Последний рейс "Зари"

[Mich]

Рассказ из цикла "Павлик и Юля", рассказывающего о приключениях живущих в Москве на рубеже XXI и XXII вв. любопытных и неунывающих двойняшек Павлика и Юли Воробьёвых и их многочисленных друзей.
Синопсис: Павлик, Юля и их подруга, девочка с планеты Эрта Луана возвращаются на Землю с Марса на пакетботе "Заря". Но этот рейс корабля закончился трагедией...

Последний рейс "Зари"

1

У стар­ше­го дис­петче­ра око­лозем­ной ор­би­таль­ной стан­ции дис­петчер­ской служ­бы Фа­руха Ка­римо­ва, зас­ту­пив­ше­го в тот день на сме­ну, с са­мого ут­ра бы­ло дур­ное пред­чувс­твие. Фа­рух, как ни пы­тал­ся, не мог най­ти при­чины это­му. Но что-то скреб­ло ду­шу, не да­вало по­коя. Оп­рос стан­ций дис­петчер­ской служ­бы лишь под­твер­дил: всё спо­кой­но, обыч­ные ра­бочие буд­ни на око­лозем­ной ор­би­те. Но бес­по­кой­ство не ос­тавля­ло Ка­римо­ва: что-то дол­жно бы­ло слу­чить­ся — Фа­рух знал свою на­туру.

– Что ты ме­чешь­ся? — стар­ший опе­ратор Ин­форма­ци­он­но-Уп­равля­ющей сис­те­мы дис­петчер­ской стан­ции «Зе­нит» Яна Па­нович — трид­ца­тит­рёхлет­няя свет­ло­воло­сая де­вуш­ка — с со­чувс­тви­ем пос­мотре­ла на стар­ше­го дис­петче­ра. За пять лет ра­боты на «Зе­ните» она хо­рошо изу­чила ха­рак­тер на­чаль­ни­ка сме­ны. Ес­ли Фа­рух не мо­жет най­ти мес­та — луч­ше при­гото­вит­ся к про­ис­шес­твию. Мо­жет, ко­неч­но, и по­везет, и ни­чего не слу­чит­ся, но все же…

– Не знаю, Яна, что-то не да­ет по­коя. Оп­ро­си внеш­ние сек­то­ра на вся­кий слу­чай.

– Ни­чего экс­тра­ор­ди­нар­но­го. На под­хо­де гру­зовик «Прог­рессор», ис­сле­дова­тель «Эй­нштейн», па­кет­бот «За­ря», ас­тро­бот AS-210, ба­зовый снаб­же­нец «Ве­нус».

– Да, ни­чего не­обыч­но­го. Объ­ект «210» от­сле­жива­ют?

– Да, но све­жую свод­ку еще не по­лучи­ли. Ка­кая-то неп­редви­ден­ная за­дер­жка, — Яна за­мол­ча­ла, взгля­нув на Фа­руха. — Те­бя это бес­по­ко­ит?

– Воз­можно. Ме­те­ор­ное те­ло в око­лозем­ном прос­транс­тве всег­да — тре­вож­ный слу­чай. Плот­ность дви­жения ко­раб­лей в око­лозем­ном прос­транс­тве слиш­ком вы­сока. Лю­бой пос­то­рон­ний объ­ект ава­рий­но опа­сен.

– Па­кет­бот «За­ря» за­ходит на внеш­нюю ор­би­ту, — Яна за­няла мес­то у тер­ми­нала. — Ещё один вы­зов со стан­ции наб­лю­дения LO-7. Свод­ка об объ­ек­те «210». Стран­но…

– Что слу­чилось?

– У свод­ки по­мет­ки «Сроч­но» и «Осо­бо важ­но».

Фа­рух по­чувс­тво­вал, как внут­ри буд­то что-то обор­ва­лось: вот оно — пред­чувс­твие!

– Зай­мись «За­рёй».

Яна выш­ла к дис­петчер­ско­му пуль­ту.

Фа­рух рас­крыл свод­ку об об­на­ружен­ном нес­коль­ко дней на­зад круп­ном ме­те­ор­ном те­ле, во­шед­шим в зо­ну зем­ной ор­би­ты пред­по­ложи­тель­но из Глав­но­го по­яса. Дис­петчер по­мор­щился — в свод­ке бы­ло пол­но опе­чаток.

«Ка­кой иди­от ла­зил в нас­трой­ки тер­ми­нала. Де­лать им там не­чего, что ли?».

Вчи­тыва­ясь в свод­ку, Ка­римов всё боль­ше мрач­нел. Пред­чувс­твие его не об­ма­нуло.

– Яна, за­ходя­щим ко­раб­лям не­мед­ленно ухо­дить на за­лун­ную ор­би­ту!

– Что слу­чилось?! «За­ря» и AS-210 уже во внут­ренней зо­не.

– Па­рамет­ры ор­бит?

– Вот…

– Ас­тро­боту не­мед­ленно ид­ти к Лу­не! «За­ре» ос­та­вать­ся на ста­ци­онар­ной ор­би­те! «Двес­ти де­сятый» вне­зап­но из­ме­нил тра­ек­то­рию!
***


– Пап, а по­чему мы не идём к Зем­ле? — Пав­лик пос­мотрел на от­ца.

– Не знаю, Пав­лик, — Вла­димир по­жал пле­чами. — Мо­жет ор­би­ты пе­рег­ру­жены, и нам при­дет­ся ждать оче­реди. А мо­жет — ка­кая-то опас­ность…

– Пап, а ка­кая опас­ность?

– Труд­но ска­зать, Юля, — Вла­димир пос­мотрел в ил­лю­мина­тор. — На­ибо­лее ве­ро­ят­но, что в око­лозем­ном прос­транс­тве по­явил­ся ме­те­орит или ас­те­ро­ид.
***


Дис­петчер ещё раз прос­мотрел свод­ку, по­ка сис­те­ма вы­чис­ля­ла воз­можное раз­ви­тие си­ту­ации. Фа­рух был од­ним из на­ибо­лее опыт­ных дис­петче­ров, и свод­ка ему очень не нра­вилась.

«Не мо­жет быть, что­бы ме­те­ор­ное те­ло так рез­ко из­ме­нило ор­би­ту. И оши­бить­ся сис­те­ма не мог­ла».

Фа­рух прос­мотрел дан­ные компь­юте­ра.

«Пе­рех­ва­тить ме­те­орит мы не ус­пе­ем. Увес­ти то­же. Гра­вита­ци­он­но­го тя­гача та­кой мощ­ности не су­щес­тву­ет. Впро­чем, поп­ро­бу­ем за­тор­мо­зить «двес­ти де­сятый» тя­гачом.

– Ко­раб­лям по­кинуть сек­тор 8, 9 сфер G и H, а так­же сек­тор 10 сфе­ры F. Ко­раб­лям, на­ходя­щим­ся на вы­соких ор­би­тах, по­кинуть внут­реннюю зо­ну. Вы­вес­ти ко­рабль-ми­шень 1 клас­са в сек­тор 12 сфе­ры A ниж­ней зо­ны. Ос­таль­ным ко­раб­лям лечь в дрейф и прек­ра­тить ма­нев­ри­рова­ние, тя­гачу G15 вый­ти в сек­тор 10 вы­сокой зо­ны, — Ка­римов от­да­вал ко­ман­ды, од­новре­мен­но ещё раз пе­реби­рая дан­ные о объ­ек­те «210». Что-то бы­ло не так. За двад­цать лет служ­бы Фа­рух при­вык до­верять сво­ей ин­ту­иции.

Спус­тя нес­коль­ко ми­нут гра­вита­ци­он­ный тя­гач-ав­то­мат за­нял по­зицию уво­да те­ла за пре­делы опас­ной зо­ны. Ос­та­новить или увес­ти «двес­ти де­сятый» он не мог — Зем­ля тя­нула ме­те­ор­ное те­ло силь­нее. Но по­пытать­ся за­тор­мо­зить гос­тя и точ­ным им­пуль­сом из­ме­нить его ор­би­ту бы­ло мож­но. Фа­рух за­мер у дис­петчер­ско­го пуль­та, вгля­дыва­ясь в циф­ры от­чё­та: ошиб­ка в вклю­чении ге­нера­торов тя­гача мог­ла обой­тись очень до­рого.

– По­ра! — ска­зал се­бе дис­петчер, от­дав ко­ман­ду на за­пуск тя­гача.

– Фа­рух! — ис­пу­ган­но вскрик­ну­ла Яна, гля­дя на ин­форма­ци­он­ный дис­плей. — Что про­ис­хо­дит?!

– Быть это­го не мо­жет! — Фа­рух не ве­рил сво­им гла­зам. Тя­гач не за­тор­мо­зил, а на­обо­рот под­тол­кнул ас­те­ро­ид. А им­пульс, ко­торый дол­жен был вы­тол­кнуть ас­те­ро­ид на ор­би­ту, уво­дящую «двес­ти де­сятый» во внеш­ний кос­мос, нап­ра­вил «гос­тя» к Зем­ле! — Ор­би­та рас­счи­тана аб­со­лют­но точ­но!

– Что бу­дем де­лать? — Яна по­яви­лась в пуль­то­вой.

– Пос­та­вим ми­шень. На­де­юсь «двес­ти де­сятый» по­падёт в неё, а не в ка­кой-ни­будь, на­ходя­щий­ся на ор­би­те, ко­рабль или стан­цию.

– Или по­летит на по­вер­хность…

– Не страш­но. В этом слу­чае и с боль­шой ве­ро­ят­ностью «двес­ти де­сятый» сго­рит в ат­мосфе­ре.

Проз­ву­чал сиг­нал экс­трен­но­го вы­зова.

– Это опять LO-7.

– Яна, от­сле­живай­те об­ста­нов­ку, — Ка­римов вклю­чил связь.

– Фа­рух Ра­шидо­вич, у нас воз­никли проб­ле­мы, — на эк­ра­не был де­жур­ный наб­лю­датель ме­те­орит­ной служ­бы Сер­гей Воль­нов.

– Ког­да ты так го­воришь, Сер­гей — мне ста­новит­ся не по се­бе, — в го­лосе Ка­римо­ва заз­ву­чала тре­вога. — Что ещё? Яна! — Фа­рух ог­ля­нул­ся на по­мощ­ни­ка. — Сколь­ко до вхо­да объ­ек­та в кон­троль­ную зо­ну?

– Пять ми­нут… Ка­кой-то стран­ный этот объ­ект — па­рамет­ры дви­жения не очень со­от­ветс­тву­ют то­му, что по­казы­ва­ют ра­дары. Он дви­жет­ся слиш­ком энер­гично.

– Он уже в ви­димос­ти?

– Да, Фа­рух Ра­шидо­вич. Я не по­нимаю… Он дол­жен был вой­ти в зо­ну ви­зу­аль­но­го кон­тро­ля лишь че­рез че­тыре ми­нуты.

– Сер­гей, у те­бя сроч­но?

– Сроч­но. Но, бо­юсь, мы го­ворим об од­ной и той же проб­ле­ме.

Ка­римов взгля­нул на кон­троль­ные мо­нито­ры. «Двес­ти де­сятый» уже был в ви­димос­ти те­лес­ко­пов ви­зу­аль­но­го кон­тро­ля. На эк­ра­нах вид­не­лось мас­сивное те­ло, на­поми­нав­шее пог­ры­зен­ную мы­шами ги­гант­скую кар­то­фели­ну. Фа­рух вновь взгля­нул на свод­ку. Опыт кос­ми­чес­ко­го дис­петче­ра под­ска­зывал: свод­ка не­вер­на, вид кос­ми­чес­ко­го те­ла не со­от­ветс­тво­вал рас­чётным дан­ным, вы­чис­ленным ав­то­мати­кой.

– Сер­гей!

– Да, Фа­рух Ра­шидо­вич. Пом­ни­те вспыш­ку на Сол­нце треть­его ав­густа? Она серь­ез­но пов­ре­дила ап­па­рату­ру свя­зи и на­вига­ции на «Ас­тро­не» и LO-7. Ап­па­рату­ру ис­пра­вили. Но… Это не­веро­ят­но, но про­изо­шёл сбой в глав­ной ин­форма­ци­он­но-вы­чис­ли­тель­ной сис­те­ме…

– Это­го быть не мо­жет! Там трой­ное дуб­ли­рова­ние, да­же ес­ли вспыш­ка и пробь­ёт за­щиту! — Яна вкли­нилась в раз­го­вор.

– Не­веро­ят­но, но факт. Пиш­та сде­лал всё, что мог. И, по­хоже, что мы неп­ра­виль­но рас­счи­тали па­рамет­ры «двес­ти де­сято­го». Сов­сем не вер­но…

– Я за­пус­тил но­вые вы­чис­ле­ния — они дол­жны быть го­товы че­рез две-три ми­нуты, — на эк­ра­не по­явил­ся Иш­тван Бал­ла — стар­ший ин­же­нер-прог­раммист де­жур­ной сме­ны стан­ции.

Вско­ре пос­ту­пили но­вые дан­ные. Ка­римов лишь ви­ти­ева­то вы­ругал­ся по-уз­бек­ски, взгля­нув на эк­ран. Вот по­чему тя­гач не смог ос­та­новить «двес­ти де­сято­го»!

– Яна, прос­ка­нируй опас­ную зо­ну! Мас­сы ми­шени не хва­тит что­бы ос­та­новить гос­тя — не­об­хо­димы ге­нера­торы по­ля.

– Ге­нера­торов толь­ко два, ос­таль­ные не ус­пе­ют по­дой­ти. Опас­ная зо­на до­воль­но боль­шая. Спут­ник свя­зи С-21, спут­ник ге­оло­гораз­ведки «Ре­сурс-12», ис­сле­дова­тель­ская стан­ция «Эра», учеб­ный ко­рабль «Ас­тра», па­кет­бот «За­ря», ба­за бук­си­ров БСБ-8, те­лес­коп «Ас­трон», — Яна, гля­дя на бе­гущий по эк­ра­ну текст, пе­речис­ля­ла кос­ми­чес­кие ап­па­раты, для ко­торых воз­можность стать жер­твой «двес­ти де­сято­го» бы­ла очень вы­сока. — Ту­рис­ти­чес­кая стан­ция «Ор­би­та-2». Но «Ор­би­та-2» име­ет собс­твен­ное за­щит­ное по­ле и ус­пе­ет вый­ти из опас­ной зо­ны до стол­кно­вения «двес­ти де­сято­го» с ми­шенью. На бук­сирной ба­зе штат­ный эки­паж — две­над­цать че­ловек. На «Эре» де­жур­ная сме­на — три че­лове­ка. На «За­ре» — пять чле­нов эки­пажа и две­над­цать пас­са­жиров, из них трое — де­ти. На «Ас­тре» — пят­надцать де­тей из Мос­ков­ско­го Клу­ба юных кос­мо­нав­тов и семь че­ловек эки­пажа.

– Дай ко­ман­ду бук­си­рам от­вести «Ас­тру» и «За­рю» — за­пус­тить мар­ше­вые они не ус­пе­ют, да и ор­би­та у «Ас­тры» слиш­ком низ­кая. Эки­пажу «Эры» — ук­рыть­ся в спа­сатель­ном ко­раб­ле. Пе­редай Служ­бе свя­зи и Служ­бе мо­нито­рин­га, что их спут­ни­ками при­дёт­ся по­жер­тво­вать.

– Бук­си­ров ма­ло, ос­таль­ные не ус­пе­ют по­дой­ти в опас­ный сек­тор. Вре­мени в об­рез.

– От­вести «Ас­тру» — она в бо­лее опас­ном по­ложе­нии. «За­ря» пусть по­пыта­ет­ся из­ме­нить нак­ло­нение ор­би­ты, тог­да она быс­трее уй­дёт из опас­ной зо­ны.
***


– Лу, что слу­чилось, как ты ду­ма­ешь? — встре­вожен­но спро­сил Пав­лик, ког­да объ­яви­ли ко­рабель­ную тре­вогу.

– Что-то серь­ёз­ное, — Лу­ана пы­талась раз­гля­деть что-ни­будь в ил­лю­мина­тор, но там бы­ла вид­на лишь Зем­ля.

– Так, ма­лыши, — отец Лу­аны — ка­питан Вай­дэлл Кам­мо — пы­тал­ся сох­ра­нять спо­кой­ствие, но ре­бята сра­зу за­мети­ли, что он встре­вожен. — На­деть ска­фан­дры и за­фик­си­ровать­ся в ло­жемен­тах.

– Па­па, что слу­чилось? — ис­пу­ган­но спро­сила Лу.

– Ни­чего страш­но­го. Ко­рабль бу­дет со­вер­шать ма­нёвр, по­это­му при­няты ме­ры бе­зопас­ности.

– При прос­том ма­нёв­ре — в амор­ти­затор? — уди­вилась Лу. — Пап, что?

– Всё нор­маль­но, доч­ка, не бес­по­кой­ся, — Вай­дэлл по­мог ре­бятам за­фик­си­ровать­ся.

– Всё в по­ряд­ке. Ка­питан Зе­мекис прос­то не хо­чет рис­ко­вать, — ар­хе­олог Вла­димир Во­робь­ёв — отец Пав­ли­ка и Юли, про­верив ло­жемен­ты ре­бят, за­фик­си­ровал­ся ря­дом. Но ре­бята не по­вери­ли взрос­лым — слиш­ком уж на­рочи­то бод­ро они го­вори­ли.
***


По­тяну­лись тре­вож­ные ми­нуты. Дис­петчер­ская служ­ба сде­лала всё, что мог­ла. Те­перь ос­та­валось лишь ждать раз­вязки. Ка­римов на­де­ял­ся, что ми­шень вы­дер­жит удар «двес­ти де­сято­го». Ге­нера­торы по­ля, ко­торые дол­жны бы­ли за­дер­жать об­ломки ме­те­ор­но­го те­ла в «си­ловом» меш­ке, уже бы­ли го­товы. На­гото­ве бы­ли и ав­то­мати­чес­кие «му­сор­щи­ки», пе­ред ко­торы­ми сто­яла за­дача соб­рать об­ломки ме­те­ори­та.

– Что бу­дет, ес­ли ми­шень не вы­дер­жит? — Яна обер­ну­лась к дис­петче­ру.

– Взрыв мощ­ностью от од­ной до де­сяти ме­гатонн на вы­сотах от пя­ти до де­сяти ки­ломет­ров где-то в рай­оне Цен­траль­ной или Вос­точной Авс­тра­лии.

Сей­час на Зем­ле в рай­оне воз­можно­го па­дения ме­те­ори­та на­селе­ние ук­ры­вали в убе­жищах. Ког­да на Зем­ле на­конец-то во­цари­лись мир и по­кой, и уг­ро­за гло­баль­ной ядер­ной вой­ны ми­нова­ла, в го­рячие го­ловы па­цифис­тов приш­ла ве­лико­леп­ная, как они счи­тали, идея унич­то­жить все про­тиво­атом­ные убе­жища, как сим­вол «ядер­но­го бе­зумия», вла­дев­ше­го ума­ми зем­лян око­ло ве­ка. Ка­римов был сре­ди тех учё­ных, ко­торые пре­дос­те­рега­ли от это­го бес­смыс­ленно­го ша­га, за­яв­ляя, что убе­жища мо­гут пос­лу­жить и ми­ру. Ведь су­щес­тву­ют и дру­гие опас­ности, кро­ме вой­ны. И си­ла взры­ва да­же мел­ко­го ме­те­ори­та по­рой мо­жет не ус­ту­пать тер­мо­ядер­но­му. И вот сей­час приш­ло вре­мя ста­рым про­тиво­атом­ным бун­ке­рам пос­лу­жить лю­дям мир­ной эпо­хи.

Но даль­ней­шее пош­ло не сов­сем так, как рас­счи­тал компь­ютер. Ме­те­ор­ное те­ло вош­ло в око­лозем­ное прос­транс­тво го­раз­до энер­гичней, чем мож­но бы­ло пред­по­ложить. Ошиб­ка вклю­чения ге­нера­торов сос­та­вила все­го пол­то­ры се­кун­ды, но это­го ока­залось дос­та­точ­но, что­бы уп­ру­гий удар си­лово­го по­ля рас­ко­лол «двес­ти де­сятый» на три час­ти.

Од­на из них — са­мая мас­сивная — как и пред­по­лага­лось уда­рила в ми­шень. Ми­шень не вы­дер­жа­ла уда­ра, но раз­ру­шив­шись, ос­та­нови­ла па­дение об­ломка. Об­ла­ко, об­ра­зовав­ше­еся на мес­те стол­кно­вения, бы­ло быс­тро соб­ра­но в «си­ловую» сфе­ру, к ко­торой уже спе­шили ко­раб­ли-му­сорос­борщи­ки. Лишь че­тырём не­боль­шим об­ломкам уда­лось выр­вать­ся: три из них сго­рели в ат­мосфе­ре, а чет­вертый унич­то­жил ав­то­мати­чес­кую ме­те­ос­танцию на од­ном из мел­ких ос­тров­ков в Ти­хом оке­ане.

Вто­рая часть вле­тела в ат­мосфе­ру и взор­ва­лась яр­кой вспыш­кой («Пять­сот — шесть­сот ки­лотонн», — ав­то­мати­чес­ки от­ме­тил про се­бя Ка­римов) на двад­ца­тики­ломет­ро­вой вы­соте где-то над прос­то­рами Ти­хого оке­ана.
Тре­тий об­ло­мок «двес­ти де­сято­го» на­делал ку­да боль­ше бед. От­ра­зив­шись от си­лово­го эк­ра­на «Ор­би­ты-2» (стан­ция уже ус­пешно по­кину­ла опас­ную зо­ну, и ник­то не пред­по­лагал та­кого раз­ви­тия со­бытий), об­ло­мок сок­ру­шил мон­тажную плат­форму «7», на­ходив­шу­юся да­леко за пре­дела­ми оп­ре­делён­ной ав­то­мати­кой опас­ной зо­ны. Об­ломки плат­формы раз­ле­телись по всем близ­ле­жащим сек­то­рам, кру­ша ор­би­таль­ные объ­ек­ты…

– Спут­ник свя­зи С-21 унич­то­жен. Спут­ни­ки ме­те­онаб­лю­дения «Ме­тео-12» и «Прог­ноз-7» унич­то­жены. Спут­ник на­вига­ции «Гео-6» унич­то­жен. Спут­ник ас­тро­нави­гации «Ас­тро-4» унич­то­жен, — Яна ров­ным го­лосом пе­речис­ля­ла жер­твы «двес­ти де­сято­го», гля­дя на эк­ран глав­но­го тер­ми­нала. — Школь­ный спут­ник «Ба­до» унич­то­жен. Школь­ный спут­ник «Кве» унич­то­жен. Школь­ный спут­ник «Ор­лё­нок» унич­то­жен. Об­серва­тория «Ас­трон» серь­ёз­но пов­режде­на: вы­веден из строя блок инс­тру­мен­тов и крыш­ка вход­ной апер­ту­ры глав­но­го те­лес­ко­па, вы­веде­ны из строя ин­фрак­расный и вспо­мога­тель­ный те­лес­ко­пы. Серь­ёз­но пов­режде­на ба­за БСБ-8: в эки­паже пя­теро ра­нен­ных и двое по­гиб­ших. Ги­бель не окон­ча­тель­ная, воз­можна ре­ани­мация на Зем­ле. Стан­ция «Эра» вы­веде­на из строя, эки­паж на­чал спуск на Зем­лю на ава­рий­ном ко­раб­ле. Ге­нера­тор по­ля «74» вы­веден из строя. «Му­сор­щик» А-15 вы­веден из строя… Ор­би­таль­ная топ­ливная ба­за «704» серь­ёз­но пов­режде­на. На ор­би­таль­ной элек­трос­танции КСЭ-21 вы­веде­но из строя трид­цать шесть про­цен­тов ра­бочей по­вер­хнос­ти…

Пос­ледним в спис­ке был па­кет­бот «За­ря». Уда­ры об­ломков плат­формы раз­ру­шили руб­ку ко­раб­ля и вы­вели из строя аг­ре­гат­но-дви­гатель­ный от­сек. И са­мым сквер­ным бы­ло то, что из строя ока­зались вы­веде­ны сис­те­мы свя­зи и ори­ен­та­ции па­кет­бо­та…

– Спа­сате­лю С-21 ид­ти к па­кет­бо­ту «За­ря»! Спа­сате­лю С-22 про­вес­ти эва­ку­ацию эки­пажа БСБ-8! Спа­сате­лю С-23 не­мед­ленно ид­ти к учеб­но­му ко­раб­лю «Ас­тра» для эва­ку­ации эки­пажа! — Ка­римов мет­нулся к ин­форма­ци­он­ным тер­ми­налам. «Ас­тра» внеш­не прак­ти­чес­ки не пос­тра­дала, по­лучив удар мел­ких об­ломков. Но они выз­ва­ли пов­режде­ние аг­ре­гат­ных бло­ков цен­траль­но­го тон­не­ля и ста­ли при­чиной вспых­нувше­го на бор­ту по­жара, став­ше­го уг­ро­зой для ре­ак­торно­го от­се­ка ко­раб­ля. Пят­надцать юных кос­мо­нав­тов воз­растом от 12 до 14 лет сей­час бо­ролись за жи­вучесть ко­раб­ля вмес­те со сво­ими нас­тавни­ками.

– «За­ря» зак­ры­ла его со­бой, — с на­рас­та­ющим вол­не­ни­ем про­из­несла Яна, сле­дя за от­метка­ми ко­раб­лей на глав­ном эк­ра­не. — Ес­ли бы не этот ко­раб­лик…

– «Ас­тра» ко­рабль тун­нель­но-вер­ти­каль­ной схе­мы, — сог­ла­сил­ся Фа­рух. — Круп­ные об­ломки, уда­рив по ка­сатель­ной по па­кет­бо­ту, уш­ли в сто­рону. Ина­че они мог­ли бы ра­зор­вать ко­рабль, уда­рив в цен­траль­ный тон­нель, и тог­да ма­лове­ро­ят­но, что кто-ни­будь из эки­пажа «Ас­тры», ос­та­вав­шихся в мо­мент ава­рии в цен­траль­ных от­се­ках, смог­ли бы вы­жить… К со­жале­нию, для «За­ри» да­же сколь­зя­щие уда­ры та­ких мас­сивных об­ломков ока­зались ро­ковы­ми.

– «Зе­нит»! Мы не мо­жем по­дой­ти к «За­ре»! — в ди­нами­ках раз­дался го­лос ко­ман­ди­ра «двад­цать пер­во­го» спа­сате­ля. — Па­кет­бот не мо­жет ста­били­зиро­вать по­ложе­ние. Его не­сёт по ор­би­те. Он на­чина­ет за­ходить к по­вер­хнос­ти.

– От­ста­вить, С-21. Жди­те ука­заний, — Фа­рух ус­та­ло упёр­ся ла­доня­ми в стол…

– Фа­рух, там де­ти по­гиба­ют! — спо­кой­ствие из­ме­нило Яне. — На­до пос­лать спа­сатель!

– На­до, Яна. Не­об­хо­димо, — Фа­рух ус­та­ло и пе­чаль­но вздох­нул. — Но мы не мо­жем ни­чего сде­лать сей­час. Толь­ко пас­сивно наб­лю­дать. «За­ря» дес­та­били­зиро­вана и ха­отич­но ле­тит по ор­би­те. Су­дя по вых­ло­пам ос­тавших­ся дви­гате­лей ори­ен­та­ции, эки­паж пы­та­ет­ся ста­били­зиро­вать ко­рабль… По­ка они не ста­били­зиру­ют­ся, спа­сатель не смо­жет по­дой­ти… И мы не зна­ем, что про­ис­хо­дит на бор­ту… Мне жаль, Яна, но мы ни­чего не мо­жем сде­лать…

[Mich]

2

Юль­ка ле­жала в ло­жемен­те, за­мерев от стра­ха. Что же про­изош­ло? Взрос­лые мол­ча­ли, а ес­ли и го­вори­ли, то слиш­ком бод­ро и ве­село. Что-то не так. От них — де­тей — что-то скры­ва­ют. А это зна­чит, что про­изош­ло что-то очень опас­ное.

По­вер­нув го­лову, Юль­ка мог­ла кра­ем гла­за уви­деть ил­лю­мина­тор. В ил­лю­мина­торе вид­нелся край Зем­ли, но сей­час пла­нета ста­ла ухо­дить из по­ля зре­ния, да и са­ма де­воч­ка по­чувс­тво­вала ус­ко­рение. Па­кет­бот со­вер­шал ма­нёвр. Но взрос­лые и не скры­вали это­го. А для че­го ко­раб­лю ма­нев­ри­ровать на ор­би­те? „Ско­рее все­го ме­ня­ет ор­би­ту для бо­лее удоб­но­го спус­ка к Зем­ле“, — рас­су­дила Юль­ка.

Она взгля­нула на бра­та и под­ру­гу. Пав­лик был спо­ко­ен, а вот Лу яв­но бес­по­ко­илась. В её гла­зах бы­ла не прос­то тре­вога, в них был страх. Око­ло Лу на­ходил­ся ил­лю­мина­тор, и страх в её гла­зах по­яв­лялся пос­ле то­го, как де­воч­ка смот­ре­ла в не­го. Лу, хоть и бы­ла ро­вес­ни­цей Паш­ки и Юль­ки (и так же, как и они, за­нима­лась в дет­ском кос­ми­чес­ком клу­бе), но зна­ла боль­ше о кос­ми­чес­ких по­лётах и ко­раб­лях. Её отец слу­жил в Кос­мофло­те Эр­ты, по­это­му Лу мог­ла уви­деть то, что ус­коль­зну­ло от Юль­ки­ного вни­мания.

– Что там, Лу?

– Где?

– В ил­лю­мина­торе.

– Ни­чего, — быс­тро и на­рочи­то спо­кой­но про­из­несла Лу­ана.

– Не ври! — вне­зап­но ра­зоз­ли­лась Юль­ка.

– Я не вру. Там „Ас­тра“ раз­во­рачи­ва­ет­ся. И по со­сед­ней ор­би­те про­шёл ге­нера­тор по­ля. Мы то­же ма­нев­ри­ру­ем. „Ас­тру“ уже не вид­но, вид­но стан­цию „Ор­би­та“ и элек­трос­танцию, — Лу про­ком­менти­рова­ла уви­ден­ное, но го­лос её при этом зву­чал тре­вож­но. — А ещё идут му­сор­щи­ки. На­вер­ное, ка­кой-ни­будь спут­ник… Ма­ма!!!!!!!

Вне­зап­ный вскрик Лу­аны заг­лу­шил звук си­рены. А даль­ше… А даль­ше всё зак­ру­жилось, как в кош­марном сне… „За­ря“ сод­рогну­лась от нес­коль­ких мощ­ных уда­ров. Раз­дался скрип, треск, гро­хот. Юль­ка по­чувс­тво­вала, как от­клю­чилась гра­вита­ция, и те­ло, при­вык­шее к си­ле тя­жес­ти, по­вис­ло на рем­нях… В ил­лю­мина­торе всё зак­ру­жилось в жут­ком тан­це, и в сле­ду­ющий мо­мент не­боль­шой об­ло­мок нас­квозь про­бил сте­ны руб­ки, пас­са­жир­ской ка­бины, где на­ходи­лись ре­бята (об­ло­мок лишь ка­ким-то чу­дом не за­цепил ло­жемен­тов) и со­сед­ней с ней аг­ре­гат­ной ка­меры. Де­воч­ка ус­лы­шала са­мый страш­ный звук, ко­торый мо­жет ус­лы­шать кос­мо­навт на ор­би­те — звук вы­рыва­юще­гося из про­бо­ин воз­ду­ха… К низ­ко­му гус­то­му вою при­меши­вал­ся ши­пящий свист воз­ду­ха, вы­ходя­щего из со­сед­них с пас­са­жир­ской ка­биной от­се­ков. И Юль­ка, и Паш­ка, и Лу на всю жизнь за­пом­ни­ли это страш­ный свис­тя­щий-во­ющий звук, не­сущий смерть… Заб­ра­ло шле­ма зах­лопну­лось ав­то­мати­чес­ки и ли­цо об­ду­ло по­током воз­ду­ха из ава­рий­ной сис­те­мы.

Ко­рабль про­дол­жал сод­ро­гать­ся в ме­хани­чес­ких су­доро­гах. Вы­рыва­ющий­ся из от­се­ков воз­дух под­нял в ка­бине вих­ри му­сора и мел­ких ос­колков. Де­ти рас­ши­рив­ши­мися от ужа­са гла­зами смот­ре­ли, как раз­ду­лась и лоп­ну­ла от пе­репа­да дав­ле­ния креп­ко зак­ры­тая плас­ти­ковая ка­нис­тра с во­дой. Как на вид­невшим­ся из пас­са­жир­ской ка­бины не­боль­шом ок­не руб­ки по­яви­лись яр­ко-крас­ные брыз­ги…

Нес­мотря на юный воз­раст, ре­бята прек­расно по­нима­ли, что бу­дет даль­ше и сколь­ко им ос­та­лось. Ко­рабль раз­ру­шал­ся на ор­би­те, а зна­чит че­рез не­кото­рое вре­мя их выб­ро­сит за борт. Ес­ли им по­везёт, и их не убь­ют об­ломки ко­раб­ля и ос­колки то­го, что выз­ва­ло ка­тас­тро­фу, их, мо­жет быть, от­ло­вят „ко­шелем“ со спа­сате­ля. А ес­ли нет… Тог­да че­рез три ча­са, ког­да за­кон­чится за­ряд ге­нера­торов, они по­гиб­нут от удушья. Или их бро­сит в ат­мосфе­ру, и тог­да они сго­рят… Жи­выми…

За­щел­ка­ли ава­рий­ные пе­ребор­ки, от­се­кая раз­герме­тизи­ровав­ши­еся от­се­ки. Но тут Юль­ка за­мети­ла, как раз­би­тый щит у вхо­да в пас­са­жир­скую ка­бину ох­ва­тыва­ет стран­ное стру­яще­еся оран­же­вое си­яние.

– Юль­ка, щит го­рит! — под­твер­дил её до­гад­ку Пав­лик.

Но раз­го­реть­ся по­жару не да­ли: щит вско­ре оку­тал бе­лый ды­мок от сра­ботав­ших ог­не­туши­телей. Ко­рабль по-преж­не­му ме­тал­ся по ор­би­те: в ил­лю­мина­торе по­яв­ля­лись то Зем­ля, то об­ломки му­сор­щи­ка, то, на­поми­на­ющая ган­тель, „Ас­тра“, то, по­хожие на рва­ный лист, ос­татки ор­би­таль­ной элек­трос­танции, то об­ломки ка­кого-то ко­раб­ля и ажур­ных ме­тал­ли­чес­ких конс­трук­ций, один из ко­торых на гла­зах Юль­ки вре­зал­ся в борт „За­ри“, выз­вав но­вые раз­ру­шения ко­раб­ля…

Юль­ка, на­вер­ное, по­теря­ла соз­на­ние по­тому, что, оч­нувшись, уви­дела: заб­ра­ло шле­ма от­кры­то, и на неё с тре­вогой смот­рит Зи­на Ар­темь­ева — мо­лодой ар­хе­олог, с ко­торой ре­бята поз­на­коми­лись на „По­зит­ро­не“.

– Юля, ты как?

– Вро­де ни­чего… — толь­ко сей­час Юль­ка за­мети­ла, что го­лова Зи­ны пе­ревя­зана, а ру­ка за­фик­си­рова­на. — Ты ра­нена?

– Ни­чего. Ка­питан Зе­мекис и бор­тинже­нер Ко­вален­ко по­гиб­ли… Взрыв­ная де­ком­прес­сия… — Зи­на не­лов­ко хва­талась здо­ровой ру­кой за ско­бу в по­тол­ке — на ко­раб­ле бы­ла не­весо­мость, ви­димо, гра­вит­рон вы­шел из строя.

– Ос­та­вай­тесь по­ка в ло­жемен­тах, — отец Пав­ли­ка и Юли вып­лыл из крес­ла и ос­то­рож­но по­доб­рался к ин­форма­ци­он­но­му эк­ра­ну.

– Нет, я не хо­чу ос­та­вать­ся в ло­жемен­те! Вы­пус­ти­те ме­ня! — не­ожи­дан­но раз­дался ис­пу­ган­ный го­лос Лу.

Юль­ка вдруг то­же по­чувс­тво­вала, как её ох­ва­тыва­ет па­ника. Ей по­каза­лось, что рем­ни ло­жемен­та ду­шат её, сдав­ли­вая те­ло… Она, са­ма не осоз­на­вая сво­их дей­ствий, рва­нулась из крес­ла… К гор­лу под­ка­тил про­тив­ный ко­мок.

– От­стег­ни их, Во­лодя, — Вай­делл по­мог до­чери ос­во­бодит­ся от фик­са­торов. — Ко­рабль ста­били­зиро­вал­ся, бу­дем ждать спа­сате­ля.
***


— По­хоже „За­ря“ ста­били­зиро­валась, — Ка­римов смот­рел на эк­ран, опёр­шись ру­ками о пульт. — На бор­ту двое по­гиб­ших — ка­питан Кон­стан­ти­нос Зе­мекис и бор­тинже­нер Игорь Ко­вален­ко. Ка­пита­на убил об­ло­мок, по­пав­ший в руб­ку, бор­тинже­нер не ус­пел под­клю­чить ска­фандр к ава­рий­ной сис­те­ме жиз­не­обес­пе­чения и пол­ностью за­гер­ме­тизи­ровать. Де­ком­прес­сия. Его вы­нес­ло за борт. Спа­сатель су­мел от­ло­вить те­ло, его по­пыта­ют­ся ре­ани­миро­вать. Шанс есть. А ги­бель ка­пита­на окон­ча­тель­на. Не­сов­мести­мые с жизнью трав­мы усу­губи­ла взрыв­ная де­ком­прес­сия. На бор­ту так же есть ра­неный.

– А де­ти? — тре­вож­но спро­сила Яна. В глав­ном дис­петчер­ском за­ле „Зе­нита“ соб­рался весь эки­паж стан­ции.

– Жи­вы. И не пос­тра­дали, — Фа­рух ото­шёл от пуль­та и по­вер­нулся к глав­но­му об­зорно­му эк­ра­ну. На эк­ра­не вид­не­лись му­сор­щи­ки, со­бира­ющие об­ломки спут­ни­ков и „седь­мой“ плат­формы, вра­ща­юща­яся „ган­тель“ „Ас­тры“ и изу­родо­ван­ный уда­рами об­ломков па­кет­бот. — Спа­сате­лям до­ложить об­ста­нов­ку!

– Эки­паж „Ас­тры“ ус­пешно эва­ку­иро­ван. Двое ра­неных сре­ди чле­нов эки­пажа. Эки­паж ба­зы эва­ку­иро­ван. Раз­ре­шите ид­ти к „За­ре“ — она ста­били­зиро­валась.

– Доб­ро. Спа­сате­лю С-21 про­вес­ти эва­ку­ацию па­кет­бо­та „За­ря“.

Сле­ду­ющие нес­коль­ко ми­нут прош­ли в тре­вож­ном ожи­дании. Бы­ло вид­но, как спа­сатель нес­коль­ко раз под­хо­дил к па­кет­бо­ту, что­бы про­из­вести сты­ков­ку или за­фик­си­ровать­ся по бор­ту, но, увы, все по­пыт­ки ока­зались бе­зус­пешны.

– Мы мо­жем свя­зать­ся с „За­рей“? — Ка­римов об­ра­тил­ся к ин­же­неру свя­зи „Зе­нита“.

– Свя­зи нет. „Двад­цать пер­вый“ дер­жит связь с эки­пажем по ближ­не­му ка­налу. Связь пло­хая — пов­режде­ны ан­тенны.

– Фа­рух Ра­шидо­вич, — в ди­нами­ках пос­лы­шал­ся го­лос ко­ман­ди­ра спа­сате­ля. — У „За­ри“ пол­ностью раз­ру­шен сты­ковоч­ный узел. За­фик­си­ровать­ся не уда­ёт­ся — па­кет­бот ед­ва дер­жит курс. Мы ни­чего не мо­жем сде­лать.

– Вы мо­жете дер­жать связь с „За­рёй“?

– Да, по ближ­не­му ка­налу.

– У них дол­жны быть ава­рий­ные кап­су­лы.

– Из че­тырёх кап­сул три вы­веде­ны из строя. Они по­пыта­ют­ся сбро­сить в ос­тавшей­ся де­тей и ра­неную де­вуш­ку. А са­ми по­пыта­ют­ся про­из­вести спуск с ор­би­ты, на­ходясь в ава­рий­ном от­се­ке. Мы ухо­дим — у „За­ри“ ма­ло вре­мени. Она прак­ти­чес­ки не­уп­равля­ема и уже идёт к ат­мосфе­ре. Мы бу­дем толь­ко ме­шать.

– Хо­рошо, С-21, вы сде­лали всё что мог­ли, ухо­дите.

– У них ма­ло шан­сов уце­леть при та­ком спус­ке. По­сад­ка бу­дет жёс­ткой, — по­качал го­ловой Олег Ка­ра­ев — стар­ший на­вига­тор „Зе­нита“. — У де­тишек шан­сы есть, ес­ли толь­ко кап­су­ла не пов­режде­на, и „За­ря“ смо­жет пра­виль­но со­ри­ен­ти­ровать­ся пе­ред сбро­сом.

– Есть шанс есть — нуж­но им вос­поль­зо­вать­ся, — фи­лософ­ски за­метил Фа­рух. — Мы уже ни­чего не смо­жем сде­лать.
***


Паш­ка от­вернул­ся от ил­лю­мина­тора. В гла­зах маль­чиш­ки бы­ли слё­зы.

– Пав­лик, что слу­чилось? — встре­вожи­лась Юль­ка.

– Они нас не спа­сут, Юль­ка… Они… Они ухо­дят…

– Кто — они? — внут­ри у Юль­ки всё по­холо­дело.

– Спа­сате­ли, — кон­ста­тиро­вала Лу­ана. — Они не мо­гут по­дой­ти к „За­ре“.

– А как же мы? — дро­жащим го­лосом про­из­несла Юля.

– На­вер­но по­пыта­ем­ся спус­тится с ор­би­ты в ава­рий­ном от­се­ке. Мо­жет нам по­везет, и мы не ра­зобь­ем­ся…

Юль­ка взгля­нула в ил­лю­мина­тор. Там — за бор­том — вид­не­лась Зем­ля. Та­кая близ­кая… И та­кая да­лёкая… Род­ная го­лубая пла­нета, до по­вер­хнос­ти ко­торой ока­залось так труд­но доб­рать­ся…

– Что бу­дем де­лать, Вик­тор? — Вла­димир об­ра­тил­ся ко вто­рому пи­лоту Вик­то­ру Те­ренть­еву, пос­ле ги­бели ка­пита­на при­няв­ше­му ко­ман­до­вание гиб­ну­щим па­кет­бо­том.

– Поп­ро­бу­ем спус­тится с ор­би­ты, ук­рывшись в ава­рий­ном от­се­ке. В лю­бом слу­чае, че­рез час-пол­то­ра мы вой­дем в ат­мосфе­ру вне за­виси­мос­ти от на­шего же­лания.

– Ка­ковы шан­сы? — по­ин­те­ресо­вал­ся Вай­делл.

– У нас — пять­де­сят на пять­де­сят. Ава­рий­ный от­сек пред­назна­чен для экс­трен­но­го спус­ка гру­за в слу­чае ава­рии ко­раб­ля. Мес­та для лю­дей там есть, но — это на са­мый край­ний слу­чай. У нас шан­сы есть, а у де­тишек — прак­ти­чес­ки нет. Ес­ли спуск бу­дет бал­листи­чес­ким (а это са­мое ве­ро­ят­ное раз­ви­тие со­бытий), их убь­ют пе­рег­рузки. На­деж­да толь­ко на ис­прав­ность кап­сул.

И Вла­димир, и Вай­делл ог­ля­нулись на де­тей. В этот мо­мент на мос­тик вер­нулся дол­го­вязый не­мец Вил­ли Шмидт — бор­тме­ханик „За­ри“.

– Что с кап­су­лами?

– Пло­хо де­ло. Три кап­су­лы для ис­поль­зо­вания не при­год­ны. Чет­вертая прак­ти­чес­ки ис­прав­на.

– Прак­ти­чес­ки?

– До Зем­ли до­тянет. Но на борт мо­жет взять не пя­терых, как по­лага­ет­ся, а толь­ко чет­ве­рых.

– Ка­ковы шан­сы?

– 98 про­цен­тов, что все бу­дут жи­вы.

– А ос­таль­ные 2?

– Ес­ли мы неп­ра­виль­но со­ри­ен­ти­ру­ем её при сбро­се (собс­твен­ная сис­те­ма ори­ен­та­ции кап­су­лы не­надёж­на и мо­жет не сра­ботать), то пас­са­жиры… — Вил­ли пос­мотрел на де­тей.

– Что?

– Сго­рят за­живо. Или ра­зобь­ют­ся…

– Всё-та­ки шан­сов боль­ше. Да­же на бал­листи­чес­кой тра­ек­то­рии. Кап­су­ла снаб­же­на гра­вита­ци­он­ны­ми кон­верте­рами, га­сящи­ми пе­рег­рузки.

– Чет­ве­ро… — Вик­тор ог­ля­дел эки­паж и пас­са­жиров па­кет­бо­та. — Зна­чит ре­шено: де­ти и Зи­на спус­ка­ют­ся в кап­су­ле. Мы поп­ро­бу­ем вер­нуть­ся в ава­рий­ном от­се­ке. Све­та, пе­редай на „Зе­нит“

– Па­па, мы по­гиб­нем, да? — Лу­ана взгля­нула на от­ца.

– Нет, ма­лыши. У нас есть ис­прав­ная спа­сатель­ная кап­су­ла. Вы спус­ти­тесь на Зем­лю в ней. Вмес­те с Зи­ной.

– Мы спус­тимся, ук­рывшись в ава­рий­ном от­се­ке. Да­же ес­ли ко­рабль ра­зобь­ет­ся, мы смо­жем спас­тись, на­ходясь в нём.

– Па­па, мы не хо­тим без те­бя! — Паш­ка и Юля вце­пились в от­ца.

– Пав­лик, Юлень­ка, ес­ли вы ос­та­нетесь с на­ми, то по­гиб­не­те. Вы спус­ти­тесь в кап­су­ле. Не бой­тесь — всё бу­дет хо­рошо.

– Сколь­ко вре­мени нуж­но, что­бы под­го­товить кап­су­лу? — Вик­тор вер­нулся к эки­пажу.

– Пять ми­нут. Ещё че­рез со­рок ми­нут мы вой­дем в ат­мосфе­ру, — Свет­ла­на Иг­на­това — на­вига­тор и опе­ратор свя­зи „За­ри“ — пос­мотре­ла на рас­по­ложен­ный в ава­рий­ном от­се­ке ре­зер­вный кон­троль­ный пульт.

– Го­товь­те кап­су­лу, — рас­по­рядил­ся Вик­тор.

Ре­бят за­фик­си­рова­ли в ло­жемен­тах кап­су­лы: сле­ва Пав­ли­ка, в се­реди­не Юль­ку, спра­ва Лу­ану, а край­нее пра­вое крес­ло за­няла Зи­на. Рас­по­ложен­ный меж­ду Зи­ной и Лу ло­жемент был сло­ман и для спа­сатель­ной опе­рации не го­дил­ся.

Вил­ли под­клю­чил ска­фан­дры пас­са­жиров кап­су­лы к сис­те­ме жиз­не­обес­пе­чения.

– Все в по­ряд­ке, Вик­тор. Спа­сатель­ные ком­плек­ты за­ряже­ны, всё дол­жно сра­ботать как на­до.

– Доб­ро. За­гер­ме­тизи­ровать кап­су­лу. Всем за­нять мес­та в ава­рий­ном от­се­ке.

В сле­ду­ющее мгно­вение люк кап­су­лы зак­рылся, и ста­ло со­вер­шенно тем­но и ти­хо. Ни­каких зву­ков. Зас­ве­тились зе­лено­ватые огонь­ки кон­троль­ной па­нели.

– Всё бу­дет в по­ряд­ке, ма­лыши, — по­пыта­лась ус­по­ко­ить де­тей Зи­на.

– Я на­де­юсь на это, те­тя Зи­на, — шё­потом про­из­несла Лу. — Под­свет­ка над па­нелью не вклю­чилась. Не всё в по­ряд­ке.

– Кап­су­ла го­това, — Вил­ли по­дошел к кон­троль­но­му пуль­ту.

– При­готовь­ся, а я пос­та­ра­юсь со­ри­ен­ти­ровать ко­рабль.

Че­рез па­ру ми­нут кап­су­ла от­де­лилась от ко­раб­ля.

– Что слу­чилось, Вил­ли? — Вла­димир взгля­нул на пом­рачнев­ше­го ме­хани­ка.

– Ко­рабль не сов­сем точ­но со­ри­ен­ти­ровал­ся. Кап­су­ла не точ­но вош­ла в ат­мосфе­ру. На­де­юсь, что она смо­жет ком­пенси­ровать от­кло­нение. Да по­может им Бог, — Вил­ли за­мол­чал.

– Есть еще од­на неп­ри­ят­ность, — Те­ренть­ев за­нял мес­то в ло­жемен­те. — Мы вхо­дим в ат­мосфе­ру быс­трее, чем рас­счи­тыва­ли. У нас мень­ше двад­ца­ти ми­нут до вхо­да.

– В чём неп­ри­ят­ность? — нас­то­рожил­ся Вил­ли.

– Точ­ка на­шей по­сад­ки бу­дет слиш­ком близ­ко к рай­ону па­дения кап­су­лы. Ес­ли не по­везёт, то ос­татки „За­ри“ мо­гут нак­рыть её.
***


В кап­су­ле бы­ло ти­хо и тем­но. Не­ожи­дан­но Юля по­чувс­тво­вала, что кап­су­ла „поп­лы­ла“.

– Мы от­де­лились.

– Угу, — отоз­вался Паш­ка.

По­нача­лу всё бы­ло нор­маль­но. Ре­бята и Зи­на ощу­тили, как по­яви­лась тя­жесть и ста­ла пос­те­пен­но на­рас­тать. В ка­кой-то мо­мент Юль­ка по­чувс­тво­вала, что те­ло как буд­то пог­ру­зилось в во­ду. Бы­ло яв­ное ощу­щения умень­ше­ния ве­са.

– Кон­вертер вклю­чил­ся, — по­яс­ни­ла Зи­на. — Всё нор­маль­но.

Но Юль­ке по­каза­лось, что крес­ло на­чало ухо­дить ку­да-то в сто­рону. Нет, си­дела она нор­маль­но, да и не мог­ла тол­ком по­шеве­лить­ся — фик­са­ция в ло­жемен­те бы­ла жёс­ткой. Но бы­ло яв­ное ощу­щение, что её уво­дит ку­да-то в сто­рону.

– Тё­тя Зи­на…

– Всё хо­рошо, Юля. Кап­су­ла кор­ректи­ру­ет спуск. Всё хо­рошо, не бой­ся.

Но в ду­ше Юль­ки всё рав­но ос­та­валась тре­вога.

– Юль, как ты ду­ма­ешь — мы вы­живем? — ти­хо ска­зал Пав­лик.

– Ты что, Паш­ка! Ты с ума со­шел! Не го­вори так!

– А ты не чувс­тву­ешь?

– Что?

– В кап­су­ле ста­новит­ся жар­ко. Юль, ес­ли мы не до­летим до Зем­ли… — Паш­ка су­дорож­но сглот­нул, — ес­ли не до­летим… Зна­ешь, ты для ме­ня са­мая луч­шая де­воч­ка на Зем­ле. Да­же луч­ше, чем Аль­ка, — го­лос маль­чи­ка дрог­нул, и Юль­ка по­няла, что Пав­лик пла­чет.

– Пав­лик, ты что? Прек­ра­ти не­мед­ленно!

– Ре­бята… — раз­дался ис­пу­ган­ный го­лос Лу. — Что-то не так!

Юль­ка и са­ма по­чувс­тво­вала, что в кап­су­ле ста­нови­лось всё жар­че. Пот за­ливал ли­цо, ел гла­за. С щел­чком зах­лопну­лось заб­ра­ло шле­ма, и ли­цо об­ду­ло прох­ладной стру­ёй воз­ду­ха. Ре­бята с ужа­сом уви­дели, как стен­ка кап­су­лы за кон­троль­ной па­нелью ста­ла ед­ва за­мет­но све­тит­ся в тем­но­те.
***


Ка­римов с нап­ря­жени­ем вгля­дывал­ся в об­зорный эк­ран. Кап­су­ла от­де­лилась от па­кет­бо­та и пош­ла к Зем­ле. Но Фа­рух за­метил то, что воз­можно не за­мети­ли дру­гие: угол вхо­да кап­су­лы от­ли­чал­ся от рас­чётно­го. И хо­тя он не дос­ти­гал кри­тичес­ко­го, но всё же был опас­ным. Кап­су­ла час­тично скор­ректи­рова­ла курс, но всё рав­но Ка­римо­ву бы­ло тре­вож­но. Пос­ту­пила те­лемет­рия. Фа­рух взгля­нул на мо­нитор ме­дицин­ских дан­ных: де­ти на­пуга­ны, ра­неная де­вуш­ка спо­кой­на. Ка­римов вновь ото­шел к глав­ной па­нели: „За­ря“ на­чала вход в ат­мосфе­ру.

– Фа­рух! — Яна вы­бежа­ла в дис­петчер­ский зал. — Кап­су­ла!

Фа­рух вновь по­дошел к те­лемет­ри­чес­кой па­нели. В глав­ном за­ле соб­ра­лись все сво­бод­ные опе­рато­ры. Все с нап­ря­жени­ем сле­дили за спа­сатель­ной кап­су­лой, в ко­торой пы­тались спас­тись трое ма­лень­ких де­тей.

Вни­мание всех, кто на­ходил­ся сей­час в за­ле стан­ции „Зе­нит“ бы­ло при­кова­но к мо­нито­ру: тем­пе­рату­ра в кап­су­ле рос­ла.

– Пять­де­сят гра­дусов, — оз­ву­чила по­каза­ния Яна. — Шесть­де­сят… Семь­де­сят…

– Сколь­ко вы­дер­жат ска­фан­дры? — спро­сил кто-то из опе­рато­ров.

– Пять­сот, в те­чении двад­ца­ти-трид­ца­ти ми­нут.

– А по­том?

– Обо­лоч­ка нач­нет пла­вит­ся, а по­том го­реть. Че­ловек внут­ри ска­фан­дра ока­жет­ся ин­дей­кой, за­вер­ну­той в фоль­гу. Рань­ше, чем он сго­рит, он по­гиб­нет от теп­ло­вого шо­ка.

В за­ле во­цари­лось нап­ря­жен­ное мол­ча­ние.

– Сто пять­де­сят гра­дусов, ска­фан­дры ре­бят пе­реш­ли на ав­то­ном­ную сис­те­му. Ви­зу­аль­ные сис­те­мы наб­лю­да­ют по­лёт бо­лида на тра­ек­то­рии кап­су­лы.
***


Юль­ка с ужа­сом смот­ре­ла, как ка­бина на­пол­ня­ет­ся ды­мом. Раз­дался ис­пу­ган­ный крик Лу­аны: из-за кон­троль­ной па­нели по­лых­ну­ло пла­мя. Сра­бота­ла сис­те­ма по­жаро­туше­ния. Пла­мя по­лых­ну­ло ря­дом с Юль­ки­ным ло­жемен­том, и то­же по­гас­ло, пог­ло­щён­ное бе­лёсым об­ла­ком. Да­же сквозь дым бы­ло вид­но, как ра­зог­ре­ва­ет­ся стен­ка ка­бины за кон­троль­ной па­нелью…

В ска­фан­дре то­же ста­ло жар­ко и душ­но. «А ведь ма­ма сей­час ду­ма­ет, что мы уже сош­ли в Мос­ков­ском Кос­мо­пор­ту и уже едем к ба­буш­ке… А мы … А мы по­гиба­ем в кап­су­ле „За­ри“!». Ды­шать ста­ло труд­но, тес­ни­ло в гру­ди, сер­дце бе­шено ко­лоти­лось где-то в гор­ле.

– Ре­бятиш­ки, дер­жи­тесь… — про­шеп­та­ла Зи­на.

Юля чувс­тво­вала, что уже с тру­дом по­нима­ет про­ис­хо­дящее вок­руг. Де­воч­ка зап­ла­кала, от­ча­ян­но, в го­лос.

Она слы­шала о том, что пе­ред ги­белью пе­ред че­лове­ком про­ходит вся его жизнь. Ни­чего по­доб­но­го. Пе­ред мыс­ленным взо­ром де­воч­ки про­носи­лись лишь пос­ледние со­бытия. По­лёт на Марс, ко­торый Юль­ка так жда­ла, так меч­та­ла о нём… И ба­за По­зит­рон… И та­инс­твен­ный мар­си­ан­ский го­род, за­несен­ный пес­ка­ми… Эк­спе­римен­таль­ный Би­омор­фный По­сёлок, вы­ращен­ный ин­же­нера­ми Би­оар­хи­тек­турно­го ин­сти­тута с по­мощью эк­спе­римен­таль­ных ква­зи­ор­га­ничес­ких ки­берус­трой­ств… И по­лигон Ас­тро­ин­же­нер­но­го кор­пу­са, где ис­пы­тыва­ют би­оро­ботов-по­мощ­ни­ков для кос­мо­нав­тов… Там её Рекс, став­шим нас­тавни­ком для них… Нет… Ведь Рекс не на Мар­се, он на Зем­ле, в Ин­сти­туте Би­оин­же­нерии… Юль­ка по­няла, что на­чала впа­дать в за­бытьё. Она так меч­та­ла рас­ска­зать об этом пу­тешес­твии в шко­ле, а те­перь… Ник­то не уз­на­ет…

Пав­лик сжал Юль­ки­ну ру­ку. „Юль­ка… Про­щай, Юль­ка…“ — ус­лы­шала она шё­пот маль­чи­ка. Ра­зум Юль­ки не мог сми­рить­ся с тем, что этот по­лёт пос­ледний в их жиз­ни… И во­об­ще пос­леднее со­бытие в их ко­рот­ких, де­вяти­лет­них жиз­нях.

„Не мо­жет это­го быть! Я не мо­гу по­гиб­нуть! Как ма­ма бу­дет без нас! Нас ведь дол­жны спас­ти!“. Юль­ка не мог­ла се­бе это пред­ста­вить: зав­тра нас­ту­пит ут­ро и это ут­ро уже бу­дет без неё… И весь мир бу­дет без неё…

Ста­нови­лось всё жар­че. Уже нес­терпи­мо жар­ко. Юль­ка вдруг ста­ло всё рав­но, что с ней бу­дет. Единс­твен­ным же­лани­ем бы­ло, что­бы всё пос­ко­рее за­кон­чи­лось. Она уже не мог­ла раз­ли­чить, что бы­ло на­яву, а что по­рож­да­лось бре­дом гас­ну­щего соз­на­ния.

Пе­ред гла­зами сно­ва воз­никли пей­за­жи Мар­са… Нет, она на не Мар­се. Это выж­женная го­рячим лет­ним сол­нцем степь вок­руг кос­модро­ма „Вол­га-3“ под Вол­гогра­дом. Они всё-та­ки до­лете­ли. Их с Пав­ли­ком встре­ча­ет ба­буш­ка. Она спе­ци­аль­но при­лете­ла в Мос­кву из Вол­гогра­да, что­бы встре­тить вну­ков в Раменском… Юль­ка бе­жит ей на встре­чу, и жгу­чее лет­нее сол­нце за­лива­ет её сво­им жа­ром. Так жар­ко, что труд­но ды­шать… Всё за­лито рас­ка­лен­ным сол­нцем… Го­рячо…

Го­рячо! .. Юль­ка вновь приш­ла в се­бя. Ка­бина ос­ве­щена мер­ца­ющим оран­же­вым све­том… Па­нель го­рит… Кос­мо­порт был толь­ко сном, ви­дени­ем пе­ред ги­белью… Нет, это не сон, это го­рит кос­тёр… И го­рящую ка­бину спа­сатель­ной кап­су­лы „За­ри“ Юля уви­дела в пла­мени кос­тра. И за­кат­ное сол­нце ос­ве­ща­ет всё ры­жими лу­чами… Зна­чит, они всё-та­ки спас­лись… Па­па дав­но обе­щал, что они пой­дут в по­ход… И от ра­дос­ти, что его лю­бимые де­ти — Юлень­ка, Пав­лик — спас­лись, вы­жили, по­дарил им этот дол­гождан­ный по­ход… Ру­ки жжёт. На­вер­ное, она не­ос­то­рож­но вых­ва­тила из кос­тра го­рячую кар­то­фели­ну…

Юль­ку вновь при­вёл в се­бя ис­пу­ган­ный Паш­кин крик. „Зна­чит это бы­ло толь­ко ви­дение… Вот и всё…“ — об­ре­чен­но по­дума­ла Юль­ка. — „Про­щай, Юль­ка. Толь­ко бы боль­но не бы­ло…“.
***


– Че­тырес­та пять­де­сят гра­дусов — тем­пе­рату­ра поч­ти кри­тичес­кая.

– Как де­ти?

– Пло­хо: тем­пе­рату­ра те­ла под­ня­лась вы­ше 38, пульс и час­то­та ды­хания приб­ли­жа­ют­ся к кри­тичес­ким. Эн­це­фалог­рамма по­казы­ва­ет приз­на­ки спу­тан­ности соз­на­ния.

– Ни­на, пе­реве­ди на че­лове­чес­кий! — взмо­лилась Яна.

– У них на­чина­ет­ся теп­ло­вой шок, — бор­то­вой врач стан­ции Ни­на Завь­яло­ва ог­ля­нулась на Яну и пе­чаль­но до­бави­ла: — Они по­гиба­ют…

– Они поч­ти прош­ли опас­ную зо­ну. Про­дер­жи­тесь, ма­лыши!

В за­ле во­цари­лась гне­тущая ти­шина, лишь из ди­нами­ка до­носил­ся от­ча­ян­ный дет­ский плач. Вне­зап­но кто-то из де­тей вскрик­нул, и всё смол­кло. По­гас­ли те­лемет­ри­чес­кие эк­ра­ны.

– Ви­зу­аль­ный кон­троль со­об­ща­ет о раз­ру­шении кап­су­лы… — Яна опус­ти­лась на си­денье, сни­мая на­уш­ни­ки. — Всё…

– „За­ря“ прош­ла плот­ные слои ат­мосфе­ры. Ава­рий­ный от­сек прак­ти­чес­ки не пос­тра­дал. Ес­ли сра­бота­ют сис­те­мы ава­рий­ной по­сад­ки — они спа­сены. От­сле­дить па­дение ко­раб­ля и со­об­щить на­зем­ным спа­сатель­ным служ­бам! — Ка­римов быс­тро во­шел в зал.

– Фа­рух! Де­ти по­гиб­ли… — Яна взгля­нула на стар­ше­го дис­петче­ра.

Фа­рух быс­тро наб­рал код на пуль­те:
– Вни­мание по сис­те­ме ор­би­таль­но­го мо­нито­рин­га! Тща­тель­но от­сле­дить па­дение фраг­ментов кап­су­лы! Не­мед­ленно нап­ра­вить в точ­ки па­дения спа­сате­лей!

– Ты ещё на­де­ешь­ся?

– На­деж­да уми­ра­ет пос­ледней, Яна. Их мог­ло выб­ро­сить ава­рий­ной сис­те­мой.

[Mich]

3

Фа­рух Ка­римов был прав. Сра­бота­ла ава­рий­ная сис­те­ма — пос­ледний шанс кос­мо­нав­та, спус­ка­юще­гося на Зем­лю в спа­сатель­ной кап­су­ле.

Пав­лик ис­пу­ган­но вскрик­нул, ког­да люк кап­су­лы с хлоп­ком от­ле­тел, сор­ванный сра­ботав­ши­ми пи­робол­та­ми, а в ка­бине вновь по­лых­ну­ло пла­мя, опа­лив­шее ска­фан­дры. Юль­ка бы­ла в по­лубес­созна­тель­ном сос­то­янии, в за­бытьи, по­это­му с тру­дом вос­при­нима­ла про­ис­хо­дящее. В сле­ду­ющее мгно­вение ло­жемен­ты один за дру­гим выб­ро­сило на­ружу. Юль­ка сквозь за­бытьё ощу­тила, как те­ло вновь ли­шилось ве­са от сра­ботав­ше­го кон­верте­ра. От­крыв гла­за, уви­дела, как го­рящая кап­су­ла ока­залась где-то под но­гами и быс­тро уш­ла вниз, рас­па­да­ясь на рас­ка­лен­ные об­ломки. Как из-под ло­жемен­та по­каза­лись раз­вернув­ши­еся оран­же­вые крылья па­рако­на.

Сер­дце де­воч­ки сжа­лось, ког­да она уви­дела вок­руг се­бя пус­тое звёз­дное не­бо. А по­том в ду­ше нас­ту­пила зве­нящая пус­то­та.
«Вот и всё. Да­же боль­но не бы­ло…» — по­дума­ла Юля. Че­рез мгно­вение над ней рас­крыл­ся ог­ромный ку­пол вы­сот­но­го па­рашю­та. А па­ракон, вы­пол­нив свою за­дачу и за­тор­мо­зив па­дение, от­де­лил­ся вмес­те с ос­но­вани­ем ло­жемен­та от амор­ти­зато­ра, в ко­тором бы­ла за­фик­си­рова­на де­воч­ка.

– Ма­лыши, вы жи­вы? — в шле­ме раз­дался го­лос Зи­ны.

Неп­ро­ница­емо-чёр­ное звёз­дное не­бо пос­те­пен­но ста­ло свет­леть, ста­новясь тём­но-фи­оле­товым. Юль­ка что-то от­ве­тила, да­же не осоз­на­вая это­го. Зи­на ещё что-то го­вори­ла, и её го­лос ста­новил­ся всё бо­лее тре­вож­ным. Впро­чем, сос­то­яние Па­ши и Лу ока­залось не луч­шим. Де­воч­ка приш­ла в се­бя, лишь по­чувс­тво­вав на­рас­та­ющее удушье.

«Кла­пан!» — про­нес­лось в го­лове Юль­ки и, про­тянув ру­ку, она по­вер­ну­ла ру­ко­ят­ку ат­мосфер­но­го кла­пана на гру­ди ска­фан­дра, сде­лав это ско­рее ин­стинктив­но, чем осоз­нанно. К лёг­ким прор­вался мо­роз­ный и ещё раз­ре­жен­ный, как в го­рах, воз­дух. Юль­ка жад­но хва­тала его ртом, не в си­лах на­дышать­ся.

На­конец от­ды­шав­шись, де­воч­ка ос­мотре­лась. Не­бо бы­ло уже тём­но-си­ним, воз­дух пос­те­пен­но теп­лел. Ря­дом вид­не­лись ещё че­тыре па­рашю­та с ви­сящи­ми под ни­ми амор­ти­зато­рами.

«А по­чему их че­тыре?» — по­дума­ла Юль­ка, не сра­зу вспом­нив о пя­том, не­ис­прав­ном ло­жемен­те, ко­торый ава­рий­ная сис­те­ма выб­ро­сила вмес­те с пас­са­жира­ми кап­су­лы.
***


– Фа­рух, за­чем он это сде­лал?

– Кто?

– Зе­мекис… Я про­ана­лизи­рова­ла по­лет. Он не ухо­дил от стол­кно­вения. Он по­вел «За­рю» навс­тре­чу об­ломкам. Что он хо­тел? Сла­вы? Под­ви­га? Что, Фа­рух?!

– Он хо­тел зак­рыть па­кет­бо­том «Ас­тру», спас­ти де­тей, на­ходив­шихся на бор­ту учеб­но­го ко­раб­ля.

– А раз­ве на «За­ре» не бы­ло де­тей? Они да­же млад­ше тех, кто был на «Ас­тре». Три ма­лыша, у ко­торых вся жизнь впе­реди! Бы­ла…

– Он пы­тал­ся спас­ти «Ас­тру» и ви­димо рас­счи­тывал, что де­ти спус­тятся с ор­би­ты в кап­су­ле.

– У «Ас­тры» свой ка­питан, ко­торый от­ве­ча­ет за неё и эки­паж! Фа­рух, ты же был на­вига­тором, не лги се­бе. «Ас­тра» — это ведь «пал­ка» с ша­рами на кон­цах. И для ре­бят с ко­раб­ля это бы­ло все­го лишь страш­ное прик­лю­чение и не боль­ше. Да­же, ес­ли бы тон­нель «Ас­тры» ра­зор­ва­ло, эки­паж смог бы ук­рыть­ся в кон­це­вом от­се­ке. А трое ма­лышей по­гиб­ли. По­гиб­ли, Фа­рух! Сго­рели за­живо! Я до сих пор слы­шу их плач и кри­ки! Ка­кое он имел пра­во рас­по­ряжать­ся чу­жими жиз­ня­ми! Тем бо­лее жиз­ня­ми ма­лень­ких де­тей — бес­по­мощ­ных су­ществ! Я не мо­гу боль­ше…

– Яна, те­бе на­до в ме­дицин­ский от­сек. В лю­бом слу­чае Зе­мекис бу­дет ге­ро­ем Кос­мофло­та, Яна. Ка­кими мо­тива­ми он бы не ру­ководс­тво­вал­ся. И да­вай не бу­дем го­ворить об этом, — Ка­римов по­дошел к ин­форма­ци­он­но­му тер­ми­налу, где уже ми­нуты две го­рел сиг­нал об­новле­ния ин­форма­ции. — Воз­можно де­ти и не по­гиб­ли — Спа­сатель­ная служ­ба за­сек­ла пять ра­ди­ома­яков. Все они сос­ре­дото­чены в од­ном рай­оне — цен­траль­ной об­ласти пус­ты­ни Ка­раку­мы, ря­дом с мес­том по­сад­ки «За­ри». По­хоже, что ава­рий­ная сис­те­ма всё же ус­пе­ла сра­ботать пе­ред раз­ру­шени­ем кап­су­лы и выб­ро­сила их. На­деж­да еще есть, Яна. И схо­ди к Ни­не — у те­бя нер­вный срыв.
***


Вни­зу рас­ки­нулась тём­ная, пог­ру­жен­ная в ночь рав­ни­на. Ни еди­ного огонь­ка… Де­воч­ке по­каза­лось, что зем­ля приб­ли­жалась слиш­ком быс­тро. Она сжа­лась в ко­мочек, ожи­дая уда­ра… Амор­ти­затор кос­нулся зем­ли. Удар был ощу­тимым (хо­тя и сла­бее, чем ожи­дала Юля), отоз­вавшись рез­кой болью в но­ге, ко­торую она пов­ре­дила вес­ной, по­пав в ава­рию на фла­ере. Раз­дался рез­кий хло­пок и амор­ти­затор, про­дол­жая дви­жение, «про­сел», за­вали­ва­ясь на­бок. Юль­ка вскрик­ну­ла: ра­ма боль­но уда­рила по не­ос­то­рож­но под­став­ленным паль­цам.

На­конец всё за­тих­ло. Юля ос­то­рож­но от­стег­ну­лась (ушиб­ленные паль­цы на ле­вой ру­ке раз­бо­лелись так, что сле­зы выс­ту­пили из глаз) и от­кры­ла заб­ра­ло. В ли­цо дох­ну­ло хо­лодом. Поч­ти ни­каких за­пахов. Но­ги ощу­тили мяг­кий пе­сок. Юля хо­тела встать, но вне­зап­но зак­ру­жив­ша­яся го­лова зас­та­вила её сесть на зем­лю.

Бы­ло ти­хо. Она ос­мотре­лась: кру­гом, нас­коль­ко хва­тало глаз прос­ти­ралась ещё скры­тая ноч­ной тем­но­той пус­ты­ня. Нев­да­леке от Юль­ки опус­ти­лись па­рашю­ты ос­таль­ных пас­са­жиров кап­су­лы. Она от­стег­ну­ла пер­чатки. Плас­тик пер­ча­ток был оп­лавлен и рас­трес­кался. Де­воч­ка ос­то­рож­но ощу­пала вок­руг се­бя. Дей­стви­тель­но пе­сок… Мел­кий и су­хой.

«Зна­чит мы ока­зались в пус­ты­не», — по­дума­ла Юля, вы­сыпав пе­сок сквозь рас­то­пырен­ные паль­цы. И толь­ко сей­час до Юль­ки на­конец дош­ло, что она на Зем­ле. Что она до­лете­ла, спас­лась… Но в ду­ше по-преж­не­му бы­ло пус­то…

Её ох­ва­тила неп­ре­одо­лимая ус­та­лость и апа­тия. Не хо­телось ни­чего… Юля лег­ла на спи­ну и ста­ла смот­реть в звёз­дное не­бо. Как это ока­зыва­ет­ся хо­рошо — прос­то жить на све­те, ви­деть звёз­ды в та­ком род­ном зем­ном не­бе… Ды­шать зем­ным воз­ду­хом… Вне­зап­но Юль­ку прон­зи­ла страш­ная мысль, что это то­же толь­ко ви­дение. Она вско­чила и су­дорож­но за­чер­пну­ла ру­кой пе­сок. Нет, на этот раз это не бы­ло ви­дени­ем. Она дей­стви­тель­но до­лете­ла… Ря­дом пос­лы­шались ша­ги.

– Юля! — ус­лы­шала Юль­ка го­лос Зи­ны. — Ты жи­ва? — Зи­на ки­нулась к не­под­вижно ле­жащей на пес­ке де­воч­ке и схва­тила её за пле­чи.

– Жи­ва, те­тя Зи­на. Всё нор­маль­но. Толь­ко но­га бо­лит и паль­цы. И го­лова кру­жит­ся…

– Да­вай пос­мотрю, — Зи­на заж­гла фо­нарь. Ру­ки Юли пок­расне­ли и опух­ли. Ми­зинец и бе­зымян­ный па­лец на ле­вой ру­ке де­воч­ки отек­ли и пок­ры­лись си­няком.

– Ты обож­глась. А паль­цы… По­хоже на пе­релом. Ни­чего, сей­час по­можем, — Зи­на вы­нула из ап­течки шприц-тю­бик и, от­крыв кла­пан на бед­ре де­воч­ки, сде­лала инъ­ек­цию. Боль в паль­цах по­утих­ла. Зи­на ос­то­рож­но на­ложи­ла на ру­ку Юли от­верде­ва­ющую по­вяз­ку. — Ты ме­ня на­пуга­ла!

– Ни­чего не хо­чет­ся де­лать, — бес­цвет­ным го­лосом про­из­несла Юля. — Ни пла­кать, ни сме­ять­ся… Да­же ше­велить­ся не хо­чет­ся…

– Это ре­ак­тивное сос­то­яние. Прой­дёт, не пе­режи­вай… А с но­гой что?

– Нем­ножко боль­но, но хо­дить мо­гу.

– Тог­да под­ни­май­ся, на­до най­ти ос­таль­ных и со­ору­дить ук­ры­тие от сол­нца. Мы, на­вер­ное, в Ка­раку­мах. Спа­сате­ли до­берут­ся до нас днём, ес­ли от­сле­дили.

Юле, ес­ли чес­тно, сов­сем не хо­телось под­ни­мать­ся и ку­да-то ид­ти. Ведь так хо­рошо бы­ло прос­то ле­жать на пес­ке и смот­реть в не­бо. Но Зи­на не да­ла ей вновь лечь. Де­вуш­ка зна­ла, что ес­ли Юля ос­та­вить в та­ком сос­то­янии, то де­воч­ка мо­жет прос­то уме­реть, пос­те­пен­но угас­нув. Прос­то от от­сутс­твия мо­тива­ций, от от­сутс­твия же­лания жить даль­ше…

- Под­ни­май­ся, Юля! Под­ни­май­ся! Пой­дём — ос­таль­ным ре­бятам то­же нуж­на по­мощь! Мне од­ной не спра­вит­ся, вста­вай! Нуж­но дви­гать­ся! — Зи­на тор­мо­шила Юлю, зас­тавляя ид­ти за со­бой.

Дей­ствия Зи­ны, на­конец, во­зыме­ли эф­фект — Юля все же смог­ла соб­ра­лась с си­лами и пош­ла за ней.

- Мо­лодец, Юлень­ка, мо­лодец, — под­бодри­ла она де­воч­ку. — На­до по­мочь ос­таль­ным.

- Я знаю, тё­тя Зи­на. Я уже в по­ряд­ке, — Юля улыб­ну­лась.

- Мо­лодец — так дер­жать! — Зи­на об­легчён­но вздох­ну­ла: у Юли по­яви­лись эмо­ции — зна­чит опас­ность уже по­зади.

Не­бо на вос­то­ке на­чало свет­леть. Не­дале­ко от Юль­ки­ной точ­ки по­сад­ки вид­нелся еще один амор­ти­затор, из ко­торо­го вы­бира­лась ма­лень­кая фи­гур­ка. Это бы­ла Лу. Лу­ана выб­ра­лась из амор­ти­зато­ра и, ох­нув, при­села, дер­жась за бок.

– Как ты? — Зи­на под­бе­жала к де­воч­ке.

– Но­га бо­лит.

– А за бок по­чему дер­жишь­ся?

– Све­ло, ког­да от­сте­гива­лась.

Юля ог­ля­нулась. Ря­дом вид­нелся ещё один амор­ти­затор. В амор­ти­зато­ре ле­жал Пав­лик. Ле­вая ру­ка маль­чи­ка бы­ла не­лов­ко изог­ну­та, гер­мо­ман­жет на ру­каве ска­фан­дра сло­мал­ся, и пер­чатка упа­ла с ру­ки, по­вис­нув на паль­цах. Гла­за Пав­ли­ка бы­ли зак­ры­ты, и ис­пу­ган­ной Юль­ке по­каза­лось, что маль­чик не ды­шит.

– Пав­лик! — Юль­ка ки­нулась к не­му.

– Юль­ка… — маль­чик от­крыл гла­за и улыб­нулся. — Юль­ка… Лу… Вы жи­вые…

Зи­на по­мог­ла Па­ше от­стег­нуть­ся.

– Я, на­вер­ное, ру­ку сло­мал — боль­но очень, — по­жало­вал­ся он. — А так всё нор­маль­но.

И в сле­ду­ющее мгно­вение эмо­ции ре­бят прор­ва­лись. Юль­ка вдруг об­ня­ла Паш­ку и зап­ла­кала нав­зрыд. А вслед за этим слё­зы брыз­ну­ли у Пав­ли­ка и Лу­аны. В ду­ше Юль­ки то ста­нови­лось ра­дос­тно и свет­ло от осоз­на­ния то­го, что вот они, все вмес­те, це­лы и нев­ре­димы, сто­ят на зем­ле… Что они вер­ну­лись, не по­гиб­ли… То вдруг сно­ва скру­чива­ла чёр­ная пус­то­та, про­рывав­ша­яся ры­дани­ями, и Юль­ка бук­валь­но зах­лё­быва­лась сле­зами.

Зи­на мол­ча сто­яла в сто­роне и смот­ре­ла на ре­бят, ко­торые ка­кие-то мгно­вения на­зад смот­ре­ли в гла­за собс­твен­ной смер­ти, а сей­час то сме­ялись, то вновь на­чина­ли пла­кать. Она не ме­шала де­тям — им не­об­хо­димо бы­ло прос­то вып­ла­кать­ся… Паш­ка, Юля, Лу на­конец осоз­на­ли, что спа­сены, что всё ос­та­лось по­зади.

И вот, ког­да бу­ря эмо­ций уже улег­лась, а вос­хо­дящее сол­нце ок­ра­сило ро­зово-крас­ным цве­том пес­ча­ные бар­ха­ны, Лу­ана ус­лы­шала низ­кий на­рас­та­ющий гул.

– Смот­ри­те! — Лу по­каза­ла ру­кой на по­явив­ший­ся в не­бе бо­лид.

– Это «За­ря», да? — дрог­нувшим го­лосом спро­сил Па­ша. — Они… Они ра­зобь­ют­ся?

Уже мож­но бы­ло раз­гля­деть, что к Зем­ле приб­ли­жал­ся тер­пя­щий бедс­твие кос­ми­чес­кий ко­рабль. В нём не­лег­ко бы­ло уз­нать «За­рю». Ко­рабль не смог свер­нуть сво­их ан­тенн, крон­штей­нов и при­нять а­эро­дина­мичес­кую фор­му, при­год­ную для стре­митель­но­го спус­ка с ор­би­ты. И те­перь пос­те­пен­но раз­ру­шал­ся, прев­ра­ща­ясь в бес­формен­ную мас­су. От­дель­ные де­тали, не имев­шие об­те­ка­емых форм, от­ле­тали от «За­ри» рас­ка­лён­ны­ми об­ломка­ми. Вне­зап­но гул рез­ко уси­лил­ся, и из ниж­ней час­ти ко­раб­ля выр­ва­лись нес­коль­ко яр­ких и тон­ких, как иг­лы, лу­чей.

– Что это? — спро­сила Юля, обер­нувшись к Зи­не.

– Ава­рий­ные дви­гате­ли — они пы­та­ют­ся тор­мо­зить.

– Зна­чит, их ле­вита­тор не ра­бота­ет? — с бес­по­кой­ством спро­сил Паш­ка.

– Мо­жет быть. А мо­жет его мощ­ности не хва­та­ет, что­бы по­гасить ско­рость.

Па­дение ко­раб­ля пос­те­пен­но на­чалось за­мед­лятся, но всё рав­но бы­ло слиш­ком быс­трым.

– Они не ра­зобь­ют­ся, но по­сад­ка бу­дет жёс­ткой, — кон­ста­тиро­вала Лу­ана.

Ко­рабль ста­новил­ся всё бли­же. Гул от его па­дения ста­новил­ся гу­ще и силь­нее. Ре­бята по­чувс­тво­вали, как под­ни­ма­ет­ся ве­тер, сры­вая мел­кую пес­ча­ную пыль с вер­ху­шек бар­ха­нов.

– Быс­тро в ук­ры­тие! — Зи­на под­тол­кну­ла де­тей к вид­невшей­ся по­зади боль­шо­го бар­ха­на яме. — Быс­трее! Зак­рой­те заб­ра­ла!

Ед­ва ре­бята спрыг­ну­ли вниз, как ве­тер зак­ру­тил­ся в бе­шеном вих­ре, под­няв ту­чи пес­ка. Рёв тор­мозных дви­гате­лей, ка­залось, за­пол­нил со­бой всё прос­транс­тво, стал ощу­тимым, вдав­ли­вал в зем­лю.

– Это го­лов­ная бал­листи­чес­кая вол­на, — ус­лы­шала Юль­ка в шле­ме го­лос Зи­ны. — Дер­жи­тесь!

Вок­руг на­чали па­дать раз­но­кали­бер­ные об­ломки ко­раб­ля, раз­бра­сывая рас­ка­лён­ный пе­сок.

– Вы­жили в кап­су­ле, а по­гиб­нем в пус­ты­не. Обид­но, — по­пыта­лась по­шутить Лу. Но всем бы­ло не до шу­ток.

Рёв дви­гате­лей вне­зап­но смолк, ус­ту­пив мес­то на­рас­та­юще­му свис­тя­щему шу­му. Ещё че­рез нес­коль­ко се­кунд пус­ты­ня сод­рогну­лась от про­тяж­но­го тяж­ко­го уда­ра, за ко­торым пос­ле­дова­ли нес­коль­ко ог­лу­шитель­ных хлоп­ков. На бар­ха­ны по­сыпа­лись ош­мётки го­ряще­го плас­ти­ка.

– Они взор­ва­лись! — ис­пу­ган­но крик­нул Пав­лик, по­рыва­ясь выс­ко­чить из ямы.

– Ле­жи! — одёр­ну­ла его Зи­на. — Это не взрыв — это лоп­ну­ли амор­ти­зато­ры. Они се­ли.

Нас­ту­пила ти­шина. Ре­бята под­ня­лись из ук­ры­тия. Пе­ред ни­ми от­кры­лось ши­рокое прос­транс­тво, за­сыпан­ное го­рящи­ми об­ломка­ми, пос­ре­ди ко­торо­го вид­нелся раз­би­тый ко­рабль. Че­рез тре­щины в раз­ру­шен­ных стен­ках ко­раб­ля вид­нелся проч­ный кор­пус ава­рий­но­го от­се­ка.

– По­хоже ава­рий­ный от­сек не раз­ру­шен, — зак­лю­чила Зи­на. — Зна­чит есть шанс, что они жи­вы.

– Па­па!!! — од­новре­мен­но вык­рикну­ли де­ти, ки­нув­шись к ко­раб­лю.

– Стой­те! Сей­час приб­ли­жать­ся к ко­раб­лю опас­но! — ос­та­нови­ла их Зи­на.

– По­чему они не вы­ходят? — обес­по­ко­ено спро­сила Юля.

– Воз­можно, они ждут, ког­да стен­ки ко­раб­ля ос­ты­нут, — пред­по­ложи­ла, прав­да до­воль­но не­уве­рен­но, Зи­на.

– А мо­жет они ра­нены? Мы дол­жны им по­мочь! — Паш­ка выр­вался из рук Зи­ны и ки­нул­ся впе­рёд.

Вбли­зи ко­раб­ля жар был си­лён. Ре­бятам приш­лось зах­лопнуть заб­ра­ла шле­мов, что­бы не об­жечь ли­цо. Лу, шлем ко­торой был пов­реждён, вы­нуж­де­на бы­ла прик­ры­вать ли­цо ру­кой. — Вот люк, — Лу по­каза­ла на оваль­ную по­лосу на стен­ке ко­раб­ля. Ли­цо де­воч­ки пок­расне­ло от жа­ра, гла­за сле­зились.

– Лу, вер­нись на­зад, по­дож­ди по­ка жар нем­но­го спа­дёт. Обож­жёшь ли­цо, — по­сове­това­ла ей Зи­на, но Лу и не ду­мала слу­шать­ся.

– А его мож­но от­крыть сна­ружи?

– Да, Юль­ка, здесь дол­жен быть де­тона­тор сбро­са. Его кноп­ка под за­щит­ной зас­лонкой ря­дом с лю­ком.

– Этот, Лу? — спро­сил Паш­ка и по­казал на не­боль­шой щи­ток ря­дом с зак­ра­иной.

– Он са­мый. На­до от­крыть крыш­ку и чем-то его на­жать.

– А чем? — Юль­ка ста­ла ози­рать­ся в по­ис­ках че­го-ни­будь под­хо­дяще­го.

– У спа­сате­лей есть спе­ци­аль­ный инс­тру­мент, — от­ве­тила Лу­ана.

– Но мы-то не спа­сате­ли, — воз­ра­зил Паш­ка.

– Вот этим, я ду­маю, — Зи­на под­несла к крыш­ке по­хожий на зу­било об­ло­мок и на­чала за­бивать его под щи­ток, прис­по­собив дру­гой об­ло­мок в ка­чес­тве мо­лот­ка. Че­рез нес­коль­ко се­кунд де­вуш­ка, ох­нув, от­бро­сила об­ломки: го­рячий ме­талл об­жог ру­ки да­же сквозь пер­чатки ска­фан­дра. Ку­сок ме­тал­ла, хоть и по­коро­бил­ся, но всё же во­шёл под крыш­ку. Вце­пив­шись в не­го, Паш­ка и Лу су­мели нем­но­го при­под­нять крыш­ку и, на­конец, от­ки­нуть её. Под крыш­кой ока­залась плос­кая квад­ратная кноп­ка, за­под­ли­цо с об­шивкой.

– Те­перь её на­до на­жать, — Лу под­ня­ла уже ос­тывшее «зу­било» и, под­ста­вив к кноп­ке, уда­рила по не­му. Кноп­ка вда­вилось, раз­дался щел­чок.

– Все от лю­ка!!! — крик­ну­ла Лу и от­пря­нула в сто­рону. Раз­дался гром­кий хло­пок, и крыш­ка лю­ка, оку­тан­ная бе­лым дым­ком, упа­ла на пе­сок.

Внут­ри от­се­ка бы­ло тем­но. Мно­гое из обо­рудо­вания и конс­трук­ций от­се­ка ока­залось по­лома­но, но ло­жемен­ты кос­мо­нав­тов, на­ходив­ши­еся в глу­бине от­се­ка, поч­ти не пос­тра­дали.

– Ре­бята, но­ги… Но­ги ос­во­боди­те… За­жало… — ре­бята уз­на­ли го­лос воз­вра­щав­ше­гося с Мар­са на­вига­тора Оле­га Ку­ра­ева — круп­но­го и доб­ро­душ­но­го бо­рода­ча.

Юль­ка по­доб­ра­лась к Ку­ра­еву, по­ка Пав­лик и Лу ра­зыс­ки­вали в от­се­ке Вла­дими­ра и Вай­дел­ла.

– Вы жи­вы, ма­лыши, — Ку­ра­ев улыб­нулся, уви­дев Юль­ку. — По­моги от­стег­нуть­ся, а но­ги я сам ос­во­божу. По­моги­те ос­таль­ным ре­бятам. Ес­ли ге­нера­торы пе­рег­ре­ты — они мо­гут взор­вать­ся, на­до по­быс­трее выб­рать­ся из ко­раб­ля.

Юль­ка по­мог­ла Оле­гу вы­путать­ся из рем­ней ло­жемен­та и пос­пе­шила к Пав­ли­ку, пы­тав­шей­ся выс­во­бодить из ло­жемен­та от­ца.

– Юль, я сам справ­люсь, — Паш­ка обер­нул к ней зап­ла­кан­ное ли­цо. — По­моги Лу.

– Мы спра­вим­ся, доч­ка, — Вла­димир об­нял де­воч­ку. — Вай­дел­лу приш­лось ху­же.

Юль­ка пос­пе­шила к под­ру­ге. Вай­делл был без соз­на­ния, ле­вую ще­ку ка­пита­на рас­се­кала глу­бокая ра­на.

– Лу, не плач, сей­час мы их вы­тащим, — Зи­на проб­ра­лась внутрь от­се­ка.

Даль­ней­шее Юль­ка за­пом­ни­ла лишь урыв­ка­ми. От стра­ха или от стрес­са, мо­жет от ус­та­лос­ти или по­тому, что са­ми бы­ли ра­нены, но Юль­ка и дру­гие ре­бята за­пом­ни­ли про­ис­хо­див­шее лишь кус­ка­ми. Мно­гие из кос­мо­нав­тов бы­ли без соз­на­ния. Олег, на­вига­тор Свет­ла­на Иг­на­това и отец Пав­ли­ка и Юли пос­тра­дали мень­ше ос­таль­ных, и выб­равшись из ло­жемен­тов, по­мога­ли ре­бятам. Ра­неных вы­тас­ки­вали из ко­раб­ля и от­но­сили за не­боль­шой бар­хан, быв­ший не­пода­лёку. Олег всё вре­мя прис­лу­шивал­ся к зву­кам внут­ри от­се­ка.

– Что? — встре­воже­но спро­сила его Свет­ла­на.

– Ге­нера­торы кис­ло­рода. Слы­шишь?

– Ши­пят.

– На­до ус­ко­рит­ся. Ма­лыши мо­лод­цы — еле сто­ят, но по­мога­ют. Силь­ные ре­бята.

На­конец пос­ледне­го из пас­са­жиров «За­ри» — археолога Ари­эля Штер­на вы­тащи­ли из ко­раб­ля. Ари­эль пос­тра­дал тя­желее всех. Зи­на (в своё вре­мя учив­ша­яся на ме­дицин­ских кур­сах) за­подоз­ри­ла у не­го пе­релом поз­во­ноч­ни­ка, и по­это­му приш­лось со­ору­жать им­про­визи­рован­ные но­сил­ки из об­ломков ба­лок. В это вре­мя по­яви­лись и фла­еры Спа­сатель­ной служ­бы Кос­мофло­та, на­конец отыс­кавшие ко­рабль в бес­край­них прос­то­рах пус­ты­ни.

Юль­ка, по­няв, что на­конец-то всё дей­стви­тель­но за­кон­чи­лось, уже окон­ча­тель­но, впа­ла в ка­кое-то оце­пене­ние. Бо­евой за­дор, ох­ва­тив­ший де­воч­ку во вре­мя спа­сатель­ных ра­бот, за­кон­чился, и си­лы дер­жать­ся вдруг ис­сякли. Она чувс­тво­вала и ощу­щала всё про­ис­хо­дящее, как буд­то сквозь ту­ман. Вот с неё сня­ли ска­фандр и ком­би­незон… Уло­жили на но­сил­ки… Прик­ре­пили к го­лове дат­чи­ки элек­тро­нар­ко­на… Врач вклю­чил при­бор, и в сле­ду­ющее мгно­вение в го­лове де­воч­ки за­шуме­ло, пе­ред гла­зами поп­лы­ли раз­ноцвет­ные вол­ны, и Юля про­вали­лась в тем­но­ту…

[Mich]

4

Юля мед­ленно при­ходи­ла в се­бя… Вок­руг бы­ло тем­но, пе­ред гла­зами мель­ка­ли раз­ноцвет­ные вол­ны, вспо­лохи. В го­лове шу­мело. Как буд­то дождь или ве­тер. Юль­ка не чувс­тво­вала те­ла, она буд­то ви­села в не­весо­мос­ти, где не бы­ло ни вер­ха, ни ни­за.

«Где я? Что со мной?» — тре­вож­ная мысль про­нес­лась в её го­лове.

От­ку­да-то, как буд­то сквозь ва­ту, до­нес­лись го­лоса. Они ка­зались зна­комы­ми, но де­воч­ка не мог­ла раз­ли­чить их. Ду­мать бы­ло очень труд­но — об­рывки мыс­лей пу­тались в го­лове и буд­то вяз­ли в гус­том, как ки­сель ту­мане, за­пол­нявшим го­лову. Юля по­пыта­лась вспом­нить, что про­изош­ло, но ме­шани­на об­ра­зов, ха­отич­но кру­тив­шихся в мыс­лях, ме­шала осоз­нать, по­нять это.

Пус­ты­ня… Ночь… Хо­лод­ный пе­сок… Го­рящий ко­рабль… Ил­лю­мина­тор, в ко­тором ха­отич­но сме­ня­ют друг дру­га звёз­ды, го­лубой изог­ну­тый край Зем­ли, ис­ко­рёжен­ные об­ломки… Свис­тя­щий вой воз­ду­ха, вы­рыва­юще­гося из про­бо­ин… Яр­кое пла­мя, ох­ва­тив­шее ка­бину… И страш­ная чёр­ная без­дна, пол­ная звёзд, рас­ки­нув­ша­яся вок­руг пе­репу­ган­ной де­воч­ки… Вдруг у Юли от ужа­са пе­рех­ва­тило ды­хание. Она вспом­ни­ла!

«Мы ле­тели в кос­ми­чес­ком ко­раб­ле и по­тер­пе­ли ава­рию! Мы по­гиб­ли в кос­мо­се!» — страш­ная мысль про­нес­лась в Юль­ки­ной го­лове. «Зна­чит мы всё-та­ки по­гиб­ли…» — вмес­то стра­ха Юль­ку не­ожи­дан­но ох­ва­тила апа­тия.

«А мо­жет всё-та­ки нет, и я жи­ва», — Юля не мог­ла сми­рит­ся с этой страш­ной мыслью — ведь она пом­ни­ла и спа­сатель­ный фла­ер, ко­торый по­вёз её и дру­гих кос­мо­нав­тов в гос­пи­таль.

Юля по­пыта­лась от­крыть гла­за. Ве­ки не слу­шались. Вер­нее, Юля их вов­се не чувс­тво­вала, она ни­чего не чувс­тво­вала: ни ног, ни рук. Де­воч­ка хо­тела раз­ры­дать­ся, но ни­чего не по­лучи­лось. Из глаз вы­кати­лось лишь нес­коль­ко сле­зинок.

Пос­лы­шалось гу­дение, вот толь­ко Юль­ка не мог­ла по­нять: это гу­дит сна­ружи или у неё в го­лове? Де­воч­ке по­каза­лось, что она вы­ныри­ва­ет от­ку­да-то из глу­бины. Под­ни­ма­ет­ся из тём­ной, страш­ной глу­бины к теп­лу и све­ту.

Пос­те­пен­но шум в го­лове ис­чез, спо­лохи по­гас­ли. Кто-то взял её за ру­ку и ос­то­рож­но вы­тер слё­зы. Пог­ла­дил по го­лове.

«Не плачь, ма­лыш — всё хо­рошо. Сей­час ты при­дёшь в се­бя», — ус­лы­шала Юля мяг­кий жен­ский го­лос.

Гул и ва­та в го­лове пос­те­пен­но ис­чезли. Юля сно­ва на­чала ощу­щать се­бя. Она ле­жит на уп­ру­гой и удоб­ной кро­вати… На спи­не… Го­лышом… Нак­ры­та прос­ты­нёй… Го­лова, но­ги и ру­ки за­жаты мяг­ки­ми и уп­ру­гими зах­ва­тами. Де­воч­ка поп­ро­бова­ла по­шеве­лить­ся, но те­ло как буд­то за­тек­ло — его ко­лоли ты­сячи иго­лочек. Нем­но­го кру­жит­ся го­лова. По­чему-то очень сад­нит ла­дони, и бо­лит но­га. И паль­цы… То­же боль­но.

На­конец те­ло сно­ва ста­ло слу­шать­ся, и Юля по­чувс­тво­вала, что мо­жет по­шеве­лить­ся. Де­воч­ка окон­ча­тель­но приш­ла в се­бя и от­кры­ла гла­за…

Бы­ло свет­ло. Пер­вым, что уви­дела Юля, ока­зал­ся бе­лый плас­ти­ковый по­толок. Она по­пыта­лась по­вер­нуть го­лову, но фик­са­торы хоть и мяг­ко, но креп­ко дер­жа­ли её. Уда­лось толь­ко нем­но­го ско­сить гла­за. Но в по­ле зре­ния по­падал всё тот же бе­лый по­толок. На ла­донях бы­ло что-то на­дето. Юля чувс­тво­вала на них мяг­кую и прох­ладную ткань. Она по­шеве­лила паль­ца­ми, и ав­то­мати­ка, по­чувс­тво­вав дви­жения де­воч­ки, уб­ра­ла фик­са­торы.

Сла­бость и го­ловок­ру­жение пос­те­пен­но ис­че­зали. Юля ос­мотре­лась. На обож­жённых ла­дош­ках бы­ли на­деты тон­кие бе­лые пер­чатки, ми­зинец и бе­зымян­ный паль­цы за­фик­си­рова­ны в плас­ти­ковой лан­ге­те. Та­кая же лан­ге­та на щи­колот­ке. Ря­дом, на со­сед­них кой­ках, ле­жали Пав­лик и Лу. Они ещё не приш­ли в се­бя. На го­ловах ре­бят на­деты плас­ти­ковые об­ру­чи с дат­чи­ками. Ле­вая ру­ка Паш­ки до лок­тя за­тяну­та в плас­тик. Опа­лён­ные бро­ви Лу бы­ли сбри­ты, и ли­цо де­воч­ки ка­залось Юль­ке ка­ким-то неп­ри­выч­но-нез­на­комым.

Дверь в па­лату от­кры­лась, и вош­ла мо­лодая де­вуш­ка вос­точной внеш­ности в го­лубом ме­дицин­ском ком­би­незо­не.

– При­вет, Юля. Прос­ну­лась? — де­вуш­ка по­дош­ла к Юли­ной кой­ке. — Ме­ня зо­вут Фа­рида. Я — мед­сес­тра. Как ты?

– Поч­ти нор­маль­но, толь­ко го­лова нем­но­го кру­жит­ся. Где я? — Юля уз­на­ла го­лос, ко­торый сквозь сон ус­по­ка­ивал её.

– В гос­пи­тале Кос­мофло­та, в Са­мар­канде. Вас пог­ру­зили в ис­кусс­твен­ный сон, и вы спа­ли це­лые сут­ки. И за это вре­мя пол­ностью вос­ста­нови­лись, — Фа­рида сня­ла с го­ловы Юли дат­чи­ки и, от­ки­нув прос­ты­ню, ос­то­рож­но об­тёрла де­воч­ку влаж­ной сал­феткой.

– Мне нуж­но в ту­алет, очень, — Юля хо­тела встать, но Фа­рида ос­та­нови­ла её.

– Сра­зу рез­ко вста­вать нель­зя. Нуж­но пос­те­пен­но, в те­чении дня вос­ста­нав­ли­вать ак­тивность, по­ка ты сов­сем не ок­репнешь. Сей­час я те­бе по­могу, — Фа­рида раз­верну­ла шир­му, от­де­лив Юлю от ос­таль­ных ре­бят.

Ког­да Фа­рида уб­ра­ла шир­му, Юля уви­дела, что Паш­ка и Лу то­же про­сыпа­ют­ся. Ве­ки Паш­ки дрог­ну­ли, и он от­крыл гла­за. За­жимы с лёг­ким жуж­жа­ни­ем уш­ли в кой­ку, ос­во­бодив те­ло маль­чи­ка.

– Юль­ка… Мы где?

– Всё в по­ряд­ке, Пав­лик, — Фа­рида сно­ва раз­вернув шир­му, за­няв­шись Паш­кой. — Сей­час я те­бе по­могу. И не на­до сму­щать­ся, всё в по­ряд­ке.

– Юль, как ду­ма­ешь, с ни­ми всё бу­дет в по­ряд­ке? — ус­лы­шала Юля го­лос Лу­аны.

– С кем?

– С па­пой, с дя­дей Во­лодей, с дру­гими кос­мо­нав­та­ми.

– Ко­неч­но — нас же наш­ли.

За­кон­чив ги­ги­ени­чес­кие про­цеду­ры, Фа­рида выш­ла и вско­ре вер­ну­лась, при­неся ре­бятам бельё и пи­жамы: май­ки с ко­рот­ким ру­кавом и шор­ты из мяг­ко­го го­лубо­вато-си­него ма­тери­ала.

– А как мой па­па? — с тре­вогой спро­сила Лу.

– С ни­ми всё в по­ряд­ке, — Фа­рида улыб­ну­лась. — Зав­тра вы смо­жете их на­вес­тить. И зав­тра при­едут ва­ши ма­мы.

– А на­ша ма­ма на Мар­се, — вздох­ну­ла Юля.

– Она уже ле­тит на «Ари­ане», — Фа­рида пог­ла­дила Юлю по го­лове. — Зав­тра бу­дет здесь. Так что не пе­режи­вай.

– А мы силь­но пос­тра­дали? — спро­сил Паш­ка.

– Об­щий пе­рег­рев и нез­на­читель­ные трав­мы: у Юли сло­маны паль­цы и пов­режде­ны связ­ки на но­ге. Ты ви­димо рань­ше пов­ре­дила но­гу? — уточ­ни­ла Фа­рида.

– Я по­пала в ава­рию на фла­ере вес­ной.

– У Пав­ли­ка сло­мана ру­ка, у Лу­аны под­вы­вих го­ленос­то­па и тре­щина в реб­ре. Так что вам по­вез­ло — че­рез не­делю бу­дете до­ма, — улыб­ну­лась Фа­рида.
***


– Об «Ас­тре» це­лую статью в га­зете на­писа­ли, — с оби­дой в го­лосе про­из­нёс Паш­ка и от­ло­жил план­шет. — А про «За­рю» толь­ко ко­рот­кая за­мет­ка в «Вес­тни­ке Кос­мофло­та», ко­торый и чи­та­ют од­ни кос­мо­нав­ты.

Лу вклю­чила те­леви­зор. На эк­ра­не по­казы­вали Тор­жес­твен­ный зал Му­зея Кос­мо­нав­ти­ки, где се­год­ня наг­ражда­ли тех, кто учас­тво­вал в лик­ви­дации ава­рии и спа­сении кос­мо­нав­тов ко­раб­лей, пос­тра­дав­ших из-за «объ­ек­та 210».

– Смот­ри­те, это же на­ших с «Ас­тры» наг­ражда­ют! — Юль­ка се­ла поб­ли­же к эк­ра­ну.

На эк­ра­не по­казы­вали сму­щён­ных маль­чи­шек и дев­чо­нок стар­шей груп­пы из Клу­ба юных кос­мо­нав­тов. Сре­ди них бы­ли и зна­комые ре­бята: три­над­ца­тилет­няя Га­ля Си­дорен­ко — нас­тавни­ца млад­шей груп­пы, где за­нима­лись Паш­ка с Юль­кой; Же­ня Дё­мина, ко­торой, нес­мотря на все­го лишь один­надца­тилет­ний воз­раст, за ус­пе­хи в учё­бе раз­ре­шили учас­тво­вать в тре­ниро­воч­ном по­лёте. Впро­чем, бы­ли сре­ди них и не очень при­ят­ные зна­комые. На эк­ра­не по­явил­ся че­тыр­надца­тилет­ний Глеб Свет­лых. Ре­бята из шко­лы тер­петь не мог­ли за­нос­чи­вого и са­мов­люблён­но­го под­рос­тка. Глеб ко всем от­но­сил­ся свы­сока, мог зап­росто оби­деть или уни­зить ко­го-ни­будь из вось­ми-де­вяти­лет­них ре­бят млад­ших групп.

Сре­ди взрос­лых ре­бята раз­гля­дели Алек­сея По­лосу­хина и ди­рек­то­ра Клу­ба юных кос­мо­нав­тов Свет­ла­ну Его­рову. Алек­сей Сер­ге­евич, нес­мотря на тор­жес­твен­ность мо­мен­та, был чем-то яв­но не­дово­лен, а Свет­ла­на что-то гнев­но выс­ка­зыва­ла сто­яще­му ря­дом се­дому вы­соко­му муж­чи­не в фор­ме Кос­мофло­та. Тот на реп­ли­ки ди­рек­то­ра лишь по­жимал пле­чами, иног­да рав­но­душ­но от­ве­чая.

– Се­год­ня здесь наг­ражда­ют этих сме­лых и от­важных ре­бят, — пос­лы­шал­ся го­лос дик­то­ра, — ко­торые бо­ролись за жи­вучесть сво­его ко­раб­ля на­рав­не со взрос­лы­ми кос­мо­нав­та­ми. Ре­шени­ем Глав­но­го Уп­равле­ния Кос­ми­чес­ко­го Фло­та юные вос­пи­тан­ни­ки Мос­ков­ско­го Клу­ба юных кос­мо­нав­тов наг­ражда­ют­ся ме­далью «За зас­лу­ги пе­ред Кос­мофло­том».

Пер­вым ме­даль на яр­ко-си­ней лен­точке по­лучил Глеб.

– Те­перь он сов­сем по­толок но­сом скрес­ти бу­дет, — от­верну­лась от эк­ра­на Юль­ка.

– А мы… — с оби­дой ска­зал Паш­ка, — раз­ве мы не по­мога­ли кос­мо­нав­там с «За­ри»?

– Мы бы­ли толь­ко пас­са­жира­ми, — вздох­нув, от­ве­тила ему Лу­ана.

Впро­чем, в день вы­пис­ки ре­бят ждал сюр­приз. Ут­ром к ним в па­лату за­шёл муж­чи­на лет, при­мер­но, со­рока. Его тём­ные гус­тые во­лосы бы­ли тро­нуты ран­ней се­диной. Вмес­те с ним вош­ла мо­лодая свет­ло­воло­сая де­вуш­ка.

– Здравс­твуй­те, ре­бята. Рад, на­конец, поз­на­комит­ся с ва­ми во­очию. Фа­рух Ка­римов, — пред­ста­вил­ся муж­чи­на. — Я был дис­петче­ром на «Зе­ните» в тот день. А это моя по­мощ­ни­ца — Яна Па­нович, — пред­ста­вил Фа­рух де­вуш­ку.

– Здравс­твуй­те, — ре­бята воп­ро­ситель­но пос­мотре­ли на гос­тей.

– Соб­ра­лись? Тог­да по­едем — вас ждут в Юж­ном Дис­петчер­ском Уп­равле­нии Кос­мофло­та.

Ре­бята удив­лённо пе­рег­ля­нулись.

– А за­чем? — спро­сила Лу.

– Уви­дите, — улыб­нулся Фа­рух.

В Уп­равле­нии ре­бят и при­со­еди­нив­шу­юся к ним Зи­ну про­вели в Крас­ную ком­на­ту, где их уже жда­ли муж­чи­на и жен­щи­на в си­них ки­телях граж­дан­ских кос­мо­нав­тов.

– Ну, здравс­твуй­те, ге­рои, — поп­ри­ветс­тво­вал их муж­чи­на.

– Ну, раз все соб­ра­лись, прис­ту­пим к офи­ци­аль­ной час­ти, — жен­щи­на взя­ла в ру­ки крас­ную пап­ку и на­чала тор­жес­твен­но чи­тать:
– Сог­ласно Пред­став­ле­нию Глав­но­го уп­равле­ния Кос­мофло­та и Ко­мите­та по ис­сле­дова­нию и ос­во­ению кос­ми­чес­ко­го прос­транс­тва, ре­шени­ем Выс­ше­го пра­витель­ствен­но­го со­вета за про­яв­ленное му­жес­тво и ге­ро­изм при спа­сении эки­пажа и пас­са­жиров ко­раб­ля «За­ря» Во­робь­ёв Па­вел Вла­дими­рович, Во­робь­ёва Юлия Вла­дими­ров­на, Кам­мо Лу­ана Вай­де­лин­на, Ар­темь­ева Зи­на­ида Гри­горь­ев­на наг­ражда­ют­ся ме­далью «За спа­сение по­гибав­ших». Мо­лод­цы, ре­бята! — до­бави­ла она уже от се­бя. — Я ра­да, что у нас под­раста­ет та­кая сме­на.

Паш­ка пер­вым при­нял из рук муж­чи­ны бар­хатную ко­робоч­ку с ме­далью на пур­пурно-бе­лой лен­точке.

– Но ведь мы… Мы же ни­чего и не де­лали… Толь­ко по­мог­ли им из ко­раб­ля выб­рать­ся… — сму­щён­но про­бор­мо­тал Пав­лик.

– Без пос­то­рон­ней по­мощи они бы выб­рать­ся не смог­ли, — от­ве­тил ему кос­мо­навт. — А че­рез три ми­нуты пос­ле то­го, как вас взя­ли на борт спа­сатель­ные фла­еры, на ко­раб­ле про­изо­шёл взрыв кис­ло­род­ных ге­нера­торов. Ты — юный кос­мо­навт, по­это­му я ду­маю не нуж­но объ­яс­нять, что это зна­чит. Спа­сате­ли не ус­пе­ли бы вы­тащить всех и по­гиб­ли бы са­ми.

Паш­ка кив­нул. Он знал, что от кос­мо­нав­тов в этом слу­чае ос­та­лась бы толь­ко горс­тка пеп­ла.

– Так что эта наг­ра­да впол­не зас­лу­жен­на, — улыб­ну­лась им Зи­на.
***


За­кат­ное сол­нце ос­ве­щало рав­ни­ну ры­жими лу­чами. И в его све­те всё ка­залось ры­жим: тра­ва; де­ревья, оди­ноко сто­ящие сре­ди прос­то­ра При­ок­ской ле­сос­те­пи; па­лат­ки; ли­ца лю­дей. Да­же кос­тёр, ка­залось, те­рял­ся в лу­чах ве­чер­ней за­ри.

Юля си­дела, при­жав­шись к от­цу и смот­ре­ла на пла­мя кос­тра. Пав­лик си­дел нап­ро­тив… Вер­нее ле­жал на тра­ве, по­ложив го­лову на ко­лени к ма­тери. Лёг­кий тёп­лый ве­терок дул от­ку­да-то из глу­бин сте­пи. Пах­ло наг­ре­той сол­нцем тра­вой, го­рячей зем­лёй и пе­чёной кар­тошкой. Отец дав­но обе­щал им с Паш­кой этот по­ход… И те­перь, ког­да они вер­ну­лись до­мой из Са­мар­канда, из гос­пи­таля Кос­мофло­та, бук­валь­но чу­дом спас­шись в ка­тас­тро­фе, бро­сил все де­ла и по­дарил им — сво­им лю­бимым Юлень­ке и Пав­ли­ку — это пу­тешес­твие.

Юля смот­ре­ла на пла­мя кос­тра… Пла­мя бы­ло доб­рым и мир­ным. Но иног­да в её па­мяти вновь всплы­вали не­дав­ние страш­ные со­бытия, и тог­да де­воч­ка сно­ва ви­дела в пла­мени кос­тра го­рящую кап­су­лу «За­ри»… Ей ста­нови­лось страш­но. И тог­да Юля заж­му­рива­лась, за­мерев в ис­пу­ге, вспо­миная свои ви­дения в гиб­ну­щей кап­су­ле. А Вла­димир гла­дил дочь по го­лове, ус­по­ка­ивая: «Всё по­зади, Юлень­ка, всё уже по­зади. Всё бу­дет хо­рошо». И Юля ус­по­ка­ива­лась и вновь смот­ре­ла на тем­не­ющую степь, на до­гора­ющий за­кат, на ры­жее пла­мя кос­тра и за­гора­ющи­еся в ве­чер­нем не­бе звёз­ды… Всё бу­дет хо­рошо…

Конец

[Mich]

Книга в Интернет магазинах: Амазон