ПИСЬМО
(РАЗГОВОР С) ЛЮБИМОЙ ЖЕНЩИНЕ
(-ОЙ).
"Моя дорогая Фиона.
(...Черт, как же она красива...)
Ну как это я мог появиться, если я никуда не исчезал? Что? Конечно, я тебя люблю.
(...Коснуться волос, гладить, гладить...) Ну и что, что я уже двадцать шесть часов восемнадцать минут и три секунды, как ты изволишь утверждать, не произносил этих слов! Тебе слова важнее?
(... Ах, ты моя...) Нет, я не трогал твою жидкую подводку для глаз. Зачем она мне? У меня есть карандашик. Что? Зачем мне карандашик?
(...Провести языком по губам...) Это самое... Ну, я иногда в детской самодеятельности участвую, ты же знаешь. Родная, я не "опять" и не "пил", я давно уже во имя тебя крепче кислородсодержащей газировки ничего не употребляю.
(...Губами по шее... Воротник расстегнуть...) Да знаю, что ты мне сейчас скажешь: что я тебя не люблю, а всего лишь хочу, что я способен любить только себя и свою любовь... Смешная. А когда наши корабли в очередной раз ложатся в дрейф универсального маневра под названием "Ты - это я", ты вроде бы никогда не протестуешь... Да и что любовь? Чувство - да, но ещё более - действие, действие и ещё раз действие. Оно в том, что я с тобой, оно в том, что ты - мой мир, в котором я "живу, дышу, пишу, творю, люблю", как говорил Эдмон Ростан устами Сирано де Бержерака, оно в том, что я посвящаю тебе всё, что могу посвятить... Да, понимаю, забавная картина: муж пишет книгу или снимает фильм, посвященный жене, а та спешит накинуть на себя саван очередной драмы под названием "Ты меня не лю-ю-юбишь!".
(... Мягко опрокинуть, приникнуть к груди...) Странные вы, женщины: когда вас любишь чувством, жалуетесь на холод, когда любишь телом - сокрушаетесь, что больше нам ничего не нужно... Ну не надо, не сокрушайся. Ни ты, ни я никогда не будем нравиться всем, это естественно. Бог с ними. У нас есть мы, наша любовь, наши друзья и наша Вселенная. Она наша, пока мы любим. Я люблю тебя.
Пойдем уже в кроватку, а?"
Писано ноября 14-го, 2011 года от Рождества Христова студентом Алёшкой.
