к слову о художниках...

[agent-0013]

Художники…Необычный это народ—художники. Творческий. Непредсказуемый.
Знаю я одного такого. Мы много лет знакомы—еще со школы. Может, еще и поэтому так близко сошлись и не теряем друг друга из вида.
Рассказать?
Он неплохо рисует карандашом и пишет красками. Он неплохой собеседник, хотя порой немногословен. С ним интересно.
Я захожу к нему в гости—пообщаться, или просто так-- отвлечься. Мы понимаем друг друга с полуслова. Сказывается опыт общения. А в чем-то—общие интересы и взгляды на жизнь.
…Иногда приходишь к нему—а в доме тишина. Полная. И свет выключен. И телефон.
--Заходи, раз пришел,--говорит он мне.
Мы садимся в кресла и долго молчим. Каждый о своем. И только огонек сигареты мерцает во тьме. Его пока лучше не трогать.
Незаметно летят минуты, порой часы. Наконец он «выходит наружу», и вот тогда…
И вот тогда начинается беседа. Настоящая. Познавательная. Для нас—тех, кто понимает все с полуслова, полувзгляда.
--Ты знаешь, ты прекрасно знаешь—я пишу.—сказал он мне,.—обычно красками.
Я кивнул в ответ. Я видел его работы. Мне—нравятся. Другим—не знаю, на всех не угодишь.
--И вот понимаешь, какое дело..—продолжает он,--пишешь от души, не под заказ. В подарок. Ты можешь представить все что угодно. Все!—кроме одного. Что потом твоей росписью будет пользоваться кто-то другой. И к тому же так неумело...
Он опять замолчал.
--А ведь такие работы—они же как дети. Помнишь каждую черточку, каждый штрих, практически каждый мазок. Иногда—размашистый, иногда—тонкий-тонкий…Две «наркомовских» будешь?
--Давай,--ответил я,--Сегодня можно.
Опять тишина.
--Может, дело в другом?
--Как знать, как знать….
--Макаревича помнишь?
Еще не все предрешено.
Еще не все разрешено…
Еще не все погасли краски дня,
Еще не жаль огня…..
Он посмотрел на меня искоса.
--Может ты и прав…
В голове заиграл Бахус. Интересный мотив..
В окно было видно, как в песочнице играла детвора. Лепили разные фигурки, строили друг дружке рожицы. Я вопросительно взглянул на друга.
--Хочешь присоединиться?
Я хмыкнул. Он достал очередную сигарету.
Слово за слово—речь зашла об охоте (он ведь еще тот охотник! Я-то знаю!) Показал на его патронташ. В арсенале помимо прочего имелись довольно мощные заряды (не помню, как он их назвал).
--Почему же ты их не используешь? Этим же можно завалить не только лося—буйвола! Слона!
--Оно мне надо? Зачем мне убитый зверь? Вся красота охоты тогда теряется. Ведь сам процесс не менее интересен. Если я и стреляю—то только по веточкам. Или рядом. Чтобы только чуть-чуть.. Только спугнуть. Пусть бежит. Время придет—еще встретимся.
…Последний раз, когда я его видел, он был увлечен какой-то своей работой. Он никому не показывает своих работ. А тут почему-то был виден край картины. Замысловатые линии, но замысел был ясен. Получится ли что из этого? Время покажет. Интересная штука—время..
Он как-то достал одну интересную восточную игру. Дело тонкое—восток. Витиеватые линии на поле, замысловатые фигуры. Постепенно вникнув в суть, я указал ему на одну вещь.. Тут все напрашивалось само собой. Он улыбнулся и отрицательно покачал головой. Я улыбнулся в ответ и качнул головой—утвердительно. Мы друг друга поняли. Без слов.
Мы попрощались. Каждого ждали свои дела.
--Не суетись. Впрочем, что тебя учить? Сам все видишь. Да, и кстати! Чуть не забыл! Ты же лирикой вроде…Я тут знакомый голос нашел. МГК, «Влюбленный Шекспир».Поставить?
-- Знаю. Великолепный голос.
--Ну вот…а хотел тебе приятное сделать. Ну что, пока?
…С виду—вроде обычный человек. Обычно одет, обычно разговаривает. Если не присмотришься—наверно и не заметишь. Или если он не присмотрится…
Хорошо иметь таких друзей, верно?

[agent-0013]

…Как-то я гулял по лесу и поранился.. Разумеется, пошел к выходу. И набрел на знакомую поляну.
…Посреди поляны стоял мольберт За ним—мой знакомый художник. Долго же мы с ним не виделись…
Он был занят портретом.(в лесу—и портрет!) Я глянул на набросок.
--Какой-то весь он у тебя…
--Да ты разочарован?
--Ничуть.
Я присел на походный стульчик. Рядом валялись какие-то газеты.
--Ты же не читаешь газет?
--В общем, нет.
--И телевизор не смотришь?
--Изредка.
--А новости как узнаешь?
---Они сами меня находят..
Он помолчал
.—Мои рассказы о Востоке приносят определенные плоды…
--«Мудрый не спрашивает. Мудрый сам постигает сущность вещей»--ответил я.
Он надолго замолчал, занятый работой.
--Помнишь ту партию?
--Да.
--Жестко ты сыграл.
--Ну…что поделать. По-другому не мог. .Предшествующие ходы вынуждают…Кто знает, какого фортеля еще ожидать…
Он задумался.
--Не жаль? Так-то вот?
--Жаль. Очень. Еще как..
. Он посмотрел на мою рану..
--Может, «скорую» вызвать?
Я глянул на него искоса:
--Смеешься? Такими-то колесами—и сюда7
Я поднялся.
--Вернешься?
--Не знаю.
--Ну, бывай.
Я ничего не ответил. Попытался улыбнуться, но, наверное, не получилось.