Главное — форма! (рассказка)
Добавлено: 03.10.2025, 06:11
От автора: сразу говорю - это шутошный рассказ, даже слегка глумливый, так что не взыщите.
Главное — форма!
Её дни рождения всю жизнь отличались какими-то особенными придумками и самыми причудливыми подарками, друзья и родные были счастливы расстараться ради такого случая. Можно сказать, она была избалована хорошими праздниками. Так что в этот раз, ради разнообразия, решила предпочесть что-нибудь поспокойней. Тем более, что и праздновать особого настроения не было.
Она собрала всех на даче, отдельно, без родичей, которые всегда могли поздравить её и позже, самой тесной компанией, и даже музыку выбрала специально с ритмом помедленней. Зарядивший с утра холодный дождь вторил её настроению, монотонно постукивая по подоконникам снаружи. Обложенное плотными тучами небо стало совсем тёмным уже к раннему вечеру, и в доме воцарилась атмосфера тоскливой задумчивости.
«Ну и хорошо! Ну и ладно!»
Ей действительно не хотелось сейчас видеть никого другого, только лица, к которым она больше всего привыкла, и чтобы поменьше всяких сюрпризов, даже заранее предупредила, чтобы не заморачивались на подарки.
Гераскин, Сапожков, сёстры Белые… Джавад не смог по уважительной причине — вынужден был отбыть на свадьбу брата. Впрочем, сегодня не было ещё и много кого другого, кого она в принципе могла бы позвать, но предпочла обойтись без них.
Несправедливо? Возможно, но в этот год и сам мир был к ней не очень-то справедлив!
Пашка её удивил — притащил ей билеты в Лунный Амфитеатр. Она не хотела спрашивать, как он их достал в разгар сезона, да ещё на самую модную постановку. Удивляло, что он практически первый раз в жизни умудрился поставить себя на место именинника и подарить не то, что нравится лично ему, а то, что заинтересовало бы самого одариваемого. По крайней мере, он добавил немного теплоты в этот такой холодный для неё ноябрь. Честное слово, сейчас бы вполне хватило и одного этого подарка, чтобы почувствовать себя хотя бы сносно.
Но конечно, Аркаша уже готовился что-то такое ей торжественно преподнести. Вот, честное слово, не стоило, ведь так хорошо они сидели! Наташа у журнального столика уткнулась в какой-то свой модный еженедельник, лениво перелистывая виртуальные страницы, Пашка прихлёбывает чай, Маша задумчиво смотрит в тёмное окно… Не хочется говорить, хочется просто разделять с друзьями общее на всех молчание.
И вот оно так досадно прерывается таким знакомым, но таким неуместным сейчас голосом.
- Алиса, мы все знаем, что для тебя последние месяцы были настоящим испытанием. Мы все знаем, как ты старалась, сколько приложила усилий, насколько важно для тебя было добиться успеха. Мы все знаем, насколько ты этого заслуживала, знаем, наверное, как никто другой. Знаем, насколько ты права! И… тем не менее, произошло то, что произошло…
«Да чёрт бы тебя побрал!»
Ну вот зачем, спрашивается, все эти напоминания? Как будто она сама себе ежечасно не напоминает об этом?! Ну можно же было, хотя бы в день рождения, обойти эту тему?! Эй, друзья, ну в конце-то концов! Чуточку понимания!
Она долго готовилась. Полгода, как минимум. От летних каникул оторвала немало дней в ущерб всяким весёлым развлечениям. И она была уверена в себе. Уверена, что готова, уверена, что всё получится. Не может не получиться. Не могут они не принять её квалификационный диплом. Подготовлено всё идеально, каждая подробность разобрана, каждый аргумент учтён и рассмотрен со всех сторон. Лучше подготовиться просто невозможно!
Но они не приняли. Отклонили. В целом одобрили, но сказали приходить через год. Через год! Как будто через год это будет иметь какую-то ценность! Как будто через год она запросто не пройдёт вместе со всеми! Весь смысл же и был в том, чтобы не ждать этот чёртов год! Чтобы доказать всем, что она готова прямо сейчас, что не надо ей дорастать до этих пресловутых четырнадцати лет!
И всё напрасно! Вежливо похлопали по плечу, поулыбались, наговорили комплиментов и отослали, как будто она просто пришла искать их одобрения, просто выпрашивать что-то, как ребёнок. Можно подумать, её материалы были чем-то хуже того, что приносили комиссии те, кто был старше. Да это они были хуже! И близко ведь никто так не вылизывал свой диплом, как она!.. Но нет! Важнее же этот год, этот номинальный, ничего не решающий набор цифр в календаре!
А ведь у неё была тайная надежда… да, конечно, подготовка была идеальной, не подкопаться, но… всё-таки… ну должны же они были учесть, что она не просто так с улицы пришла. Что у неё, в конце концов, опыт. Что у неё, между прочим, кое-какие заслуги. Что она столько прошла…
«Лучше молчи!»
Она прерывалась, как только размышления начинали склоняться в эту — последнюю — тему. Этак можно саму себя до основания изгрызть.
Ладно, в конце концов, жизнь на этом не кончается. Нет, так нет! Потом сами же будут жалеть.
Ну и друзья, конечно. Как могли, поддерживали. Сначала не все воспринимали её старания всерьёз, но потом, когда стало очевидно, как много это для неё значит, поддержали. И после отказа тоже конечно.
Она даже дословно помнила всё, что они ей сказали в тот день. В день отказа.
Пашка, который практически слово в слово повторил её мысли: «Они ещё пожалеют!» Джавад, который в своей обычной, скупой манере, сказал: «Старайся!» Маша, которая произнесла слово, которое до этого никогда в жизни не произносила. Аркаша, который ничего не сказал, потому что посмотрел на неё и просто остановил уже готовый десятиминутный спич. Наташа… Наташа, кажется, вообще не поняла, ради чего весь сыр-бор. Спросила: «Разве тебе и так не хорошо?»
И вот на кой чёрт теперь было к этому возвращаться?! Померла, так померла!
- ...и мы, как твои лучшие друзья, просто не могли просто так пройти мимо этой несправедливости. Мы тут втроём посовещались и решили подарить тебе такой подарок, чтобы как-то, так сказать, скомпенсировать тебе то…
- Короче! - воскликнул Пашка. - Ты так до полуночи будешь речь произносить. Признавайся уже, что решили подарить-то?
- Маш, передай сюда, пожалуйста.
Аркаша взял запакованный в пластик плоский пакет и передал его имениннице. Она приняла и флегматично взглянула на подарок.
«И что это?»
Две золотые пересекающиеся полосы из угла в угол поверх белого листа… Невероятно… Это же не может быть розыгрыш! Подобное было бы слишком жестоко с их стороны. Но правдой это тоже не может быть, ведь так?..
Она поняла, что у неё так сильно дрожат руки, что она не в состоянии как следует распечатать пакет. Кажется, она возится уже целую вечность…
Вот, наконец!
Заглавный лист. «Уведомление». Так,.. Селезнёва Алиса Игоревна… номер… адрес… допускается…
«Допус...»
Допускается. До-пус-ка-ет-ся! К самостоятельной…
Она подняла глаза на друзей, трясущимися руками протягивая лист, прежде, чем начать орать.
- О-о-о, не-е-ет! Глазам поверить не могу! Как?… Как?! КАК?!! вам это удалось?! Да ещё и за меня!
- Мы тут с Машей внимательно прошерстили документы, - ответил Аркаша, пытаясь говорить деловым тоном, но не смог сдержать довольной улыбки, - и обнаружили, что нигде не сказано, что соискатель должен обязательно лично присутствовать на комиссии.
- Да?! Ну хорошо, хорошо, но что вы такого сделали, что я не смогла?! Я же, кажется, из штанов выпрыгнула, чтобы ни к одной буковке нельзя было придраться! Что вы такого там понаписали?!
- Ну, - Аркаша скромно пожал плечами, - я добавил от себя несколько нетривиальных гипотез, чтобы, так сказать, немного разбавить общий магистральный тон твоего диплома.
- Разумеется, как же я забыла! Мне всегда не хватало толики твоей гениальности.
- Но это ещё не всё. Маша, фигурально выражаясь, отшлифовала его до блеска, устранив парочку противоречий.
- Неужели я что-то пропустила?! Совершенству всё-таки нет предела! Понятно. Ну, а Наташа, наверное, оказывала всяческую моральную поддержку?
Та, кажется, и бровью не повела, пропустив иронию мимо ушей и промолвила только: «Ну а как же без этого», продолжая глазеть в еженедельник.
- Тем не менее, это не всё, - сказал Аркаша, - содержание — это конечно, хорошо, но важно ведь не только что принесли, но и кто принёс!
Вот так значит они о ней думают! Ну и пускай! Она готова была сейчас со всем согласиться, сейчас она готова была простить им что угодно. В груди плескалось озеро радостной благодарности. У неё самые лучшие друзья на свете!
- И на что это ты намекаешь? Что я никудышный презентатор?
- Вовсе нет. Только на то, что есть лучше.
- О! - хохотнула она. - И кто же этот герой?! Подайте его сюда, я воздам ему почести… Нет, стой, дай я сама угадаю! Это ведь ты и был, так? Пришёл и задавил их своим интеллектуальным уровнем. Я права?
Он замотал головой.
- Хотелось бы, но нет.
- Тогда Маша? Поразила всех скрупулёзностью аргументов, так, что им нечего было ответить?
- Боюсь, в её случае, результат был бы примерно таким же, как и в твоём. Прости, Маш, но это правда!
- Вот только не говори мне, что это был Пашка!
- Что?! - тот, кажется, только сейчас осознал, что они обсуждают что-то, связанное с их подарком, оторвавшись от разглядывания уведомления.
- Ну, на его счёт у меня есть некоторые опасения и по поводу следующего года, когда не будет никаких подобных сложностей, - улыбнулся Аркаша.
- Тогда кто же?
Наташа медленно встала из-за журнального столика, подошла своей привычной вальяжно-покачивающеся походкой и с обворожительной улыбкой уселась на мягкий подлокотник её кресла. Она наклонилась, так, что кончик тонкого носа почти коснулся её лица, а длинные прямые белоснежные пряди волос одна за другой потекли по плечу, и издевательски-мягко произнесла, глядя прямо в глаза:
- Тебе они ещё могли отказать. Но не мне!..
Главное — форма!
Её дни рождения всю жизнь отличались какими-то особенными придумками и самыми причудливыми подарками, друзья и родные были счастливы расстараться ради такого случая. Можно сказать, она была избалована хорошими праздниками. Так что в этот раз, ради разнообразия, решила предпочесть что-нибудь поспокойней. Тем более, что и праздновать особого настроения не было.
Она собрала всех на даче, отдельно, без родичей, которые всегда могли поздравить её и позже, самой тесной компанией, и даже музыку выбрала специально с ритмом помедленней. Зарядивший с утра холодный дождь вторил её настроению, монотонно постукивая по подоконникам снаружи. Обложенное плотными тучами небо стало совсем тёмным уже к раннему вечеру, и в доме воцарилась атмосфера тоскливой задумчивости.
«Ну и хорошо! Ну и ладно!»
Ей действительно не хотелось сейчас видеть никого другого, только лица, к которым она больше всего привыкла, и чтобы поменьше всяких сюрпризов, даже заранее предупредила, чтобы не заморачивались на подарки.
Гераскин, Сапожков, сёстры Белые… Джавад не смог по уважительной причине — вынужден был отбыть на свадьбу брата. Впрочем, сегодня не было ещё и много кого другого, кого она в принципе могла бы позвать, но предпочла обойтись без них.
Несправедливо? Возможно, но в этот год и сам мир был к ней не очень-то справедлив!
Пашка её удивил — притащил ей билеты в Лунный Амфитеатр. Она не хотела спрашивать, как он их достал в разгар сезона, да ещё на самую модную постановку. Удивляло, что он практически первый раз в жизни умудрился поставить себя на место именинника и подарить не то, что нравится лично ему, а то, что заинтересовало бы самого одариваемого. По крайней мере, он добавил немного теплоты в этот такой холодный для неё ноябрь. Честное слово, сейчас бы вполне хватило и одного этого подарка, чтобы почувствовать себя хотя бы сносно.
Но конечно, Аркаша уже готовился что-то такое ей торжественно преподнести. Вот, честное слово, не стоило, ведь так хорошо они сидели! Наташа у журнального столика уткнулась в какой-то свой модный еженедельник, лениво перелистывая виртуальные страницы, Пашка прихлёбывает чай, Маша задумчиво смотрит в тёмное окно… Не хочется говорить, хочется просто разделять с друзьями общее на всех молчание.
И вот оно так досадно прерывается таким знакомым, но таким неуместным сейчас голосом.
- Алиса, мы все знаем, что для тебя последние месяцы были настоящим испытанием. Мы все знаем, как ты старалась, сколько приложила усилий, насколько важно для тебя было добиться успеха. Мы все знаем, насколько ты этого заслуживала, знаем, наверное, как никто другой. Знаем, насколько ты права! И… тем не менее, произошло то, что произошло…
«Да чёрт бы тебя побрал!»
Ну вот зачем, спрашивается, все эти напоминания? Как будто она сама себе ежечасно не напоминает об этом?! Ну можно же было, хотя бы в день рождения, обойти эту тему?! Эй, друзья, ну в конце-то концов! Чуточку понимания!
Она долго готовилась. Полгода, как минимум. От летних каникул оторвала немало дней в ущерб всяким весёлым развлечениям. И она была уверена в себе. Уверена, что готова, уверена, что всё получится. Не может не получиться. Не могут они не принять её квалификационный диплом. Подготовлено всё идеально, каждая подробность разобрана, каждый аргумент учтён и рассмотрен со всех сторон. Лучше подготовиться просто невозможно!
Но они не приняли. Отклонили. В целом одобрили, но сказали приходить через год. Через год! Как будто через год это будет иметь какую-то ценность! Как будто через год она запросто не пройдёт вместе со всеми! Весь смысл же и был в том, чтобы не ждать этот чёртов год! Чтобы доказать всем, что она готова прямо сейчас, что не надо ей дорастать до этих пресловутых четырнадцати лет!
И всё напрасно! Вежливо похлопали по плечу, поулыбались, наговорили комплиментов и отослали, как будто она просто пришла искать их одобрения, просто выпрашивать что-то, как ребёнок. Можно подумать, её материалы были чем-то хуже того, что приносили комиссии те, кто был старше. Да это они были хуже! И близко ведь никто так не вылизывал свой диплом, как она!.. Но нет! Важнее же этот год, этот номинальный, ничего не решающий набор цифр в календаре!
А ведь у неё была тайная надежда… да, конечно, подготовка была идеальной, не подкопаться, но… всё-таки… ну должны же они были учесть, что она не просто так с улицы пришла. Что у неё, в конце концов, опыт. Что у неё, между прочим, кое-какие заслуги. Что она столько прошла…
«Лучше молчи!»
Она прерывалась, как только размышления начинали склоняться в эту — последнюю — тему. Этак можно саму себя до основания изгрызть.
Ладно, в конце концов, жизнь на этом не кончается. Нет, так нет! Потом сами же будут жалеть.
Ну и друзья, конечно. Как могли, поддерживали. Сначала не все воспринимали её старания всерьёз, но потом, когда стало очевидно, как много это для неё значит, поддержали. И после отказа тоже конечно.
Она даже дословно помнила всё, что они ей сказали в тот день. В день отказа.
Пашка, который практически слово в слово повторил её мысли: «Они ещё пожалеют!» Джавад, который в своей обычной, скупой манере, сказал: «Старайся!» Маша, которая произнесла слово, которое до этого никогда в жизни не произносила. Аркаша, который ничего не сказал, потому что посмотрел на неё и просто остановил уже готовый десятиминутный спич. Наташа… Наташа, кажется, вообще не поняла, ради чего весь сыр-бор. Спросила: «Разве тебе и так не хорошо?»
И вот на кой чёрт теперь было к этому возвращаться?! Померла, так померла!
- ...и мы, как твои лучшие друзья, просто не могли просто так пройти мимо этой несправедливости. Мы тут втроём посовещались и решили подарить тебе такой подарок, чтобы как-то, так сказать, скомпенсировать тебе то…
- Короче! - воскликнул Пашка. - Ты так до полуночи будешь речь произносить. Признавайся уже, что решили подарить-то?
- Маш, передай сюда, пожалуйста.
Аркаша взял запакованный в пластик плоский пакет и передал его имениннице. Она приняла и флегматично взглянула на подарок.
«И что это?»
Две золотые пересекающиеся полосы из угла в угол поверх белого листа… Невероятно… Это же не может быть розыгрыш! Подобное было бы слишком жестоко с их стороны. Но правдой это тоже не может быть, ведь так?..
Она поняла, что у неё так сильно дрожат руки, что она не в состоянии как следует распечатать пакет. Кажется, она возится уже целую вечность…
Вот, наконец!
Заглавный лист. «Уведомление». Так,.. Селезнёва Алиса Игоревна… номер… адрес… допускается…
«Допус...»
Допускается. До-пус-ка-ет-ся! К самостоятельной…
Она подняла глаза на друзей, трясущимися руками протягивая лист, прежде, чем начать орать.
- О-о-о, не-е-ет! Глазам поверить не могу! Как?… Как?! КАК?!! вам это удалось?! Да ещё и за меня!
- Мы тут с Машей внимательно прошерстили документы, - ответил Аркаша, пытаясь говорить деловым тоном, но не смог сдержать довольной улыбки, - и обнаружили, что нигде не сказано, что соискатель должен обязательно лично присутствовать на комиссии.
- Да?! Ну хорошо, хорошо, но что вы такого сделали, что я не смогла?! Я же, кажется, из штанов выпрыгнула, чтобы ни к одной буковке нельзя было придраться! Что вы такого там понаписали?!
- Ну, - Аркаша скромно пожал плечами, - я добавил от себя несколько нетривиальных гипотез, чтобы, так сказать, немного разбавить общий магистральный тон твоего диплома.
- Разумеется, как же я забыла! Мне всегда не хватало толики твоей гениальности.
- Но это ещё не всё. Маша, фигурально выражаясь, отшлифовала его до блеска, устранив парочку противоречий.
- Неужели я что-то пропустила?! Совершенству всё-таки нет предела! Понятно. Ну, а Наташа, наверное, оказывала всяческую моральную поддержку?
Та, кажется, и бровью не повела, пропустив иронию мимо ушей и промолвила только: «Ну а как же без этого», продолжая глазеть в еженедельник.
- Тем не менее, это не всё, - сказал Аркаша, - содержание — это конечно, хорошо, но важно ведь не только что принесли, но и кто принёс!
Вот так значит они о ней думают! Ну и пускай! Она готова была сейчас со всем согласиться, сейчас она готова была простить им что угодно. В груди плескалось озеро радостной благодарности. У неё самые лучшие друзья на свете!
- И на что это ты намекаешь? Что я никудышный презентатор?
- Вовсе нет. Только на то, что есть лучше.
- О! - хохотнула она. - И кто же этот герой?! Подайте его сюда, я воздам ему почести… Нет, стой, дай я сама угадаю! Это ведь ты и был, так? Пришёл и задавил их своим интеллектуальным уровнем. Я права?
Он замотал головой.
- Хотелось бы, но нет.
- Тогда Маша? Поразила всех скрупулёзностью аргументов, так, что им нечего было ответить?
- Боюсь, в её случае, результат был бы примерно таким же, как и в твоём. Прости, Маш, но это правда!
- Вот только не говори мне, что это был Пашка!
- Что?! - тот, кажется, только сейчас осознал, что они обсуждают что-то, связанное с их подарком, оторвавшись от разглядывания уведомления.
- Ну, на его счёт у меня есть некоторые опасения и по поводу следующего года, когда не будет никаких подобных сложностей, - улыбнулся Аркаша.
- Тогда кто же?
Наташа медленно встала из-за журнального столика, подошла своей привычной вальяжно-покачивающеся походкой и с обворожительной улыбкой уселась на мягкий подлокотник её кресла. Она наклонилась, так, что кончик тонкого носа почти коснулся её лица, а длинные прямые белоснежные пряди волос одна за другой потекли по плечу, и издевательски-мягко произнесла, глядя прямо в глаза:
- Тебе они ещё могли отказать. Но не мне!..
(это Алиса Э. ещё "Машину" не читала)
