Люди ярко освещают холодные города, как будто ждут, что от этого каменные джунгли станут теплее. Только они забывают о том, что темноту в душе не прогонит ни раскалённый в вакууме вольфрам, ни упорядоченно выстроенный внутри стеклянных трубок неон. Настоящий свет не заменит ни одна лампа. Иногда я думаю, что лучше полная темнота, чем подмена света.
"Имплантированные в ночь"
Тяжёлый полумрак отделанных гранитом и мрамором подземелий. Жёлтый свет электрических ламп. Мягкое движение эскалатора. Люди спешат, толкают друг друга, пытаясь втиснуться в вагон, который всё равно не сможет вместить их всех. Поезд с шумом отъезжает от платформы и уносится в тёмный туннель...
Мне тяжело здесь. Меня слишком долго не было на Земле, и я отвыкла от её притяжения. Воздух давит на меня, и я чувствую невероятную усталость. Но мне надо идти. И я иду вместе со всеми. Иду по серой платформе.
Поезд подходит и останавливается. Пустой. Здесь конечная остановка. Открываются двери. Я вместе с толпой вталкиваюсь в вагон и сажусь с краю, поближе к выходу. Закрываю глаза.
Поезд шумит, колёса стучат о стыки рельсов. А я думаю о том, как давно я не была на Земле...
Поезд плавно останавливается. Я выхожу, снова иду по платформе. Поднимаюсь по лестнице, держась за перила. Каждая ступенька даётся мне с трудом. Это потому что притяжение на Земле сильнее, чем на Острове или Тен-Данаре, и уж, тем более, сильнее искусственной гравитации «Лазерной волны».
Наконец лестница позади. Я иду через полукруглый зал, толкаю массивные двери... Равномерный гул метро сменяется пронзительными звуками улицы. Но скоро, когда совсем стемнеет, большой город стихнет и станет смотреть на звёзды... и мечтать о них...
Я улыбаюсь большому городу. Мне так хочется закричать: «Добрый вечер, Москва! Смотри же на меня – я вернулась!!!» Но я этого не делаю. Мой путь лежит по знакомому маршруту - мимо небольшого магазинчика музыки и рок-атрибутики, через арку, в которой дождевая вода вечно собирается в большую лужу, вдоль по улице, на которой постоянно толкутся торговцы учебной литературой по завышенным ценам и дешёвой низкосортной беллетристикой, в сторону научно-технической библиотеки. Я шагаю по мокрой мостовой. Отшлифованные камни скользкие от воды.
Я не думаю о том, что каждая улица Москвы таит в себе опасность. Для меня Москва - город детства. А разве знакомый с малых лет город может быть страшным?
"История нового мира. Лёд и пламя"
Юрий Алексеевич прошёл сканер ДНК, открыл электронный замок, и дверь бесшумно отъехала в сторону. Неожиданно он застыл на пороге, его обычно спокойное лицо выражало крайнее удивление. Мы с Тимкой сначала не поняли в чём дело, а когда заглянули в дверной проём, увидели такую картину: в защищённом всеми возможными и невозможными способами от постороннего доступа кабинете главы корпорации, на рабочем столе, развалившись на важных документах, под включенной лампой грелся здоровенный чёрно-белый кот. Его янтарные глаза смотрели на Юрия Алексеевича устало и равнодушно.
- Не бойтесь меня, Юрий Алексеич, заходите, это же всё-таки ваш кабинет, - промурлыкало нахальное существо.
Юрий Алексеевич подошёл к столу и недоверчиво посмотрел на незваного гостя.
- Кто вы? Как вы проникли в мой кабинет?
- Для начала позвольте представиться. Вас я знаю. А меня зовут Аркадий. Не буду перечислять все мои титулы и звания, сейчас это не имеет значения. Баст просила меня помочь вам, и вот я здесь.
- Так как же вы всё-таки проникли в мой кабинет? - Юрий Алексеевич снова стал спокоен, как обычно.
- Для нас нет препятствий в вашем мире, - ответил кот. - Успокойтесь, никто из ваших не сумел бы этого сделать. А наши для вас не опасны.
Кот потянулся, показав блестящие металлические когти между длинными мохнатыми пальцами. Заметив, как уставились на его лапы Юрий Алексеевич и Тим, тут же сел. Лапы теперь выглядели самыми обыкновенными - кошачьими.
- Прошу вас, Юрий Алексеевич, не говорите никому о том, что я не простой кот. Для других я пока буду обыкновенным домашним котом.
- Вы хотите сказать, что собираетесь поселиться здесь, в моём кабинете? - Юрий Алексеевич явно не ожидал такой наглости.
- А почему бы и нет? По-моему это будет хорошим прикрытием. У меня к вам деловое предложение.
- Может, для начала вы слезете с моего стола?
- Да пожалуйста! - кот с важным видом прошёлся по документам и перепрыгнул со стола на высокую спинку кожаного директорского кресла.
- А может быть, вы уступите мне и моё кресло? - в голосе Юрия Алексеевича прозвучали напряжённые нотки.
Кот дёрнул ухом, но с места не сдвинулся. Мы с Тимкой стояли у двери и старались не показывать улыбок.
"История нового мира. Холодный свет"
Перед нами простиралась равнина юрского периода, на которой развернулось сражение двух армий доисторических чудовищ - тарбозавров и тираннозавров. В мертвой тишине неподвижные звери разрывали друг друга на куски, вонзались друг в друга зубами и когтями, и ни одна сторона не собиралась сдаваться. Им не было числа, до самого горизонта были видны сцепившиеся в смертельной схватке чудовища, не уступающие друг другу по силе и свирепости. Ничто не шевелилось под зеленым сияющим небом. Капли крови зависли в воздухе в своем первом и последнем трагическом полете. Ни один скульптор не способен создать такую ужасную и естественную композицию. Животные и растения были полны жизни, но застыли, словно кто-то нажал кнопку “стоп”. Сейчас эту кнопку отпустят - и движение продолжится, будто задержки и не было.
"История нового мира. Ледяная планета"
