Сто лет тому вперёд, продолжение

[Mich]

Когда-то в далёкие времена я пытался опубликовать здесь своё первое (и довольно неудачное творение). Оно было полностью разгромлено (и заслуженно!). Хотя создалось впечатление, что кроме выложенных отрывков, полностью его никто не читал. Рискну попробовать ещё раз. На этот раз полным текстом.

Дверь за Али­сой зак­ры­лась. Нав­сегда… „Ну вот и всё…“ — с грустью по­дума­ла Юля. У Юль­ки ни­ког­да не бы­ло по-нас­то­яще­му близ­кой под­ру­ги. На­дёж­но­го дру­га, с ко­торым не страш­ны ни­какие бе­ды… Не бы­ло до встре­чи с Али­сой. И те­перь ед­ва по­явив­шись в её жиз­ни, друг ушёл… Неп­ре­одо­лимая прег­ра­да вре­мени раз­де­лила её и Али­су. Не­умо­лимая Ре­ка Вре­мени, рав­но­душ­но не­сущая свои во­ды ми­мо го­ря оди­ноко­го ре­бён­ка.

„Она вер­ну­лась до­мой… А ты, Юль­ка, сно­ва од­на…“ — де­воч­ка, не в си­лах боль­ше сдер­жи­вать­ся, раз­ры­далась. Ни­колай Ни­кола­евич по­ложил ей на пле­чо ру­ку и ти­хо, поч­ти на ухо, ска­зал:

— Не расс­тра­ивай­ся, Юля, с Али­сой ты рас­ста­лась не­надол­го. Вы ско­ро сно­ва встре­титесь. На­до толь­ко нем­ножко по­дож­дать.

Юля с уко­ром пос­мотре­ла на Ни­колая Ни­кола­еви­ча.

— За­чем вы ме­ня об­ма­ныва­ете. Я же боль­ше не уви­жу её. Ког­да Али­са ро­дит­ся, я уже бу­ду сов­сем ста­рая. А мо­жет…

— Нет, Юля. Вы дей­стви­тель­но ско­ро уви­дитесь.

— Нас к ма­шине вре­мени ник­то не пус­тит, и сю­да Али­са нав­ряд ли вер­нётся, — Юль­ка от­верну­лась и, всхлип­нув, быс­тро пош­ла прочь, не же­лая про­дол­жать пус­то­го раз­го­вора.

— Не пус­тят… — сог­ла­сил­ся Ни­колай Ни­кола­евич и, слег­ка улыб­нувшись, пос­мотрел ей вслед. — Толь­ко на те­бя, ма­лыш, это пра­вило не рас­простра­ня­ет­ся… — до­бавил он очень ти­хо. – Да, Юля, я ошиб­ся в сво­ём ре­шении, слиш­ком пе­рес­тра­ховал­ся. Но ду­маю ты ме­ня прос­тишь, ког­да всё вспом­нишь и пой­мёшь. Я не пред­по­лагал ва­шей встре­чи здесь…

Ес­ли бы Юль­ка сей­час ог­ля­нулась, то смог­ла бы уви­деть, как Ни­колай Ни­кола­евич не­замет­но от­вёл в сто­рону Ла­рису и что-то быс­тро ска­зал ей. Ла­рис­ка кив­ну­ла в от­вет и пос­мотре­ла вслед Юль­ке, хит­ро улыб­нувшись.

На ули­це к Юль­ке по­дошёл Ко­ля Су­лима.

— Юль, те­бя про­водить?

Юль­ка про­тяж­но шмыг­ну­ла но­сом и вздох­нув, от­ри­цатель­но по­кача­ла го­ловой. Она не хо­тела сей­час ни с кем го­ворить и не хо­тела ни­кого ви­деть. Боль­ше все­го ей хо­телось пос­ко­рее доб­рать­ся до­мой и ос­тать­ся на­еди­не со сво­им го­рем…

— Юль, ты че­го мол­чишь?

— Су­лима, ну что ты к ней прис­тал? Ты что, не по­нима­ешь? Ей не до нас, ос­тавь её в по­кое! — Ла­риса по­дош­ла к Юль­ке и шеп­ну­ла: — Не плачь, Юль, всё обой­дёт­ся. Зря ко­неч­но Ни­колай Ни­кола­евич ре­шил это сде­лать. Но у не­го бы­ли при­чины. Ник­то же не знал, что у Алис­ки хва­тит ума сю­да явить­ся. Я ду­мала, она от­ветс­твен­ней. А ока­залась та­кая же бал­да, как я!

Пос­леднее Ла­рис­ка ска­зал­ся впол­го­лоса, ду­мая вслух. Но Юль­ка, ес­ли чес­тно, не осо­бен­но вслу­шива­лась в её сло­ва.

До­ма Юль­ка быс­тро про­бежа­ла к се­бе в ком­на­ту.

— Юля, а где Али­са? — ба­буш­ка выг­ля­нула из кух­ни. Юль­ка толь­ко мах­ну­ла ру­кой.

Ос­тавшись од­на, она на­чала раз­би­рать пор­тфель Али­сы. Вы­нула тет­радку. Ещё ут­ром Али­са дер­жа­ла её в ру­ках. «Тет­радь для ра­бот по рус­ско­му язы­ку уче­ницы 6 „Б“ клас­са сред­ней шко­лы № 26 Се­лез­нё­вой Али­сы», — про­чита­ла Юля над­пись и вновь за­лилась горь­ки­ми сле­зами.

— Юля, что слу­чилось? — ба­буш­ка хо­тела по­дой­ти, но На­таша жес­том ос­та­нови­ла её.

— Не на­до сей­час ни о чём её спра­шивать, тё­тя Ма­ша. Пусть ус­по­ко­ит­ся, тог­да ей всё рас­ска­жем. Но Ни­колаю я, на­вер­но, ска­жу всё что ду­маю о на­шем Ин­сти­туте, и о про­фес­со­ре Мор­ковни­кове с его хро­нобе­зопас­ностью.

А Юля горь­ко ры­дала. Пе­ред её гла­зами сно­ва по­яв­ля­лось ве­сёлое сме­юще­еся ли­цо Али­сы, вспо­мина­лись их дол­гие раз­го­воры пе­ред сном. С Али­сой Юль­ке бы­ло хо­рошо, она по­люби­ла её, как род­ную сес­трён­ку. И вот приш­лось рас­стать­ся. „Ну по­чему, по­чему так не спра­вед­ли­во! По­чему я ро­дилась так ра­но! Ведь ког­да Али­са ро­дит­ся, мне уже бу­дет сто лет! И я её боль­ше ни­ког­да не уви­жу!“

— Юля, пой­дём ужи­нать.

— Мам, я не хо­чу. Ап­пе­тита нет.

— Да­вай по­гово­рим, Юля. Я те­бе хо­чу кое-что рас­ска­зать и про те­бя, и про Али­су.

Юля про­мол­ча­ла. На­таша вер­ну­лась на кух­ню и ос­то­рож­но на­капа­ла из плас­тмас­со­вого фла­кон­чи­ка зе­лено­ватую, пах­ну­щую мя­той жид­кость. Ес­ли бы Юль­ка сей­час уви­дела эти­кет­ку, она бы очень уди­вилась. Под кар­тинкой со слад­ко спя­щим ма­лышом и над­писью „Ус­по­ко­итель­ное для де­тей мяг­ко­го дей­ствия“ сто­яла да­та вы­пус­ка: 21.02.2099!

— Юля, вы­пей ва­лерь­ян­ку и ус­по­кой­ся. С Али­сой ты ско­ро сно­ва встре­тишь­ся.

Юль­ка по-преж­не­му горь­ко ры­дала и не об­ра­тила вни­мание на стран­ные сло­ва ма­тери. Но спо­рить не ста­ла и вы­пила ле­карс­тво. „Стран­ная ка­кая-то ва­лерь­ян­ка: слад­кая, зе­лёная“. Вско­ре кап­ли ста­ли дей­ство­вать и де­воч­ка нем­но­го ус­по­ко­илась, её по­тяну­ло в сон. „Ведь Али­са ска­зала, что мы ско­ро сно­ва уви­дим­ся. Не бу­дет же она об­ма­нывать“, — ус­по­ка­ива­ла се­бя Юля. — „И Ни­колай Ни­кола­евич то же ска­зал, что прос­то на­до нем­но­го по­дож­дать“.

Де­воч­ка вы­тер­ла слё­зы и по­дош­ла к шка­фу с кни­гами. Кни­ги в ос­новном бы­ли ста­рые, их со­бира­ла Ма­рия Ми­хай­лов­на, прос­то обо­жав­шая фан­тасти­ку. По­дой­дя к книж­ным пол­кам, Юля вдруг ис­пы­тала стран­ное чувс­тво. Ей ка­залось, что мир фла­еров, кос­ми­чес­ких пу­тешес­твий и ма­шин вре­мени ей хо­рошо зна­ком. Как буд­то бы она бы­ла частью это­го за­гадоч­но­го и вле­куще­го ми­ра бу­дуще­го, толь­ко вче­ра за­чем-то по­кинув этот род­ной для неё мир, что бы ока­зать­ся здесь, в прош­лом. В чу­жом для неё ми­ре, где единс­твен­ным род­ным су­щес­твом ока­залась лишь Али­са. „А ведь я од­нажды чи­тала по­весть, как че­ловек из бу­дуще­го заб­лу­дил­ся во вре­мени. А вдруг я то­же заб­лу­дилась? И на са­мом де­ле я дол­жна жить во вре­мена Али­сы“.

Всё ещё шмы­гая но­сом и всхли­пывая, Юля взя­ла с пол­ки по­весть „Де­воч­ка, с ко­торой ни­чего не слу­чит­ся“. Юля улыб­ну­лась. Они с Али­сой тог­да дол­го сме­ялись. Ведь Али­син отец, про­фес­сор Се­лез­нёв, дей­стви­тель­но на­писал эти за­мет­ки для Али­синой учи­тель­ни­цы и пос­ле не раз по­казы­вал друзь­ям, в том чис­ле и из Ин­сти­тута вре­мени. И ви­димо за­мет­ки ка­ким-то об­ра­зом по­пали в ХХ век и ста­ли книж­кой. Прав­да Али­са рас­ска­зала, что у не­кото­рых ис­то­рий бы­ло про­дол­же­ние. Нап­ри­мер, про­фес­сор Яма­мото упо­мянул в сво­ей ра­боте про слу­чай с Брон­тей об Али­се, ука­зав на её клю­чевую роль в этой ис­то­рии и Али­са в ре­зуль­та­те ста­ла зна­мени­тостью сре­ди сот­рудни­ков Мос­ков­ско­го зо­опар­ка. А про­фес­сор Ку­раки прис­лал на Рож­дес­тво от­крыт­ку, в ко­торой под­пи­сал­ся: „Ва­ше бла­годар­ное при­виде­ние“.

Из книж­ки вы­пала фо­тог­ра­фия, Юля под­ня­ла её и с удив­ле­ни­ем рас­смот­ре­ла. На плот­ной, не­похо­жей на кар­тон, кар­точке бы­ла она, Юля, толь­ко млад­ше, лет при­мер­но вось­ми. И ещё маль­чик, бе­лоб­ры­сый, вих­растый, чем-то по­хожий на Юль­ку. И с озор­ной улыб­кой юно­го про­каз­ни­ка. Но са­мое глав­ное бы­ло не в этом. А в одеж­де. И на маль­чи­ке, и на Юль­ке (что и бы­ло са­мым стран­ным) бы­ли оде­ты ко­рот­кие го­лубые ком­би­незо­ны с эм­бле­мой на гру­ди, в ви­де мча­щего­ся сквозь без­дну Все­лен­ной кры­лато­го Пе­гаса. И уди­витель­ный ап­па­рат, на­поми­на­ющий стран­ный бес­кры­лый са­молёт крас­но­го цве­та, на фо­не ко­торо­го бы­ли сфо­тог­ра­фиро­ваны ре­бята. А ря­дом с Юль­кой пры­гал бу­рый пёс, пы­та­ясь под­су­нуть го­лову ей под ру­ку. При взгля­де на пса, де­воч­ка вдруг ис­пы­тала стран­ную не­изъ­яс­ни­мую грусть, от ко­торой вновь сжа­ло гор­ло. Юль­ка не­кото­рое вре­мя не­до­умён­но смот­ре­ла на фо­то. В го­лове ста­ли всплы­вать ту­ман­ные вос­по­мина­ния, свя­зан­ные со сним­ком. Парк, по­гожий лет­ний день… Рез­кий звук, как си­рена… Удар, раз­ноцвет­ные ис­кры… Ос­колки плас­ти­ка… От­ча­ян­ный крик (её крик, Юль­кин!) … Вос­по­мина­ния бы­ли неп­ри­ят­ны­ми, свя­зан­ны­ми с болью, как ду­шев­ной, так и впол­не ре­аль­ной, фи­зичес­кой… Рекс, Пав­лик… В па­мяти де­воч­ки не­ожи­дан­но всплы­ли име­на со­баки и маль­чи­ка с фо­то. И ка­кое-то стран­ное имя или наз­ва­ние: Ми­ра… И Али­са как-то свя­зана с маль­чи­ком по име­ни Пав­лик (да и для Юль­ки он сов­сем не чу­жой) …

Ук­ла­дыва­ясь спать, она бро­сила взгляд на ди­ван. Ещё вче­ра там ук­ла­дыва­лась спать Али­са и они с Юлей стро­или пла­ны на зав­тра. А сей­час там бы­ло пус­то. Из глаз Юль­ки опять хлы­нули слё­зы и она, ры­дая, ут­кну­лась в по­душ­ку. Од­на­ко вско­ре, то ли из-за ле­карс­тва, то ли из-за ус­та­лос­ти и пе­режи­ваний де­воч­ка креп­ко ус­ну­ла. На­таша ти­хо заш­ла к ней, поп­ра­вила оде­яло, взя­ла со сто­ла фо­тог­ра­фию: „По­тер­пи ещё чуть-чуть, Юля. Ско­ро до­мой.“

Ни­колай Ни­кола­евич, как и обе­щал, тем же ве­чером за­шёл к Гриб­ко­вым. Зас­нув, Юля, не ус­лы­шала стран­ный раз­го­вор меж­ду ним и её ма­терью. Ни­колай Ни­кола­евич обе­щал пред­ста­вит­ся, как отец Али­сы, но вмес­то это­го раз­го­вор на­чала На­таша. И, су­дя по не­му, она хо­рошо зна­ла де­жур­но­го по стан­ции вре­мени.

— Здравс­твуй­те, Ни­колай. Али­са уже до­ма? —

— Здравс­твуй­те, На­таша. Да, пе­реб­роска прош­ла без про­ис­шес­твий. Али­са уже до­ма.

— Ей здо­рово вле­тело?

— Ну что вы, На­таша. Али­са хоть и на­бедо­кури­ла, но всё за­кон­чи­лось бла­гопо­луч­но. И, ду­маю, мак­си­мум, что ей гро­зит — это па­ра дней без мо­роже­ного и раз­вле­чений. Кста­ти, зав­тра вы смо­жете свя­зать­ся с Ки­рой и са­ми всё уз­на­ете. Да, как Юля?

— Пла­чет це­лый день, сей­час прав­да ус­ну­ла. Я да­ла ей снот­ворное из на­шей ап­течки. Мо­жет уже по­ра бы снять бло­каду? И нуж­но ли бы­ло её во­об­ще ста­вить? Да­же ес­ли тер­ми­нал дей­стви­тель­но вы­шел из строя, Спа­сатель­ная служ­ба всё рав­но нас бы вы­тащи­ла от­сю­да.

— Сей­час я то­же ду­маю, что мы по­горя­чились. Но пой­ми­те, На­таша. Я же всё-та­ки по ос­новной про­фес­сии ис­то­рик-наб­лю­датель, а не ку­ратор. И эта ава­рия бы­ла для ме­ня пер­вым серь­ёз­ным про­ис­шес­тви­ем. Я за­пани­ковал. Вы же зна­ете, нель­зя бы­ло рис­ко­вать. Для Юли это мог­ло быть силь­ней­шей пси­холо­гичес­кой трав­мой.

— Мож­но по­думать, что от встре­чи с Али­сой, Юля пси­холо­гичес­кую трав­му не по­лучи­ла… — про­вор­ча­ла На­талья.

— Ко­неч­но, вы, на­вер­ное, пра­вы. Мы слиш­ком пе­рес­тра­хова­лись. А про Спа­сатель­ную служ­бу я, ес­ли чес­тно, со­вер­шенно за­был. По­ка Сер­гей не свя­зал­ся со мной и не прис­лал хро­номо­биль, пом­ни­те ис­то­рию с НЛО на Ях­ром­ской пой­ме? Неп­рости­тель­ная ошиб­ка для ку­рато­ра.

— Но де­ло сде­лано. При­чём вы за­были про Ла­рису.

— Да. Впро­чем, че­рез три не­дели вы воз­вра­ща­етесь до­мой. Се­год­ня при­был Ан­дрей, зав­тра сни­мем бло­каду с Юли. А про Ла­рису вы зря, она при­была пос­ле „ава­рии“. Имен­но пос­ле их при­бытия я и по­нял, что де­ло не в ава­рии тер­ми­нала, а в сбое нас­трой­ки стан­ции, ко­торый лег­ко поп­равля­ет­ся.

— На­чать её го­товить? Она сре­аги­рова­ла на ма­як.

— Вы име­ете в ви­ду их фо­то у фла­ера? Пло­хая идея, На­таша. Это мо­жет выз­вать у неё до­пол­ни­тель­ный стресс.

— С че­го вдруг?

— Там же Рекс. Нет, пос­ле все­го слу­чив­ше­гося под­го­тов­ка, я ду­маю не по­надо­бит­ся, Юля уже го­това. Толь­ко пусть сна­чала ус­по­ко­ит­ся.

— Как Во­лодя?

— Че­рез не­делю сдаст в Ин­сти­тут от­чёт. И бу­дет го­товить­ся к ва­шему воз­вра­щению. Здравс­твуй­те, Ма­рия Ми­хай­лов­на! — Ни­колай Ни­кола­евич уви­дел Юль­ки­ну ба­буш­ку.

— Здравс­твуй, Ко­ля! Вы все там та­кие ум­ни­ки или как? Я бы те­бе на­под­да­ла хо­рошень­ко!

— За что же?

— Пос­мотри, что ты с деть­ми сде­лал!

— Ну, во-пер­вых, это бы­ла не моя идея, а про­фес­со­ра Мор­ковни­кова.

— Тво­ему про­фес­со­ру Мор­ковки­ну веч­но при­ходят ге­ни­аль­ные идеи. А Юля те­перь му­ча­ет­ся. А Али­са? Бед­няжка. Ока­зать­ся в чу­жом вре­мени, од­ной, да ещё и не пом­нить кто она и от­ку­да! Хо­рошо она нам повс­тре­чалась. Хо­рошо хоть Ла­риса в эту ис­то­рию не вля­палась.

— Так уж и не вля­палась! — хмык­ну­ла На­таша.

— Ва­шему Мор­ковни­кову луч­ше бы ох­ра­ну тер­ми­налов обес­пе­чить. Что бы лю­бопыт­ные де­ти ку­да не на­до не ла­зили!

— А Али­са вас здо­рово ра­зыг­ра­ла!

— Зна­чит ам­не­зии всё-та­ки не бы­ло?

— Али­са не те­ряла ни­какой па­мяти, ам­не­зию она прос­то ра­зыг­ра­ла, что­бы слу­чай­но не про­гово­рить­ся. Прав­да сот­ря­сение моз­га бы­ло нас­то­ящим.

— И она сбе­жала из боль­ни­цы, не до­лечив­шись!

— Тё­тя Ма­ша! Я же при те­бе ей не­онол в чай под­сы­пала! Так что курс ле­чения она прош­ла и ни­каких пос­ледс­твий от сот­ря­сения не ос­та­лось. К то­му же оно бы­ло лёг­ким. И пос­тель­ный ре­жим при сов­ре­мен­ных, я го­ворю о на­шем вре­мени, ме­тодах нуж­но соб­лю­дать толь­ко пер­вые один-два дня, что Али­са бла­гопо­луч­но сде­лала.

— Ну, ар­тис­тка. А я-то уж ис­пу­галась, что де­воч­ка не пом­нит ни­чего.

— Ну Юлю она сра­зу уз­на­ла, я это за­мети­ла.

— Ра­зуме­ет­ся. Но толь­ко Юлю она уз­на­ла не сра­зу, вер­нее до­гада­лась, что это мо­жет быть она, но дол­го сом­не­валась, не обоз­на­лась ли, по­ка Ла­риса не про­яс­ни­ла си­ту­ацию, — Ни­колай Ни­кола­евич улыб­нулся. — Али­су сму­тило то, что Юля аб­со­лют­но не пом­нит ни её, ни своё вре­мя. Кста­ти, имен­но это об­сто­ятель­ство и на­тол­кну­ло Али­су на мысль си­мули­ровать ам­не­зию. Зна­ете, На­таша, я, по­жалуй, сам по­гово­рю с Юлей, а вы уже от­ве­тите на её воп­ро­сы.

— Хо­рошо.

— И по­чему, вы Ма­рия Ми­хай­лов­на так про­фес­со­ра не лю­бите?

— На­ше по­коле­ние всег­да с по­доз­ре­ни­ем от­но­сит­ся к лю­бым служ­бам бе­зопас­ности. Вам там, в бу­дущем, это­го не по­нять.

[Mich]

Пос­ле прик­лю­чений в прош­лом на ду­ше у Али­сы бы­ло сквер­но. Хо­тя вро­де бы всё уда­лось, ми­ело­фон наш­ли. Отец, хо­тя и ру­гал Али­су за бес­печность, но прос­тил, ска­зав: «Всё хо­рошо, что хо­рошо кон­ча­ет­ся». Но нас­тро­ение всё рав­но бы­ло сквер­ным. Али­са очень бес­по­ко­илась за Юль­ку. «По­чему она ме­ня не уз­на­ла? Как буд­то во­об­ще ни­ког­да не ви­дела. Хо­тя мы и не бы­ли под­ру­гами, но зна­комы-то бы­ли!»

Ког­да Али­са по­пала в боль­ни­цу и уви­дела сво­их со­седок по па­лате, то бы­ла удив­ле­на и оза­даче­на. Удив­ле­на, по­тому что го­това бы­ла пок­лясть­ся, что од­на из де­вочек — Юль­ка Гриб­ко­ва, дво­юрод­ная сес­тра её при­яте­ля Паш­ки Ге­рас­ки­на. Тем бо­лее что и са­ма де­воч­ка пред­ста­вилась Юль­кой. Хо­тя то, что она ока­залась здесь бы­ло не­уди­витель­но: Али­са зна­ла, что Юль­ка от­пра­вилась на ис­то­ричес­кую прак­ти­ку с ма­терью На­таль­ей, ис­то­риком-наб­лю­дате­лем Ин­сти­тута вре­мени. Уди­вилась она счас­тли­вому сте­чению об­сто­ятель­ств. Али­са тог­да очень об­ра­дова­лась, что встре­тила её, хо­тя Юль­ка и не бы­ла Али­синой под­ру­гой и да­же от­но­силась к ней как-то нас­то­рожен­но, как буд­то пос­то­ян­но ожи­дая от неё ка­кой-ни­будь оби­ды (и, ес­ли чес­тно, Али­са то­же не стре­милась к друж­бе с ней).

Но Юль­ка сов­сем не об­ра­тила вни­мания на Али­су, как буд­то не уз­на­ла. И имен­но это и оза­дачи­ло де­воч­ку. Али­са ре­шила, что обоз­на­лась, ма­ло ли бы­ва­ют лю­ди-двой­ни­ки? Но нет, это точ­но бы­ла Юль­ка: бе­локу­рые во­лосы, соб­ранные в хвос­тик, боль­шие, как у Али­сы, го­лубые гла­за, раз­бро­сан­ные по ще­кам и за­дор­но­му кур­но­сому но­су вес­нушки, ро­дин­ка на ле­вом вис­ке. Прав­да по­нача­лу это Али­су не бес­по­ко­ило. «А мо­жет Юль­ка бо­ит­ся ме­ня вы­дать, в на­шей па­лате ведь ещё од­на де­воч­ка ле­жит.» Но третью де­воч­ку вы­писа­ли, а Юль­ка всё рав­но бы­ла как чу­жая… Али­се да­же приш­ла ди­кая мысль, что это Крыс её выс­ле­дил и при­нял об­лик Юль­ки. Прав­да пос­ле пер­во­го ви­зита пи­ратов все сом­не­ния ис­чезли: Али­са уви­дела Кры­са и он был вов­се не Юль­кой. «Мо­жет у неё то же ам­не­зия. Хо­тя по­чему то­же, у ме­ня то её как раз не бы­ло. Ма­ло ли что мо­жет слу­чит­ся с хро­нав­том, тем бо­лее с ма­лень­ким».

И Али­са ста­ла ос­то­рож­но под­ка­тывать к Юль­ке, при этом не на­чиная раз­го­вор пер­вой, а про­воци­руя на расс­про­сы Юль­ку. Но увы… Она да­же брам­бу­лет не вспом­ни­ла, хо­тя его прос­то обо­жа­ет. И да­же на от­кро­вен­ную глу­пость о де­душ­ке, па­да­ющем в об­мо­рок при ви­де са­молё­та (Юль­кин де­душ­ка по от­цу был лёт­чи­ком, ис­пы­тывав­шем пер­вые фла­еры) не ку­пилась, а толь­ко оби­делась. Хо­тя вспом­ни­ла (во вся­ком слу­чае так по­каза­лось Али­се) де­да-кос­мо­нав­та, учас­тни­ка эк­спе­диции на Эв­ри­дику, ко­торый на пен­сии пре­пода­вал в Ака­демии кос­мо­нав­ти­ки. В кон­це кон­цов Али­са ре­шила не вы­яс­нять при­чину Юль­ки­ной ам­не­зии. Тем бо­лее, что у неё воз­ни­кало всё боль­ше сом­не­ний в том, что её со­сед­ка по па­лате — это та са­мая Юль­ка Гриб­ко­ва (ну не мог­ла же она всё за­быть!). Сом­не­ния раз­ве­ялись лишь пос­ле то­го, как Али­са под­гля­дев на пос­ту ис­то­рию бо­лез­ни, уз­на­ла Юль­ки­ну фа­милию, и ус­лы­шала зна­мени­тый Юль­кин вопль, ко­торый не­воз­можно ни с чем спу­тать и от ко­торо­го по­рой стёк­ла вы­лета­ют. «Она да­же в пер­вом клас­се кон­курс виз­га на Яр­марке Чу­дес вы­иг­ра­ла. 120 де­цибел! Как ре­ак­тивная тур­би­на у ста­рин­но­го са­молё­та.» Юль­ка час­то поль­зо­валась сво­ей спо­соб­ностью ди­ко виз­жать во вре­мя их с Паш­кой озор­ных вы­ходок. А ког­да Юль­ка вы­писа­лась из боль­ни­цы, Али­су ох­ва­тила жгу­чая, до слёз оби­да. Она тог­да по­дума­ла, что Юль­ка её бро­са­ет, а ведь Али­са так ра­да бы­ла этой встре­че, так на­де­ялась. И ког­да Юль­ка уш­ла, Али­са раз­ре­велась от от­ча­яния. Ус­по­ко­ила её толь­ко На­таша, ска­зав, что че­рез три дня за­берёт Али­су. «Но, ес­ли ста­нет нев­терпёж, вот наш ад­рес, при­бегай». Но что мог­ло слу­чит­ся, что­бы Али­се ста­ло нев­терпёж ос­та­вать­ся в боль­ни­це, На­талья тог­да не объ­яс­ни­ла (хо­тя по её то­ну Али­са и по­няла, что На­таша не шу­тит). А по­том со­бытия по­лете­ли с та­кой быс­тро­той, что Али­се ста­ло не до Юль­ки­ной ам­не­зии.

Али­се всё вре­мя ка­залось, что она со­вер­ши­ла пре­датель­ство по от­но­шению к Юль­ке. «Мо­жет быть на­до бы­ло ей не по­дыг­ры­вать, а всё рас­ска­зать пе­ред отъ­ез­дом? Ей, на­вер­ное, не­лег­ко бы­ло рас­стать­ся со мной, ведь Юль­ка всерь­ёз ду­ма­ет, что она жи­вёт сто лет на­зад. Тем бо­лее, что Юль­ка во­об­ще-то оди­нокий ре­бёнок, у неё поч­ти нет дру­зей, ес­ли ко­неч­но не счи­тать Паш­ку с Ла­рисой. И она уже ис­пы­тала по­терю дру­га, ког­да по­гиб­ла её лю­бимая со­бака, Рекс, и са­ма Юль­ка то­же пос­тра­дала и не по­гиб­ла толь­ко бла­года­ря псу.» От этих мыс­лей у Али­сы на ду­ше бы­ло сквер­но.

Пе­ред тем, как от­пра­вить­ся до­мой, Али­са спро­сила у Ни­колая Ни­кола­еви­ча:

— А ско­ро Юля вер­нётся?

— Ско­ро, не­дели че­рез две. Так что, учи­тывая твой ха­рак­тер, ещё ус­пе­ете по­бывать в прик­лю­чени­ях.

— Ни­колай Ни­кола­евич, Юль­ка ме­ня по­чему-то не уз­на­ла. Сов­сем.

— У Юли всё нор­маль­но, не пе­режи­вай. Так и дол­жно быть.

Али­са тог­да так ни­чего и не по­няла., но шеп­ну­ла Юль­ке про ско­рую встре­чу. К то­му же ту­мана на ис­то­рию с Юль­ки­ным бес­па­мятс­твом на­пус­ти­ла ещё и Ла­рис­ка Тро­еполь­ская. Али­са её не зна­ла до той встре­чи и бы­ла удив­ле­на, ког­да Ла­рис­ка встре­тила её в школь­ном дво­ре.

Али­са шла по дво­ру (Юль­ка от­бе­жала по де­лам: её выз­ва­ли в учи­тель­скую), ког­да уви­дела сто­ящую у кус­тов Ла­рису. К ней Алис­ка от­но­силась нас­то­рожен­но. Ла­риса бы­ла са­мой кра­сивой де­воч­кой Юль­ки­ного клас­са и, на­вер­ное, впол­не обос­но­вано счи­тала се­бя од­ним из ли­деров клас­са. А по­это­му (по мыс­ли Али­сы) за­видо­вала ей, тем бо­лее пос­ле ссо­ры на во­лей­бо­ле. От­части она бы­ла пра­ва, Ла­рис­ка дей­стви­тель­но пос­чи­тала её выс­кочкой и серь­ёз­но оби­делась (ведь пе­ред этим Ла­риса ис­крен­не пред­ло­жила Али­се дру­жить). И уже поз­же, ког­да вся эта ис­то­рия с ми­ело­фоном кон­чи­лась, а Ла­риса ста­ла её под­ру­гой, Али­са по­няла, как жес­то­ко ошиб­лась в че­лове­ке. Ведь на са­мом де­ле бы­ло труд­но най­ти бо­лее доб­ро­душ­но­го и от­зывчи­вого че­лове­ка, чем Ла­рис­ка. Та­кие чувс­тва как гнев, зло­ба или за­висть бы­ли Ла­рис­ке не­ведо­мы. И хо­тя она и бы­ла нем­но­го обид­чи­ва (но при этом так же лег­ко и за­быва­ла оби­ды), не бы­ло на­вер­но во всей Га­лак­ти­ке ни­чего что мог­ло бы расс­тро­ить или ра­зоз­лить её.
Прав­да был у Ла­рис­ки и один изъ­ян: ес­ли де­воч­ка чем-то ув­ле­калась, её мог­ло «по­нес­ти» и Ла­рис­ка зап­росто мог­ла сбол­тнуть лиш­не­го. Впро­чем, к чес­ти Ла­рисы, сле­ду­ет ска­зать, что об этом сво­ём ка­чес­тве она зна­ла и язык за зу­бами дер­жать уме­ла.

Али­са хо­тела бы­ло прой­ти ми­мо Тро­еполь­ской, но та её ок­ликну­ла, зас­та­вив Али­су зас­тыть от не­ожи­дан­ности.

— Ты ведь из бу­дуще­го? — не­ожи­дан­но спро­сила Ла­риса.

Али­са от­кры­ла рот, но так и не смог­ла со­об­ра­зить, что от­ве­тить.

— Зна­чит я не ошиб­лась, — доб­ро­душ­но улыб­ну­лась Ла­рис­ка. — Не бой­ся, я не ко­му не ска­жу.

— Да те­бе и не по­верят, — про­мям­ли­ла на­конец оша­рашен­ная встре­чей Али­са.

— Най­дут­ся, кто по­верит. Я се­бя не хо­чу вы­давать и Юль­ку.

— Так Юль­ка всё-та­ки…

— Юль­ка всё-та­ки Юль­ка, Паш­ки­на дво­юрод­ная сес­тра.

— А ты от­ку­да зна­ешь?

— Ну мы с Юль­кой во­об­ще-то под­ру­ги. Там… Труд­но не знать.

— А что с ней?

— В смыс­ле?

— Ну она ме­ня не пом­нит. И во­об­ще не пом­нит ни­чего про на­ше вре­мя. Как буд­то здесь ро­дилась.

— Так на­до!

— По­чему?!

— По ко­чану! По­том уз­на­ешь. Ты здесь как ока­залась?

— Че­рез ма­шину вре­мени, не­уже­ли не до­гада­лась? — до­воль­но аг­рессив­но ог­рызну­лась Али­са.

— Алис­ка, ты не оби­жай­ся, я же не сер­жусь. С вре­менем шут­ки пло­хи, нель­зя так прос­то шас­тать ту­да-сю­да.

— Из­ви­ни, Ла­рис. Я ду­мала ты на ме­ня всё ещё ду­ешь­ся.

— Про во­лей­бол? Ну чес­тно ска­зать я по­нача­лу оби­делась, но по­том до­гада­лась, что ты на­ша.

— Как?!

— Лег­ко. По тво­им зна­ни­ям и по­веде­нию. Ры­бак ры­бака ви­дит из­да­лека.

— А я бы ни­ког­да не до­гада­лась, что ты из бу­дуще­го.

— Ну не зря же мы с Юль­кой на ис­то­ричес­ком круж­ке за­нима­ем­ся. Алис, хо­чешь оби­жай­ся, хо­чешь нет, но луч­ше те­бе быть пос­кром­нее и не вы­совы­вать­ся лиш­ний раз. А то кое-кто уже по­доз­ре­ва­ет.

— Кто?

— Есть один, Фим­ка Ко­ролёв. Юль­ка его зна­ет. Ле­том, ког­да Юль­ка толь­ко при­лете­ла, она с ним в ис­то­рию с ге­ди­ан­ца­ми вля­палась. Так он рас­трез­во­нил по всей ок­ру­ге. Фан­та­зёр и треп­ло.

— Это он мог бы по­верить, что мы из бу­дуще­го?

— Угу. Он уже че­го-то вы­нюхи­ва­ет, про те­бя. Де­тек­тив юный… Так по­чему ты здесь?

— Ми­ело­фон про­пал. Кто из здеш­них маль­чи­шек…

— Ук­рал?!

— Да нет! Спря­тал от пи­ратов. Ко­торые его хо­тели ук­расть. Ве­сель­чак с Крыс­сом. Они то­же здесь… — Али­са вдруг с ужа­сом от­шатну­лась от Ла­рисы.

— Ты че­го?! — не по­няла Ла­рис­ка. А по­том до­гадав­шись рас­сме­ялась. — Не Крысс я, не бес­по­кой­ся! Юль­ка под­твер­дит… Ну, ког­да вспом­нит… А он к вам то­же на ма­шине вре­мени по­пал?

— Ко­неч­но!

— В бу­дущее мог зап­росто Ко­ролёв смо­тать­ся, с не­го бу­дет!

— Серь­ёз­но?

– Шу­чу ко­неч­но… Но как же он за­лез в ма­шину? Там же за­щита.

— Не сра­бота­ла, на­вер­ное, – по­жала пле­чами Али­са. – А Фим­ка те­бя или Юль­ку не по­доз­ре­ва­ет?

— Не-а, Юль­ка не мо­жет про­бол­тать­ся в си­лу не­кото­рых об­сто­ятель­ств, а ме­ня все счи­та­ют сим­па­тич­ной ду­роч­кой, — и Ла­рис­ка, ко­кет­ли­во поп­ра­вив боль­шие бе­лые бан­ты, скор­чи­ла та­кую ми­лую и глу­пую ро­жицу, что Алис­ка не удер­жавшись, прыс­ну­ла, за­жав рот ла­дош­кой.

В об­щем, тог­да от Ла­рис­ки уз­нать уда­лось не мно­го (по­тому что она и са­ма ни-че­го не зна­ла), но тем не ме­нее свою роль Ла­рис­ка сыг­ра­ла, уме­ла уво­дя Фим­ку от «ге­нераль­ной ни­ти рас­сле­дова­ния», а за­од­но ус­тро­ив плот­ное наб­лю­дение за Ко­лями (бла­го мно­гие из маль­чи­шек 6 «Б» бы­ли бы ра­ды дру­жить с пер­вой кра­сави­цей клас­са). И по­сове­това­ла Али­се приг­ля­деть­ся к На­умо­ву, ведь он жил по со­седс­тву с Ни­кола­ем Ни­кола­еви­чем. Единс­твен­ное, что поп­ро­сила Ла­риса, что бы Юль­ка и Али­са не впу­тыва­ли её в эту ис­то­рию (как по­том приз­на­лась са­ма Ла­рис­ка, она прос­то бо­ялась пи­ратов).

Али­са вспом­ни­ла: на сле­ду­ющее ут­ро пос­ле воз­вра­щения, она прос­ну­лась с ощу­щени­ем, что что-то не так. Вско­ре она по­няла что имен­но. За эти нес­коль­ко дней она при­вык­ла, про­сыпа­ясь, ви­деть по­сапы­ва­ющую во сне Юль­ку, а сей­час в её ком­на­те бы­ло пус­то. Али­се вдруг ста­ло очень грус­тно, за­хоте­лось пла­кать. Заг­ля­нул отец.

— Али­са, ты что та­кая кис­лая? Страш­ный сон прис­нился?

Али­са по­кача­ла го­ловой.

— Грус­тишь о Юле? По­тер­пи, Юля ско­ро вер­нётся.

— Знаю, — вздох­ну­ла Али­са. – Ей, на­вер­ное, сей­час очень пло­хо без ме­ня, од­ной.

Она хо­тела рас­ска­зать от­цу о Юль­ки­ной стран­ности, но про­фес­сор Се­лез­нёв уже убе­жал в Кос­мо­зо. Се­год­ня у сну­ка рож­дался де­тёныш, а это всег­да боль­шой пе­репо­лох.

— О чём грус­тишь, зай­ка?

— Мам!

— Лад­но, лад­но, мол­чу! — улыб­ну­лась Ки­ра. — Так всё же?

— Мам, она ме­ня не уз­на­ла, сов­сем, пред­став­ля­ешь?!

— Кто?

— Юль­ка! Как буд­то во­об­ще ни­ког­да не ви­дела!

— Ра­зуме­ет­ся, она и не мог­ла те­бя уз­нать. Кста­ти, На­талью ты хо­рошо ра­зыг­ра­ла, она до кон­ца ду­мала, что у те­бя ам­не­зия!

— Мам, ты не ска­зала, по­чему Юля не мог­ла ме­ня уз­нать?

— Бло­када.

— Че­го? — и тут до Али­сы дош­ло. — Мне­моб­ло­када! А я-то, бал­да, не до­гада­лась! Но за­чем?!

— Али­са, ну что за вы­раже­ния! — Ки­ра улыб­ну­лась. — Я не знаю точ­но, но по-мо­ему, там бы­ла ка­кая-то ава­рия на тер­ми­нале и они мог­ли зас­трять в прош­лом. И Юле на вся­кий слу­чай сде­лали бло­каду.

— По­няла. Это что бы не расс­тра­ива­лась. Но тер­ми­нал по­чини­ли?

— Ра­зуме­ет­ся. Ина­че как бы там ока­залась? Пе­ред воз­вра­щени­ем бло­каду сни­мут, и Юля бу­дет пом­нить всё как преж­де.

У Али­сы пря­мо ка­мень с ду­ши упал. «Ну как я мог­ла не по­думать об этом?»

[Mich]

Из тех ре­бят, с ко­торы­ми Али­са поз­на­коми­лась в ХХ ве­ке, она зна­ла в бу­дущем лишь Ко­лю Су­лиму, вер­нее зна­ла его внуч­ку, Ар­ка­дию Да­нилов­ну, пре­пода­вав­шую в Али­синой шко­ле ис­то­рию. Ни­колай был од­ним из раз­ра­бот­чи­ков ма­шины вре­мени и не смот­ря на со­лид­ный (как ни­как бо­лее ста лет) воз­раст, хо­тя и выг­ля­дел он не бо­лее, чем на пять­де­сят с не­боль­шим, ра­ботал в Ин­сти­туте Вре­мени. Ког­да Али­са вер­ну­лась с ми­ело­фоном из прош­ло­го, Ко­ля встре­тил её у Ма­шины:

— При­вет, Али­са. Имен­но та­кой я те­бя и за­пом­нил, ког­да ты уле­тела.

— Спа­сибо, дя­дя Ко­ля (хо­тя Али­су и свя­зыва­ли с ним та­кие прик­лю­чения в прош­лом, наз­вать че­лове­ка нам­но­го стар­ше се­бя прос­то Ко­лей Али­са не ре­шалась), что по­мог­ли мне с Фи­мой.

— Да, ты нам всем тог­да очень пон­ра­вилась, грус­тно бы­ло рас­ста­вать­ся. Я, во­об­ще-то, и над ма­шиной вре­мени стал ра­ботать, что­бы по­пытать­ся вновь встре­тить­ся с то­бой.

— Ну и как, встре­тил­ся? — Али­са улыб­ну­лась.

— Как толь­ко те­бя встре­тил здесь, в Ин­сти­туте, сра­зу же уз­нал. Те­бе тог­да бы­ло лет семь. Пом­нишь ту ис­то­рию с дра­кона­ми?

— Ещё бы. Я тог­да с Паш­кой и Ар­ка­шей под­ру­жилась! И ты мол­чал?!

— Я не мог те­бе ни­чего ска­зать. Ты же уже опыт­ная хро­нопу­тешес­твен­ни­ца и зна­ешь пра­вила.

— Дя­дя Ко­ля, а как сло­жилась судь­ба у ре­бят из тво­его клас­са? — как-то раз спро­сила его Али­са. Ведь те пред­ска­зания, ко­торые она да­ла ре­бятам, про­ща­ясь, Али­са при­дума­ла. Она точ­но зна­ла лишь о не­кото­рых из них. До­ма у Али­сы бы­ла книж­ка «Твор­чес­тво Бо­риса Мес­се­рера». Прав­дой бы­ло так же и пред­ска­зание о Ко­ле Су­лиме, о ко­тором Али­са слы­шала от Ар­ка­дии. А Али­се хо­телось знать прав­ду о судь­бах ре­бят.

— Ну, Юлю мы про­пус­тим, — под­мигнул Али­се Ко­ля.

— Ра­зуме­ет­ся, — улыб­ну­лась Али­са.

— Про ме­ня ты зна­ешь… А с Ла­рисой да­же под­ру­жилась…

Ра­зуме­ет­ся, Али­са те­перь прек­расно зна­ла, кто та­кая Ла­риса. Ла­риса на­писа­ла Али­се за­пис­ку: «Да­вать дру­жить» с ве­сёлой под­ми­гива­ющей ро­жицей (та­кие ро­жицы на ру­беже ХХ и XXI вв. на­зыва­ли смай­ли­ками). Прав­да пос­ле слу­чая на во­лей­бо­ле, друж­бы как-то не по­лучи­лось. Да впро­чем, Али­са да­же пос­ле от­кро­вен­но­го раз­го­вора с Ла­рис­кой не до кон­ца про­вери­ла ей, ведь Юль­ка тог­да пред­ста­вила Ла­рису, как от­ча­ян­ную фан­та­зёр­ку и вы­дум­щи­цу. Но в хо­де по­ис­ков меж­ду де­воч­ка­ми всё боль­ше ста­ла про­яв­лять­ся вза­им­ная сим­па­тия, пос­те­пен­но пе­рерос­шая в друж­бу. По­это­му рас­ста­вать­ся с Ла­рисой Али­се бы­ло так же грус­тно, как и с Юль­кой. И ког­да, вско­ре пос­ле воз­вра­щения, Али­са стол­кну­лась на прос­пекте Ми­ра воз­ле ав­то­матов с мо­роже­ным с Ла­рис­кой, то бы­ла очень ра­да встре­че. Хо­тя и не ме­нее бы­ла удив­ле­на.

— При­вет, Алис­ка! Не уз­на­ла? — ве­село поп­ри­ветс­тво­вала её Ла­риса.

— Уз­на­ла. И очень ра­да встре­че!

— А по­чему гла­за та­кие боль­шие и круг­лые? — улыб­ну­лась Ла­рис­ка.

— Ес­ли чес­тно, я тог­да те­бе не сов­сем по­вери­ла. Ну в том, что ты то­же… из бу­дуще­го…

— Зря. Лю­дям на­до ве­рить всег­да, — на­зида­тель­но ска­зала Ла­риса и до­бави­ла: — Но не всем до­верять. Во вся­ком слу­чае не сра­зу. Кста­ти, Юль­ка то­же вер­ну­лась. Толь­ко сей­час она на да­че, адап­ти­ру­ет­ся у ба­буш­ки.

Али­са улыб­ну­лась, вспом­нив о встре­че с Ла­рис­кой…

— А даль­ше?

— Ле­на Дом­ба­зова ста­ла дет­ским вра­чом. А дру­гие… — Ко­ля за­думал­ся. — Ко­ля Са­дов­ский как это ни стран­но стал школь­ным учи­телем вёл ли­тера­тур­ный кру­жок юных фан­тастов в До­ме пи­оне­ров.

— Не уди­витель­но. Он же та­кой вы­дум­щик!

— Ну вот. Ка­тя Ми­хай­ло­ва ста­ла тен­ни­сис­ткой. Прав­да ку­бок Дэ­виса не вы­иг­ра­ла, но вос­пи­тала мно­го юных спорт­сме­нов. Ми­ла Рут­ке­вич ста­ла учё­ным-лин­гвис­том. И, кста­ти, учас­тво­вала в соз­да­нии ос­нов кос­мо­лин­гвы.

— А как же ис­то­рия про влюб­лённо­го иноп­ла­нетя­нина?

— Ну, Али­са, это, к со­жале­нию, все­го лишь кра­сивая ле­ген­да. На са­мом де­ле кос­мо­лин­гву соз­да­ли учё­ные 15 ра­зум­ных пла­нет: Зем­ли, Мар­са, Пе­лагеи, Фик­са, Уни­она… А до это­го на этих пла­нетах соз­да­вались ос­но­вы та­кого язы­ка для кон­тактов с иноп­ла­нетя­нами, на Зем­ле он на­чал соз­да­вать­ся в кон­це прош­ло­го ве­ка. А ос­таль­ные… Бо­ря Мес­се­рер стал ху­дож­ни­ком. Впро­чем, у те­бя же есть кни­га о его твор­чес­тве. Фи­ма Ко­ролёв стал ин­же­нером, а его вну­ки — кос­мо­нав­та­ми. И, кста­ти, ты зна­кома с од­ним его по­том­ком. До­гада­ешь­ся? Он нем­но­го по­хож на пра­дедуш­ку.

— Паш­ка? — улыб­ну­лась Али­са, вспом­нив, что Паш­ки­ного пра­деда зо­вут Ефим. Да и кто ещё из её дру­зей мог быть по­хож на фан­та­зёра Фи­му?

— Уга­дала. Дей­стви­тель­но, это твой при­ятель Пав­лик. Про Ко­лю На­умо­ва ни­чего ска­зать не мо­гу. Тем же ле­том он у­ехал, и я про не­го ни­чего боль­ше не слы­шал.

— Сов­сем?

— Сов­сем.

— Дя­дя Ко­ля, а Юля?

— То есть? Она вер­ну­лась до­мой.

— Да нет, я не о том. Мне ин­те­рес­но как это выг­ля­дело со сто­роны, ког­да Юль­ка и Ла­риса уле­тели.

— Ну Ла­риса уле­тела не­замет­но в ка­нику­лы, прос­то не приш­ла осенью в шко­лу и ска­зали, что она у­еха­ла. А с Юлей бы­ло бо­лее ин­те­рес­но. Сна­чала она очень грус­ти­ла из-за рас­ста­вания с то­бой, а по­том как-то приш­ла в шко­лу, и мы за­мети­ли, что, хо­тя Юль­ка пы­та­ет­ся выг­ля­деть грус­тной, гла­за у неё ра­дос­тные. Они тог­да дол­го о чём-то сек­ретни­чали с Ла­рис­кой. А по­том ска­зали, что её ро­дите­ли у­еха­ли в дли­тель­ную ко­ман­ди­ров­ку за гра­ницу и Юлю взя­ли с со­бой. Так что ни­чего экс­тра­ор­ди­нар­но­го не бы­ло.

— Жал­ко.

— Са­дов­ский толь­ко глу­по по­шутил, что на са­мом де­ле Юль­ку от­пра­вили в дур­дом, по­тому что она спя­тила от го­ря из-за рас­ста­вания с то­бой. За это и по­лучил.

— В том чис­ле и от те­бя? — озор­но спро­сила Али­са.

— Всё воз­можно, — так же озор­но улыб­нувшись, ук­ло­нил­ся от от­ве­та Ко­ля.

[Mich]

Юля Гриб­ко­ва шла по ули­це. Был тёп­лый ве­сен­ний де­нёк. Све­тило сол­нце. На де­ревь­ях по­яви­лись пер­вые неж­ные лис­точки, оку­тывая парк об­ла­ками зе­лёной ки­пени. Но нас­тро­ение всё рав­но бы­ло сквер­ное. Юль­ка тос­ко­вала по Али­се.

„Как нес­пра­вед­ли­во“, — ду­мала она. — „У ме­ня ни­ког­да не бы­ло та­ких близ­ких под­руг. А как толь­ко под­ружка по­яви­лась, приш­лось рас­ста­вать­ся. По­была бы Али­са у нас ещё хо­тя бы не­дель­ку, а мо­жет две“. Но Юля по­нима­ла, пе­ред смертью не на­дышишь­ся, рас­ста­вать­ся всё рав­но приш­лось бы.

Кро­ме это­го Юль­ку не ос­тавля­ла в по­кое за­гадоч­ная фо­тог­ра­фия, пос­ле то­го ве­чера так же за­гадоч­но ис­чезнув­шая. На­таша же от всех воп­ро­сов до­чери пы­талась ук­ло­нить­ся. И Юль­ка по­доз­ре­вала, что тут что-то не чис­то.

С фо­тог­ра­фи­ей бы­ли свя­заны смут­ные вос­по­мина­ния. Юль­ка пы­талась вспом­нить, но увы: стран­ные вос­по­мина­ния ус­коль­за­ли, как ут­ренний ту­ман. Единс­твен­ное, что де­воч­ка по­няла — вос­по­мина­ния свя­заны с ка­кой-то бе­дой. Что-то слу­чилось там в прош­лом (или бу­дущем?!) с ней и с псом (Юль­ка на­де­ялась, что маль­чик с фо­тог­ра­фии с той тра­геди­ей всё-та­ки не свя­зан).

Воп­рос был и в том, с ка­ким прош­лом это свя­зано. Юль­ка пе­реб­ра­ла все со­бытия сво­ей жиз­ни, ко­торые пом­ни­ла, но не смог­ла най­ти мес­та для та­инс­твен­но­го фо­то.

„Ми­ра, Рекс, Пав­лик…“ — му­читель­но пе­реби­рала Юль­ка всплыв­шие в па­мяти в свя­зи с фо­тог­ра­фи­ей име­на. Стран­ным об­ра­зом эти со­бытия в па­мяти Юль­ки не­ожи­дан­но пе­реп­ле­лись с Ла­рис­кой Тро­еполь­ской и Али­сой… С Али­сой был свя­зан Пав­лик, в этом Юль­ка бы­ла аб­со­лют­но уве­рена. А с Ла­рис­кой бы­ла свя­зана са­ма Юль­ка (кста­ти, пос­ле по­ис­ков ми­ело­фона Юль­ка не­ожи­дан­но для се­бя креп­ко под­ру­жилась с Ла­рисой). А со­бака… При по­пыт­ках вспом­нить её у Юль­ки всег­да воз­ни­кала ка­кая-то грусть и да­же тос­ка… Имен­но по­это­му Юль­ка и по­няла, что вос­по­мина­ния о со­баке тра­гич­ны.

Стран­ный бес­кры­лый са­молёт… Юль­ка пе­реры­ла в биб­ли­оте­ке все жур­на­лы по ави­ации, но не наш­ла ни­чего да­же от­да­лён­но по­хоже­го. И ни­каких ком­би­незо­нов с ле­тящим Пе­гасом сре­ди ста­рых Юль­ки­ных ве­щей не наш­лось…

А од­нажды Юль­ке прис­нился сон. Она ле­тела в этом са­мом бес­кры­лом са­молё­те, уме­ло уп­равляя им. Ря­дом был пёс. Юль­ка ра­дова­лась по­гоже­му лет­не­му дню и вдруг… Са­молёт нак­ре­нил­ся и впе­реди по­каза­лась сте­на быс­тро над­ви­га­юще­гося тём­но­го ле­са. Де­воч­ка прос­ну­лась в хо­лод­ном по­ту. Даль­ше во сне бы­ла бе­да…
Пос­ле то­го сна в па­мяти Юль­ки не­ожи­дан­но всплы­ли но­вые под­робнос­ти, свя­зан­ные с фо­тог­ра­фи­ей. Вспом­ни­лась по­чему-то стран­ная без­жизнен­ная рав­ни­на, как буд­то ос­ве­щён­ная яр­ки­ми про­жек­то­рами и, нес­мотря на яр­кое сол­нце, чёр­ное не­бо над ней…

— Здравс­твуй, Юля, — воз­ле ска­мей­ки в пар­ке сто­ял Ни­колай Ни­кола­евич. — У те­бя есть сво­бод­ная ми­нут­ка?
— Да, я не спе­шу.

— Тог­да пой­дём ко мне, у ме­ня к те­бе де­ло.

„С че­го бы это?“ — по­дума­ла Юля, но пош­ла.

По­ка Ни­колай Ни­кола­евич ко­пал­ся в ящи­ке сто­ла, Юль­ка пос­мотре­ла на дверь за ко­торой бы­ла ма­шина вре­мени и вздох­ну­ла: не­делю на­зад Али­са вош­ла ту­да и уле­тела до­мой. Ни­колай Ни­кола­евич вы­нул из ящи­ка сто­ла кон­верт.

— Это от Али­сы. Она на­писа­ла для те­бя за­пис­ку пе­ред воз­вра­щени­ем. И кое-что ещё прис­ла­ла в до­пол­не­ние.
Юль­ка дро­жащи­ми ру­ками взя­ла лис­ток.

В кон­верте, кро­ме пись­ма ле­жала ещё и фо­тог­ра­фия. Вдруг Юль­ка ах­ну­ла и чуть не вы­рони­ла фо­тог­ра­фию из рук. Это бы­ло то са­мое фо­то с Пав­ли­ком и Рек­сом. Юля оша­раше­но пос­мотре­ла на Ни­колая Ни­кола­еви­ча, мор­гая гла­зами.
— Ты пись­мо про­читай! — улыб­нулся Ни­колай Ни­кола­евич.

«Юля, из­ви­ни, что мне при­ходит­ся уле­теть без те­бя. Не ску­чай, Ско­ро ты то­же вер­нёшь­ся до­мой и мы боль­ше не рас­ста­нем­ся. Ско­ро мы с па­пой ле­тим на Си­ри­ану, там бу­дет съ­езд кос­мо­би­оло­гов. Ма­ма то­же ле­тит с на­ми на „Пе­гасе“, у неё там то­же ка­кие-то де­ла. Как бы­ло бы здо­рово, ес­ли бы ты по­лете­ла со мной». На бу­магу кап­ну­ла боль­шая сле­за, Юль­ка не мог­ла боль­ше чи­тать. Она уже хо­тела рас­пла­кать­ся, но тут Ни­колай Ни­кола­евич пог­ла­дил её по го­лове и ска­зал:
— Не сто­ит так расс­тра­ивать­ся, де­воч­ка.

Юль­ка толь­ко горь­ко вздох­ну­ла в от­вет.

— Мо­жет ты и ус­пе­ешь к стар­ту „Пе­гаса“.

Юля от удив­ле­ния от­кры­ла рот.

— Ты даль­ше чи­тай, там ещё ин­те­рес­нее!

„Так что ско­рее воз­вра­щай­ся. Что с то­бой слу­чилось? По­чему-то ты ме­ня сов­сем не пом­нишь. Ни ме­ня, ни Паш­ку. Мо­жет я те­бе на­пом­ню кое-что? У ме­ня есть при­ятель, Паш­ка. А у не­го есть дво­юрод­ная сес­тра, Юль­ка. Те­бе это ни о чём не го­ворит?“.

„У Али­сы есть Паш­ка, а у Паш­ки есть Юль­ка. И Юль­ка на фо­то с Паш­кой…“ — мыс­ли Юли спу­тались в ка­кой-то мох­на­тый клу­бок и ни­как не же­лали выс­тра­ивать­ся в строй­ный ряд.

— Я те­бе кое-что ска­жу, но до­гово­рим­ся: ни­кому не сло­ва, — стро­го ска­зал Ни­колай Ни­кола­евич.
— А что слу­чилось?

— Ты пом­нишь, что ска­зала Али­са, пе­ред тем как у­ехать?

— Да. Ска­зала, что мы ско­ро встре­тим­ся, но по­ка так и не встре­тились.

— Али­са бы­ла пра­ва. Ско­ро вы с ней встре­титесь.

— Она опять при­летит к нам?

— Не сов­сем. Ведь вы с Али­сой ро­вес­ни­ки, так?

— Ну да, поч­ти. Мне две­над­цать, а Али­се один­надцать, толь­ко я её лет на сто стар­ше, — Юль­ка горь­ко ус­мехну­лась.

— Нет де­воч­ка, ты очень силь­но оши­ба­ешь­ся. На са­мо де­ле ты не стар­ше, а на­обо­рот млад­ше Али­сы, на це­лый ме­сяц. Те­бе, Юля Гриб­ко­ва, один­надцать лет, и ты ро­дилась в кон­це двад­цать пер­во­го ве­ка.

— Че­го-о-о? — Юль­ка чуть не упа­ла со сту­ла.

— Дер­жись за стул креп­че, а то упа­дёшь, — Ни­колай Ни­кола­евич улыб­нулся. — Твои ро­дите­ли, Юля, сот­рудни­ки Мос­ков­ско­го ин­сти­тута вре­мени. Они бы­ли в двад­ца­том ве­ке в ко­ман­ди­ров­ке. Вы уле­тели око­ло го­да на­зад. Но зас­тря­ли на нес­коль­ко ме­сяцев из-за не­пола­док с пор­та­лом.

— Ни­колай Ни­кола­евич! За­чем вы ме­ня об­ма­ныва­ете! А я-то прав­да по­вери­ла, что мы с Али­сой ско­ро встре­тим­ся! Я же прек­расно пом­ню, что со мной бы­ло год на­зад! Я бы­ла в пи­онер­ла­гере!

— Од­но дру­гому не ме­ша­ет. Да и пом­нишь ты не сов­сем то, что бы­ло на са­мом де­ле…

— В смыс­ле?

— Вы дол­жны бы­ли вер­нуть­ся че­рез па­ру ме­сяцев, но на пор­та­ле про­изош­ли не­полад­ки и ва­ше воз­вра­щение приш­лось от­ло­жить. А так как на тот мо­мент ник­то не знал, нас­коль­ко серь­ёз­ны не­полад­ки и у ме­ня на не­кото­рое вре­мя про­пала связь, я опа­сал­ся, что это на­дол­го. И ре­шил заб­ло­киро­вать те­бе па­мять. Тем бо­лее, что мне­моб­ло­када не ме­шала те­бе вы­пол­нять за­дание для ис­то­ричес­ко­го круж­ка. По­это­му ты ни­чего не пом­нишь. Точ­нее пом­нишь, но не то, что бы­ло в ре­аль­нос­ти.

— Но за­чем?! — Юль­ка вы­рази­тель­но пос­мотре­ла на Ни­колая Ни­кола­еви­ча.

— Из­ви­ни, Юля. Тог­да я ду­мал, что пос­ту­пил пра­виль­но. А те­перь ви­жу, что ошиб­ся и лишь дос­та­вил те­бе неп­ри­ят­ности. Те­перь че­рез две не­дели ко­ман­ди­ров­ка тво­их ро­дите­лей за­кан­чи­ва­ет­ся, и вы воз­вра­ща­етесь до­мой в двад­цать пер­вый век.

— Я и есть та са­мая Юль­ка, да?

— Да, ты и есть Юль­ка, про ко­торую пи­шет Али­са.

— А фо­тог­ра­фия?

— Это вы с Па­шей.

— Ага… — рас­те­рян­но про­из­несла Юля, она всё ещё не мог­ла пе­рева­рить ус­лы­шан­ное.

— Юля, с то­бой всё в по­ряд­ке? — Ни­колай Ни­кола­евич про­вёл ру­кой пе­ред Юль­ки­ным ли­цом.

— Ага…

— Лад­но, бе­ги до­мой, ма­ма те­бе всё рас­ска­жет под­робнее. А зав­тра Ан­дрей Фё­доро­вич сни­мет бло­каду.

Юля выш­ла из квар­ти­ры. „Я то­же гостья из бу­дуще­го! О-бал-деть!“

— Юля, лес­тни­ца сле­ва, — Ни­колай Ни­кола­евич раз­вернул её в нуж­ном нап­равле­нии. — Да­вай-ка я те­бя луч­ше про­вожу до­мой.

Юль­ка на­конец приш­ла в се­бя.

— Не на­до, Ни­колай Ни­кола­евич. Я в по­ряд­ке! — ве­село крик­ну­ла де­воч­ка и вприп­рыжку сбе­жала вниз по лес­тни­це.
— Ма­ма, это прав­да?!

— Ни­колай Ни­кола­евич всё те­бе рас­ска­зал?

— Да!

— Так вот, Юля, мы дей­стви­тель­но лю­ди из бу­дуще­го. Мы с па­пой сот­рудни­ки Ин­сти­тута вре­мени. И мы бы­ли в ко­ман­ди­ров­ке в прош­лом. Вот, взгля­ни, — На­таша про­тяну­ла Юле ку­сочек плас­ти­ка.

— Что это?

— Твоё сви­детель­ство о рож­де­нии. Нас­то­ящее.

Юля взя­ла в ру­ку не­боль­шую квад­ратную кар­точку. Она бы­ла из зе­лено­ватой плас­тмас­сы и на ней зо­лотис­ты­ми бук­ва­ми бы­ло на­писа­но: „Гриб­ко­ва Юлия Вла­дими­ров­на. Мес­то рож­де­ния – г. Мос­ква. Да­та рож­де­ния — 7 де­каб­ря 2089 г.“ Юль­ка, не ве­ря гла­зам, про­чита­ла пос­леднюю строч­ку ра­за два.

Тут Юля вспом­ни­ла фо­тог­ра­фию.

— Мам, а у нас не бы­ло ни­какой фо­тог­ра­фии, где я и ещё маль­чик сто­им у ка­кого-то са­молё­та? Она бы­ла в книж­ке.

— Эта? — На­таша жес­том фо­кус­ни­ка вы­тащи­ла про­пав­шее фо­то.

— Да!

— Это ты и Пав­лик, твой дво­юрод­ный брат. На фо­не фла­ера в Пар­ке Друж­бы.

— Но у ме­ня нет дво­юрод­но­го бра­та-ро­вес­ни­ка…

— Те­бе это толь­ко ка­жет­ся…

Юль­ка нем­но­го по­мол­ча­ла, а по­том ре­шилась спро­сить:
— Мам… Я… Я раз­би­лась на фла­ере, да? И этот пёс, на фо­то, по­гиб? Да?

— Да, Юля. Это бы­ло два го­да на­зад, — На­таша пог­ла­дила дочь по го­лове и до­бави­ла:
— Зав­тра, Юля, ты са­ма най­дёшь от­ве­ты на свои воп­ро­сы. А в шко­ле те­бе на­до вес­ти се­бя так, буд­то ты по-преж­не­му ску­ча­ешь по Али­се.

— А по­том?

— А по­том мы „у­едем в даль­нюю ко­ман­ди­ров­ку“ и возь­мём те­бя с со­бой.

Ког­да Юля ук­ла­дыва­лась спать, пе­ред гла­зами вдруг воз­никла кар­ти­на: чёр­ные ска­лы над крас­но-оран­же­вой пус­ты­ней и ро­зовое, пе­рехо­дящее в зе­ните в жёл­тое, не­бо над ни­ми… И она, Юль­ка, смот­ря­щая на пус­ты­ню че­рез зе­лено­ватый све­тофиль­тр шле­ма. „На Мар­се ро­зовое не­бо“, — по­чему-то вспом­ни­лось Юль­ке.
— Ма­ма, я бы­ла на Мар­се?

— Бы­ла. На ба­зе „По­зит­рон“ в Сто­ловых го­рах.

— Зна­чит я всё-та­ки что-то пом­ню.

— Ко­неч­но. Бло­када не сти­ра­ет па­мять, а лишь не да­ёт вспом­нить не­кото­рые мо­мен­ты.

В ту ночь Юля дол­го не мог­ла ус­нуть, а ког­да зас­ну­ла, ей прис­нился кра­сивый и уди­витель­ный го­род с пар­ка­ми и не­бос­крё­бами. Он и рань­ше час­то снил­ся ей, но те­перь Юля зна­ла, что это её род­ной го­род — Мос­ква кон­ца двад­цать пер­во­го ве­ка.

На дру­гой день Юль­ка в соп­ро­вож­де­нии ма­мы вновь приш­ла к Ни­колаю Ни­кола­еви­чу.

— При­вет, Юля! — из ком­на­ты вы­шел мо­лодой муж­чи­на со свет­лы­ми пше­нич­ны­ми уса­ми. — Го­това?

— Да, — как ни стран­но, но Ан­дрея Фё­доро­вича Юль­ка пом­ни­ла. Она лег­ла на ди­ван, а Ан­дрей Фё­доро­вич на­дел ей на го­лову что-то ти­па мар­ле­вой ша­поч­ки с дат­чи­ками.

— Те­перь зак­рой гла­за и ска­жи, ког­да в го­лове за­жуж­жит.

Юль­ка зак­ры­ла гла­за. Бы­ло ти­хо, а за­тем в го­лове по­явил­ся гул, пе­решед­ший в жуж­жа­ние.
–Жуж­жит.

Ан­дрей Фё­доро­вич щёл­кнул чем-то и у Юли вне­зап­но зак­ру­жилась го­лова, да­же на се­кун­ду ста­ло нем­но­го дур­но. Но по­том в го­лове про­яс­ни­лась, как пос­ле хо­роше­го сна.

— Ну и как те­бе го­лубые кро­лики с Ка­ли­ак­рии? — не­ожи­дан­но спро­сил её Ан­дрей Фё­доро­вич на кос­мо­лин­гве.

И Юль­ка тут же вспом­ни­ла за­бав­ное су­щес­тво с длин­ны­ми уша­ми и, как буд­то плю­шевой, го­лубой шёрс­ткой, ко­торое ей по­казы­вала Ла­рис­ка Тро­еполь­ская. Это­го кро­лика её отец при­вёз с Пан­га­леи. И вслед за этим вспом­ни­ла и всё ос­таль­ное: и пу­тешес­твие с ро­дите­лями на Боль­шой барь­ер­ный риф, и ис­то­ричес­кий кру­жок, на ко­тором они за­нима­лись с Ла­рис­кой, и по­лёт в прош­лое око­ло го­да на­зад (Юль­ке тог­да с неп­ри­выч­ки ста­ло дур­но око­ло хро­номо­биля (ка­бину вре­мени в квар­ти­ре Ни­колая Ни­кола­еви­ча ещё толь­ко тес­ти­рова­ли), и ко­неч­но вспом­ни­ла не­уго­мон­но­го и озор­но­го, веч­но по­пада­юще­го в ис­то­рии Паш­ку Ге­рас­ки­на, сво­его дво­юрод­но­го бра­та и Алис­ки­ного за­кадыч­но­го при­яте­ля. „Как же я по не­му сос­ку­чилась!“ — по­дума­ла Юль­ка. Вспом­ни­ла и Дет­скую кос­ми­чес­кую шко­лу (эм­бле­мой ко­торой и был тот са­мый ле­тящий сквозь Все­лен­ную Пе­гас) и Али­су.

С Али­сой Юль­ка бы­ла зна­кома, но дру­жить как-то не по­луча­лось. Юль­ка счи­тала Али­су за­дава­кой и от­но­силась к ней нас­то­рожен­но. Да­же пос­ле слу­чая в Меж­пространс­твен­ной об­серва­тории в Но­во-Яр­ты­ше друж­бы всё рав­но не по­лучи­лось. Это те­перь Юль­ка по­нима­ла, что бы­ла очень не пра­ва… Но к со­жале­нию, Юль­ка вспом­ни­ла и Рек­са. Сво­его лю­бимо­го пса, спас­ше­го ма­лень­кую хо­зяй­ку из раз­бивше­гося под Пес­то­вым фла­ера…

— Юля, не за­будь, при­дя до­мой при­нять кап­су­лу не­от­ро­па и пос­пать ча­са пол­то­ра, а то го­лова раз­бо­лит­ся.
— Я пом­ню, Ан­дрей Фё­доро­вич!

— И ни­каких кни­жек и те­леви­зора се­год­ня!

— Я пом­ню!

— Жду вас че­рез две не­дели!

До­мой Юль­ка не бе­жала, а ле­тела.

Че­рез две не­дели счас­тли­вая Юль­ка опять сто­яла пе­ред дверью к ма­шине вре­мени. Внут­ри ком­на­ты всё бы­ло так­же, как и опи­сал Ко­ля: шкаф с одеж­дой и раз­ны­ми ве­щами и ка­бина. Ни­колай Ни­кола­евич кол­до­вал над пуль­том, го­товясь от­пра­вить в бу­дущее Юль­ку и На­ташу. На­конец огонь­ки на пуль­те ста­ли зе­лёны­ми. Ка­бину за­волок све­тящий­ся бе­лый вихрь и вско­ре рас­се­ял­ся. Ка­бина бы­ла го­това к пе­реме­щению.

— Ну вот, те­перь по­ра. А ещё че­рез не­делю до­мой вер­нётся Ла­риса.

Юль­ка с за­мира­ни­ем сер­дца пе­рес­ту­пила по­рог ка­бины ма­шины вре­мени.

— До сви­дания, Ни­колай Ни­кола­евич!

— До сви­дания, Юля. Пе­реда­вай при­вет Али­се.

Ма­шина вре­мени за­гуде­ла. Пе­реб­роска за­вер­ши­лась.

— Всё хо­рошо, что хо­рошо кон­ча­ет­ся, — ска­зал Ни­колай Ни­кола­евич. Но всё ещё толь­ко на­чина­лось.

[Mich]

Дверь ма­шины вре­мени зак­ры­лась, раз­да­лось уси­лива­юще­еся жуж­жа­ние, пе­решед­шее в гул. Ког­да ка­бину за­волок­ло све­тящим­ся бе­лым ту­маном и Юлю с На­ташей зак­ру­тило в бе­шеном вих­ре, швыр­нув сквозь вре­мя, Юль­ка ис­пу­галась и, заж­му­рив­шись, вце­пилась в ма­му.

— Не бой­ся, доч­ка, — На­таша об­ня­ла де­воч­ку.

На­конец пе­реб­роска за­вер­ши­лась. Юля по­чувс­тво­вала под но­гами пол. Толь­ко пол по­чему-то был на­вер­ху, во вся­ком слу­чае Юль­ке по­каза­лось, что она ви­сит воз­ду­хе (при этом твёр­до стоя но­гами на по­лу) вниз го­ловой. Прав­да че­рез нес­коль­ко се­кунд чувс­тва вер­ну­лись в нор­му, и де­воч­ка по­няла, что на­ходит­ся в ка­бине в аб­со­лют­но нор­маль­ном по­ложе­нии. Толь­ко го­лова ещё нем­но­го кру­жилась и слег­ка му­тило.

«Б-р-р! И как это Али­се нра­вит­ся пу­тешес­тво­вать во вре­мени. Ощу­щения не­забы­ва­емые», — по­дума­ла Юля. Ту­ман рас­се­ял­ся. За стек­лом ка­бины их уже жда­ли па­па, ба­буш­ка и ещё ка­кие-то лю­ди. Юле ста­ло нем­но­го стыд­но за то, что она пе­репу­галась, как ма­лень­кая.

Вый­дя из ма­шины вре­мени, Юля к сво­ему удив­ле­нию уз­на­ла сре­ди сот­рудни­ков Ин­сти­тута … Ко­лю Су­лиму! Ко­ля, ко­неч­но был уже по­жилым, но и ста­риком наз­вать его бы­ло нель­зя.
— При­вет, Юля. Вот зна­чит ку­да ты ис­чезла сто лет на­зад, — Ко­ля улыб­нулся и про­тянул Юле ру­ку.

В ночь пос­ле воз­вра­щения Юля спа­ла креп­ко, поч­ти без снов. Прос­нувшись ут­ром, дол­го не мог­ла по­нять, где она на­ходит­ся, по­ка на­конец не до­гада­лась: «Я же до­ма, в бу­дущем, то есть нас­то­ящем!» По­года на ули­це сто­яла прос­то за­меча­тель­ная: сол­нце, теп­ло. И та­ким же прек­расным бы­ло Юль­ки­но нас­тро­ение. От ра­дос­ти хо­телось петь, сме­ять­ся или прос­то встать на го­лову.

Умыв­шись и одев­шись, Юль­ка по­дош­ла к ма­тери (отец уже ушёл на ра­боту).

— Мам, мож­но я пой­ду к Али­се? — Юле не тер­пе­лось встре­тить­ся с под­ружкой.

— Что не тер­пится? По­дож­ди нем­ножко. Кста­ти ви­де­офон с ут­ра над­ры­ва­ет­ся, Пав­лик по те­бе очень сос­ку­чил­ся.

Юль­ка под­бе­жала к ви­де­офо­ну, но вдруг ос­та­нови­лась.
— Пус­кай для них бу­дет сюр­приз! —
***

У Али­сы с ут­ра бы­ло пол­но дел. Во-пер­вых, на­до бы­ло сбе­гать в Кос­мо­зоо и пос­мотреть на но­ворож­денных сну­ков. Ведь до это­го мо­мен­та по­лучить по­томс­тво сну­ков на Зем­ле ещё не уда­валось, и Али­са бо­ялась про­пус­тить ис­то­ричес­кий мо­мент. А по­том на­до бы­ло вер­нуть­ся до­мой, пе­ре­одеть­ся и "ле­теть" на би­ос­танцию, по­тому что вче­ра Паш­ка эк­спе­римен­ти­ровал с ба­боч­ка­ми Ру­та с Пан­га­леи, и Али­са очень бо­ялась за пос­ледс­твия. А са­мое глав­ное, «дво­ровое ра­дио» до­нес­ло до неё ра­дос­тную весть: вче­ра в по­лови­не седь­мо­го ве­чера до­мой вер­ну­лась Юль­ка. Но, к ра­зоча­рова­нию Али­сы ви­де­офон Юль­ки (его но­мер Али­са вып­ро­сила у Паш­ки), был всё ут­ро за­нят. А су­дя по­тому, что за­няты бы­ли и ви­де­офо­ны Паш­ки и Ла­рисы, Али­са приш­ла к вы­воду, что Юль­ка бол­та­ет с ни­ми. Сна­чала это неп­ри­ят­но коль­ну­ло Али­су («мог­ла бы и мне сна­чала поз­во­нить, я же пе­режи­ваю всё-та­ки!»), но по­том Али­са приш­ла к прос­то­му и аб­со­лют­но пра­виль­но­му вы­воду о том, что Паш­ка и Ла­рис­ка её прос­то опе­реди­ли. Тем бо­лее Паш­ка на­вер­ня­ка хвас­та­ет­ся Юль­ке о сво­их дос­ти­жени­ях на ни­ве прик­ладной би­оло­гии.

«А ведь на­ша встре­ча с Юль­кой мо­жет быть вов­се и нес­лу­чай­ная», — по­дума­ла вдруг Али­са, си­дя в ка­бине­те от­ца и до­жида­ясь, ког­да ей раз­ре­шат прой­ти в воль­ер. «Её мог­ла подс­тро­ить тё­тя На­таша, что бы Юль­ка по­мог­ла мне най­ти ми­ело­фон. Вот толь­ко ос­та­лась ещё од­на за­гад­ка. Ведь Ла­рис­ка тог­да пра­виль­но ска­зала про за­щиту ма­шины вре­мени. Да и Ни­колай Ни­кола­евич не мог до­пус­тить та­кой оп­лошнос­ти. Как же На­умов по­пал в ма­шину и по­летел в бу­дущее?» Но тут мыс­ли Али­сы прер­вал го­лос от­ца:

— Али­са! Пош­ли быс­трее.

В воль­ере Али­се бы­ло не до за­гадок, Элек­трон поп­ро­сил её по­мочь на­ладить кор­мушку, и Али­са пог­ру­зилась в ра­боту. За­кон­чив, она пот­ре­пала по гус­той крас­но­ватой шер­сти тёр­ше­гося у но­ги сну­ка и пос­мотре­ла на пло­щад­ку пе­ред воль­ера­ми. Вне­зап­но де­воч­ка удив­лённо за­мер­ла, про­дол­жая ма­шиналь­но по­чесы­вать зверь­ка за от­то­пырен­ным круг­лым ухом (за что сну­ки по­лучи­ли у ра­бот­ни­ков Кос­мо­зо проз­ви­ще «че­бураш­ки»). В уже по­рядоч­ной тол­пе по­сети­телей мель­кну­ла фи­гур­ка маль­чиш­ки в бе­ло-си­нем ком­би­незо­не. На се­кун­ду он обер­нулся и Али­се по­каза­лось, что она уви­дела Ко­лю На­умо­ва!

— Бр-р-р… — Али­са, заж­му­рив­шись по­мота­ла го­ловой (чем ис­пу­гала сну­ка, оби­жен­но воз­зрив­ше­гося на де­воч­ку удив­лённы­ми си­не-зе­лёны­ми гла­зами).

Али­са вновь взгля­нула на тол­пу, но ни­како­го маль­чиш­ки там и в по­мине не бы­ло. Вер­нее был мет­рах в пя­тиде­сяти у спра­воч­но­го ав­то­мата. Но, во-пер­вых, маль­чик был одет в зе­лёную май­ку и шор­ты пи­онер­ско­го «зе­лёно­го пат­ру­ля», а во-вто­рых был не Ко­лей, а Тём­кой Иши­мовым из Али­сино­го дво­ра.

— Тё­ма! — поз­ва­ла Али­са, вы­бира­ясь из воль­ера.

— При­вет! Ты что, при­виде­ние уви­дала? — ве­село поз­до­ровал­ся Тём­ка.

— Мож­но и так ска­зать. Ты ни­кого не ви­дел?

— А ко­го я дол­жен был ви­деть?

— Маль­чиш­ку в ком­би­незо­не.

— Мель­кнул ка­кой-то. В бе­ло-си­нем, — по­жал пле­чами Тё­ма.

— А где мель­кнул?

— А я от­ку­да знаю! Там где-то… — не­оп­ре­делён­но мах­нул ру­кой Тё­ма в нап­равле­нии пру­да, над ко­торым воз­вы­шалась ги­гант­ская ста­туя си­ри­ан­ско­го реп­то­ида.

Вы­яс­нить ку­да всё-та­ки дел­ся за­гадоч­ный маль­чиш­ка не пред­став­ля­лось воз­можным, и оза­дачен­ная Али­са от­пра­вилась до­мой.

«Ну не мог же На­умов опять заб­рать­ся в ма­шину», — не­до­уме­вала Али­са. «Это уже свинс­тво».

Али­са прош­ла ми­мо цве­точ­ной клум­бы, над ко­торой де­лови­то жуж­жа­ли шме­ли и за­вер­ну­ла за угол. И тут же с ра­дос­тным воп­лем пом­ча­лась че­рез двор, навс­тре­чу ша­гав­шей ми­мо дет­ской пло­щад­ке Юль­ке.

— При­вет, Юль­ка! Ну что, вспом­ни­ла ме­ня?

Юль­ка не­до­умен­но пос­мотре­ла на Али­су.

— Ты кто?!

Али­са так и се­ла. На ска­мей­ку, к счастью ока­зав­шу­юся ря­дом.

— Я же Али­са! Юль­ка…

Юль­ка не­ожи­дан­но рас­сме­ялась:
— Алис­ка, всё в по­ряд­ке, из­ви­ни.

— Ну, Юль­ка, ко­за! Я это те­бе при­пом­ню! Нель­зя же так лю­дей пу­гать! — рас­сме­ялась в от­вет Али­са. — Я так по те­бе сос­ку­чилась!

— Я то­же! Еле дож­да­лась, ког­да две не­дели прой­дут! — де­воч­ки об­ня­лись.

[Mich]

Юль­ка с ут­ра ре­шила зай­ти к Али­се.

— Брам­бу­лет хо­чешь? — Али­са отоз­ва­лась из кух­ни.

— Хо­чу! А брам­бу­лет на пе­ти­яро­вом мас­ле или на сли­воч­ном?

— Спе­ци­аль­но для те­бя сде­лаю на сли­воч­ном.

Де­воч­ки зас­ме­ялись.

— Ты тог­да спе­ци­аль­но мне про брам­бу­лет ска­зала?

— Ага, ду­мала мо­жет ты хоть его вспом­нишь. Всё та­ки твоё лю­бимое блю­до.

— Не-а, мне­моб­ло­када — шту­ка на­дёж­ная, про­верен­ная, — Юль­ка да­же заж­му­рилась от удо­воль­ствия, сма­куя аро­мат­ные ро­зовые лом­ти­ки.

— Юль, толь­ко я не по­няла. А кто бы­ла Ма­рия Ми­хай­лов­на. Она же не твоя ба­буш­ка.

— Ко­неч­но не моя. Мо­их ба­бушек зо­вут Ве­ра Се­мёнов­на и Ни­на Ан­дре­ев­на. А Ма­рия Ми­хай­лов­на из прош­ло­го.

— Она, на­вер­ное, «внеш­ний агент», как их на­зыва­ют вре­мен­щи­ки. Лю­ди, ко­торые обо­жа­ют фан­тасти­ку, ни­чему не удив­ля­ют­ся и по­это­му по­мога­ют вре­мен­щи­кам.

— Ну да. У неё на квар­ти­ре бы­ла ба­за, по­это­му мы с ма­мой там и жи­ли…

Али­са вклю­чила те­леви­зор. Дик­торша Ни­на рас­ска­зыва­ла что-то о тай­фу­не у бе­регов Япо­нии, ко­торый про­зева­ли по­год­ни­ки.

В Виль­ню­се про­ходил этап дет­ско­го чем­пи­она­та по гон­кам на воз­душных пу­зырях. На эк­ра­не, за спи­ной стар­ше­го тре­нера мос­ков­ской спор­тивной шко­лы, Ка­тер­ни­ки Ив­ле­вой, бе­седо­вав­шей с кор­респон­дентом о пер­спек­ти­вах это­го ви­да спор­та, ху­день­кая бе­локу­рая де­воч­ка во­зилась с ком­прес­со­ром для на­пол­не­ния обо­лоч­ки пу­зыря.

— Ого! Эг­ли в пу­зырис­тки пош­ла, вот не ожи­дала, — про­ком­менти­рова­ла уви­ден­ное Али­са.

На Ве­нере в рай­оне стан­ции Порт-Гол­конда наш­ли сле­ды ка­кой-то древ­ней ци­вили­зации.

Ко­мис­сар Зем­но­го сек­то­ра Ми­лодар Фетр бра­во ра­пор­то­вал об ус­пешной опе­рации про­тив нар­ко­тор­говцев, пы­тав­шихся дос­та­вить на Зем­лю се­мена ко­ри­он­га.

Ака­демия на­ук за­яви­ла о го­товя­щей­ся эк­спе­диции вглубь Зем­ли.

На­чалось опыт­ное се­рий­ное про­из­водс­тво ми­ними­зато­ров про­фес­со­ра Ше­ина, до­рабо­тан­ных его уче­ницей Оди­нокой. (Али­са кив­ну­ла, она про это уже зна­ла. Не­дав­но Свет­ла­на в сво­бод­ное от на­уки вре­мя ста­ла пре­пода­вать в Али­синой шко­ле).

Но тут Али­са и Юля прис­лу­шались вни­матель­нее.

— Се­год­ня в даль­нем кос­мо­се про­изош­ло тра­гичес­кое про­ис­шес­твие. В рай­оне сек­то­ра Ль­ва на гру­зовой ко­рабль «Кас­си­опея», сле­довав­ший с пла­неты Ли­не­ар, на­пали пи­раты. Ин­терга­лак­ти­чес­кая По­лиция пред­по­ложи­ла, что это но­вое на­паде­ние из Се­рой ту­ман­ности, хо­тя счи­талось, что пос­ле ус­пешной эк­спе­диции под ру­ководс­твом ка­пита­на Все­воло­да Ки­ма пи­ратс­тво бы­ло поч­ти ис­ко­рене­но.

— Али­са, ты слы­шишь, опять пи­раты!

— Хо­рошо, что «Кас­си­опея» — ав­то­мати­чес­кий ко­рабль и на нём нет эки­пажа.

На эк­ра­не по­каза­ли ко­мис­са­ра Сек­то­ра Ре­гула (ес­ли бы не бе­лос­нежные ли­цо и во­лосы, его мож­но бы­ло бы при­нять за зем­ля­нина):
— Мы вы­яс­ня­ем, кто со­вер­шил это дер­зкое на­паде­ние и най­дём ви­нов­ных.

— А мы ду­мали, что Крыс и Ве­сель­чак — пос­ледние пи­раты, — Юль­ка воп­ро­ситель­но пос­мотре­ла на Али­су.

— Пи­ратс­тво бы­ло поч­ти ис­ко­рене­но! — Али­са пе­ред­разни­ла го­лос дик­торши. — Зна­чит ошиб­лись.

— Толь­ко ин­те­рес­но, за­чем им по­надо­билась «Кас­си­опея»? На ней же вез­ли пред­ме­ты с рас­ко­пок в Алат­ской сте­пи на Ли­не­аре.

— Не знаю, — Али­са за­дума­лась. — Лад­но пош­ли в Кос­мо­зо, пос­мотрим на сну­ков, а то Паш­ка нас, на­вер­ное, заж­дался.

— Зна­ешь, я, на­вер­ное, Лу поз­во­ню, на вся­кий слу­чай. У неё вро­де есть зна­комые ар­хе­оло­ги в Алат­ском за­повед­ни­ке, — по­думав, ска­зала Юль­ка.

— Ты ду­ма­ешь она что-ни­будь зна­ет про «Кас­си­опею»?

— Нав­ряд ли. Но она мо­жет знать, что «Кас­си­опея» увез­ла с Ли­не­ара.

— Мож­но ещё с Гро­мозе­кой свя­зать­ся. Он не­дав­но был в Ала­те.

***


— Вот здесь на за­бор­чи­ке я и по­веси­ла ми­ело­фон, а са­ма с Брон­тей пош­ла иг­рать, бал­да. Ну прям как ма­лень­кая! — Али­са по­каза­ла на низ­кий плас­ти­ковый за­бор­чик вок­руг Ма­лого пру­да, ку­да ре­бята пош­ли пос­ле по­сеще­ния воль­ера сну­ков.

— То, что ты бал­да, это точ­но, — за­явил Паш­ка. — На­до бы­ло по сто­ронам смот­реть. А ты как Ла­рис­ка, ес­ли чем-ни­будь ув­леклась – всё! Ни­чего не ви­жу, ни­чего не слы­шу, ни­чего ни­кому не ска­жу…

— Я уж по­мол­чу про то, что бы­ва­ет, ког­да ты на­уч­ны­ми воп­ро­сами ув­ле­ка­ешь­ся! — ух­мыль­ну­лась Али­са.

— А где ме­мори­аль­ная ска­мей­ка?

— Вон там сто­яла. Уже по­меня­ли, — с со­жале­ни­ем в го­лосе от­ве­тил Паш­ка.

— Жал­ко. А ты ми­ело­фоном мыс­ли у Брон­ти чи­тала?

— Да нет, у пус­то­тела.

— У ко­го?

— У пус­то­тела. Рас­те­ние та­кое иноп­ла­нет­ное. Я ду­мала — оно ра­зум­ное.

— Ну и как?

— Да ни­как. Де­рево, оно и на Пе­нело­пе де­рево. Да­же и иноп­ла­нет­ное. Да и во­об­ще, па­па был прав, я слиш­ком на­укой ув­леклась, а в детс­тве мно­го и дру­гих ин­те­рес­ных ве­щей.

— Точ­но. Па­па го­ворит, что иног­да на­до и по­озор­ни­чать.

— Юль, а ког­да бло­каду де­ла­ют, па­мять сра­зу от­ши­ба­ет?

— Ни­чего не от­ши­ба­ет, Паш­ка, — от­ве­тила Юля. — Прос­то не­кото­рые ве­щи ты не мо­жешь вспом­нить, да­же ес­ли те­бя про них спро­сят или ты их уви­дишь. Я, нап­ри­мер, да­же Али­су сов­сем не уз­на­ла, смот­ре­ла на неё как на чу­жую.

— Ага, по­нял. Но ведь тог­да бу­дет про­вал в па­мяти, — сде­лал вы­вод Паш­ка.

— Ни­чего не бу­дет, ни­како­го про­вала, — воз­ра­зила Юля. – То, что ты не дол­жен вспом­нить за­меня­ет­ся ис­кусс­твен­ны­ми вос­по­мина­ни­ями. Я, нап­ри­мер, ду­мала, что точ­но пом­ню, как ез­ди­ла в Вол­гоград, ког­да мне бы­ло де­вять лет. А на са­мом де­ле я там тог­да не бы­ла, а бы­ла в это вре­мя на Боль­шом Барь­ер­ном ри­фе.

— Но ты всё рав­но ни­чего не пом­нишь, — уточ­ни­ла Али­са.

— Не сов­сем. Иног­да ка­кие-то смут­ные вос­по­мина­ния про­бива­ют­ся. Или снят­ся. Обыч­но это что-то очень яр­кое и хо­рошо за­пом­нивше­еся. Мне час­то сни­лось, что я на Мар­се. Или пу­тешес­твую по без­жизнен­ной рав­ни­не, над ко­торой све­тит сол­нце, а не­бо всё рав­но чёр­ное…

— По­тому что ты бы­ла на «По­зит­ро­не» на Мар­се и на стан­ции Порт-Ну­би­ум на Лу­не в Мо­ре Об­ла­ков, — под­хва­тил Паш­ка.

— Вот имен­но. И, кро­ме, это­го не­кото­рые вос­по­мина­ния спе­ци­аль­но бло­киру­ют сла­бее. Они ста­новят­ся яко­рями, то есть они слу­жат для за­пус­ка па­мяти пос­ле сня­тия бло­кады.

— И па­мять вклю­ча­ет­ся.

— И ты пос­те­пен­но всё вспо­мина­ешь.

— Нет, Паш­ка, вспо­мина­ешь всё сра­зу, за се­кун­ду. Толь­ко сна­чала нуж­но вспом­нить что-ни­будь яр­кое. То есть тот са­мый якорь.

— А лож­ные вос­по­мина­ния сра­зу ис­че­за­ют? — спро­сила Али­са.

— Нет не сра­зу. Прос­то их вос­при­нима­ешь … — Юля за­дума­лась. — Ну как буд­то книж­ку про­читал и пред­став­ля­ешь се­бя глав­ным ге­ро­ем.

***


Ве­чером Паш­ка и Али­са соб­ра­лись у Юль­ки, что­бы вновь об­су­дить слы­шан­ную ут­ром но­вость о пи­ратах.

— Ты зво­нила Лу? — Паш­ка прос­матри­вал пос­ледние но­вос­ти Кос­мофло­та в Ин­форма­тории.

— Ага. Лу ска­зала, что там наш­ли ка­кие стран­ные ар­те­фак­ты и пос­чи­тали их иноп­ла­нет­ны­ми и часть оп­ра­вили к нам на Зем­лю. На «Кас­си­опее».

— А что имен­но, она не ска­зала? — за­ин­те­ресо­валась Али­са.

— Лу не осо­бен­но ин­те­ресу­ет­ся рас­копка­ми. Но она ска­зала, что свя­жет­ся с друзь­ями и по­ин­те­ресу­ет­ся.

— Гро­мозе­ка обе­щал поз­во­нить ве­чером.

В сле­ду­ющее мгно­вение раз­дался зво­нок ви­де­офо­на и на эк­ра­не по­явил­ся Ве­ликий Чу­маро­зец (так Али­син отец в шут­ку на­зывал Гро­мозе­ку).

— При­вет дру­жес­кой ком­па­нии, — поп­ри­ветс­тво­вал дру­зей ар­хе­олог. — Так о чём, Али­са, ты хо­тела уз­нать?

— Про Алат. Слы­шал но­вость?

— Кас­си­опея? Я уле­тел рань­ше. Но там что-то рас­ко­пали в Цар­ских кур­га­нах. Стран­ная ис­то­рия: под кур­га­ном ока­залось ста­рин­ное куль­то­вое со­ору­жение.

— И что стран­но­го? — по­жал пле­чами Паш­ка.

— Там не то мес­то, где мар­гий­цы стро­или хра­мы, — от­ве­тила за Гро­мозе­ку Юль­ка, толь­ко что по­лучив­шая по «мер­цалке» пись­мо от Лу.

— Кто стро­ил?

— Мар­гий­цы, Паш­ка. На­род та­кой в Алат­ской сте­пи, вро­де ски­фов.

— Воз­можно там наш­ли что-то за­гадоч­ное. И это-то что-то вез­ли на "Кас­си­опеи"…

— И оно за­чем-то по­надо­билось пи­ратам… Час от ча­су не лег­че! — про­дол­жи­ла фра­зу Гро­мозе­ки Юль­ка.

— Есть ещё кое-что ин­те­рес­ное, — за­говор­щицки до­бавил ар­хе­олог. — Че­рез зем­ной ме­сяц я ле­чу на Зег­му. Там то­же что-то на­копа­ли и свя­зали на­ход­ки с рас­копка­ми на Ли­не­аре.

— На Зег­ме? Гро­мозе­ка, ты не ошиб­ся? — Паш­ка с удив­ле­ни­ем воз­зрил­ся на эк­ран. — Зег­му же изу­чали нес­коль­ко эк­спе­диций, да и ге­оло­ги из­ры­ли. И на­ши, и ли­не­ар­ские, и да­же ка­ли­ак­рий­цы с си­ри­ан­ца­ми.

— Ска­жу вам как ста­рым друзь­ям, — Гро­мозе­ка нак­ло­нил­ся к эк­ра­ну. — Ни­ког­да не верь­те ге­оло­гам!

— А би­оло­гам? — Али­са улы­ба­ясь, пос­мотре­ла на дру­га.

— Би­оло­гам? — Гро­мозе­ка за­думал­ся и вни­матель­но пос­мотрел на Али­су. — Би­оло­гам, ду­маю мож­но. Впол­не воз­можно, что пи­раты охо­тят­ся за най­ден­ны­ми ар­те­фак­та­ми. Во вся­ком слу­чае на Зег­ме наш­ли что-то очень важ­ное и стран­ное.

— Па­па с ма­мой ле­тят на Ли­не­ар, — до­бави­ла Юль­ка. — Ин­сти­тут вре­мени под­клю­ча­ют к рас­копкам. Они вче­ра ска­зали.

— А ты? По­летишь с ни­ми?

— Нет, они ре­ша­ют ку­да ме­ня деть. То ли к ба­буш­ке в Вол­гоград, то ли в пи­онер­ла­герь…

— А со мной на «Пе­гасе» не хо­чешь?

— А мож­но?

— Я до­гово­рюсь, — по­обе­щала Али­са.

Пос­ле раз­го­вора с Гро­мозе­кой ре­бята ещё дол­го си­дели на бал­ко­не Юль­ки­ной квар­ти­ры и смот­ре­ли на ве­чер­нюю Мос­кву (Юль­ка жи­ла на во­сем­надца­том эта­же и вид с её бал­ко­на от­кры­вал­ся от­личный). Вда­ли вид­не­лась под­све­чен­ная выш­ка за­повед­ни­ка ска­зок, ог­ни не­бос­крё­бов. Ли­ловое не­бо с пер­вы­ми звёз­да­ми и сколь­зив­ши­ми в нём фла­ера­ми и флип­па­ми пе­рехо­дило в яр­ко-ма­лино­вый за­кат.

— Как кра­сиво! — вос­хи­щён­но про­из­несла Юля. — А ты бы­ла пра­ва. Ве­чера у нас та­кие же, как и в ХХ ве­ке.

— Зна­чит кто-то ос­тался, — за­дум­чи­во про­из­нёс Паш­ка.

Юль­ка за­дума­лась.
— А ес­ли на той пла­нете бы­ли не толь­ко Крыс и Ве­сель­чак?

— На ка­кой?

— Ну на той, ко­торую ос­во­боди­ли ка­пита­ны. Ведь ты са­ма рас­ска­зыва­ла, как Крыс хо­тел вас пе­рехит­рить, а Ве­сель­чак его вы­дал. А что ес­ли был ещё один пи­рат, ко­торый смог улиз­нуть?

— В сис­те­ме Ме­дузы их бы­ло двое.

— Все ду­мали, что пи­ратов унич­то­жили, а они вы­лез­ли на Брас­та­ке! Пом­нишь, Алис­ка?

— Ещё бы. На­до поз­во­нить док­то­ру Вер­ховце­ву, он ведь ис­то­рик и ди­рек­тор му­зея ка­пита­нов, и изу­чал ис­то­рию пи­ратс­тва в Га­лак­ти­ке.

Али­са наб­ра­ла но­мер. На эк­ра­не ви­де­офо­на по­казал­ся док­тор Вер­ховцев в сво­ей не­из­менной шля­пе.

— Здравс­твуй, Али­са. Чем обя­зан?

— Здравс­твуй­те, Ар­ка­дий Сте­пано­вич. Кста­ти, поз­на­комь­тесь, это мои друзья: Юля и Па­ша.

— Юля. Здравс­твуй­те.

— Па­вел. Доб­рый ве­чер.

— Ар­ка­дий Сте­пано­вич Вер­ховцев, ис­то­рик. Здравс­твуй­те, ре­бята. Так чем мо­гу по­мочь?

— Ар­ка­дий Сте­пано­вич, вы же изу­чали ис­то­рию пи­ратс­тва, ска­жите: ка­пита­ны не упо­мина­ли ещё ко­го-ни­будь из пи­ратов, кро­ме Кры­са и Ве­сель­ча­ка?

— Нет, Али­са, не при­пом­ню. И я не ду­маю, что та ба­за бы­ла единс­твен­ной. Ведь на­паде­ние на Брас­так то­же бы­ло не­ожи­дан­ным.

— Из­ви­ните за бес­по­кой­ство Ар­ка­дий Сте­пано­вич.

— По­дож­ди-ка! Два го­да на­зад с Крес­сы сбе­жал Глот. Как та­ковой с пи­рата­ми он свя­зан не был, а по­нача­лу был ка­пита­ном Кос­мофло­та на За­ге-2. За­нимал­ся кон­тра­бан­дой. За что и по­пал­ся. Все­волод го­ворил, что про Гло­та про­бол­тался Ве­сель­чак. Глот по­могал пе­рево­зить кра­деное и не­ред­ко по­могал пи­ратам тран­спор­том. Го­ворят, что и «брас­так­ский де­сант» не обо­шёл­ся без не­го. Воз­можно, Глот по­чу­ял, что в свя­зи с Брас­та­ком его пре­быва­ние на Крес­се мо­жет зна­читель­но уд­ли­нит­ся.

— Спа­сибо, Ар­ка­дий Сте­пано­вич, — Али­са вык­лю­чила ви­де­офон.

Пос­ле бе­седы ре­бята мол­ча ра­зош­лись. Но­вость о пи­ратах их за­ин­те­ресо­вала и встре­вожи­ла.

[Mich]

Нес­коль­ко дней спус­тя Али­са про­виде­офо­нила Юль­ке, и со­об­щи­ла, что до­гово­рить­ся о по­лёте на «Пе­гасе» не уда­лось. Впро­чем, Юль­ка не расс­тро­илась.

— Ну и лад­но. Зна­чит по­еду к ба­буш­ке.

Но ещё че­рез не­кото­рое вре­мя ви­де­офон заз­во­нил у Али­сы. На эк­ра­не бы­ла Юль­ка и вид у неё был та­кой тра­гичес­кий, что ка­залось — де­воч­ка сей­час раз­ре­вёт­ся.

— Ты че­го?

— Алис, вы ле­тите че­рез три дня?

— Ну да.

— А на Лу­ну бу­дете са­дить­ся?

— В Ну­би­ум. Как всег­да, для под­за­ряд­ки.

— Спро­си сроч­но Ген­на­дия Пав­ло­вича, смо­жет он ме­ня под­бро­сить до Ну­би­ума?

–?!

— Я ле­чу с ро­дите­лями на Ли­не­ар.

— Здо­рово. Ну и хо­рошо. А на Лу­ну те­бе за­чем?

— Они уже на Лу­не. На Ли­не­ар ле­тит «Ски­талец», он на Се­лене-3.

— А по­чему «Ски­талец»? Он же ис­сле­дова­тель тя­жёло­го клас­са, са­дит­ся мо­жет толь­ко на бе­зат­мосфер­ные пла­неты.

— Пос­ле слу­чая с «Кас­си­опе­ей» ис­сле­дова­ния ре­шили вес­ти на мес­те. Ну за­од­но и дос­та­вят кое-ка­кую ап­па­рату­ру МИ­Ва. А са­дит­ся бу­дем на Фел­ле, от­ту­да чел­но­ком.

— По­дож­ди, а при чём тут «Пе­гас»? Ты же мо­жешь на «То­вари­ще» до­лететь до Лу­напор­та, а там эс­та­када до Ну­би­ума.

— Я так и хо­тела. А вче­ра в эс­та­каду вле­тел ме­те­орит. И её за­пус­тят толь­ко че­рез де­сять дней. А они стар­ту­ют че­рез шесть! А до Ну­би­ума мож­но доб­рать­ся толь­ко пря­мо с Зем­ли или чел­но­ком на Лу­не! Но все рей­сы на Ну­би­ум за­резер­ви­рова­ны толь­ко для учё­ных и кос­мо­нав­тов! Ме­ня мог­ли бы вклю­чить, но не ус­пе­ют, спис­ки сос­тавля­ют за две не­дели! А чел­нок спе­ци­аль­но за мной ник­то по­сылать не бу­дет! А лу­нохо­ду ту­да ид­ти 12 ча­сов! А точ­ка воз­вра­та лу­нохо­да — 10!! А я ос­та­нусь те­перь до­ма!!! — на гла­за Юль­ки на­вер­ну­лись слё­зы.

— По­годи Юль­ка! Я сей­час!

Юль­ка плюх­ну­лась в крес­ло и ста­ла ждать. Ну на­до же так не по­вез­ти че­лове­ку!

Бук­валь­но че­рез ми­нуту раз­дался ме­лодич­ный зво­нок и эк­ран ви­де­офо­на ос­ве­тил­ся го­лубым. Юль­ка с вол­не­ни­ем под­бе­жала, но на эк­ра­не по­казал­ся По­лос­ков.

— При­вет, Юляш­ка-че­бураш­ка!

— Здрась­те, Ген­на­дий Пав­ло­вич!

— Не ре­ви. Дос­та­вим мы те­бя к стар­ту «Ски­таль­ца». Там те­бя отец за­берёт, рейс 10-н?

— Ага. А вам не вле­тит за пас­са­жира?

— Не вле­тит. За прос­то­го вле­тело бы, ты же не юн­нат и не сот­рудник Кос­мо­зо. Но для «крас­ных лы­чек» мож­но сде­лать ис­клю­чение. Так что со­бирай­ся. Старт че­рез три дня.

***
На лёт­ном по­ле Юль­ка пос­та­ралась отыс­кать «Пе­гас». Пос­ле рас­ска­зов Али­сы о её пу­тешес­тви­ях, Юль­ка пред­став­ля­ла его, как не­боль­шой ко­раб­лик. В ре­зуль­та­те взгляд де­воч­ки ос­та­новил­ся на не­боль­ших раз­ме­ров ко­раб­ле, на­поми­нав­шим бо­чонок с об­те­кате­лем, к то­му же все шли как раз к не­му. Ка­ково же бы­ло Юль­ки­но удив­ле­ние, ког­да Али­са дёр­ну­ла Юль­ку за ру­кав со сло­вами: «Юль, не от­вле­кай­ся» и они по­дош­ли к бе­лос­нежно­му, вы­сотой, как по­каза­лось де­воч­ке с че­тырё­хэтаж­ный дом ко­раб­лю, по­хоже­му на «ле­та­ющую та­рел­ку», увен­чанную дву­мя сфе­ричес­ки­ми надс­трой­ка­ми.

Ко­рабль сто­ял на че­тырёх те­лес­ко­пичес­ких опо­рах, при­под­нявшись ещё мет­ра на пол­то­ра над зем­лёй. Че­рез от­кры­тый гру­зовой люк де­лови­тые ро­боты гру­зили кон­тей­не­ры. Юля сна­чала не по­вери­ла гла­зам, но на бор­ту, меж­ду эм­бле­мой Кос­мо­зо и си­ней «звез­дой странс­твий» (эм­бле­мой эк­спе­дици­он­ных ко­раб­лей) шла яр­ко-крас­ная над­пись на рус­ском язы­ке и кос­мо­лин­гве: «Пе­гас, Зем­ля — Сол­нечная сис­те­ма, Мос­ков­ский кос­мо­порт».

Али­са взя­ла за ру­ку за­зевав­шу­юся под­ру­гу и по­тяну­ла к тра­пу: «Пой­дём, Гри­буль­ка!» Юль­ка вдруг чуть не рас­сме­ялась, вспом­нив от­ку­да взя­лось это за­бав­ное проз­ви­ще. Как-то раз Юля от­прав­ля­ла кос­мограм­му и на­зывая имя для под­пи­си (у тер­ми­нала был ре­чевой ввод), вол­ну­ясь, про­из­несла «Гриб­ко­ва Юля» так быс­тро, что компь­ютер, не ра­зоб­рав, вы­вел в ка­чес­тве под­пи­си: «Гри­буля». С тех пор к ней и прик­ле­илось — «Гри­буль­ка».

Юль­ка нем­но­го по­вози­лась с ло­жемен­том, под­го­няя его под се­бя (Паш­ка, до это­го поль­зо­вав­ший­ся крес­лом, был вы­ше рос­том и круп­нее).

— Всем при­гото­вить­ся, стар­ту­ем, — По­лос­ков от­да­вал ко­ман­ды на взлёт.

Пос­лы­шалось жуж­жа­ние и низ­кий гул. Ко­рабль мел­ко зад­ро­жал.

— За­пус­тить стар­то­вые!

Гул уси­лил­ся. Ко­рабль зад­ро­жал силь­нее.

— Всё го­тово! — из ди­нами­ка раз­дался го­лос Зе­лёно­го.

По­лос­ков обод­ря­юще под­мигнул юным пас­са­жир­кам: — Стар­ту­ем.
Гул рез­ко уси­лил­ся. «Пе­гас» дрог­нул и по­кач­нувшись по­шёл на взлёт. Юль­ку заж­му­рилась, по­чувс­тво­вав, как её при­жало к крес­лу.

На ор­би­те Юль­ка в от­ли­чие от Али­сы не ста­ла сра­зу вы­лезать из ло­жемен­та, по­дож­дав вклю­чение гра­вит­ро­на, соз­да­вав­ше­го ис­кусс­твен­ную си­лу тя­жес­ти. Али­са же, лег­ко­мыс­ленно вы­летев из ло­жемен­та, че­рез па­ру се­кунд шлёп­ну­лась (прав­да не силь­но, так как си­ла тя­жес­ти на­рас­та­ла пос­те­пен­но) пос­ре­ди руб­ки.

— С при­зем­ле­ни­ем! — ве­село про­ком­менти­рова­ла Юль­ка Али­син кон­фуз и, от­стег­нувшись, сра­зу бро­силась на об­зорную па­лубу. В об­зорном ил­лю­мина­торе по­лови­ну не­ба за­нима­ла яр­ко-го­лубая Зем­ля с ко­рич­не­во-зе­лёны­ми пят­на­ми ма­тери­ков и бе­лыми об­ла­ками над ни­ми. Над кра­ем пла­неты вид­не­лась неж­но-го­лубая по­лос­ка ат­мосфе­ры, а над ней, на бар­хатно-чёр­ном не­бе свер­ка­ли мил­ли­оны звёзд. Хо­тя Юля и не бы­ла но­вич­ком в кос­мо­се, каж­дый раз она вос­хи­щалась этим зре­лищем. Оно за­вора­жива­ло де­воч­ку до глу­бины ду­ши. От­сю­да с ор­би­ты род­ная пла­нета ка­залось та­кой прек­расной и та­кой хруп­кой в сво­ей за­вора­жива­ющей кра­соте…

— План по­лёта та­ков: по­сад­ка для под­за­ряд­ки в Ну­би­уме, там вы­сажи­ва­ем на­шего юно­го кос­мо­нав­та для пе­реда­чи из рук в ру­ки эки­пажу «Стран­ни­ка», за­тем старт к Мар­су и вы­ход че­рез по­яс ас­те­ро­идов на овер­сан, от­ку­да бе­рём курс на Си­ри­ану и на­чина­ем раз­гон для скач­ка, — со­об­щил По­лоз­ков и до­бавил спе­ци­аль­но для юных чле­нов эки­пажа: — Так что че­рез со­рок ми­нут в амор­ти­зато­ры, нач­нём ма­нёвр для по­лёта к Лу­не.

По за­вер­ше­нии ма­нёв­ра Али­са, не те­ряя вре­мени (до Лу­ны ле­теть бы­ло ещё дол­го) по­вела Юль­ку на эк­скур­сию по ко­раб­лю.

Все­го на ко­раб­ле бы­ло три ос­новных па­лубы. На сред­ней рас­по­лага­лись во­семь жи­лых ка­ют, рас­по­лагав­ши­еся вок­руг цен­траль­но­го мо­дуля, где на­ходи­лись трап и лифт, со­еди­няв­шие па­лубы и ме­дицин­ский блок. Там же на­ходил­ся кам­буз, сов­ме­щён­ный со сто­ловой и до­воль­но боль­шая ка­ют-ком­па­ния.

Ка­юта Али­сы рас­по­лага­лась вто­рой по ле­вому бор­ту. «А здесь у­ют­но», — по­дума­ла Юля. В ка­юте бы­ла кой­ка, стол с выд­вижны­ми си­день­ями, шкаф для одеж­ды и ве­щей, крес­ло; на сте­не ря­дом со вхо­дом на­ходи­лись при­бор внут­ренней свя­зи и ча­сы. В про­тиво­полож­ную вхо­ду стен­ку был вмон­ти­рован эк­ран, ими­тиро­вав­ший ил­лю­мина­тор. Свет в ка­юте да­вали флю­оро­пане­ли в по­тол­ке, а над кро­ватью на­ходил­ся сим­па­тич­ный го­лубой све­тиль­ник. Пол пок­ры­вал мяг­кий и уп­ру­гий ко­вёр, а сте­ны — свет­ло-си­ний, мяг­кий и тёп­лый на ощупь ма­тери­ал. Сле­ва от две­ри за раз­движ­ной па­нелью на­ходи­лись душ, умы­валь­ник и ту­алет.

— В по­лёте лёт­ный ком­би­незон мож­но снять, а но­сить обыч­ную одеж­ду.

— Я знаю. Он ну­жен толь­ко, ког­да мы на лёт­ной па­лубе. А там нуж­но на­ходить­ся, ког­да ко­рабль вы­ходит на ор­би­ту или схо­дит с неё, сты­ку­ет­ся, ма­нев­ри­ру­ет, ну и при взлё­те и по­сад­ке ко­неч­но.

— Ты мно­го зна­ешь о кос­мо­се и ко­раб­лях, — улыб­ну­лась Али­са. — Не ожи­дала.

— А как же! Крас­ные лыч­ки прос­то так не да­ют! — Юль­ка с гор­достью по­каза­ла на крас­ные лыч­ки и шев­рон на ру­каве ком­би­незо­на.

— А что он зна­чит? — спро­сила Али­са с лёг­кой за­вистью в го­лосе.

— Та­кие но­сят луч­шие уче­ники Дет­ской кос­ми­чес­кой шко­лы, — улыб­ну­лась Юль­ка. — Раз­ве Паш­ка те­бе та­кой не по­казы­вал?

— Нет, — по­жала пле­чами Али­са.

— Стран­но, не­уже­ли ни ра­зу не пох­вастал­ся?

— Он во­об­ще го­ворил, что до по­лёта на Пе­нело­пу в кос­мо­се ни ра­зу не был.

— Врёт, — уве­рен­но от­ве­тила Юль­ка.

Под­нявшись на вер­хнюю па­лубу, де­воч­ки вновь вер­ну­лись на об­зорный мос­тик, с ко­торо­го на­чали эк­скур­сию. В пе­ред­ней сте­не на­ходил­ся боль­шой об­зорный ил­лю­мина­тор. В слу­чае ме­те­орит­ной опас­ности ил­лю­мина­тор зак­ры­вал­ся сна­ружи спе­ци­аль­ны­ми бро­ниро­ван­ны­ми зас­лонка­ми, а на внут­реннюю по­вер­хность «стек­ла» про­еци­рова­лось изоб­ра­жение с рас­по­ложен­ных сна­ружи те­лека­мер (там же рас­по­лага­лись и мощ­ные про­жек­то­ра, ис­поль­зо­вав­ши­еся на по­вер­хнос­ти пла­нет или в те­невом сек­то­ре ор­би­ты). Сей­час в ил­лю­мина­торе вид­нелся серп Лу­ны, к ко­торой мчал­ся «Пе­гас». Али­са по­вела Юль­ку даль­ше, че­рез не­боль­шую дверь в уг­лу мос­ти­ка, за ко­торой рас­по­ложи­лись руб­ка свя­зи. Впро­чем, Юль­ка ори­ен­ти­рова­лась в ко­раб­ле не ху­же Али­сы («Пе­гас» всё-та­ки был стан­дар­тным ма­лым курь­ером, пе­реде­лан­ным в ис­сле­дова­тель и де­воч­ка без осо­бого тру­да пред­став­ля­ла се­бе схе­му ко­раб­ля). Из руб­ки че­рез та­кую же ма­лень­кую дверь Али­са и Юль­ка про­ник­ли в ла­бора­торию, где так­же рас­по­лага­лась и пуль­то­вая для уп­равле­ния на­уч­ны­ми при­бора­ми на внеш­ней пло­щад­ке. С по­мощью этих при­боров мож­но бы­ло мно­гое уз­нать о пла­нете, к ко­торой приб­ли­жал­ся «Пе­гас»: её тем­пе­рату­ру, сос­тав ат­мосфе­ры, кли­мат и про­чее, и ре­шить, сто­ит ли ис­кать здесь жи­вот­ных или, не тра­тя вре­мени по­пус­ту, про­лететь ми­мо.

Кро­ме пуль­то­вой, на вер­хней па­лубе рас­по­лагал­ся от­сек с амор­ти­заци­он­ны­ми ка­мера­ми — спе­ци­аль­ны­ми ус­трой­ства­ми, поз­во­ля­ющи­ми пе­ренес­ти силь­ные пе­рег­рузки или боль­шую си­лу тя­жес­ти. Ес­ли бы на ко­раб­ле вдруг выш­ла из строя сис­те­ма ис­кусс­твен­ной гра­вита­ции, то тог­да ко­рабль мог бы все рав­но ле­теть с очень боль­ши­ми пе­рег­рузка­ми, да­же имея на бор­ту ра­неных или де­тей. Нет­ре­ниро­ван­ные пас­са­жиры лег­ко бы пе­ренес­ли их, на­ходясь в амор­ти­зато­рах. Эти же ка­меры мог­ли ис­поль­зо­вать­ся для ана­би­оза, ес­ли бы «Пе­гас» лёг в дли­тель­ный дрейф.

На ниж­ней па­лубе ко­раб­ля ни­чего ин­те­рес­но­го не бы­ло. Там рас­по­лага­лись гру­зовые от­се­ки, от­сек для пе­ревоз­ки жи­вот­ных (на­вер­ное, са­мый боль­шой на ко­раб­ле), обо­рудо­ван­ный спе­ци­аль­ным шлю­зом и ап­па­релью). А так­же пост ме­хани­ка, глав­ный компь­ютер ко­раб­ля, сис­те­мы жиз­не­обес­пе­чения и уп­равле­ния ис­кусс­твен­ной гра­вита­ци­ей и ан­гар с вез­де­хода­ми, слу­жеб­ным ро­ботом, пла­нетар­ным и взлёт­но-по­садоч­ным ка­тера­ми (ко­торый мог ис­поль­зо­вать­ся и как чел­нок на ор­би­те).

В надс­трой­ках бы­ло нам­но­го ин­те­рес­нее. В пе­ред­ней рас­по­лага­лась лёт­ная па­луба с хо­довой и на­вига­ци­он­ной руб­ка­ми, а в зад­ней спа­сатель­ная сис­те­ма с не­боль­шим спа­сатель­ным ка­тером, док с вспо­мога­тель­ны­ми спут­ни­ками и сты­ковоч­ный узел (ко­торый По­лос­ков по­чему-то на­зывал «мост по­целу­ев»). Юль­ка по­жала пле­чами: «При чём тут по­целуи? Обыч­ный тон­нель-тру­ба с шлю­зом на од­ном кон­це и пе­реход­ни­ком на дру­гом».

Меж­ду надс­трой­ка­ми рас­по­лага­лись пло­щад­ка с ан­тенна­ми и при­бора­ми, на ко­торую вёл не­боль­шой ре­мон­тный лаз, свя­зан­ный с шлю­зом вер­хне­го ос­новно­го лю­ка (а все­го ос­новных лю­ков на «Пе­гасе» бы­ло три). В ат­мосфе­ре при­боры зак­ры­вались за­щит­ны­ми кол­па­ками. В кос­мо­се створ­ки кол­па­ков рас­хо­дились в сто­роны и ан­тенны и дат­чи­ки раз­во­рачи­вались на сво­их фер­мах, крон­штей­нах и дер­жа­телях, зак­ры­вая верх ко­раб­ля ажур­ной «шля­пой».

Как уже бы­ло ска­зано, ос­новных лю­ков на «Пе­гасе» бы­ло три: ниж­ний рас­по­лагал­ся око­ло трю­мов и на­зывал­ся де­сан­тный, по­тому что из не­го вы­ходи­ли на по­вер­хность пла­неты по выд­вижно­му тра­пу; че­рез вер­хний (око­ло ла­бора­тории) пе­рехо­дили со спе­ци­аль­ной пло­щад­ки на под­ле­тев­ший пла­нетар­ный ка­тер или вы­ходи­ли в от­кры­тый кос­мос (при не­об­хо­димос­ти, т.к. для это­го пред­назна­чал­ся ре­мон­тный лаз на вер­хней пло­щад­ке). Но мож­но бы­ло вый­ти из не­го и на по­вер­хность, для это­го из лю­ка по до­пол­ни­тель­но­му склад­но­му тра­пу спус­ка­лись на спе­ци­аль­ную пло­щад­ку у ос­новно­го тра­па и уже по не­му даль­ше на по­вер­хность. Был ещё гру­зовой люк со шлю­зовым пор­та­лом, че­рез ко­торый на пла­нету спус­кался вез­де­ход и в трю­мы заг­ру­жались жи­вот­ные.

В са­мом ни­зу «Пе­гаса» (ку­да Юль­ку с Али­сой, не пус­ти­ли и приш­лось до­воль­ство­вать­ся вир­ту­аль­ной схе­мой ко­раб­ля) на­ходи­лась его глав­ная часть: пла­нетар­ные и мар­ше­вый дви­гате­ли, ус­ко­рите­ли, сис­те­ма обес­пе­чения гра­вита­ци­он­ных скач­ков и глав­ная энер­ге­тичес­кая ус­та­нов­ка. Кро­ме этих ус­трой­ств на ко­раб­ле на­ходи­лись сис­те­мы ма­нев­ри­рова­ния и за­щиты от ме­те­ори­тов: их бло­ки рас­по­лага­лись сни­зу и свер­ху ко­раб­ля.

В хо­довой руб­ке на­ходил­ся боль­шой об­зорный ил­лю­мина­тор и нес­коль­ко эк­ра­нов пе­ред ко­торы­ми рас­по­лага­лись пульт уп­равле­ния и три крес­ла-ло­жемен­та: для ка­пита­на, вто­рого пи­лота и штур­ма­на. Обыч­но край­ние крес­ла за­нима­ли По­лос­ков и Се­лез­нёв, а сред­нее ос­та­валось пус­тым (ес­ли его не за­нимал Зе­лёный), ря­дом с ним рас­по­лагал­ся спе­ци­аль­ный ло­жемент для Али­сы. Во­об­ще-то он дол­жен был быть сза­ди, но как из­вес­тно Али­са ре­бёнок очень не­посед­ли­вый. Од­нажды Али­са слу­чай­но пе­ревер­ну­ла на­вига­ци­он­ную сфе­ру на глав­ном мо­нито­ре (это та­кой проз­рачный в вык­лю­чен­ном сос­то­янии шар на под­став­ке пос­ре­ди руб­ки), на­вига­ци­он­ный компь­ютер при­нял всё за чис­тую мо­нету, а По­лос­ков, уви­дев это бе­зоб­ра­зие и не ра­зоб­равшись (опыт­но­му «звёз­дно­му вол­ку» прос­то в го­лову не мог­ло прий­ти, что кто-то, пусть и слу­чай­но, мо­жет сде­лать та­кую от­кро­вен­ную глу­пость: по­менять мес­та­ми зе­нит с на­диром), дал ко­ман­ду скор­ректи­ровать курс. И «Пе­гас» це­лый час ле­тел вверх но­гами (прав­да в кос­мо­се это в прин­ци­пе не име­ет зна­чения). Не­лад­ное по­чувс­тво­вали, под­ле­тая к Ма­лому Ар­кту­ру, по­тому что пла­нета ока­залась не ни­же ус­ловно­го го­ризон­та, как дол­жно бы­ло быть, а вы­ше. По­это­му Се­лез­нёв, вы­пол­нявший в по­лёте обя­зан­ности штур­ма­на, пред­по­читал во вре­мя ко­рабель­ных ма­нёв­ров дер­жать дочь в по­ле зре­ния.

Сза­ди, меж­ду по­хожим на пю­питр ди­рижё­ра пуль­том уп­равле­ния сты­ков­кой и шлю­зова­ни­ем, и па­неля­ми уп­равле­ния ис­кусс­твен­ной гра­вита­ци­ей и глав­ной энер­го­ус­та­нов­кой, рас­по­лага­лись ло­жемен­ты пас­са­жиров: сей­час их бы­ло три, ле­вый за­нима­ла Ки­ра Се­лез­нё­ва (ле­тев­шая с ока­зи­ей на Змо­ром-2), в сред­ний уса­дили Юлю, а пра­вый ос­та­вал­ся пус­тым.

При под­лё­те к Лу­не де­вочек жда­ло ещё од­но прик­лю­чение. Ког­да «Пе­гас» вы­шел на ор­би­ту, к Юль­ке по­дошёл Зе­лёный и спро­сил:
— Хо­чешь по­бывать в кос­мо­се?

— А я сей­час где? — уди­вилась Юля.

— Сей­час ты то же в кос­мо­се, но в ко­раб­ле, а я пред­ла­гаю те­бе по­бывать сна­ружи.

— Ко­неч­но хо­чу!

— Тог­да го­товь­ся.

— А мне мож­но? — Али­са обер­ну­лась к Зе­лёно­му.

— Ра­зуме­ет­ся. Но бу­дешь во всём слу­шать­ся ме­ня и Юлю.

— Сог­ласна.

Юля с Али­сой быс­тро пе­ре­оде­лись и вско­ре уже бы­ли в там­бу­ре шлю­зовой ка­меры. Юля по­дош­ла к па­нели, на­дела мас­ку и, как её учи­ли, сде­лала нес­коль­ко вдо­хов спе­ци­аль­ной ды­хатель­ной сме­си, что­бы «про­мыть» лёг­кие. По­том взоб­ра­лась по спе­ци­аль­ной ле­сен­ке и лов­ко (не зря столь­ко тре­ниро­валась в Дет­ской шко­ле кос­мо­нав­тов) ныр­ну­ла в люк вне­кора­бель­но­го ска­фан­дра. Раз­дался щел­чок, что-то хлоп­ну­ло, пис­кну­ло и ли­цо де­воч­ки об­ду­ло по­током воз­ду­ха. Юль­ка вы­дох­ну­ла, сно­ва глу­боко вдох­ну­ла и вы­дох­ну­ла ещё раз. На ма­лень­ком пуль­те на гру­ди за­горел­ся зе­лёный ого­нёк.

— Я го­това! — ска­зала Юля.

— Ви­жу, мо­лодец! — го­лос Зе­лёно­го раз­дался над са­мым ухом. — По­моги Али­се.

— Я то­же го­това! — вско­ре отоз­ва­лась Али­са.

«Ка­кой же он не­удоб­ный, этот ВКС. Мы в них по­хожи на ро­ботов», — по­дума­ла она.

— Сей­час от­клю­чим гра­вита­цию и всё бу­дет в по­ряд­ке. На зем­ную тя­жесть этот ска­фандр не рас­счи­тан, — ус­по­ко­ила её Юль­ка.

Шлю­зовая ка­мера вер­хне­го лю­ка бы­ла од­ним из двух по­меще­ний на ко­раб­ле, где ис­кусс­твен­ную си­лу тя­жес­ти мож­но бы­ло от­клю­чить от­дель­но от ос­таль­ных от­се­ков (где гра­вита­ция бы­ла пос­то­ян­ной). Дру­гим по­меще­ни­ем был трюм для жи­вот­ных. Зе­лёный про­тянул ру­ку к пуль­ту и на­жав нес­коль­ко кно­пок, щёл­кнул тум­бле­ром. Юль­ка вдруг по­чувс­тво­вала, как пол ушёл из-под ног, а тя­жёлый и не­удоб­ный ска­фандр стал вдруг ощу­щать­ся, как обыч­ный, де­сан­тный. Но ес­ли для Юль­ки ощу­щения бы­ли при­выч­ны­ми (и в гид­ро­кос­мо­се тре­ниро­валась и в ан­тигра­ве), то для Али­сы, при­вык­шей ле­тать на ко­раб­лях с ис­кусс­твен­ной си­лой тя­жес­ти ощу­щения бы­ли не­обыч­ны­ми. Али­са да­же по­теря­ла по­нача­лу ори­ен­та­цию, не бы­ло при­выч­ных ощу­щений вер­ха и ни­за, единс­твен­ным чувс­твом бы­ло ощу­щение пос­то­ян­но­го па­дения, прав­да че­рез не­кото­рое вре­мя ис­чезло и оно.

— Али­са, да­леко не уле­тай! — зас­ме­ялась Юль­ка.

Зе­лёный зак­рыл внут­ренний люк шлю­за, под­плыл к пуль­ту и на­жал не­боль­шой ры­чажок, сняв пре­дох­ра­нитель. Юля ощу­тила ка­кое-то ми­молёт­ное дви­жение. «На­вер­но это воз­дух вы­ходит из шлю­за», — до­гада­лась она. Лам­пы ста­ли све­тить чуть яр­че (хо­тя мо­жет быть это толь­ко по­каза­лось Юль­ке), за­тем по­гас­ли. Ос­та­лась толь­ко под­свет­ка лю­ка и пуль­тов. Сде­лав знак Али­се, Юль­ка вслед за Зе­лёным ныр­ну­ла в лаз ре­мон­тно­го лю­ка. Вып­лыв на­ружу Юль­ка лов­ко вы­тяну­ла из по­яса стра­ховоч­ный фал и прис­тегну­ла к нап­равля­ющим, про­делав за­тем ту­же ма­нипу­ляцию со ска­фан­дром Али­сы.

— Мо­лодец! — пох­ва­лил её Зе­лёный. — Не зря крас­ные лыч­ки по­лучи­ла.

— Зе­лёный, а ес­ли я не прис­тегнусь, то мо­гу, слу­чай­но от­тол­кнув­шись уле­теть в от­кры­тый кос­мос?

— От­ле­теть от ко­раб­ля в этом слу­чае ты, ра­зуме­ет­ся, мо­жешь. Но это не фа­таль­но. Прос­то бу­дешь так же кру­тит­ся по ор­би­те вок­руг Лу­ны, ска­фандр рас­счи­тан на де­сять ча­сов ав­то­номии, а за это вре­мя ка­тер «Пе­гаса» или лю­бого дру­гого ко­раб­ля, ко­торый бу­дет поб­ли­зос­ти, впол­не ус­пе­ет те­бя дог­нать и зах­ва­тить в «ко­шель». Что бы пре­одо­леть при­тяже­ние Лу­ны и уле­теть, кос­мо­нав­ту бы приш­лось прик­ре­пить к се­бе дви­гатель кор­рекции ор­би­ты от тя­жёло­го спут­ни­ка и вклю­чить его на пре­дель­ную тя­гу. Вот тог­да мо­жет быть ему и уда­лось бы по­лучить нуж­ное ус­ко­рение, а мо­жет быть и не уда­лось.

«Ко­шель» Юля ви­дела. Это был спе­ци­аль­ный зах­ват с сет­кой, с по­мощью ко­торо­го ло­вили раз­личные пред­ме­ты на ор­би­те или слу­чай­но отор­вавших­ся от ко­раб­ля кос­мо­нав­тов. Осо­бен­ность это­го зах­ва­та бы­ла в том, что он сам при­тяги­вал­ся к нуж­но­му пред­ме­ту и что бы про­мах­нуть­ся «ко­шелем» ми­мо це­ли нуж­но бы­ло очень силь­но пос­та­рать­ся.

Али­са вслед за Юль­кой взя­лась за ог­ражде­ние тра­па и ста­ла пе­реби­рать­ся на вер­хнюю пло­щад­ку «Пе­гаса». Сде­лать это бы­ло не труд­но, но де­воч­ка нем­но­го не рас­счи­тала уси­лия.

— Алис­ка, ты ку­да? — Юля схва­тила Али­су за но­гу и под­тя­нула об­ратно на трап.

— Не то­ропись, Алис­ка. Ты в не­весо­мос­ти, по­это­му рез­ких дви­жений не де­лай. Дви­гай­ся, буд­то плы­вёшь, — объ­яс­ни­ла ей Юль­ка. — Я ду­мала ты опыт­нее. С че­тырёх лет в кос­мо­се бол­та­ешь­ся всё-та­ки.

— Так ведь сей­час не­весо­мос­ти на ко­раб­лях нет, — вздох­ну­ла Али­са.

Юля взоб­ра­лась на пло­щад­ку и ог­ля­нулась. Под «Пе­гасом» чуть под уг­лом бы­ла по­вер­хность Лу­ны. Ко­рабль под­ле­тал к тер­ми­нато­ру, и боль­шая часть лун­ной по­вер­хнос­ти бы­ла ещё в тем­но­те. Лун­ная по­вер­хность ка­залась тём­но-зе­лено­ватой и бар­ха­тис­той. Круп­ные кра­теры бы­ли ос­ве­щены блед­ным се­рова­то-го­лубым све­том Зем­ли. Под са­мым ко­раб­лём вид­не­лись ог­ни стан­ции Порт Ну­би­ум (Га­вань Об­ла­ков), од­ной из че­тырёх боль­ших лун­ных стан­ций, в ко­торой на сле­ду­ющем вит­ке дол­жен со­вер­шить по­сад­ку «Пе­гас». А Али­се вдруг ста­ло жут­ко, ей по­каза­лось, что сей­час она сор­вётся с бор­та ко­раб­ля и ух­нет вниз на по­вер­хность Лу­ны, до ко­торой нес­коль­ко ки­ломет­ров. Де­воч­ка заж­му­рилась и вце­пилась в стра­ховоч­ный по­ручень.

— Алис… ты что? — встре­воже­но спро­сила Юль­ка. Хо­тя ли­ца Али­сы она из-за опу­щен­но­го све­тофиль­тра ви­деть не мог­ла, но за­то уви­дела её су­дорож­но сжа­тые паль­цы. — Ты же в не­весо­мос­ти, ни­куда ты не упа­дёшь!

«И прав­да, че­го это я?» — уди­вилась Али­са.

— Не пе­режи­вай. Это на­зыва­ет­ся «страх но­вич­ка». Это Юль­ка у нас тре­ниро­ван­ная…

— А я в от­кры­том кос­мо­се впер­вые, — про­дол­жи­ла Али­са.

— Это ис­пы­тыва­ют все кос­мо­нав­ты. Не ты пер­вая, не ты пос­ледняя, — ус­по­ко­ила под­ру­гу Юль­ка.

На­конец они всту­пили на ан­тенную пло­щад­ку и сно­ва ог­ля­делись: вок­руг бы­ло бар­хатно-чёр­ное не­бо с мил­ли­ар­да­ми звёзд и ши­роким бе­ло-го­лубым сер­пом Зем­ли, а с дру­гой сто­роны бы­ла Лу­на, из-за го­ризон­та ко­торой по­каза­лось Сол­нце. Вда­ли и ле­вее от Ну­би­ума вид­не­лись ку­пола Лу­нопор­та — глав­ной ба­зы Лу­ны, це­лого го­рода на лун­ной по­вер­хнос­ти. Со стар­то­вого по­ля Лу­нопор­та под­нялся ко­рабль.

— Лу­нолёт «То­варищ», мар­шрут Лу­нопорт — Мос­ква, — раз­дался в шле­ме го­лос Али­сы. — От­прав­ля­ет­ся два ра­за в сут­ки.

Она (как по­каза­ла ей Юль­ка) вклю­чила маг­нитные по­дош­вы и чуть не спот­кну­лась: но­ги на­мер­тво при­лип­ли к нас­ти­лу.

— Алис, ка­кая же ты всё-та­ки не­умё­ха. Сна­чала отор­ви пят­ку, маг­нит вык­лю­чит­ся, пос­ле от­ры­вай но­сок. Нас­ту­пай сна­чала на пят­ку, маг­нит вклю­чит­ся и но­сок сам опус­тится на нас­тил.

Али­са шаг­ну­ла, это ока­залось неп­ри­выч­но, но нес­ложно.

— Вер­нёмся, пос­туплю в Дет­скую кос­ми­чес­кую шко­лу! — с до­садой в го­лосе про­из­несла Али­са.

— По­дой­ди­те сю­да, ре­бята, — поз­вал Зе­лёный. Юль­ка и Али­са ока­зались буд­то в ме­тал­ли­чес­ком ле­су: боль­шинс­тво крон­штей­нов на пло­щад­ке уже раз­верну­лись.

— Дер­жи­те этот ры­чаг.

Али­са и Юля вста­вили но­ги в дер­жа­тели у ос­но­вания мач­ты и по­тяну­ли за не-боль­шой се­реб­ристый ры­чаг. Зе­лёный чем-то стук­нул, по­тянул. В крон­штей­не щёл­кну­ло (Юль­ка уже на­учи­лась вос­при­нимать зву­ки в ва­ку­уме те­лом) и над де­воч­ка­ми раз­верну­лось квад­ратное по­лот­ни­ще.

— По­ра воз­вра­щать­ся.

Юль­ка ещё раз ог­ля­нулась. «Пе­гас» ле­тел уже над ос­ве­щён­ной по­вер­хностью Лу­ны, ок­ра­шен­ный в ли­ловые, ро­зово-бе­жевые, си­рене­вые и зе­лено­ватые от­тенки. Вда­леке по­каза­лась мач­та ба­зы Спо­кой­ствия, а нем­но­го даль­ше вид­не­лись Тав­ри­чес­кие го­ры. У их под­но­жия на­ходи­лась ещё од­на круп­ная ба­за — Тавр. Нес­коль­ко лет на­зад там ис­пы­тыва­ли Сэ­тав­ров — мощ­ных ро­ботов для до­бычи по­лез­ных ис­ко­па­емых. Око­ло ба­зы Спо­кой­ствия вид­нелся ка­кой-то пред­мет. Юля вгля­делась вни­матель­ней. «Это же мо­дуль «Апол­ло­на-11», — до­гада­лась де­воч­ка.

Че­рез сут­ки пу­ти под­руг ра­зош­лись. «Пе­гас» стар­то­вал к Глав­но­му по­ясу для вы­хода в Глу­бокий кос­мос, а Юль­ку тран­спортный лу­ноход (на ко­тором за ней при­был отец) дос­та­вил к стар­то­вой пло­щад­ке «Се­лена-3», где ждал «Ски­талец». За двое су­ток ос­та­вав­ши­еся до стар­та ни­чего осо­бен­но­го не прик­лю­чилось, кро­ме од­но­го ма­лень­ко­го про­ис­шес­твия, зна­чение ко­торо­го Юль­ка по­няла поз­же. Де­воч­ка уп­ро­сила от­ца взять её с со­бой на по­вер­хность Лу­ны. По­дой­дя к краю пло­щад­ки, на ко­торый сто­ял «Стран­ник», Юль­ка с ин­те­ресом при­нялась раз­гля­дывать сто­яв­шую в ки­ломет­ре от них мач­ту рет­ран­сля­тора и за­мети­ла ка­кой-то пред­мет, поб­лёски­вав­ше­го зе­лено­ватой ис­крой сре­ди си­зо-си­рене­вого ре­голи­та. Это по­каза­лось Юль­ке нем­но­го стран­ным, но на яр­ко ос­ве­щён­ной ут­ренним сол­нцем по­вер­хнос­ти бы­ло труд­но что-ли­бо рас­смот­реть, и она ре­шила по­дой­ти бли­же.

— Юля, ты ку­да? — ок­ликнул её отец.

— Я сей­час, пап. Там что-то блес­тит!

— Са­ша, приг­ля­ди за ней, — Вла­димир ок­ликнул ла­боран­тку Са­шу Си­дорен­ко, по­могав­шую заг­ру­жать кон­тей­нер на ро­бокар.

— Смот­ри, тё­тя Саш, — Юль­ка по­каза­ла на зе­лено­ватую приз­му, тор­чавшую из-под кам­ня.

— Ин­те­рес­но, — Са­ша сде­лала па­ру сним­ков на­ход­ки наг­рудной ка­мерой. — Зе­лёная пи­рамид­ка…

— И по­хожа на стек­лянную.

— Жаль дос­тать мы её не смо­жем, ка­мень слиш­ком боль­шой.

— Да, жал­ко.

Но вско­ре Юль­ка за­была про на­ход­ку, а ещё че­рез день «Стран­ник» взял курс на пла­нету Ли­не­ар, ко­торую мно­гие кос­мо­нав­ты на­зыва­ли «близ­не­цом Зем­ли».

[Mich]

Че­рез нес­коль­ко дней «Ски­талец» во­шёл в сис­те­му Те­оны и взял курс на третью пла­нету — Ли­не­ар.

Юль­ка сто­яла пе­ред об­зорным ил­лю­мина­тором на мос­ти­ке и смот­ре­ла на приб­ли­жа­ющий­ся шар пла­неты. «Ски­талец», пре­одо­лев бес­ко­неч­ную без­дну Глу­боко­го кос­мо­са, на­конец-то приб­ли­жал­ся к га­вани, на­мере­ва­ясь че­рез нес­коль­ко ча­сов вый­ти на ор­би­ту спут­ни­ка пла­неты Фел­лы. Юль­ка лю­била смот­реть на пла­неты с ор­би­ты. Ли­не­ар дей­стви­тель­но был прак­ти­чес­ки не­от­ли­чим от Зем­ли: та­кие же ма­тери­ки, мо­ря и об­ла­ка, да­же Фел­ла, единс­твен­ный спут­ник пла­неты был не­от­ли­чим от Лу­ны.

«Ски­талец» со­вер­шил по­сад­ку на по­садоч­ной пло­щад­ке Лун­нар-4. По­ка ро­боты раз­гру­жали ко­рабль, учё­ные (и вмес­те с ни­ми Юль­ка) от­пра­вились на ба­зовую стан­цию Се­лес­та, что­бы от­ту­да от­пра­вить­ся на по­вер­хность пла­неты в кос­мо­порт Но­вого Ала­та.

«Да, Фел­ла и Лу­на — близ­не­цы», — по­дума­ла Юль­ка, гля­дя на пус­тынный пей­заж за ок­ном ва­гона, мча­щего­ся по эс­та­каде к стан­ции. Вок­руг бы­ла точ­но та­кая же как на Лу­не се­ро-си­зая рав­ни­на за ко­торой, на близ­ком го­ризон­те, вид­не­лись низ­кие по­логие го­ры (на са­мом де­ле быв­шие сте­ной ог­ромно­го кра­тера), ос­ве­щён­ные по­луден­ным сол­нцем, си­яющем на уголь­но-чёр­ном не­бе. Кое-где вид­не­лись круп­ные ва­луны, иног­да встре­чались рос­сы­пи мел­ких кам­ней, ма­лень­кие кра­теры, а од­нажды Юль­ка уви­дела да­же уз­кую тре­щину, тём­ной зме­ёй пе­ресёк­шую пус­ты­ню.
Не­ожи­дан­но Юль­ка вспом­ни­ла про стран­ную пи­рамид­ку, уви­ден­ную на Лу­не.

«От­ку­да она там взя­лась? За все двад­цать лет, что су­щес­тву­ет Ну­би­ум, на треть­ей пло­щад­ке не бы­ло ни од­ной ава­рии. Ник­то ни­чего там не те­рял. Да и не­уже­ли ник­то не за­метил эту пи­рамид­ку? — Юль­ка ещё раз взгля­нула на фо­тог­ра­фии, сде­лан­ные Са­шей. Из-под боль­шо­го ва­луна вид­не­лась че­тырёх­гран­ная глад­кая пи­рамид­ка из зе­лёно­го, на­поми­на­юще­го бу­тылоч­ное стек­ло ма­тери­ала. Ос­но­вание пи­рамид­ки бы­ло скры­то где-то под ва­луном. А тень не поз­во­ляла раз­гля­деть, бы­ла ли пи­рамид­ка пус­то­телой или сплош­ной. Прав­да на од­ном сним­ке Юль­ка за­мети­ла зо­лотис­тые ис­корки поб­лёски­вав­шие из­нутри пи­рамид­ки. Но яр­ко си­яющая в све­те сол­нца зе­лёная грань не поз­во­ляла раз­гля­деть под­робнос­тей.

В Но­вом Ала­те Юль­ке бы­ло скуч­но. Лу не­делю на­зад уле­тела с от­цом на Ма­гу­аре в даль­ний кос­мос. И Юль­ка, что бы не ску­чать, це­лые дни про­води­ла или на рас­копках, или в ла­бора­тори­ях. Ар­хе­оло­ги с удо­воль­стви­ем рас­ска­зыва­ли лю­боз­на­тель­ной де­воч­ке об ин­те­рес­ных на­ход­ках, а Юль­ка с лю­бопытс­твом раз­гля­дыва­ла мед­ные брош­ки, оло­вян­ные пу­гови­цы, се­реб­ря­ные пряж­ки и про­чие пред­ме­ты, най­ден­ные в Цар­ском кур­га­не.

— Жал­ко, Зуй­ка у­еха­ла. Вы бы с ней под­ру­жились, — ска­зал ей од­нажды Дэн, вы­сокий как ка­лан­ча ли­не­арец, по сов­мести­тель­ству бас­кетбо­лист ин­сти­тут­ской сбор­ной.

Но боль­ше все­го Юль­ку за­ин­те­ресо­вали за­гадоч­ные зе­лёные «крис­таллы», най­ден­ные на рас­копках, и из-за ко­торых и про­изош­ло на­паде­ние на «Кас­си­опею». Но пи­рамид­кой, ви­ден­ной Юль­кой на Лу­не, ар­хе­оло­ги не за­ин­те­ресо­вались.

— Есть что-то схо­жее, но ни­чего тол­ком не раз­гля­дишь, — за­яви­ли ей Дэн и ла­борант Сер­гей Ко­пён­кин, вмес­те с Са­шей изу­чав­шие та­инс­твен­ные «крис­таллы».

Здесь на Ли­не­аре Юль­ка, на­конец смог­ла рас­смот­реть за­гадоч­ные ар­те­фак­ты. «Пи­рамид­ка» (так учё­ные на­зыва­ли на­ход­ки) выг­ля­дела как боль­шой ка­ран­даш сан­ти­мет­ров трид­цать дли­ной и ди­амет­ром сан­ти­мет­ров де­сять из зе­лёно­го стек­ло­вид­но­го ма­тери­ала («ал­ма­зопо­доб­ная струк­ту­ра из уг­ле­род-си­ликат­но­го ком­по­зита», — так ска­зал про неё Сер­гей). Сни­зу «ка­ран­даш был плос­ким (на не­кото­рых вид­не­лись кон­цен­три­чес­кие бо­роз­ды), а свер­ху за­ос­трял­ся. При этом те­ло ка­ран­да­ша име­ло во­семь гра­ней, пе­рехо­див­ших в че­тыре на ос­трие, дей­стви­тель­но пред­став­лявшим со­бой пи­рамид­ку, на­подо­бие ви­ден­ной Юль­кой. Меж­ду на­конеч­ни­ком и те­лом «ка­ран­да­ша» по­меща­лось уз­кое вы­пук­лое коль­цо из зо­лотис­то­го ме­тал­ла.

На прос­вет внут­ри «крис­талла» вид­не­лись утол­щённые стен­ки (внут­ренняя гра­ница ко­торых рас­плы­валась) и стран­ные зе­лено­вато-жёл­тые и крас­ные ку­бики, ви­сев­шие по­доб­но ви­ног­ра­динам на цен­траль­ном стер­жне из си­него по­луп­розрач­но­го ма­тери­ала. У са­мого ос­трия стер­жень рас­ши­рял­ся, пе­рехо­дя в се­реб­ристую плас­тинку, на­поми­на­ющую зер­каль­це.

— А внут­ри что? Жид­кость? — спро­сила Юль­ка, за­метив, как внут­ри ко­лых­нувшей­ся пи­рамид­ки пош­ли вол­ны.

— Мас­ло на ос­но­ве си­лико­на. А ку­бики, как это ни стран­но — уль­тра­элек­трон­ные и фо­тон­ные схе­мы. Цен­траль­ный стер­жень из ме­тал­ло­ор­га­ничес­ко­го ком­по­зита на ос­но­ве ме­ди и хро­ма.

— То есть это элек­трон­ный при­бор?!

— А са­мое глав­ная за­гад­ка, Юль­ка, — Дэн сде­лал эф­фек­тный раз­во­рот на вра­ща­ющем­ся крес­ле. — Са­мая глав­ная за­гад­ка в том, кто из­го­товил та­кой слож­ный при­бор ты­сячу лет на­зад? В са­мый раз­гар Сред­не­вековья?

— Иноп­ла­нетя­не?

— Стран­ни­ки! — та­инс­твен­ным шё­потом от­ве­тил Дэн.

— Во вся­ком слу­чае над­пи­си в хра­ме, ко­торый мы ко­па­ем час­то упо­мина­ют бе­ту Боль­шой баш­ни. У вас мно­го ми­фов свя­зан­ных с этой звез­дой. А у нас на Зем­ле эта звез­да — сред­няя в по­ясе Ори­она. А край­ние это, со­от­ветс­твен­но, гам­ма и дель­та Баш­ни, об­ра­зу­ющие Бой­ни­цу. И на Зем­ле то­же не­мало ми­фов, свя­зан­ных с По­ясом Ори­она, — до­бавил Сер­гей.

— У нас и с Ве­гой мно­го свя­зано, а на Ли­не­аре — это звез­да Стел­ла.

— И то­же ге­ро­иня ми­фов, Алек­сан­дра, — ска­зал Дэн, вы­рази­тель­но пог­ля­дев на Са­шу.

Раз­га­дать тай­ну «пи­рамид­ки» учё­ным по­ка ни­как не уда­валось.

На сле­ду­ющий день Юль­ка вновь приш­ла в ла­бора­торию, ей хо­телось пос­мотреть как ис­сле­ду­ют «пи­рамид­ку».

— Единс­твен­ное, что по­ка уда­лось ус­та­новить, это то, что на­ша та­инс­твен­ная «пи­рамид­ка» яв­ля­ет­ся пре­об­ра­зова­телем элек­тро­маг­нитных волн, — рас­сужда­ла Са­ша, си­дя на ди­ване в ла­бора­тории. Юль­ка при­мос­ти­лась ря­дом, раз­гля­дывая фо­тог­ра­фии в ка­тало­ге не­дав­них на­ходок.

— И до­воль­но спе­цифи­чес­ким. Её из­лу­чение вы­зыва­ет бе­зумие у жи­вых су­ществ.

— Над­пись в Хра­ме гла­сит, — Дэн при­щурил­ся, вспо­миная, — что «не­бес­ный ка­мень рас­кро­ет счас­тли­вому об­ла­дате­лю все тай­ны Все­лен­ной, но наг­ра­дит бе­зуми­ем…»

— Над­пись не пол­ная, так что про­дол­же­ния фра­зы мы не зна­ем. Мо­жет там ска­зано об ус­ло­ви­ях, при ко­торых «пи­рамид­ка» сво­дит с ума, — до­бави­ла Са­ша.

— По­ка мы не рас­кры­ли ни од­ной тай­ны Все­лен­ной, толь­ко наб­лю­да­ем бе­зум­ных мор­ских сви­нок, — скеп­ти­чес­ки воз­ра­зил Сер­гей. — Ты как ду­ма­ешь, Юляш­ка?

— Но ведь мор­ские свин­ки не ра­зум­ные. Мо­жет по­это­му тайн Все­лен­ной и не рас­кры­ли пос­ле ва­ших опы­тов, — в тон Сер­гею от­ве­тила Юль­ка, отор­вавшись от ка­тало­га.

— Ус­та­ми мла­ден­ца гла­голет ис­ти­на, кол­ле­ги.

— Но ес­ли у них нет ра­зума, то и схо­дить им не с че­го, — до­бави­ла Са­ша.

— А они схо­дят. Ра­зум­ный до­вод, — Дэн по­вер­нулся к компь­юте­ру.

— Ре­бята, а ведь мы по су­ти пов­то­ря­ем всё те же опы­ты, что ли­не­ар­цы до на­шего при­бытия. Ни­чего но­вого. В ре­зуль­та­те по­луча­ем толь­ко ко­личес­твен­ные дан­ные.

— Алек­сан­дра, а от­ку­да нам взять но­вые ус­ло­вия? Спе­ци­алис­ты из Сал­лей­нско­го Ин­сти­тута прик­ладной ис­то­рии уз­на­ли, что во вре­мя гро­зы над хра­мом «пи­рамид­ки» при­вели к вспыш­ке пси­хоза у тол­пы. Мы зна­ли к то­му вре­мени, что «пи­рамид­ка» ре­аги­ру­ет на элек­тро­маг­нитные вол­ны и пе­ре­из­лу­ча­ет их, мо­дули­руя осо­бым об­ра­зом. Мы приш­ли к вы­воду, что при­чиной про­ис­шес­твия у хра­ма бы­ло элек­тро­маг­нитное из­лу­чение во вре­мя мощ­но­го раз­ря­да мол­нии, пре­лом­лённое в «пи­рамид­ке», — на­пом­нил Дэн. — И мы пос­то­ян­но пов­то­ря­ем в опы­тах те же ус­ло­вия.

— Поп­ро­бу­ем из­ме­нить мо­дуля­цию.

— И как ты со­бира­ешь­ся про­верить ин­теллек­ту­аль­ные спо­соб­ности сви­нок?

— Для на­чала поп­ро­бу­ем ла­биринт и «хит­рые» кор­мушки. Но сна­чала прос­то про­верим эф­фект.

— Мож­но мне пос­мотреть?

— Ко­неч­но, Юля. Пос­той там за стек­лом, — Са­ша по­каза­ла в сто­рону смот­ро­вого ок­на.

Юль­ка выш­ла в смот­ро­вой ко­ридор, наб­лю­дая за дей­стви­ями ла­боран­тов. Дэн зак­ре­пил пи­рамид­ку и нап­ра­вил на неё из­лу­чатель. Эк­спе­римент на­чал­ся. Из­лу­чатель мед­ленно полз по кру­гу, об­лу­чая пи­рамид­ку с раз­ных сто­рон. И пос­те­пен­но приб­ли­жал­ся к цен­тру шка­лы, находившуюся нап­ро­тив смот­ро­вого ок­на, за которым стояла девочка…

[Uldis]

Ну, а дальше?!
Что ни начну читать, всё обрывается...
Что "Мир грёз", что "Двадцатый век возвращается", что твоё продолжение...

[I-16]

"Двадцатый век возвращается", что твоё продолжение...

ага. Сам в шоке. Всё хочу продолжить "Двадцатый век возвращается", но никак не сяду.
Всё мешают какие-то текучие дела...

[Mich]

Ну, а дальше?!

Я уже не пишу фанфиков — я уже сам публикующийся писатель, у меня своя вселенная и свои герои. Поэтому и продолжения нет — фанфикшн мне уже неинтересен. Но не огорчайтесь. Во-первых, фанфик был написан на основе оригинальных повестей: "Загадка «пирамидок»", "Я — из будущего!" и "Сквозь время", и здесь вы можете прочитать повесть "Загадка «пирамидок»" (остальные ещё не опубликованы). А во-вторых, полный вариант фика "Кристалл мудрости" вы можете найти здесь (на Ромке я по некоторым причинам больше не публикуюсь принципиально, уж извините).

[ZYOBRA_70]

Всё хочу продолжить "Двадцатый век возвращается",

зачётный фик, на мой вкус - один из лучших

[I-16]

зачётный фик, на мой вкус - один из лучших

Я старался. Но, блин, 6 курсов и работа не дают сосредоточиться на продолжении. Там ведь не просто "от балды" писал, а с реальной исторической привязкой. Иногда вплоть до реальной погоды. Хотя, это, наверное, уже перебор.
Правда, в паре мест отступил от реала в пользу зрелищности, перенёс события на чуть другое время. Но в тот же день.

[Uldis]

Но не огорчайтесь. Во-первых, фанфик был написан на основе оригинальных повестей: "Загадка «пирамидок»", "Я — из будущего!" и "Сквозь время", и здесь вы можете прочитать повесть "Загадка «пирамидок»" (остальные ещё не опубликованы). А во-вторых, полный вариант фика "Кристалл мудрости" вы можете найти здесь

Сам в шоке. Всё хочу продолжить "Двадцатый век возвращается", но никак не сяду.
Всё мешают какие-то текучие дела...

Спасибо коллеги, что не забрасываете свои творения полностью!
Есть поистине, нетривиальные и интересные вещи, достойные быть изданными.
Времени вот только ни черта нет...

[ПереГиБ]

Времени вот только ни черта нет...

Времени вообще не существует вне человеческого сознания.
Но, как правило, если человек чем-то сильно заморочится, то свободное время под эту заморочку всегда находится