Нгаан писал(а):Не только, сейчас, после расцвета популярности анимэ, молодёжь поворачивается на японской теме.
Да.
Нгаан писал(а):Все эти "эмо" и прочие, они же поприветсвуют немного мрачноватую романтику.
Интересно, изменятся ли их предпочтения, если они ощутят не мрачноватую.
Нгаан писал(а):И девочка светловолосая, с такой улыбкой как у Даши, будет хорошим контрастом.
Хорошо бы.
Нгаан писал(а):с такой улыбкой как у Даши
Спасибо.
М.б., действительно подобно моде на эмо появится мода на солнечность и лучезарность. Интересно, что из этого получилось бы.
Нгаан писал(а):Конечно, у неё там без слёз не обойдётся, потому как сцена над пропастью - весьма в восточном стиле.
Алиса вообще плакса. Другое дело, что не только плакса. - Хороший и редкий образец сочетания чувствительной и жизнерадостности.
Нгаан писал(а):Ничего, придёт время и для экранизаций Достопочтенного Пинхеда, вот там и посмотрим.
Хорошо бы, чтобы пришло.
Наверняка автор не даст согласия на экранизацию, пока не найдут подходящих актеров.
Нгаан писал(а):для Дашики я пожалуй сам историю (сценарий) напишу.
Было бы интересно.
Falcon писал(а):Т.е. на этом фото у ДМ "пластика, выражение, взгляд", как у Алисы Селезнёвой?!
ТОЙ САМОЙ А.С.?! Или Вы какую-то другую имеете в виду?!
(Ради такой подробной реакции стоило разместить эту фотографию).
Да, на этом фотографии

у ДМ пластика, выражение, взгляд, как у той самой Алисы Селезнёвой, но не дома, а в Шкомерздете.
Или это слишком нахальный и дерзкий образ даже для Алисы в Шкомерздете? Или там нужен еще более хулиганистый образ?
Не забывайте, что Алиса должна была изображать ОЧЕНЬ ИСПОРЧЕННУЮ ДЕВЧОНКУ. Иначе бы ее там просто укокошили. Но надо признать, что в ШКОМЕРЗДЕТЕ она хулиганила с удовольствием.
И запросто произносила фразы вроде
"– Еще раз пасть откроешь, – предупредила Алиса, – пожалеешь, что дураком родился".
Там ведь Алиса должна производить впечатление настолько отъявленной хулиганки,
чтобы ничего не учуял и не заподозрил проницательный и многоопытный Бесф-Добрец.
И чтобы ее признали своей и лидером малолетние, но отборные хулиганы, собранные в Шкомерздете.
Она должна не только поступками, но и всем своим видом излучать беспрецедентную наглость, беспринципность и т.д.
Чтобы на нее сделал главную ставку сам Бесф.
Она должна так органично выглядеть в подобной обстановке, словно всю жизнь провела с рождения в таких заведениях.
Если Алисе не удалось бы хотя бы настолько хулиганисто выглядеть, то Бесф или сотоварищи ее разоблачили бы, а Вселенной угрожала бы замерзание (?).
Вдобавок на экране вся история показалась бы совсем неубедительной для зрителей.
Один из козырей именно этого фильма - в возможности показать контрастные образы Алисы:

и
Пластика, выражение, взгляд, почти как у той самой Алисы Селезнёвой на других фотографиях верхнего сообщения этой страницы (Алиса в горах, Алиса в комнате).
Алиса вообще бывает очень разной. В Шкомерздете и в роли Натальи Николаевны ("Дети динозавров") она являет совсем непривычные образы.
Могут оказаться и еще более непривычные.
P.S.
"Звездный пес" для детей, конечно, написан. Если снимать не откровенно детский фильм, то можно внести дополнения,
связанные с тем, что в случае с реальным Бесфом Алисе пришлось бы пройти более строгую проверку.
Побывать в разных злачных местах. Выступить в роли стриптизерши.
(Не нужно сразу говорить "лучше не надо". - Ограничимся демонстрацией акробатических навыков Алисы и ее пластики:
зачем лишать зрителей такой красоты, а фильм - таких эффектных моментов. А одежды оставим на Алисе достаточное количество.
В крайнем случае этот эпизод может оказаться чьим-то сном. Например, сном того же Бесфа, например. Который в остальном по книге почти ничем не проявил подобного внимания к Алисе).
Можно увеличить возраст детей до 15-16 лет.
Но даже если снимать строго по книге, возможны существенные разночтения разными режиссерами.
Зато с третьего раза она научилась вытаскивать кошельки совершенно беззвучно.
А вот когда начался урок мучения животных и надо было наступать на муравейник, отрывать у кошек хвосты, бить палкой собак и обламывать козе рога, то Алиса исчезла.
(...) Искать преступницу не пришлось.
Нахальная Алла Цвай-Драй сидела в кафе, перед ней стояли десять порций мороженого, и она их спокойно уплетала. (...)
Алиса не стала высказываться. Она просто показала пальцем направо, и они увидели, как по улице несется преподаватель мучительства Скорпон Матвеич, закованный в четыре бронежилета, потому что он страшно боится животных, которых мучит.
– Где она? – кричал он. – Где эта подлюка?!
Добрецу стало совсем интересно.
– И в чем же как бы дело, коллега? – спросил он.
– Она... она... она вытащила у меня кошелек! Она меня ограбила! Я ее сейчас собственными руками растерзаю!
И эта громада в бронежилетах кинулась на Алису. (...)
Алисе пришлось совершить сальто и отпрыгнуть далеко в сторону.
Она взлетела на стойку
и оттуда кинула Скорпону Матвеичу вышитый крестиком кошелек.
– Я оттуда только на мороженое взяла, – сказала она.
– Как ты посмела? – спросил Добрец.
– Меня так научили, – ответила Алиса. – Вы как учили? Воруй всегда, воруй везде – вот лозунг нашей школы!
Воспоминания Добреца о том, как Алиса взлетела на стойку, и могут навеять ему сон о танце на стойке.