Статистика:Добавлено Cold_dog — 05.02.2017, 05:39
]]>
]]>
Статистика:Добавлено Cold_dog — 05.02.2017, 00:35
]]>
]]>
Мне кажется, что тут должна быть достаточно острая дискуссия, по итогам которой участники мероприятия пришли к выводу, что Серзев располагает неверной оценкой рисков эксперимента.
Да, фрагмент надо дорабатывать. Либо объяснить впоследствии, почему Серзев относительно легко согласился продолжать эксперимент. По итогам свежего прочтения у меня самого возникло чувство недосказанности Статистика:Добавлено Cold_dog — 04.02.2017, 17:51
]]>
"По моей линии всё чисто"? То есть Серзев перед тем, как разжигать сыр-бор, не знал, что по линии Гельриха всё чисто? Я бы на месте Серзева прежде всего связался по гравитонке с Гельрихом и прозондировал, как там у него. Если бы он сам так не сделал - директор, прежде чем собирать мероприятие, вызвал бы обоих и устроил бы им очную ставку.
Или шалопайский оптимизм Левина? Но это совсем уж невероятно.
Как следствие, у меня возникло ощущение, что я что-то не уловил или упустил.
Мне кажется, что тут должна быть достаточно острая дискуссия, по итогам которой участники мероприятия пришли к выводу, что Серзев располагает неверной оценкой рисков эксперимента. Или ещё драматичней: у Серзева в критический момент открылась "дверь", через которую прилетела более-менее проверяемая информация о том, что ужас не такой тихий, каким он кажется
Если я вдруг угадал насчёт двери, то тайну решения Серзева пока можно не раскрывать, но зато изобразить шок присутствующих от неожиданного решения инициатора собрания. И недовольство: мол, а на фига тогда надо было нас дёргать среди ночи? Придать себе значимости?
UPD: И ещё. В главе два подряд коротких абзаца начинаются со слова "Иван". Немножко режет глаз.
Статистика:Добавлено Н. Светлов — 03.02.2017, 12:57
]]>
В настоящее время плотно работаю над следующей главой.
---------------------
Никогда прежде Иван не чувствовал себя так плохо, как сейчас. Если до последнего времени ему казалось, что на плечах лежит тяжкий груз, давящий своим весом, пригибающий к земле, но все-таки посильный, то теперь он окончательно почувствовал себя раздавленным, словно жук под опорой космического лайнера. Загубить такой эксперимент!
«Ну, давайте, разотрите меня по травке, и дело с концом! — подумал Иван. — И пусть все поскорее закончится».
Это именно то, что ему требовалось сейчас. Получить хорошую взбучку и вылететь из института. И чтобы никогда больше его и на световой год не подпускали ни к чему, что связано с перемещениями во времени. Чтобы прямо насильно не пускали, под страхом расстрела, или как там говорили в прошлом… Он-то хорошо знал себя. Простого запрета участвовать в операции ему хватит на неделю, а потом опять захочется влезть.
Но время шло, а со взбучкой дело затягивалось. Иван нашел в себе силы, чтобы поднять взгляд и оглядеть присутствующих. На секунду ему показалось, что о его присутствии и кошмарной, глупой выходке все успели забыть.
— Хорошо, если желающих высказаться нет, давайте я подведу итоги, — наконец сказал Серзев. — Мое мнение не изменилось. Эксперимент окончательно вышел из-под контроля и его необходимо прекращать. Утрачена даже его первоначальная цель. Мы хотели посмотреть, как пришелец из прошлого будет адаптироваться в нашем времени. А в итоге перешли к тому, что стали заниматься разгребанием временных парадоксов, которые уже чуть ли не на каждом шагу сопровождают наш объект, попутно создавая новые и новые собственными же руками… Коллеги, я понимаю, что в эту работу вложено уже немало усилий и потрачено большое количество энергии, но все-таки мы должны принять такое решение. Даже несмотря на то, что нам всем это будет непросто сделать, — он оглядел присутствующих. — Времени у нас немного. Я предлагаю высказываться.
Гельрих, до этого момента походивший на изваяние, пошевелился.
— Я согласен с Леонидом и выступаю за прекращение эксперимента. Не в моей компетенции вдаваться в его цели, но как узкий специалист я понимаю, что с точки зрения хронобезопасности в происходящем неладно абсолютно все. Мы имеем дело со всеми возможными видами хронопетель. С прямыми, обратными, глобальными и локальными. Это уже не эксперимент, а методическое пособие по видам нарушений.
— Карл, а желание разобраться в причинах у тебя не возникает? — негромко спросил директор. — Ну, с чисто академической точки зрения.
— Возникает. Я все-таки тоже ученый, Михаил, несмотря на то, что имею репутацию этакого цербера на страже времен. Но в комиссию я вхожу именно в качестве такого цербера, перед которым стоит задача любой ценой не допускать нарушений. Не говоря уже о том, чтобы пытаться предотвращать их где только возможно.
Он замолчал.
— Петр, твое мнение? — спросил Серзев, прерывая паузу.
Левин развел полными руками.
— Коллеги, ну, что тут сказать… я конечно все это понимаю, хронопетли, безопасность и прочее. Нагрузка на психику Саши близка к предельной, я это уже говорил. Но предел пока не перейден, а Саша показал себя достаточно выносливым, что до определенной степени обнадеживает… — он пожевал губами, затем отсутствующим взглядом обвел присутствующих. — Эксперимент, с объективной точки зрения, прекращать, конечно, надо… Но все же я выступаю за его продолжение, — шумно выдохнув, закончил он.
— Почему, Петр? Поясни.
Левин неожиданно улыбнулся.
— Знаете, очень интересно посмотреть, что будет дальше. Вот просто жуть как интересно! Знаете, это как в кино… сюжетные повороты очень заинтриговали. Реакции персонажей. Даже драма, если угодно, — он тряхнул головой. — Нет, как хотите, но пока есть хоть минимальная возможность продолжать эксперимент, надо продолжать!
Серзев молча покачал головой.
— Либер готт, — вполголоса проворчал Гельрих. — Это не комиссия, а сборище шалопаев… Извини, Петр, не удержался.
— Ничего, Карл, я понимаю, — мягко сказал Левин, все еще улыбаясь. — В другой ситуации я бы с тобой согласился, но сейчас… извини, ничего не могу с собой поделать.
Серзев побарабанил пальцами по стойке транслятора.
— Ну, Михаил, заключительное слово за тобой. Хотя я догадываюсь, что ты скажешь.
— Да, мои позиция вряд ли кому-то из присутствующих покажется неожиданной, — произнес директор. — Я подведу некоторые итоги. Итак, что мы имеем? Если отбросить эмоции, то ничего страшного пока не произошло. Наблюдаемые хронопетли хоть и неприятны, но необратимый характер пока не носят. Есть все основания ожидать, что инертность основного потока они не преодолеют.
— С этим соглашусь, — заметил Гельрих.
— Спасибо. Далее, я вынужден признать, что действия сотрудников оперативного отдела на этот раз были вопиюще непрофессиональными, — он посмотрел на Ивана, все еще стоявшего в центре зала. — И мне не остается ничего другого, кроме как отстранить виновных от участия в этом проекте.
Иван, до этого момента разглядывавший собственную обувь, резко вскинул голову. Их взгляды с директором встретились.
— А как же дополнительная хронопетля, которая возникнет, если я не отправлюсь в прошлое? — сдавленным голосом спросил он.
— Когда развитие ситуации к этому придет, ты отправишься в прошлое. До тех пор ты отстранен. Можешь идти.
Иван развернулся и механической походкой вышел из зала, не проронив ни единого слова.
— Так, — кивнул Серзев.
— Дальнейшую оперативную разработку осуществлять будешь лично ты, Густав, — сказал директор. — Сюрпризы нам больше не нужны.
Кравец кивнул, не поднимая головы от своего экрана, куда продолжали поступать оперативные данные.
— То есть ты считаешь, что эксперимент необходимо продолжать? — спросил Серзев. — Я правильно понимаю?
— Да. Условия его прекращения, согласованные ранее, на данный момент не выполнены. Угрозу ничьей жизни Саша не создал, сам пока тоже находится в порядке. Относительном, конечно. Провал процесса адаптации также не случился. Наоборот, мы видим, что адаптация, несмотря на серьезные сложности, идет хорошо, объект не останавливается на достигнутом, а идет вперед несмотря на все возникающие препятствия… — директор выдержал паузу, оглядывая коллег. — А поскольку резервы стабильности основного хронопотока пока еще есть, я предлагаю продолжать.
Серзев потеребил себя за бородку.
— Мнения разделились, — скрипучим голосом произнес он. — А по протоколу кто-то должен уступить, чтобы был перевес голосов. Кто же это будет?
Ответом ему было молчание.
— Хорошо. Пусть это буду я, — сказал Серзев. — Эксперимент продолжаем.
— Спасибо, Леонид, — сказал директор. — Ситуация на самом деле не такая напряженная, как тебе кажется.
Серзев покачал головой.
— Как знать. Учитывая все то, что уже произошло, уверенности у меня нет.
— Хорошо, будем иметь это в виду, — директор повернулся к Кравецу. — Густав, пометь себе первоочередные задачи. Первое. Собрать полное досье на автора книг про Алису и на режиссера фильма. Проверить их взаимные и перекрестные связи по всем социальным линиям. Проследить возможные контакты. Второе. Разыскать и опросить режиссера, выяснить, что лежало в основе сценария «Света мечты». Мы должны полностью представлять историю его создания. Далее, Карл. Это уже по твоей части. Необходимо выяснить источники и механизмы утечки информации из будущего в обоих случаях…
— Михаил, я не уверен, что речь идет об утечке. В данной ситуации не выполняется критерий Зельдена. Мы уже просканировали все доступное инфополе за весь исследуемый период, даже с запасом в тридцать лет, и на всем массиве данных критерий ни разу не сработал. Поэтому я и сказал, что по нашей линии все чисто.
— Я понимаю. Возможно речь идет о несовершенстве базисной теории. Попробуйте подойти так, словно критерий выполнен в обоих случаях.
— Хорошо. Именно это мы и собирались сделать.
— На сегодня все, коллеги, — сказал директор. — На этом предлагаю попрощаться.
Статистика:Добавлено Cold_dog — 03.02.2017, 05:08
]]>
Статистика:Добавлено Нгаан — 03.10.2016, 10:42
]]>
Статистика:Добавлено Cold_dog — 03.10.2016, 00:09
]]>
На золотые небеса,
Одна заря сменить другую
Спешит, дав ночи полчаса.
Правда, это в Ленинграде....
Статистика:Добавлено максим — 02.10.2016, 08:41
]]>