Коля Герасимов. И про любовь.

[Pinhead]

Я убеждён, что Булычёв когда писал её, ни о чём подобном не думал.

Это так не работает! Наверное, не думал, да, но само по себе построение подобной фабулы высвечивает простую вещь: для человека НОРМАЛЬНО, когда подобное происходит. Ребёнок, читая это, не уловит проблемы, а взрослый - да действительно поймёт, как в действительности это выглядит. Если пишущий не понимает, что в действительности он написал, так это ещё ХУЖЕ! Это означает, что он сам находится на уровне подростка. По сути, это вопрос о том: Громозека просто придурок или же трагическая фигура?

Отправлено спустя 1 минуту 25 секунд:

Могла такая проблема возникнуть в мире Алисы? Почему нет? В этом мире живут обычные люди.

Так всё-таки обычные или с "новым мышлением"?

[Н. Светлов]

Дело в том, что локальные недобрые нарушения системы сменяются недоброй системой. По крайней мере, её характерными признаками.

Я иначе воспринимаю. Просто Алиса взрослеет. Практически во всех поздних книжках она где-то на грани тринадцатилетия. И мир, на который мы смотрим её глазами, — уже не сплошной праздник жизни. То, что из детского садика или начальной школы казалось локальными отклонениями, оказалось имманентными пороками, коренящимися глубоко в человеческой сущности. Оказалось платой за свободу. И хорошо ещё, что преобладание порядочных и дальновидных людей загнало эти пороки в тёмные углы, куда можно просто не заходить и жить себе в раю. Но Алиса, понятное дело, не такова. Лезет прямо в девятый круг.

В прошлом свобода взимала за себя плату куда повесомей. Реками крови. Немалый путь пройден, и есть куда идти вперёд, и всегда есть риск заблудиться, сбиться с пути, хотя бы на время. Но дорогу осилит идущий.

А у нас с вами в 12-13 лет разве не так было?

Я убеждён, что Булычёв когда писал её, ни о чём подобном не думал.

Если пишущий не понимает, что в действительности он написал, так это ещё ХУЖЕ!

Думаю, думал. С него станется. Там же всё на поверхности, и Булычёв явно не глупее нас с вами. То, что видно нам — видно, конечно же, и ему. Даже если бы написал не подумав — утром проснулся бы с пониманием: «Что-то там не так, что-то надо исправить». У кого из нас самих не было такого ощущения, когда накосячили? Было!

Вообще, это характерная традиция советской детской литературы и кинематографии — многослойность. Когда фасад обращён детишкам, но есть боковой вход для взрослых.

Так почему он сделал Громозеку таким? Верней всего — потому, что наблюдал таких вокруг себя. Милых, добрых, обаятельных, чистосердечных, дружелюбных — и совершенно лишённых жалости, сострадания, когда речь идёт о Великой Цели. Ему так хотелось сделать всем нам прививку от достижения Великих Целей подобной ценой. Не вышло. Вместо этого у нас теперь своя Великая Цель, ради которой не жалко… никого.

Ну да ладно. Это непростой разговор.

[Pinhead]

Я иначе воспринимаю. Просто Алиса взрослеет.

Одно другого не исключает. Раньше она приписывала возникающие лиходейства сбоям системы, потом начинает понимать, что это недостатки системы. Это классический сюжет лишающегося иллюзий полицейского. К слову о полиции, Милодар и компания замечательно иллюстрируют наличие этих недостатков. И весь вопрос только в том, а наступит ли следующий этап? Потому что в классическом сюжете дальше идёт осознание, что то, что принималось за недостатки, на самом деле, обыденность, вместе с которым настигает отвращение к общепринятому лицемерию. Если же пойти ещё дальше, до последующий этап - этап осознания преступности системы, со всеми вытекающими.
Вот и получается, что одни видят в этом философский взгляд на человека, а другие - отход автора от взгляда на собственный мир. И, в чём-то они правы, к сожалению. Дело в том, что уже одно только появление в окуляре недостатков (а не сбоев) системы выдают повышенную вероятность, что вся система, на самом деле, лицемерна, и в её основе лежит традиционное преступное основание. Это не обязательно так, но для человека, на собственном опыте привыкшего к таким звоночкам, подобное является очень подозрительным и отвращающим сигналом.
Всё это объясняется, конечно же, непрояснённостью главного вопроса - А КАК?! А как они дошли до жизни такой. В условиях подобной неопределённости, когда каждый строит свои версии в рамках доступных ему уморассуждений, неудивительно, что возникает и неуверенность.
И ещё, пару слов о "плате за свободу". Откровенно говоря, у меня всегда вызывают подозрительность подобные рассуждения. Очень уж они попахивают поповской "свободой воли". Что, вот, дескать, это не Он виноват, это вы неправильно своей свободой распоряжаетесь. При том, что я понимаю, и сам не раз говорил о неизменности человеческой природы, но, всё-таки, раз уж, тем или иным способом, удалось добиться её улучшения, так уж нечего тогда пенять на "неправильно" пользующихся предоставленным возможностями. Нет, ребята, это ВЫ недоработали!

Так почему он сделал Громозеку таким? Верней всего — потому, что наблюдал таких вокруг себя.

Ну это-то конечно. Это как раз в его духе - жечь сатирой.

Милых, добрых, обаятельных, чистосердечных, дружелюбных — и совершенно лишённых жалости, сострадания, когда речь идёт о Великой Цели.

Я вот тут не стал бы так категорично. Может, и не лишённых. Даже, скорее всего, не лишённых. И в этом как раз главный трагизм ситуации, в этом великая жертва! Но как раз в таком ключе, я не верю, чтобы он рассуждал, это не в его духе.

[Н. Светлов]

И в этом как раз главный трагизм ситуации, в этом великая жертва!

Ну да. «Я тебя породил — я тебя и убью» © Гоголь. Или «Я солдата на генерала не меняю». Но мне кажется, что на эту территорию Булычёв не заходил. Его всегда, по моим наблюдениям, больше интересовал «чёрный человек в костюме сером».

Это не обязательно так, но для человека, на собственном опыте привыкшего к таким звоночкам, подобное является очень подозрительным и отвращающим сигналом.

Да, это вполне верятно, и я так далеко в своих рассуждениях не заходил, поскольку не имел опыта такого рода. Систему такого рода я наблюдаю, но живу в почти параллельном мире с ней — как если б я жил в будущем и оттуда сочувственно взирал на прошлое (к вопросу о том, почему я там как дома). Быть может, именно потому, что сытый голодного не разумеет, я и не понимаю тех, кто видит «ужас-ужас» в поздней алисиане. Понятное дело, что у меня в голове сидит вполне удовлетворительная модель, которая собирает в целостную картину все фрагменты. Модель, в которой зона «почти параллельного мира» расширена почти до всего человечества (галактического), а в зоне преступной системы обитают борющиеся друг с другом и нуждающиеся друг в друге, как в воздухе, Добрецы и Милодары. Там есть тётя Дуся с Вундермахерами, профессор Сингх и даже несколько планет Галактического центра — заповедника бюрократии, куда по доброй воле ссылаются все те, кто хочет помучить, поиздеваться, порегулировать, пораспоряжаться.

И эта модель — альтернатива модели «Булычёв — лицемер», с которой я не могу смириться, хотя с некоторой (думаю, что малой) вероятностью истинной может оказаться именно она.

И ещё, пару слов о "плате за свободу". Откровенно говоря, у меня всегда вызывают подозрительность подобные рассуждения. Очень уж они попахивают поповской "свободой воли".

Нет-нет. Это не об этом. Это о кибернетической свободе — об энтропии системы в предложенных условиях среды (допустим, неблагоприятных). Если она мала, то система погибает из-за того, что не находит выход. Если она велика — то выход находит, но зато подчас гонит дурь и вредит себе подобным. «Надо что-то среднее — да где ж его взять» ©.

[Pinhead]

Но мне кажется, что на эту территорию Булычёв не заходил. Его всегда, по моим наблюдениям, больше интересовал «чёрный человек в костюме сером».

Согласен, у меня такое же ощущение. Он во многом оставался почти по-юношески максималистом, детерминизм морали, и никакой статистики.

альтернатива модели «Булычёв — лицемер»

Не Булычёв. Он-то как раз вполне даже искренен. Просто для него книжки про Алису были средством, а не целью. Он как раньше через них доносил какое-то своё отношение к чему-то, так и дальше продолжал доносить. Увидел что-то в жизни, не понравилось - а проиллюстрирую-ка я детишкам, как это плохо. А всерьёз как литературу, тем более, литературную франшизу, не воспринимал. Это видно по той небрежности, с которой он обращался с датами, фактами, даже, порой, именами. Поэтому для него обвинения в мнимом "предательстве" звучали бы нелепо. Предавать можно то, чему ты был предан, а к забавному увлечению это неприменимо. И чувств наподобие "мы в ответе за тех, кого приручили" не испытывал.