2007 15 de agosto 2007

"Desastre que no sucedió" (basado en las obras de K. Bulychev)

Publicado: | Categorías: Noticias, Prosa, Creatividad |

1.

- Pollo no más - dijo el robot Grisha, repartiendo comida a la tripulación de la nave espacial "Segezha".
- Dispense sin ella, - dijo el capitán Gleb Bauer. - Durante cuatro días, suficientes vitaminas y Arcturus Pequeño volver a surtir.
- Y te lo advierto - poner un verde mecánico. - Yo estoy diciendo que nada bueno sale de su empresa con Pavlysh vendrá.
- ¿Estás absolutamente nada - dijo Pavlysh. - No quería decir nada ...
Fue interrumpido por una señal de la consola central.

- Atención a todos los barcos que pasan en la Franja de 169/84! Aprobada por la señal de socorro transmitida por un objeto no identificado. Coordenadas del objeto 889421367 mil cuatrocientos doce - 1,376,357,223, la dirección de 56 de Gamma Aurigae. El objeto se está moviendo en la dirección del Sistema Solar y es una nave espacial (probablemente muerto) de origen desconocido, que no figuran en ninguno de los planetas de la Commonwealth.
- Con el almuerzo tendrá que esperar. Nos preocupa - dijo Bauer. Y dijo en el micrófono - usted entiende. Acepto la decisión de ir a un curso de un objeto no identificado. El capitán de la nave espacial "Segezha" Bauer. Pavlysh y verde - para preparar razvedkater.
... "Objeto" era una extraña, nada en un barco similar, aunque no destinados a vuelos interestelares. El aspecto exterior parecía una de las primeras estaciones orbitales que los terrícolas empezaron a funcionar a finales del siglo XX, sólo aumentó cien veces, y por alguna razón zachernёnnuyu desconocido. Al mismo tiempo, sin embargo, tenía primitiva motor interestelar.
- No sé cómo ir en un espacio tan cómoda - dijo Pavlysh verde cuando fueron enviados por barco al buque extranjero. - Personalmente, me privaría derechos estos tipos astronavigatorskih.
- Mira lo que es enorme - dijo Pavlysh. - Tal vez es el legendario "Negro Wanderer"?
- Tonterías - cortar Verde. - No existe "vagabundo Negro". Me vi a mí mismo.
- ¡Atención! Los conductores son nave desconocida - se escuchó por los altavoces en el idioma intergaláctico. - La tripulación y los pasajeros de la estación espacial "Salvación" le da la bienvenida como sus salvadores! Informes de los nodos de conexión.
"Wow" - pensó Pavlysh. "Ellos saben más y kosmolingvu."
Dos horas dedicadas a las negociaciones con la estación de puesto de mando, durante el cual los terrícolas han informado de un resumen de su civilización. Dos más - en el muelle.
Cuando salieron de la pasarela de conexión en el vestíbulo se encontraron con dos hombres, muy similares a los terrícolas: mujer de pelo negro con ojos amarillos en un traje de protección y un hombre con un mono y un casco parecido, casi lo mismo que en la antigüedad era la policía.
- Ingeniero de vuelo Gal - como mujer. - El Consejo de Administración me ha autorizado para que lo acompañe durante su estancia en nuestra estación. Sígueme.
Gal tomó astronautas en alguna cámara con paredes perforadas - tales como aquellas en las que en los vehículos terrestres de desinfección y descontaminación presionando la salida y se marchó, dejando a los terrícolas solo. La puerta se cerró detrás de ella automáticamente.
- No me gusta todo esto - dijo Green en una Pavlysh canal personal. - Nos encerraron ahora y mirar a cómo aplastar moscas.
- Cálmate, Alex, - dijo Pavlysh. - Esta es una precaución necesaria. Ellos no saben de dónde venimos y quién somos.
La cámara realmente resultó desinfección. Después del procedimiento, los terrícolas entraron en el vestíbulo, donde esperaron la Gal familiarizado con un grupo de hombres de traje negro, adornado con marcas brillantes. "¿Cómo en el mundo en los viejos tiempos" - pensó Pavlysh.
Uno de los hombres de negro hizo un gesto para los astronautas para salir del vestíbulo. Juntos salieron, y el suelo vio de pie en el balcón de la gran sala, donde había una gran cantidad de personas - probablemente el más estación de pasajeros. Todos eran ojos amarillos o anaranjados.
Fueron recibidos por un hombre alto con un negro y púrpura con el pelo gris. Sobre su pecho había algunas grandes marcas brillantes en forma de un triángulo con la estrella en varios, broche similares más pequeña, y una gran cantidad de algo parecido a una medalla.
- No se sorprenda - dijo Green en el intercomunicador - si y en la parte posterior de la orden.
Un hombre alto, de pelo gris tomó el micrófono y comenzó a hablar, y Gal traducción ingeniero de vuelo de su discurso:
- Los ciudadanos de la antigua planeta Erna! Durante quince años, vagamos en el inmenso vacío del universo. Tuvimos suerte - nuestros científicos, incluso en el hogar han calculado la dirección en la que era posible encontrar vida inteligente. Y hoy por fin hemos encontrado una vía de escape, un sueño que vivió todos estos años. En nuestra nave respondió a llamadas de los seres sensibles de un planeta llamado Tierra. De las conversaciones preliminares, sabemos que su civilización ha dado pasos significativos en la exploración espacial. Esto significa que probablemente no tendrán en cuenta el destino de nuestro pueblo-víctima condenada a la soledad cósmica.
Entonces, el hombre con el micrófono volvió Pavlysh:
- Querido Jefe de la Delegación de la Tierra! Me presento: primer director del Dail, el presidente de la Junta Directiva de la "salvación" de la estación espacial. En nuestra estación es de quinientos pasajeros. Volamos de planeta Erna, que ahora es probable que ya no existe. Una vez que estuvimos civilización relativamente avanzada, hemos alcanzado un alto nivel de la ciencia y la tecnología comenzó a desarrollar nuestro sistema planetario, han creado una sociedad civil altamente desarrollada sobre la base de los principios de libertad y democracia.
Sin embargo, hace veinticinco años, fueron los primeros signos de ansiedad. Nuestros científicos han encontrado que las actividades humanas provocan procesos irreversibles en el núcleo Erna. Nuestro planeta se ha convertido en una bomba de tiempo. Dentro de los treinta o cuarenta de nuestros años fue obligado a explotar, destruir toda la vida. Nuestras estaciones en los planetas vecinos eran demasiado pequeñas para dar cabida a todos, y las condiciones de estos planetas no eran adecuados para llevar una vida normal. Por lo tanto, los gobiernos de los principales países juntos Erna decidieron construir un barco que sería capaz de acomodar al menos una pequeña parte de la población del planeta para asegurar la supervivencia de la civilización y llegar planeta habitable.
Hacemos un llamamiento a ustedes, los extraterrestres de la Tierra. Le pedimos a la vivienda. Queremos vivir de nuevo en el mundo, protegido por una gruesa atmósfera, disfrutar de la extensión de la tierra y el mar, no pasar de los años en los pasillos estrechos, que sufren de la radiación cósmica destructivo. Queremos dar vida a las nuevas generaciones y para construir su futuro.
- Código de la Comunidad Galáctica nos obliga en una situación similar para proporcionar ayuda inmediata, - dijo Pavlysh. - Sin embargo, en esta situación, no puedo tomar una decisión sin consultar con el comandante de la nave.
- Te ponemos directamente a teleconferencia con su barco, - dijo el director del Dail.
- Estaremos muy agradecidos - dijo Green.
Un minuto más tarde en la pantalla grande en el salón de la cara del capitán Bauer apareció.
- Hemos visto todo lo que pasa, - dijo. - Como capitán de tomar una decisión: de conformidad con el Código de Galáctica Commonwealth llevar temporalmente la "salvación" estación en la órbita del planeta Tierra está bajo la supervisión de la Comisión de los contactos. Otras decisiones serán tomadas por el Consejo de la asociada Commonwealth.

2.

29 de julio 2080 la nave espacial "Segezha" vino a la Tierra con una estación ernskoy atracado. Nave de combustible no se le permite hacer la transición a un subespacio una estación tan grande, así que tuvimos que convertir montado el motor en un "rescate" y cambiar en varias etapas, cada vez escondido en uno de los planetas colonizados terrícolas. A su llegada en el sistema solar motor interestelar fue retirado inmediatamente de la estación - como medida de precaución.
... El capitán Bauer, sentado en su camarote, llevó a cabo las negociaciones con el Presidente de la Comisión de contactos Lebedev.
- Sergey Petrovich, son sólo cinco centenares de personas. Por sus condiciones de planetas similares a la Tierra. No requieren ni atmósfera flúor o charcos de amoníaco líquido o baja gravedad. Lo único que necesitaba - un aire limpio, agua, comida. En resumen, una naturaleza sana, donde podría librarse de las consecuencias del cosmos. Después de todo, no estaban en el barco como la bioseguridad, como lo hemos hecho.
- Tengo entendido que, Bauer. Pero los quinientos asientos no pueden dar. ¿No lo entiendes ahora Moscú se prepara para los Juegos Olímpicos. Todas las instalaciones dedicadas a los visitantes extranjeros, hacinados a la capacidad. Y los puso en el hotel habitual no tengo derecho. Y yo y mi cabeza, y el otro la vida puede ser retirado de cualquier trabajo si me instalé ilegalmente en criaturas de la tierra planeta desconocido que no han sido sometidos a un control biomédico. De pronto, aquí REALIZADAS enfermedad ciencia desconocido? O yavyatsya causar desastre social? Entender Hleb, ahora no podemos correr el riesgo.
- Y ¿qué pasa con las leyes de la razón? ¿Cómo los compromisos hechos al unirse a la Tierra Galáctica Commonwealth? ¿Está debido a eventos deportivos se negaron a ayudar a los seres sintientes?
- Querido capitán Bauer! No estoy diciendo que nos negamos a ayudarlos. Tratamos de hacer todo lo que podamos. Comprender, digo estas palabras con sinceridad y no como funcionario burgués estúpido. Tan pronto como tenemos disponibles un lugar adecuado donde se puede pasar a los refugiados de biocontrol Erna, yo lo haré saber de inmediato.
- Gracias, Sergey - dijo Bauer, y colgó. Lebedev vio su rostro por última vez no era mío molesto.
"En el terror - pensó - que me parece considerar seriamente para un burócrata. Pero tengo detrás de once años de vuelos espaciales - No es una broma! Lo que hay que hacer, porque los refugiados desafortunados en realidad pueden sufrir de enfermedad por radiación. Tal vez cada minuto de su estancia en el espacio interplanetario por su destructiva ... Pero ahora ocupado todos los lugares donde se lleva a cabo la encuesta y los seres sintientes de cuarentena ... razonable? ¿Qué pasa si ... Sí, sí! Es una idea !!! "
Botón selector Lebedev presionado.
- Kosmozoo, por favor - dijo. - Hola, Igor! Oh, ya sabes. Sí, es Sergey. Mira, tengo que pedirte un favor. Dime, en su zoológico ...
- El zoológico no es mía, y el público.
- Lo que sea. Decir, en Kosmozoo suceda a encontrar un lugar para quinientos humanoides? ...

3.

Profesor Seleznyov regresó a su casa de la estación de metro, en la forma inversa a su tía Simferopol. En casa, se encontró con su viejo amigo de la universidad Sergei Lebedev, quien admitió domrobotnik campos.
- ¡Buenas tardes! - Dijo Sergey. - Me decidí a buscar para usted. Y entonces, un día libre en seis meses cayó. Creo que sería una pena no poder visitar a un amigo. No hemos visto desde entonces, en Kosmozoo ...
- Eso es correcto. Así que el swing completo y olvidarse de todo. Bueno, dime. ¿Cómo está mi madre?
- Mamá está trabajando en un libro sobre Charkovsky. Estaba fascinada por el reciente nacimiento de sus ideas bajo el agua. Y mi padre todo el tiempo en el Pacífico - que son algunas granja ballena atolón juntos.
- Tanya, Stepan?
- Tanya de gira en Sydney. Stepan en el desierto de Atacama, está experimentando una nueva nave espacial "Pablo Neruda". Bueno, que me es todo acerca de ti! Será mejor que vengas a decir algo nuevo. ¿Qué hace su preciosa Aliska? No le pasó a ella por algo?
- Ya sabes, Sergey, - dijo el profesor Seleznev. - Alice nunca pasa nada. ¿O lo demuestras? Por triplicado, ya que tiene en COMCON abierto.
- Oh, Igor, - dijo Lebedev. - No discuta, aunque la repetición general triple Xenology trae muchos beneficios, pero más de una Alice, no puedo soportar.
En este punto, abrí la puerta y entré en la habitación de Alice.
- Oye, papá, - dijo. - Lanzamos hoy temprano a la práctica, porque hubo un fallo del equipo de aspersión.
- Bueno, Alice. Mira quién vino a visitar.
- Hola, Sergey! - Dijo Alice. - Recuerdo que cuando tú y papá conoció en Ganímedes. Usted está en "Pushkin" volaban, y estamos en "Pegasus".
- Sí, exactamente - dijo Lebedev. - Entonces nos parecemos ser exploradores transportados rastreados motorizaciones Achernar y fitotrón ... Por cierto, Alice, tengo algo para ti. Un recuerdo valioso. Significado histórico, se podría decir.
Lebedev sacó una placa de vidrio plano, similar a una memoria de casete convencional. Por un lado se ha aplicado a la estructura con caracteres desconocidos.
- Aquí dice: "El gobierno del planeta, que se llevará a la estación de" Salvación ". Esto es lo que encontramos a bordo de la "nave espacial negro", que encontró Pavlysh primavera. Nadie sabe qué hacer. Incluso los ingenieros de vuelo. Y los gobiernos en su comprensión del mundo que no tienen. Eso nos dio.
- Cuando los griegos iban a conquistar la ciudad de Troya, - dijo Alice - que también dieron a los troyanos un caballo de madera, que nadie sabía qué hacer.
- Cálmate, Alice - dijo Lebedev. - Nosotros, en la Comisión de los contactos no son tan estúpidos sientan. Hemos estudiado este largo ya través de la placa, pero aparte de esta línea, que no encontró nada. Usted puede tomar sin miedo.
- Gracias, - dijo Alice, y corrió hacia el souvenir en su habitación.
- Por cierto, ¿qué pasó con estos refugiados? ¿Qué es eso? - Preguntó el profesor Seleznev.
- Los refugiados han pasado la cuarentena y admitida temporalmente a la humanidad terrestre. Sin embargo, aceptó condicionalmente. Se llevó a cabo la vigilancia, y al día siguiente tendrán que someterse a otro examen planificado por un neurólogo. Usted entiende cómo las personas de riesgo tanto para mantener libres del mundo capitalista. Sus mentes pueden estar llenos de una variedad de sistemas, generado por la cultura de masas y la propaganda.

4.

Director del Dail estaba sentado en una silla en el balcón de la décima planta, y tristemente vio el Mar Negro. Incluso después de un mes y medio todo era la misma melancolía, como en Kosmozoo. Términos estaban allí bueno: animales cualquier cosa - sintetizadores forma para los refugiados Erna casi la misma cabina, que la estación espacial fueron diseñados para "nivel inferior" - ingenieros y técnicos. Podría vivir sin miedo a los campos magnéticos mortales y la radiación cósmica. Para adaptarse a la microflora de la Tierra resultó demasiado difícil. Erniantsy comió comida terrenal sin consecuencias, y algunos son incluso en su parecido con ernianskimi platos. Pero todos sabían que hasta el momento se trata de presos. Ellos son tratados como visitantes a la localidad, pero ¿quién puede decir que en la mente de los terrícolas y que van a hacer mañana.
En general, la presentación de los terrícolas director Dajla eran gente extraña. Por ejemplo, en la primera desinfección exigió la rendición vestido uniforme, todas las medallas y los signos honoríficos. Él amablemente le preguntó qué le sucedería después de ganar. Después de escuchar acerca de la participación de poco envidiable de su propiedad, se negó a someterse a desinfección. Luego prometió que los premios no serán destruidas y se descontaminan y devueltos a su legítimo propietario. Sin embargo, parecía que ir sin órdenes era más conveniente. Dail mantuvo sólo un signo - el primer director del medallón, hecha en forma de dos conjugado estructura de metal de diamantes, cada uno de los cuales llevan a un monograma para usted. Este medallón no debía disparar bajo ninguna circunstancia. En sentido estricto, la desinfección también se celebra director y su marca en su cuello. Y ahora él estaba sentado en el décimo piso del sanatorio en Golden Sands con el mismo signo en el cuello y miró con nostalgia en el Mar Negro ...
En la Tierra, que era incómodo. Erniantsev encendió en diferentes estaciones. Nadie más tenía, excelente y muy valiosa Sr. Dai La, la honra y glorifica. Nadie más para congraciarse con ellos - ahora su deber era sustituir sus cascos en la cabeza escáneres, siga las instrucciones del médico, acaba de tomar medicamentos y tratamientos prescritos. Todo aquí era casi el mismo que en las clínicas de élite Erna. Sabía que el tiempo que hace que las inyecciones de dispositivo sin dolor en los hospitales para la gente común utilizan las mismas jeringas que hace cien años, que tiene que ser desinfectados después de cada inyección. Dail experimentado yo mismo durante el vuelo en el espacio. Sin embargo, como si puede ser agradable sentir el alivio de las enfermedades crónicas, es el ex director de roer realización dolorosa que ya no tendrá que gobernar sobre el pueblo: a designar, nombrar, cesar, para ejecutar, de perdonar, de introducir nuevos impuestos, nuevos empleos, nuevas fiestas , celebrar contratos y provocar escándalos ... No más de este total. No, no hay nada más y el mundo bajo el nombre de Erna. Al menos no para él ...
Dail estremeció - en el mundo porque era frío. Caminó en el vestíbulo e incluyó un videoteléfono.

5.

En la tarde del mismo día Alice vino a visitar Pasha Geraskin. Уже заранее по его лицу можно было безошибочно догадаться о его намерениях.
— Опять ты нашёл какую-нибудь историческую реликвию! — язвила Алиса. — Хватит с тебя прошлого раза, когда ты говорил, что твой прапрапрадед сражался на гражданской войне с фашистами.
— Не с фашистами, а с петлюровцами, — ответил Пашка. — И потом, всё равно суть одна. Ты лучше посмотри, что я принёс.
Он достал из кармана маленькую трубку, похожую на шариковую ручку, но оканчивавшуюся каким-то стеклянным глазком.
— Что это? — спросила Алиса.
— Этому прибору восемьдесят лет! — гордо произнёс Пашка. — Когда ещё были бумажные деньги, этой трубкой их проверяли на подлинность. На деньгах были напечатаны тайные знаки, которые было видно только в лучах вот этой штуки. Mira. — И Пашка тут же показал Алисе действие детектора на взятой из своей коллекции потёртой купюре в 10 немецких марок.
— Вот здорово! — обрадовалась Алиса. — Что бы ещё такое просветить… Подожди, я сейчас.
Она открыла ящик своего стола и достала оттуда подаренную ей табличку.
— А что же делать с этим? — спросил Пашка. — Она же стеклянная. Вдруг на неё не подействует.
— Ну и что? — ответила Алиса. — Отрицательный результат в науке тоже результат. Давай сюда свой детектор.
Она взяла детектор, направила его на поверхность таблички… Ничего не произошло.
— Ну вот, — сказал Пашка. — Я же говорил!
Тут на поверхности таблички стали проступать какие-то светящиеся знаки. Они двигались. Сначала это были расходящиеся круги, потом по центру пошла бегущая строка, которая двигалась слева направо. Состояла она не из тех знаков, которые были на табличке.
— Алиса, что это? Откуда это у тебя? — сказал оторопевший Пашка.
— Наверное, — ответила увлечённая своими мыслями Алиса, — ради этого они и сделали табличку. Они хотят что-то нам сказать. Но что это значит? Как это расшифровать?
— Я знаю, — сказал Пашка. — Пошли в Институт времени. Покажем Ричарду, он ведь работает по древним культурам. Значит, должен знать мёртвые языки.
— А ещё я думаю, — сказала Алиса, — что здесь написано что-то очень важное. Иначе бы табличку не стали прятать так глубоко в корабле.
…Ричард отвернулся от окна и сказал:
— Разумеется, я владею структуральным анализом, однако не на таком уровне, чтобы прочесть надпись абсолютно неизвестного происхождения. Вам бы следовало обратиться к профессору Рррр с Брастака, или к академику Прулю с планеты Океан, однако сейчас они оба участвуют в межпланетном симпозиуме, который проходит в резиденции Пруля на Океане. Академик совершенно не переносит космических полётов.
— Мда, — сказал грустно Пашка, выходя из кабинета Ричарда. — Так мы и не узнаем, что же написано на этой табличке. На Океан летают только «Бхарат» и «Вернадский», да и то лишь раз в год. Значит, к академику Прулю нам не добраться.
— Подожди, Пашка! — остановила его Алиса. — Я читала вчера книжку писателя Кира Булычёва про город Великий Гусляр. Там написано, что в этом городе в XX веке жил профессор Лев Христофорович Минц, который умел прочитать текст на абсолютно любом неизвестном языке!
— Да ну?! — подпрыгнул Пашка.
— Честное научное! — ответила Алиса. — Правда, не знаю, как к этому отнесётся Ричард…
— Привет, ребята! Что вы тут делаете? — услышали Алиса и Пашка за спиной тихий весёлый голос.
— Полина! — обрадовалась Алиса. — Мы тут как раз собирались просить Ричарда, чтобы он разрешил нам слетать в прошлое… В двадцатый век.
— Надо же, какое совпадение, — ответила Полина. — Я тоже лечу в двадцатый век. Там намечено экспериментальное испытание машины времени, которую изобрёл гениальный самоучка. Мы уже послали ему письмо, в котором предупредили его о моём визите.
— А в какой год и куда вы отправляетесь? — спросил Пашка.
— В 1930 год, в Москву, — ответила Полина. — Мы должны будем забрать изобретателя и его чертежи в наше время, чтобы они не могли достаться жадным до власти политикам, которые могут сделать из машины времени оружие. Вокруг изобретателя и его друзей уже увивается самый настоящий шпион. Поэтому я скажу им, что прилетела из будущего для отбора и переброски самых достойных в коммунистический век. — Полина показала свиток, на котором светящимися буквами горело слово «Мандат». — Здесь мы обработаем им память и вернём на место, и никто из них ничего не вспомнит.
— Ух ты, здорово! — вскричал Пашка. — Только не могли бы вы по пути подвезти нас с Алисой в 1985 год, в город Великий Гусляр?
— И это тоже намечено, — сказала Полина. — Профессор Минц как раз строит свою модель машины времени. Но и его открытие тоже явится преждевременным. Мы не должны допустить, чтобы каждый бандит или диктатор мог позволить себе перекраивать прошлое на свой лад. Однако поскольку Институт выделил для моей операции топлива с запасом, то для вас я с удовольствием сделаю исключение. Однако из вас я могу взять с собой только одного…
— Лети, Алиса, — сказал Пашка.

6.

Тем временем 14 августа 1985 года директор ремонтно-строительной конторы города Великий Гусляр Корнелий Удалов, его соседи Александр Грубин и пенсионер Николай Ложкин собрались на квартире профессора Льва Христофоровича Минца, чтобы увидеть пуск только что построенной профессором машины времени. Грубин всё время порывался рассказать Корнелию Ивановичу, какие трудности он испытывает при постройке собственной любительской модели персонального компьютера. Главная трудность заключалась в том, что в магазине не было нужных микросхем, а Посылторг вместо заказанной схемы почему-то прислал автомобильные дворники.
— Итак, — сказал Лев Христофорович, — сейчас я нажму кнопку, включающую хронокинный двигатель, и в этой кабине откроется своеобразная пространственно-временная дыра. Посмотрим, как это выглядит в действительности.
Он нажал кнопку на пульте, и внутри кабины, переделанной из списанной медицинской барокамеры, засветился матовый свет. Дверь кабины открылась, и из неё вышла девочка лет двенадцати в красном комбинезоне.
— Откуда ты, девочка? — спросил Минц.
— Погоди спрашивать, — остановил его Ложкин. — Может, она русского языка не знает. Ты же сам видишь: одежда на ней явно не отечественная.
— Нет, одежда на мне отечественная, Гагаринской фабрики, — сказала девочка. — И сама я из Москвы, а зовут меня Алиса.
— Вот видишь, Ложкин, я же всегда тебе говорил: больше доверять надо людям! — шепнул Корнелий Удалов.
— Так ты говоришь, что прибыла из Москвы? — задал вопрос Саша Грубин.
— Из Москвы. Вернее, не совсем из Москвы… хотя, в общем, тоже из Москвы, но у нас по времени двадцать первый век. Только я спешу. Скажите, где здесь живёт учёный-энциклопедист Лев Христофорович Минц? У меня к нему очень важное дело.
Минц не знал, что ему ответить. Он привык ко всему. В глубине своей души он верил, что сделает открытие, благодаря которому наряду с Циолковским и Эйнштейном сможет войти в историю и остаться в памяти потомков. Но чтобы потомки ехали к нему при жизни, да ещё с важными делами — этого Лев Христофорович представить никак не мог.
— В чём же заключается ваше дело, уважаемая… — профессор не мог подобрать слово, — уважаемая Алиса?
— Понимаете, мы нашли одну очень важную надпись на корабле с другой планеты. Но мы не можем её прочесть, потому что она зашифрована. А я читала книги о вас, и там было написано, что вы могли расшифровать любой язык, даже если его не знает никто!
— Милая Алиса! — ответил Лев Христофорович. — К сожалению, это действительно так. Да, я могу читать надписи на любом языке.
— Почему это, к сожалению? — спросил Ложкин. — Это чтобы иностранные агенты на нашего профессора не зарились?
— К сожалению потому, что уж слишком многие хотели бы, чтобы мои способности тоже оказались выдумкой, как и остальные гуслярские чудеса, — сказал Минц. — Ведь в наш город слишком часто приезжают туристы, чтобы посмотреть на действующий вулкан или на то, как ловят крокодилов в озере Копенгаген. И никто не может их убедить, что вулкан наш на самом деле потухший, а действующим его посчитали по недоразумению. Или что крокодилов из озера Копенгаген было всего двое, и то последний раз их видели ещё при помещике Гулькине, который сам же их в этом озере и поселил. Ну, посидят они с удочкой, да и возвращаются обратно. А вот если человечество узнает о моих незаурядных способностях, если ко мне будут проявлять повышенное внимание — то не для этого я бросал Москву и переселялся в тихий провинциальный городок. Сразу же нагрянет масса репортёров, и тогда работе придёт конец.
— Так вы поможете, Лев Христофорович? — спросила Алиса.
- ¡Siempre! — ответил профессор. И ответил абсолютно искренне: сейчас им двигали исключительно научные интересы, тем более что подобной работы не выпадало ему давно.
Алиса передала ему загадочную прозрачную табличку.
— Неизвестная мне графика, — сказал Минц. — Но ничего, окончания и префиксы просматриваются, знаки препинания угадываются, структура проста. Дайте мне десять минут, и я, как и любой на моем месте лингвистический гений, прочту этот текст.
И Лев Христофорович, используя методы Шампольона, Кнорозова, а также свои собственные ноу-хау, начал расшифровку текста. Пока он расшифровывал, гуслярцы заинтересовались Алисой. Они расспрашивали её о жизни будущего мира, о том, когда люди высадятся на Марс, нужны ли в школах компьютеры, сумеют ли найти Атлантиду и почём в XXI веке будут кассетные магнитофоны. А пенсионер Ложкин подарил Алисе значок с фестивальной эмблемой: «XII — МОСКВА — 1985». Наконец профессор с сияющим видом обернулся к присутствующим:
— Ну-с, задача выполнена — послание расшифровано. Попрошу внимания присутствующих.
И Минц с торжественным видом начал читать текст:
— «Мы, представители Центрального конструкторского бюро, разрабатывавшего космическую станцию “Спасение”, обращаемся к всемирному правительству той планеты, куда прибудет в конце своего пути наша станция, в том случае, если таковое правительство на этой планете существует.
Директоры станции заявляют вам, что прибыли с планеты, взорвавшейся или могущей взорваться от неумелой хозяйственной деятельности человека. В действительности на нашей планете происходила всемирная революция. Представители олигархии, главы крупнейших государств и коммерческих предприятий приняли решение, используя засекреченные военные технологии, заложить в ядро планеты взрывное устройство, которое должно сработать через двадцать лет в том случае, если к власти придут прогрессивные силы. В это же время была построена станция “Спасение”. Обсерватории нашей планеты уже принимали сигналы Галактического центра, наши учёные расшифровали язык космолингву, но широкой публике факт существования инопланетных цивилизаций разглашать было запрещено. Из ваших передач мы узнали принцип действия межзвёздных двигателей, которыми и была оборудована наша станция.
Представители Центрального конструкторского бюро уполномочены предупредить правительство принимающей стороны. В руках директоров станции находится разработанный заранее план захвата власти на планете, которая примет их в качестве беженцев. Все находящиеся на станции пассажиры — представители верхних слоёв власти планеты Эрна, наиболее могущественных компаний, а также члены их семей. Перед отлётом они прошли курс специальной подготовки, предусматривающий внедрение беженцев в ключевые социальные структуры принимающей планеты и совершение в устанавливаемый первым директором станции момент государственного переворота. Представители Центрального конструкторского бюро от имени жителей планеты Эрна просят представителей принимающей планеты проявить максимум бдительности и осторожности».
Лев Христофорович оглядел публику сияющим взглядом, ещё не поняв до конца значение того послания, которое он огласил.
— Но это же мировая катастрофа! — вскричал Грубин. — Они могут поработить наших потомков! А мы что же, будем сидеть тут сложа руки? Нет, этого так оставить нельзя! Действовать, действовать и действовать!
— Брось ты, Саша, — сказал Ложкин. — Действовать, конечно, надо. Я предлагаю не суетиться и спокойно отправить нашу юную гостью в её родное будущее, а заодно с ней заявление в будущие компетентные органы. А то, чего доброго, арестуют за вмешательство во внутренние дела потомков.
— Товарищ Ложкин, — сказала Алиса, — не надо никого арестовывать. Я сама расскажу обо всём. Я вернусь к себе домой, и мы с Пашкой проберёмся в телецентр и прочитаем послание всему миру.
Тогда со своего стула поднялся Корнелий Удалов.
— Нет, я решительно протестую! Как можно отпускать такую маленькую девочку в путешествие на сто лет без взрослых? А если с ней что-нибудь случится?
— Глупости! — удивилась Алиса. — Что может со мной случиться в Солнечной системе, в конце двадцать первого века?
— Алиса, не спорь, — возразил профессор Минц. — Ты ещё маленькая. Ты, наверно, ещё не учила в школе, что такое государственный переворот и не знаешь, как это опасно.
— Нет, я учила! — воскликнула Алиса. И захотела рассказать, что она знает о перевороте в Москве 1991 года, но вовремя остановилась, потому что об исторических событиях знать заранее не позволено никому.
— Поэтому, — продолжил Минц, — с тобой должен отправиться кто-то из взрослых…
Лев Христофорович покривил душой, когда сказал «кто-то». Он имел в виду лишь одного человека на Земле: самого себя. Уж очень ему не терпелось посмотреть, как в будущем будут использованы его многочисленные открытия.
— Совершенно правильно! — поддержал профессора Корнелий Удалов. — Поэтому в качестве сопровождающего я предлагаю себя. У меня уже есть опыт путешествия на другие планеты, поэтому земное будущее мне не страшно.
— Соглашайтесь, Лев Христофорович, — сказал Грубин. — Вас мы не отпустим — вы для нас слишком большая ценность.
Эти слова задели самолюбие Минца, и он согласился.
— Итак, — продолжил Грубин, — кто за то, чтобы послать в будущее директора ремонтно-строительной конторы Удалова Корнелия Ивановича?
Решение было принято единогласно.
Корнелий Иванович и Алиса вошли в кабину, когда Грубин закричал:
— Стой, Корнелий! Будешь там — достань микросхему КР13484АП5, мне для моего компьютера нужно!
Лев Христофорович возился минуты три, прежде чем ему удалось завинтить все задвижки как следует. Наконец он включил рубильник, и внутри кабины засветился белый свет. Когда свет погас, в кабине не было уже никого.

7.

В вечернем Вильнюсе было прохладно. Прилетевший из Токио бывший директор Рау посадил свой флаер на посадочной площадке проспекта Космонауту. Сегодня в ресторане «Млечный путь», размещённом на Вильнюсской телебашне, беженцы назначили встречу. До встречи оставалось ещё около часа, и Рау решил устроить себе прогулку по городу, который изобиловал достопримечательностями. Когда-то на их планете подобные встречи устраивали себе эмигранты, но никто из директоров не думал, что ему когда-нибудь придётся побывать в эмигрантской шкуре.
Как ни странно, директорам почему-то на Земле приходилось труднее, нежели остальным желтоглазым. Инженеры, техники, врачи были нужны везде. А вот услуги в области государственных дел на этой планете почему-то не понадобились. Здесь не было видно признаков власти. В новостях не было ни единого слова о политике, хотя упоминались советы, которые решали важнейшие вопросы хозяйства. Некоторые из директоров поначалу думали, что это местный парламент, но растерялись, узнав, что все советы отраслевые. Чтобы занять место в таком совете, надо было обладать знаниями в какой-либо области. А директоры в своей прошлой жизни специализировались либо на военном деле, либо на предпринимательстве. На Земле же их способности оказались никому не нужны.
Рау поморщился. Ему было неприятно снова появляться в одном месте с Дайлом и Чике. Вот они сидят там, за столиком. Вокруг ещё десять желтоглазых, все директора, кроме бортинженера Галь. Когда они ещё жили на своей планете, Рау был начальником разведки могущественного государства, для которого Дайл и его страна считались вероятным противником. Вернее, не столько противником, сколько соперником. Они не думали вести ядерную войну, однако проводили ядерные испытания, которые принесли немало бед местным жителям. Чике в то время был хозяином энергетической корпорации, которая поставляла природное топливо целому ряду стран, не имевших запасов своего топлива, поэтому государство Дайла вертело ими как хотело. И всё же здесь, на чужой планете, дело общей выгоды заглушало вражду. Рау подошёл к столику.
— Теперь все в сборе, — сказал Дайл. — Директора Менгриз и Коа находятся сейчас на особом задании, каком именно, вы узнаете позже. А теперь приступим к делу. Мы не случайно собрались именно здесь, рядом с телецентром, передачи которого может видеть полмиллиарда человек. Если Коа и Менгриз выполнят своё задание, мы войдём в этот телецентр и объявим Земле о том, что Большой Блямс готов и ждёт моей команды…
Галь поднялась из-за стола и быстро зашагала к выходу.
— Стой! — закричал Рау! — Хватайте её!
Директора вскочили и, опрокинув стулья, бросились за ней. Галь уже спускалась в лифте к основанию башни. Рау оглянулся — остальных директоров схватили дежурившие в зале ресторана роботы. Рау открыл широкое окно и выпрыгнул в него.
«Млечный путь», ресторан Вильнюсской телебашни, расположен ниже, чем берлинский или московский, но всё же достаточно высоко. Однако Рау с его подготовкой профессионального разведчика не остановила высота. После дезинфекции ему удалось сохранить специальный браслет, выстреливающий очень тонкую металлизированную нить с наконечником-буром, способным закрепляться в любых поверхностях. И сейчас эта нить тормозила его падение. Он упал с высоты многоэтажного дома на все четыре конечности, щёлкнув, распался браслет, и сразу увидел Галь, которая бежала к стоянке флаеров. Двумя прыжками он настиг женщину, скрутил её и засунул в багажник флаера. Затем поднял флаер в небо и скрылся в южном направлении…

8.

Прозвучал зуммер, и Удалов вспомнил, что он всё ещё стоит в кабине машины времени, и что пора выходить в будущее. Нетерпеливая Алиса подталкивала его к выходу.
— Спокойно, девочка, не суетись, — сказал Корнелий. — Так, а где же мы сейчас находимся?
— В институте Времени, — сказала Алиса. — А сейчас мы должны как можно скорее поехать к Сергею Петровичу и передать ему наше послание!
Когда Алиса и Корнелий Иванович выходили из здания института, Удалов сказал, что надо на всякий случай пригнуться и передвигаться ползком. Алисе он приказал залечь за колонной, а сам по-пластунски вылез наружу и произвёл оценку обстановки.
Из кинохроники, телепередач «Международная панорама» и книг Юлиана Семёнова и других авторов Удалов знал, что во время государственного переворота, как правило, не работают телевидение и радио, объявляется комендантский час, на улицы городов выводятся войска и возможны перестрелки.
Обстановка вопреки всем ожиданиям Удалова оказалась довольно мирной: по улице шли прохожие, в воздухе проносились непривычные глазу аппараты… Но ничего похожего на войну или переворот Корнелий не увидел.
Алиса догнала Удалова и повела его к стоянке флипов, где они сели в двухместный пузырь. Корнелий Иванович засомневался, что такой маленькой девочке доверяют летать над Москвой, но успокоился, когда узнал, что флип управляется автоматом. Через 5 минут 23 секунды они уже стояли на площади перед Домом Космоса. Огромный небоскрёб из стекла и металла, похожий на ракету на старте, стоял на том месте, где в тридцатые годы собирались построить Дворец Советов и где позже был устроен бассейн «Москва». В этом здании размещалось сразу несколько служб: Управление гражданской космонавтики, Совет по контактам и ещё несколько подобных организаций.
— Бегом! — воскликнул Корнелий Удалов. — Надо быстрее спасать планету!
Алиса успокоила его и попросила не суетиться, потому что в таком случае их могут не допустить к председателю Совета.
— Здравствуйте, товарищ. Здравствуй, Алиса, — сказал Сергей Петрович. Он не ожидал увидеть её здесь в такое время. — Почему ты не в школе? И кто этот странный человек?
— Сергей Петрович! Помните, когда вы нам приходили, вы принесли табличку на неизвестном языке? Мы с Пашкой взяли эту табличку, и я повезла её в двадцатый век, одному профессору, который её прочитал. Вот перевод, посмотрите. А Корнелий Иванович из Великого Гусляра говорит, что если бы мы не прочитали, то могла бы начаться война.
— Корнелий Иванович, — сказал Лебедев, — и ты, Алиска, вы можете не волноваться. Войны не будет.
— Здесь написано, — испуганно сказал Корнелий Удалов, — что группа беженцев с взорвавшейся планеты хочет захватить на Земле власть.
— Мы уже всё знаем, — сказал Сергей. — Пока вас не было, поступило сообщение, что в Севастополе неизвестными захвачен экраноплан, готовившийся к отправлению на космодром Понт. На снимках они были похожи на желтоглазых. Тогда мы связались с бортинженером Галь, но ответа не последовало. Галь исчезла. На космодроме террористов уже ждал патруль. Там их и арестовали. Это оказались директоры Коа, Менгриз и Рау. С ними была связанная Галь, которую они использовали в качестве заложницы…
Нам не пришлось вести допросов: испуганные директора сами предложили нам информацию. Оказывается, они имели предписание от бывшего директора Дайла добраться до космодрома и по его сигналу захватить патрульный корабль, а дальше добраться до станции «Спасение» и войти в пилотскую кабину. Затем группа, возглавляемая самим Дайлом, должна была захватить телецентр и объявить о свержении существующего строя. И если бы земляне отказались признать власть Совета Директоров, они ударили бы по Земле аннигиляционной пушкой своей станции. Правда, они не догадались о двух вещах: во-первых, что пушку мы предусмотрительно демонтировали месяц назад, да и разряд такой пушки был бы отражён полем противометеоритной службы, а во-вторых, что у нас просто некого свергать.
Из рассказа директоров станции следовало, что на их планете существовало буржуазное общество с общественным неравенством. Поэтому было понятно, что в станции, предназначенной для спасения остатков гибнущей планеты, место нашлось бы только для власть имущих. Без власти они прожить не могут, поэтому рано или поздно они обязательно попытались бы вернуть её себе. Неважно, над кем и в каком месте Вселенной. И они применили классическую методику переворота, описанную в шпионском пособии конца XX века. Но поскольку на Земле оружия не осталось, они все свои силы сконцентрировали на захват телевидения и радио. Теперь им будет отказано в выделении свободной планеты. И специальная комиссия решит, что с ними делать.

9.

В Нью-Йорке, в здании, где в XX веке располагалась Генеральная Ассамблея ООН, подходил к концу суд над самозваными захватчиками. Уже много лет суды как таковые не проводились, но тем не менее у объединённых наций всегда был наготове чрезвычайный трибунал, состоявший из учёных-историков со степенью не меньше докторской. И сегодня трибуналу предстояло решить, какое же наказание понесут пришельцы, взорвавшие собственную планету и вознамерившиеся захватить Землю. В качестве свидетелей были приглашены Корнелий Удалов и Алиса.
После того, как судья зачитал доказательства состава преступления, слово получил представитель обвиняющей стороны, глава исполнительной власти Земли президент Маруяма:
— От имени исполнительной власти объединённых наций планеты Земля я требую для заговорщиков наказания в виде пожизненной ссылки на рудники Меркурия. Там эти люди, никогда не знавшие труда, будут приносить Солнечной системе реальную пользу.
— Рудники — это слишком жестоко, — заявил адвокат заговорщиков, известный историк, специалист по политике XX века профессор Гвиниашвили. — Каторжный труд многие государства перестали использовать уже в XX веке. Я предлагаю наказать виновных пожизненным заключением в тюрьме Шпандау, в которой после второй мировой войны были заключены нацистские преступники.
— К сожалению, это тоже невозможно, — ответил судья. — Вы, профессор, забыли, что лишение свободы в качестве наказания на Земле отменено, и тюрьма Шпандау давно снесена.
— Позвольте мне сделать важное сообщение! — поднялся со своего места Лебедев. — Сегодня Комиссия по контактам приняла сообщение из Галактического Центра. Принята в Галактическое содружество планета Эрна, галактические координаты 568003/878520301, направление 56 по Гамме Возничего. Вместе с верительными грамотами представители Эрны передали в Галактический центр заявку на розыск корабля, ушедшего с планеты 30 лет назад. В сообщении дано описание экипажа корабля, которое соответствует внешности подсудимых. Поэтому я предлагаю суду выдать подсудимых их планете.
— Это полностью меняет дело, — сказал судья. — Мы поступим по Галактическому кодексу: пусть участь горе-властителей решает народ их родной планеты, которую они так нагло обокрали. Итак, принимая во внимания полную вменяемость обвиняемых и неопровержимость улик, суд постановляет: выдать подсудимых властям планеты Эрна.
…После суда участники заседания вышли на площадь.
— Ну, вот и всё, — сказал Лебедев. — Мы благодарим вас, Корнелий Иванович, за вашу самоотверженность, а также просим передать нашу благодарность профессору Минцу за его вклад в предотвращение опасного преступления. Слыханное ли дело — на Земле, в конце XXI века, совершать преступления! Даже в голове не укладывается.
— И вам большое спасибо, товарищи, — сказал Удалов.
— А теперь, — сказал научный сотрудник Ричард, — мы, согласно регламенту нашего института, а также Международной научной хартии, обязаны возвратить вас в то время, в котором вы проживаете. Желаем вам благополучного возвращения. Позвольте ещё раз выразить вам благодарность.
— Не за что, — ответил Корнелий, нервно осматриваясь бегающими глазами.
И в этот момент в помещение вбежала Алиса.
— Ричард, задержи старт! Я должна передать что-то Корнелию Ивановичу.
Алиса протянула ему маленький пакет.
— Вот, возьмите, Корнелий Иванович. Это микросхема КР13484АП5, которую просил тогда ваш сосед.
Удалов прослезился. Он совсем не рассчитывал на то, что девочка из будущего проявит о нём такую заботу… И тогда он сказал:
— Спасибо, Алиса! Ты настоящий друг!

У нас 2 комментария на запись ““КАТАСТРОФА, КОТОРОЙ НЕ СЛУЧИЛОСЬ” (по мотивам произведений К. Булычёва)”

Вы тоже можете высказать свое мнение.

  1. 1 18.08.2007, Sovyonok :

    Вот так сюрприз! Я очень рада, что – наконец-то.;) Это ещё одна ваша победа, Коллега Пруль! Само произведение, безусловно, стержневое, и его можно отнести к категории “del ore”. Спасибо, что порадовали.

  2. 2 08.01.2014, Djambulat :

    О таком общественном строе,где нет алчных ,властолюбивых правителей – диктаторов,где все войны и преступления прекратились, и ,где все решают руководители профессиональных советов,а представители разных народов и даже иных цивилизаций живут в содружестве и взаимопомощи- об этом можно только мечтать!Интересно,наступит ли такой чудесный мир, хотя бы через двести лет?!!

Deja un comentario

Debes entrar para dejar un comentario.

widget de tiempo creó flash East York tenedor de libros