3.
Кокетство Мерцаны впервые заставило Орина задуматься над вопросами сексуальной морали. Сексуальная мораль Племени Великого Озера сильно отличается от морали Асгарда. Нравы в племени были намного свободнее, к тому же строгость сексуальных нравов в Асгарде намного усилилась после религиозной реформы и объявления женщины существом второго сорта. Женский эрос был объявлен проявлением демонического прельщения и самым опасным, интимные отношения названы порочными, а институт брака и семьи священным. Мать рассказывала, что за последние сто лет не было ни одного развода, по сути, он был неформально запрещён. Так же совершенно ушло в прошлое сексуальное просвещение и воспитание молодёжи. Иерархи церкви учили, что просвещать в сексуальном плане – провоцировать разврат, и облегчать Падшему, и его пособнице – женщине, Прелесть.
Совершенно из другого исходило Племя.
С четырнадцати лет мальчиков и девочек начинали теоретически обучать основам сексуальной морали и культуре эроса в, так называемой, Школе Вед. На первом этапе занятия проводились раздельно, равно, как и самые интимные вопросы обсуждали на раздельных занятиях весь период, но с пятнадцатилетнего возраста обучение становилось совместным. Занятия шли в зимний период. Проводили их опытные веды. Считалось, что
адекватно как культуре эроса, так и основам сексуальной морали может научить только женщина.
Интимные отношения были запрещены до семнадцати лет. На то была причина всеми уважаемая – девочке в раннем возрасте опасно рожать, это может нанести большой вред её здоровью и здоровью будущего ребёнка. Но первый поцелуй к этому не относился, и для многих он происходил в четырнадцать – пятнадцать лет. Племя знало противозачаточные средства, для их приготовления в основном использовали листья и плоды рябины. К тому же девочек учили детальному познанию своих, как это называлось – Циклов Повелительницы Звёзд. Это обучение носило ритуальный характер, циклы считались тесно связанными с циклами Луны, что тоже эффективно позволяло избегать нежелательных беременностей. Но стопроцентной гарантии не было, что и порождало запрет.
С семнадцати лет и девушки и юноши начинали пользоваться полной половой свободой, для чего были созданы специальные условия. Капище вед потому и было намного просторнее капища ведов, поскольку на его территории находились Школа Вед и дома свиданий. Юноши и девушки, живущие с родителями, понятно, не могли позволить в родительском доме свободных интимных отношений, дома свиданий давали такую возможность. Добрачная сексуальная связь, часто длительная, была нормой. Считалось недопустимым, чтобы мужчина и женщина становились мужем и женой, не познав насколько хорошо, они удовлетворяют друг друга в интимном плане. При этом, если это было необходимым, обеспечивалась полная тайна свиданий. И касалось это не только добрачных, но и внебрачных половых связей. Развод был нормой, и не считался позором.
Считалось нормой, что любовь может пройти, и на смену ей прийти новая любовь. И при таких обстоятельствах аморальной считалась не измена, а совместная жизнь без любви.
Соответственно, капище вед обеспечивало возможность в таких обстоятельствах найти новую любовь. Наследование имущества по женской, а не мужской линии, видимо, тоже объяснялось этим. После развода дети практически всегда оставались с матерью, и на неё ложилась обязанность обеспечить их материальное благополучие.
Ну, и понятно, красивая и привлекательная женщина, и женщина, обладающая развитыми Высшими Способностями не считалась пособницей Падшего – ведьмой, как называли вед в Асгарде. Напротив, такие женщины пользовались максимальным уважением.
Самым важным считалось то, что сексуальные отношения позволяют как мужчине, так и женщине максимально пополнять Высшую Энергию – Органон. Считалось, что человек аккумулирует Органон, когда испытывает положительные чувства, и теряет его, когда испытывает отрицательные, самые же мощные положительные чувства даёт половая любовь и особенно её интимная сторона. Это в корне противоречило теории соблазна и воздержания Асгарда, и этот вопрос уже разбирался особо. Веды уже прямо утверждали, что религия Асгарда порочна, поскольку с её помощью Архонт пытается заставить людей добровольно лишать себя Органона. Эта часть сексуальной морали заинтересовала Орина особо.
Она учила, что человек очень мало может в жизни, если получает мало Органона. Можно было сказать и так – если не умеет радоваться жизни. Такого человека будут всегда преследовать беды, неудачи и всяческое горе. В Миктланде тоже было выражение, которое любила повторять и мать: «Подобное, притягивает подобное». Вера племени, и особенно её сексуальная составляющая объясняла почему – Органон делает человека сильнее во всём, и он работает не только на уровне силы и ума, но и на уровне интуиции. То есть, он инстинктивно ведёт человека по жизни наиболее верной дорогой, и помогает принимать наиболее правильные решения. Если же добровольно лишать себя вполне возможных удовольствий, как учили жрецы в Асгарде, то трудно ждать хорошего в жизни.
Кроме того, именно Органон лежит в основе Высших Способностей, и путь Асгарда ведёт к тому, что ведов и вед будет всё меньше, а значит, люди однажды перестанут представлять для Архонта даже потенциальную опасность.
Между тем занятия с Мерцаной продолжались, и однажды она сказала, что ждёт ночи полнолуния.
- Думаю, Повелительница Звёзд в полной силе, поможет тебе, – сказала она.
Это были важные слова, действительно поддержавшие. Он верил в Повелительницу Звёзд, вера пришла ещё тогда, когда он уходил в Школу, и вспыхнуло северное сияние. Обучение у Крови Орла религии намного укрепило её.
И вот ночь полнолуния наступила.
Он выехал загодя, за сутки. На коне он мог намного быстрее достичь водопада, чем пешком, но путь всё равно был неблизкий. И выехал один, такое условие поставила Мерцана. Он тогда не знал, что она, а так же несколько самых опытных вед тайно следуют за ним. Матери он ничего не сказал, вернее, сказал, что его будут обучать ночной медитации.
Шум водопада раздался задолго до того как он увидел его.
Чем ближе он подъезжал, тем сильнее наваливался страх. С ним лук, и меч берсеркера, Мерцана почему-то приказала не брать копья, что было нормой при охоте на медведя, но что они в руках мальчишки, против громадного бурого медведя весом в пятьсот или шестьсот килограмм. Он никогда не чувствовал себя таким беззащитным.
Деревья раздвинулись, вспыхнула луна. Водопад, в её сиянии, был величественным как никогда. Огромные водяные горы рушились с большой высоты, и тончайшая водяная пыль висела в воздухе, разлагая лунный свет на спектр. Орин впервые в жизни видел лунную радугу. Она была удивительной – радуга во тьме, и она была прекрасной.
Орин забыл о страхе. Зачарованный он замер, вместе с конём, над водопадом, и отрешился от всего, полностью отдавшись очарованию гор воды, бурлящего шума и сияния радуги. И вновь почувствовал – водопад знает о его присутствии, и водопад союзник. Мысль о союзнике вернула к реальности, он вспомнил, против кого союз. Орин спешился и привязал коня.
Ожидание тянулось долго, но зов бера не звучал в душе. И чем дольше длилось ожидание, тем сильнее становился страх. Орин несколько раз прошёлся перед водопадом, не выпуская из рук лук, а потом пошёл, вдоль заводи. Он отошёл подальше от бурлящей воды и оказался у спокойного места. Ветра не было, и вода была гладкой как зеркало. Орин взглянул в сияющий чёрный обсидиан воды, в котором сияли отражённые звёзды, и вдруг увидел отражение Луны. Прекрасная серебреная планета сияла у него под ногами. Орин с удивлением взглянул на Луну, а потом на её отражение. Две Луны, казалось, смотрят друг другу в глаза, и между ними течёт непостижимый молчаливый диалог.
И сейчас стоя между двумя Лунами Орин почувствовал – страх уходит. Повелительница Звёзд посылает знак, что всё будет хорошо. В сердце пришёл покой, и из головы, без всякой амриты, выскочили мысли. По телу прошло умиротворение, столь желанное, после так долго терзавшего страха. Орин полностью расслабился, ещё немного прошёлся по берегу, а затем уселся на бугорок, прислонившись к дереву. Здесь, на грани смертельной опасности, ему было удивительно хорошо и спокойно. Шумела вода, на небе и на земле (вернее, на воде) мерцали звёзды, сияло две Луны, и над удивительной красоты пейзажем полыхала лунная радуга. Орин понял, что впадает в транс.
Он погружался в это состояние всё глубже, и чувствовал, как в нём начинают пробуждаться таинственные силы. И вот здесь раздался зов. Вновь чужая властная сила вошла в душу и потребовала идти на встречу с ней. Орин удивился тому, что нисколько ни испугался, и тому как легко зов отверг. Ещё немного посидев, и окончательно поняв, что зов над ним не властен, Орин встал, подошёл к коню, и, вскочив в седло, отправился домой.
Отравленная Чаша
Модераторы:модераторы, авторы
-
Сумрачный
Автор темы - Сообщения:715
- Зарегистрирован:16.11.2007, 03:48
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Откуда:Карелия
- Поблагодарили: 26 раз
Re: Отравленная Чаша
4.
Уже больше месяца его обучала Берегиня, тоже молодая и очень красивая женщина, русоволосая, со светлыми глазами и нежным добрым голосом, полная противоположность Мерцаны. Она старалась меньше требовать, больше заинтересовать, лучше объяснить и в этом была похожа на мать. Что очень нравилось ему, и очень не нравилось Крови Орла, но поделать он ничего не мог. Год Орин не занимался в Школе Вед, теперь Берегиня обучала и этим вопросам, восполняя пробел.
Амрита силы приготовленная ей тоже, вначале казалось, не оказывала особого действия, но он каким-то непонятным чувством улавливал – эффект есть. Вскоре это стало заметнее. Забытье после приёма амриты появлялось реже, он всё вернее погружался в добротный транс. Видения оставались сумбурными, и часто нелепыми, но стали более яркими и чёткими. Он чувствовал, что находится на пороге чего-то серьёзного.
Камлания теперь тоже были с Берегиней. В ритуальных танцах она также демонстрировала эротичность, но куда менее откровенно, чем Мерцана. Но, и её кокетство очень сильно действовало на Орина. Ему недавно исполнилось шестнадцать и, естественно, он ещё не познал женщину, а, после игры Мерцаны, гиперсексуальность бушевала. И именно поэтому в отношениях с Берегиней он, впервые заметил важную деталь, очевидную всем, кроме него. Даже он видел, что Берегиня прекрасно понимает его состояние, и если захочет, то как и Мерцана легко лишит сна. Но она не делала этого. Более того, по-настоящему она кокетничала только когда увлекалась и несколько утрачивала над собой контроль. Вначале он объяснял это тем, что интимная связь с мальчиком, не достигшим семнадцати лет, запрещена, и, к тому же, Берегиня элементарно его жалеет. Но потом понял – это не так. В его присутствии Берегиня не могла до конца преодолеть чувства смущения. С ним она куда стеснительнее, чем с мужчинами, не говоря про мальчиков.
В силу положения парии предпочитавший одиночество Орин избегал и отношений с девушками, хотя давно заметил, что нравится женщинам. Многие девушки проявляли инициативу, пытаясь, познакомится поближе и их не смущало, его положение среди сверстников. Но именно это и стало психологическим барьером, у него возникло чувство – он не вправе сближаться с девушками пока не станет сильным. Чувство подкрепляло то, что он всегда верил, что однажды станет таким, и почти не общаясь с женщинами и девушками, он только сейчас заметил, что далеко не одна Берегиня чувствует себя смущённой в его присутствии. Практически все женщины, если он подходил: опускают глаза, могут споткнуться, если идут, а часто и откровенно краснеют. Равно как и практически все женщины стремятся, ему понравится. Фактически, исключением из правила себя показала только Мерцана. Она единственная не проявила с ним даже толики смущения. Но зато и обрушила на него весь свой эрос с интенсивностью большей, чем у всех остальных женщин вместе взятых.
Орин задумался, в чём дело. Он уже знал, что мать была одной из первых красавиц Асгарда, и что унаследовал её красоту. Но в племени было много красивых мужчин. К тому же, первобытная жизнь на уровне подсознания учила женщин любить, прежде всего, мужчин атлетического сложения, а он далеко не мог похвастаться таким. Однако внимание женщин к нему было куда выше, чем, в том числе, и к атлетам. Он, было, подумал, что дело в его, вдруг, ставшем таким высоким статусе – личного ученика Крови Орла и Берегини. Но тщательно продумав всё, понял, что и это не так. Он вспомнил, насколько ожесточённой была зависть в Школе Молодых Волков, равно как и тогда насколько высоким было внимание девушек и женщин. И только сейчас понял, что чувство зависти к нему среди мальчишек, вместо чувства пренебрежения, как к другим недостаточно сильным сверстникам, вызвано не только его интеллектуальным превосходством, но и отношением к нему женщин. Поняв, что не в силах дать ответ, Орин решил для себя однажды обязательно докопаться до истины.
Между тем, Берегиня продолжала занятия, и, придя однажды в капище вед, он с большим волнением, чем обычно устроился в кресле. Комната для сеансов отличалась от комнаты в капище ведов, не было шкур хищных зверей, стены украшали вделанные в них небольшие цветные камни. Природа Арктиды богата минералами, здесь находили массу прозрачных и полупрозрачных кристаллов кварца, кварцита (разных цветов), граната, халцедона, опала, лунного камня, массу других. Они были главным элементом отделки, преломляя мягкий свет небольшого стеклянного светильника. Сияющие в полумраке огоньки создавали особый приятный настрой, способствуя необходимому умиротворению.
Чаша с амритой была золотой, украшенной красными алмазами, и он как обычно, осушив чашу, откинулся в кресле, погрузив взгляд в огранённый хрустальный шар. Мысли, роившиеся в голове, начали медленно её покидать. Ум успокаивался. И, вдруг, Орин ощутил чувство похожее на зов бера. Но это был не зов, а другое чувство и оно тоже звало но, не приказывая, а обещая открыть что-то новое, удивительное. Орин провалился в транс.
Вокруг сияла серебристая ярко освещённая Ра гладь реки, по которой он с удовольствием плыл. Точка зрения изменилась, Орин увидел себя в образе медвежонка. Его и ещё двух его братиков мама уже довольно давно учила плавать, но он всё ещё не решался заплывать на глубину, где задние лапы не касались дна. Это ещё не удавалось им всем. Но он полюбил плавать, и с удовольствием устраивал заплывы вдоль берега. Мама смотрела снисходительно, и позволяла уплывать, ненадолго выходя из поля зрения, зная, что на глубину он всё равно заплыть не рискнёт, и не мешая обретать чувство самостоятельности. В этом мамы-медведицы выгодно отличаются от человеческих, всегда воспитывая детей без отца, они не могут расслабиться настолько, чтобы дать медвежонку лишнюю опёку.
Вот и сейчас он отплыл довольно далеко, потеряв из виду маму и братиков. День был жаркий, и вода давала желанную прохладу, но плескаться ему надоело, он плыл, как положено это делать настоящему медведю, бесшумно, и зорко осматривая всё вокруг, в надежде обнаружить добычу, и, к большой радости, её обнаружил.
Небольшая змея, извиваясь, плыла совсем рядом. Орин, мягко загребая лапами, начал бесшумно приближаться к ней. Вот желанная добыча совсем близко, Орин напрягся, готовясь к рывку. В это короткое мгновение он успел, как следует рассмотреть змею и, сейчас, она показалась ему скользкой, омерзительной и осклизлой. Возникло сильное чувство отвращения, но пылающий азарт охотника был намного сильнее. Орин раскрыл пасть, рванулся вперёд, и мгновенно проглотил извивающуюся гадину целиком.
То, что было потом, заставило мир перевернуться. Орин сам не помнил, как оказался на берегу, катаясь по нему и изо всех сил колотя себя лапами по животу. Змея билась в желудке в диких конвульсиях пытаясь найти путь на свободу, душили спазмы, не давая зарычать, а позволяя лишь сдавленно хрипеть, а берег, река и лес кружились вокруг головы, как вокруг оси, всё убыстряя кружение. Орин вспомнил, какой мерзкой показалась гадина, и именно это воспоминание оказалось спасительным. И без того невероятное чувство тошноты стало запредельным и буквально вывернуло его наизнанку. Змея пулей вылетела из горла вместе с полупереваренными остатками пищи. Ещё несколько мгновений, в его рвоте, она билась в конвульсиях, а затем, целая и невредимая, рванулась к ближайшим зарослям, и мгновенно исчезла.
Это вызвало новый приступ рвоты. Теперь он на всю жизнь, понял, почему змея показалась такой скользкой, омерзительной и осклизлой.
Придя в себя, он подошёл к воде и долго жадно пил, а потом ополаскивался, чувство отвращения начало отпускать. Однако ему было ясно – окончательно оно не отпустит никогда.
Орин очнулся. Веда крепко держал его за плечи.
- Ты увидел, что-то очень страшное, – заботливо спросил она.
Орин оглянулся вокруг, ища следы рвоты, но здесь, к счастью, обошлось.
- Нет. Очень отвратительное, – ответил он.
Уже больше месяца его обучала Берегиня, тоже молодая и очень красивая женщина, русоволосая, со светлыми глазами и нежным добрым голосом, полная противоположность Мерцаны. Она старалась меньше требовать, больше заинтересовать, лучше объяснить и в этом была похожа на мать. Что очень нравилось ему, и очень не нравилось Крови Орла, но поделать он ничего не мог. Год Орин не занимался в Школе Вед, теперь Берегиня обучала и этим вопросам, восполняя пробел.
Амрита силы приготовленная ей тоже, вначале казалось, не оказывала особого действия, но он каким-то непонятным чувством улавливал – эффект есть. Вскоре это стало заметнее. Забытье после приёма амриты появлялось реже, он всё вернее погружался в добротный транс. Видения оставались сумбурными, и часто нелепыми, но стали более яркими и чёткими. Он чувствовал, что находится на пороге чего-то серьёзного.
Камлания теперь тоже были с Берегиней. В ритуальных танцах она также демонстрировала эротичность, но куда менее откровенно, чем Мерцана. Но, и её кокетство очень сильно действовало на Орина. Ему недавно исполнилось шестнадцать и, естественно, он ещё не познал женщину, а, после игры Мерцаны, гиперсексуальность бушевала. И именно поэтому в отношениях с Берегиней он, впервые заметил важную деталь, очевидную всем, кроме него. Даже он видел, что Берегиня прекрасно понимает его состояние, и если захочет, то как и Мерцана легко лишит сна. Но она не делала этого. Более того, по-настоящему она кокетничала только когда увлекалась и несколько утрачивала над собой контроль. Вначале он объяснял это тем, что интимная связь с мальчиком, не достигшим семнадцати лет, запрещена, и, к тому же, Берегиня элементарно его жалеет. Но потом понял – это не так. В его присутствии Берегиня не могла до конца преодолеть чувства смущения. С ним она куда стеснительнее, чем с мужчинами, не говоря про мальчиков.
В силу положения парии предпочитавший одиночество Орин избегал и отношений с девушками, хотя давно заметил, что нравится женщинам. Многие девушки проявляли инициативу, пытаясь, познакомится поближе и их не смущало, его положение среди сверстников. Но именно это и стало психологическим барьером, у него возникло чувство – он не вправе сближаться с девушками пока не станет сильным. Чувство подкрепляло то, что он всегда верил, что однажды станет таким, и почти не общаясь с женщинами и девушками, он только сейчас заметил, что далеко не одна Берегиня чувствует себя смущённой в его присутствии. Практически все женщины, если он подходил: опускают глаза, могут споткнуться, если идут, а часто и откровенно краснеют. Равно как и практически все женщины стремятся, ему понравится. Фактически, исключением из правила себя показала только Мерцана. Она единственная не проявила с ним даже толики смущения. Но зато и обрушила на него весь свой эрос с интенсивностью большей, чем у всех остальных женщин вместе взятых.
Орин задумался, в чём дело. Он уже знал, что мать была одной из первых красавиц Асгарда, и что унаследовал её красоту. Но в племени было много красивых мужчин. К тому же, первобытная жизнь на уровне подсознания учила женщин любить, прежде всего, мужчин атлетического сложения, а он далеко не мог похвастаться таким. Однако внимание женщин к нему было куда выше, чем, в том числе, и к атлетам. Он, было, подумал, что дело в его, вдруг, ставшем таким высоким статусе – личного ученика Крови Орла и Берегини. Но тщательно продумав всё, понял, что и это не так. Он вспомнил, насколько ожесточённой была зависть в Школе Молодых Волков, равно как и тогда насколько высоким было внимание девушек и женщин. И только сейчас понял, что чувство зависти к нему среди мальчишек, вместо чувства пренебрежения, как к другим недостаточно сильным сверстникам, вызвано не только его интеллектуальным превосходством, но и отношением к нему женщин. Поняв, что не в силах дать ответ, Орин решил для себя однажды обязательно докопаться до истины.
Между тем, Берегиня продолжала занятия, и, придя однажды в капище вед, он с большим волнением, чем обычно устроился в кресле. Комната для сеансов отличалась от комнаты в капище ведов, не было шкур хищных зверей, стены украшали вделанные в них небольшие цветные камни. Природа Арктиды богата минералами, здесь находили массу прозрачных и полупрозрачных кристаллов кварца, кварцита (разных цветов), граната, халцедона, опала, лунного камня, массу других. Они были главным элементом отделки, преломляя мягкий свет небольшого стеклянного светильника. Сияющие в полумраке огоньки создавали особый приятный настрой, способствуя необходимому умиротворению.
Чаша с амритой была золотой, украшенной красными алмазами, и он как обычно, осушив чашу, откинулся в кресле, погрузив взгляд в огранённый хрустальный шар. Мысли, роившиеся в голове, начали медленно её покидать. Ум успокаивался. И, вдруг, Орин ощутил чувство похожее на зов бера. Но это был не зов, а другое чувство и оно тоже звало но, не приказывая, а обещая открыть что-то новое, удивительное. Орин провалился в транс.
Вокруг сияла серебристая ярко освещённая Ра гладь реки, по которой он с удовольствием плыл. Точка зрения изменилась, Орин увидел себя в образе медвежонка. Его и ещё двух его братиков мама уже довольно давно учила плавать, но он всё ещё не решался заплывать на глубину, где задние лапы не касались дна. Это ещё не удавалось им всем. Но он полюбил плавать, и с удовольствием устраивал заплывы вдоль берега. Мама смотрела снисходительно, и позволяла уплывать, ненадолго выходя из поля зрения, зная, что на глубину он всё равно заплыть не рискнёт, и не мешая обретать чувство самостоятельности. В этом мамы-медведицы выгодно отличаются от человеческих, всегда воспитывая детей без отца, они не могут расслабиться настолько, чтобы дать медвежонку лишнюю опёку.
Вот и сейчас он отплыл довольно далеко, потеряв из виду маму и братиков. День был жаркий, и вода давала желанную прохладу, но плескаться ему надоело, он плыл, как положено это делать настоящему медведю, бесшумно, и зорко осматривая всё вокруг, в надежде обнаружить добычу, и, к большой радости, её обнаружил.
Небольшая змея, извиваясь, плыла совсем рядом. Орин, мягко загребая лапами, начал бесшумно приближаться к ней. Вот желанная добыча совсем близко, Орин напрягся, готовясь к рывку. В это короткое мгновение он успел, как следует рассмотреть змею и, сейчас, она показалась ему скользкой, омерзительной и осклизлой. Возникло сильное чувство отвращения, но пылающий азарт охотника был намного сильнее. Орин раскрыл пасть, рванулся вперёд, и мгновенно проглотил извивающуюся гадину целиком.
То, что было потом, заставило мир перевернуться. Орин сам не помнил, как оказался на берегу, катаясь по нему и изо всех сил колотя себя лапами по животу. Змея билась в желудке в диких конвульсиях пытаясь найти путь на свободу, душили спазмы, не давая зарычать, а позволяя лишь сдавленно хрипеть, а берег, река и лес кружились вокруг головы, как вокруг оси, всё убыстряя кружение. Орин вспомнил, какой мерзкой показалась гадина, и именно это воспоминание оказалось спасительным. И без того невероятное чувство тошноты стало запредельным и буквально вывернуло его наизнанку. Змея пулей вылетела из горла вместе с полупереваренными остатками пищи. Ещё несколько мгновений, в его рвоте, она билась в конвульсиях, а затем, целая и невредимая, рванулась к ближайшим зарослям, и мгновенно исчезла.
Это вызвало новый приступ рвоты. Теперь он на всю жизнь, понял, почему змея показалась такой скользкой, омерзительной и осклизлой.
Придя в себя, он подошёл к воде и долго жадно пил, а потом ополаскивался, чувство отвращения начало отпускать. Однако ему было ясно – окончательно оно не отпустит никогда.
Орин очнулся. Веда крепко держал его за плечи.
- Ты увидел, что-то очень страшное, – заботливо спросил она.
Орин оглянулся вокруг, ища следы рвоты, но здесь, к счастью, обошлось.
- Нет. Очень отвратительное, – ответил он.
-
Сумрачный
Автор темы - Сообщения:715
- Зарегистрирован:16.11.2007, 03:48
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Откуда:Карелия
- Поблагодарили: 26 раз
Re: Отравленная Чаша
5.
Только на следующий день он с содроганием рассказал Берегине отвратительный эпизод. Та с сочувствием выслушала, а затем сказала:
- Что бы там ни было, Орин, но главное ты сделал – ты по своей воле сумел войти в душу брата-медведя. Теперь дело пойдёт легче, так было всегда. Твоя беда, что ты в себя не веришь. Ты слишком долго жил среди завистников, а они как могли, внушали тебе чувство: «Ты никто, и зовут тебя никак». Конечно, кто-то пытался внушить тебе и обратное: мать, Чёрный Лебедь и учителя в Школе Молодых Волков, но этого было недостаточно. Но, ты умный человек, и в состоянии увидеть, что слова завистников стоят недорого. Оглянись вокруг. Я с большим удивлением поняла, что ты только сейчас заметил насколько нравишься женщинам, и то далеко не до конца. А как ты думаешь, женщинам может нравиться мужчина, который никто, и которого зовут никак?! И потом, тебе говорили, те, кто знают, что говорят, что ты очень сильный вед?! – Она подчеркнула вопросы.
- Да. – Кратко ответил Орин.
- Добавь к этому, что ты берсеркер, это моё твёрдое мнение, равно как я уверена, что ты обязательно овладеешь этим даром.
Берегиня помолчала.
- Скажу больше, Орин, я думаю, что дар берсеркера не единственный твой дар и, познавая себя, ты ещё сделаешь много удивительных открытий, которые дадут тебе удивительные силу и могущество.
Помни главное, мы набираем Органон, когда нам хорошо, и теряем его, когда нам плохо, и именно в этом смысл травли, которую всегда, везде и во все времена организуют завистники. Сами того не подозревая, они пытаются добиться того, чтобы предмет их зависти лишился как можно больше Крови Орла. И именно поэтому каждый умный и мудрый человек должен презирать завистников. Понимаешь, именно должен! – Она вновь выделила слова интонацией. – Конечно презирая, ты не должен их недооценивать. И запомни, одно другому не мешает. Вот зависть мешает, она действительно не даёт объективно оценивать возможности предмета зависти, но сознательное презрение, как и ненависть, к тем, кто их заслуживают, наоборот помогают, при условии, что ты владеешь этими чувствами, а не они тобой. Новая вера Асгарда учит, что гнев – смертный грех, наша древняя вера учит другому. Мы имеем право на ненависть, презрение и гнев. Но открыто их проявить, мы имеем право лишь тогда, когда готовы к этому. А если же мы не готовы, чувства презрения и ненависти, вернее, пробуждаемую ими энергию, лучше использовать чтобы лучше и активнее подготовиться. Для гнева должен прийти его час.
Берегиня опять замолчала.
- Зная тебя, я уверена, – продолжила она, – что ты никогда не унизишься до того, что бы отомстить тем, кто организовал травлю и травил тебе в Школе Молодых Волков, хотя они и лишили тебя очень большого количества Органона. И не потому, что ты милосерден, чего опять же требует от каждого и к каждому новая религия Асграда. И это тоже запомни – далеко не всегда нужно быть милосердным, и далеко не каждый достоин милосердия. Но ты не сделаешь это по другой причине, ты уже сейчас чувствуешь, а скоро поймёшь, что твои сверстники просто недостойны твоего гнева. По мере того как ты будешь познавать себя, и как будешь осознавать какая невероятная мощь в тебе таиться. И чем больше будет понимание, тем более несерьёзной будет для тебя мысль мстить сверстникам.
Сегодня отдохни, к занятиям вернёмся завтра, и, самое главное, подумай о том, что я сказала. Постарайся почувствовать ту невероятную мощь, которая в тебе спит. Это не только поможет тебе настроиться на нужный лад, но и даст так необходимые сейчас положительные чувства, дающие Органон. И помни, и вед, и берсеркер, а по большому счёту это одно и то же, это тот, в ком много Органона, гораздо больше, чем у других.
Берегине удалось добиться своего. Орин задумался о том, какую громадную роль в жизни играет личное достоинство, и не в нравственном, а самом прямом смысле слова, и как важно уметь презирать мелкие, незначительные беды, а не позволять им тянуть из себя энергию. И впервые задумался об энергии Органона. И вдруг вспомнил, как часто ему доводилось слышать от старших: «Как же много в Орине энергии. И откуда, ведь он так слаб» и т.д. И на свои места встали и многочисленные слова учителей и ведов, что он может овладеть ведовством, и повышенное внимание женщин, не видящих, но интуитивно чувствующих бушующий в нём Органон, и зависть сверстников, которая тоже была проявлением этого, чувствующих его превосходство. И вера в себя, а так же желание себя познать перестали быть просто словами. Он начал постигать смысл этих понятий, и их подлинное значение.
На следующий день он долго всматривался в хрустальный шар, но когда уже отчаялся, теперь знакомое чувство, напоминающее зов пришло. Он ухватился за него, всячески пытаясь поддержать, и сам не заметил, как опять увидел мир глазами медвежонка.
Лето заканчивалось. Вовсю шли неприятные осенние дожди, и с каждым днём всё холоднее. Орин заметно возмужал и вырос. В нём было добрых тридцать пять килограмм веса. В теле медвежонка он был полной противоположностью себя в теле мальчика, заметно обогнав братиков в физическом развитии, и став в их троице главным. Но ситуация изменилась, ещё недавно мама ничего не имела против, что медвежата всегда вместе. Но теперь часто выражала недовольство, и поощряла одиночные прогулки. Медведь живёт один, и может рассчитывать лишь на себя, к этому пора привыкать.
Орина это тяготило меньше, чем братиков. Несмотря на то, что стал лидером, он любил одиночество, и мама теперь не скрывала, что эта черта характера ей нравится. Он забирался в лес дальше братиков, поскольку легче их преодолевал страх. Скоро он нашёл несколько новых пастбищ, и уже искренне считал их своей вотчинной. И, пожалуй, заявись туда братики, как настоящий медведь, задал бы им хорошую трёпку.
Сейчас он пришёл на самое дальнее, и самое обильное – старое моховое болото, на котором почему-то было много камней. Здесь росло много съедобных грибов, кроме того, он очень любил отваливать камни и исследовать, что под ними. Там часто попадались вкусные вещи: личинки, жуки, ящерица или змея. Он научился не глотать змей целиком, а предварительно отгрызать им голову, и неторопливо, с достоинством съедать.
Он не знал, что уже несколько дней за ним следят беспощадные глаза.
Крупная, почти размером с Орина росомаха давно приметила добычу, и ей тоже нравилась его склонность к одиночеству. Медвежонок подходящая добыча для дерзкой, смелой охотницы, с которой предпочитают не связываться волки и рыси. Она затаилась в кустарнике, к которому всё ближе подходил Орин увлечённый переворачиванием камней.
Порыв ветра, несколько изменившего направление, донёс незнакомый опасный запах, Орин насторожено замер. Поняв, что внезапно напасть не получится, росомаха вышла из кустов, угрожающе зарычала и медленно пошла на него, припадая к земле. Орин привстал на задние лапы, и собрал всё мужество, преодолевая навалившийся страх.
Наступающий хищник был меньше, но Орин прекрасно понимал – перед ним опытный, великолепный убийца. У него даже не мелькнула мысль о бегстве. Он знал, что если повернётся, росомаха одним прыжком окажется на спине, и вонзит клыки в шею. А значит, прыжок нужно принять, глядя в глаза. Росомаха зашипела и, скорее, поползла, чем пошла к нему. Мгновение, и серая молния метнулась вперёд, оскалив клыки.
Но Орин был начеку. У него хватило ума не принять атаку в лоб. Он увернулся, и выбросил лапу, целясь когтями в промахнувшегося хищника. Когти вонзились в бок пролетавшей мимо росомахи, глубоко вспоров его. Хищница бросилась бежать. Орин радостно зарычал, и кинулся вслед. Он уже победил. Росомаха теряла кровь, а значит силу и быстроту реакции, поэтому она и ударилась в бегство, дававшее единственный шанс. Но, Орин не хотел лишаться замечательной добычи, в которую превратилась охотница.
Росомаха нырнула в кустарник, из которого появилась, надеясь, что низкие ветки задержат Орина, но не тут-то было, хотя он и несколько отстал, его надёжно вёл кровавый след, ярость, а также вспыхнувший азарт.
Погоня длилась чуть более минуты.
Настигнув хищницу, он прыгнул, и вонзил клыки ей в шею. Через несколько мгновений росомаха перестала биться.
Это была очень серьёзная победа, над страшным противником, и Орин впервые в жизни дрался насмерть. Он стал на задние лапы и огласил лес торжествующим рёвом.
Только на следующий день он с содроганием рассказал Берегине отвратительный эпизод. Та с сочувствием выслушала, а затем сказала:
- Что бы там ни было, Орин, но главное ты сделал – ты по своей воле сумел войти в душу брата-медведя. Теперь дело пойдёт легче, так было всегда. Твоя беда, что ты в себя не веришь. Ты слишком долго жил среди завистников, а они как могли, внушали тебе чувство: «Ты никто, и зовут тебя никак». Конечно, кто-то пытался внушить тебе и обратное: мать, Чёрный Лебедь и учителя в Школе Молодых Волков, но этого было недостаточно. Но, ты умный человек, и в состоянии увидеть, что слова завистников стоят недорого. Оглянись вокруг. Я с большим удивлением поняла, что ты только сейчас заметил насколько нравишься женщинам, и то далеко не до конца. А как ты думаешь, женщинам может нравиться мужчина, который никто, и которого зовут никак?! И потом, тебе говорили, те, кто знают, что говорят, что ты очень сильный вед?! – Она подчеркнула вопросы.
- Да. – Кратко ответил Орин.
- Добавь к этому, что ты берсеркер, это моё твёрдое мнение, равно как я уверена, что ты обязательно овладеешь этим даром.
Берегиня помолчала.
- Скажу больше, Орин, я думаю, что дар берсеркера не единственный твой дар и, познавая себя, ты ещё сделаешь много удивительных открытий, которые дадут тебе удивительные силу и могущество.
Помни главное, мы набираем Органон, когда нам хорошо, и теряем его, когда нам плохо, и именно в этом смысл травли, которую всегда, везде и во все времена организуют завистники. Сами того не подозревая, они пытаются добиться того, чтобы предмет их зависти лишился как можно больше Крови Орла. И именно поэтому каждый умный и мудрый человек должен презирать завистников. Понимаешь, именно должен! – Она вновь выделила слова интонацией. – Конечно презирая, ты не должен их недооценивать. И запомни, одно другому не мешает. Вот зависть мешает, она действительно не даёт объективно оценивать возможности предмета зависти, но сознательное презрение, как и ненависть, к тем, кто их заслуживают, наоборот помогают, при условии, что ты владеешь этими чувствами, а не они тобой. Новая вера Асгарда учит, что гнев – смертный грех, наша древняя вера учит другому. Мы имеем право на ненависть, презрение и гнев. Но открыто их проявить, мы имеем право лишь тогда, когда готовы к этому. А если же мы не готовы, чувства презрения и ненависти, вернее, пробуждаемую ими энергию, лучше использовать чтобы лучше и активнее подготовиться. Для гнева должен прийти его час.
Берегиня опять замолчала.
- Зная тебя, я уверена, – продолжила она, – что ты никогда не унизишься до того, что бы отомстить тем, кто организовал травлю и травил тебе в Школе Молодых Волков, хотя они и лишили тебя очень большого количества Органона. И не потому, что ты милосерден, чего опять же требует от каждого и к каждому новая религия Асграда. И это тоже запомни – далеко не всегда нужно быть милосердным, и далеко не каждый достоин милосердия. Но ты не сделаешь это по другой причине, ты уже сейчас чувствуешь, а скоро поймёшь, что твои сверстники просто недостойны твоего гнева. По мере того как ты будешь познавать себя, и как будешь осознавать какая невероятная мощь в тебе таиться. И чем больше будет понимание, тем более несерьёзной будет для тебя мысль мстить сверстникам.
Сегодня отдохни, к занятиям вернёмся завтра, и, самое главное, подумай о том, что я сказала. Постарайся почувствовать ту невероятную мощь, которая в тебе спит. Это не только поможет тебе настроиться на нужный лад, но и даст так необходимые сейчас положительные чувства, дающие Органон. И помни, и вед, и берсеркер, а по большому счёту это одно и то же, это тот, в ком много Органона, гораздо больше, чем у других.
Берегине удалось добиться своего. Орин задумался о том, какую громадную роль в жизни играет личное достоинство, и не в нравственном, а самом прямом смысле слова, и как важно уметь презирать мелкие, незначительные беды, а не позволять им тянуть из себя энергию. И впервые задумался об энергии Органона. И вдруг вспомнил, как часто ему доводилось слышать от старших: «Как же много в Орине энергии. И откуда, ведь он так слаб» и т.д. И на свои места встали и многочисленные слова учителей и ведов, что он может овладеть ведовством, и повышенное внимание женщин, не видящих, но интуитивно чувствующих бушующий в нём Органон, и зависть сверстников, которая тоже была проявлением этого, чувствующих его превосходство. И вера в себя, а так же желание себя познать перестали быть просто словами. Он начал постигать смысл этих понятий, и их подлинное значение.
На следующий день он долго всматривался в хрустальный шар, но когда уже отчаялся, теперь знакомое чувство, напоминающее зов пришло. Он ухватился за него, всячески пытаясь поддержать, и сам не заметил, как опять увидел мир глазами медвежонка.
Лето заканчивалось. Вовсю шли неприятные осенние дожди, и с каждым днём всё холоднее. Орин заметно возмужал и вырос. В нём было добрых тридцать пять килограмм веса. В теле медвежонка он был полной противоположностью себя в теле мальчика, заметно обогнав братиков в физическом развитии, и став в их троице главным. Но ситуация изменилась, ещё недавно мама ничего не имела против, что медвежата всегда вместе. Но теперь часто выражала недовольство, и поощряла одиночные прогулки. Медведь живёт один, и может рассчитывать лишь на себя, к этому пора привыкать.
Орина это тяготило меньше, чем братиков. Несмотря на то, что стал лидером, он любил одиночество, и мама теперь не скрывала, что эта черта характера ей нравится. Он забирался в лес дальше братиков, поскольку легче их преодолевал страх. Скоро он нашёл несколько новых пастбищ, и уже искренне считал их своей вотчинной. И, пожалуй, заявись туда братики, как настоящий медведь, задал бы им хорошую трёпку.
Сейчас он пришёл на самое дальнее, и самое обильное – старое моховое болото, на котором почему-то было много камней. Здесь росло много съедобных грибов, кроме того, он очень любил отваливать камни и исследовать, что под ними. Там часто попадались вкусные вещи: личинки, жуки, ящерица или змея. Он научился не глотать змей целиком, а предварительно отгрызать им голову, и неторопливо, с достоинством съедать.
Он не знал, что уже несколько дней за ним следят беспощадные глаза.
Крупная, почти размером с Орина росомаха давно приметила добычу, и ей тоже нравилась его склонность к одиночеству. Медвежонок подходящая добыча для дерзкой, смелой охотницы, с которой предпочитают не связываться волки и рыси. Она затаилась в кустарнике, к которому всё ближе подходил Орин увлечённый переворачиванием камней.
Порыв ветра, несколько изменившего направление, донёс незнакомый опасный запах, Орин насторожено замер. Поняв, что внезапно напасть не получится, росомаха вышла из кустов, угрожающе зарычала и медленно пошла на него, припадая к земле. Орин привстал на задние лапы, и собрал всё мужество, преодолевая навалившийся страх.
Наступающий хищник был меньше, но Орин прекрасно понимал – перед ним опытный, великолепный убийца. У него даже не мелькнула мысль о бегстве. Он знал, что если повернётся, росомаха одним прыжком окажется на спине, и вонзит клыки в шею. А значит, прыжок нужно принять, глядя в глаза. Росомаха зашипела и, скорее, поползла, чем пошла к нему. Мгновение, и серая молния метнулась вперёд, оскалив клыки.
Но Орин был начеку. У него хватило ума не принять атаку в лоб. Он увернулся, и выбросил лапу, целясь когтями в промахнувшегося хищника. Когти вонзились в бок пролетавшей мимо росомахи, глубоко вспоров его. Хищница бросилась бежать. Орин радостно зарычал, и кинулся вслед. Он уже победил. Росомаха теряла кровь, а значит силу и быстроту реакции, поэтому она и ударилась в бегство, дававшее единственный шанс. Но, Орин не хотел лишаться замечательной добычи, в которую превратилась охотница.
Росомаха нырнула в кустарник, из которого появилась, надеясь, что низкие ветки задержат Орина, но не тут-то было, хотя он и несколько отстал, его надёжно вёл кровавый след, ярость, а также вспыхнувший азарт.
Погоня длилась чуть более минуты.
Настигнув хищницу, он прыгнул, и вонзил клыки ей в шею. Через несколько мгновений росомаха перестала биться.
Это была очень серьёзная победа, над страшным противником, и Орин впервые в жизни дрался насмерть. Он стал на задние лапы и огласил лес торжествующим рёвом.
-
Сумрачный
Автор темы - Сообщения:715
- Зарегистрирован:16.11.2007, 03:48
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Откуда:Карелия
- Поблагодарили: 26 раз
Re: Отравленная Чаша
6.
Теперь погружения в душу бера начали получаться легко, и Орин уже с трудом верил, что совсем недавно ему казалось, что у него никогда ничего не получится. Он привык видеть мир глазами бера: медвежонка, молодого медведя, матёрого хозяина тайги. Но это не становилось менее интересным, напротив, жизнь бера увлекала всё больше.
Внезапно возникла проблема, недалеко от посёлка появились уркхи. Но вскоре исчезли. Следопыты обследовали места их появления и сказали – это малая ватага, похоже, переселившаяся из дальних мест. Единственной странностью было, что около следов уркхов часто попадались крупные волчьи следы.
Наверное, потому, что думал об уркхах, в очередном видении он увидел их. Орин ещё не видел уркхов, и, так сказать, увидел их в первый раз. Обнаружив следы двуногих в своих угодьях, бер рассердился и тут же решил их покарать. Он пошёл по следу и вскоре увидел три прямоидущие фигуры. Потом Орин понял, что видел уркхов из расы, согласно воззрениям племени имевшей душу – гнумов, приземистых, с большими головами, ощутимо больше, чем у человека, низкими лбами, коренастым телом, косматыми бородами. С дубинами, копьями с кремневыми наконечниками, каменными топорами, засунутыми за пояс. Но он, естественно, понятия не имел, что их далёкие потомки назовут эту расу неандертальцами. Орину удалось подкрасться незаметно, позже он понял – это спасло ему жизнь.
Зарычав, он бросился на уркхов и одним ударом мощной лапы сломал ближайшему шею. Двое отпрянули, поднимая копья, но один не успел. Орин повалил его, и вонзил клыки в горло. Но второй подскочил сбоку и с силой ударил копьём. Страшная боль проникающей раны, до того неизвестной ему, пронзила Орина. Он дико зарычал, одним движением лапы сломал копьё, и кинулся на врага. Тот успел выхватить нож. Взбешённый Орин швырнул его на землю и принялся рвать когтями, превращая в кровавое месиво. Но тот успел дважды глубоко вонзить нож в правую лапу.
Жалобно рыча, Орин вырвал обломок копья из бока, и принялся зализывать распоротую лапу. Теперь он навсегда усвоил – встреч с двуногими лучше избегать.
Теперь погружения в душу бера начали получаться легко, и Орин уже с трудом верил, что совсем недавно ему казалось, что у него никогда ничего не получится. Он привык видеть мир глазами бера: медвежонка, молодого медведя, матёрого хозяина тайги. Но это не становилось менее интересным, напротив, жизнь бера увлекала всё больше.
Внезапно возникла проблема, недалеко от посёлка появились уркхи. Но вскоре исчезли. Следопыты обследовали места их появления и сказали – это малая ватага, похоже, переселившаяся из дальних мест. Единственной странностью было, что около следов уркхов часто попадались крупные волчьи следы.
Наверное, потому, что думал об уркхах, в очередном видении он увидел их. Орин ещё не видел уркхов, и, так сказать, увидел их в первый раз. Обнаружив следы двуногих в своих угодьях, бер рассердился и тут же решил их покарать. Он пошёл по следу и вскоре увидел три прямоидущие фигуры. Потом Орин понял, что видел уркхов из расы, согласно воззрениям племени имевшей душу – гнумов, приземистых, с большими головами, ощутимо больше, чем у человека, низкими лбами, коренастым телом, косматыми бородами. С дубинами, копьями с кремневыми наконечниками, каменными топорами, засунутыми за пояс. Но он, естественно, понятия не имел, что их далёкие потомки назовут эту расу неандертальцами. Орину удалось подкрасться незаметно, позже он понял – это спасло ему жизнь.
Зарычав, он бросился на уркхов и одним ударом мощной лапы сломал ближайшему шею. Двое отпрянули, поднимая копья, но один не успел. Орин повалил его, и вонзил клыки в горло. Но второй подскочил сбоку и с силой ударил копьём. Страшная боль проникающей раны, до того неизвестной ему, пронзила Орина. Он дико зарычал, одним движением лапы сломал копьё, и кинулся на врага. Тот успел выхватить нож. Взбешённый Орин швырнул его на землю и принялся рвать когтями, превращая в кровавое месиво. Но тот успел дважды глубоко вонзить нож в правую лапу.
Жалобно рыча, Орин вырвал обломок копья из бока, и принялся зализывать распоротую лапу. Теперь он навсегда усвоил – встреч с двуногими лучше избегать.
-
Сумрачный
Автор темы - Сообщения:715
- Зарегистрирован:16.11.2007, 03:48
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Откуда:Карелия
- Поблагодарили: 26 раз
Re: Отравленная Чаша
Глава VI
Схватка
По пескам деревья-арлекины
Пляшут танец осени и смерти.
М. Волошин (Сентябрь, 1907 г.)
1.
Лето было в разгаре. Орин чувствовал – приближается схватка с бером. Приехала Мерцана, пришло её время учить. Суть обучения вначале не изменилась – медитации, погружающие в душу бера. Но он куда реже видел сцены располагающие к брату-медведю. Теперь в образе медведя он почти всегда нападал, а не защищался. Бер убивал оленей, лосей, вепрей. Дважды Орин видел, как он разорвал менее крупных медведей.
- Самый страшный враг человека – он сам, – сказал Мерцана, – ты должен видеть, что перед тобой не брат, а беспощадный враг! Иначе у тебя дрогнет рука. В твои шестнадцать лет, если ты не ранишь серьёзно медведя первой стрелой, у нашего племени не будет берсеркера. А времени мало. Эргард нападёт через пару лет, а то и раньше. Сейчас он воюет с Биармландом, но Биармланд слабеет, и потерял больше трети территории. Как только Эргард покончит с ним, он обрушится на нас.
Орин задумался.
- А почему мы ждём? – Спросил он. – Почему не заключить союз с Биармландом, и не атаковать Эргард? Биармланд мог бы продать нам оружие, оно лучше нашего.
- Мы мирные люди, и воюем, лишь защищая свою землю. На чужой земле мы не воевали давно. И законы рабовладельческих государств запрещают продавать нам оружие из стали, кроме наконечников для копий и стрел, и ножей.
- Но Биармланд гибнет, почему бы ему не нарушить закон?
Мерцана долго пристально смотрела на него.
- Я тоже так считаю, – наконец, сказал она, – но, ни разу не говорила это вслух. Эргард стал таким могучим, поскольку племена и государства позволяли уничтожать себя поодиночке. Но когда у нас появится берсеркер, создаст дружину себе подобных, и как только она покажет силу, в неё поверят не только люди, но и племена и государства. Тогда, думаю, и разговор с царицей Биармланда может оказаться не бесполезным.
Мерцана предложила тренироваться с ней, а не Быстрым Оленем. Часто они занимались и фехтованием. Она продолжала кокетничать, и Орин невольно постоянно сравнивал её с образом Сандры, так внезапно возникшим в сознании. Поражение в образе Мира Грома почему-то глубоко задело, и он сам поражался силе желания взять реванш. У Мерцаны тоже оказался стальной меч, но из обычной стали, и они вначале попробовали фехтовать не только деревянными, но и боевыми мечами. Однако от этого пришлось отказаться, её меч плохо выдерживал удары булата. Но фехтование просто тянуло его, он мог рубиться, буквально не прекращая. Мерцана заметила это, и однажды прямо поинтересовалась, в чём дело. И Орин, неожиданно для себя спросил:
- Тебе ничего не говорит имя Сандра Кара?
И убедился – ему удалось попасть с цель. Мерцана вздрогнула.
- Нет! – Ответила она и отвела взгляд.
Больше к теме они не возвращались, но Мерцана стала сдержаннее в кокетстве, и в целом начала проявлять большее уважение. Между тем, обучение продолжалось.
- Главное у берсеркера, – однажды сказала она, – что он может двигаться быстрее обычного человека. Быстрее в пять раз. Вернее, всё в нём может двигаться быстрее, например сердце, биться четыреста раз в минуту. Именно в этом сила. Враги не успеют даже вынуть мечи, а он уже изрубит их. Боевой транс не только другое состояние души, как обычный, но и тела. И тебе нужно пытаться научиться входить него сейчас, до встречи с братом-медведем. Конечно, лучше это освоить, как ваши души сольются, поскольку человек становится гораздо сильнее. Ты, например, начнёшь куда больше есть, и быстро наберёшь вес килограммов в сто. Таким ты сможешь дольше выдерживать боевой транс. Если сейчас тебе удастся войти в него, ты сможешь пробыть в нём не больше минуты, а дальше или выпадешь из него, или умрёшь, и в любом случае, после первого раза тебе придётся восстанавливаться долго. После того же как ваши души сольются ты сможешь быть в нём несколько минут. Наш последний берсеркер мог выдержать его больше семи минут. Но, повторяю, пробовать надо сейчас. В обычный транс ты входишь легко, и тебе нужно научиться входить в него не перед хрустальным шаром, а везде. Когда это удастся, ставь перед собой мысленно задачу – превратить транс в боевой. Мысль великая сила. Войдя в боевой транс, ты это почувствуешь: всё затянет лёгкий красноватый туман, люди и вообще всё, станет двигаться очень медленно, слова превратятся в непонятные звуки, а все звуки станут чем-то вроде урчания довольного медведя. Здесь помогает чувство смертельной опасности. У тебя смертельная схватка с бером, и чья возьмёт не знает никто! Помни об этом! Недавно страх был противником, теперь он союзник. Пусть он поможет собраться. Завтра мы займёмся этим, и ты опять начнёшь приём амриты силы.
Схватка
По пескам деревья-арлекины
Пляшут танец осени и смерти.
М. Волошин (Сентябрь, 1907 г.)
1.
Лето было в разгаре. Орин чувствовал – приближается схватка с бером. Приехала Мерцана, пришло её время учить. Суть обучения вначале не изменилась – медитации, погружающие в душу бера. Но он куда реже видел сцены располагающие к брату-медведю. Теперь в образе медведя он почти всегда нападал, а не защищался. Бер убивал оленей, лосей, вепрей. Дважды Орин видел, как он разорвал менее крупных медведей.
- Самый страшный враг человека – он сам, – сказал Мерцана, – ты должен видеть, что перед тобой не брат, а беспощадный враг! Иначе у тебя дрогнет рука. В твои шестнадцать лет, если ты не ранишь серьёзно медведя первой стрелой, у нашего племени не будет берсеркера. А времени мало. Эргард нападёт через пару лет, а то и раньше. Сейчас он воюет с Биармландом, но Биармланд слабеет, и потерял больше трети территории. Как только Эргард покончит с ним, он обрушится на нас.
Орин задумался.
- А почему мы ждём? – Спросил он. – Почему не заключить союз с Биармландом, и не атаковать Эргард? Биармланд мог бы продать нам оружие, оно лучше нашего.
- Мы мирные люди, и воюем, лишь защищая свою землю. На чужой земле мы не воевали давно. И законы рабовладельческих государств запрещают продавать нам оружие из стали, кроме наконечников для копий и стрел, и ножей.
- Но Биармланд гибнет, почему бы ему не нарушить закон?
Мерцана долго пристально смотрела на него.
- Я тоже так считаю, – наконец, сказал она, – но, ни разу не говорила это вслух. Эргард стал таким могучим, поскольку племена и государства позволяли уничтожать себя поодиночке. Но когда у нас появится берсеркер, создаст дружину себе подобных, и как только она покажет силу, в неё поверят не только люди, но и племена и государства. Тогда, думаю, и разговор с царицей Биармланда может оказаться не бесполезным.
Мерцана предложила тренироваться с ней, а не Быстрым Оленем. Часто они занимались и фехтованием. Она продолжала кокетничать, и Орин невольно постоянно сравнивал её с образом Сандры, так внезапно возникшим в сознании. Поражение в образе Мира Грома почему-то глубоко задело, и он сам поражался силе желания взять реванш. У Мерцаны тоже оказался стальной меч, но из обычной стали, и они вначале попробовали фехтовать не только деревянными, но и боевыми мечами. Однако от этого пришлось отказаться, её меч плохо выдерживал удары булата. Но фехтование просто тянуло его, он мог рубиться, буквально не прекращая. Мерцана заметила это, и однажды прямо поинтересовалась, в чём дело. И Орин, неожиданно для себя спросил:
- Тебе ничего не говорит имя Сандра Кара?
И убедился – ему удалось попасть с цель. Мерцана вздрогнула.
- Нет! – Ответила она и отвела взгляд.
Больше к теме они не возвращались, но Мерцана стала сдержаннее в кокетстве, и в целом начала проявлять большее уважение. Между тем, обучение продолжалось.
- Главное у берсеркера, – однажды сказала она, – что он может двигаться быстрее обычного человека. Быстрее в пять раз. Вернее, всё в нём может двигаться быстрее, например сердце, биться четыреста раз в минуту. Именно в этом сила. Враги не успеют даже вынуть мечи, а он уже изрубит их. Боевой транс не только другое состояние души, как обычный, но и тела. И тебе нужно пытаться научиться входить него сейчас, до встречи с братом-медведем. Конечно, лучше это освоить, как ваши души сольются, поскольку человек становится гораздо сильнее. Ты, например, начнёшь куда больше есть, и быстро наберёшь вес килограммов в сто. Таким ты сможешь дольше выдерживать боевой транс. Если сейчас тебе удастся войти в него, ты сможешь пробыть в нём не больше минуты, а дальше или выпадешь из него, или умрёшь, и в любом случае, после первого раза тебе придётся восстанавливаться долго. После того же как ваши души сольются ты сможешь быть в нём несколько минут. Наш последний берсеркер мог выдержать его больше семи минут. Но, повторяю, пробовать надо сейчас. В обычный транс ты входишь легко, и тебе нужно научиться входить в него не перед хрустальным шаром, а везде. Когда это удастся, ставь перед собой мысленно задачу – превратить транс в боевой. Мысль великая сила. Войдя в боевой транс, ты это почувствуешь: всё затянет лёгкий красноватый туман, люди и вообще всё, станет двигаться очень медленно, слова превратятся в непонятные звуки, а все звуки станут чем-то вроде урчания довольного медведя. Здесь помогает чувство смертельной опасности. У тебя смертельная схватка с бером, и чья возьмёт не знает никто! Помни об этом! Недавно страх был противником, теперь он союзник. Пусть он поможет собраться. Завтра мы займёмся этим, и ты опять начнёшь приём амриты силы.
-
Сумрачный
Автор темы - Сообщения:715
- Зарегистрирован:16.11.2007, 03:48
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Откуда:Карелия
- Поблагодарили: 26 раз
Re: Отравленная Чаша
2.
Он принимал амриту, впадал в транс, выходил на улицу, пытаясь там превратить транс в боевой, но безуспешно. Пытался входить в транс без амириты прямо на улице, иногда это удавалось, но и только. Видя, что толку нет, Мерцана сказала:
- Теперь тебе поможет только преодоление страха! Сейчас мы кое-куда съездим.
Они долго ехали по лесу, пока не подъехали к глубокой пропасти. Спешившись, подошли к ней.
- Подойди к краю! – Приказала Мерцана.
Он подошёл.
- Ближе!
Он сделал ещё несколько шагов.
- Ещё ближе!
Он стал на самом краю. У ног бездна, глубоко внизу валуны, между ними ручей. Неверное движение означало смерть.
Орин понял – у него кружится голова и сделал неверный шаг, в бездну посыпались камешки. Он покачнулся и рухнул в пропасть.
Но Мерцана была начеку, мгновенно прыгнув, она схватила его за шиворот, и резко отшвырнула от края. Кружение в голове скоро прошло, но тяжесть только что отступившей смерти давила.
Мерцана внимательно посмотрела.
- Ты должен научиться ходить по краю! – сказала она. – Теперь тебе всю жизнь придётся идти по нему! Такова судьба берсеркера!
Она немного помолчала.
- С завтрашнего дня займёмся. Вначале будишь подходить на расстояние, на котором под силу преодолеть страх, и идти. Потом будешь его сокращать. Помни, твоя цель научится идти по самому краю!
Он начал тренировки, и через месяц смог идти по самому краю. Но впасть в боевой транс не получалось. Мерцана предложила фехтовать на краю пропасти. Вначале было трудно, несколько раз он чуть не сорвался, потом привык. Победа над страхом высоты была серьёзной, но входить в боевой транс не помогла. Мерцана всё увеличивала интенсивность тренировок и здесь успехов, особенно в фехтовании, он добивался всё больших.
Наступило время уборки урожая. На поле повадился ходить крупный вепрь.
- Это подходящий случай, – сказала Мерцана. – Подстереги кабана один, дай увидеть себя, и когда бросится – убей! Пойдёшь, как и на брата-бера, без копья, с луком и мечом. В нём около двухсот килограмм, и если промахнёшься из лука, шанс у тебя останется один – заколоть мечом. И шанс небольшой, если не войдёшь в транс. Впрочем, – улыбнулась она, – будет лучше, если поразишь стрелой, я не верю, что это получится.
И вновь взглянула с насмешливым кокетством.
Мерцана, в который раз, подвергала его смертельной опасности, но Орин понимал – она права. Другого способа пробудить силу берсеркера, нет.
Две ночи он продежурил впустую, но на третью услышал шаги и лёгкое похрюкивание.
Ещё в Школе Молодых Волков он научился ходить бесшумно. Секач оказался в огороде, увлечённо вырывал рылом морковь, репу и редьку и тут же пожирал.
Орин вскинул лук.
- Эй! – Крикнул он.
Вепрь повернулся, возмущённо завизжал и кинулся в атаку.
Ночь была светлой, и Орин хорошо видел сияющие белые клыки, огромное, неотвратимо несущееся тело, косматую тёмно-серую шерсть. Но страх был, когда он подкрадывался, сейчас он не ощущал и тени страха. Он натянул лук, прицелился вепрю в воспалённый, пылающий дикой злобой глаз, и отпустил тетиву. Та тонко зазвенела. Рука не подвела, стрела вонзилась точно в глаз. До секача остались не более двадцати метров, а лук был мощным, боевым. Стрела ушла в голову почти по самое оперенье. Ноги вепря подломились, он немного проехал по полю на брюхе, и неподвижный замер у ног.
Орин был разочарован, он надеялся на сильное чувство страха, которое поможет, а то оказалось умеренным. Но Мерцана, к изумлению, похвалила.
- Это хорошо, что ты почти не боялся, – сказала она, выслушав рассказ, – ты продвигаешься в борьбе со страхом, а для берсеркера это самое главное. Думаю, скоро ты увидишь красный туман. – И вдруг грустно опустила голову. – Знаешь, – тихо произнесла она, – я бы тоже хотела его увидеть, но познать такое, дано только тебе.
Он принимал амриту, впадал в транс, выходил на улицу, пытаясь там превратить транс в боевой, но безуспешно. Пытался входить в транс без амириты прямо на улице, иногда это удавалось, но и только. Видя, что толку нет, Мерцана сказала:
- Теперь тебе поможет только преодоление страха! Сейчас мы кое-куда съездим.
Они долго ехали по лесу, пока не подъехали к глубокой пропасти. Спешившись, подошли к ней.
- Подойди к краю! – Приказала Мерцана.
Он подошёл.
- Ближе!
Он сделал ещё несколько шагов.
- Ещё ближе!
Он стал на самом краю. У ног бездна, глубоко внизу валуны, между ними ручей. Неверное движение означало смерть.
Орин понял – у него кружится голова и сделал неверный шаг, в бездну посыпались камешки. Он покачнулся и рухнул в пропасть.
Но Мерцана была начеку, мгновенно прыгнув, она схватила его за шиворот, и резко отшвырнула от края. Кружение в голове скоро прошло, но тяжесть только что отступившей смерти давила.
Мерцана внимательно посмотрела.
- Ты должен научиться ходить по краю! – сказала она. – Теперь тебе всю жизнь придётся идти по нему! Такова судьба берсеркера!
Она немного помолчала.
- С завтрашнего дня займёмся. Вначале будишь подходить на расстояние, на котором под силу преодолеть страх, и идти. Потом будешь его сокращать. Помни, твоя цель научится идти по самому краю!
Он начал тренировки, и через месяц смог идти по самому краю. Но впасть в боевой транс не получалось. Мерцана предложила фехтовать на краю пропасти. Вначале было трудно, несколько раз он чуть не сорвался, потом привык. Победа над страхом высоты была серьёзной, но входить в боевой транс не помогла. Мерцана всё увеличивала интенсивность тренировок и здесь успехов, особенно в фехтовании, он добивался всё больших.
Наступило время уборки урожая. На поле повадился ходить крупный вепрь.
- Это подходящий случай, – сказала Мерцана. – Подстереги кабана один, дай увидеть себя, и когда бросится – убей! Пойдёшь, как и на брата-бера, без копья, с луком и мечом. В нём около двухсот килограмм, и если промахнёшься из лука, шанс у тебя останется один – заколоть мечом. И шанс небольшой, если не войдёшь в транс. Впрочем, – улыбнулась она, – будет лучше, если поразишь стрелой, я не верю, что это получится.
И вновь взглянула с насмешливым кокетством.
Мерцана, в который раз, подвергала его смертельной опасности, но Орин понимал – она права. Другого способа пробудить силу берсеркера, нет.
Две ночи он продежурил впустую, но на третью услышал шаги и лёгкое похрюкивание.
Ещё в Школе Молодых Волков он научился ходить бесшумно. Секач оказался в огороде, увлечённо вырывал рылом морковь, репу и редьку и тут же пожирал.
Орин вскинул лук.
- Эй! – Крикнул он.
Вепрь повернулся, возмущённо завизжал и кинулся в атаку.
Ночь была светлой, и Орин хорошо видел сияющие белые клыки, огромное, неотвратимо несущееся тело, косматую тёмно-серую шерсть. Но страх был, когда он подкрадывался, сейчас он не ощущал и тени страха. Он натянул лук, прицелился вепрю в воспалённый, пылающий дикой злобой глаз, и отпустил тетиву. Та тонко зазвенела. Рука не подвела, стрела вонзилась точно в глаз. До секача остались не более двадцати метров, а лук был мощным, боевым. Стрела ушла в голову почти по самое оперенье. Ноги вепря подломились, он немного проехал по полю на брюхе, и неподвижный замер у ног.
Орин был разочарован, он надеялся на сильное чувство страха, которое поможет, а то оказалось умеренным. Но Мерцана, к изумлению, похвалила.
- Это хорошо, что ты почти не боялся, – сказала она, выслушав рассказ, – ты продвигаешься в борьбе со страхом, а для берсеркера это самое главное. Думаю, скоро ты увидишь красный туман. – И вдруг грустно опустила голову. – Знаешь, – тихо произнесла она, – я бы тоже хотела его увидеть, но познать такое, дано только тебе.
-
Сумрачный
Автор темы - Сообщения:715
- Зарегистрирован:16.11.2007, 03:48
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Откуда:Карелия
- Поблагодарили: 26 раз
Re: Отравленная Чаша
3.
Орину исполнилось семнадцать лет. Вести были всё тревожнее. Эргард всё теснил Биармланд, древнее и миролюбивое государство, недавно самое крупное в этих местах, и единственное способное оказать ему серьёзное сопротивление. Шансы отстоять независимость племени всё уменьшались.
И Орин и все понимали, ему пора на схватку с бером.
Наступила золотая осень солнечная и теплая, увядающая красота деревьев радовала глаз как никогда. Но не поднимала настроение Орину, опять идущему на смертельный риск, причём, не сравнимый с предыдущими. И тут пришло потрясающее известие – Эргард официально принял веру Асгарда.
Впервые за много десятилетий маски были сорваны. Более того, церковь Эргарда была официально объявлена экзархатом церкви Миктланда, в Эргард был прислан экзарх, и между Эргардом и Асгардом было установлено сообщение по воздуху.
Все племена и народы замерли в ужасе, что Асгард даст Эргарду «оружие корнов». Но вскоре поступили утешительные вести. Начались чрезвычайные переговоры, и Арктида выдвинула ультиматум: «Если Эргард получит «оружие корнов», то Арктида предоставит его своему союзнику – Биармланду, и рассмотрит вопрос предоставления другим народам!». Между двумя «государствами богов» был заключён договор, подтвердивший древний запрет. Орин впервые был в курсе тайных сторон дипломатической коллизии, и впервые задумался, как хорошо здесь налажена агентурная разведка. Иначе, наверное, в условиях тотального внедрения Асгардом и Туле агентуры, продолжающегося века, быть и не могло, но Орин никогда не думал об этом, и был поражён масштабами тайной войны.
Самое же главное, во всей остроте и противоречивости встал личный вопрос – война против Эргарда теперь означала войну против Асгарда, его Родины. Кроме того, он и мать получили возможность вернуться в Асгард, для этого достаточно выйти на экзарха Эргарда, с которым формально Племя Великого Озера сохраняло добрососедские отношения. Орин глубоко осознавал долг перед племенем, но хорошо понимал, что есть долг и перед Миктландом, кроме того, его долг, это долг не простого аса, а Великого Корна. И была ещё одна сторона, может быть даже более важная. Мать попросит его вернуться домой, она глубоко убеждена – корн должен жить и воспитываться среди корнов.
Как здесь быть?! Попросить мать остаться в племени, и принять участие в войне против Асграда?!
Орин хотел именно этого. Но что у него есть, кроме желания? Долг перед племенем, спасшим им жизнь и остро нуждающемся в берсеркере, дающем единственный шанс отстоять независимость? Это серьёзный аргумент. Но достаточный ли? Орин понимал – для мамы нет. Конечно, если он скажет, что останется в племени в любом случае, мама останется с ним, единственный сын был главным смыслом её жизни. Но имеет ли он право так поступить с матерью?! Всегда эгоистичный Орин впервые задумался, что у мамы тоже есть право что-то хотеть, и больше, чем он. Прежде всего, право воссоединиться с любимым мужчиной. Такое его решение, безусловно, было большой обидой. И как жить дальше, зная, что он причинил маме такую обиду, и сражаясь против союзников собственного народа?! У Орина не было ответов на эти вопросы.
Кровь Орла сам пришёл к нему и, предупреждая вопросы, сказал, что всё понимает и примет любое решение, его и матери. Дабы не расширять круг посвящённых, в посёлок Чёрного Лебедя поехали вчетвером: Орин, Мерцана, Кровь Орла и Быстрый Олень.
В землянку мамы он вошёл с верховным ведом, после приветствий тот сказал:
- Наверное, ты уже поняла богиня Тэрин, что привело нас в неурочный час. Ты в курсе, что церковь Эргарда теперь экзархат церкви Асгарда?
- Да, великий вед, – ответила мать, – но я не знаю кто экзарх.
- Великий Корн Ортэйн, – сумрачно ответил вед.
Мать вскочила.
- Ортэйн?! – резко спросила она.
- Вы знакомы?!
- И даже слишком хорошо! Позволь мне поговорить с сыном наедине, великий вед!
Кровь Орла молча кивнул, став ещё мрачнее, и вышел из землянки.
Мама взволнованно прошлась.
- Вот ты и стал взрослым, сынок, – сказала она, – как же быстро это произошло. И теперь не только на мои, но и на твои плечи ложится очень трудное решение. – Она немного помолчала. – Но великий вед сильно помог нам, сам не подозревая об этом.
Она опять несколько раз прошлась.
- Корн должен расти среди корнов, и получить подобающее образование и воспитание, тем более Великий Корн с такой родословной как у тебя. – Она замолчала и опустила глаза. – Наш род и род Ортэйна, – продолжила она, – всегда были дружны. Более того, нас роднят большие родственные связи, и много раз в трудную минуту мы помогали друг другу. В детстве мы с Ортэйном играли вместе, как подросли все стали воспринимать само собой разумеющимся, что наш брак ещё сильнее укрепит древний союз.
Мама опять замолчала, и молчала долго. Затем подняла глаза и резко сказала:
- И именно поэтому, сын мой, я говорю тебе, мы не вернёмся в Асгард! И ещё, иди и сражайся против Эргарда!
Орин, которому было страшно тяжело слышать каждое слово, толкающее, как казалось, к предательству племени удивлённо замер.
- В наших родах никогда не было священнослужителей, – между тем, – продолжала мама. – После того же, как к власти пришёл Эркар мы стали презирать его рабскую веру и жрецов ставших его прихвостнями. И всегда думали, что никогда, ни один представитель наших древних родов ни унизится сам, и не унизит всех нас став одним из них.
Мама вновь взволнованно прошлась.
- То, что сделал Ортэйн – это подлое предательство! Это предательство наших родов. Это предательство всех древних родов Асгарда! И это предательство государя Трора!
Мама села, из глаз, как и всегда когда она принимала трудное решение, потекли слёзы.
- Теперь я понимаю, почему не захотела стать его женой. Интуиция ребёнка и молодой девушки удивительная вещь… Похоже я тогда уже почувствовала, что он поддонок! И поддонок который опозорит свой род во веки веков!
- Ты знаешь, что означает слово аристократия? – Неожиданно спросила она.
- Да, она от слова аристон или аркестон, самый лучший, безупречный – власть лучших, – ответил Орин.
Мама кивнула.
- Смирившись с рабской верой Эркара, наша аристократия потеряла право так себя называть. А теперь стало ещё хуже, представители древнейших родов, опоры трона, всерьёз принимают эту веру и официально становятся её слугами. Такого позора ещё никогда не было в Асгарде, и такой позор смывается только кровью! У нашей аристократии, теперь есть только одна возможность вернуть себе право так называться – сбросить узурпатора и его прихвостней! И твой долг потомственного аристократа, сынок, помочь ей. И запомни Орин, ты сражаешься не против Эргарда, и не против Асгарда, ты сражаешься против узурпатора и его подлой веры.
Она гордо взглянула на него.
- Кровь Орла очень умный человек, сынок, – неожиданно мягко продолжила она, – и я думаю, он сможет понять нас. Когда он мне сказал, что полагает, что мой сын разобьёт Отравленную Чашу, я не поверила. Но когда ты тут, же подтвердил, что чувствуешь, что это твой путь, вера пришла! Нашей аристократии нужен умный и решительный вождь, способный объединить её в борьбе против узурпатора, и если они увидят такого вождя в тебе, я убеждена все древние роды, даже род Ортэйна, помогут тебе. – Мама первый раз за разговор улыбнулась. – Ну, а Кровь Орла сумеет им помочь увидеть, и установит связь. И это тоже запомни, Орин, тайная война теперь становится для тебя важнее явной, хотя время большой тайной войны и придёт ещё не скоро.
Орину исполнилось семнадцать лет. Вести были всё тревожнее. Эргард всё теснил Биармланд, древнее и миролюбивое государство, недавно самое крупное в этих местах, и единственное способное оказать ему серьёзное сопротивление. Шансы отстоять независимость племени всё уменьшались.
И Орин и все понимали, ему пора на схватку с бером.
Наступила золотая осень солнечная и теплая, увядающая красота деревьев радовала глаз как никогда. Но не поднимала настроение Орину, опять идущему на смертельный риск, причём, не сравнимый с предыдущими. И тут пришло потрясающее известие – Эргард официально принял веру Асгарда.
Впервые за много десятилетий маски были сорваны. Более того, церковь Эргарда была официально объявлена экзархатом церкви Миктланда, в Эргард был прислан экзарх, и между Эргардом и Асгардом было установлено сообщение по воздуху.
Все племена и народы замерли в ужасе, что Асгард даст Эргарду «оружие корнов». Но вскоре поступили утешительные вести. Начались чрезвычайные переговоры, и Арктида выдвинула ультиматум: «Если Эргард получит «оружие корнов», то Арктида предоставит его своему союзнику – Биармланду, и рассмотрит вопрос предоставления другим народам!». Между двумя «государствами богов» был заключён договор, подтвердивший древний запрет. Орин впервые был в курсе тайных сторон дипломатической коллизии, и впервые задумался, как хорошо здесь налажена агентурная разведка. Иначе, наверное, в условиях тотального внедрения Асгардом и Туле агентуры, продолжающегося века, быть и не могло, но Орин никогда не думал об этом, и был поражён масштабами тайной войны.
Самое же главное, во всей остроте и противоречивости встал личный вопрос – война против Эргарда теперь означала войну против Асгарда, его Родины. Кроме того, он и мать получили возможность вернуться в Асгард, для этого достаточно выйти на экзарха Эргарда, с которым формально Племя Великого Озера сохраняло добрососедские отношения. Орин глубоко осознавал долг перед племенем, но хорошо понимал, что есть долг и перед Миктландом, кроме того, его долг, это долг не простого аса, а Великого Корна. И была ещё одна сторона, может быть даже более важная. Мать попросит его вернуться домой, она глубоко убеждена – корн должен жить и воспитываться среди корнов.
Как здесь быть?! Попросить мать остаться в племени, и принять участие в войне против Асграда?!
Орин хотел именно этого. Но что у него есть, кроме желания? Долг перед племенем, спасшим им жизнь и остро нуждающемся в берсеркере, дающем единственный шанс отстоять независимость? Это серьёзный аргумент. Но достаточный ли? Орин понимал – для мамы нет. Конечно, если он скажет, что останется в племени в любом случае, мама останется с ним, единственный сын был главным смыслом её жизни. Но имеет ли он право так поступить с матерью?! Всегда эгоистичный Орин впервые задумался, что у мамы тоже есть право что-то хотеть, и больше, чем он. Прежде всего, право воссоединиться с любимым мужчиной. Такое его решение, безусловно, было большой обидой. И как жить дальше, зная, что он причинил маме такую обиду, и сражаясь против союзников собственного народа?! У Орина не было ответов на эти вопросы.
Кровь Орла сам пришёл к нему и, предупреждая вопросы, сказал, что всё понимает и примет любое решение, его и матери. Дабы не расширять круг посвящённых, в посёлок Чёрного Лебедя поехали вчетвером: Орин, Мерцана, Кровь Орла и Быстрый Олень.
В землянку мамы он вошёл с верховным ведом, после приветствий тот сказал:
- Наверное, ты уже поняла богиня Тэрин, что привело нас в неурочный час. Ты в курсе, что церковь Эргарда теперь экзархат церкви Асгарда?
- Да, великий вед, – ответила мать, – но я не знаю кто экзарх.
- Великий Корн Ортэйн, – сумрачно ответил вед.
Мать вскочила.
- Ортэйн?! – резко спросила она.
- Вы знакомы?!
- И даже слишком хорошо! Позволь мне поговорить с сыном наедине, великий вед!
Кровь Орла молча кивнул, став ещё мрачнее, и вышел из землянки.
Мама взволнованно прошлась.
- Вот ты и стал взрослым, сынок, – сказала она, – как же быстро это произошло. И теперь не только на мои, но и на твои плечи ложится очень трудное решение. – Она немного помолчала. – Но великий вед сильно помог нам, сам не подозревая об этом.
Она опять несколько раз прошлась.
- Корн должен расти среди корнов, и получить подобающее образование и воспитание, тем более Великий Корн с такой родословной как у тебя. – Она замолчала и опустила глаза. – Наш род и род Ортэйна, – продолжила она, – всегда были дружны. Более того, нас роднят большие родственные связи, и много раз в трудную минуту мы помогали друг другу. В детстве мы с Ортэйном играли вместе, как подросли все стали воспринимать само собой разумеющимся, что наш брак ещё сильнее укрепит древний союз.
Мама опять замолчала, и молчала долго. Затем подняла глаза и резко сказала:
- И именно поэтому, сын мой, я говорю тебе, мы не вернёмся в Асгард! И ещё, иди и сражайся против Эргарда!
Орин, которому было страшно тяжело слышать каждое слово, толкающее, как казалось, к предательству племени удивлённо замер.
- В наших родах никогда не было священнослужителей, – между тем, – продолжала мама. – После того же, как к власти пришёл Эркар мы стали презирать его рабскую веру и жрецов ставших его прихвостнями. И всегда думали, что никогда, ни один представитель наших древних родов ни унизится сам, и не унизит всех нас став одним из них.
Мама вновь взволнованно прошлась.
- То, что сделал Ортэйн – это подлое предательство! Это предательство наших родов. Это предательство всех древних родов Асгарда! И это предательство государя Трора!
Мама села, из глаз, как и всегда когда она принимала трудное решение, потекли слёзы.
- Теперь я понимаю, почему не захотела стать его женой. Интуиция ребёнка и молодой девушки удивительная вещь… Похоже я тогда уже почувствовала, что он поддонок! И поддонок который опозорит свой род во веки веков!
- Ты знаешь, что означает слово аристократия? – Неожиданно спросила она.
- Да, она от слова аристон или аркестон, самый лучший, безупречный – власть лучших, – ответил Орин.
Мама кивнула.
- Смирившись с рабской верой Эркара, наша аристократия потеряла право так себя называть. А теперь стало ещё хуже, представители древнейших родов, опоры трона, всерьёз принимают эту веру и официально становятся её слугами. Такого позора ещё никогда не было в Асгарде, и такой позор смывается только кровью! У нашей аристократии, теперь есть только одна возможность вернуть себе право так называться – сбросить узурпатора и его прихвостней! И твой долг потомственного аристократа, сынок, помочь ей. И запомни Орин, ты сражаешься не против Эргарда, и не против Асгарда, ты сражаешься против узурпатора и его подлой веры.
Она гордо взглянула на него.
- Кровь Орла очень умный человек, сынок, – неожиданно мягко продолжила она, – и я думаю, он сможет понять нас. Когда он мне сказал, что полагает, что мой сын разобьёт Отравленную Чашу, я не поверила. Но когда ты тут, же подтвердил, что чувствуешь, что это твой путь, вера пришла! Нашей аристократии нужен умный и решительный вождь, способный объединить её в борьбе против узурпатора, и если они увидят такого вождя в тебе, я убеждена все древние роды, даже род Ортэйна, помогут тебе. – Мама первый раз за разговор улыбнулась. – Ну, а Кровь Орла сумеет им помочь увидеть, и установит связь. И это тоже запомни, Орин, тайная война теперь становится для тебя важнее явной, хотя время большой тайной войны и придёт ещё не скоро.
-
Сумрачный
Автор темы - Сообщения:715
- Зарегистрирован:16.11.2007, 03:48
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Откуда:Карелия
- Поблагодарили: 26 раз
Re: Отравленная Чаша
4.
Когда, приняв полагающееся гостеприимство, они ехали обратно Орин, вдруг, ска-зал, что хотел бы отправиться на встречу с бером прямо сейчас.
Кровь Орла немного подумал.
- Пусть будет так, – тихо сказал он.
Недалеко от водопада они спешились, и дальше Орин пошёл один.
Был вечер, то есть идеальное время для встречи с медведем – сумеречным живот-ным. Перед самым уходом Орина Кровь Орла остановил его, и посоветовал:
- Попробуй установить мысленный контакт с братом-медведем и позови его сам, ты уже сможешь. Конечно, он тебе не подчиниться, но факт того, что тот, кто однажды ему не подчинился, теперь смеет бросить вызов, взбесит бера, и он захочет наказать на-глеца.
Орин вышел к водопаду, взглянул на него, и понял, чувство их встречи напоминает чувство встречи со старым другом. Он долго любовался рушащимися горами воды, затем присел на пригорок, и попытался войти в транс. К его удивлению, это удалось мгновенно. Он расслабился, пытаясь настроиться на контакт с бером, и опять сразу почувствовал, что всё получилось. Непостижимым образом он понял – бер слышит его, Орин мысленно вы-звал его на честный поединок. Возникло ещё более удивительное чувство – бер принял вызов!
Каким-то образом он знал, что бер появится максимум, через полчаса.
Опушка около водопада почему-то была не сосновой, а смешанной: осиновой, бе-рёзовой и кленовой, именно оттуда и должен появится бер, что тоже было ему, почему-то, хорошо известно. Орин понял, что навсегда запомнит эту багряную и золотую красоту опушки, пронизанную закатным солнцем, уже выстланную золотом и багрянцем землю под деревьями, и тихий шелест листьев в их всё же ещё довольно пышных кронах.
Между опушкой и ним было метров сто пятьдесят плоской скалы, кое-где покры-той мхом и кустарником, это давало шанс пустить в бера стрелу, или даже две. Но он хо-рошо понимал, какому громадному риску подвергается, если промахнётся, или, ещё хуже, только ранит медведя. Смерть в когтях бера, по-настоящему страшная смерть.
Минуты текли медленно, тягуче, это были самые долгие полчаса в жизни Орина.
Наконец, раздался рык, медведь, предупреждал – к водопаду явился истинный хо-зяин. Между берёзами и клёнами мелькнула громадная тень, медведь вышел к скале, став во всей грозной красе. Это был действительно огромный бер, весом в добрые семьсот ки-лограмм, с косматой, лоснящейся в лучах закатного Солнца шерстью, горящими жаждой крови глазами.
Встав на задние лапы и зарычав, он опять припал к земле и бросился в атаку.
Орин невольно залюбовался стремительной грацией с виду неуклюжего чудовища. Он стоял с натянутым луком, и целился, намереваясь всадить стрелу, беру в грудь или в горло. У него были не боевые стрелы, с закалёнными стальными наконечниками, а охот-ничьи, что хорошо. Боевые стрелы рассчитаны пробить кольчугу, и имеют узкие ромбо-видные наконечники, главная задача которых проникающая. Охотничьи стрелы тоже имеют ромбовидные наконечники, из кости или кремня, но широкие, напоминающие бе-рёзовый лист. Их предназначение, помимо главного, заставить зверя потерять больше крови. «С кровью уходит сила», – говорили здесь. Раненый такими стрелами медведь представляет страшную опасность первые минуты, затем слабеет. Нужно выстоять, укло-няясь от когтей, и появляется шанс убить, даже такого огромного медведя копьём, топо-ром или даже ножом. Но выстоять эти минуты очень трудно.
И вдруг Орин невероятно ясно осознал, что собирает убить самого себя. Он вспом-нил несущегося зверя в образе медвежонка, и поразился, как же они похожи. «Какими разными могут быть самоубийства», – мелькнула странная мысль. Медведь всё прибли-жался, Орин понял, что затянул, теперь у него осталась возможность пустить только одну стрелу, зато бер близко.
Он отпустил тетиву, раздалось её тонкое пение, и тут бер немного оступился.
Стрела ударила не грудь, и не в горло, а в левое плечо. Страшная боль проникаю-щей раны, второй раз испытанная бером, заставила его дико взреветь. Раненый и осата-невший от ярости бер был в нескольких прыжках, Орин понял – вот она смерть, и смерть чудовищная. Он выхватил меч, поднял над головой, и всё затянул лёгкий красноватый ту-ман.
Благодаря компьютеру он хорошо знал, что такое комбинированная съёмка. Имен-но как в комбинированной съёмке и начал двигаться медведь. Его движения стали очень медленными, и плавными, отделяясь от земли в прыжке, он, казалось, медленно летел к Орину, опускался и опять взлетал. Вот он рядом. Встаёт на задние лапы. Замахивается правой здоровой лапой, целясь ему в голову. Но как же медленно всё происходит.
Орин обрушил на летящую лапу меч. Тот прошёл сквозь неё как сквозь коровье масло. Орин понял, что невероятно возросла не только скорость его ударов, но и сила. Хлынула кровь, и повисла в воздухе, повисла в воздухе, медленно опускаясь на землю, и отрубленная лапа. Правая сторона шеи бера стала полностью открытой. Орин взмахнул мечом, опуская его на сонную артерию. Меч, опущенный наискосок, не только перерубил артерию, но и глубоко вошёл в грудь бера, рассекая несокрушимые рёбра как желе. Орин чуть потянул меч, тот легко вышел. Сражённый бер медленно падал к его ногам.
Красный туман исчез, всё вновь задвигалось как обычно. Орин стал берсеркером.
Немного постояв над поверженным телом, он погрузил меч в землю, и только по-сле этого тщательно протёр льняной тряпицей. Вложил в ножны.
И тут возникло удивительное чувство – в него кто-то вошёл. Ощущение было именно таким – в меня кто-то вошёл. Как это?! Объяснить было невозможно. Мир изме-нился, он остался таким же самым, но краски стали ярче, насыщенней, формы объёмнее, тоньше, мелодичнее стали звуки. Он понял, его душа слилась с душой бера.
Орин осмотрелся. К нему бежали Мерцана, Кровь Орла и Быстрый Олень. Мерцана первой, умудрившись обогнать Быстрого Оленя. Всё опять заволок туман, только теперь не красный, а обычный. Земля ушла из-под ног. Орин рухнул, потеряв сознание.
Когда, приняв полагающееся гостеприимство, они ехали обратно Орин, вдруг, ска-зал, что хотел бы отправиться на встречу с бером прямо сейчас.
Кровь Орла немного подумал.
- Пусть будет так, – тихо сказал он.
Недалеко от водопада они спешились, и дальше Орин пошёл один.
Был вечер, то есть идеальное время для встречи с медведем – сумеречным живот-ным. Перед самым уходом Орина Кровь Орла остановил его, и посоветовал:
- Попробуй установить мысленный контакт с братом-медведем и позови его сам, ты уже сможешь. Конечно, он тебе не подчиниться, но факт того, что тот, кто однажды ему не подчинился, теперь смеет бросить вызов, взбесит бера, и он захочет наказать на-глеца.
Орин вышел к водопаду, взглянул на него, и понял, чувство их встречи напоминает чувство встречи со старым другом. Он долго любовался рушащимися горами воды, затем присел на пригорок, и попытался войти в транс. К его удивлению, это удалось мгновенно. Он расслабился, пытаясь настроиться на контакт с бером, и опять сразу почувствовал, что всё получилось. Непостижимым образом он понял – бер слышит его, Орин мысленно вы-звал его на честный поединок. Возникло ещё более удивительное чувство – бер принял вызов!
Каким-то образом он знал, что бер появится максимум, через полчаса.
Опушка около водопада почему-то была не сосновой, а смешанной: осиновой, бе-рёзовой и кленовой, именно оттуда и должен появится бер, что тоже было ему, почему-то, хорошо известно. Орин понял, что навсегда запомнит эту багряную и золотую красоту опушки, пронизанную закатным солнцем, уже выстланную золотом и багрянцем землю под деревьями, и тихий шелест листьев в их всё же ещё довольно пышных кронах.
Между опушкой и ним было метров сто пятьдесят плоской скалы, кое-где покры-той мхом и кустарником, это давало шанс пустить в бера стрелу, или даже две. Но он хо-рошо понимал, какому громадному риску подвергается, если промахнётся, или, ещё хуже, только ранит медведя. Смерть в когтях бера, по-настоящему страшная смерть.
Минуты текли медленно, тягуче, это были самые долгие полчаса в жизни Орина.
Наконец, раздался рык, медведь, предупреждал – к водопаду явился истинный хо-зяин. Между берёзами и клёнами мелькнула громадная тень, медведь вышел к скале, став во всей грозной красе. Это был действительно огромный бер, весом в добрые семьсот ки-лограмм, с косматой, лоснящейся в лучах закатного Солнца шерстью, горящими жаждой крови глазами.
Встав на задние лапы и зарычав, он опять припал к земле и бросился в атаку.
Орин невольно залюбовался стремительной грацией с виду неуклюжего чудовища. Он стоял с натянутым луком, и целился, намереваясь всадить стрелу, беру в грудь или в горло. У него были не боевые стрелы, с закалёнными стальными наконечниками, а охот-ничьи, что хорошо. Боевые стрелы рассчитаны пробить кольчугу, и имеют узкие ромбо-видные наконечники, главная задача которых проникающая. Охотничьи стрелы тоже имеют ромбовидные наконечники, из кости или кремня, но широкие, напоминающие бе-рёзовый лист. Их предназначение, помимо главного, заставить зверя потерять больше крови. «С кровью уходит сила», – говорили здесь. Раненый такими стрелами медведь представляет страшную опасность первые минуты, затем слабеет. Нужно выстоять, укло-няясь от когтей, и появляется шанс убить, даже такого огромного медведя копьём, топо-ром или даже ножом. Но выстоять эти минуты очень трудно.
И вдруг Орин невероятно ясно осознал, что собирает убить самого себя. Он вспом-нил несущегося зверя в образе медвежонка, и поразился, как же они похожи. «Какими разными могут быть самоубийства», – мелькнула странная мысль. Медведь всё прибли-жался, Орин понял, что затянул, теперь у него осталась возможность пустить только одну стрелу, зато бер близко.
Он отпустил тетиву, раздалось её тонкое пение, и тут бер немного оступился.
Стрела ударила не грудь, и не в горло, а в левое плечо. Страшная боль проникаю-щей раны, второй раз испытанная бером, заставила его дико взреветь. Раненый и осата-невший от ярости бер был в нескольких прыжках, Орин понял – вот она смерть, и смерть чудовищная. Он выхватил меч, поднял над головой, и всё затянул лёгкий красноватый ту-ман.
Благодаря компьютеру он хорошо знал, что такое комбинированная съёмка. Имен-но как в комбинированной съёмке и начал двигаться медведь. Его движения стали очень медленными, и плавными, отделяясь от земли в прыжке, он, казалось, медленно летел к Орину, опускался и опять взлетал. Вот он рядом. Встаёт на задние лапы. Замахивается правой здоровой лапой, целясь ему в голову. Но как же медленно всё происходит.
Орин обрушил на летящую лапу меч. Тот прошёл сквозь неё как сквозь коровье масло. Орин понял, что невероятно возросла не только скорость его ударов, но и сила. Хлынула кровь, и повисла в воздухе, повисла в воздухе, медленно опускаясь на землю, и отрубленная лапа. Правая сторона шеи бера стала полностью открытой. Орин взмахнул мечом, опуская его на сонную артерию. Меч, опущенный наискосок, не только перерубил артерию, но и глубоко вошёл в грудь бера, рассекая несокрушимые рёбра как желе. Орин чуть потянул меч, тот легко вышел. Сражённый бер медленно падал к его ногам.
Красный туман исчез, всё вновь задвигалось как обычно. Орин стал берсеркером.
Немного постояв над поверженным телом, он погрузил меч в землю, и только по-сле этого тщательно протёр льняной тряпицей. Вложил в ножны.
И тут возникло удивительное чувство – в него кто-то вошёл. Ощущение было именно таким – в меня кто-то вошёл. Как это?! Объяснить было невозможно. Мир изме-нился, он остался таким же самым, но краски стали ярче, насыщенней, формы объёмнее, тоньше, мелодичнее стали звуки. Он понял, его душа слилась с душой бера.
Орин осмотрелся. К нему бежали Мерцана, Кровь Орла и Быстрый Олень. Мерцана первой, умудрившись обогнать Быстрого Оленя. Всё опять заволок туман, только теперь не красный, а обычный. Земля ушла из-под ног. Орин рухнул, потеряв сознание.
-
Сумрачный
Автор темы - Сообщения:715
- Зарегистрирован:16.11.2007, 03:48
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Откуда:Карелия
- Поблагодарили: 26 раз
Re: Отравленная Чаша
Всё публикацию первой части закончил. Прошу высказываться.
-
Сумрачный
Автор темы - Сообщения:715
- Зарегистрирован:16.11.2007, 03:48
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Откуда:Карелия
- Поблагодарили: 26 раз
Re: Отравленная Чаша
Склоняюсь к тому, что роман лучше переименовать в "Кровь Орла", такое название, ИМХО, больше интригует. Может кто-то, что-то посоветовать?
-
Cold_dog
- Сообщения:1695
- Зарегистрирован:31.10.2011, 21:44
- Реальное имя:Александр
- Желаемая форма обращения:На "ты"
- Откуда:Москва
- Благодарил (а): 65 раз
- Поблагодарили: 393 раза
Re: Отравленная Чаша
Мне кажется, лучше вам на форуме толкиенистов задать этот вопрос. Здесь, как никак, алисоманы сидят, вряд ли творчество Толкина сильно их возбудитСумрачный писал(а): Может кто-то, что-то посоветовать?
-
Сумрачный
Автор темы - Сообщения:715
- Зарегистрирован:16.11.2007, 03:48
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Откуда:Карелия
- Поблагодарили: 26 раз
Re: Отравленная Чаша
По опыту, к толкиенистам лучше, пока, не соваться. Толкиенистов понимающих, что в основе творчества Толкиена лежит богоборческая концепция ещё мало, и "православные люди" готовы четвертовать того, кто это утверждает. Тут лучше дать процессу развиваться естественным путём, это сэкономит массу нервов.
-
Мартовский заяц
- Сообщения:3126
- Зарегистрирован:13.06.2011, 19:01
- Реальное имя:Наталья
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Благодарил (а): 1303 раза
- Поблагодарили: 976 раз
-
Сумрачный
Автор темы - Сообщения:715
- Зарегистрирован:16.11.2007, 03:48
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Откуда:Карелия
- Поблагодарили: 26 раз
Re: Отравленная Чаша
Как-то читал Перумова, не мой автор.
-
максим
- Сообщения:3125
- Зарегистрирован:27.08.2005, 00:54
- Реальное имя:Максим
- Skype:maksim_romantik1
- Желаемая форма обращения:Всё равно
- Откуда:Снежное, Донбасс
- Благодарил (а): 1593 раза
- Поблагодарили: 567 раз
- Возраст:53
- Контактная информация:
Re: Отравленная Чаша
Вчера перечитывал Генриха фон Клейста и понял... Корней Чуковский мой писатель.
Славные были денечки в конце двадцатого века!
-
Сумрачный
Автор темы - Сообщения:715
- Зарегистрирован:16.11.2007, 03:48
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Откуда:Карелия
- Поблагодарили: 26 раз
Re: Отравленная Чаша
Обижаете...
Работаю над следующей частью романа... А у поклонников Алисы, тишина. Я, конечно, всегда считал, что Булычёв писал занимательную фантастику, а не серьёзную... Но, не до такой же степени... Тем более, что "Тёмное Пламя" уже успели номинировать, на две литературные премии http://fantlab.ru/work284722?sort=date#responses
Я в фантастику пришёл в 4 классе, в 1977 г., когда прочёл "Девочку с Земли". А уже потом были и Ефремов, и Лем, и Стругацкие, и т.д...
Но без Алисы ничего бы не было! И это факт!
Я ошибся в тех, кто любит Жанну Д'арк, э-э-э, Алису?!
Ошибся...
Работаю над следующей частью романа... А у поклонников Алисы, тишина. Я, конечно, всегда считал, что Булычёв писал занимательную фантастику, а не серьёзную... Но, не до такой же степени... Тем более, что "Тёмное Пламя" уже успели номинировать, на две литературные премии http://fantlab.ru/work284722?sort=date#responses
Я в фантастику пришёл в 4 классе, в 1977 г., когда прочёл "Девочку с Земли". А уже потом были и Ефремов, и Лем, и Стругацкие, и т.д...
Но без Алисы ничего бы не было! И это факт!
Я ошибся в тех, кто любит Жанну Д'арк, э-э-э, Алису?!
Ошибся...
-
Мартовский заяц
- Сообщения:3126
- Зарегистрирован:13.06.2011, 19:01
- Реальное имя:Наталья
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Благодарил (а): 1303 раза
- Поблагодарили: 976 раз
Re: Отравленная Чаша
Да вполне неплохо, что вы. Просто уж очень энциклопедично, не пробивает на переживания. А так увлекательно. Напоминает чем-то Гремящий мост.
Из замеченных опечаток - поддонок с одной д.
Из замеченных опечаток - поддонок с одной д.
Гад ты, оказывается, Коля Костя Федотов.
-
Сумрачный
Автор темы - Сообщения:715
- Зарегистрирован:16.11.2007, 03:48
- Желаемая форма обращения:Как хотите к себе
- Откуда:Карелия
- Поблагодарили: 26 раз
Re: Отравленная Чаша
Спасибо!
-
Magyar
- Сообщения:132
- Зарегистрирован:11.03.2013, 04:56
- Реальное имя:Евгений
- Skype:redgreenkot
- Желаемая форма обращения:Всё равно
- Благодарил (а): 26 раз
- Поблагодарили: 39 раз
- Возраст:48
Re: Отравленная Чаша
Ну это естественно... законно (с)Сумрачный писал(а):А у поклонников Алисы, тишина.
-
Uldis
- Сообщения:625
- Зарегистрирован:11.09.2013, 13:22
- Реальное имя:Улдис
- Желаемая форма обращения:Всё равно
- Откуда:Витает в облаках
- Благодарил (а): 106 раз
- Поблагодарили: 132 раза
- Возраст:23
- Контактная информация:
Re: Отравленная Чаша
Здравствуйте Андрей! До чего же тесен интернет...Сумрачный писал(а):Всё публикацию первой части закончил. Прошу высказываться.
Мне вот интересно продолжение "Темного пламени",про Зирду и агрессоров. У Вас же там- на самом интересном месте...
Кто сейчас на конференции
Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость