Сталкер

[Алексей Тихомиров]

Мне ещё этот фильм очень нравится. Нигде не могу его найти .

[Юрик]

а фильм то какой ?

[Алексей Тихомиров]

Сталкер - я же написал.

[Andrew]

Во-первых только что закончился показ по "Культуре", а во-вторых здесь, как обычно, есть: http://multiki.arjlover.net

[Алексей Тихомиров]

Благодарю за ссылочку.

[Коллега Пруль]

Между прочим, самим Стругацким этот фильм не нравился.

[Алексей Тихомиров]

А у меня иное мнение - мне нравится

[Коллега Пруль]

Я не смотрел. Может, мне бы понравился. Буду принимать меры.

[Михаил]

Мне тоже этот фильм очень нравится (книга, правда, все-таки лучше).

Я не смотрел. Может, мне бы понравился. Буду принимать меры

Обязательно посмотри.

[Коллега Пруль]

Вот сегодня я получил вохможность посмотреть. Правда, по не зависящим от меня причинам (был занят) пока только первую серию. Что сказать? Вот лично мне показалось местами даже захватывающе. И музыка эта — под китайскую стилизована, если не знаешь, что Артемьев написал, никогда не догадаешься. В общем, фильм на любителя. Но я и есть такой любитель.

[Евген]

Ну что ж, что было в североамериканской и в русской зонах мы уже знаем, на очереди еще четыре
Фильм, кстати, действительно великолепный

--
И в третий раз он ходил за Шаром и добыл его! Но это было уже ни к чему и он отнес Шар обратно!

(как все взаимосвязано в этом мире, оказывается)

[Тимофей]

Солидарен со всеми, фильм хороший мне нравится.Но у меня два вопроса (может кто знает и ответит):
1.К своему стыду я не знаю по мотивам каких произведений снимался фильм. Было-бы интересно прочесть.
2.Почему фильм называется именно Сталкер, а не как-то иначе. Дело в том что это похоже на философию Кастанеды. Но насколько я знаю в то время о нём никто не знал.

[cher]

2 Тимофей,
1/ Фильм снимался по мотивам произведения Стругацких "Пикник на обочине".
Но именно по мотивам...
Почему его назвали Сталкер не знаю. Была несколько месяцев передача по этому поводу, но я уже совсем концовку застал и не знаю что там было...

[mag]

Много информации по фильму на сайте Стругацких.
"Сталкур" вторая двухсерийная версия фильма, первая вроде должна была называться "Золотой шар". Но отснятый материал неожиданно оказался засвеченным. Сценарий первого варианта не сохранился но извесно что сталкер там был совсем другой не юродивый а нахрапистый делец как в произведении.
Тарковскому дали денег повторить фильм но сделав его двухсерийным, сценарий был полностью переделан и филь сняли заново. Любопытно что отрывки первого варианта можно увидеть на рекламном ролике Мосфильма представляющего работу Тарковского.

[Коллега Пруль]

Первоначально фильм назывался «Машина желаний», об этом известно из воспоминаний Стругацких.

[mag]

Если не ошибаюсь "машина желаний" первый вариант сценария, который не использовался в съёмке, и сохранился у Стругацких. А название первого варианта фильма точно не помню, вроде то что назвал, но надо вновь покопаться на странице авторов.

[visоr]

(хвастливо: ) А у меня есть 7 фильмов Тарковского. Наверное, все, кроме первого. По-моему, у него была еще дипломная работа – короткометражка.

имхо: Фильмы Тарковского иногда требуется посмотреть просто для души (жаль свободного времени мало). В N-ный раз - уже даже не ради смысла. Как послушать хорошую музыку. Завораживает и картинка и звук (например, языческий обряд у реки в «Андрее Рублеве» - каково?). Еще удивительно, как у него получаются «паузы», в которые ничего не происходит, но совершенно не скучно. Один из моих любимых моментов в «Сталкере» - езда по железной дороге. В «Солярисе» тоже есть дорога. То, что там не скучно, можно было бы объяснить непривычным городским пейзажем. А почему в «Сталкере» хочется, чтобы эта дорога длилась как можно дольше? Может быть, из-за того, что Тарковский постепенно подводит зрителя к этому почти медитативному состоянию? Или нагружает мыслями, которые «живут» во время паузы? И еще удивляет, как без компьютерной техники так филигранно трансформировали стук железной дороги под конец поездки.

Вот, что значит, внутренняя красота была у человека! Из любого подвального мусора мог сделать шедевр. Его фильмы тоже заставляют быть (как принято у нас говорить) «чище и добрее». Монолог Фрейндлих в конце «Сталкера» буквально вышибает слезы каждый раз. Точно так же, как в «Андрее Рублеве» признание молодого колокольщика в том, что он не знал колокольного секрета! У меня некоторые люди иногда ассоциируются с этим колокольщиком. Они искренне пытаются сделать что-то хорошее, даже не обладая достаточным опытом. Над ними не нужно смеяться и критиковать за неумение. Они наоборот вызывают уважение. Ведь искреннее желание частенько бывает важнее опыта. (имхо, конечно).
_________________
Советы: "Как надо было сделать" - самые правильные.

[mag]

Вот что было до "Иванова детства"

«УБИЙЦЫ». «ВГИК», 1956. Учебный короткометражный фильм.
Авторы сценария — А.Гордон, А.Тарковский. (По одноимённому рассказу Эрнеста Хемингуэя.); постановка — М.Бейку, А.Гордон, А.Тарковский; операторы — А.Алварез, А.Рыбин.
В ролях: , Ю.Файт — Ник Адамс; А.Гордон — Джордж; В.Виноградов — Ал; В.Новиков — Макс; Ю.Дубровин — 1-ый посетитель; А.Тарковский — 2-ой посетитель; В.Шукшин — Оле Андерсон.

«СЕГОДНЯ УВОЛЬНЕНИЯ НЕ БУДЕТ». «ВГИК», 1957. Учебный короткометражный фильм.
Авторы сценария — А.Гордон, И.Махов, А.Тарковский; постановка — А.Гордон, А.Тарковский; операторы — Л.Бунин, Э.Яковлев.
В ролях: А.Алексеев, П.Любешкин, О.Мокшанцев, В.Маренков, И.Косухин, Л.Куравлёв, С.Любшин, Н.Головина, О.Борисов и другие.

«КОНЦЕНТРАТ». «ВГИК», 1958. Учебный короткометражный фильм.
«КАТОК И СКРИПКА». «Мосфильм», 1961. Дипломный короткометражный фильм.
Авторы сценария — А. Кончаловский, А.Тарковский; оператор — В.Юсов; художник — С.Агоян; композитор — В.Овчинников.

В ролях: И.Фоменко — Саша; В.Знаменский — Сергей; Н.Архангельская — девушка; в фильме также снимались М.Аджубей, Ю.Бруссер, С. Борисов и другие.

Первая премия на фестивале студенческих фильмов в Нью-Йорке в 1961 году.

[mag]

"Первоначально фильм назывался «Машина желаний», об этом известно из воспоминаний Стругацких." - уважаемый Коллега Пруль всетки я вроде правильно вспомнил название первого варианта фильма "Золотой Шар", если опиратся на воспоминания Б. Стругацкого:

"Безвозвратно утрачены практически все варианты сценария фильма «Сталкер». Мы начали сотрудничать с Тарковским в середине 1975 года и сразу же определили для себя круг обязанностей – свое, так сказать, место в этой многомесячной работе. «Нам посчастливилось работать с гением, – сказали мы тогда друг другу. – Это значит, что нам следует приложить все свои силы и способности к тому, чтобы создать сценарий, который бы по возможности исчерпывающе нашего гения бы удовлетворил».

Я уже рассказывал и писал раньше, что работать над сценарием «Сталкера» было невероятно трудно. Главная трудность заключалась в том, что Тарковский, будучи кинорежиссером, да еще и гениальным кинорежиссером вдобавок, видел реальный мир иначе, чем мы, строил свой воображаемый мир будущего фильма иначе, чем мы, и передать нам это свое, сугубо индивидуальное видение он, как правило, не мог, – такие вещи не поддаются вербальной обработке, не придуманы еще слова для этого, да и невозможно, видимо, такие слова придумать, а может быть, придумывать их и не нужно. В конце концов, слова – это литература, это высоко символизированная действительность, совсем особая система ассоциаций, воздействие на совсем иные органы чувств, наконец, в то время как кино – это живопись, это музыка, это совершенно реальный, я бы даже сказал – беспощадно реальный мир, элементарной единицей которого является не слово, а звучащий образ...

Впрочем, все это теория и философия, а на практике работа превращалась в бесконечные, изматывающие, приводящие иногда в бессильное отчаяние дискуссии, во время коих режиссер, мучаясь, пытался объяснить, что же ему нужно от писателей, а писатели в муках пытались разобраться в этой мешанине жестов, слов, идей, образов и сформулировать для себя наконец, как же именно (обыкновенными русскими буквами, на чистом листе обыкновеннейшей бумаги) выразить то необыкновенное, единственно необходимое, совершенно непередаваемое, что стремится им, писателям, втолковать режиссер.

В такой ситуации возможен только один метод работы – метод проб и ошибок. Дискуссия... разработка примерного плана сценария... текст... обсуждение текста... новая дискуссия... новый план... новый вариант – и опять не то... и опять непонятно, что же надо... и опять невозможно выразить словами, что же именно должно быть написано СЛОВАМИ в очередном варианте сценария...

(К сожалению, не вели мы тогда никаких протоколов наших бесед, и ничего от них не осталось ни в памяти, ни на бумаге, кроме нескольких строчек типа: «19.12.75 Тарковский. Человек = инстинкт + разум. Есть еще что-то: душа, дух (мораль, нравственность). Истинно великое м. б. бессмысленным и нелепым – Христос». Совершенно не помню, в каком контексте шла речь об этих существеннейших проблемах и почему мы именно об этом тогда говорили...)

Всего получилось не то семь, не то восемь, не то даже девять вариантов. Почти все они утрачены. Здесь публикуется самый последний. Его мы написали в приступе совершеннейшего отчаяния, после того, как Тарковский решительно и окончательно заявил: «Все. С таким Сталкером я больше кино снимать не буду»... Это произошло летом 1977-го. Тарковский только что закончил съемки первого варианта фильма, где Кайдановский играл крутого парня Алана (бывшего Рэдрика Шухарта), фильм при проявлении запороли, и Тарковский решил воспользоваться этим печальным обстоятельством, чтобы начать все сызнова.

АН был там с ним, на съемках в Эстонии. И вот он вдруг, без всякого предупреждения, примчался в Ленинград и объявил: «Тарковский требует другого Сталкера». – «Какого?» – «Не знаю. И он не знает. Другого. Не такого, как этот». – «Но какого именно, трам-тарарам?!» – «Не знаю, трам-трам-трам-и-тарарам!!! ДРУ-ГО-ГО!»...

Это был час отчаяния. День отчаяния. Два дня отчаяния. На третий день мы придумали Сталкера-юродивого. Тарковский остался доволен, фильм был переснят. И вот именно тот сценарий, который мы за два дня переписали и с которым АНС помчался обратно в Таллин, этот последний вариант «Сталкера» публикуется здесь в своем (насколько я могу вспомнить) первозданном виде.

Кроме того, сохранился третий (или четвертый?) вариант сценария – он опубликован в НФ в 1981 году. И сохранился (чудом!) самый первый вариант – он приведен здесь под названием «Машина желаний», хотя, мне кажется, что самое первое, условное название фильма было все-таки «Золотой Шар». Сохранились в архиве еще какие-то разрозненные обрывки, вырезки и клочки – то, что осталось от предпоследнего варианта после того, как мы превратили его в последний. И осталась (естественно) литературная запись. Она очень похожа на самый последний вариант, хотя в нашем тексте, помнится, никогда не было великолепного финального прохода Сталкера с дочкой на плечах.

Мне кажется, знатокам и любителям как повести «Пикник на обочине», так и фильма «Сталкер» будет небезлюбопытно сравнить, насколько первый вариант киносценария отличается от самой повести, а последний вариант – от первого.

Вообще говоря, история написания киносценария есть, как правило, история жесткого взаимодействия сценариста с режиссером. История беспощадной борьбы мнений и представлений, зачастую несовместимых. Сценарист, как мне кажется, обязан в этом столкновении творческих подходов всегда идти на уступки, ибо кинофильм – это вотчина именно режиссера, его детище, его территория, где сценарист есть хоть и творческий, но лишь наемный работник.

На протяжении тридцати лет нам приходилось иметь дело с самыми разнообразными типами, вариациями и разновидностями кинорежиссеров. Самый среди них распространенный вид – бурнокипящий, говорливый, абсолютно уверенный в себе энтузиаст. Он стремителен. Он как гром с ясного неба возникает вдруг из небытия, обрушивает на автора ворох соблазнительнейших предложений и остроумных (льстящих авторскому воображению!) идей, и так же стремительно, подобно молнии, исчезает опять в своем небытии – навсегда и без всякого следа. Таких у нас было множество. Если бы все их проекты реализовались, АБС были бы богаты и знамениты, не в пример своему нынешнему положению. Они были бы, наверное, самыми знаменитыми киноавторами в мире – куда там Федор Михайловичу Достоевскому или даже самому Стивену Кингу!

Если же говорить о серьезных режиссерах, то они все были очень не похожи друг на друга. Они были такие же разные, как и их фильмы.

Андрей Тарковский был с нами жёсток, бескомпромиссен и дьявольски неуступчив. Все наши робкие попытки творческого бунта подавлялись без всякой пощады и неукоснительно. Лишь однажды, кажется, удалось нам переубедить его: он согласился убрать из сценария и из фильма «петлю времени» (которую мы сами же для него и придумали – монотонно повторяющийся раз за разом проход погибшей некогда в Зоне бронеколонны через полуразрушенный мостик) – этот прием почему-то страшно его увлекал, он держался за него до последнего, и только соединенными усилиями нам удалось убедить его в том, что это банально, общеизвестно и тысячу раз «было». Он согласился наконец, да и то, по-моему, только оттого, что ему пришлась по душе наша общая идея: в Зоне должно быть как можно меньше «фантастики» – непрерывное ожидание чего-то сверхъестественного, максимальное напряжение, вызываемое этим ожиданием, и – ничего. Зелень, ветер, вода..."

[mag]

Вот ещё одно интересное интервью с Дэвидом Джейкобсоном снимающим "Пикник на обочине".