Прочитал, точнее прослушал аудиокнигу, и должен сказать, что текст этого творения мне как-то совсем не понравился. Я и раньше замечал, что Хайнлайн слишком поверхностен, но в этой детской книжке это заметно ещё сильнее.
Начало перенасыщено техническими подробностями, которые вообще ничего не добавляют к сюжету, если не брать в расчёт, что автор просто решил рассказать детишкам о трудностях научно-технического творчества. Описываемые далее приключения главного героя тоже немногим лучше, поскольку «роялей в кустах» понатыкано столько, что просто оторопь берёт.
Что же касается главной героини, то в её достоверность верится ещё меньше. Алисоманам не знакомым с данным текстом сообщаю: героиня Хайнлаайна по имени Крошка ничуть не похожа на Нашу Прелесть. Если КБ и позаимствовал что-то, так это разве что основную идею — «девочка в космосе». Крошка невротична, страдает манией величия, постоянно то дерзит, то плачет в уголке. Автор пишет, что она просто маленькая девочка с выдающимися способностями. Скажу откровенно, на мой взгляд в Астровитянке Горькавого (во второй части) больше Крошки, чем в Алисе Селезнёвой в любом из приключений. Так что я решительно отметаю высказываемое здесь некоторыми прямое заимствование образа главной героини. Наша Прелесть родилась вместе с ДКННС и там вообще нет никакой Крошки.
А вот насчёт других фигур я, пожалуй, не уверен. Особенно странно знакомыми выглядят два космических пирата. Их внешность практически один в один совпадает с нашими дорогими и любимыми Весельчаком У и Крысом Крокрысовичем. Однако эти образы у Хайнлайна оказываются лишь эпизодическими. Наигравшись с ними, он просто слил их в середине повести и пошёл дальше, сосредоточившись на противостоянии главных героев «космическим нацистам» из одной очень далёкой Галактики. Эти Реально Жуткие Монстры, телепаты и гипнотизёры, хлебающие своё гнилое пойло из общего корыта (эпизод в столовой) достойны только смерти. (Хайнлайн, господа, тут ничего не поделаешь). Автор, описывая их, буквально вопиет: «Они ужасны! Они отвратительны! Их нужно убивать!» (Во имя торжества добра, разумеется, как же иначе.)
Вторая половина повести продолжает ту же самую, в какой-то мере сатанинскую пляску. Описываемый автором «карнавал уродов» в сцене суда выглядит настолько ярмарочно, что просто хочется рыдать. Возможно, при очень большом желании, некоторые отголоски можно обнаружить у КБ. По крайне мере все эти лошади в аквариумах и ходячие лейки, а также прочие одноглазые котята чем-то похожи на описываемых Хайнлайном жителей далёким миров. При этом следует заметить, что главное отличие заключается в том, что у Хайнлайна это скорее персонажи дантова ада. (Это впечатление усиливает то, что одна из жертв этого позорного судилища, легионер, так их и воспринимает.)
Голос свыше, символизирующий судью со всеми его рассуждениями о том, что он ни кто и ни что, но и кто и что одновременно, это вообще явный перебор. Может быть с детишками из американской глубинки, которые будут читать эту муть в каком-нибудь 60-м году и можно было вот так разговаривать, но сейчас... Да, как много узнаёшь об авторе и его времени, когда он заносит на бумагу всё, что взбредёт ему в голову.
Так вот, разница между хайнлайновскими «монстрами» и КБэшными «забавными чудиками» из других звёздных систем заключается в том, что последние не опаснее цирковых клоунов, а значит воспринимаются исключительно как персонажи волшебной детской сказки. Что и понятно, ведь КБ сочинял именно сказку без особых претензий на серьёзность. В то время как автор «скафандра» нет-нет, да и скатывается в назидательный тон, рассказывая о величии необъятной Вселенной, где высшие расы творят судьбу низших, а затем присылают им поющих ангелов в качестве смотрящих, чтобы дикари «чего-нибудь там не сотворили» или «что-нибудь там не удумали».
И последний штрих, который тоже может показаться особенно интересным для тех, кто любит фильм «Гостья из будущего». В конце повести Хайнлайна есть такой эпизод: папа говорит сыну, что о своих приключениях на Луне и дальше он может рассказывать кому угодно — ему всё равно никто не поверит.
Но я к этому был готов, т.к. уже читал у автора один цикл.
