Глухари на токовище бьются грудью до крови,
Не на шутку расходились - быть бы живу...
Так и мы когда-то жили, от зари и до зари,
И влюблялись, и любили - мчались годы с той поры.
Мчались годы, стёрлись клювы, раны зажили давно,
Только шрамы доброй памятью остались.
А рябину всю склевали
да порвали на вино,
Но кто помнил - прилетали на знакомое окно.
Тянет осенью из леса... Дом, над крышей вьётся дым...
И антоновка созрела, пожелтела...
Оглянуться не успел я - друг мой Вовка стал седым,
А ведь тоже, было дело, передёргивал лады.
На болотах всё как прежде, крылья хлопают вдали,
Всё буянят, всё расплёскивают удаль.
Ну а я уже не буду - занавесочку спалил, -
И то вспомню, то забуду, как за птичками ходил.
***
Ах, не вините меня в том,
Что опоздал чуть-чуть, -
Гроздья рябины под окном
Мне не дают никак уснуть.
Как часто от себя бежим
И долго маемся,
За занавесочкою лжи
Что ж не раскаиваемся?
Что ж не поверим, не простим,
Не подадим руки?
Может быть, всё от глупости,
Но ведь не все мы дураки.
Гляньте, за птичками в раю
Вечная очередь,
И я покорнейше стою
Вместе со всеми прочими.