Побывала на выставке фоторабот Екатерины Рождественской. Это классно, это просто супер! Я давно симпатизирую её творчеству (видимо, с самого начала), мне всегда это очень нравилось. Впечатление - красота, полет света и свободы, творческая меткость, изящество, юмор, вкусность. Наконец-то я это своими глазами увидела. Огромное спасибо автору за проделанную работу, "моделям" - за сотворчество, бывшим коллегам - за организацию самой выставки.
Но, разумеется, без налета юмористического казуса у меня не обошлось. Вкратце мою экскурсию можно представить так. Ира, слегка сетуя (по причине смутного предвидения последствий) на то, что верхнюю одежду пришлось оставить в гардеробе, ходит по выставочному залу с серебристой записной книжкой и черным карандашом , рассматривает фотоработы, делает записи в книжке. Косит под журналистку, в общем (а на самом деле - собирает впечатления). Краем уха слышит обсуждения других посетителей по поводу того, кто на кого похож на фотографиях. В процессе перемещения по залу, увлекшись самой выставкой, принимает легкие неопределенные сигналы от своего "автопилота" о некотором смещении центра внимания посетителей. Выйдя из эстетического транса, Ира замечает не очень здоровую концентрацию публики вокруг себя. Молодежь хихикает и о чем-то меж собой судачит, пожилые дамы стремятся занять место поближе к телу и поговорить. Далее Иру ведут к "портрету" Петра Первого и начинают вежливо и с искрой в глазах выяснять мнение о личности и творчестве "модели". Ира срочно меняет образ журналистки на образ поклонницы и с невинно-восторженным выражением в глазах и неистребимой интеллигентностью и студенческим перфекционизмом в голосе излагает свою точку зрения... А потом, выбрав наиболее удобный момент, ретируется из-под перекрестного обстрела внимания экскурсантов. Вниз, в гардероб!
... Честное слово, сама по себе я бы и ещё походила. Но мне как-то представляется более верным, когда основной фокус внимания на выставке концентрируется на экспонатах этой выставки, а не на некоторых её посетителях.

На лестнице и в гардеробе меня всё равно не оставили в покое. Одна наиболее заинтересовавшаяся пожилая женщина не отставала, пока я не оделась, и приглашала ещё на какую-то новую выставку. Обещала, что бесплатно. Но мне уже пора было по делам, и я, сославшись на занятость, наконец-то одев шапочку и накинув капюшон, ретировалась окончательно.
