Добавлено: 13.01.2009, 01:02
Ещё кое-что из старых записей.
Суббота, 20 сентября 2008.
Мне снился Ленин. Боткинская больница, операционная. В операционной четыре человека не считая пациента. Два хирурга, и две медсестры. Одна из них я. И меня зовут Машенька (это я, видимо, Каверина начиталась), у меня длинные светлые волосы, заплетённые в косу, которая обвёрнута вокруг головы, тоненькая фигурка, на которой белый халат болтается, как на вешалке тонкие, булдто фарфотовые, руки с длинными пальцами (точно каверинская Машенька). У ассистента ведущего операцию хирурга глаза Германа Александровича и такие же с фиолетовым напылением стёкла очков (тоже понятно, картинка та же, которую я видела не один раз во время операций). Пациент - Владимир Ильич Ленин. И мы извлекаем у него из головы пулю. Работаем почему-то без перчаток. Он под наркозом. Но когда пуля оказывается в руках ведущего хирурга, вдруг открывает глаза, садится на операционном столе, как ни в чём ни бывало, как будто и нет у него раны, и не снята лобная кость (он был без лобной кости черепа), и не виден в отверстие изъеденный короедами (почему короедами?) мозг. Садится и со спокойной обречённостью говорит ведущему хирургу:
- Что же вы наделали? За что? Разве я перед вами в чём-то виноват, что вы со мной так поступили?
- А вас, Владимир Ильич, никто не заставлял, - холодным тоном отвечает хирург. - Вы сами дали согласие.
- Нелюди, - говорит Ленин и закрывает глаза.
Я просыпаюсь. Ощущение, как после просмотра документального фильма, а не по всем признакам кошмарного сна. Только недоумение - приснится же такое!
Вторник, 08 января 2008
Мне снится, что я нахожусь в цирке (в каком-то большом "стационарном" московском цирке), и мне нужно шайти какого-то человека и передать ему какой-то шифр. А после этого уйти вместе со всей толпой после спектакля, чтобы не вызывать лишних подозрений у тех, кто за этим цирком может следить. Я нахожу нужного человека, передаю ему телеграмму (классическую телеграмму на синеньком листочке, какие я помню ещё из детства), в которой в простых ничего не значащих для постороннего человека словах зашифрована важная информация. После чего отправляюсь смотреть представление. Замечаю, что кресла здесь расположены не так, как в цирке, а так, как в театре. То есть вместо круглой арены здесь театральная сцена.
Я иду по проходу, ищу свободное кресло. Моё внимание привлекает существо неопределённого пола, напоминающее сказочного карлика-колдуна. На руках у него щенок - вылитая Варька, только тёмно-коричнегого цвета. Щенок ростом со взрослую Варьку, явно видны "терьеровские" брови и щёки. Существо предлагает мне купить щенка за какую-то символическую сумму, на что я тут же соглашаюсь. Точнее, сначала соглашаюсь, потом думаю, что мне с этим чудом делать. Я теперь сижу на месте карлика, у меня на руках щенок неизвестной породы с толстыми лапами (явно, вырастет немаленьким, в нашу-то не такую уж большую квартиру, в которой уже живут две кошки - Синка и рыжая полосатая кошка, которую тоже принесла я, не помню, откуда, но у неё тоже довольно интересная и запутанная история, ей ещё имени нормального не придумали, зовут её Рыжий, и при этом она кошка), рядом стоит полиэтиленовый пакет, оставленный мне карликом в придачу к щенку. И как объяснять домашним появление ещё одного зверя, я ума не приложу. Ближе к концу представления мимр меня проходит девушка из администрации цирка, даёт мне бумажку, подтверждающую то, что я купила этого щенка. Я смотрю на бумащку. С одной стороны перечёркнутая характеристика какой-то собаки. Женский пол, высота в холке, какие-то ещё параметры. Бумажка эта тёмно-коричнегого цвета, напоминает конвертик личного дела у меня на работе. На обратной стороне что-то типа кассового чека.
Я возвращаюсь с собакой домой. Мои дома. Комната моя после ремонта - такая, как сейчас. Но я не замужем. И квартира у нас трёхкомнатная, третья комната находится за второй (если мою считать первой), вторая проходная. У нас кто-о в гостях, кто-то из маминых подруг.
Дома я разбираю пакет, и нахожу там ещё теплую еду - что-то мясное, вроде как подразумевается, что для собаки, но приготовлено как для человека. А ещё нахоржу там лист плотной бумаги формата А4 - документ, в котором написано, что мой пёс (а он мальчик) - результат генетического эксперимента, и в нём сведены гены чёрного терьера, борзой и ротвеллера.
Мама к моему удивлению признала в псе "увеличенную копию" Варьки, и у меня даже не возникло необходимости упрашивать её позволить мне оставить собаку. Обе кошки пса хорошо приняли. Я понимаю, что в кошачьей "банде" лидером стала Синка.
Встаёт вопрос, как назвать пса, если для второй кошки ещё не придумали нормального имени, а Рыжий - не совсем верное имя для кошки. На этом просыпаюсь.
Пятница, 23 ноября 2007
Мы сидели в светлой комнатке с деревянными слегка наклонными с одной стороны стенами, кажется, это был верхний этаж загородного дома. Большие окна, много солнечного света, и вся комната заставлена с одной стороны приборами по большей части непонятного предназначения, с другой стороны столами с химической посудой. Мы - это я (физически старше, чем сейчас, и внешность у меня была совершенно другая - высокий рост, светлые от природы вьющиеся волосы, длинные ноги, которые ещё некуда было деть, сидя на низком стуле и за столом, под которым стояла какая-то коробка; на мне была военная форма то ли серого, то ли серо-зелёного цвета), А.Л. Чижевский (ещё совсем молодой), К.Э. Циолковский (на вид лет 40-50, чёрнобородый, с густой седеющей шевелюрой) и почему-то В. фон Браун или кто-то похожий на него скорее энергетически (вот откуда мне знать энергетику фон Брауна, а?), чем внешне (лицо его было в тени, и я с трудом могла его разглядеть, но знала, что в эту комнату тайно пришла именно с ним). Мы говорили об аэроионах, об их влиянии на жизнь, и хотя по убеждениям могли бы стать врагами, наука объединила нас на время того разговора, и всё остальное перестало иметь значение. В комнате была очень тёплая уютная атмосфера. В такой комнате хотелось бы жить всегда. Здесь приятно работать, здесь, кажется, мысль функционировала по-другому, здесь всё было создано для того, чтобы в этой комнате делались научные открытия.
А потом в комнату ворвались вооружённые люди и набросились на всех без всяких объяснений. Кажется, это был ккой-то отряд специального назначения, и я почувствовала крайнюю ярость, я сопротивлялась, как могла, я отбивалась от них когтями длиной сантиметров 15, кусалась, и зубы мои были, как у хищного зверя, и я ещё больше зверела от вкуса и вида их крови... мне нравился процесс убийства. Но их было больше, намного больше, и несколько трупов не намного ослабили их ряды...
Что было дальше, я не помню, осталось только смутное впечатление, налёт воспоминания о серых шершавых стенах, длинных запутанных коридорах, предательстве и оружии...
А потом, когда я, едё даже не проснувшись, подумала, что надо бы встать и записать это, перед моими закрытыми глазами возник мой стол, монитор с крупными цифрами, показывающими время (около трёх часов), в то же время я не увидела, но ощутила присутствие мужа, сидящего за другим компом, ощутила его негативную энергетику, как бужто он с кем-то ругался в этот момент, и я подумала, что просыпаться не стоит, что надо постараться не забыть, и утром всё записать, и провалилась в продолжение того, что многие люди сочли бы кошмаром...
Суббота, 20 сентября 2008.
Мне снился Ленин. Боткинская больница, операционная. В операционной четыре человека не считая пациента. Два хирурга, и две медсестры. Одна из них я. И меня зовут Машенька (это я, видимо, Каверина начиталась), у меня длинные светлые волосы, заплетённые в косу, которая обвёрнута вокруг головы, тоненькая фигурка, на которой белый халат болтается, как на вешалке тонкие, булдто фарфотовые, руки с длинными пальцами (точно каверинская Машенька). У ассистента ведущего операцию хирурга глаза Германа Александровича и такие же с фиолетовым напылением стёкла очков (тоже понятно, картинка та же, которую я видела не один раз во время операций). Пациент - Владимир Ильич Ленин. И мы извлекаем у него из головы пулю. Работаем почему-то без перчаток. Он под наркозом. Но когда пуля оказывается в руках ведущего хирурга, вдруг открывает глаза, садится на операционном столе, как ни в чём ни бывало, как будто и нет у него раны, и не снята лобная кость (он был без лобной кости черепа), и не виден в отверстие изъеденный короедами (почему короедами?) мозг. Садится и со спокойной обречённостью говорит ведущему хирургу:
- Что же вы наделали? За что? Разве я перед вами в чём-то виноват, что вы со мной так поступили?
- А вас, Владимир Ильич, никто не заставлял, - холодным тоном отвечает хирург. - Вы сами дали согласие.
- Нелюди, - говорит Ленин и закрывает глаза.
Я просыпаюсь. Ощущение, как после просмотра документального фильма, а не по всем признакам кошмарного сна. Только недоумение - приснится же такое!
Вторник, 08 января 2008
Мне снится, что я нахожусь в цирке (в каком-то большом "стационарном" московском цирке), и мне нужно шайти какого-то человека и передать ему какой-то шифр. А после этого уйти вместе со всей толпой после спектакля, чтобы не вызывать лишних подозрений у тех, кто за этим цирком может следить. Я нахожу нужного человека, передаю ему телеграмму (классическую телеграмму на синеньком листочке, какие я помню ещё из детства), в которой в простых ничего не значащих для постороннего человека словах зашифрована важная информация. После чего отправляюсь смотреть представление. Замечаю, что кресла здесь расположены не так, как в цирке, а так, как в театре. То есть вместо круглой арены здесь театральная сцена.
Я иду по проходу, ищу свободное кресло. Моё внимание привлекает существо неопределённого пола, напоминающее сказочного карлика-колдуна. На руках у него щенок - вылитая Варька, только тёмно-коричнегого цвета. Щенок ростом со взрослую Варьку, явно видны "терьеровские" брови и щёки. Существо предлагает мне купить щенка за какую-то символическую сумму, на что я тут же соглашаюсь. Точнее, сначала соглашаюсь, потом думаю, что мне с этим чудом делать. Я теперь сижу на месте карлика, у меня на руках щенок неизвестной породы с толстыми лапами (явно, вырастет немаленьким, в нашу-то не такую уж большую квартиру, в которой уже живут две кошки - Синка и рыжая полосатая кошка, которую тоже принесла я, не помню, откуда, но у неё тоже довольно интересная и запутанная история, ей ещё имени нормального не придумали, зовут её Рыжий, и при этом она кошка), рядом стоит полиэтиленовый пакет, оставленный мне карликом в придачу к щенку. И как объяснять домашним появление ещё одного зверя, я ума не приложу. Ближе к концу представления мимр меня проходит девушка из администрации цирка, даёт мне бумажку, подтверждающую то, что я купила этого щенка. Я смотрю на бумащку. С одной стороны перечёркнутая характеристика какой-то собаки. Женский пол, высота в холке, какие-то ещё параметры. Бумажка эта тёмно-коричнегого цвета, напоминает конвертик личного дела у меня на работе. На обратной стороне что-то типа кассового чека.
Я возвращаюсь с собакой домой. Мои дома. Комната моя после ремонта - такая, как сейчас. Но я не замужем. И квартира у нас трёхкомнатная, третья комната находится за второй (если мою считать первой), вторая проходная. У нас кто-о в гостях, кто-то из маминых подруг.
Дома я разбираю пакет, и нахожу там ещё теплую еду - что-то мясное, вроде как подразумевается, что для собаки, но приготовлено как для человека. А ещё нахоржу там лист плотной бумаги формата А4 - документ, в котором написано, что мой пёс (а он мальчик) - результат генетического эксперимента, и в нём сведены гены чёрного терьера, борзой и ротвеллера.
Мама к моему удивлению признала в псе "увеличенную копию" Варьки, и у меня даже не возникло необходимости упрашивать её позволить мне оставить собаку. Обе кошки пса хорошо приняли. Я понимаю, что в кошачьей "банде" лидером стала Синка.
Встаёт вопрос, как назвать пса, если для второй кошки ещё не придумали нормального имени, а Рыжий - не совсем верное имя для кошки. На этом просыпаюсь.
Пятница, 23 ноября 2007
Мы сидели в светлой комнатке с деревянными слегка наклонными с одной стороны стенами, кажется, это был верхний этаж загородного дома. Большие окна, много солнечного света, и вся комната заставлена с одной стороны приборами по большей части непонятного предназначения, с другой стороны столами с химической посудой. Мы - это я (физически старше, чем сейчас, и внешность у меня была совершенно другая - высокий рост, светлые от природы вьющиеся волосы, длинные ноги, которые ещё некуда было деть, сидя на низком стуле и за столом, под которым стояла какая-то коробка; на мне была военная форма то ли серого, то ли серо-зелёного цвета), А.Л. Чижевский (ещё совсем молодой), К.Э. Циолковский (на вид лет 40-50, чёрнобородый, с густой седеющей шевелюрой) и почему-то В. фон Браун или кто-то похожий на него скорее энергетически (вот откуда мне знать энергетику фон Брауна, а?), чем внешне (лицо его было в тени, и я с трудом могла его разглядеть, но знала, что в эту комнату тайно пришла именно с ним). Мы говорили об аэроионах, об их влиянии на жизнь, и хотя по убеждениям могли бы стать врагами, наука объединила нас на время того разговора, и всё остальное перестало иметь значение. В комнате была очень тёплая уютная атмосфера. В такой комнате хотелось бы жить всегда. Здесь приятно работать, здесь, кажется, мысль функционировала по-другому, здесь всё было создано для того, чтобы в этой комнате делались научные открытия.
А потом в комнату ворвались вооружённые люди и набросились на всех без всяких объяснений. Кажется, это был ккой-то отряд специального назначения, и я почувствовала крайнюю ярость, я сопротивлялась, как могла, я отбивалась от них когтями длиной сантиметров 15, кусалась, и зубы мои были, как у хищного зверя, и я ещё больше зверела от вкуса и вида их крови... мне нравился процесс убийства. Но их было больше, намного больше, и несколько трупов не намного ослабили их ряды...
Что было дальше, я не помню, осталось только смутное впечатление, налёт воспоминания о серых шершавых стенах, длинных запутанных коридорах, предательстве и оружии...
А потом, когда я, едё даже не проснувшись, подумала, что надо бы встать и записать это, перед моими закрытыми глазами возник мой стол, монитор с крупными цифрами, показывающими время (около трёх часов), в то же время я не увидела, но ощутила присутствие мужа, сидящего за другим компом, ощутила его негативную энергетику, как бужто он с кем-то ругался в этот момент, и я подумала, что просыпаться не стоит, что надо постараться не забыть, и утром всё записать, и провалилась в продолжение того, что многие люди сочли бы кошмаром...
А перестрелки, заброшенные подземки и летающие тарелки то этой теории что означают?
