Обитаемый остров

[Юра]

Это у гражданина Толстого как раз правда жизни - тогда дворяне французским лучше русского владели.
А у гражданина Бондарчука-младшего правды жизни днём с огнем не увидишь ни в каком фильме - даже в фантастической картине фантазия слишком бредовая.
Заметно только, что гражданин оперуполномоченный первоисточник не читал - оттого и вешает на Бондарчука дополнительно некоторые ляпы Стругацких. Но ляпов и у самого Бондарчука выше крыши.

[Юра]

Не скажи. С точки зрения качества кино "9 рота" весьма хороша. Я её активно не люблю по другим причинам.

И чего там такого хорошего? Даже если отвлечься от "исторической основы" - обычный боевичок, стандартный как галоша. Штамп на штампе, пособие на тему "как режиссеры с атрофией воображения снимают фильмы по голливудской кальке".

[Falcon]

Не скажи. С точки зрения качества кино "9 рота" весьма хороша. Я её активно не люблю по другим причинам.

И чего там такого хорошего? Даже если отвлечься от "исторической основы" - обычный боевичок, стандартный как галоша. Штамп на штампе, пособие на тему "как режиссеры с атрофией воображения снимают фильмы по голливудской кальке".

Я не про сюжет, а про технику съёмки, спецэффекты и тыды.

[Юра]

Так это не лично Бондарчук делал. На это есть специалисты.
Например дикая бредятина под названием "1612" с точки зрения костюмной реконструкции и спецэффектов сделана великолепно. От реконструкции гусар я получил почти эротическое удовольствие.

Отрадно, что мастера по операторскому исскуству и спецэффектам у нас появились хорошие.
Им бы ещё хороших актеров, сценаристов и режиссеров...

[Falcon]

Так это не лично Бондарчук делал. На это есть специалисты

Юра, поверь мне. Всё решает режиссёр. И команду набирает тоже режиссёр.
Обидно только, что талантливые режиссёры, вместо того, что-бы снимать патриотические фильмы, да бог с ним, хотя-бы просто "киноистории", начинают снимать антипатриотические.

[Юра]

Может ты и прав.
Но талантливая сволочь опаснее бездаря.

[Falcon]

Но талантливая сволочь опаснее бездаря.

Это точно.

[tktyf]

Всё решает режиссёр.

Вот те раз , а я то думал прдюсер ( ну тот кто деньгами рулит).

[Нгаан]

Обидно только, что талантливые режиссёры, вместо того, что-бы снимать патриотические фильмы, да бог с ним, хотя-бы просто "киноистории", начинают снимать антипатриотические.

Вот, вот. Ну прям по классику: "Из любви к родине они пишут вздор, который вызывает насмешки над нашей любимой родиной." (Г. К. Лихтенберг) С той лишь разницей, что теперь вздор не только пишут, но ещё и снимают.

[Кошка_Шредингера]

А вот вам, дорогие мои, альтернативный набег на пресс-показ от Дм. Быкова:

Вогнутый мир

Дмитрий БЫКОВ

Ничего сенсационного в новой картине Федора Бондарчука «Обитаемый остров» нет. Просто это лучшая экранизация Стругацких и, возможно, лучший наш в XXI веке фильм.

Фантастика давно стала достовернее реальности. Во вторник на «Мосфильме» я смотрел «Обитаемый остров» Федора Бондарчука, и ровно на реплике Странника «Что ты будешь делать с инфляцией?» мне позвонили из «Газеты Ру» и спросили, как я намерен переживать финансовый кризис. И это, поверьте, далеко не единственный момент фильма, где вторжение реальности совсем не выглядит фантастичным. Но и на фоне этой тотальной материализации неосуществимого я не поверил бы вчера, что экранизация романа Стругацких в исполнении постановщика «9 роты» покажется мне фильмом превосходным, а местами выдающимся.

Я и сейчас не совсем понимаю, как это получилось. Но если докапываться до сути—Стругацким, кажется, впервые повезло с киновоплощением: есть, конечно, выдающиеся картины Германа и Тарковского, но оба они высказываются в собственной манере, используя Стругацких как повод. «Трудно быть богом» («История арканарской резни») Германа—фильм, точно следующий фабуле и духу романа, да и «Сталкер» ни в чем не отступает от тринадцатого варианта «Машины желаний», но средствами авторского кино Стругацких выразить трудно, как ни парадоксально это звучит. Стругацкие—это ведь еще и стремительное действие с супергероем в центре, и все атрибуты традиционной фантастики—от межпланетных перелетов до инопланетных монстров,—и репризные диалоги, и черный юмор, и непредсказуемость финала. Стругацкие—это динамит. Бондарчук (думаю, однако, что в этом случае можно говорить о полноправном соавторстве режиссера, продюсеров Александра Роднянского и Сергея Мелькумова и сценаристов) первым нашел меру и прошел по лезвию: между боевиком а-ля «Трудно быть богом» Питера Фляйшмана и босховским парадом уродов и пыток в гигантской фреске Германа. Проза отцов-основателей современной российской фантастики впервые адекватно переведена на язык кино. Думаю, здесь огромна заслуга Марины и Сергея Дяченко—знаменитых на всю Европу киевских фантастов, написавших (при участии Эдуарда Володарского) лаконичный и прозорливый сценарий. Они не осовременивали Стругацких, о нет. Все проявилось само. Единственное отступление от фабулы—реплика Гая Гаала на вопрос Макса о том, кто такие хонтийцы, главные враги, и почему они так ненавидят своих соседей: «Раньше мы были одним государством. У нас была общая история». Ну так ведь в романе примерно так и сказано—«До войны они нам подчинялись, а теперь мстят».

А остальное—чистые Стругацкие: облучатели, действующие на большинство; меньшинство, называемое выродками; истерические крики про враждебное окружение, про подонков и мразей, подкупленных грязными хонтийскими деньгами; телевидение, неуклонно бубнящее про стремительно выросший жизненный уровень… Мутанты, которым уже ничего не надо—дали бы помереть спокойно. Страх перед Островной империей и ее белыми субмаринами: «Ты их хочешь привести сюда, Максим?!». Схема идеально перенеслась в новую реальность: поневоле поверишь в пророческий дар всех серьезных фантастов.

Дело, конечно, не в политической актуальности—Стругацкие ведь писали не антисоветское сочинение, чего бы там ни думала цензура. Это было для них мелко. Они исследовали мир Саракша—вогнутый, изолированный, свято убежденный в своей замкнутости. Жители Саракша думают, что живут на вогнутой поверхности,—там у них так рефракция устроена, горизонт по краям загибается кверху. Вот этот мир, из которого нет выхода, как раз и выступает главным объектом художественного исследования. Бежать некуда. Вогнутый мир страдает не только от этой замкнутости, но и от непроходящего, давящего страха. Представьте себя на внутренней поверхности сферы: жутко ведь. Из центра, в котором сияет Мировой свет, несутся неотразимые угрозы. Любой порыв на свободу заканчивается движением к центру, к испепеляющему свету, а потому и любое общественное движение в мире Саракша заканчивается новой, еще более сильной централизацией. И свежему воздуху взяться неоткуда—сфера ведь.

История Максима Камеррера, в сущности,—версия шварцевского «Дракона»: излучатели-то он убрал, зомбировать население запретил. А дальше? А дальше выберутся, уверен он: главное—дать людям жить самим. Тогда они непременно найдут выход. Так мог думать Камеррер, так казалось Стругацким, но Дяченко и Бондарчук в этом далеко не так уверены. Не зря Странник в исполнении Алексея Серебрякова настроен в финале так скептически и разносит Камеррера в пух и прах не дружески-снисходительно, а с самой натуральной ненавистью. Что мальчишка натворил, на что посягнул? Или он действительно допускает, что на Саракше можно иначе?! В том-то и дело, что Странник, оказывается, всерьез рассчитывал на излучатели. Они бы здорово ему помогли при подготовке переворота. И все, глядишь, обошлось бы малой кровью. А теперь, когда люди будут решать свою судьбу сами,—они могут такого наворотить… И когда Камеррер—его превосходно играет двадцатилетний дебютант Василий Степанов—орет окровавленным ртом, что при его жизни никто здесь больше не построит ни единого излучателя, создатели картины, безусловно, на его стороне, да и зрители, пожалуй, тоже, но вот достаточная ли это гарантия от диктатуры? Мы-то уже знаем, что она и без всяких излучателей обходится, и в идеологии не нуждается, и все отличие новой диктатуры от старой будет в том, что при новой не будет выродков. Исчезнет критерий, по которому они определялись. И когда в финале камера поползет вверх, напоминая о «Солярисе», и полетит над Странником, Зефом, Вепрем, Максимом и Радой—мы увидим, что мир Саракша действительно расположен внутри замкнутой сферы, как и утверждали местные ученые, а остальные гипотезы не подтверждаются, и выхода нет… Но вряд ли создатели фильма подводили к такому выводу. Им просто хочется напомнить нам, что рефракция—штука сильная и от излучателей не зависит. Так что бороться с ней придется самостоятельно.

Почему эта картина получилась и, более того, представляется мне самым значимым событием в российском кино XXI века, событием, перед которым «Дозоры» со всей их пресловутой прорывностью заметно скукоживаются? Прежде всего потому, что Бондарчук учел опыт отца, экранизировавшего «Войну и мир»: тексту надо дать работать, только и всего. Не нужно мешать ему авторскими амбициями—достаточно довериться автору, он знал, что делал.

Мир Саракша проработан у Бондарчука щедрее и детальнее, чем у Стругацких, но в их духе, с привлечением мотивов из «Града обреченного»: всем войскам—своя эмблема, всем областям—своя архитектура, всем социальным слоям—костюмы. Велик был соблазн стилизовать реальность «Острова» под быт землян времен Второй мировой, но Бондарчук снимает для сегодняшнего зрителя, чей вкус избалован зрелищами и спецэффектами, а мозги несколько разжижены. Фильм обязан сверкать, грохотать, давить и дивить масштабом. В картине учтен опыт «Пятого элемента», «Искусственного интеллекта» и «Особого мнения». Инопланетная техника выглядит страшной, грозной, вонючей—а все-таки таинственной и прекрасной: отличная работа концепт-дизайнера Кирилла Мурзина, художников Павла Новикова и Татьяны Мамедовой. Даже танки у них, отличаясь от земных единственным штрихом, а то и просто росписью корпуса, смотрятся не столько железными монстрами, сколько инопланетными диковинами: начинаешь понимать Камеррера, которому понадобилось прожить на Саракше не один месяц, прежде чем он начал принимать происходящее всерьез. Все-таки правила чужой планеты не совсем на нас распространяются, ихнюю беду как бы руками разведу… пока эта самая твоя чужеродность из защитного скафандра не превратится в особую примету, а то и отягчающее обстоятельство.

В этом фильме на пределе своих возможностей отработали все: продюсеры Александр Роднянский и Сергей Мелькумов (трудно представить степень их риска—не только потому, что в картину вложено больше 35 миллионов долларов, но и потому, что она не чета «9 роте» с точки зрения господствующего дискурса), композитор Юрий Потеенко, постановщик трюков Владимир Карпович, прославленный оператор Максим Осадчий, артист Петр Федоров, доказавший в роли Гая, что у нас не разучились изображать эволюцию героя, и актриса Юлия Снигирь, сумевшая сделать из бледноватой романной Рады живую и сложную героиню. Максим Суханов в роли главы неизвестных творцов ласков и страшен, сам Федор Бондарчук, сыгравший Умника, доказал, что актерских его возможностей мы далеко еще не знаем; Гоша Куценко в роли Вепря умудрился не использовать ни одного из коронных штампов—короче, люди понимали, что собрались для серьезного дела. Блокбастеру такого масштаба, кажется, по силам отрезвить, встряхнуть и спасти от излучателей львиную долю молодой аудитории. Хотя решительно ничего революционного и сенсационного—кроме неожиданно высокого уровня—в этой картине нет. Да и в романе нет, если вдуматься. Всего лишь простая мысль о том, что вогнутый мир не может стабильно существовать без выродков, в которых все тычут пальцами, без регулярных рейдов с арестами и, главное, без войны, которую сначала провоцируют, а потом, как правило, проигрывают, потому что танк-излучатель—не самое мощное оружие, да и действует главным образом на своих. Все это самоочевидно, казалось бы, но жители вогнутых миров всякий раз надеются, что обойдется. Они вообще любят надеяться, это у них главное занятие.

И вот я думаю: если в начале будущего года одновременно выйдут первая часть «Острова» (премьера запланирована на 1 января), да германовская «Арканарская резня», да «Иван Грозный и митрополит Филипп», только что законченный Павлом Лунгиным,—нет ли у нас шанса, что под этим напором вогнутый Саракш немного прогнется обратно, если не до нормальной круглой Земли, то хотя бы до плоскости?

Впрочем, как и было сказано выше, надеяться—любимое хобби на Саракше. Что там еще делать-то?
http://ogoniok.ru/5065/32/

[Ninthdream]

набег на пресс-показ от Дм. Быкова

Какой- то он в последнее время восторженный стал.. В какую рецензию ни ткнись - А. Герман - ГЕНИАЛЬНО! Бондарчук - лучший фильм 21 ВЕКА! М. Щербаков - вообще гений всех времен и народов, наше солнышко, наше ВСЕ!!
Не-е..пока сам не посмотрю и не убеждусь (убедюсь?).. Не верится в такое скопище талантов и гениев. Забавно будет, если истина окажется где-то посередине между Быковым и Гоблином - высокопрофессиональное унылое г-но..

[Кошка_Шредингера]

Забавно будет, если истина окажется где-то посередине между Быковым и Гоблином - высокопрофессиональное унылое г-но..

Патриотическое!
Быков, видимо, действительно устал от своего негативизма. И в пределах своей роли становится вполне конформным.

[Юра]

И вот я думаю: если в начале будущего года одновременно выйдут первая часть «Острова» (премьера запланирована на 1 января), да германовская «Арканарская резня», да «Иван Грозный и митрополит Филипп», только что законченный Павлом Лунгиным,—нет ли у нас шанса, что под этим напором вогнутый Саракш немного прогнется обратно, если не до нормальной круглой Земли, то хотя бы до плоскости?

Фигушки.
Учитывая, какие фильмы перечислены и в каком контексте - ну её к свиньям, такую плоскость. Накушались уже совсем недавно.
Кстати что-то многовато выродков расплодилось, пора сокращать поголовье.



А вот это - просто шутка юмора, без всякого скрытого смысла.

Горлум, хватая ртом воздух, поднялся на четвереньки и выплюнул откушенный палец, с ужасом глядя на то, как внизу, в огненных вихрях и реве лавы, тает брошенное Кольцо. Он поглядел на Фродо и сипло сказал:
- Dummkopf... Rotznase...
У Фродо подкосились ноги, и он мешком плюхнулся прямо на застонавшего Сэма.
Дурак...
Сопляк...
- Что вы туда бросили? - спросил Горлум, безнадежно махнув лапой.
- Кольцо... - тупо и беспомощно сказал Фродо. - То есть, не кольцо... Термическую бомбу.
- Я - сотрудник службы внешней разведки Валинора, - с горечью сказал Горлум, - я работаю здесь уже вторую эпоху подряд. Мы тщательно готовили спасение всей Арды. А вы - кто вы такой? Откуда вы взялись?

[tktyf]

Откуда цитата Дай почитать.

[Кошка_Шредингера]

Кстати что-то многовато выродков расплодилось, пора сокращать поголовье.

Юра, рискните здоровьем...
У самих револьверы найдутся!
Я тут с утра тоже жажду сократить чье-нибудь поголовье...

[Юра]

:shock: Откуда цитата Дай почитать.

Видел в интеренете только эту цитату. Насколько я понимаю, целого произведения в этом духе не существует, только этот пародийный отрывок.

[tktyf]

Ау, РОМАНТИКИ, кто нибудь был на премьере "Обитаемого острова"???
Расскажите впечатление

[Локсли]

Конечно, в 12-13 лет было не оторваться, прочитал запоем, но уже тогда было четкое ощущение, что книга - "детская".., по сравнению с другими у Стругацких..

Ну не знаю. Я читал его взрослым, и он мне показался далеко не детским произведением. "Ковентри", только в больших масштабах.

[BulBa]

Я тут с утра тоже жажду сократить чье-нибудь поголовье...

Я буду учавствовать! (с) А так, С Новым годом!

[Одиночка]

Расскажите впечатление

В течение недели побываю, по результатам отпишусь.