Опять-таки:
На третий день вышел ему навстречу большой-пребольшой серый волк. Такой большой, что больше и не бывает. Размером с тигра. Ивана нашего, царевича, даже пот прошиб.
Этот тигро-волк говорит таким грубым голосом:
- Ты что, младой юноша Иван-царевич, не читал, что на столбе написано?
Иван-царевич так испугался, что с коня упал. Он и не подозревал, что на свете говорящие волки живут такого размера.
Тигро-волк подошел к его коню, разорвал его надвое и пошел прочь.
(По другим сведениям, все не так было. По другим сведениям, Иван-царевич устал, слез с коня, спутал его, а сам спать лег. А как проснулся - смотрит, нет коня, а вокруг лежат кости одни обглоданные. За ночь кто-то коня съел... слопал.)
Заплакал тут (в обоих случаях) Иван-царевич:
- Как же мне жить теперь без верного друга? Конь, мой конь, конь вороной, зачем ты меня покинул? Конь, мой конь, конь вороной, на кого же ты меня оставил!
Очень он сильно сокрушался и плакал. Он шел пешком и все еще плакал. Целый день он шел и целый день плакал.
И вдруг его нагнал серый тигро-волк.
Он сказал:
- Жаль мне тебя, Иван-царевич, что ты пешком идешь. И того мне жаль, что я твоего коня заел. Добро! Садись на меня, на серого волка, и скажи, куда тебя везти и зачем?
Иван-царевич рассказал, куда и зачем послал его родной батюшка. Серый волк выслушал и засмеялся даже:
- Повезло тебе, Иван-царевич, что я твоего коня съел. Да на своем коне ты туда и в три года бы не доехал. Я один знаю, где жар-птица живет. Держись за меня крепче.
И помчался он пуще коня.
Иван-царевич подумал даже: "Хорошо бы этот тигро-конь (серый волк) у меня навсегда остался. И поговорить с ним можно. И бегает он быстро. И загрызет он в один момент кого следует. Одна беда - кормить его дорого. Ему ж в день не меньше коровы* давать надобно".
Э. Успенский "Иван - царский сын и Серый Волк"
*Видимо, дикой

Ну, и не из Алисианы, но...
Он сказал, что на полях больших газет скоро будет печататься газета для гарантийных человечков. Она будет набираться особым, незаметным людскому глазу шрифтом и будет называться "За гарантийную гарантию".
Он же, "Гарантийные человечки"
Где-то я эту газету уже читала

Возникающее у зрителя чувство называть весельем безнравственно, поэтому назовем его состраданием