«Понедельник…» + «Выбраковка» (предновогоднее предчувствие)…

[Bilbo]

Начало приснилось, дальше придумалось, и дальше надо сюжет развивать. Такое слегка конспективное изложение некоторых вымышленных событий, короткими главами. Буду дальше писать или нет – не знаю, посмотрим, насколько «шизы» хватит… Примечание - любое совпадение действующих лиц с реальными людьми является случайным.

Глава 1
…На заводе - новогодние настроения. Вроде еще кто-то работает, но в коллиматорном зале уже веселятся. Мигают гирлянды и, кажется, даже лампы дневного света. На стене около испытательного стенда - здоровенная материнская плата, в которую впихнута память и релейный адаптер из комплекта ЗИП. Больше ничего нет, только флешка сзади торчит и проводки к питанию. Автор этой цветомузыки наверняка Александр Николаевич, мой наставник – он примочки к компьютеру просто обожает, даже если не по делу, а просто так, для души.

Прохожу, здороваюсь с ним. От «зеркала» весь радиопоглощающий материал куда-то убрали, и молодежь устроила танцплощадку. Музыку на «полную катушку» не включают – это еще что-то типа репетиции, некоторые из девчат даже рабочие халаты не скинули, наверное, только из цеха вырвались. У них – конец года, закрывают наряды и гонят план, хотя порядки изменились и эта суета больше никому не нужна.

В широченном дверном проеме появляются гости – в одном признаем Михаила Жванецкого, а другой, кажется, Грызлов (как его там…). Единственный оставшийся после ноябрьских событий «единоросс» демократически со всеми здоровается, объясняет, что на Охотном ряду никого нет, а гулять где-то надо. Мы смеемся – в нашем административном здании, в просторечии - «Белом доме», тоже пусто, а насчет погулять – нам не жалко, лишь бы на проходной пускали. Но они, оказывается, не просто так, а с новогодним поздравлением. Жванецкий достает бутылку с модной этикеткой, ему тут же находят широченное кожаное кресло (доставшееся нам из военной приемки), где он принимается отдуваться и обтираться платком. Мне немедленно приходит в голову четверостишие из Юлия Кима: «Встанешь с видом молодецким, обличишь неправый суд, и поедешь со Жванецким отбывать, чего дадут!». Захотел процитировать, а заодно надерзить Грызлову, но потом передумал и с дядей Сашей им посочувствовал – ну придумали, право, эти выступления перед трудовыми коллективами! А то мы сами не знаем, для чего работаем… Вон, на стенке со старых времен висит плакат – генеральный директор на фоне наших изделий, и все антенны развернуты в полное боевое. Ребята хихикали и пошучивали, как же он там, бедняга, при работающих-то изделиях выжить умудрился.

Приглушенно трещит телефон, и мы с дядей Сашей недоуменно оборачивается – звонок нашего аппарата мы прекрасно знаем. У нас очень шумная аппаратура, а телефон всегда выкручен до отказа и трезвонит, как на пожар. Оказывается, шнур от телефона оборван, и мне проходится бежать в другой конец зала, откуда слышен треск параллельного. Поднимаю трубку, и…
- Сашка (я тоже Александр), я тебя по всему этажу ищу! Это Борис Плетнев! Нам в дружину идти сегодня, ты что – забыл?
- … мать! Боря, я правда забыл. А ты когда выходишь?
- Сейчас, нам еще за оружием идти…

Ну, домой я теперь попаду только через день. И за пушками, говорят, надо тащится надо через полгорода, а транспорт теперь почти не ходит. Вот счастье, блин! Все, нам с Борей светит Новый Год на свежем воздухе…
- Понял, давай на проходной встретимся, я только своим отзвоню и приду!
Бросаю трубку, иду на выход. Гости уже держат в руках пластиковые стаканчики с охлаждающей жидкостью. Дядя Саша норовит отдать еще один стаканчик мне, но я отвожу его в сторону и тихонько отпрашиваюсь. Он только иронически ухмыляется.

Продолжение, наверное, следует…