Н. Светлов писал(а): 07.06.2023, 18:33
Конкретно в Алисиане внедрение такого "внутреннего врага" выглядело бы очень искусственно. Автору пришлось бы сочинять какой-то обоснуй, которому было бы непросто поверить, принимая во внимание предшествующие книжки.
Ну вот он отлично его сочинил, см. цитату из "Вампира Полумракса" выше. Вообще, оказывается, нет отличия между взрослыми и детьми. Три года стукнуло - всё, таким и останешься! Если в тридцать негодяй, значит и в тринадцать негодяй.
Н. Светлов писал(а): 07.06.2023, 18:33
Если помнишь, у меня и Стас в роли мерзавца в своё время вызвал недоумение.
И правильно вызывал, потому что читатель не обязан верить во всё понаписанное, если его опыт говорит об обратном. Бывают физические невероятности, а бывают психологические. Поведение героя должно иметь внутреннее обоснование.
Кстати, немного отступая, я сейчас пишу... пытаюсь писать новые "Файлы Рихтера", отсюда, во многом, желание поболтать на всяческие такие темы, пока не знаю, стоит ли выкладывать, потому что там какой-то сплошной гламур и мелодрама вместо суровых приключений.
Н. Светлов писал(а): 07.06.2023, 18:33
А что было не так в характеристике Можейко к тому времени? Беспартийность?
Тут впору анекдот про Наполеона: спасибо, первого пункта достаточно. А что - этого мало? Причины того, что человек не вступил в партию две. Либо не жаждет, а значит, неблагонадёжен, либо имеются компрометирующие обстоятельства, опять же комментарии излишни.
Но, кроме того, ясно же, что человек несдержан на язык. Болтал, очевидно, много и в самых разных компаниях. В том числе, про советскую власть и про то, "как нам обустроить Россию".
Н. Светлов писал(а): 07.06.2023, 18:33
Это да, но это про результативность, а не про власть. Власть была у Лестрейда, а плохиши боялись Холмса.
Так-то оно так, но боялись они Холмса только потому, что существовал Лестрейд. Без Лестрейда (т.е. системы) от разоблачений Холмса преступникам было бы ни жарко, ни холодно. Так Алиса разгадывает загадки, но преступников обезвреживают власти. По крайней мере, в большинстве случаев. Вот когда она сама станет частью системы, тогда будет Холмсом и Лестрейдом в одном флаконе.
Кстати, на этот счёт есть отличная цитата из рассказа Честертона:
► Показать
Читатели этого рассказа, написанного с подлинно научной точностью, будут поражены, узнав, что говорил профессиональный полисмен, любитель же слушал его с глубокой почтительностью.
— Наша работа, пожалуй, единственная на свете, — говорил Бэгшоу, — в том смысле, что действия профессионала люди заведомо считают ошибочными. Воля ваша, но никто не станет писать рассказ о парикмахере, который не умеет стричь, и клиент вынужден прийти к нему на помощь, или об извозчике, который не в состоянии править лошадью до тех пор, пока седок не разъяснит ему извозчичью премудрость в свете новейшей философии.
Но при всем том я отнюдь не намерен отрицать, что мы часто склонны избирать наиболее проторенный путь или, иными словами, безуспешно действуем в соответствии с общепринятыми правилами. Но ошибка писателей заключается в том, что они упорно не дают нам возможности успешно действовать в согласии с общепринятыми правилами.
— Без сомнения, — заметил Андерхилл, — Шерлок Холмс, будь он сейчас здесь, сказал бы, что действует в согласии с правилами и по законам логики.
— Возможно, он был бы недалек от истины, подтвердил полисмен, — но я имел в виду правила, которым следует многочисленная группа людей. Нечто вроде работы в армейском штабе. Мы собираем и накапливаем информацию.
— А вам не кажется, что и в детективных романах это не исключено? — осведомился его друг.
— Что ж, давайте возьмем в виде примера любое из вымышленных дел, раскрытых Шерлоком Холмсом и Лестрадом, профессиональным сыщиком. Предположим, Шерлок Холмс может догадаться, что совершенно незнакомый ему человек, который переходит улицу, — иностранец, просто-напросто потому, что тот, опасаясь попасть под автомобиль, смотрит направо, а не налево, хотя в Англии движение левостороннее.
Право, я охотно допускаю, что Холмс вполне способен сделать подобную догадку. И я глубоко убежден, что Лестраду подобная догадка никогда и в голову не придет. Но при этом не следует упускать из виду тот факт, что полисмен хоть и не может порой догадаться, зато вполне может заведомо знать наверняка. Лестрад мог точно знать, что этот прохожий — иностранец, хотя бы уже потому, что полиция, в которой он служит, обязана следить за иностранцами.
Мне могут возразить, что полиция следит за всеми без различия. Поскольку я полисмен, меня радует, что полиция знает так много: ведь всякий стремится работать на совесть. Но я к тому же гражданин своей страны и порой задаюсь вопросом — а не слишком ли много знает полиция?
— Да неужели вы можете всерьез утверждать, — воскликнул Андерхилл с недоверием, — что знаете все о любом встречном, который попадается вам на любой улице? Допустим, вон из того дома сейчас выйдет человек, — разве вы и про него все знаете?
— Безусловно, если он хозяин дома, — отвечал Бэгшоу. — Этот дом арендует литератор, румын по национальности, английский подданный, обычно он живет в Париже, но сейчас временно переселился сюда, чтобы поработать над какой-то пьесой в стихах. Его имя и фамилия — Озрик Орм, он принадлежит к новой поэтической школе, и стихи его неудобочитаемы, — разумеется, насколько я лично могу об этом судить.
Жёны же в штат не входят? 
