Сборник интересных отзывов о произведениях

[Леф]

Что ожидается от этой темы - понятно из названия.

Зачем подобный сборник - затем, что чтение интересных отзывов людей,
знакомство с интересными впечатлениями от произведений

очень помогает научиться получать удовольствие от чтения,
чувствовать природу текстов.

P.S.
Разумеется, можно приводить и адреса станиц этого форума, на которых есть интересные отзывы. Или скопировать их сюда.

[Леф]

Из - http://lib.rus.ec/b/183601/read#t11

В те годы я, безусловно, «необъективно» любил Николая Гумилева,
может, потому, что он помогал мне и жить достойно,

и выживать достойно,

и столь же достойно готовиться к уходу из жизни,

как о том сказано в его стихе «Мои читатели». Строки, что приведу ниже, были на знамени моей молодости:

Но когда вокруг свищут пули,
Когда волны ломают борта,
Я учу их, как не бояться,
Не бояться и делать, что надо.

И когда женщина с прекрасным лицом,
Единственно дорогим во вселенной,
Скажет: «я не люблю вас», —
Я учу их, как улыбнуться,

И уйти, и не возвращаться больше.
А когда придет их последний час,
Ровный, красный туман застелет взоры,
Я научу их сразу припомнить

Всю жестокую, милую жизнь,
Всю родную, странную землю,
И, представ перед ликом Бога
С простыми и мудрыми словами,
Ждать спокойно Его суда.

Иногда мне очень хочется верить, что именно так я и прожил свою жизнь:

когда надо, не боялся и делал, что надо;

и ни одна женщина не заставила меня страдать больше, чем я сам того хотел;

что, наконец, всю родную и странную землю непременно припомню,
прежде чем предстать пред ликом Его, и хватит мужества для спокойствия…

Я благодарен Николаю Гумилеву за предложенный им проект жизни!

И нет же! Никогда книги ни в восемь, ни в десять рядов, что бы они там в своих рядах ни берегли,

ни разу не посягнули они ни на что живое, со мной рядом живущее!

Может, потому, что судьба не приводила меня к «проклятым кладбищам», вокруг которых бродят букинисты с книгами-убийцами за пазухой…

Мне кажется, что
по самому большому счету я прожил легко и светло.

И во многом благодаря расстрелянному поэту.

2. Как читать стихи и как не читать стихи
(кто знает, как стихи читаются актерами и самими поэтами - тому есть с чем сравнить):

Но вот дошла очередь до него.
Он поднял на меня — я ж напротив — свои страшные, разносмотрящие глаза,
потом как бы полуоглянулся, как мне показалось, людей вокруг себя не заметив, и сказал…
Именно сказал с искренним недоумением в голосе:

У меня не живут цветы… —

ладони развел, —
Красотой их на миг я обманут,
Постоят день-другой и завянут…

И совсем глухо, даже хрипло:
У меня не живут цветы.

Вскинулся своей вечно нечесаной бородой…
Да и птицы… —

пауза, та же полуоглядка, —
…здесь не живут,
Только хохлятся скорбно и глухо,
А наутро — комочек из пуха…
Даже птицы здесь не живут.

Я, конечно, знал эти стихи, но никогда не чувствовал в них никакого особого трагизма. Скорее этакий эстетский выпендреж…
Только книги в восемь рядов,
Молчаливые, грузные томы,
Сторожат вековые истомы,
Словно зубы в восемь рядов.

Ей-богу, меня потрясли эти «грузные томы», «словно зубы в восемь рядов»!.. Повторяю, я знал эти стихи, но книги… убивающие жизнь… во имя «вековых истом» — именно так «рассказывал» об этом Андрей Синявский.
Мне продавший их букинист,
Помню, —

тут он даже кивнул бородой, что, мол, и верно — помнит, —
…был и горбатым и нищим…
…Торговал за проклятым кладбищем
Мне продавший их букинист.

Не менее двух минут длилось молчание. Почему другие молчали, не скажу, не знаю. Лично же я был просто потрясен. Еще и потому, что не увидел, не уловил в манере чтения даже намека на театрализацию, чем грешили многие другие исполнители гумилевских стихов. То было его личное, может быть, даже очень личное восприятие фантастической истории, придуманной самым странным русским поэтом — Николаем Гумилевым.

Еще он прочитал «Заблудившийся трамвай» — «Шел я по улице незнакомой…». И это тоже звучало необычно…

P.S.
Вот это:
"Никогда книги ни в восемь, ни в десять рядов, что бы они там в своих рядах ни берегли,

ни разу не посягнули они ни на что живое, со мной рядом живущее!"
напомнило Есенина. И Платонова.
Сейчас не стану цитировать те их строки, которые вспомнились.

[Леф]

Если о таланте рассказывать и выражать хоть что-то сказано,
то о способности, о таланте воспринимать тексты - очень мало.
Этот талант тоже уже развивать.

Из - http://lib.rus.ec/b/183601/read#t11

Замечал я за хорошими поэтами одно странное свойство: то ли не ценить, то ли не понимать глубинного смысла иной,
будто бы походя вставленной в стих строки.
Больше десяти лет назад прочитал я у С.Куняева такую вот строку: «Чем ближе ночь, тем Родина дороже».

Думаю, нынче он ее сам не помнит.
А я чем старее становлюсь, тем чаще по поводу и без такового строка эта всплывает в памяти...
Она даже будто вообще не в памяти, а во мне самом.
Будто мной придумана и переживается как нечто глубоко личное и собственное.

Кто-то из немногих моих литературных критиков, кажется Лев Аннинский, не то в похвалу, не то в порицание уличал меня в романтизме.
В действительности переход от романтизма к сентиментальности столь малозаметен, что порой,
мне кажется, их даже можно перепутать.
Ведь что есть в сути литературный романтизм?
Попытка через некое, видимое как возвышенное, уйти от реальности.
Но не бывает ухода без возврата,
только возврат этот свершается как бы спиной к реальности,
а тоскующими глазами все туда же — в несвершенное, несостоявшееся, а иногда и разоблаченное и обличенное в пустомыслии «романтическом»,
за которым, как оказывается со временем, с самого начала не числилось никакого содержания вообще,
кроме, как бы сказал экзистенциалист, пустой интенции души…

Но как же, оказывается, порой дорога нам эта самая душевная интенция!
Столь дорога, что, глядишь, и капают литературные слезинки на сухой лист бумаги,
и бумага оттого нежнеет — а бумажная нежность это уже и есть миазм литературного сентиментализма.

Знаю, литературовед-профессионал назовет сии рассуждения дилетантскими… Ну а кто я, собственно?..

Только пусть он, профессионал, разъяснит мне при этом, отчего куняевская строчка,
та самая — «Чем ближе ночь (моя ночь), тем Родина дороже»,
— почему она мучает меня в бессоннице,
почему сотни, тысячи прекрасных литературных строк, сопровождавших меня по жизни, каковой, если откровенно, никому не пожелаю,
почему эти строки, из памяти не исчезнув, большей частью как бы пребывают в «запасниках»,
а эта вот, и не пушкинская, не тютчевская, не гумилевская, — почему она…

[Sovyonok]

В совпадения: сегодня утром посетила (как будто неслышно обняла) мысль, какой бы отзыв я написала в тему "Отчитано" о "Бабочке на штанге" . Уже и обдумывать начала. И появляется эта тема.
Только я ещё не дочитала. На середине. Когда закончу, отпишусь. "Глотать" не хочется, тут свой темпоритм нужен. Пока только теплею от совпадений и взаимосвязей.

[Sovyonok]

Вот здесь - viewtopic.php?f=29&t=5072&view=unread#unread - цитаты из рассказа А. Дмитрука "День рождения амазонки", который, с подачи Лес, был прочитан вчера. Осталось необычное впечатление, не могу не поделиться прилюдно.
С самого начала чтения меня взяло в плен ощущение, что смотрю хорошее анимэ. Написано со всех сторон привлекательно: и по красоте, и по силе, и по фантазийности, и по серьезности, и по легкости. Несмотря на жанр, ощущается - настоящее (а сколько, в противовес, бывает реализма, которому в упор не веришь). В произведение легко войти и легко из него выйти. Но после этого выхода внутреннее мироощущение меняется, словно душу слегка облагородили, очистили и наполнили гармоничностью. Нет, особого душевного сродства с людьми "новой расы" я не ощущаю. Там как в гостях. Но сам эффект "последействия" - и резонанс, и разные позитивные ассоциации, и то, что под впечатлением от рассказа удалось провести удачный эксперимент "солнечного дыхания" (см. тему "Кого с кем помирить..."), как я это назвала... Ну прямо знаковое что-то. Моя признательность Лес.

[Sovyonok]

О сказках вообще:

Отказывать детям в сказках поистине преступление. Тот, кто ребенком не верил в сказки, во взрослые годы не поверит ни во что. Сказки можно назвать поэтичным букварем жизни, который готовит человека к чтению великой и сложной книги бытия.

[Леф]

http://ps.1september.ru/article.php?ID=200403013

1. Вот и что-то занимательное встретилось. На это раз не столько торжественное и трагичное
(в отличие от первых примеров на этой странице), сколько забавное (забавное подчеркнуто).
(Нужен, нужен сборник подобного).

2. Некоторые моменты так напоминают стиль высказываний посетителей этого форума, словно они являются авторами рассказа.

3.

Данная статья была опубликована в № 30/2004 газеты "Первое сентября" Издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.

Приводя ссылку, я не нарушаю права, наверное. Если нарушаю, то сообщение и цитаты можно стереть.(Зачем они вообще так неопределенно про свои права пишут. -
Сказали бы прямо, можно их цитировать со ссылками или нельзя)
4.

Мы будем благодарны, если Вы найдете время высказать свое мнение о данной статье, свое впечатление от нее. Спасибо.

5. Рассказ Михаила Горелика о стихотворении:

Где гнутся над омутом лозы,
Где летнее солнце печёт,
Летают и пляшут стрекозы,
Весёлый ведут хоровод.

«Дитя, подойди к нам поближе,
Тебя мы научим летать,
Дитя, подойди, подойди же,
Пока не проснулася мать!

Под нами трепещут былинки,
Нам так хорошо и тепло,
У нас бирюзовые спинки,
А крылышки точно стекло!

Мы песенок знаем так много,
Мы так тебя любим давно —
Смотри, какой берег отлогий,
Какое песчаное дно!»

6.

Почему бы ребенку не подойти и не полюбоваться стрекозами вместе с мамой? Ей бы тоже стрекозьи спинки понравились.
Зачем стрекозам важно, чтобы она спала? Ответить на эти вопросы, исходя из текста, невозможно.
Исходя из приведенного текста.
Однако он представляет собой результат работы над более обширным предшествующим вариантом: тот был в два раза больше.
И действительно был балладой, и спящая мать там была вполне функциональна. Итак, что происходит, пока мать разнежилась себе на солнышке?
(...)

(7.) Совсем другое дело – вполне могло бы и младшим школьникам понравиться.

(8.) Кардинальное усечение текста связано с тем, что полный вариант баллады слишком уж напоминал «Лесного царя»
(тоже, кстати, стих с детской полки классики). Толстой этого не хотел. Баллада Гёте тоже о восьми строфах.
Лесной царь соблазняет ребенка – как и стрекозы. В обоих случаях все кончается смертью ребенка.

(9.) Толстой подумал, подумал и всю балладную часть выкинул – а ну ее в самом деле!

(10.) Тем более интересно посмотреть, чем отличается толстовский триллер. Например, характер соблазнов.
Лесной царь предлагает младенцу золото, красоты, дочерей. Гёте не забывает и об игрушках (чем же еще и соблазнять ребенка!),
но Жуковский в свое переложение игрушки не включил: они показались ему неинтересны, обойдется дитя и без игрушек.

(11.) Жуковский посчитал, что цветы бирюзовы и струи жемчужны сильнее действуют на детское воображение.
Что касается предложения девиц, то оно явно на вырост.

(12.) Мне, кстати, только что пришло в голову, что Толстой полностью использовал это лесное меню (в чуть расширенном виде) в другой своей балладе:
водяной царь соблазняет Садко тем же самым, и царские дочки там куда уместней.
Правда, герой оказывается чудовищно морально устойчив,
что было, впрочем, совсем не трудно: не больно-то водяные девы ему и нравились.

(13.) Перечень стрекозиных соблазнов иной:
они манят легковерного и неразумного дитятю красотой, песнями, полетом, любовью.
(...)
(14.) Непонятность, нерационализируемость происходящего – необходимая приправа эстетики ужасного.

(15.) Сюжет Гёте весь построен на саспенсе: блюдо страха подано сразу же, уровень тревоги непрерывно возрастает,
и ожидаемая катастрофа наконец благополучно совершается.
Действие происходит в ночном мрачном лесу, туман клубится, всадник несется во весь опор.
Лесной царь – персонаж инфернальный, нездешний (сами мы не местные), ребенок то ли бредит, то ли у него мистическое видение – поди разбери.
Одним словом, сильно романтическая картина.

(16.) У Толстого все совершенно иначе. Стихотворение строго симметрично, причем первая часть во всех смыслах безоблачна и не предвещает ничего худого.
Омут и спящая мать, знаки грядущей беды при первом чтении просто не замечаются –
на них начинаешь обращать внимание уже потом, когда знаешь, чем дело кончилось.
А пока не знаешь, солнышко, лозы-стрекозы-былинки.
Никакого бурного романтизма, никакого Sturm und Drang –
тишь да гладь, сонная обыденность, успокоительный и расслабляющий летний полдень.
Берег пологий (пологой), дно песчаное.

(17.) Признаться, мне по сердцу эта картина: она напоминает мне дачу.
Молодые мамы сидят и лежат неподалеку на подстилках. Отрываясь на минутку от приятной беседы с подругой:
«Маша! Выйди из воды сейчас же! Я кому сказала!»
А та вон отодвинула раскрытую книжку и счастливо дремлет под шум детских голосов.
Почему не подремать: что плохого может случиться! Спи, голубушка, спи!
Покуда не (...)

18. В полном варианте баллады есть ценность - предупреждение, призыв к осторожности и бдительности,
стремление спасти оставшихся пока в живых,
демонстрация того, что красота может использоваться для нехороших целей и т.д.
И в любом случае конечно же нельзя спать, когда на берегу около омута находится ребенок.

19. Но и сокращенный вариант имеет свою ценность.
Стрекозы просто учат ребенка замечать красоту и благодать.

20. Что касается "подойди к нам поближе", то не говорится, что стрекозы порхают прямо над омутом и предлагают шагнуть именно в омут
- это лозы над омутом гнутся. И лозы помалкивают.
М.б., можно прямо на берегу подойти к стрекозам.

21. Что касается подозрений, навеянных словами "пока не проснулася мать", то это тоже может не иметь преступного подтекста:
когда мать проснется, ребенка просто отведут домой или просто прочь от этого места.
А самое главное - есть такие вещи, которые в присутствии бодрствующих взрослых просто не получаются.
Из-за того, что взрослые разучились или не хотят обращать внимание на какие-то ощущения, не замечают их.

22. В любом случае любой, кто в детстве неоднократно бывал на берегу реки или иного водоема, знает,
насколько благодатна обстановка, которая описывается в стихотворении.
И не только в его словах, но и в самом ритме.

23.

Есть такая серия для младших школьников, не помню, как называется:
тоненькие книжечки со стихами классиков русской поэзии о природе.
Надо у детей вырабатывать вкус? Надо!
Надо, чтобы они любили русскую поэзию и русскую природу? Надо!
Вот пускай и читают. Там и Пушкин, и Тютчев, и Бунин.
По правде сказать, мне ни разу не доводилось встретить младшего школьника, которому бы эти стихи нравились.
Я вовсе не утверждаю, что таких младших школьников вообще не существует, – я просто говорю, что мне они как-то не попадались.
Может, вам повезло больше.

Я не помню, чтобы мне особо нравились в детстве эти книжечки.
(Хотя "У лукоморья дуб" почему-то было выучено еще в детском саду - м.б., все-таки нравилось. Если бы не нравилось, то зачем было бы учить).

Зато эти книжки и стихи нравятся мне теперь.
И очень хорошо, что они были у меня в детстве.
24.

Могут ли считаться эти стихи детской литературой?
Как видите, могут, поскольку предназначены составителями и издателями для детей.

Забавная логика - книги могут считаться детской литературой не потому, что дети просят их почитать,
а потому, что предназначены составителями - людьми взрослыми,
которые в лучшем случае догадываются, что детям нужно, но не знают наверняка, что детям нравится.

[Sovyonok]

Лесной царь – персонаж инфернальный, нездешний (сами мы не местные), ребенок то ли бредит, то ли у него мистическое видение – поди разбери. Одним словом, сильно романтическая картина.

Жуковский посчитал, что цветы бирюзовы и струи жемчужны сильнее действуют на детское воображение.

Тут же пушкинское "Розы, девы красоты..." (про Леду), воспоминани. Цветаевой о знакомстве с Волошиным и пр.

[Леф]

Ирина, спасибо за реакцию.

Позволю себе отметить, что не являюсь автором процитированных высказываний.
Если сложно, то можно не стирать "Лес писал(а)" - ограничимся моей предыдущей репликой.

[Sovyonok]

Пожалуйста, а что касается "Лес писал(а)", то дело не в сложности стирания. Там же ещё одна рамка вставлена - "цитата". И важным является, кто именно привёл эту цитату. Имхо. Но если пожелаете, могу всё-таки убрать.

[Леф]

Там же ещё одна рамка вставлена - "цитата".

Вообще-то да. Тогда действительно все нормально.

Но если пожелаете, могу всё-таки убрать.

Не пожелаю. Все хорошо. Спасибо.
(Наверное, действия с фотографиями ослабили внимательность.)

[Леф]

Я прочел прекрасно написанную повесть,
или же рассуждения умного интеллигента, или что-то, чему еще нет названия.
Я прочел сотни маленьких сюжетов – иногда незначительных, иногда важных;
иногда с благополучным финалом, иногда с горестным или без финала вовсе.
Я читал художественную прозу – не отрываясь, на едином, как говорится, дыхании от первой до последней страницы.
Книжку о нашей – для кого счастливой, для кого не очень – жизни.

Фрейд говорит одно, практикующие врачи говорят часто другое; существует масса иных точек зрения.
Не исключено, что еще при моей жизни появится великий ученый, и мы успокоимся на какой-то совершенно иной позиции.
Временно, как я думаю.

Но есть еще нечто совершенно другое – живая человеческая душа.
И вот тут мы никогда не успокоимся…
А душу эту каким-то странным образом Лев Щеглов и предъявил мне на своих машинописных страницах.

http://lib.rus.ec/b/160014/read#t5

[Sovyonok]

По аналогии, до выхода первого фильма "Хроники Нарнии" о Клайве Льюисе мало кто знал, особенно из молодёжи, но потом книжки пошли нарасхват

Значит, мне повезло: я открыла для себя "Хроники Нарнии" лет в 9-10. Случайно - пошли с дедушкой в книжный, и там продавщица порекомендовала четыре тоненьких брошюрки: "Племянник чародея", "Лев, колдунья и платяной шкаф", "Конь и его мальчик" и "Принц Каспиан". Это внедрилось в меня сразу и навсегда, как в фильме "Экзистенция" (не совсем удачный пример, просто само "вживление" похоже). Остальные три повести были прочитаны немного позже - в 6 классе. Сначала испытала некоторое разочарование, но это от недопонимания. Полностью вникла спустя год-два.