Сорок лет назад, в сентябре 1966-го, режиссер Леонид Гайдай торжественно объявил: «Фильм «Кавказская пленница» снят!» На свет появилась картина, ставшая самым веселым достоянием советского кинематографа. Хотя по тем временам шутки из комедии посчитали слишком жесткими и фильм подвергли серьезной цензурной чистке.
Надпись на заборе
Уже с первых кадров солидная комиссия, собравшаяся на просмотр новой комедии, схватилась за голову. Увидеть, что советская картина начинается с самой известной надписи на заборе... Это было немыслимо!
Но именно такое начало придумали вместе режиссер Леонид Гайдай и его друг Юрий Никулин: Трус подходит к дощатому забору и, озираясь, чертит мелом букву «Х». Следом появляется Балбес и дописывает букву «У». Увидевший это безобразие милиционер заливается трелью свиста. Но Балбес, не растерявшись, дописывает: «Художественный фильм».
Этот эпизод, естественно, запретили. Съемочную группу обвинили в «хулиганстве». И дальше цензура только успевала вырезать из картины «сомнительные» моменты.
Аморальная песня
С «Песней о султане» чиновники из Госкино обошлись тоже негуманно. Казалось бы, вставной музыкальный номер. Никулин - в роли восточного шейха. Но в строчках увидели пропаганду аморального образа жизни.
Мы позвонили одному из сценаристов Якову Костюковскому, он же - соавтор текста.
- Многострадальная песня! - подтвердил Яков Аронович. - Мы с соавтором Слободским так радовались, когда Юрий Никулин ее блестяще спел. Но Пырьев - в то время худрук объединения «Луч» на «Мосфильме» - заявил, что ее нужно выбросить. В итоге в фильм вошли только два куплета из четырех: первый и последний. Когда должен был звучать второй, зритель слышит лишь имя Зульфия, после чего видит другой кадр, как дядя Нины чокается со своим отражением в зеркале, празднуя победу. В это время фоном звучит мелодия песни (слова не слышны). Затем нам снова показывают танцующую троицу, и Никулин допевает фразу: «...Но с другой стороны тещи тоже три», - и тут же выдает припев.
Через несколько лет после премьеры фирма «Мелодия» выпустила пластинку с песнями из кинофильма «Кавказская пленница». Никулин записал все четыре куплета. А затем эти песни растиражировали радиостанции, поэтому у многих возникло ощущение, что и в комедии они слышали слова целиком.
Медведи не должны чесаться
Гайдай хотел, чтобы Наталья Варлей исполнила в фильме песню, да такую, чтобы ее запела вся страна. Заказал композитору Александру Зацепину мелодию. Тот сочинил их четыре и отправил Гайдаю в Крым. На одной сделал пометку, что она вполне может стать песней. Однако Гайдаю именно эта мелодия и не понравилась. Когда композитор узнал об этом, то написал заявление об уходе с картины. Но его успокоили и посоветовали срочно вылететь на съемки к Гайдаю в Алушту.
В Алуште, увидев Зацепина, Вицин, Никулин и Моргунов хором запели его мелодию (на которую потом Дербенев напишет слова «Где-то на белом свете»). Однако Гайдай продолжал оставаться при своем мнении. Правда, разрешил Дербеневу написать слова на эту мелодию. Но созданный вариант его не устроил: «При чем здесь мороз, если у нас действие происходит летом? И вообще такую песню никогда не будет петь народ». Но ничего изменить уже не смог: надо было возобновлять съемки. Пришлось брать то, что было. Лишь много позже, услышав, как поют на улице «ла-ла-ла, вертится быстрей Земля», он признал, что был не прав.
Однако к словам песни придрался худсовет - почему «чешут» медведи спину? У них блохи? «Не эстетично, срочно переделать!» После чего «чешут» заменили на «трутся спиной медведи о земную ось».
Кража партийца
Цензура забраковала и эпизод, когда Фрунзик Мкртчян на реплику «жены», мол, как же ты мог украсть такую девушку, отвечает: «А в соседнем районе жених украл члена партии!»
- Эти слова оскорбляют и порочат членов партии! Уберите! - сказали чиновники.
Выход нашел Никулин: «Все дело в акценте Мкртчяна. Давай я за него скажу».
В устах Балбеса, сплевывающего арбузные семечки, фраза прозвучала настолько по-дурацки, что не бросала тени ни на единого партийца. Сразу всем становилось ясно: Балбес - лжец, и нет правды в словах его.
Георгий ВИЦИН: «Пугачева - моя ученица»
После работы в картине актер вспоминал: «В фильме «Кавказская пленница» я подпеваю тоненьким голоском. Этим самым голосом я пел и на концертах, на встречах со зрителями. Однажды, когда мы выступали где-то в воинской части, ко мне за кулисами подошла девушка... Худая такая! Еще худей, чем Гурченко. Подошла и говорит так скромненько: «Я тоже стараюсь петь, как вы. Петь актерски». А она исполняла «Все могут короли»... Я ей сказал, что одобряю. И был прав. Так что знайте все: Пугачева - моя ученица».
ГОНОРАРЫ
Из всей звездной троицы Моргунов получал самую низкую ставку - 25 рублей за съемочный день. Никулину платили 50 рублей, Вицину - 40. У Демьяненко ставка равнялась 50 рублям, у Варлей - 13 рублей 50 копеек.
Зарплата за весь съемочный период:
Л. Гайдай - 4140 руб. плюс 2000 за соавторство в написании сценария.
А. Демьяненко - 5220 руб.
Н. Варлей - 1219 руб. 24 коп.
Ф. Мкртчян - 939 руб.
Ю. Никулин - 4238 руб.
Г. Вицин - 3389 руб. 84 коп.
Е. Моргунов - 1979 руб. 50 коп.
Н. Гребешкова - 279 руб. 40 коп.
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ ПЕСНИ
Если б я был султан, я б имел трех жен,
И тройной красотой был бы окружен.
Но, с другой стороны, при таких делах
Столько бед и забот, ах, спаси аллах!
Не очень плохо иметь три жены,
Но очень плохо, с другой стороны.
(Куплет не вошел в фильм.)
Зульфия мой халат гладит у доски,
Шьет Гюли, а Фатьма штопает носки.
Три жены - красота, что ни говори,
Но, с другой стороны, тещи тоже три.
Не очень плохо иметь три жены,
Но очень плохо, с другой стороны.
(Куплет не вошел в фильм.)
Если даст мне жена каждая по сто,
Итого триста грамм - это кое-что!
Но, когда «на бровях» прихожу домой,
Мне скандал предстоит с каждою женой!
Не очень плохо иметь три жены,
Но очень плохо, с другой стороны.
Как быть нам, султанам, ясность тут нужна:
Сколько жен в самый раз - три или одна?
На вопрос на такой есть ответ простой:
Если б я был султан - был бы холостой!
Не очень плохо иметь три жены,
Но очень плохо, с другой стороны.
ТОЛЬКО ФАКТЫ
Идея фильма появилась, когда Гайдай прочитал в одной из газет историю, как в закавказской республике девушку похитил влюбленный джигит.
Гайдай сразу хотел снимать своего друга Юрия Никулина и придумал для него роль. Но тот пошел в отказ: «В наши дни воруют невесту? Глупость! Сниматься не буду». Его вызвали к руководству «Мосфильма», взывали к совести: вы сорвете план съемок, вы же коммунист! На что Никулин ответил: у него, мол, есть свой партком в «Союзцирке». Гайдаю удалось уговорить Никулина, пообещав вместе улучшить сценарий.
На съемках распалась троица Вицин - Моргунов - Никулин. Артисты и так не дружили. А тут зазвездивший Моргунов стал вести себя беспардонно. Однажды привел на просмотр подружек, они пили пиво и громко разговаривали. Режиссер потребовал вывести посторонних, Моргунов вспылил и отказался сниматься. Пришлось часть сцен с Моргуновым выкинуть, а часть снимать общими планами, заменив актера похожим по телосложению дублером.
У Варлей не получилось озвучить свою героиню Нину. «Пленница» говорит голосом Надежды Румянцевой.
ИСТОРИИ ЗНАМЕНИТЫХ ТРЮКОВ
Все актеры во время съемок как сумасшедшие старались придумать смешные фокусы. А все Гайдай: он создал «золотой фонд» из шампанского и за каждый придуманный трюк выдавал автору бутылку.
«Резиновая рука» Одну заработал Никулин за такую фишку: положить под одеяло лилипута, который и чесал ему пятку. А в кадре кажется, будто это Балбес запросто, не сгибаясь, достает рукой до своей пятки.
Качающийся шприц
Для съемок сцены «прививки» Никулин предложил колоть Бывалого цирковым супершприцем («жанэ»). Конечно, его не втыкали в мягкое место Моргунова. Актера уложили с подушкой между ног. Несмотря на все меры предосторожности, Евгений Александрович сначала не хотел рисковать, но потом сдался: «Колите, черт с вами... Но там же все рядом, и если что...» Все прошло отлично: Александр Демьяненко оказался легок на руку и не промазал, сделав семь дублей!
Вицин же придумал, как сделать так, чтобы шприц покачивался. По его предложению Никулин, спрятавшись под ложем «жертвы прививки», захватывал пальцами в перчатке кончик иглы шприца, удерживал его и покачивал. Так Вицин заработал шампанское за идею, но вернул его в призовой фонд. Потому что не пил.
Вертящаяся голова
Фокус с поворотом головы Вицина на сто восемьдесят градусов снимали в несколько приемов. Первый: Вицин, опустив папаху на лицо, шевелит пальцами рук, сложенными на груди, - камера снимает, останавливается. Второй: Вицин надевает пиджак задом наперед, папаха на лице, пальцы шевелятся - камера снимает, останавливается. А эти кадры «разбиваются» еще одним куском, где снят затылок Георгия Михайловича: сначала под папахой, а потом когда ее сдвигают кверху.
http://doci.nnm.ru/day1923/28.09.2006/k ... ez_kupyur/
