Просто хорошее стихотворение....

[La Hire]

Редъярд Киплинг
(в переводе Константина Симонова)

Жил-был дурак. Он молился всерьез
(Впрочем, как Вы и Я)
Тряпкам, костям и пучку волос -
Все это пустою бабой звалось,
Но дурак ее звал Королевой Роз
(Впрочем, как Вы и Я).

О, года, что ушли в никуда, что ушли,
Головы и рук наших труд -
Все съела она, не хотевшая знать
(А теперь-то мы знаем - не умевшая знать),
Ни черта не понявшая тут.

Что дурак растранжирил, всего и не счесть
(Впрочем, как Вы и Я) -
Будущность, веру, деньги и честь.
Но леди вдвое могла бы съесть,
А дурак -на то он дурак и есть
(Впрочем, как Вы и Я).

О, труды, что ушли, их плоды, что ушли,
И мечты, что вновь не придут,-
Все съела она, не хотевшая знать
(А теперь-то мы знаем - не умевшая знать),
Ни черта не понявшая тут.

Когда леди ему отставку дала
(Впрочем, как Вам и Мне),
Видит Бог! Она сделала все, что могла!
Но дурак не приставил к виску ствола.
Он жив. Хотя жизнь ему не мила.
(Впрочем, как Вам и Мне.)

[максим]

Уходят,
уходят могикане.
Дверей не тронув.
Половицами не скрипнув.
Без проклятий уходят.
Без криков.
Леденея.
Навсегда затихая.

Их проклинали
лживо,
хвалили
лживо.
Их возносили.
От них отвыкали...
Могикане
удивлялись и жили.
Усмехались и жили
могикане.
Они говорили странно,
поступали странно.
Нелепо.
Неумно.
Неясно...

И ушли,
не испытав
страха.
Так и не научившись
бояться.
Ушли.
Оставили
ветер весенний.
Деревья,
посаженные своими руками.
Ушли.
Оставили
огромную землю,
которой очень нужны
могикане.

Роберт Рождественский.

[Sovyonok]

Прекрасно.

[Pinhead]

В СУМЕРКИ

Дряхлое сердце мое, очнись,
Вырвись из плена дряхлых дней!
В сумерках серых печаль развей,
В росы рассветные окунись.

Твоя матерь, Эйре, всегда молода,
Сумерки мглисты и росы чисты,
Хоть любовь твою жгут языки клеветы
И надежда сгинула навсегда.

Сердце, уйдем к лесистым холмам,
Туда, где тайное братство луны,
Солнца и неба и крутизны
Волю свою завещает нам.

И Господь трубит на пустынной горе,
И вечен полет времен и планет,
И любви нежнее - сумерек свет,
И дороже надежды - роса на заре.

Уильям ЙЕЙТС.


Из поэмы "Четыре квартета"

Пепел на рукаве старика -
Пепел розового лепестка.
Пыль, поднявшаяся столбом,
Выдает разрушенный дом.
Пыль, оседающая в груди,
Твердит, что все позади
И не надо мечтать о звездах.
Так умирает воздух.

Потоп и засуха в свой черед
Поражают глаза и рот,
Мертвые воды, мертвый песок
Ждут, что настанет срок.
Тощая выжженная борозда
Намекает на тщетность труда,
Веселится, не веселя.
Так умирает земля.

Вода и огонь унаследуют нам,
Городам, лугам, сорнякам.
Вода и огонь презрят благодать,
Которую мы не смогли принять.
Вода и огонь дадут завершенье
Нами начатому разрушенью
Храмов, статуй, икон.
Так умрут вода и огонь.

Томас ЭЛЛИОТ.

[La Hire]

Осень
Александр Башлачёв

Ночь плюет на стекло черным.
Лето - лето прошло. Черт с ним.
Сны из сукна.
Под суровой шинелью спит Северная страна.
Но где ты, весна?
Чем ты сейчас больна?

Осень. Ягоды губ с ядом.
Осень. Твой похотливый труп рядом.
Все мои песни июня и августа
Осенью сожжены.
Она так ревнива в роли моей жены.

Мокрый табак. Кашель.
Небо как эмалированный бак с манной кашей.
И по утрам прям надо мной
Капает ржавый гной.
Видно, Господь тоже шалил весной.

Время бросать гнезда.
Время менять звезды.
Но листья, мечтая лететь рядом с птицами,
Падают только вниз.
В каждом дворе осень дает стриптиз.

Кони мечтают о быстрых санях.
Надоела телега.
Поле - о чистых, простых простынях снега.
Кто смажет нам раны
И перебинтует нас?
Кто нам наложит швы?
Я знаю - зима в роли моей вдовы.

[Pinhead]

4D

Последний день августа,
Над городом пахнет грозой.
Асфальт становится еще чернее,
Когда он перечеркнут тормозной полосой.
Утром алмазы станут битым стеклом,
Утром ее кровь станет росой.

Кому-то снятся необъезженные кони,
Кому-то снится полистирол и зола.
Кто-то любит жить, кто-то любит красть
Объедки с чужого стола.
Она тратила больше, чем вам может присниться,
Она все отдала

Последний день августа,
Это лето прожито не зря.
Химеры с Нотр-Дама будут первыми
Кто увидит, как над городом пылает заря.
Отныне ее кровь будет чистой росой
На белых цветах первого дня сентября.

БГ.

[Ninthdream]

ПИТЕР БРЕЙГЕЛЬ.

О чем он думал, Питер Брейгель,
Какими образами бредил,
Когда изобразил Христа
На фоне северной равнины,
Сгибающим худую спину
Под перекладиной креста?
Фламандские вокруг пейзажи,-
Взгляните на одежды стражи,
На эти мельницы вдали!
Еще один виток дороги,
И он, взойдя на холм пологий,
Увидит в море корабли.
Еще не Бог он. На мольберте
Он человек еще, и смертен.
И явно выглядит чужим
В долине этой, в этом веке,
Где стужа сковывает реки,
И над домами вьется дым.
Светало, около отлива
Кричала чайка хлопотливо.
Тяжелый дождь стучал в окно.
О чем он думал, Младший Питер,
Когда лицо устало вытер,
Закончив это полотно?
О чем он думал, старый мастер?
В ночном порту скрипели снасти,
Холодный ветер гнал волну.
Об одиночестве пророка,
Явившегося позже срока,
Попавшего не в ту страну?
Толпа в предчувствии потехи, -
Мерцают золотом доспехи,
Ладони тянет нищета,
Окрестность - в ожиданьи снега,
И туча провисает с неба,
И над Голгофой - пустота.
------
А. Городницкий (1984 г.)

[Локсли]

Листок, засохший в книге старой,
В руке рассыпался, как прах.
Должно быть, долго здесь лежал он,
Истлев у времени в тисках.

Чьи романтические грёзы
Рождались между этих строк?
Хранил он радость или слёзы,
Случайно найденный листок?

Кто та, которая вложила
Закладкой этот лист сюда?
Закрыла книгу и забыла,
Оставшись тайной навсегда.
Татьяна Казакова.

[Pinhead]

О чем он думал, Питер Брейгель

О "Новой хронологии" Фоменко.

[Бромир Александр]

П Л У Т О Н И Я

— Живешь, работаешь, от горя стонешь ли,
встречаешь песней ли грозу и ветер, —
А где-то дремлет страна Плутония!
— Которой не было нигде на свете?!

— Что значит было?.. Что значит не было?!
Вопрос не празден! Вопрос — тревожен…
Быть может, то мы считаем небылью,
Чего пока еще понять не можем?..

Мы так не любим чудных и странных,
мы так не верим всем непохожим!
Мы словно чувствуем покровом кожным,
что непохожесть их — нам сердце ранит…

Ведь мы же видим — они не тонут
в бумажных заводях, в житейских буднях!
Они шагают в свою Плутонию…
— Которой не было, нет и не будет?!

— Вам очень хочется всегда быть правыми?
И в правоте своей — несокрушимыми?..
— Но если правы мы — имеем право мы
самих себя считать непогрешимыми!

И вдруг — Плутония… Зачем, к чему она?!
Она же логикой — не проверяется!
Ее же — не было?.. Она ж — придумана?!
Она же в здравый смысл не умещается!!!

— О, успокойтесь, благополучные!
Вас племя странное вовсе не тронет…
Вас не зовут же в страну за тучами?..
Вас — и не пустят в эту Плутонию!

Страна Плутония — не для смирившихся,
не для живущих единым хлебом,
с любой неправдою легко ужившихся,
не подымающих головы к небу!

О равнодушные, о посторонние!
Ведь это вам назло — ее не видящих!
— живет и здравствует страна Плутония,
страна любимая нездравомыслящих.

(Раиса Гладун 1932-2001)

[lupus est]

Специально для Ирины...

Ай-яй-яй, мессир Этьен де Виньоль. Целибат - целибатом, а девушку-то вы ухаживаете!.. И как же хорошо, черт побери, ухаживаете... Одобряю и уважаю!!!

Редъярд Киплинг
(в переводе Константина Симонова)

Обожаю Киплинга.
И как талантливого поэта.
И как настоящего романтика.
И, оказывается, из английской творческой интеллегенции он был единственным, кто открыто поддержал Белое Движение в России. Когда я узнал об этом, мое уважение к нему, и без того высокое, выросло еще больше.

Целиком, наверное, не стоит - это классика, это все знают. А просто кусочек:

Там, к востоку от Суэца, злу с добром — цена одна,
Десять заповедей — сказки, и кто жаждет — пьет до дна,
Кличет голос колокольный, и привольно будет мне
Лишь у пагоды старинной, в полуденной стороне —

На дороге в Мандалай, Где суда стоят у свай,—
Мы кладем больных под тенты и идем на Мандалай.
О, дорога в Мандалай, Где летучим рыбам рай
И зарю раскатом грома из-за моря шлет Китай!

[Sovyonok]

Александр, спасибо! "Где оно Лукоморье, мое Лукоморье?" - сразу вспомнилось.
Николай, Ла Гир меня не ухаживает , ему меня жалко, что я болею, и он хочет поддержать.

[La Hire]

Ирина, спасибо. Супергероиня все знает и понимает. Хотя, если честно, тут не только сострадание. На вас есть печать великого, и думаю, мы все со временем будем гордиться знакомством с вами. Ну и, собственно, Карина - это вообще, это слов нет! Каждое из этих трех качеств - болезнь, талант, героический характер само по себе заставило бы меня поддерживать вас. Ну а все вместе!!!

девушку-то вы ухаживаете!..

Ухаживаю, но не так, как вы подумали, а подобно тому, как Вертинский ухаживал на фронте за раненными бойцами. Как считала одна из моих обожаемых девушек, Флоренс Найтингейл, уход едва ли не важнее лечения.

Там, к востоку от Суэца, злу с добром — цена одна,

Надо же, где вы нашли такой редкий перевод? Мне известен лишь перевод, Елизаветы Полонской, на который сделала потрясающую песню Вера Матвеева:

Возле пагоды Мульмейна, на восточной стороне,
Знаю, девочка из Бирмы вспоминает обо мне, -
И поют там колокольцы в роще пальмовых ветвей:
Возвращайся, чужестранец, возвращайся в Мандалей.

Возвращайся в Мандалей,
Где стоянка кораблей,
Слышишь, хлопают колёса
Из Рангуна в Мандалей...
На дороге в Мандалей
Бьётся рыб летучих стая,
И заря, как гром, приходит
Через море из Китая.

В волосах убор зелёный, в жёлтой юбочке она,
В честь самой царицы Тибау Супи-Яу-Лат названа.
Принесла цветы, я вижу, истукану своему,
Расточает поцелуи христианские ему.

Истукан тот - божество,
Главный Будда - звать его.
Тут её поцеловал я,
Не спросившись никого.
На дороге в Мандалей...

А когда над полем риса меркло солнце, стлалась мгла,
Мне она под звуки банджо песню тихую плела.
На плечо клала мне руку, и, щека с щекой, тогда
Мы следили, как ныряют и вздымаются суда,

Как чудовища в морях,
На скрипучих якорях,
В час, когда кругом молчанье
И слова внушают страх.
На дороге в Мандалей...

Это было и минуло, не вернуть назад тех дней,
И не ходят омнибусы мимо Банка в Мандалей!
В мрачном Лондоне узнал я поговорку моряков:
Кто услышит зов с Востока, вечно помнит этот зов,

Помнит пряный дух цветов,
Шелест пальмовых листов.
Помнит пальмы, помнит солнце,
Перезвон колокольцов,
На дороге в Мандалей...

Я устал сбивать подошвы о булыжник мостовых,
И английский мелкий дождик сеет дрожь в костях моих.
Пусть гуляю я по Стренду с целой дюжиной девиц, -
Мне противны их замашки и румянец грубых лиц.

О любви они лопочут,
Но они не нужны мне, -
Знаю девочку милее
В дальней солнечной стране.
На дороге в Мандалей...

От Суэца правь к востоку, где в лесах звериный след,
Где ни заповедей нету, ни на жизнь запрета нет.
Чу! запели колокольцы! Там хотелось быть и мне,
Возле пагоды у моря, на восточной стороне.

На дороге в Мандалей,
Где стоянка кораблей,
Сбросишь все свои заботы,
Кинув якорь в Мандалей!
О, дорога в Мандалей,
Где летает рыбок стая
И заря, как гром, приходит
Через море из Китая...

Слушать:
http://veramatveeva.narod.ru/sounds/all/25_all.mp3

[Pinhead]

Ла Гир меня не ухаживает , ему меня жалко, что я болею, и он хочет поддержать.

Ога!

[Бромир Александр]

СТРОИТЕЛИ НЕВИДИМЫХ ДОРОГ

Строители невидимых дорог.
Крылатые бродяги мирозданья.
Кружит листвой попутный ветерок
Чьего-то "Здравствуй" эхо: "До свиданья"

На сколько стен пришлось нарваться лбом
Не знающему слова "Невозможно".
Но мы же сами выбрали судьбу:
Сшивать путями раны бездорожья.

Где меж Миров не ходят поезда,
Где жизнь, как на цепи, на месте кружит.
Где ставит крест немое "Никогда"
На чьей-то нерождённой крепкой дружбе.

Где ждать устали добрых новостей,
Где редкий день обходится без дрожи...
Там мы протянем ниточки путей
В пугающе холодном бездорожье.

Строители невидимых дорог.
Нам петь, не веря мёртвому покою.
Сплетать сонеты звёзд в один венок...
Лишь так - в любую даль подать рукою.

И тает седина на волосах.
И зов сердец услышать так несложно.
И звёзды зажигаются в глазах
Где мы бросаем вызов бездорожью!

(Полина Черкасова)

[Одиночка]

[lupus est]

Николай, Ла Гир меня не ухаживает , ему меня жалко, что я болею, и он хочет поддержать.

девушку-то вы ухаживаете!..

Ухаживаю, но не так, как вы подумали, а подобно тому, как Вертинский ухаживал на фронте за раненными бойцами. Как считала одна из моих обожаемых девушек, Флоренс Найтингейл, уход едва ли не важнее лечения.

Коротко: а зря!!!

Надо же, где вы нашли такой редкий перевод?

Несколько лет назад, в "Библиотеке Максима Мошкова". Я и понятия не имел, что он - редкий.

Мне известен лишь перевод, Елизаветы Полонской, на который сделала потрясающую песню Вера Матвеева...

Песня Веры Матвеевой у меня есть, но если честно, то мне больше нравится тот вариант перевода, который у меня:

МАНДАЛАЙ Перевод И. Грингольца.
Возле пагоды старинной, в Бирме, дальней стороне
Смотрит на море девчонка и скучает обо мне.
Голос бронзы колокольной кличет в пальмах то и знай:
"Ждем британского солдата, ждем солдата в Мандалай!
Ждем солдата в Мандалай,
Где суда стоят у свай,
Слышишь, шлепают колеса из Рангуна в Мандалай!
На дороге в Мандалай,
Где летучим рыбам рай
И зарю раскатом грома из-за моря шлет Китай!"

Супи-плат звать девчонку, имя царское у ней!
Помню желтую шапчонку, юбку, травки зеленей.
Черт-те что она курила - не прочухаться в дыму,
И, гляжу, целует ноги истукану своему!
В ноги падает дерьму,
Будда - прозвище ему.
Нужен ей поганый идол, как покрепче обниму
На дороге в Мандалай...

В час, когда садилось солнце и над рисом стлалась мгла,
Для меня бренчало банджо и звучало: "Кулло-ла!"
А бывало, что в обнимку шли мы с ней, щека к щеке,
Поглядеть на то, как хати лес сгружают на реке,
Как слоны бредут к реке
В липкой тине и песке,
Тишь такая - слово стынет у тебя на языке
На дороге в Мандалай...

Это было все да сплыло, вспоминай не вспоминай.
Севши в омнибус у Банка, не доедешь в Мандалай.
Да, недаром поговорка у сверхсрочников была:
"Тем, кто слышит зов Востока, мать-отчизна не мила".
Не отчизна им мила -
Пряный дух, как из котла,
Той земли, где плещут пальмы и звенят колокола
На дороге в Мандалай...

Я устал трепать подметки по булыжной мостовой,
А от лондонской погодки ломит кости не впервой.
Здесь прислуги целый ворох, пьешь-гуляешь без забот,
Дурь одна в их разговорах: кто любви-то ихней ждет?
Жидкий волос, едкий пот...
Нет, меня другая ждет,
Мой душистый, чистый цветик у бездонных, сонных
На дороге в Мандалай...

Там, к востоку от Суэца, злу с добром - цена одна,
Десять заповедей - сказки, и кто жаждет - пьет до дна,
Кличет голос колокольный, и привольно будет мне
Лишь у пагоды старинной, в полуденной стороне
На дороге в Мандалай,
Где суда стоят у свай,-
Мы кладем больных под тенты и идем на Мандалай
О, дорога в Мандалай,
Где летучим рыбам рай
И зарю раскатом грома из-за моря шлет Китай!

P.S. Интересно:
Здесь кто-нибудь знает, что такое на самом деле "дорога в Мандалай"? На самом деле вовсе не дорога, не колея в поле. А что? В стихах есть подсказка.

[Ninthdream]

А второй перевод - действительно гораздо интереснее. (имхо)

[Inventor]

P.S. Интересно: Здесь кто-нибудь знает, что такое на самом деле "дорога в Мандалай"? На самом деле вовсе не дорога, не колея в поле. А что? В стихах есть подсказка.

Вероятно морскои путь?

[lupus est]

Вероятно морскои путь?

Не угадал, но близко к истине. Как мы в таких случаях говорили в детстве - очень-очень тепло.