Как в кошмаре

[Pinhead]

Вот на волне настроения дописал старый рассказ. Интриги тут ждать не приходится. Это точно не детектив, всё понятно с самого начала.


Как в кошмаре.

Чей-то пронзительный голос завопил:
— Мы не потерпим мертвяков! К нам
уже лезли мертвяки, мы их всех выгнали.
Кир Булычев. «Дети динозавров».

- Расскажи нам всё еще раз…

Кром сел и, в своей привычной манере, сомкнул ладони и принялся крутить большими пальцами. Незнакомец сразу же устроился в глубине кресла таким образом, чтобы не было видно его лица. Кром представил его «профессором», но более никаких комментариев не последовало. Двое аналитиков скромно сели за стол поодаль.

- Скажите, старший инспектор, - осведомилась Алиса, - прежде чем я начну в очередной раз повторять эту волшебную во всех смыслах историю, быть может, вы поясните цель, с которой вы и еще двое наших любимых аналитиков хотите ее услышать? Я б тогда решила, на каких подробностях концентрировать свое внимание. А то, знаете ли, не слишком продуктивное использование времени свободного агента получается. В конце концов, мои действия на миссии были признаны верными и…

- Алиса, мне лучше знать, каким именно образом использовать твое время. И мне нужно самое непосредственное изложение событий. Без всяких выборок. Так, как бы ты сама хотела это рассказать, чтобы всякий мог понять, что именно произошло на Шестой Акрукса.

Алиса покосилась на незнакомца, но решила покамест не высказывать язвительных замечаний. Вместо этого она вздохнула и покачала головой.

- Ладно, как вам будет угодно. Если решили написать книжку, не забудьте указать и мое имя на обложке.

- Хорошо, итак, - она потерла лоб, - ровно месяц назад, вы, старший инспектор, дали мне задание расследовать экстренную ситуацию на Шестой Акрукса. Прямо в этом самом кабинете, вы помните?.. Предшествующую ситуацию излагать?

- Да, если можно, - вдруг подал голос профессор. У него был на удивление располагающий тембр.

Алиса вновь покосилась в его сторону и кивнула.

- Так вот. Шестая Акрукса. Природные условия приемлемые для человеческого организма. В настоящее время необитаема. Цивилизация, существовавшая на планете, погибла несколько сот лет назад в индустриальной стадии. В начале прошлого года группа земных археологов основала довольно большой лагерь вблизи остатков крупного города и начала раскопки. Насколько я помню, ничего особо путного они не нашли…

- Довольно поспешный вывод, - сказал один из аналитиков.

- Ну, разумеется! Копать целый год в крупном городе и не суметь понять причин упадка огромной цивилизации. Это восхитительный результат!

- Алиса! Давай без лирических отступлений, - сказал Кром строго.

- Как скажете. Так вот, полтора месяца назад экспедиция перестала выходить на связь. А это, как-никак, около пятидесяти сотрудников. Акрукс далековато находится от космических трасс, поэтому решено было послать патрульный катер. Который не вернулся. На катере было десять человек патрульных, из них шестеро штурмовиков, то есть людей, достаточно подготовленных, чтобы справляться со всяческими опасностями. Они приземлились в лагере экспедиции, передали бодрый рапорт, а потом благополучно исчезли. Тогда меня и вызвал мой замечательный начальник с предписанием лететь на Шестую Акрукса и попытаться не исчезнуть, как остальные. При этом он поведал мне одно интересное обстоятельство, которое, как оказалось, «позабыли» сообщить перед отлетом группе патрульных. Оказывается - вы представляете, какая штука - перед потерей связи с экспедицией, оттуда был передано сообщение. Вернее, истерическая просьба о спасении! Однако какие-то странные представления о «секретности» не позволили начальству показать сообщение группе.

- Алиса, не передергивай! – прервал ее Кром. – На самом деле мы не хотели напрасно нервировать людей. Никакой ценной информации в этом сообщении не содержалось, ты же сама это знаешь. К тому же командиру мы прокрутили запись.

- О, какая трогательная забота о нервах своих сотрудников! Жаль только, это не помогло ни одному из них. Хотя, конечно, вы правы, информации в истошных криках маловато.

- Криках? – переспросил профессор.

- Именно так. На экране была женщина, которую удалось идентифицировать, как помощника руководителя экспедиции. У нее была истерика. Она просто кричала от ужаса и умоляла забрать ее оттуда. И никакой полезной информации, кроме того, что весь комбинезон ее был забрызган кровью, а в руке она держала окровавленную металлическую трубу, изучив которую на стоп-кадре, наши аналитики различили еще и прилипшие к ней человеческие волосы. Перед тем как связь прервалась, на заднем плане удалось различить какое-то движение. Больше ничего путного извлечь не удалось. Так что я летела на Шестую Акрукса без особых надежд на приятное времяпрепровождение.
Когда я села на площадку…

- Площадку? – уточнил профессор.

- Разумеется, никакого космодрома там не было. Обычный посадочный квадрат. Так вот, когда я села, то сразу отправилась в катер разведгруппы, который стоял тут же неподалеку. Я надеялась, что там могли сохраниться какие-то записи. Однако ничего там не было, кроме факта, что люди покидали катер в какой-то сумасшедшей спешке, судя по тому, что никто не удосужился даже запечатать входной люк электронным замком.

- По инструкции, - пояснил Кром, - пилоту на задании строжайше запрещено покидать корабль. В случае же острейшей необходимости, он обязан хотя бы закрыть люк, даже если выходит на несколько минут.

- Так вот, ничего я там не нашла, кроме стандартных процедур в корабельном компьютере. Тогда я вышла наружу и попыталась оценить обстановку. Площадку расположили недалеко от раскопок, но, естественно, подальше от поселения. Кому охота по ночам «наслаждаться» лязгом загрузочной техники. В километре к западу возвышались постройки покинутого города, оплетенные серой растительностью. Именно там копала экспедиция. Со всех прочих сторон света меня окружала степь весьма унылого вида. Обстановка мне сразу не понравилась.

- Отчего же? – быстро спросил профессор.

Алиса не нашлась, что ответить.
- Понятия не имею… Возможно, ощущение того, что я торчу одна, как дура, посреди этой брошенного пейзажа. Там вокруг площадки еще такие неаккуратные штабеля металлических ящиков были свалены. Знаете, как будто здесь уже много лет никого не было. Очень неуютно. В общем, мои эмоции к делу не относятся. Впрочем, вспомнила, был еще шум.

- Шум?

- Да, такой постоянный стрекот, прорывающийся сквозь гул ветра. Тогда я не могла определить, что это такое. Он доносился со стороны раскопок.

- И что же это было?

- Давайте по порядку, профессор. Вы ведь и вправду профессор, не так ли?

Не дождавшись ответа, она продолжила.
- Между площадкой и раскопками экспедиция установила длинное одноэтажное здание. Видимо, это был перевалочный склад. Я решила начать оттуда, справедливо предположив, что штурмовики обязаны были наведаться туда в первую очередь. Как оказалось, я была права. И не могу сказать, что я была рада этой своей правоте.

- Что вы там нашли?

- Большие ворота были приоткрыты. Еще издалека около темневшей щели входа я заметила на бежевой краске какие-то бурые следы. Чем ближе я подходила, тем отчетливей видела тонкие полосы засохшей крови, опускавшиеся до самой земли. Как будто кто-то сполз вниз, хватаясь за створку ворот. Я подошла к темному проему и остановилась. Около входа на покрытии площадки отпечатались кровавые следы подошв. Словно здесь долго кто-то топтался. Изнутри чувствовался трупный запах. Знаете, не тяжелый смрад, а такой легкий запашок, который появляется на пятые-шестые сутки. Я посветила внутрь фонариком. И обнаружила тело практически у самого входа. Кто-то лежал на животе, ногами к воротам. На форменной куртке были многочисленные следы крови. Так как звуков изнутри не доносилось вообще, я решилась приоткрыть дверь и осторожно вошла. Автоматика зажгла свет. Изнутри склад казался больше, чем снаружи. Длинное помещение с рядами сложенных под потолок ящиков. Я решила сперва заняться телом.

- Вы определили, кто это был? – спросил профессор, впервые подавшись вперед и выставив свету длинный нос и кустистые брови. Глаза по-прежнему скрывались в тенях, заливавших глубокие глазницы.

- Это было затруднительно поначалу, - состроила Алиса язвительную усмешку, - пока я не нашла голову.

- Голову?!

- Именно так. У трупа не было головы. А так как он лежал на животе, его личная карточка моему взгляду была также недоступна.

- Да… - сказал профессор и снова откинулся в кресле, переваривая услышанное.

- Но, чтобы удовлетворить ваше любопытство, скажу, забегая вперед, что это был пилот с патрульного катера. Тот самый, который не закрыл за собой дверь.

- Фил Боровски, - задумчиво проговорил Кром, который знал, кажется, поименно весь состав Патруля.

- Он самый. Голова лежала метрах в двух от тела, в тени соседнего ящика. Ее отделили одним ударом. Очень резким и сильным. На это не каждый способен, между прочим! Били, очевидно, чем-то достаточно острым, судя по… по срезу. Всё выглядело так, словно пилот добежал до выхода из склада, начал распахивать дверь, здесь его настигли и снесли голову.

- Однако не всё было так просто, - вставил один из аналитиков.

- Да, всё было очень непросто. Дело в том, что после резкого отделения головы кровь из шейных артерий должна фонтанировать. Там вокруг должны были быть сплошные брызги везде, где только можно. Но никаких брызг не было. То есть пилоту отрубили голову уже после того, как он умер.

- Но как же тогда…

- Вот и я тоже подумала... Оставалась еще возможность, что следы на двери оставил убийца.

- Погодите, но отчего умер пилот?

- Признаться, у меня тогда не было времени задаваться подобными вопросами. Я даже не стала переворачивать тело.

- Потом мы обнаружили… - вмешался аналитик.

- Погодите, - прервал его Кром, - пускай Алиса расскажет по порядку.

- Да. Так вот, естественно, я принялась искать следы убийцы. И нашла их тут же неподалеку. Он был, очевидно, ранен. Сидел какое-то время между ящиков, где оставил за собой лужицу крови. Возможно, занимался перевязкой. Потом направился вглубь склада, судя по нескольким отпечаткам окровавленных подошв. Подошв штурмовых ботинок, прошу заметить. Здесь уже мне ничего не оставалось, как достать оружие, хотя я и не люблю этого делать без крайней необходимости. Однако мне не улыбалась перспектива столкнуться с обезумевшим штурмовиком, выскакивающим из-за рядов ящиков с окровавленным тесаком в руке. Я передвигалась по складу, стараясь сохранять максимальную бдительность и осматривать все возможные закоулки, что было весьма затруднительно. Склад, как я уже говорила, был довольно большой. Но оказалось, что ранение убийцы было более серьезно, потому что вскоре я обнаружила на полу следы капель крови. И они привели меня ко второму телу.

- Значит он тоже погиб?

- И не просто погиб. Покончил с собой. Сержант Хорхе Домингес выстрелил себе в висок из персонального оружия. Я осмотрела его бластер. Батарея была пустой. Знаете сколько из него надо стрелять, чтобы полностью разрядить батарею?! Не меньше часа! Сержант выстрелил в себя, когда его оружие находилось, как у нас говорят, «на последнем делении». Но это еще не всё. Перед этим он, очевидно, самостоятельно отрубил себе левую ладонь.

- Почему вы думаете, что он сам это сделал? – удивился профессор.

- Около тела валялся здоровенный клинок, весь в крови. Я не стала его брать в руки, решила, пускай специалисты занимаются, но он был явно откуда-то из раскопа, судя по виду. Очевидно, что сержант рубанул себе руку еще около ворот, потом залил рану гемостатическим гелем и отчего-то побрел вглубь склада, вместо того, чтобы направиться к катеру и вызвать помощь. Но гель всё-таки рассчитан на проколы и порезы, а не на отрубленные конечности, так что кровь просачивалась и капала на пол. Поэтому я и нашла его довольно быстро. А так бы могла блуждать по этому складу до скончания века.

- Кстати, о помощи, Алиса, - промолвил Кром, - тебе бы следовало уже в тот момент вызывать опергруппу.

- Вы же в курсе, старший инспектор, что я предпочитаю делать работу до конца. Какой иначе толк от свободного агента? К тому же, вы прекрасно знаете, чем в данном случае кончился бы подобный вызов, учитывая, что произошло потом.

Кром только удрученно покачал головой.
- Всё равно я считаю, что риск был неоправдан.

- Ну уж да! Лучше пускай бы рисковали многие сотрудники? А так я одна всё выяснила, и вы оказались готовы к тому, что произойдет.

- Да, а если ты пропала бы так же, как первая группа, это бы нам сильно помогло?

- Ну, я же не пропала!

- Если будешь продолжать так рисковать, рано или поздно это случится.

- Рано или поздно это с каждым из нас может случиться. Мы сами выбирали эту работу и знали, на что шли.

- Хорошо, оставим эти бесплодные дискуссии на потом. Продолжай.

- Дальнейший осмотр склада ничего не дал. Людей более я не обнаружила, общая автоматика функционировала, такелажные роботы отключены. Делать там больше было нечего. Я направилась в научный городок, по пути решив заглянуть в район раскопок, благо было практически по пути.
Хотя раскопки – это, пожалуй, не совсем правильное слово. Там особо копать-то нечего. Я уже упоминала, что город расположен в степи, ветер больше выдувает, чем наносит. Группа просто расчистила участок города от местной серовато-зеленой травы и разобрала завалы полуобвалившихся построек. Во всем остальном серые силуэты торчали своими обветренными краями, как будто с момента их постройки прошло не триста лет, а от силы тридцать. Вьющаяся растительность добралась не выше второго этажа, узкие горизонтальные проемы окон выглядели как глаза прищуренных великанов. Вот, только сейчас пришло в голову! Все эти здания… Они были похожи на черепа. Такие, отполированные степным ветром останки давно умерших, нет, не героев, просто никому не известных людей. Я их долго разглядывала, пытаясь выхватить хоть какое-то движение, но ничего кроме колыхания травы посреди пустых улиц я не увидела. Город был мертв, нем и уныл. Я решила, что без необходимости не буду уделять ему время. Пора было позаботиться о живых людях. По крайней мере, я надеялась, что смогу кому-то помочь.
Археологи отгородили большой участок под изыскания. Что меня сразу удивило, так это горящие днем яркие лампы, которые используют для работ только ночью. Они были повсюду и обстановка выглядела несколько… сюрреалистической, особенно когда яркий свет бликовал в блестящих конечностях археологических роботов. Роботы повсеместно были отключены и безжизненно взирали на плоды собственных трудов в виде многочисленных находок, разложенных прямо на земле или упакованных в высокие ящики. В этот момент я вспомнила лезвие сержанта, которым он так ловко поработал на складе, и перед моими глазами явственно предстала картина, как он, пробегая мимо, хватает подходящее ему оружие и мчится в сторону площадки. Пока что я ничего не понимала.
Тут только я начал осознавать, что постоянный стрекот, к которому я уже привыкла и перестала обращать на него внимание, стал заметно ближе. Он был буквально за углом большого здания, еще на территории раскопок и раскладывался теперь, когда я прислушалась, на многочисленные звуковые трески и отрывистые щелчки. Естественно, я поспешила завернуть за угол.
За углом меня ожидала вторая большая неожиданность после мертвецов на складе. Я бы даже сказала, намного большая неожиданность, так как трупы в моей работе всё-таки тяжелая часть реальности, но тут я столкнулась с каким-то натуральным безумием.
Звуки издавали всё те же роботы. Только превращенные в покореженные останки. Вы, наверное, знаете, насколько точные и удивительные механизмы работают на раскопках. Это просто чудо инженерной мысли. Они способны быть бережными, как мать с младенцем и умными, как доктор наук. Сейчас же я видела, как эти роботы валялись беспорядочной грудой посреди улицы и совершали хаотические движения своими конечностями, сталкиваясь друг с другом, катаясь по земле и переворачиваясь на месте. Их помятые бока и отломанные инструменты отбрасывали зайчики света разной величины на стену ближайшего дома.
Я медленно приблизилась, внимательно оглядываясь по сторонам. Попыталась осмотреть нанесенные роботам повреждения. Я пришла к выводу, что в этом не было никакой системы. Более того, я заметила в нескольких местах следы крови и нашла отрубленный палец, попавший в секатор одного из роботов. Складывалось такое ощущение, что автоматы ломали буквально голыми руками. Нельзя сказать, что меня обрадовал такой вывод.
Вокруг валялись многочисленные кости аборигенов, зачем-то собранные в этой части раскопок. На всей планете полно таких костей везде, где находили поселения. От чего скончались все эти люди, никто так и не смог понять. Глобальной войны не было, эпидемий тоже не обнаружено, однако они все отчего-то умерли приблизительно в один и тот же промежуток времени – около трехсот лет назад.

- Теперь мы знаем… - начал аналитик.

- Да уж, ТЕПЕРЬ-ТО вы знаете! – прервала его Алиса, - только скольких жизней это стоило! Если бы мне не повезло так же, как патрульной группе, вы бы до сих пор сидели и ковырялись в носу!

- Алиса! – прикрикнул на нее Кром, - давай не будем отклоняться от темы.

- А я и не отклоняюсь. Я просто пытаюсь объяснить обстановку. В общем, я еще немного покрутилась там, среди этого механического хаоса, поняла, что никаких следов людей найти не могу, и отправилась в поселок археологов.

- Скажите, – спросил профессор, - а почему вы не включили камеру, уже там, на раскопках?

- Кто вам сказал, что я не включила? Я включила ее еще раньше, на складе, только по ходу задания случилось одна маленькая неприятность, и камера перестала функционировать. Более того, скажу вам, что я поинтересовалась, будучи на раскопе, камерами роботов. Как на зло те из них, которые были ими оборудованы, оказались повреждены настолько, что извлечь из них что-то путное могли только у нас в лаборатории. Уж не знаю, дошли до этого руки наших аналитиков или нет, - она неодобрительно покосилась на сидящих поодаль сотрудников.

- Так я продолжу. Я сказала, что не нашла никаких следов, но это не совсем правильно. Я нашла кое-какие следы, но в тот момент я просто не приняла их всерьез. Почва вокруг была настолько утоптана, настолько заровнена техникой, что трудно было надеяться на такие ненадежные признаки. Научный городок располагался метрах в двухстах от раскопок, в небольшой низине, круглой и пологой, как блюдце. Собственно, длинный Т-образный научный корпус и жилые домики прямо за ним. На дороге я нашла многочисленные следы обуви, но вряд ли в этом факте было что-то удивительное. Удивительно было, что некоторые следы были похожи на те, которые оставляет дряхлый старик. Или пьяница. Шаркающие такие, неуверенные. И все они направлялись в сторону поселка археологов.
Двери научного корпуса были белыми, пластиковыми, верхняя половина с большим окном, так что я сперва заглянула внутрь, прежде, чем войти. Освещение внутри не горело, так что я почти ничего не увидела. На окнах с обратной стороны виднелись какие-то темные подтеки.
Когда я открыла дверь, то первое, что почувствовала – это ужасающий смрад, который буквально хлынул на меня изнутри. Пахло просто невыносимо!

- Чем? – спросил профессор. Один из аналитиков крякнул и покачал головой.

- Мертвечиной, - с подобной улыбке гримасой ответила Алиса, - мертвечиной.

- Ты хочешь меня убедить в том, - заметил Кром, - что даже в этот момент тебе не нужно было вызывать помощь?

- Помощь в чем?.. с чем?.. Черт!.. Зачем?! Вокруг не было ни одного признака опасности.

- Ну-ну, конечно. Инструкции писаны…

- Инструкции сильно помогли группе Домингеса? Если мы теряем десятерых в ситуации, когда можно было бы не потерять ни одного – это не признак ли того, что пора что-то менять в инструкциях? Это ли не признак, что у нас ни к черту координация, что отдел Наблюдения в который уже раз не может разобраться с источником опасности, а аналитики – с ее степенью?

- Алиса, я понимаю, что ты всё время «на передовой», и тебе кажется, будто все, сидящие в кабинетах…

- Кажется?! К черту это ваше «кажется»! Этот случай – уже третий в этом году. Что еще нужно, чтобы понять очевидное? Или руководство рассуждает по принципу «ничего, погибли – еще наберем, в Академию конкурс большой»?! Так что ли?

- Ты прекрасно знаешь, что всегда можешь написать рапорт со своими предложениями по поводу организации работы. Обещаю, что сделаю всё, чтобы он дошел до самого верха. А сейчас, я думаю, что тебе следует успокоиться и продолжить рассказ.

- Успокоишься тут, как же! У меня до сих пор перед глазами этот чертов коридор.

- Коридор?

- Вы всегда строите фразы из одного слова? – съязвила Алиса в сторону профессора.

- Нет, - ответил тот не изменившимся тоном.

Алиса воздела глаза к небу.
- Коридор был самый обычный. На первый взгляд. Учитывая, что он освещался только из окон выходящих в коридор комнат, далеко не все из которых были открыты, разглядеть что-то сперва было довольно сложно. Там еще был такой небольшой тамбур при входе, вот в нем было еще ничего…
В том смысле, что он был не так заляпан, как… как… остальной коридор. Уже в этом самом тамбуре я поняла, что мне предстоит увидеть впереди много чего незабываемого. Кровь была везде. Та, что на полу растеклась и засохла довольно давно, судя по виду. На стене слева была яркая, свежая клякса, как будто кто-то плеснул краской из ведра. Она, конечно, уже давно застыла, но в первый момент мне показалось, что капли еще текут по гладкой поверхности стены. Я едва удержалась от соблазна потрогать ее пальцем. Всё вокруг было заляпано кровавыми отпечатками ладоней, какими-то смазанными полосами, следами не то борьбы, не то просто какого-то… копания на полу в кровавой луже. Пакость!
Войдя в коридор, я включила фонарь, и вся картина предстала передо мной словно в грёбаном ночном кошмаре! Это было похоже… похоже…я не могу… не могу сравнить это ни с чем. Вы сами можете посмотреть материалы, если у вас есть допуск. Все стены от пола и на высоту человеческого роста были заляпаны побуревшими, старыми кровавыми следами. Брызги были даже на потолке. Двери многих комнат выломаны, выкорчеваны даже, некоторые переломлены пополам. Пол весь засыпан обломками мебели, пластикатами, мелкими деталями научного оборудования, всё это перемазано засохшей кровью вперемешку с кусками, ошметками человеческих тел.
Несколько секунд я наблюдала весь этот ад в полнейшем шоке, водя лучом фонаря в разные стороны и находя всё новые свидетельства той ужасной мясорубки. Я даже приблизительно не могла предположить, что именно там произошло. Точнее… я могла… могла предположить. В Галактике есть много разных… вещей. Но все они не имели никакого отношения к данной планете. Попросту говоря, то, что я увидела, не могло произойти именно там.

- Вы говорите, вы были шокированы?

- Черт побери, разумеется! А вы, ВЫ не были бы шокированы в данной ситуации? Я человек, в общем-то, выносливый, но то на что это было похоже… Мне как будто изнутри кто-то шептал: «Тут что-то очень неправильное». Во всей этой ситуации. Жуть, чистая жуть – вот как можно было бы это определить. Оживший сон. Но это, разумеется, были только цветочки.
Я двинулась по коридору очень медленно, с бластером в руке, у меня глаза только глянули в этот коридор, как бластер уже выскочил наружу. Учитывая, что дверей слева и справа было предостаточно, я потратила на это чертову уйму времени, заглядывая в комнаты, всякий раз ожидая… сама не знаю чего… от этой неизвестности было только хуже.

- А как же приборы?

- Да, конечно. Приборы.
Датчики движения не показывали ничего. Но, во-первых, если кто-то хочет обмануть датчик движения, для этого ведь не надо так уж много усилий. Просто сиди и жди. Во-вторых, здание достаточно длинное, на больших расстояниях начинаются искажения. Биоискатель молчал. Уж это-то я проверила сразу, будьте уверены! Всякие тепловизоры и прочая мура типа статических анализаторов – это для охотников, а не для нашей работы. Даже мой компьютер не может однозначно дать результат по их данным, особенно если влажность высокая. Проще полагаться на собственные глаза. Дистанционный газоанализатор по спектру? Вы когда-нибудь видели, чтобы его использовали для поиска противника отдельно от биоискателя? Всё это настоящий хлам, когда доходит до реальной полевой работы, а не учебных полигонов. Возможно, где-нибудь на Эвридике всё это и сгодится, но только не в городских условиях.

Кром что-то отметил у себя в автоблокноте. Алиса покосилась на него с недоверчивым интересом.

- И что же дальше? – спросил он, поднимая глаза и заметив ее взгляд.

- Дальше было всё то же самое. Разгромленные подчистую комнаты. Только что крови внутри было поменьше. В некоторых помещениях у дверей я обнаружила нечто похожее на баррикады. Как будто люди внутри пытались не пустить что-то… или кого-то внутрь. Толку от этого, видимо, было чуть. Сплошные следы борьбы, разгромленное оборудование, отпечатки кровавых ладоней, человеческие кости с кусками полуразложившейся плоти – всё это отчетливо свидетельствовало, что не выжил никто. Вместе с тем я чувствовала… что-то неправильное во всём этом хаосе. Какая-то деталь, которая постоянно не давала мне покоя, В общем-то, я должна была догадаться сразу, но, видимо, сказался изначальный шок.

- Что же это было?

- При таком количестве крови везде, где только можно… Следы! Почему я нигде не нашла следы нападавших? Кругом были только следы жертв. Ученых, работников городка. Разорванные клочки одежды, наручные приборы, отпечатки обуви, рук, но нигде ни намека на чужие следы.

- Быть может, часть следов принадлежала людям, которые это совершили?

- Людям?! Сразу видно, что вас там не было, профессор. Я встречала, конечно, людей, что были хуже животных в своем зверстве, но то, на что это походило… Такое предположение даже не пришло мне в голову в виду своей абсурдности.
Конечно, я понимала, что я могла что-то упустить, там вокруг было слишком много всяких деталей, и не мне было их анализировать, я просто снимала всё вокруг. Моя задача была не расследование, а обнаружение и, по возможности, устранение опасности. А я даже не могла представить, что это за опасность. Короче говоря, я чувствовала себя крайне неуютно.
Вторая странность, которая пришла мне в голову – где, во имя Иштар, тела погибших? Вокруг были лишь малые фрагменты, кое-где кости, но и всё. Так что, когда я добралась до того места, где коридор примыкал к другому, перпендикулярно к нему расположенному, я была полна отвращения, ужаса, недоумения и растерянности. Не лучший коктейль, чтобы встречать смертельную опасность лицом к лицу.
Зато там я нашла первый, с момента посещения склада, след группы Домингеса. По всей стене, в которую упирался коридор, шла прерывистая линия черных обугленных отметин, заканчивающаяся где-то за поворотом. Если у научной группы и было оружие, то уж никак не автоматическое. Стрелял кто-то из штурмовиков, и, очевидно, не жалел заряда. Я уже намеревалась повернуть и посмотреть, в кого, в результате, угодила эта очередь, как услышала шаги с противоположной стороны, из-за другого поворота.
Как вы сами понимаете, тишина в здании стояла полнейшая. Так как автоматика не работала, то не шумела ни вентиляция, ни холодильные установки, ни кухонные агрегаты. Только откуда-то доносился монотонный звук капающей воды. Весь остальной шум производила я сама. Поэтому шаги, которые раздались абсолютно неожиданно среди тишины этого жуткого здания, моментально приклеили меня к полу. Не смотрите на меня так, шеф, всего на одну секунду, не более. Мысли лихорадочно понеслись в сторону перебирания самых возможных вариантов развития событий. Прямо скажем, проявлять любопытство и заглядывать за угол в этой ситуации у меня не было ни малейшего желания. На всякий случай я дернула служебную связь – чем черт не шутит – но шипение как раздавалось на нашей волне с самой посадочной площадки, так и раздавалось.

- И что же вы сделали?

- Ну, я приняла решение нырнуть в ближайшее помещение и занять наблюдательную позицию таким образом, чтобы видеть поворот коридора, а меня при этом видно бы не было. А что вы еще ожидали? И, как назло, я поняла, что у меня барахлит компьютер. Потому что биоискатель показывал, что за поворотом ни хрена никого нет!

- Компьютер был порядке, - сказал один из аналитиков.

Алиса не удостоила его взглядом.
- Мне в тот момент было не до компьютера. Я просто сидела и ждала, а в голове вертелись самые разные предположения. Одно паршивей другого. Как назло, этот кто-то передвигался так медленно, что я вся успела вспотеть, прежде чем дождалась, пока он появится из-за поворота.
Сначала в щель между перевернутой мебелью я увидела только цвета служебной куртки, а потом уже разглядела и человека целиком. Это точно был кто-то из нашей группы. Не штурмовик, но кто-то из патрульных. На груди даже болталась личная карточка. Облегчение, которое я в этот момент почувствовала, вряд ли можно передать словами. Облегчение и радость, что, по крайней мере, кто-то выжил. Я вышла из-за своего укрытия и окликнула его. Он повернулся ко мне, вяло перебирая ногами. В полутьме я не могла разглядеть, но с ним было что-то не так. Я направила луч фонаря прямо на него и окликнула снова. Он выглядел… ужасно! Фактически, я не могла представить, как человек с такими повреждениями еще держится на ногах. В эти секунды я проклинала себя, свою трусость, что сидела за дверью, вместо того, чтобы кинуться на помощь умирающему человеку. Он пошел прямо ко мне. Я крикнула ему, чтобы он оставался на месте, что всё будет в порядке, я сейчас окажу ему помощь, но, похоже, он не понимал меня или находился в шоковом состоянии. Он просто медленно шел в мою сторону, едва волоча ноги. Конечно, я спрятала бластер и бросилась к нему. Чем ближе я подходила, тем явственней видела огромную рваную рану прямо посреди живота, вся рубашка пропиталась кровью. Из раны виднелись поврежденные внутренности. Правая рука была вся перекручена, вывернута под неестественным углом, разорвана вдоль так, что наружу торчали кости. Абсолютно бледное лицо покрыто кровавыми потеками, рот приоткрыт, глаза не выражали абсолютно ничего. Чем ближе я подходила, тем меньше мне хотелось это делать. Я абсолютно инстинктивно замедлила шаг. Как будто тело говорило мне, что я совершаю ошибку. Тогда я выругала себя еще раз. Это было совершенно ни на что не похоже! Я прошла серьезную подготовку, видела и жертв серьезных аварий и оказывала помощь, и уж, конечно, видом травм меня не напугать! Поэтому я просто внутренне собралась и подошла к человеку вплотную. На личной карточке было написано Томаш Варга. «Эй, - сказала я, - Томаш, вы меня слышите?»
И потом…

Алиса протерла лицо ладонями, как будто пытаясь смыть что-то с себя. Некоторое время она молчала, и никто в кабинете не нарушал наступившую тишину. Она сглотнула воздух и продолжила.

- Потом… он… бросился на меня. Мне, конечно, сразу надо было догадаться, что тут что-то неправильно… всё, всё неправильно! Но, черт побери, к такому невозможно быть готовым! Что меня спасло в последний момент? Я не знаю. Возможно, я вспомнила эти слабые следы, тянущиеся от раскопок. Заплетающиеся, как у пьяного. Тогда меня словно стукнула по голове догадка, и я успела увернуться. Сперва он медленно наклонился ко мне, так, что мне показалось, что он наконец понял, что пришла помощь, и всего лишь хочет опереться на меня. А потом он просто разинул рот и попытался укусить меня. Я успела подставить руку ему под горло. И он клацал… клацал зубами прямо перед моим носом… и вращал глазами, и издавал звуки… абсолютно отвратительные… как будто ворчание вперемешку с хрипами и утробным гулом… Боже, какого черта вы заставляете меня опять вспоминать всё это?!..
…Я пыталась удержать его. Я отталкивала его голову изо всех сил, но он… такое ощущение, что я боролась с деревом… или даже нет, с чем-то абсолютно неодушевленным, мертвым… а он, собственно, и был… боже!..

- Выпей, - произнес Кром в наступившей тишине, подавая Алисе стакан.

Она сперва хотела отказаться, но потом всё-таки взяла и осушила одним махом.

- Эмиридон? – спросила она, скривившись.

- Сурофлат, - ответил Кром.

- Того не легче! Так я стану наркоманкой, с вашей подачи.

- Не преувеличивай. Мой младший пьет это каждый день. Помогает в учебе и совершенно безвредно.

- Хмхм…

- Продолжай.

- Я поняла, что не могу с ним справиться. Он был просто дьявольски сильным, я едва удерживала его голову, а он еще схватил меня руками, не смотря на то, что одна из них была жутко изувечена, и тянул к себе. Он весь был холодный, абсолютно безжизненный, как труп, но он двигался, во имя Иштар, он двигался! Этого не могло быть, но это, хренова водокачка, происходило! Я уперлась коленом ему в грудь, думая, что смогу отбросить от себя, но это было всё равно, что пытаться отбросить бетонную плиту. И я не могла даже опустить руку, чтобы вытащить бластер, просто не успела бы, стоило только чуть ослабить сопротивление, как он достал бы меня На самом деле, я удивляюсь, что вообще сопротивлялась, потому что ужас, который пронзил мое тело от ощущения… неправильности происходящего, он был таким, что сердце буквально выскакивало из груди и желудок скрутил жуткий спазм, так что меня едва не вырвало. Я не знала, сколько я еще выдержу, и в отчаянии пыталась что-то предпринять, прежде чем у меня кончатся силы. Когда я уже думала, что мне конец, и в последней попытке дернулась влево-вправо, пытаясь вырваться, я заметила, как на его левой руке, намертво державшей меня за одежду, что-то блеснуло.
Правой рукой я продолжала упираться ему в горло, а левой, уткнувшись локтем в грудь, умудрилась вытащить из рукава на его левой руке нож, буквально подцепила кончиком пальца. Мне повезло, что он был патрульным и был полностью экипирован. И потом я воткнула этот нож прямо ему в ухо. Честно говоря, я здорово боялась, что это не поможет. В конце концов, он выглядел так, что… Но это помогло. Его хватка ослабла моментально. Через секунду он просто рухнул на пол со страшным грохотом.
Какое-то время я просто стояла, пытаясь отдышаться, и силилась понять, какого божественного хрена здесь происходит? Если бы это был вирус, то археологи обнаружили его еще с орбиты, когда высаживали первые автоматы на поверхность. Даже если бы они что-то выкопали… патрульная группа оснащена всем необходимым, чтобы не попасть в такую ловушку. И наконец, мои собственные анализаторы уже давно бы забили тревогу. Тогда что же, черт возьми, я сейчас наблюдала?
Мои размышления прервал шум сзади, со стороны главного входа. К моему ужасу я обнаружила несколько ковыляющих фигур, которые топали по коридору по направлению ко мне, привлеченные, видимо, звуком борьбы и падения тела. Я подумала, что в данной ситуации лучше всего отступить, тем более, что движущиеся покойники (или кем там еще они были) не проявляли особой прыткости. И мне снова стало страшно. Просто потому, что я видела это. Мне не хотелось к ним приближаться ни в коем случае.

- Ты считаешь, что и ЭТОТ момент был неподходящим, чтобы вызвать специальный отряд? – едко осведомился Кром.

- Да, - серьезно сказала Алиса, - я считаю, что как раз этот момент был самым неподходящим из всех возможных. Потому что я не в состоянии была тогда доложить о происшедшем так, чтобы меня приняли всерьез. Отряд бы послали, но, боюсь, совсем не тот, который был нужен.
Поэтому я развернулась и бросилась по коридору в ту сторону, куда уходил выжженный след от длинной очереди на стене. Я добежала до конца коридора и выскочила наружу. И оказалась прямо перед жилыми домиками экспедиции, они окружали меня со всех сторон, такие очаровательные грибки. Наконец-то я могла дышать нормальным воздухом, не чувствуя тот густой трупный смрад. Я стояла, на этой плеши, словно на площади, сзади был научный корпус, вокруг эти домики, и я вдруг поняла, что ничего хорошего мне ждать не приходится. Я сделала несколько шагов в одну сторону, в другую, и как-то потеряно произнесла: «Есть тут кто живой?» Никого не было видно. Я пошла вперед, пытаясь заглянуть в окна ближайшего домика, когда увидела несколько фигур поодаль, покачивающихся на одном месте. И вот тут они полезли на меня.
Они шли со всех сторон, от домиков, где еще совсем недавно жили, и выглядели они намного, НАМНОГО хуже, чем тот, которого я встретила в научном корпусе. Тот был еще… «свежий», от него даже почти не пахло, а эти… Раздувшиеся синюшные, бурые лица, вытекшие глаза, гниющая плоть на руках и ногах, которая вытягивалась и едва не отваливалась кусками. Тела у многих были объедены, изуродованы, некоторые вообще до такой степени, что походили просто на один большой кусок гниющего мяса. Я запомнила одну девушку в исследовательском комбинезоне… по крайней мере, мне показалось, что это была девушка, длинные белые волосы, все перепачканные в грязи и крови болтались, закрывая ее лицо. Одна рука была объедена полностью, торчала только обглоданная кость, и всё равно она двигалась, двигалась, как будто по старой привычке, как будто бы смерть не для всех обязательно покой и неподвижность.
Я… я стала отступать назад, к стене здания. Потная рука сжимала бластер, но я слишком хорошо видела следы на телах мертвецов. В них стреляли и стреляли много раз. Я вспомнила разряженную батарею в бластере Домингеса и вся картина встала передо мной как живая. Я представила, как группа рыщет по раскопкам, заходит в здание, первые шок от увиденного, первая встреча с этими… существами, попытки оказать помощь и потом… крики по связи, беспорядочные команды, стрельба, бег по коридорам. Наконец, кто-то из них оказался прямо вот здесь…
Я понимала, что сейчас повторю их судьбу. Было что-то настолько неописуемое ужасное во всей этой ситуации, что невозможно было сосредоточиться, мысли путались, пересохло во рту, колени дрожали, я просто отступала и отступала назад, глядя на их неумолимое передвижение, пока не уперлась в стену. Возможно, виновато воображение, картина того, как они схватят тебя своими гниющими руками, вопьются зубами в твою плоть, будут есть тебя живьем, разрывая на части. Возможно, какая-то древняя память, я не знаю, что-то связанное со страхом к покойникам. Но я просто стояла растеряно, ничего не предпринимая. Пока первые из них не подошли уже совсем близко.
И тут тело начало двигаться само. Может быть, сработал другой инстинкт, но я не понимаю, как мои руки сами догадались сделать это без участия головы. Потому что я уже ничего не соображала. Совсем.
Я отключила напрочь всю «гирлянду» аппаратуры, мышечный усилитель, кондиционер костюма, медицинский блок, связь, блоки памяти. Камеру, видимо, я потеряла именно тогда, я уже не помню. Даже вытащила батарею из бластера и воткнула ее в пояс. И потом включила «хлеборезы».

Профессор вопросительно взглянул на Крома. Тот показал на собственные запястья.

- Плазменные кинжалы.

- Да, - кивнула Алиса, - они. Самое бесполезное из снаряжения агента. Ими действительно только хлеб и резать, больше они ни для чего не пригождаются обычно. Вроде как они предназначены для рукопашной схватки, но если уж агент довел дело до рукопашной, то… сливай воду. И разряжаются они почти сразу. Не успеешь пару противников уложить, как они уже – раз! погасли – и остаешься с одними голыми кулаками. Лучше уж обычное холодное оружие. Но в том конкретном случае пригодились. Повторяю, я понятия не имею, каким образом я это сделала. Меня в Академии никто не учил, что можно обходиться без помощи мозга. Тем не менее…
И потом я просто начала танцевать вокруг них. Включила самую большую скорость, на которую только была способна, крутилась как юла. Понимала, что времени у меня мало, несмотря на все резервы. То, что я уложила одного из них в коридоре ударом в голову, подсказало мне, что надо делать. Я сносила им бошки одну за другой, не останавливаясь ни на секунду. Просто бегала, уворачивалась и махала руками. Сколько их там было всего? Я не знаю. Должно быть, около тридцати пяти-сорока, учитывая, что некоторых съели подчистую. Возможно, я уложила всех, возможно, кто-то еще оставался в домиках. У меня не было желания их исследовать. Надо было что-то оставить и для оперативной группы. Я стояла, едва переводя дух, грудь ходила ходуном вверх-вниз, как кузнечный молот. И смотрела на валяющиеся вокруг меня мертвые тела. Те, что еще месяц назад должны были быть мертвыми, но, тем не менее, ходили и жрали… жрали людей! И я подумала в тот момент, что, возможно, не совсем правильно выбрала себе работу. Я люблю загадки, но, во имя Иштар, ВСЕМУ ЕСТЬ ПРЕДЕЛ!
И вот когда я думала таким образом, двери научного корпуса открылись и оттуда вывалились те, кто преследовал меня внутри здания. Патрульные из группы Домингеса. Мертвые патрульные. В этот момент «хлеборезы» зашипели в последний раз и погасли. И тогда я подняла голову к небу и заорала…

- Еще? – пододвинул Кром стакан.

Алиса покачала головой.
- Довольно. Я в порядке. Это тогда… тогда я была не в порядке. Не хочу повторять, что именно я заорала тогда. Вы будете думать обо мне слишком плохо. Приличные девушки не должны знать таких слов. Я была в каком-то злом отчаянии. И, черт побери, я не хотела уже никого убивать! Тем более, из наших бывших людей. Не смотря даже на то, во что они превратились. С меня было довольно. Поэтому я просто развернулась и побежала. Видимо, так же, как бежал сержант Домингес неделю назад. Но ему повезло меньше.
Собственно, это вся история. Я добежала до своего корабля и вызвала оперативную группу.

В комнате на некоторое время воцарилась тишина. Кром потирал ладони, опустив голову, профессор всё так же оставался в тени, аналитики настороженно переглядывались.

- Эй! – сказала Алиса, - может быть, кто-нибудь объяснит мне, какого черта там произошло? Что, наш аналитический отдел сподобился, наконец, обнаружить причину? Или вы мне можете сказать, что это было, профессор? Вы ведь профессор археологии? Или иммунологии? Бактериологии?

- Это профессор психологии, доктор Виктор Райс из Берлинского университета, - представил присутствующего Кром, - он давно сотрудничает с нашим отделом.

- Что-что? – переспросила Алиса тихо, - что здесь происходит? Вы что решили, что я всё это выдумала?

- Старший инспектор! – она вскочила. – Я…

- Успокойся и сядь. Иначе я и вправду подумаю, что с тобой не всё в порядке. Как это не странно прозвучит, я был бы только рад, если бы дело касалось лишь твоей психики. К сожалению, всё несколько серьезней.

Алиса села и молча уставилась на Крома.

- Наш аналитический отдел, - он покосился на аналитиков, - привез материалы с Шестой Акрукса сюда на Галактический центр, в наши лаборатории. Каким-то образом… произошла утечка. В одной из лабораторий случился инцидент… с некоторыми сотрудниками.

- ЧтооО?! – крикнула Алиса. – Вы выпустили эту заразу здесь, в Центре?!

- К счастью, не выпустили. Лаборатории были изолированы. Все пораженные сотрудники находятся внутри. Опасности распространения нет.

- У меня просто нет слов, НЕТ СЛОВ!

- Вот и помолчи. От тебя сейчас требуется иное.

- Вы хотите, чтобы я полезла туда?

- Нет, этого я ни в коем случае не хочу. Именно тебя я туда и не могу послать. Но мне нужно послать кого-то другого. Именно поэтому я и собрал вас здесь. Мне нужна рекомендация. Кого из сотрудников я могу отправить туда, ликвидировать эту проблему. Мне необходим кто-то с такой же отличной подготовкой, как у тебя, Алиса, и при этом обладающий достаточным хладнокровием, флегматичностью или цинизмом, чтобы быть способным уничтожить наших бывших сотрудников и не дрогнуть при этом, не запаниковать и не предаться излишней сентиментальности в неподходящий момент.

Алиса только открыла рот и не ничего не ответила.

- Аналитический отдел уже выдал мне свою рекомендацию. Теперь я хочу, чтобы вы профессор, и ты, Алиса, написали мне имя, которое, по вашему мнению, подходит для этого дела. Думаю, вы прекрасно понимаете, насколько серьезна ситуация. И… Алиса, нет смысла напоминать, что если ты напишешь свое имя, то процедуру придется повторить?

Кром протянул две салфетки к краю стола одним быстрым движением. Профессор первым нагнулся и взял салфетку, снова спрятавшись в полумрак кресла. Алиса какое-то время переводила взгляд со стола на своего начальника, решая, видимо, а не послать ли к черту всю эту компанию, но потом всё-таки взяла в руку белый квадратик.

Несколько секунд она сидела, уставившись в одну точку, бездумно, ощущая себя как будто в безвоздушном пространстве. Потом дрожащими пальцами написала имя и фамилию, свернула салфетку и двинула ее к Крому по плоскости стола. Профессор уже давно сделал то же самое.

Кром развернул сначала одну бумажку, потом другую. Его бровь приподнялась. «Редкое единодушие», - пробормотал он.

- А теперь прошу вас, - он встал и сделал движение руками по направлению к выходу, - сейчас мне нужно связаться с руководством, чтобы согласовать подробности операции.

Они вышли из кабинета. Алиса была подавлена до тошноты.

- Какое имя вы написали? – спросила она у профессора уныло.

- То же, что и вы, - ответил он непроницаемым тоном и быстрой походкой направился по коридору к лифту.

[ПереГиБ]

- Наш аналитический отдел, - он покосился на аналитиков, - привез материалы с Шестой Акрукса сюда на Галактический центр, в наши лаборатории. Каким-то образом… произошла утечка. В одной из лабораторий случился инцидент… с некоторыми сотрудниками.

Было бы куда драматичнее, если в самом конце рассказа читателю (но пока не Алисе) становилось бы ясно, что в этой лаборатории работали биологи Павел Гераскин, Джавад Рахимов, Аркадий Сапожков а также Мария и Наталья Белые

[Pinhead]

Было бы куда драматичнее, если в самом конце рассказа читателю (но пока не Алисе) становилось бы ясно, что в этой лаборатории работали биологи Павел Гераскин, Джавад Рахимов, Аркадий Сапожков а также Мария и Наталья Белые

Вот именно это и есть "автору изменило чувство меры". Это была бы пародия.

[Falcon]

Навеяло...

[Pinhead]

Ой, да уж что-что, а примеров на эту тему можно кучу привести. Я сам-то большой любитель зомби-хоррора, у меня целая коллекция дома. Потому так и уцепился за эту фразу Булычева.

[Falcon]

Я сам-то большой любитель зомби-хоррора

Тогда, рекомендую. Новьё (ещё в процессе премьерного сезона) + весьма адекватное (в отличие...).

[Pinhead]

Не, я онэмэ не воспринимаю!
Я больше всё по старым классикам. Фульчи, Ромеро, Умберто Ленци, Хауме Балагуэро.

[visor]

Такое впечатление, что Пинхед способен хоть 1000 часов хождения по коридору шутера описать так, что будешь читать, как интересный роман.

---------

Всегда хотел сказать автору игры, фильма, текста или рисунка. Наконец, возможность предоставилась.
Господа! Полуразложившийся актомиозин не будет сокращаться даже если его снабжать АТФ!
Но в мёртвом теле и АТФ не вырабатывается. Даже если бы запас АТФ сохранился бы, то без регенерации его хватило бы на 30 секунд работы. Это только две из кучи-кучи причин, по которым мертвец не может двигаться. Ожившие мертвецы - большая натяжка.

В данном случае эта натяжка из мистических сказок немного не стыкуется с очень реальной Алисой.
Она никак не может догадаться, что это мертвецы. Все читатели уже догадались, кричат ей: "Это мертвецы, вспомни фильмы, игры. Вот и эпиграф про то же". А она никак. Потому, что живёт в реальном мире, а не сказке. И вот в этом реалистичном мире сокращение сгнившего актомиозина без АТФ выглядит немного натянуто. Может быть, какие-нибудь глубинные мышцы остались? Может, как-то оговориться, что они там недогнили чуть-чуть и хотя бы немножко дышат?

[Pinhead]

Да я знаю, знаю. Кто ж не знает, что мертвецы не ходят? Как вообще могут кости двигаться без мышц?
Только в этом-то вся фишка мертвецов и есть! Почему именно мертвецы так пугают? Потому что они мертвые!
Этот рассказ - дань моей любви к теме зомби.

[Владивлав]

Пинхед, просто и гениально, как и всегда!

[Маякоркский]

Алиса и мертвецы


В высокое присутствие (Патруль, Галактический Центр)
влетает слегка взволнованная АС в перепачканном чем-то красном скафандре…


инспектор Кром:

Алиса, успокойся, выпей «фанты».
Пусть отдохнет от бластера плечо.
Вылазь-ка побыстрее из скафандра -
И начинай уже ваять отчет.
Нам приходилось – может, слишком часто,
Нести врагу безвременный капут.
А доводить успехи до начальства…
Я это называю - словом «труд»!
Не худо б факты - до приема пищи
Облечь в словес изящный политес!...

Алиса:

А… там… вокруг… вы знаете - кровища!!!
И мертвецы… что с косами и без!

инспектор Кром:

Ну что, ты, право! Не сгущала б краски.
Ну, мож, пол-литра где-то пролилось.
Должно быть, кто-то шастал без опаски
Да напоролся пяткою на гвоздь.
У этих археологов в раскопе
Какого, извиняюсь, хрена нет…
А коли вскочит прыщ на ихней попе
Звонят в контору: нужен, мол, агент!
Наразведут такого сыру-бору:
А разгребать – зовут, конечно, нас.

Алиса:

Он… на меня…. идет по коридору…
И эдак вот зубами: клац да клац!!

инспектор Кром:

Есть для зомбей осиновые колья.
В контейнере, чей номер – тридцать три!
Серебряные пули – две обоймы.
И что забыла – мне не говори.
На первом курсе эти цацки-пецки
Курсантов учат, чтоб пускали в ход.
А ты, небось, схватила «хлеборезки»…

(смотрит на датчик энергии в скафандре)


Ну не фига себе перерасход!!!
А знаешь ли, любезная подруга,
По-скольку платим мы за каждый ватт!?

Алиса (приходя в себя):

Ну, извиняюсь. Приходилось туго.
Прошу не относить на мой оклад…

инспектор Кром (ворчит):

Тебе то что! Знай, вейся вольной птицей.
Да вон лети, коль звали, на пожар…
Ну нет, писать такое не годится,
Ведь недоволен будет Милодар.
Очередная свадьба шефа близко!
Уместен ли мокрушный здесь кисель?
А то, что рассказала ты, Алиска,
Приборы не фиксируют совсем.
Шарахнуть, что ли, по планете бомбой
И в мировой чтоб оушен – концы?…

Алиса:

А как же неповинные микробы!?
А как же – что там ходят – мертвецы!?

инспектор Кром:

Да, если бомбой – это будет к месту…
А кто закроет поднятый вопрос?
А я туда, пардоньте, – не полезу.
До пенсии осталось - с гулькин нос!
Да и тебе – туда второго раза…
А может, добровольцы есть, изволь?
Ввиду того, что йок - энтузиазма
Помножим сей объект на цифру «ноль».
Вот так и зафиксируем мы фишку:
Лиловый шарик не взорвется впредь!

Алиса (вздыхая):

Что не жилось мне в Булычева книжках?!
И для чего приспичило взрослеть?!

[Falcon]

В данном случае эта натяжка из мистических сказок немного не стыкуется с очень реальной Алисой.

Это одна из главных проблем зомби-произведений. И не только.
Вышел новый фильм "вселенной Хищников", ну, те, с которыми ещё Шварц воевал. И вот на протяжении почти всего фильма вся съёмочная группа пытается доказать зрителям, что те и не подозревают, что это там таится в джунглях... Смешно.

Маякорский -

[Pinhead]

Пинхед, просто и гениально, как и всегда!

Спасибо.

Алиса и мертвецы

И была ж охота...
Вы меня своим цинизмом убиваете, любезнейший!

[максим]

Что не жилось мне в Булычева книжках?!
И для чего приспичило взрослеть?!

Вот это эпиграф! Я бы сказал даже сопоставим с классическим

"И жить торопится,
И чувствовать спешит"

[Маякоркский]

Вы меня своим цинизмом убиваете, любезнейший! (с)

А вы меня - вдохновляете! Так что пишите, пишите! Ждем с нетерпением!

[Pinhead]

А вы меня - вдохновляете! Так что пишите, пишите! Ждем с нетерпением!

Т.е., Вы признаетесь, что паразитируете на чужом творчестве! Грешно это, батенька!

[Маякоркский]

Я на нем цвету! )

[Sovyonok]

Фу, гадость. Зачем я только время на это тратила.

[Pinhead]

Фу, гадость.

Не любите Вы хороших сюжетов, однако!

[Falcon]

Не любите Вы хороших сюжетов, однако!

Пинхед, Вы в слове "заезженных" сделали 9 ошибок.