Я расскажу тебе.

Пират заговорил. Он рассказал о «биопроцессорах», о том, как с помощью контрактора Весельчак похищал целые материки планет, потому что люди, подключенные к системе, легко могли отличить реальность от самой качественной виртуальности, и поэтому нуждались в «кусочках» родных планет для отдыха. О том, какие сокровища могут выложить неразвитые миры за сверхбыстрые компьютеры, а развитые – за те же компьютеры, но для защиты от хакеров.

Но самое интересное и пугающее было то, что за всем этим стоял Монокосм-2. Это было ясно. В древних легендах говорилось, что первый Монокосм создавался на основе планетарной информационно-вычислительной сети. Второй готовился родится в недрах сетей галактических.
– Нужно сообщить на Землю! – Алиса порывисто поднялась, шагнула к двери. Ее остановил голос пирата.
– Ты думаешь, мне есть дело до Земли или других планет? Это мой бизнес, и я не хочу, чтобы мне мешали. Увести!
На пороге возник андроид, схватил Алису за руку.

Глава 8

ИДЕТ ОХОТА НА ВОЛКОВ, ИДЕТ ОХОТА…

Флоты Черной Империи победоносно шествовали по Галактике. Ни одного серьезного сражения с самого начала вторжения, двадцать четыре захваченные планеты и… ни одного пленного. Вооруженные до зубов биомеханические десантники при поддержке ридеров обшаривали планеты, но не находили никого.

В этом факте нет ничего удивительного, поскольку «человечеством» этих планет были разведывательные экспедиции и колонисты. Найти в Галактике планету с автохтонным разумом проблематично. Тем более, что многие цивилизации не пережили ядерную эпоху своего развития, а даже шестьсот миллиардов разумных в масштабах Галактики – капля в море.

Милодар отдал приказ не распылять силы, прозорливо предположив, что основной целью интервентов будет Земля. «Победоносное шествие» имело целью всего лишь напугать, подавить морально галактические цивилизации, лишить их воли к борьбе. Ну и, естественно, говоря языком древних военачальников, «обеспечить тыл».

Традиции есть везде. В семье, на планете, в любой профессии. Они бывают самые разные, и касаются всех и всего. В военно-морском флоте XX- начала XXI веков тоже бытовало множество традиций. И одной из них были имена кораблей. Да-да, непременно имена, а не названия. Потому что корабль, это нечто большее, чем большая лодка с двигателями и пушками. Это второй дом.

Имена военным кораблям давали такие, чтобы вероятный противник (термин того же времени) оробел, с одной стороны, а с другой – чтобы прославить родину, героев, исторические личности. Так и появились тяжелые крейсера «Петр Первый» и «Гетман Сагайдачный», подлодки «Новороссийск» и «Запорожье», эсминцы «Гремящий» и «Упорный».

Эта традиция во многом изменилась, но по-прежнему существовала в Космофлоте, хотя и потеряла свой «военизированный» аспект. Поэтому соединенный флот «Галактика», базирующийся за орбитой Плутона, состоял из «Земли» и «Марса», «Солнечного брата» и «Юрия Гагарина», «Волопаса» и «Красной Москвы»…

Несмотря на то, что в космосе нет привычных понятий «верх-низ», «право-лево», анализ вторжения показывал, что захватчики движутся через Периферию, обходя густонаселенные системы, стараясь на выходе взять Землю «в клещи». Поэтому соединенные флот Конфедерации расположился двумя ударными группами в полусотне тысяч километров друг от друга.

На борту «Индекса», флагмана-1 шло шестое за сутки экстренное совещание. Данные, снятые с памяти космобота сто тридцать семь пятнадцать, уцелевшего при гибели СПАС-станции однозначно указывали на почти двукратное преимущество противника в кораблях. И это заставляло Милодара не спать уже третьи сутки.

Кроме того, редкие вернувшиеся дистанционные разведчики докладывали, что флот Черной Империи имеет перевес в вооружении – «режущие» аннигиляторы, плазмотроны, высокотемпературные лазеры с накачкой от термояда. Противопоставить этому корабли Конфедерации могли только модернизированные ПМП, электромагнитные пушки и фазеры – фазовые излучатели импульсного и постоянного действия. Со времен адмирала Макомбера нужды в мощном оружии просто не было, а существовавшего хватало с лихвой.

Милодар понимал, что в прямом столкновении его флот обречен. Даже двадцать стометровых боевых автоматических станций, утыканных излучателями и ракетными установками как ежи ничего не решали, в предстоящем сражении они просто захлебнутся. Спасти их могло только чудо.

Засвистел приемник, от скаутов-разведчиков пришла «посмертная» гравиграмма. Флот Черной Империи готовился к прыжку. А значит, скоро они будут здесь. С учетом форсажного разгона и торможения – десять с половиной часов.

Габриэль Грехов смотрел на голор внешнего обзора. Происходящее противоречило всем ситуационным моделям ВЕДЬМАКа. А это означало, что, либо неправильны сами модели, либо ошибаются прогнозисты и аналитики, строящие эти модели.
Грехов прикрыл глаза и вызвал в памяти информацию о Монокосме.

Первые упоминания о материализованном сверхразуме восходили еще ко временам порядка трехсот тысяч земных лет назад. Примерно к этому времени космоархеологи Конфедерации относили и Исход Странников.

Монокосм упоминался в архивах многих планет – Чумарозы, Брастака, Земли, однако с течением времени эта информация превратилась в туманные предания. Ему поклонялись народы, его проклинали цивилизации. Но Монокосм, первый Монокосм развивался. Ему очень повезло, что он существовал в «период сумерек» – так ученые называли промежутки между волнами разума в Галактике. Странники ушли, а другие цивилизации только поднимались на уровень простейших технических достижений. Разумеется, развитие каждой отдельной цивилизации шло со своей скоростью, обусловленной многими факторами, но в космос они вышли не так давно по галактическим и историческим меркам – по времени Земли это произошло почти сразу после разрушения Иерусалима в начале новой эры. Фундамент будущей Конфедерации был заложен тогда, когда в 869 г. н. e. сфериды, ученые Чумарозы и второй Денеба открыли принцип нуль-переходов или прыжков. А спустя десять лет, когда эту технологию имели уже полторы дюжины миров, в Галактике появился Черный Странник. Километрового диаметра сферическое тело было практически невидимо во всех диапазонах электромагнитных волн. Но это было меньшим из зол. Стали пропадать корабли. Лишь спустя еще шесть лет выяснилось, что Черный Странник есть не что иное, как Монокосм. Древний бог восстал из своей могилы и, увидев, что его место уже занято, попытался восстановить статус-кво.

Достоверно неизвестно, зачем Монокосм начал нападать на планеты и корабли. То ли он использовал вычислительную мощь мозгов своих жертв, чтобы «апгрейдится» самому, то ли пытался уйти от вечного одиночества (ведь он был совершенно уникальным разумом такого уровня), то ли попросту сошел с ума. Во всяком случае, он не обращал внимания на мнение других. Может, ему просто не были известны этические парадигмы жителей планет. Но факт оставался таковым – молодая галактическая цивилизация оказалась на краю гибели. И тогда из небытия вслед за Монокосмом появились Странники. Они создали искусственную сингулярность, в которой и был погребен Монокосм. Его интеллектуальных и энергетических сил не хватило, чтобы выйти из «черной дыры». Поговаривают, что эта акция Странников была вызвана тем, что Монокосм – плод их неудачного эксперимента. Кстати, подобные же слухи стали бытовать с новой силой после событий на Надежде, где (возможно) Странники эвакуировали практически все население планеты через нуль-пространственные врата в неизвестном направлении. Мол, они строят новый Монокосм.

Но уже после гибели сверхразума выяснилось, что он успел забросить на многие планеты капсулы с особым генетическим вирусом неясного назначения. По мнению аналитиков ВЕДЬМАКа, этот вирус представлял собой особую нейрохимическую программу, которая при активизации должна изменить некоторые генетические цепочки хромосомного набора существующих цивилизаций. Но предсказать, что последует за этими изменениями, аналитики не могли.

У Грехова была своя точка зрения на этот феномен. Он считал, что этот вирус, названный штаммом-Икс, играл немаловажную роль в истории планет, «помеченных» капсулами. А именно, он инициировал появление в социуме тех, кого древние писатели-фантасты называли койво или файверами – детьми Пятой расы. Именно эти дети должны были изменить мироуклад, выправить путь развития цивилизации, вернуть ее на столбовую дорогу. Первый зафиксированный «всплеск» появления детей-койво начался еще во времена расцвета китайской и индийской культур, и завершился Христом. Второй пришелся на конец XX – начало XXI века, точкой окончания стал 2012 год. И, похоже, что третий «всплеск» идет именно сейчас.
Грехов мотнул головой. Что-то должно произойти в ближайшие часы. Должно.

Время тянулось медленно. Разговор угас сам по себе, прозрачная вода тишины заполнила камеру. То, что рассказала Алиса со слов пирата, казалось невозможным, невероятным. Использовать мозг человека в качестве элемента вычислительной системы – немыслимо. И самое гнусное в этом был тот факт, что люди, будучи встроенными в систему, оставались в сознании, и отлично понимали, что с ними происходит.

Молчание нарушил Пашка.
– Нужно что-то делать, – произнес он. – Не будем же мы сидеть здесь вечно.
– Ценное предложение, – откликнулся Джавад.
– Сейчас мы не можем сделать ничего, – Аркаша как всегда пытался анализировать ситуацию с точки зрения неумолимой логики, и она говорила ему, что на текущий момент времени выхода нет.

Пашка было заспорил, но Маша Белая пресекла ссору в зародыше.

Алиса сидела, прислонившись к стене и закрыв глаза. Ее мысли вновь вернулись к событиям месячной давности. Принц Вселенной говорил о том, что она принадлежит к новой расе разумных существ, для которых все паранормальные способности – нормальное и обыденное явление, для которых не существует понятия бессердечия, наглости, лжи. Эти существа действительно разумны в полном смысле этого слова…

- Alice! – тихий голос прервал поток мыслей. Он звучал откуда-то сверху.
– Алиса Селезнева!
– Да, это я, – она поднялась. Пашка и Джавад, о чем-то азартно спорящие, примолкли.
– А кто вы?
– Мое имя Кийг, юланин. Элемент триста четыре семь двенадцать. Виновный во всем.
– Подождите, я ничего не понимаю. Какой элемент? Кто вы? И где вы? И в чем вы виноваты?
– Слушай меня внимательно, девочка с планеты Земля. И пусть слушают твои друзья, – голос на секунду запнулся, потом продолжил. – Я летел на Землю, чтобы передать ИнтерГполу информацию о Черной Империи, и о том, что у них есть компьютеры на основе биологического мозга. Но мой корабль был захвачен пиратами. Они обманули меня, притворившись сотрудниками Отдела Безопасности ИнтерГпола, и я рассказал им все. А когда они получили технологию «биопроцессоров», я стал элементом системы.
– Какой ужас! – невольно вырвалось у Наташи Белой. – Мы вам поможем.
– Вы не сможете нам помочь, – произнес Кийг, – вас убьют. Но мы поможем вам выбраться.
– Кто это, мы, – подозрительно поинтересовался Гераскин.
– Элементы системы. Наше преимущество состоит в том, что ни один детектор, ни одна компьютерная программа неспособна определить, какими вычислениями занимается тот или иной элемент.
– Но… – Пашке все еще что-то не нравилось, но Кийг перебил его:
– Готовьтесь. Через тридцать секунд мы обесточим базу и откроем вам двери. Идите по зеленой линии. Мы поможем вам.
– Нет, – решительно произнесла Алиса, – мы не бросим вас здесь.
– Не теряй времени, отсчет пошел. Мы эвакуируем всех, кто еще не подключен, потом – уничтожим базу. Не спорь. Так надо. Эта технология должна быть похоронена навсегда.

Свет мигнул, стал тусклым, заработали аварийные генераторы. На металлической двери камеры вспыхнула ослепительная белая точка, пробежала, описывая окружность. Титанидовый блин с грохотом выпал наружу. Пашка первым выглянул в прорезанное отверстие. Два приземистых универсальных робота стояли, направив на андроидов- охранников плазменные горелки. На полу пульсировала зеленая точка.
– Бежим, – бросил через плечо Пашка, выскальзывая в коридор.

Они бежали полутемными коридорами, а позади грохотали гусеничные траки роботов. Поворот, коридор, еще поворот. Из бокового ответвления выскочил андроид, поднял оружие, но струя плазмы рассекла его надвое. Снова поворот.

Внезапно роботы обогнали ребят, вскинули гибкие манипуляторы, касаясь стен. Один из них видимо задел секретный рычаг или кнопку – загремели выстрелы.

Сверхскоростные пули ударили по куполу одного из роботов, буквально распиливая его. Но его собрат в это время снова выстрелил плазмой, и пулемет-рельсотрон превратился в спекшийся комок металла и пластика.
– Скорее! Осталось недолго, – зазвучал с потолка голос Кийга. Он следил за ребятами через внутренние камеры. Пираты никому не доверяли, и поэтому насытили внутренние помещения своей базы разного рода «сюрпризами», чтобы задержать Патруль в случае обнаружения или втихомолку «убрать» неугодного подельника.
– Сейчас прямо и первый поворот направо. Там ангар и ваш корабль.

Гай-до стартовал так резко, что компенсаторы не сумели погасить ударной перегрузки. Все шестеро сейчас лежали в кокон-креслах, придавленные тройной тяжестью.
– Держитесь! – произнес кораблик. – Сейчас будет болтанка.
Он завалился на левый борт, потом на правый, развернулся почти на месте.

Лазерные импульсы полыхали вокруг, видимо пиратам удалось восстановить энергоснабжение орудий. Но тяжелые пушки не могли попасть по верткой цели, и Гай-до, «танцуя» в пространстве, удалялся от пиратской базы. Потом был взрыв.

Глава 9

ПОСЛЕДНИЙ БОЙ, ОН ТРУДНЫЙ САМЫЙ…

Удивительная штука – время. Когда занимаешься чем-нибудь интересным, оно летит. Когда же чего-то мучительно ждешь – оно тянется бесконечно.

На борту «Индекса» время, казалось, замерло, замерзло. Члены команды вполголоса травили анекдоты, что-то обсуждали, спорили. Милодар, хоть и не был доволен таким расхолаживанием, тем не менее молчал, понимая, что призывы, сохранять молчание и поддерживать дисциплину, сейчас неуместны.

Тихий гул голосов перекрыл «дикторский» баритон Стратега – мощного компьютера, который располагался на борту «Индекса», и был, фактически, «дирижером» предстоящей схватки со стороны Конфедерации. Именно Стратег должен будет обрабатывать всю поступающую информацию от роботов-перехватчиков и автоматических станций. А пока он следил за окружающим пространством, получая данные с радаров и детекторов обоих флотов.
– Внимание, – произнес Стратег, – зафиксированы гравитационные возмущения типа «финиш». Мощность – ноль тридцать один. Похоже, одиночный малотоннажный корабль. Точка выхода на расстоянии десять мегаметров.

Милодар коснулся пульсирующего красным сенсора, и на всех кораблях хрипло взвыли ревуны.

Полчаса прошли в напряженном ожидании. Корабль тормозил форсированно, из-за чего связь с ним была сейчас невозможна – двигатели «забивали» все мыслимые диапазоны.

Агент 003, в миру Кора Максимовна Орват, на время операции приданная группе экспресс-анализа, скучала. Ее работа начнется, когда противник выйдет в реальное пространство. Именно ЭА-группе предстоит работать в паре со Стратегом, анализируя постоянно меняющуюся боевую обстановку, и предлагая оптимальные решения. Кора сначала обижалась на комиссара, считая его решение неправильным, но потом поняла, что Милодар обеспечил ей наиболее безопасное место в предстоящей схватке. ЭА-группа располагалась на борту крейсера «Константин Циолковский», который висел в пространстве в километре от «Индекса».
Кора рассеянно смотрела на голоры, пока еще пустые, если не считать бегущих бланк- и фаст-сообщений, которыми обменивались между собой компьютеры кораблей. Вспыхнувшая, на первый взгляд бессмысленная россыпь цифр и символов заставила ее вздрогнуть. Сейчас на пульт «Циолковского» стекалась абсолютно вся информация, проходящая через коммуникационные компьютеры. Кора запустила дешифратор, который тут же выдал: «Лазер-связь. Диапазон семь тринадцать. Код устарел. Не используется уже в течение года». Полуосознанная догадка мелькнула в мозгу девушки, а пальцы уже выбивали команду на расшифровку.

В наушнике зазвучал тихий голос Милодара:
– Двадцатисекундная готовность. Огонь ракетами Зет-130 с упреждением по курсу. Девятнадцать, восемнадцать, семнадцать…

Голор выбросил короткий текст: «Комиссару Милодару. Срочно. Есть информация о нападении на Землю. А. С.». Кора замерла на мгновение, переваривая информацию, а тем временем отсчет, продолжавший звучать в наушниках, дошел по семи.
– Комиссар, не стреляйте! Это не враг!

На мостике «Индекса» началась тихая паника.

Четыре десантно-штурмовых катера типа «Белый медведь» сопровождали Гай-до почетным эскортом. Отстали они перед стыковочным модулем. Гай-до вошел в него, подчиняясь силе гравироторов, замер. Воздух, заполнивший модуль, серебрился на обшивке.

Герметическая дверь открылась, пропуская в модуль группу людей: комиссара Милодара, прикрывающих его четырех телохранителей, Кору, Карла Крома. Последним вошел Грехов.

Люк Гай-до распахнулся, из него появилась светловолосая девочка в комбинезоне космолетчика.

– Комиссар, как хорошо, что вы нас услышали… – она осеклась, увидев направленные на нее стволы боевых бластеров.
– Стой где стоишь, – голос Милодара был холоден как жидкий азот. – Одно неверное движение – стреляем без предупреждения. Пусть твои сообщники выходят.
Все, кроме телохранов, удивленно воззрились на комиссара.
– Ты что, Милодар, белены объелся? – поинтересовался Кром. – Ты свои штучки шпионские брось. Совсем ополоумел, своих не узнаешь? Это же Алиса.
– Внешне, да. А гарантий, что это действительно Алиса Селезнева, у меня нет.

За то время, пока Гай-до тормозил, маневрировал и стыковался, Милодар получил информацию об экспедиции «Дронта».
– Я думаю, комиссар, – подал голос Габриэль Грехов, – нам стоит поверить. Это действительно Алиса.

Они обменялись короткими взглядами с Милодаром, и тот махнул рукой.
– Внимание, зафиксированы сильные гравитационные возмущения типа «финиш». Множественное эхо. Точка выхода на расстоянии двенадцати мегаметров. Мощность двести девятнадцать и возрастает.
Голос Стратега разнесся по кораблю. Милодар поднес к губам браслет:
– Боевая тревога!

Комиссар краснел и бледнел с периодичностью в пять минут. Флот противника, даже с учетом того, что часть кораблей была оставлена для контроля захваченных планет, превосходил объединенную группировку Конфедерации втрое. А если прибавить к этому еще сотни малых кораблей и катеров, то положение было крайне незавидным.

Штурмовые и десантные катера уже отстыковались и ушли в штатный автоном, выбирая цели.

Флот Черной Империи располагался полумесяцем. Первую волну составляли черные крейсера «Меч», дополненные кораблями-носителями психотронных установок «Шок». За ними шли огромные неповоротливые авианосцы и мониторы. А в центре строя располагался километровый темный куб – Союзник. Было ясно видно, что корабли Империи выдерживают определенную дистанцию с Союзником.

Флоты медленно сближались.

Неяркое сияние вспыхнуло на гигантских параболических антеннах носителей.
И в тот же момент четкий строй катеров распался на беспорядочные элементы. Радисты оцепенели, когда связь донесла до них крики ужаса и невыносимой боли.
Милодар отдал приказ боевым станциям о начале атаки. Серебристые цилиндры отозвались острыми фазерными залпами, потом началась ракетная атака. Но ни одна ракета не достигла флота Империи. В пространстве вспыхнуло зеленоватое сияние, и ракеты исчезли. Просто пропали, словно были голограммами.
Флот Империи не стрелял, медленно приближаясь. Лишь сияние на антеннах пси-генераторов.

Потом был залп.

Комический бой ведут автоматы. Человеческая реакция слишком медленна для этого. Человек может лишь управлять.

Сжатые до предела команды звучат в наушниках, порождая столь же скупые ответы. Раз – и роботы вгрызаются в обшивку вражеского корабля. Два – и стартуют ракеты. Три – и пространство раздирает залп фазеров.

Милодар приказал ввести в бой резерв – корабли класса «Рой». И сразу же на серой броне прорезались черные трещины – началось разделение. Почти две тысячи «связок» рванулись туда, где догорали боевые станции.

Линейные крейсера и рейдеры вели плотный огонь, который таял, натыкаясь на зеленоватое сияние неизвестного защитного поля врага. А ответный огонь медленно, но верно выбивал корабли по одному.

– Фиксирую появление объекта в боевой зоне. Тип не определен. Сфинктура объекта… Что-о?

Оператор Танич вывел на голор изображение объекта. Конусовидная «крона», короткие толстые «корни». «Дерево Странников» встреченное впервые около месяца назад во время поисковой операции в системе ЕН 7032. В эфире воцарилась удивленная тишина.

«Крона» замерцала, выстрелила лунно-прозрачным лучом, ударившим в зеленоватое призрачное сияние. По полю разбежались изумрудные молнии.

«Дерево» исчезло, словно ожидая следующего хода сторон. И он не заставил себя ждать. Ракеты стартовали, и, беспрепятственно преодолев пространство, лопнули в средине строя имперских звездолетов смертоносным голубым огнем. Строй сломался, силовые поля кораблей не выдерживали энергии мезонного распада. Несколько кораблей попросту испарилась, остальные неслись вперед обожженные, глухие и слепые.

Когда экраны очистились от помех, стал виден куб Союзника, Черного Дракона, Монокосма-2, медленно дрейфующий в пространстве. И было в нем что-то такое, донельзя чужое и непонятное, что Милодар впервые в жизни почувствовал, что не знает, как ему поступать дальше.

Пискнул сигнал вызова. Вызывала Кора.
– Комиссар, я знаю, как нам победить.
– Говори!
– На борту Гай-до находится устройство, называемое контрактор. Он способен создавать зону сингулярности. В эту сингулярность мы загоним врага.
– Действуйте!

Потребовалось семь с половиной минут и один беспилотный катер. За пульт управления села Кора. Катер стартовал.

Яркие фиолетовые лучи ударила с носа катера, порождая впереди удивительную иллюминацию. И флот противника начал исчезать. Лучи медленно сходились, тускнея. В последний раз ярко вспыхнули и погасли. Космос был чист.
Милодар отдал приказ, и «Индекс» выстрелил. Катер с контрактором перестал существовать.

Внезапно сами собой заработали приемники и записывающие компьютеры, и помещения всех кораблей заполнила музыка. Незнакомая, но прекрасная, она звучала, понемногу затухая. Когда она стихла, люди не могли пошевелиться, околдованные неземной мелодией. Второй пакет данных также записали компьютеры.
– Ну что, домой? – поинтересовалась Кора.
– Да.

Алиса посмотрела на подругу.
– А все-таки, мне его жаль.
– Кого? – не поняла Кора.
– Монокосм. Он ведь такой одинокий. Страшно представить, что он чувствует, когда думает, что, таких как он больше нет.
– Скажу тебе по секрету, – Кора заговорчески улыбнулась, – теперь он не таков. Он сейчас в мире, где возможен только коллективный разум.
– Откуда ты знаешь? Ведь контрактор уничтожен, а в именно нем сохранялись матрицы компактифицированных миров.
– Грехов рассказал. Сказал, что контрактор – это только врата, элемент системы перехода между Вселенными. Наша Галактика еще не готова к такой информации. Надо сначала у себя порядок навести.
– Значит, существуют другие Вселенные?
– Да, но об этом – никому.
Алиса кивнула, пожала на прощание руку Коре и пошла в ангар, где ее ждали друзья и Гай-до.

Эпилог

– Объясни мне все-таки, что это была за музыка? – Милодар нервно прошелся по кабинету.
– А что, понравилась? – ехидно поинтересовался Грехов. – То-то я смотрю, крутишь ее все время.
Милодар резко остановился.
– Я тоже имею право отдохнуть. Что я, не человек, что ли?
– Отдыхай, ради Бога. Только не более трех месяцев. В конце сентября будь готов.
– К чему? – подозрительно сощурился Милодар.
– К событиям.

Они помолчали, потом Габриэль снова заговорил:
– Эта музыка на самом деле набор математических сложнейших формул. Наши специалисты до сих пор не могут в себя прийти, настолько они совершенны. Если хочешь, посмотри.

Габриэль вынул из кармана квадратик пластпапира с «семантическим иероглифом».
Милодар отрицательно покачал головой:
– Я всегда был не в ладах с точными науками.

Грехов спрятал квадратик, пожал плечами, мол, как знаешь.
– А что было во втором пакете? – поинтересовался Милодар. Он предпочитал выяснять деликатную информацию в таких вот неформальных разговорах. Он уже знал, что данные пока не удалось прочитать, и надеялся, что Грехов знает больше.
– Там было всего одно слово, – Габриэль широко улыбнулся, – только одно.
– Что ты несешь, – возмутился комиссар, – там полтора гигабайта информации.
– Это слово записано на всех земных и галактических языках звуковой формы общения. Как на существующих, так и на исчезнувших. И это слово – спасибо.
Грехов подмигнул обескураженному комиссару и исчез. У него было еще много дел.

Потому что это еще не конец.

Обсуждение закрыто.

El tiempo de secado Widget Creado por East York tenedor de libros