Творческий вечер
Добавлено: 18.12.2007, 12:39
Однажды поэты-романтики решили встретится в одном месте, и провести творческий вечер. Организацию с общего одобрения взял на себя Одиночка. Со своей задачей нужно сказать он справился блестяще, и в назначеный день в уютном Московском кафе стихотворцы, прозаики и прочие пародисты собрались за просторным и длинным столом. Первой слово взяла Ирина ( Sovynok) :
- Разрешите я прочитаю вам мои последние стихи:
Сквозь пучину запутаных снов
К свету жизнь моя пробивается
-Браво, они великолепны зааплодировал со своего места Одиночка. Когда хлопки стихли, Ирина продолжила:
А душа не желает стихов-
Недовольно ворчит, огрызается.
-Вы только что превзошли саму себя, вновь вскочил со стула Одиночка.
-Но ведь я даже не дочитала до конца.
- Не скромничайте милая Ирина, мы все искренне восхищены.
Девушке ничего не оставалось как только поблагодарить присутствующих и занять своё место.
Далее слово взял Клантао. Как его сумели разыскать и почему он согласился приехать для меня и сейчас остаётся загадкой. С самого прибытия в Москву он опасался немедленного ареста, из-за чего в каждом прохожем ему чудились тайные агенты ФСБ. Только в кафе Клантао успокоился и решил зачитать коллегам отрывок из своей "Шкатулки".
...- "Синтезировать" - не совсем то слово- сказала Алиса. - Форма существования-движения всего, что обладает данной категорией ( только забудьте хотя бы на время, о вашей псевдодихотомии "материя-сознание"!) определяется постоянной Планка и мерой казуальности. Правильнее сказать, ими определяется, какая из моделей - классическая, квантово-релятивистская, эфиродинамическая или псифрактальная - адекватнее описывает явления и процессы для данных теорий. Это не вещество и не поле. И даже не квазивещество с отрицательной плотностью, состоящее из сверхфотонов. Для него не действует казавшийся всеобщим закон сопряжённых изменений квантовой статистики... ( Клантао остановился что бы перевести дух)
- Ну что я могу сказать, поднялся из-за стола Н.Светлов. Написано конечно простенько, зато со вкусом! Хотя с точки зрения Критянского и Мидянского опыта, первый шаг который уже можно сделать-это разобратся ( преодолевая череду неизбежных ошибок) с теми причинами, по которым семена обмана и мошеничества дают обильные всходы недоверия. Иными словами - квиэссенцировать...
- Все Критяне-лжецы, выкрикнул со своего места Pinhead.
Клантао и Светлов удивлённо посмотрели на него, не понимая можно ли принимать этого человека в свой спор, и снова затараторили:
- А что вы скажете о Гегелевском конфликте противоположностей- профессор, кипятился Клантао.
- Это суть претензии на одну и ту же координату в пространстве- парировал Светлов.
Остальные присутствующие усилено морщили лоб, понимающе кивали головами ( но на самом деле слабо врубались в суть спора). Тогда что бы снять напряжённость со своего места поднялся Уксу-Ба. Вообще то кроме двух миниатюр про Алису, ему нечем было похвастатся, из-за этого за его спиной шушукались что он здесь вообще "понарошку". Юнный писатель краснея и волнуясь начал читать очередную бредятину умудряясь в одном предложении одновременно: зло подшутить над девочкой из будущего, и тут же признатся ей в любви. Остальные поэты некоторое время сидели с постными выражениями лиц, а через пять минут начали сначала перешёптыватся, а потом и откровенно громко разговаривать между собой, разбившись на группы по интересам. Вскоре Уксу-Ба из-за шума перестал слышать самого себя, глупо улыбнулся и сел на место. Единственным человеком который его не перебивал был Pinhead. Он сидел как раз напротив и ласково буравил взглядом горе-пародиста. Понимаешь ли Уксу-Ба, в твоих произведениях нет любви к человеку. А людей надо любить.
В это время открылась дверь и с улицы ввалился посланец "Северной Пальмиры"- Маякоркский.
- А этого кто сюда позвал? - мгновенно меняясь в лице закричал Pinhead.
Маякоркский видимо не раслышал возгласа, потому что сняв пальто, и повесив его на гвоздик направился к единственному свободному месту, которое как раз находилось возле великого писателя.
- У меня занято! - кинул пачку салфеток на стул Pinhead. Маякоркский не обиделся, он сел в уголочке, достал листок бумаги, послюнявил огрызок карандаша, язвительно посмотрел на присутствующих и начал что то быстро записывать.
Под конец вечера, по просьбе литераторов в комнате было погашено электрическое освещение, зажглись свечи и официантки разнесли чашки с горячим шоколадом. На середину комныты под восторженые аплодисменты вышел Pinhead, и начал читать долгожданное продолжение повести "Пропавшая в октябре".
Слушатели не знали сколько прошло времени: час или минута? С самых первых строчек они как будто провалились в бездну, на время покинув этот мир и перенеслись в другое измерение. Pinhead задевал самые затаёные струны их душ, заставляя по новому оценивать прожитую жизнь. Pinhead закончил рассказ и поднял глаза. Все молчали, каждый думая о своём. Вдруг из дальнего конца комнаты раздался приглушённый плач, все повернули туда головы. На стуле сидел Маякоркский как то вмиг осунувшийся и постаревший. Опустив голову на грудь он беззвучно рыдал. Вокруг него были разбросаны скомканые листки с описанием приключений "императрицы Алисы Первой". Присутствующие затаили дыхание поняв что на их глазах происходит рождение нового человека...
- Разрешите я прочитаю вам мои последние стихи:
Сквозь пучину запутаных снов
К свету жизнь моя пробивается
-Браво, они великолепны зааплодировал со своего места Одиночка. Когда хлопки стихли, Ирина продолжила:
А душа не желает стихов-
Недовольно ворчит, огрызается.
-Вы только что превзошли саму себя, вновь вскочил со стула Одиночка.
-Но ведь я даже не дочитала до конца.
- Не скромничайте милая Ирина, мы все искренне восхищены.
Девушке ничего не оставалось как только поблагодарить присутствующих и занять своё место.
Далее слово взял Клантао. Как его сумели разыскать и почему он согласился приехать для меня и сейчас остаётся загадкой. С самого прибытия в Москву он опасался немедленного ареста, из-за чего в каждом прохожем ему чудились тайные агенты ФСБ. Только в кафе Клантао успокоился и решил зачитать коллегам отрывок из своей "Шкатулки".
...- "Синтезировать" - не совсем то слово- сказала Алиса. - Форма существования-движения всего, что обладает данной категорией ( только забудьте хотя бы на время, о вашей псевдодихотомии "материя-сознание"!) определяется постоянной Планка и мерой казуальности. Правильнее сказать, ими определяется, какая из моделей - классическая, квантово-релятивистская, эфиродинамическая или псифрактальная - адекватнее описывает явления и процессы для данных теорий. Это не вещество и не поле. И даже не квазивещество с отрицательной плотностью, состоящее из сверхфотонов. Для него не действует казавшийся всеобщим закон сопряжённых изменений квантовой статистики... ( Клантао остановился что бы перевести дух)
- Ну что я могу сказать, поднялся из-за стола Н.Светлов. Написано конечно простенько, зато со вкусом! Хотя с точки зрения Критянского и Мидянского опыта, первый шаг который уже можно сделать-это разобратся ( преодолевая череду неизбежных ошибок) с теми причинами, по которым семена обмана и мошеничества дают обильные всходы недоверия. Иными словами - квиэссенцировать...
- Все Критяне-лжецы, выкрикнул со своего места Pinhead.
Клантао и Светлов удивлённо посмотрели на него, не понимая можно ли принимать этого человека в свой спор, и снова затараторили:
- А что вы скажете о Гегелевском конфликте противоположностей- профессор, кипятился Клантао.
- Это суть претензии на одну и ту же координату в пространстве- парировал Светлов.
Остальные присутствующие усилено морщили лоб, понимающе кивали головами ( но на самом деле слабо врубались в суть спора). Тогда что бы снять напряжённость со своего места поднялся Уксу-Ба. Вообще то кроме двух миниатюр про Алису, ему нечем было похвастатся, из-за этого за его спиной шушукались что он здесь вообще "понарошку". Юнный писатель краснея и волнуясь начал читать очередную бредятину умудряясь в одном предложении одновременно: зло подшутить над девочкой из будущего, и тут же признатся ей в любви. Остальные поэты некоторое время сидели с постными выражениями лиц, а через пять минут начали сначала перешёптыватся, а потом и откровенно громко разговаривать между собой, разбившись на группы по интересам. Вскоре Уксу-Ба из-за шума перестал слышать самого себя, глупо улыбнулся и сел на место. Единственным человеком который его не перебивал был Pinhead. Он сидел как раз напротив и ласково буравил взглядом горе-пародиста. Понимаешь ли Уксу-Ба, в твоих произведениях нет любви к человеку. А людей надо любить.
В это время открылась дверь и с улицы ввалился посланец "Северной Пальмиры"- Маякоркский.
- А этого кто сюда позвал? - мгновенно меняясь в лице закричал Pinhead.
Маякоркский видимо не раслышал возгласа, потому что сняв пальто, и повесив его на гвоздик направился к единственному свободному месту, которое как раз находилось возле великого писателя.
- У меня занято! - кинул пачку салфеток на стул Pinhead. Маякоркский не обиделся, он сел в уголочке, достал листок бумаги, послюнявил огрызок карандаша, язвительно посмотрел на присутствующих и начал что то быстро записывать.
Под конец вечера, по просьбе литераторов в комнате было погашено электрическое освещение, зажглись свечи и официантки разнесли чашки с горячим шоколадом. На середину комныты под восторженые аплодисменты вышел Pinhead, и начал читать долгожданное продолжение повести "Пропавшая в октябре".
Слушатели не знали сколько прошло времени: час или минута? С самых первых строчек они как будто провалились в бездну, на время покинув этот мир и перенеслись в другое измерение. Pinhead задевал самые затаёные струны их душ, заставляя по новому оценивать прожитую жизнь. Pinhead закончил рассказ и поднял глаза. Все молчали, каждый думая о своём. Вдруг из дальнего конца комнаты раздался приглушённый плач, все повернули туда головы. На стуле сидел Маякоркский как то вмиг осунувшийся и постаревший. Опустив голову на грудь он беззвучно рыдал. Вокруг него были разбросаны скомканые листки с описанием приключений "императрицы Алисы Первой". Присутствующие затаили дыхание поняв что на их глазах происходит рождение нового человека...