Русская художница из творческой династии Бенуа-Лансере-Серебряковых была младшим ребенком из шестерых детей. Ее мать, Екатерина Лансере, была художником-графиком и сестрой Александра Бенуа. Отец — скульптор Евгений Лансере — умер от туберкулеза, когда Зинаиде было полтора года.
Вместе с детьми Екатерина Лансере переехала в Петербург — к своему отцу, архитектору Николаю Бенуа. В семье все занимались творчеством, часто посещали выставки и читали редкие книги по искусству. Зинаида Серебрякова с юных лет начала рисовать. В 1900 году она окончила гимназию и поступила в художественную школу княгини Марии Тенишевой — в те годы здесь преподавал Илья Репин. Однако будущая художница проучилась всего месяц: она уехала в Италию — знакомиться с классическим искусством. Вернувшись в Петербург, Серебрякова училась живописи в мастерской Осипа Браза.
В эти годы семья Лансере впервые после долгой жизни в Петербурге посетила Нескучное. Зинаида Серебрякова, привыкшая к строгим аристократическим видам Петербурга, была потрясена буйством южной природы и живописными сельскими пейзажами. Она делала зарисовки везде: в саду, в поле, писала даже виды из окна. Здесь же художница встретила будущего мужа — своего двоюродного брата Бориса Серебрякова.
После свадьбы молодожены уехали в Париж — там Серебрякова училась в художественной академии Гран-Шомье. После возвращения супруги поселились в Петербурге. Однако они часто ездили в Нескучное, здесь художница все время проводила у мольберта: писала весенние луга и цветущие сады, крестьянских детей и своего новорожденного сына. Всего в семье родилось четверо детей — два сына и две дочери.
В 1909 году Зинаида Серебрякова написала автопортрет «За туалетом». Спустя год он и еще 12 полотен — портреты знакомых, «крестьянские» этюды и пейзажи — участвовали в выставке «Мира искусства». Картины Серебряковой висели рядом с работами Валентина Серова, Бориса Кустодиева, Михаила Врубеля. Три из них — «За туалетом», «Зеленя осенью» и «Молодуха (Мария Жегулина)») приобрела Третьяковская галерея. Серебрякову избрали членом «Мира искусства».
«Ныне она поразила русскую публику таким прекрасным даром, такой «улыбкой во весь рот», что нельзя не благодарить ее. <…> Автопортрет Серебряковой, несомненно, самая приятная, самая радостная вещь… Здесь полная непосредственность и простота, истинный художественный темперамент, что-то звонкое, молодое, смеющееся, солнечное и ясное, что-то абсолютно художественное».
Александр Бенуа
Почти академик живописи
В следующие годы Зинаида Серебрякова продолжала писать — пейзажи Нескучного, портреты крестьянок, родственников и саму себя — «Автопортрет в костюме Пьеро», «Девушка со свечой». В 1916 году Александр Бенуа пригласил ее в свою «бригаду», когда ему поручили расписывать Казанский вокзал в Москве. Декорировали здание также Борис Кустодиев, Мстислав Добужинский и Екатерина Лансере. Зинаида Серебрякова выбрала восточную тематику. Она изобразила страны Азии — Индию и Японию, Турцию и Сиам — в образах красивых молодых женщин.
В 1917 году Совет Петербургской Академии художеств выдвинул Зинаиду Серебрякову на звание академика живописи. Однако получить его помешала революция. Переворот застал художницу с детьми и матерью в Нескучном. Оставаться в имении было небезопасно. Как только семья перебралась в Харьков, усадьбу разграбили и сожгли. Художница устроилась на работу в Харьковский археологический музей, где зарисовывала экспонаты для каталога. Небольшая зарплата помогала семье выживать.
В 1919 году к семье пробился Борис Серебряков. Однако супруги недолго пробыли вместе: муж художницы скоропостижно умер от сыпного тифа.
«Для меня всегда казалось, что быть любимой и быть влюбленной — это счастье, я была всегда, как в чаду, не замечая жизни вокруг, и была счастлива, хотя и тогда знала и печаль, и слезы… Так грустно сознавать, что жизнь уже позади, что время бежит, и ничего больше, кроме одиночества, старости и тоски впереди нет, а в душе еще столько нежности, чувства».
В январе 1920 года Серебряковы переехали в Петербург, в квартиру Николая Бенуа, которая после уплотнения стала коммуналкой. Зинаида Серебрякова зарабатывала в основном написанием портретов, распродавала старые полотна. Она вспоминала: «Я шью целыми днями... удлиняю Катюше платье, чиню белье... Приготовляю сама масляные краски — растираю порошки с маковым маслом... Живем мы по-прежнему каким-то чудом».
Вскоре одна из дочерей Серебряковой стала заниматься балетом — так в работах художницы появились свежие театральные сюжеты. Она проводила много времени за кулисами Мариинки, брала домой реквизит для спектаклей, приглашала к себе балерин, которые охотно позировали для полотен.
В 1924 году Зинаида Серебрякова участвовала в американской благотворительной выставке для русских художников. Ее картины имели большой успех, несколько полотен сразу купили. В том же году Серебрякова при поддержке дяди Александра Бенуа уехала в Париж. Художница планировала немного поработать во Франции и вернуться в СССР. Однако это оказалось невозможно: она по-прежнему много писала и получала за это совсем небольшие деньги. Все гонорары Серебрякова отправляла в Россию — матери и детям.
«Непрактична, делает много портретов за обещание рекламировать, но все, получая чудные вещи, ее забывают, и палец о палец не ударят».
Двоих детей — Александра и Екатерину — при поддержке Красного Креста и родственников удалось отправить в Париж в 1925 и 1928 годах. А Евгений и Татьяна так и остались в СССР.
Однажды Зинаида Серебрякова писала семейные портреты для бельгийского предпринимателя. Она получила большой гонорар: денег хватило на путешествие с детьми в Марокко. Страна восхитила художницу. Серебрякова писала: «Меня поразило все здесь до крайности. И костюмы самых разнообразных цветов, и все расы человеческие, перемешанные здесь, — негры, арабы, монголы, евреи (совсем библейские). Я так одурела от новизны впечатлений, что ничего не могу сообразить, что и как рисовать». После поездки из-под кисти Серебряковой появились новые натюрморты, городские пейзажи и портреты марокканок — яркие и сочные.
В 1930-е годы в Париже прошло несколько персональных выставок Серебряковой, однако продать удалось очень мало. В 1933 году от голода умерла ее мать, и Серебрякова решила ехать к детям в Россию. Ей вновь помешали обстоятельства: сначала затянулось оформление документов, потом началась Вторая мировая война. Увидеться со старшей дочерью художнице удалось лишь через 36 лет после расставания — в 1960 году Татьяна Серебрякова смогла выехать к матери в Париж.
В середине 60-х выставка полотен Зинаиды Серебряковой прошла в Москве. Но художница не смогла приехать: на тот момент ей было уже 80 лет. Спустя два года Зинаиды Серебряковой не стало. Ее похоронили на кладбище Сен-Женевьев-де-Буа.
Все дети Зинаиды Серебряковой стали художниками. Старший — Евгений — работал архитектором-реставратором. Дети-«парижане» рисовали в редком жанре акварельной или гуашной миниатюры в традиции начала XIX века. Александр писал на заказ виды усадеб, в том числе русских — их архитектурный облик он восстанавливал по памяти. Екатерина, которая прожила 101 год, также рисовала поместья, интерьеры дворцов и создавала на заказ модели зданий. Татьяна работала театральным художником во МХАТе.
