Леф, Лилия
Вы помните, какие вопросы или задачи были?
Видимо, их было всего пару штук. Утром одну помнил. Сейчас уже нет. Но особо интересных среди них не было, иначе бы я что-то записал. Можете еще попробовать спросить про них у Pinheadа. Правда, внутренний голос мне подсказывает, что Достопочтенный будет все отрицать.
PS. Я никогда во сне не имел глубоких
рациональных идей (поэтому я поражен тем, что Леф может читать в сновидениях, причем столь связно). У меня даже идея, представленная такой глубокой во сне, после проверки оказывается ерундой.
«Как-то раз американский физик-экспериментатор Р. Вуд (1868—1955), довольно эксцентричный человек, любитель всяких острых ощущений, решил проделать на себе рискованный опыт — испытать действие наркотика. С большим трудом раздобыв опиум, он накурился этого зелья и вскоре впал в забытье. Придя через некоторое время в сознание, он вспомнил, что, находясь в одурманенном состоянии, напал на какую-то чрезвычайно глубокую и важную научную идею, но на какую именно — начисто вылетело из головы. Тогда Вуд решил повторить опыт в надежде, что ему посчастливится вновь обрести ускользнувшую мысль. И действительно, как только начало сказываться наркотическое действие опиума, забытая мысль не замедлила возникнуть в уме ученого. Чувствуя, что сознание вот-вот покинет его, Вуд сумел в последний момент сконцентрировать волю, записать идею на бумажке и впал в беспамятство. Очнувшись, он с ликованием подумал об удачном исходе столь трудного и опасного опыта и, дрожа от нетерпения и пережитого, поспешно развернул бумажку с драгоценной записью. На ней он прочел: «
Банан велик, а кожура еще больше...»».
Но, как я уже писал раньше в теме, бытовые фразы могут вести к глубокой
иррациональной идее. А как комментарий к
вот этой истории, я процитирую «Великое Делание» Мирчи Элиаде: «Иерофания [общение со священным (лат.)] самим фактом проявления священного меняет онтологический статус объекта: обычный и незначительный предмет, вроде камня, дерева или источника, с момента, когда начинает воплощать священное, приобретает бесценную значимость в глазах участника религиозного опыта, о котором идет речь». Поэтому и я не отказался бы как-нибудь поболтать с пельменями, перекинуться парой слов с сыром, пожурить хрен, пошушукаться с огурцами, подбодрить сметану: «Ну, полно тебе. Не кисни». В общем, открыть для себя в холодильнике целый мир.