"Далёкая Радуга" Стругацких и... отрицательные гер

[Локсли]

Слово против слова. Докажите, что Камиллу тягостно! Откуда это следует? Понимаете, ВСЕГДА и ВСЁ можно объяснить простыми словами. Если кто-то это сделать не может – то он либо хочет показаться умней чем он есть, либо лентяй, либо не хочет говорить ничего конкретного (т.н. «коммерческая тайна»), либо ему по барабану поймут его или нет = скучно.

Буквально через два-три дня. ВСЁ будет объяснено простыми словами.

[Bilbo]

Не знаю, стоит ли "встревать"... Имхо, трагедия "Жука..." - это совершенно жестокое, но вполне реальное поведение Сикорски в момент опасности, на фоне вроде бы гуманистического будущего Земли в целом. Значит, что-то не так с будущим...
"Вообще-то говоря, случай с Абалкиным говорит о непрофессионализме Экселенца: он должен был так спрятать детонаторы, чтобы их никто не нашел. Что называется, при себе бы носил. А здесь, музей какой-то… Наивно." Угу. Отправить детонаторы на совершенно секретную военную базу землян... И тогда благодарный читатель сможет насладиться боем Абалкина с охраной в стиле Resident Evil...

[Человек]

Кто же на такие объекты ставит людей в виде единственной охраны? Во-первых, будет контрольно-пропускная система и кода доступа, естественно, ему никто не даст. К тому же хранилище детонаторов должно иметь свой код, который будет состоять из 3-4-5-6-7 частей и каждый секретчик знает только свою часть кода. Так же будет приказ в прямой боеконтакт с объектами из списка не вступать, просто отследив попытку приникновения через видео и не открывая бронированную дверь. В общем, даже в наших условиях вполне реально никогда не подпустить подкидышей к детонаторам. А тут далекое будущее с такой технической базой, какая нам только снилась.

[Человек]

совершенно жестокое, но вполне реальное поведение Сикорски в момент опасности, на фоне вроде бы гуманистического будущего Земли в целом. Значит, что-то не так с будущим...

Сикорски очень долго был Прогрессором. Он практически безвылазно находился на отсталых и жестоких планетах. Как известно, с волками жить - по волчьи выть. Он хорошо освоил силовые методы решения проблем, потому что в таких условиях это зачастую единственные и самые быстрые способы решения проблем. Даже гуманный Мак Сим, встретив с Радой бандитов в подворотне (точно не помню где), был вынужден вступить в бой.
Когда "автомат Странников" наконец то дотянулся до искомого детонатора - а с автоматом не вступают в переговоры (Максим не уговаривал генератор одурманивающего поля выключиться, он взорвал его) - и времени оставалось совсем мало - для Прогрессора его уровня вполне логично применить оружие. Поскольку Абалкин тоже Прогрессор и намного моложе, вступать в рукопашный бой - преступное самоубийство - на карте судьба Земли (Сикорски предполагал самое худшее - это его обязанность).
Еще - каким бы гуманистическим общество ни было, всегда существует нормальное распределение всех человеческих качеств. Всегда будет большинство умеренно агрессивных (образец - Максим), меньшинство совсем неагрессивных и такое же количество агрессивных людей. И это правильно. Для общества полезны все люди.

[Локсли]

Естественно, упрекать Сикорски за убийство Абалкина глупо. Он сделал то, что ему велел долг - и его ситуация тем более комфортна, что его действия были морально оправданы. Скляров тоже делает то, что велит ему долг, но его положение в сто раз тяжелее: гораздо красивее и проще, и морально комфортней поступить по-другому.

Теперь о Камилле. Книги передо мной нет, поэтому все цитаты будут по памяти. Итак, Likvor, Ваш взгляд на Камилла: до человечков ему дела нет, он просто прикалывается. Ради прикола, вероятно, он занимается «мартышкиным трудом», помогая Склярову тащить ульмотроны. Вот такой симпатичный персонаж. Бывает. Простейший примитивизм. Не человек, так, прикольная субстанция. Грустная исповедь Камилла перед Горбовским в эту картинку не укладывается, но можно предположить в таком разе, что это просто опять-таки прикол: до гибнущих людишек ему дела нет, просто хочется покуражиться. Вот такой чудный персонаж в Вашем представлении.
Теперь внимательно посмотрим на само произведение. Если бы я, скажем, будучи режиссёром, объяснял актёру, который должен играть Камилла, образ, я бы объяснил ему так. Камилл – учёный, ради познания, ради расширения своих возможностей в науке попытавшийся отказаться от всего человеческого. Превратиться в абсолютный прибор, в мозг, лишённый эмоций. «И тогда вы оскопляете себя». Но от человеческой сущности не отказаться так просто, и не отказаться от своей души. Этого не смогли сделать двенадцать его товарищей, погибших, умерших или покончивших с собой. Камилл выжил, оставшись духовным и физическим скопцом. Он обрёл способность неограниченно познавать, но потерял то, что зовёт человека к познанию. Как говорил старый д`Артаньян, «боюсь, у меня больше нет аппетита». Люди раздражают его своей ограниченностью, одновременно у них есть то, чего больше нет и никогда не будет у него – тяга к знаниям, стремление преодолевать трудности, вдохновение, наконец. Он закрылся в своём мире – это защитная реакция, позволившая ему выжить, в отличие от своих товарищей. Он свысока смотрит на ограниченных людей, он бросает им намёки на пути, которые они тщетно ищут, но не пытается помочь. Здесь целый комплекс чувств: и зависть, и злорадство, и тоска, всё это спаялось в броню, которая и составляет облик Камилла. Это, Likvor, Вы разглядели. Но – «Оби-Ван, в нём есть добро. Я знаю, оно в нём есть…» (С). Вот заглянуть дальше Вы оказались неспособны. Живя (существуя) в своём образе, он, понимая, что очередной эксперимент может обернуться гибелью всей планеты, поступил так же, как если бы это могло кончиться только испорченной пробиркой. Кстати, его поступок здесь похож на поступок Ульмана, расстрелявшего детей, старика, женщину: он привык убивать в бою (с натяжкой – спецназ не убивает в открытом бою зачастую) и решил, что там убийство, тут убийство, а я же неподсуден, я же на войне, я имею право.
Итак, Камилл поступил по годами выработанной привычке. Но его же интеллект тут же подсказал ему, что есть колоссальное отличие в его прошлых поступках и в том, что он сделал сейчас. Он начал беспокоиться. И Камилл в произведении делится на две части: Камилл до разговора со Скляровым, до фразы: «Вы не знаете, Роби, они отправили «Стрелу»?» и после. Если бы Роберт ответил: «Нет, «Стрела» улетает завтра», Камилл бы успокоился: его поступок не привёл к гибели людей и можно остаться в старом образе. Но Роберт ответил, что «Стрела» улетела. По привычке Камилл безразлично отвечает «Мне «Стрела» не нужна», но с этой минуты он полностью осознаёт, что заигрался. С грустной фразой «Теперь я уже никому не могу помочь» он берётся за бесполезную работу – демонтаж ульмотронов. Оставшись один под Волной, он на себе чувствует то, что предстоит пережить перед смертью всем людям планеты. Придя в себя, он выходит на связь с Маляевым и произносит фразу, которую, не заигравшись, он должен был произнести перед экспериментом: «За обычной Волной идёт Волна нового типа! Срочно вызывайте «Стрелу»! Срочно эвакуируйте людей…» И дальше он начинает метаться в попытках помочь. Это уже не тот Камилл, которому «нет дела до человечков» - собственно говоря, как я показал выше, такого Камилла никогда и не было; это отчаявшийся человек, и чувства его похожи на чувства Иуды, который вернул старейшинам тридцать сребреников: «Предал я кровь невинную». Но как старейшины равнодушно ответили Иуде: «Нам что за дело? Решай сам», так и Волна равнодушно и точно по расчётам Камилла движется по планете, уничтожая всё живое. Иуда, не выдержав, повесился. Камилл переживает три смерти, но и эти смерти не дают ему чувства очищения и самооправдания. Разговаривая с Горбовским, Камилл говорит, что «Я умирал сегодня три раза. Каждый раза было очень больно». «Вы всегда уходили от меня, люди. И в это раз вы уйдёте от меня. Сегодня я воскресну в четвёртый раз один на планете, заваленной снегом и пеплом». Фразы о своей вине Камилл не произносит – из-за своего образа и из-за её ненужности. В мире, где он живёт, люди не умеют обвинять других («Я скорее поверю в человека, который воскрес, чем в человека, способного совершить преступление» (Горбовский). Есть конечно исключения – Маляев, способный сразу заподозрить в трусости Роберта. Но Камилла обвинить трудно – наука есть наука, как узнать, знал ли Камилл о катастрофе наверняка, а и надо ли узнавать? Но о том, что он знал, Камилл признаётся сам: «Для вас наука лабиринт, я смотрю на этот лабиринт сверху…»
И Ваш бездушный киборг-приколист, Likvor, исчезает. Уступая место страдающему, духовно и физически оскоплённому, но человеку, из-за своих привычек обрекшему на смерть население всей планеты.

А Высоцкого в образе Лопахина я не видел, только слышал и читал. Но то, как играет его Высоцкий – этому веришь. Как веришь в Гамлета из «Моего Гамлета» Высоцкого, хотя само произведение Шекспира у меня лично (кстати, и у Льва Толстого) породило чувство глупости и абсурдности. Понимать произведения можно по-разному, они могут жить без участия автора. Например, старый Лем считал, что его бессмертный «Солярис» книга не о человеческой трагедии, а просто о науке и её путях.

[Дин-70]

Камилл - не отрицательный персонаж. Так же как не может быть отрицательным персонажем снежная лавина или землетрясение. Камилл - не человек, это прообраз люденов, которым нет дела до человечков.
Отрицательный персонаж - в видении АБС - всё-таки Скляров. Вообще это редчайший случай для Стругацких.

Камилл у Стругцких является прообразом грядущего людена - ещё несовершенным, наполовину механическим, но уже стоящим по ту сторону добра и зла (с). Ему неинтересны люди - неинтересны в принципе, как чуждые существа (несмотря на то, что Камилл был рождён людьми и от людей (с). Поэтому ему нет резона предупреждать о грозящей опасности, точно так же, как в голове у корабельной крысы, учуявшей в трюме течь, не возникает мысль предупредить моряков о том, что корабль вот-вот пойдёт ко дну. Крысы и моряки существуют в разных несоприкасающихся мирах (несмотря на то, что живут, вроде бы, на одном и том же судне).
Тем более (ИМХО) нет оснований полагать, что Камилл что-то знает. Катастрофу он, ИМХО, скорее предчувствует. Любое будущее вариантно. То есть, нуль-т эксперимент может породить п-волну, а может и не породить. О чём же тогда, спрашивается, он должен предупреждать? О том, что "с вероятностью столько-то процентов может случиться то-то и то-то"? Так именно это Камилл и делает в своих беседах с Ламондуа и другими физиками, только вот беда - они его не понимают, а становиться более понятным у него нет желания.

[Коллега Пруль]

Как совпало, что в эти дни Локсли вернулся.
Кажется, нашлось описанное им издание «Далёкой Радуги». Вот это случайно не оно:
http://fantlab.ru/edition959

[likvor]

Дин-70, Камилл предупреждает о катастрофе, с чего вы взяли, что ему нет дела до людей? Просто он предупреждает в своеобычной манере, его никто не понимает.

[Локсли]

Сложнее. Дело в том, что Камилл всё понимает и всё может. Но не хочет. Ничего сложного не было в том, чтобы сказать: "Задержите "Стрелу"". Вместо этого равнодушное: "Мне "Стрела" не нужна". И это в тот момент, когда имело бы смысл начать эвакуацию, и группа детишек и Габа остались бы живы.
Он и сам этим терзается. "Это ужасно - мочь и не хотеть". И это "мочь и не хотеть" распространилось у Камилла не только на познание, но и на отношения с людьми.

[Дин-70]

Дин-70, Камилл предупреждает о катастрофе, с чего вы взяли, что ему нет дела до людей? Просто он предупреждает в своеобычной манере, его никто не понимает.

Красноречивый эпизод в первой главе:

- Смотри, вон Солнце, - сказала Таня.
- Где? - спросил Роберт без особого энтузиазма.
Таня выключила свет, села к нему на колени и, прижавшись щекой к щеке, стала показывать.(...)
Роберт поднял её на руки, встал, осторожно обогнул столик и только тогда в зеленоватом сумеречном свете приборов увидел длинную человеческую фигуру в кресл перед рабочим столом. Он вздрогнул и олстановился.
- Я думаю, теперь можно включить свет, - сказал человек, и Роберт сразу понял, кто это. (...)
- Знаете, Камилл, - раздражённо начал Роберт.
- Знаю, - сказал Камилл. (...)
- Вы хоть недавно здесь?.
- Недавно. Но я не смотрел на вас и не слушал, что вы говорите.

Камилл воспринимает Роберта и Таню примерно как мы воспринимаем совокупляющихся животных. И Роберт ему симпатичен (как далее признаётся Камилл), по-видимому, также, как нам бывают симпатичны собаки или кошки. И предупреждает людей об опасности он, скорее всего, не из сострадания, а ставя над людьми эксперимент: как они отреагируют на очередное его пророчество? Заинтересуются? Заподозрят катастрофу? Задержат "Стрелу"? - любопытно. Не заинтересуются, не заподозрят? - тоже любопытно...

[lupus est]

Отрывочно перечитал "Далёкую Радугу". Почему отрывочно - потому что читал раз десять и наизусть знаю. Шедевр, моя любимая книга. Но пришла одна мысль. Ранее (дочка растёт) такая же посетила на тему о "Золушке" - ведь в сказке самый отрицательный персонаж вовсе не мачеха. А лесничий - слабовольный человек, при котором тиранят его любимую дочку (американцы в своём полнометражном мультфильме это вопрос обошли - мол, умер папа Золушки; в нашем замечательном мультфильме папа жив и благополучно пьёт кофе за столом с мачехой и дочками, и обслуживает его Золушка).

Золушка существует в двух вариантах: вариант от Шарля Перро и вариант от братьев Гримм. В одном варианта она - круглая сирота, в другом - имеет живого отца. Вот только какой из вариантов какой - этого я, извиняюсь, не помню. Помню только, что мы экранизировали один вариант, американцы - другой. И кстати, Локсли -а как ваша дочка в этом смысле оценивает старый советский мультик "Бременские музыканты"?

И, собственно, по теме:
Не скажу насчет "Далекой Радуги", но меня в свое время, а был я уже вполне взрослым человеком, в этом смысле царапнул "Путь на Амальтею". Планетологи, Дауге и Юрковский над над бедным Шарльем Молларом очень даже издевательски издеваются. "Я очень люблю вермишель и всегда интересуюсь, как". "Бегемот - се такая лирондей" (то есть, "бегемот - это такая ласточка") и тому подобное. Метания Камилла или проблема Склярова - это вполне разумный авторский замысел, призванный заставить читателя задуматься, вполне в духе Стругацких (на то они и Стругацкие). А вот это - не знаю, не знаю...

[Дин-70]

Вполне отрицательный персонаж из мира Полдня - Румата, видящий в окружающих его людях одну только протоплазму (делая исключение лишь для Киры, Будаха и барона Пампы). Именно поэтому, кстати, он и терпит поражение - дон Рэба без труда переиграл землянина, поскольку тот с самого начала недооценивал своего противника.

[Лекс Айрин]

Дин-70 Румату просто напросто "сломали".

[likvor]

Румата (и не один Румата) просто-напросто ошибся, считая Рэбу царедворцем, а не агентом влияния Ордена. Не робот ведь, человек, errare humanum est.

[Локсли]

И кстати, Локсли -а как ваша дочка в этом смысле оценивает старый советский мультик "Бременские музыканты"?

Хорошо оценивает. Но её любимым мультфильмом он не является.