Влад осторожно приподнялся, отвёл ладонью листья. Открывшийся пейзаж менее всего соответствовал ожиданиям — вместо полупустого перекрёстка, смятой в гармошку машины и вооружённых неолуддитов его глазам открылась пологая долина, уходящая вдаль. Из сухой почвы, покрытой серо-зелёными жёсткими травами, гордыми бунтарями, то тут, то там поднимались высокие — в два человеческих роста, разлапистые кактусы, а дальше темнел зелёная масса деревьев. На горизонте, туманно синея, вздымались горы.
- Отпусти меня, чудо-трава, - пробормотал Сторм, уже понимая, что находится не в Харькове, и даже не в Европе.
Похоже, его странные и необъяснимые способности показали себя в очередной раз, телепортировав (иного слова не подбиралось, хотя выбранное и отдавало дешёвой фантастикой) его в Мексику. По крайней пере, пейзаж был весьма похожим — разве что не наблюдалось пирамиды инков на горизонте.
Сейчас он находился на предгорье Восточной Сьерра-Мадре, на самом краю национального парка Лас-Кумбрес-де-Монтеррей в штате Нуэво-Леон...
Чёрт возьми, это снова произошло! Снова информация пришла ниоткуда, просто возникнув в сознании! Влад уже знал, что всего в паре километров проходит шоссе № 20, которое одним концом сливается с трассой MX-85, а другим - уходит за пределы штата. Он знал, что восемьдесят пятая трасса приведёт его к городку Сантьяго на берегу озера Преса Родриго Гомез, где, возможно, он и найдёт ответы...
Перед глазами Влада сейчас не плавала полупрозрачная карта, отмечая маршрут и текущее местоположение, он просто знал, куда идти. И действительно, отмахав пару километров, он вышел к серой ленте дороги, укатанной, но явно использующейся нечасто. Сюда очень просилось определение «просёлочной дороги», если не учитывать вздымающихся скал и общего безлюдья.
- Ну, и что же мы имеем в результате? - поинтересовался сам у себя Сторм, и сам же ответил, - решительно ничего.
Его забросило в достаточно негостеприимные места. Влад прикинул, сумеет ли добраться до места назначения ешком. По всему выходило, что сумеет, однако с трудом — по сравнению с Питером и гораздо более южным Харьковом, здесь было жарко, а значит солнце выпьет из него остатки сил километров через десять — всё-таки вынужденная почти суточная диета и бурные события последних дней явно не способствовали вынужденному же марш-броску, но деваться было некуда. Без денег, без документов да ещё при запущенном протоколе «Лисья нора», Сторму нельзя было обращаться ни в одну официальную организацию за помощью — парочку пожизненных навесят «задней левой».
В тишине, нарушаемой лишь шелестом ветра, родился звук мотора. Влад на всякий случай отошёл от дороги. Сейчас главное — не высунуться раньше времени, ведь в машине может быть полиция или его бывшие соратники. Впрочем, и неолуддиты не лучше.
Блестящий на солнце жучок автомобиля появился, пропал, снова появился уже ближе. Издали не разглядеть, кто, остаётся мучиться сомнениями и быть готовым сорваться с места. Если в машине окажутся те, с кем встреча нежелательна...
Потрёпанный, песчаного цвета пикап «Додж» остановился, скрипнув тормозами. Влад ждал. Шофёр не выходил, издали его лицо невозможно было рассмотреть — стекло сильно бликовало.
Кто же — друг или враг? Если друг — как он узнал? Если враг... Ну, тут, допустим, понятно — Лунь могла ещё там, на базе «уронить» в карман нитку-маячок, сигналящий на спутник. Конечно, наверняка в центре управления удивились, когда сигнал вдруг исчез и стал поступать с другой стороны Земли... К слову говоря, каким образом вышло так, что сейчас в Мексике день? Ведь тамошний часовой пояс отстаёт от харьковского на 9-11 часов. Или к телепортации примешалось ещё и путешествие во времени?
«Додж» нетерпеливо прогудел, затем хлопнула дверца.
- Если ты собираешься сидеть тут ещё полсуток — это твоё дело, - услышал Сторм голос. - Только у меня особо времени нет. Так что двигайся, если тебе нужна информация!
Человек говорил по-русски.
Влад помедлил ещё секунду, затем поднялся на ноги. Шофёр, лицо которого скрывала широкополая шляпа-сомбреро, стоял, скрестив руки на груди.
За минувшие годы Уткин похудел, отпустил усы и сейчас был мало похож на профессора. Скорее — на типичного мексиканца среднего возраста. Он смерил Сторма оценивающим взглядом.
- Поехали, времени мало.
- Куда?
- На кудыкины горы, - буркнул Уткин. - Говорю — времени мало. Поехали...
Взревел двигатель, и пикап резво взял с места.
- Знаю, хочешь есть, но придётся потерпеть час — не хочу, чтобы твоё лицо засекли камеры.
- Потерплю.
- Вот и славно, - ответил Уткин и замолчал. Ткнул пальцем в кнопку старенькой магнитолы и кабину заполнила какая-то незапоминающаяся ,но зажигательная латиноамериканская музыка.
«Додж» некоторое время мчался, повторяя хитросплетения горной дороги, миновал Мельчор Окампо, свернул на восемьдесят пятую трассу и, спустя минут двадцать, проехав Хардинес де ла Бока, Эль Серкадо и Мариано Эскобедо, свернул в Сентро де Сантьяго, немного попетлял по улицам и остановился у аккуратного коттеджа, увитого зеленью.
- Давай быстро, чтобы тебя не опознали. Вот, надень, - Уткин стянул сомбреро и сунул его Владу. Тот безропотно починился. Небольшая пробежка по дорожке между аккуратно подстриженными газонами закончилась у двери — Уткин коснулся дверной ручки, и замок сухо щёлкнул, открываясь. Влад мысленно присвистнул — дактосканеры в качестве ключа до сих пор были редкостью даже в цивилизованных странах. Впрочем — чему удивляться? Уткин — специалист мирового масштаба, ему такие замки по статусу положены.
- Пошли на кухню.
На кухне, полной блестящего металла и на вид очень высокотехнологичной витали настолько соблазнительные запахи, что ощущение «кишка кишке колотит по башке» Сторм прочувствовал во всей полноте.
- Садись, - бросил Уткин и двинулся к плите. - Суп будешь?
Профессор накормил Сторма до отвала. Томатный суп с тортильяс, говядина с бобами, гуакамоле — всё это необычно называлось, а на вкус было просто потрясающим, хотя и очень острым. После еды Влад слегка осоловел, но Уткин налил в чашку обжигающий кофе и почти силком заставил Влада его выпить. Эффект не заставил себя ждать — сознание прояснилось, и даже приятная тяжесть в животе больше не туманила голову.
- Спрашивай, - отрывисто произнёс бывший нейрофизиолог.
Вопрос Влад продумал ещё в пути.
- Кто такая Аэла?
- Ангел.
Разговор с Лунь повторялся в новых декорациях.
- Я не понимаю. Какой ангел? Ангел чего — смерти, жизни? Что вообще происходит?
- Похоже ты совершенно не в теме, - произнёс Уткин. - Сделаем так — ты расскажешь мне то, что знаешь. А я заполню лакуны. У тебя пять минут.
Влад уложился в три.
- Должно было быть столкновение, но я очнулся уже тут. В Мексике.
- Ясно, - произнёс Уткин. - Стало быть, на второй уровень ты вышел. Слишком быстро, она явно подстёгивает события, но тут уж ничего не изменишь. Будем соответствовать...
С этими словами он встал и быстро вышел из кухни. Влад медленно выдохнул — он устал. Хотелось просто посидеть. Никуда не дёргаясь, не скрываясь и изредка сыто цыкая зубом.
- Эй, агент! - услышал он голос Уткина. Поднял голову. Профессор целился в него из пистолета.
- Извини, парень, но так надо, - произнёс он и нажал на курок.
Выстрел грохнул раскатисто, резко запахло пороховым дымом, а в плечо ударило больно и жарко.
- Ты, сволочь! - выкрикнул Влад, прижимая ладонь к ране. В неё толкалась горячая кровь, стекая между пальцами. Сейчас нужно было вскочить, броситься на Уткина, но перед глазами всё вдруг поплыло.
- Сволочь... Гад... - повторил Сторм. Приподнялся и снова упал в кресло. Ну конечно, это ловушка. Сейчас в двери ворвутся чёрные фигуры «кавалергардов»...
Секунды шли, но никто не врывался. Тупая боль толкалась в плече.
- Болит? - с неожиданным участием поинтересовался Уткин.
- Гад... На себе попробуй — узнаешь.
- Увы, не могу. Лежать в хирургии нет времени, а переход я не переживу — стар уже. Поверю на слово. Но сейчас боль должна уже утихать — становиться всё меньше и меньше. По плечу разливается тепло и покалывание, словно слабые электрические разряды, так?
- Откуда вы знаете?
- Я много чего знаю, агент Владислав Сторм. А ещё больше предпочёл бы не знать. Поверь — древнюю мудрость о том, что многие знания — многие печали, придумали отнюдь не дураки. Ну что — уже не болит?
- Нет...
Влад с изумлением прислушался к себе — боли не было. Покалывали, точнее даже щекотали слабые, будто электрические, уколы, но боль ушла совсем. Сторм коснулся рукава — вот же дырка от пули, вот кровь, ещё даже не успевшая полностью впитаться в одежду. Ещё не веря, расстегнул пару пуговиц — раны не было. Не осталось даже следа — ровная гладкая кожа.
- Это невозможно!
- Где? В реальности? - Уткин улыбнулся, словно услышал ожидаемое. - Прости за этот тест, но он был наиболее наглядным в данной ситуации. А теперь слушай внимательно, агент.
Статистика:Добавлено Одиночка — 16.09.2012, 23:09
]]>
А вот вам маленькое продолжение...
100
Есть два варианта действий для тех, за кем идёт охота. Первый - затаиться, сидеть и не высовываться, надеясь в конечном счёте на милость небес и доброе отношение охотников. Второй — работать на опережение.
Влад понимал, что соваться в аэропорт — сущее безумие. Десятки камер, таможня, полиция, пост ССБ — пройти их возможно, если только все разом ослепнут. Да его повяжут ещё на входе! И это не считая идентификации личности при получении билета — причём это не просто паспорт показать. Сканируется отпечаток ладони, снимается и сравнивается биометрия, зашитая в память пластиковой карточки. Конечно, подделать можно всё, но весьма проблематично. А, кроме того, нужно знать того, кто может сделать «левые» документы — просто так их не купишь.
Но как тогда иначе добраться до Мексики? Остаётся только по воде, но до ближайшего порта ещё нужно добраться, а потом пару недель скрываться где-нибудь на борту сухогруза. Влад засмеялся — этот вариант подошёл бы главгерою какого-нибудь боевика, в реальной жизни постороннего на корабле повяжет сама команда, а по прибытии сдаст ближайшему полицейскому наряду, если ещё раньше не передаст с рук на руки морскому патрулю ССБ, экранопланы которого курсируют на всех морских границах...
Размышления Влада прервал визг шин — два чёрных внедорожника появились справа, и на корму его микроавтобуса обрушился удар.
- Быстро вычислили, - мелькнула мысль, руки же в это время крутили руль, выравнивая машину.
Ещё удар — на сей раз сбоку. Похоже, неолуддиты (в личности преследователей сомневаться не приходилось — ССБ бы устроила погоню с мигалками и громогласными призывами остановиться) взялись за него жёстко и сейчас пытались «подрезать» его в лучших традициях американской дорожной полиции.
Удар, хлопок, и тут же микроавтобус пошёл юзом, грозя перекинуться. Стекло пошло паутиной трещин — надо же, а он надеялся, что неолуддиты не станут палить прямо в черте города! Наивный какой!
Удар в бок, и микроавтобус на секунду встал на дыбы. Влад ещё успел заметить столб впереди, прежде чем кинетическая энергия швырнула его вперёд — прямо в лобовое стекло.
Сознание возвращалось медленно, с трудом. Перед глазами всё плыло, и Владу потребовалось несколько минут, чтобы понять — он смотрит в голубое небо, а тёмные узкие клинки над ним — качающиеся листья какого-то растения. Память услужливо подкинула название — агава.
Статистика:Добавлено Одиночка — 13.09.2012, 23:33
]]>
]]>
Там дальше ещё будут интересные моменты!
Статистика:Добавлено Одиночка — 11.09.2012, 19:14
]]>
]]>
Осторожно! Шок-контент! Присутствует ненормативная лексика!
Через полчаса он вошел в парк. Фонари давили жидкий свет через сплетения ветвей, снова начал сеять дождь — водяная пыль стелилась в воздухе, вспыхивая бледными радугами. Скамейка под навесом была сухая, хотя на асфальт под ней и натекло воды. Влад расстелил куртку, лёг, и почти сразу повалился в сон.
Его разбудил толчок.
Уже рассвело, хотя было серо. Утренний холод пробирал до костей. Хотелось выпить кофе и чего-нибудь пожевать. Но реальность, как водится, вносила свои коррективы.
Над Владом склонились трое.
- Встать! Быстро!
Судя по голосу — какой-то восторженный юнец, получивший мелкую власть и, вместе с ней, нешуточный «ствол» калибра 10 миллиметров. Им он и толкнул Влада в рёбра. Двое других стояли рядом, держа руки в карманах, и у всех троих лица закрывали чёрные лоснящиеся «мордопрыги». Весьма серьёзные, кстати говоря. Массивные, с большими наушниками, похожие на шлемы велогонщиков. Армейская модель. В ССБ такие использовались только при серьезных заварушках, когда нужно было думать не только об оперативности получения данных, но и о банальной защите головы. Такие «мордопрыги» дополнительно комплектовались газовой маской.
-Встать! Ты, сука!
- Да встал уже — прокряхтел Влад. После ночёвки на скамейке, тело повиновалось неохотно. Он поднялся, потёр лицо ладонями. Если не заработает пневмонию и радикулит, то можно считать себя везунчиком.
Парень снова толкнул Влада стволом пистолета.
- Пошёл! Быстро!
- И куда?
- Пошёл, бля! Сука! Хавальник ещё раскрываешь! Пошёл, а то пристрелю!
- Да я пойду, - миролюбиво откликнулся Влад. - Только к чему такая агрессия? Что я сделал?
От этого вопроса, казалось, парня с пистолетом чуть не хватил удар.
- Что ты сделал? - прошипел он, - тыча пистолетом чуть ли не в лицо Сторма. - Что ты, грёбаный агент, сделал?
- Ты убил её!
- Кого? - искренне удивился Влад.
- Лунь! Ты убил Лунь, сука! Ты...
Парень бесновался, а Влад закусил губу, чтобы не расхохотаться — мало ли что на уме у мальца, пальнёт ненароком. Мозг же его работал на полную мощность. Было ясно, что эта троица из числа неолуддитов. Было столь же ясно, что им, как и ССБ, слили «левую» информацию. Оставался лишь один вопрос — зачем? Кому это выгодно?
То, что неолуддиты не пойдут на сотрудничество с ССБ, ясно, как божий день. Тогда кто и зачем дал им заведомо ложные данные? Кто бы это ни был, он весьма хорошо информирован. Но кто? Ответа не было.
- Ты чего ржёшь, гад? - выкрикнул парень, и ударил Влада рукоятью пистолета. Голова взорвалась болью, во рту стало солоно. Горизонт повалился куда-то вбок, и лишь сильные руки подручных парня удержали Сторма от падения.
- Понравилось? Ещё хочешь? - издевательски произнёс парень.
Влад сплюнул кровь и поднял взгляд.
- Ты чё смотришь? Чё смотришь, а? - завизжал парень, накручивая себя. У Сторма мелькнула мысль, что он под кайфом, но в этот момент вернулось уже ранее испытанное ощущение нереальности. Влад взглядом потянулся к парню, коснулся его «мордопрыга», скользнул внутрь. И парень закричал...
Его подручные переглянулись, но не выпустили из захвата локти Сторма. Но Владу и не нужна была свобода тела — что-то властное, безжалостное, сминающее хрупкую защиту сознания рвалось вовне — стоило лишь пожелать и указать цель. Он мягко, всего лишь одним желанием, коснулся своих конвоиров, и те осели, распластались на мокром асфальте. Ещё взгляд — и парень тоже затих. Он не был мёртв, но то, что он пережил за последние несколько секунд было немногим лучше смерти. Влад понятия не имел, что именно видел бедолага, но он знал — на парня обрушились все его страхи, все его внутренние демоны — от издевательств в школе до перманентных неудач с девушками, мечты о власти и борьбе, что, в конечном счёте, и привело его к неолуддитам. И вся эта концентрированная смесь, приправленная глубоко спрятанной юношеской влюблённостью в легендарную Лунь, сейчас рухнула на него лавиной.
- Извини, парень, не рассчитал, - прошептал Влад.
Нужно было уходить. Если уж неолуддиты так быстро нашли его, с минуты на минуту нужно было ожидать кавалерии.
Ключ-брелок от машины Влад нашёл у одного из нападавших, беззастенчиво обшарив карманы. Заодно разрядил и выбросил в ближайшую урну пистолеты — вооружены были все трое, причём автоматическими «Глоками» с обоймой на 25 патронов. Машинками мощными и в самом деле опасными. Такие поставлялись на вооружение частных охранных фирм.
А вот машина оказалась классическим «пативэном»-микроавтобусом, серым (точнее — цвета мокрого асфальта) и неприметным. При этом — зарегистрированным на харьковское охранное агентство «Цербер». Это знание пришло как и раньше — ниоткуда, просто возникнув в мозгу.
Влад нажал кнопку, разблокируя двери, сел за руль. Некоторое время просто сидел, размышляя. Было слишком много неизвестных — как в недавних событиях, так и в нём самом. Слишком много нитей, не ведущих никуда, или, как минимум, невидимых ему. Аэла, погибшая (или не погибшая?) Лунь, объявленная на него самого охота — за этим проступал чей-то замысел. Это не могло быть случайностью — слишком много совпадений. Но более всего Влада пугали те метаморфозы, что сейчас происходили с ним и их призрачная, ненаблюдаемая, но, вместе с тем, реальная, ощутимая связь их с последними событиями. Ему сейчас нужны были ответы.
- Стоп, - вслух произнёс Влад, словно говорил с незримыми собеседниками. - Давайте вспомним, как всё было.
Во-первых, на покинутой базе была Лунь, которую вроде бы убил снайпер в Москве. Во всяком случае, это следует из слов Мако, а ему информацию сбросил его московский знакомый. Получается, лжёт либо Мако, либо Рокот. Или их обоих используют втёмную?
- Чёрт! - Влад в сердцах саданул кулаком по рулю. Это же так просто! Наверняка какие-то шибко умные головы в верхах решили произвести внедрение его, Влада, в ряды неолуддтов! А что — бывший полевой агент, обиженный на руководство и злой на себя. На психологии можно много чего накрутить! Лунь в этом случае может быть совсем не Лунь, а такой же агент из другого подразделения, психолог-манипулятор. Естественно, её никто не убивал. Она лишь готовила Влада к внедрению. А информацию неолуддитам могли слить для создания «дымовой завесы», если, конечно, эта троица вообще из неолуддитов. Их могли точно также использовать вслепую... А что — вполне логичная гипотеза. Вероятно, операция настолько важна, что полную картину должны знать лишь некоторые.
Но остаются непонятными пара моментов. Каким боком тут Аэла, девочка, погибшая 4 года назад и для чего Лунь использовала на нём «серый вирус»? По всем данным, вирус должен был превратить его в машину убийства более полусуток назад. Что-то пошло не так? Вирус изменил его, Влада, мозг, но как-то иначе? Подарил новые способности, не отняв разума? Маловероятно, хотя и возможно — в ССБ экспериментировали с вирусом не первый год. Но остаётся последний вопрос — Аэла. Кто она? Какую роль играет во всё этом масштабном действе?... Ответа нет.
Стоп! А если зайти с другого конца? Влад даже задержал дыхание, боясь спугнуть мысль. Ему нужен был ответ — что с ним происходит, и только, пожалуй, один человек мог дать его. Первый исследователь «серого вируса», нейрофизиолог Игорь Владимирович Уткин. Специалист с мировым именем, известный от Бангладеш до Канберры, сейчас он уже не практиковал и лишь изредка консультировал в режиме онлайн своих коллег. Сторонился журналистов и особо не привечал спецслужбы, поскольку был умеренным анархистом по убеждениям. Именно он описал первые симптомы ещё начальных версий «серого вируса», показал клиническую картину и провёл первые эксперименты.
Именитый учёный жил где-то в Мексике, вдали от суеты и больших городов и, по слухам, выращивал кукурузу, словно воплощая в жизнь на чужой земле заветы давнего генсека СССР.
И Владу нужно было придумать способ как-то добраться до него через полмира.
Статистика:Добавлено Одиночка — 11.09.2012, 16:33
]]>
А это известный метод заманивания 
Профессиональные литераторы, кинематографисты и прочие пользуются им вовсю 
Не спорю. Когда продолжение не слишком долго ждать приходится. А так, можно и сюжет забыть! Профессиональные литераторы, кинематографисты и прочие пользуются им вовсю Статистика:Добавлено Игорь Машенцев (Beer-Man) — 10.09.2012, 20:47
]]>
А то всегда именно так, и становится очень обидно...
А это известный метод заманивания Профессиональные литераторы, кинематографисты и прочие пользуются им вовсю Статистика:Добавлено Одиночка — 10.09.2012, 20:45
]]>
Странно, все так требовали много серьёзного творчества, а комментариев нету *хнык*
Читать можно в двух случаях.1 - есть много времени, сил и внимания - тогда можно читать любые тексты и искать что-то ценное в них.
2 - ничего названного нет - и тогда хочется и можется читать только ЛЁГКИЕ тексты -
то есть не требующие больших затрат сил и дающие много интересного быстро и сразу.
Это когда почти нет описаний. Разве что краткие ремарки. И нет ПРОСТОЕВ в действии. Но нет и суеты.
А что ни строчка - то мысль или действие.
Что ни фраза - то тоже самое.
В обычном произведении читаешь, читаешь - и только редко - золотинка (мысль или эмоция, которые запоминаются надолго - те самые, которые потом вспоминаются, перечитываются, благодаря которым хочется ещё этого автора почитать). Как золотой песок моешь. Если он ещё золотой.
А когда некогда - хочется сплошное золото читать.
Статистика:Добавлено Леф — 10.09.2012, 20:02
]]>
Я почему спрашивал про "ход работ". Скажи: "нас самом интересном месте" обрывается?
А то всегда именно так, и становится очень обидно...
Статистика:Добавлено Игорь Машенцев (Beer-Man) — 10.09.2012, 19:37
]]>