Романтики.Ру

Я набил рот картошкой с мясом и потянулся к телевизору.
По первой программе кто-то пилил на скрипке.
Полюбовавшись некоторое время измученным лицом пильщика, я
переключился. По второй программе плясала самодеятельность: взметывала пестрые юбки, грохотала каблуками, сводила и разводила руки и время от времени душераздирающе взвизгивала. Я снова набил рот картошкой и снова
переключился. Здесь несколько пожилых людей сидели вокруг
круглого стола и разговаривали. Речь шла о достигнутых
рубежах, о решимости что-то где-то обеспечить, о больших
работах по реконструкции чего-то железного...
Я жевал картошку, ставшую вдруг безвкусной, слушал и
проникновенно про себя матерился. Телевизор! Блистательное
чудо двадцатого нашего века! Поистине фантастический
концентрат усилий, таланта, изобретательности десятков,
сотен, тысяч великолепнейших умов нашего, моего времени! Для
того, чтобы сейчас вот десятки миллионов усталых людей,
вернувшись с работы, остервенело щелкали переключателями
вместе со мной, не в силах решить поистине неразрешимую
задачу: что выбрать?.. Вдохновенного пильщика? Или буйную
потную толпу самодеятельных плясунов? Или этих унылых и
косноязычных специалистов за круглым столом?
Все-таки я выбрал пильщика. Добавил картошки и стал
слушать. Наваждение какое-то, подумалось мне вдруг. С самого
детства меня пичкают классической музыкой. Вероятно, кто-то
где-то когда-то сказал, что если человека каждый день
пичкать классической музыкой, то он помаленьку к ней
привыкнет и в дальнейшем уже жить без нее не сможет, и это
будет хорошо. И началось. Мы жаждали джаза, мы с ума сходили
по джазу - нас душили симфониями. Мы обожали душещипательные
романсы и блатные песни - на нас рушили скрипичные концерты.
Мы рвались слушать бардов и менестрелей - нас травили
ораториями. Если бы все эти титанические усилия по внедрению
музыкальной культуры в наше сознание имели кпд ну хотя бы
как у тепловой машины дени папена, я жил бы сейчас в
окружении знатоков и почитателей музыкальной классики и сам,
безусловно, был бы таким знатоком и почитателем. Тысячи и
тысячи часов по радио, тысячи и тысячи телевизионных
программ, миллионы пластинок... И что же в результате? Гарик
Аганян почти профессионально знает поп-музыку. Жора Наумов
до сих пор коллекционирует бардов. Ойло Союзное вроде меня:
чем меньше музыки, тем лучше. Шибзд Леня вообще ненавидит
музыку. Есть, правда, Валя Демченко. Но он любит музыку с
раннего детства, музыкальная пропаганда здесь ни при чем...
Пока я размышлял на эти темы, скрипач с экрана пропал,
а на его место ворвались хоккеисты, и один из них сразу же
ударил другого клюшкой по голове. Оператор стыдливо увел
камеру в сторону, самое интересное мне не показали, и я
выключил телевизор. Я был сыт, удовлетворен зрелищами, и
оставалось мне всего-навсего вымыть посуду.