2012 2012年4月18日

只為自己

發布時間: |分類: 新聞散文 |

“但如果你採取的觀點瑪格達的角度來看,最好不要去幫助那些需要的人。 無論如何,他們最終都將死去。“
基爾Bulychev。 “愛麗絲和藍寶石表冠。”

- ...什麼是今天的範圍? 什麼? 沒有分開。

- 消除噪聲chchert!

- 校準。

- 是的,我看到你的投入。

- 入門......警告,列四的失敗。

- 已經有一個“區”。

- “曲”中的“L”的程度,一起封喉小丑! 我有過敏給你! 當你開始做自己的工作是否正常?

- 哦,對地下空間的我的小女王,只要我夜巡與您長期的實驗相符,我發誓...

- 那麼我們一會晚上無法生存,Repetur。

- 你就像埃及艷後......

- 因此,而過了! 立即停止口頭胡言亂語在空中!

- 伊万特羅菲莫維奇我也提醒你,這是絕對不能容忍的。 我們不得不推遲明天...

- 推遲攤牌更多的機會。 我有6缸動力單元在屏幕上。

- 是啊,看看,如果我們有校正的時間是這樣的偏見,恐怕連想像......那是什麼?

- 什麼事,殘酷的男孩,我們還沒有達到甚至結算走廊? 嘿,殘酷的孩子,你不想跟我說話?

- Repetur,該死的你撕掉,你現在的表現比孩子更糟糕! 給悄悄組的工作。 我們仍然把所有的副本,然後從最終結果切斷。

- 對不起,教授,但你的助手總是那麼嚴重。 我只是想以緩解緊張的情緒。

- 小時後做到這一點,請。 在此期間,我們有四個雙的老垢。 技術服務至少同意過去數據的研究所?

- 當然,否則他們將有一門大砲射擊沒有讓車。 你見過他們。 該死的,終止工作。 我永遠不會忘記的臉...

- 亞歷克斯,我認為,我們丟掉了第二單元?

- 讓我看看。 和......呃......我不明白。 或許來襲電路...廢話現予以更正...

- 電路? 等一下,我現在已經在通信研究所,他們有一些緊急的消息...

- 嘿,很少,男孩殘忍,也許只要一個教授那裡,聊的東西真的重要嗎? 關於我,比如......沉默?..

- 看,Repetur ...亞歷克斯,你可以聯繫瑪格達?

- 她不理我。

- 亞歷克斯,我是認真的,是有聯繫嗎?

- 現在不要。 而這些不看......哦,該死!

- 抹大拉!

- 抹大拉!

- 抹大拉! 瑪格達,回答! 瑪格達,回答掌舵。 該死的!

- Magdochka,公主,不要嚇我,你在哪裡? 如果你聽到我們實現腿後,揮動你的筆。 該死,該死,該死! 你甚至可以調用本身就是一個壞詞...

- 服務中心,你有什麼事情,你可以做什麼? 至少確定信道?..

- ...

- 如果通道......雖然事情的唯一的一點?

- ...

- 不,我怕,也沒用。 所有我們已經失去了它。 整個機組。 服務中心,以減少能源。 我將與研究所通信。

***

“......圓滿完成了出征的......”

愛麗絲皺巴巴的紙,扔在牆上。 本報流入有色印跡,又拿了一個矩形,繼續說道:

“據主辦方介紹,四八個樣品中含有......”

她突然躍升到一個充氣椅,一個動作拆開了信封,從一面牆,然後把它卷成無形的腫塊。 這是她的長slozhnosochetaemoe運動反映在淬火telestene現在只是一面鏡子彷彿在藝術體操比賽表現一些元素。 愛麗絲注意到他的眼睛的這個角落。 她想重複。 一二三。 一二三。

什麼瘦那裡,老太太在鏡子! “察言觀色,我會彎曲。 起初有,然後再返回到了。“ 她身體前傾,背部拱起,懷疑地看著他。

“Fffy!”

她又扔了報紙,這一次的地方身後。

“...碳和氮的化合物。 尿嘧啶......“

哦,對了,她今天化學課上宣布,它的行為和挑釁看起來。 那意味著什麼?

“不,我很乖挑釁,我明白了。” 她把紙從土衛十三,開始你的手掌之間滾動它。 “我強烈地引起了老師的憤怒。” 但它看起來。 她斜面鏡,盯上了她的身影,從頭部到腳趾。

- 嗨,保羅,我需要你! 對緊急事項。

該機器人滾進了房間一分鐘,愛麗絲準備發誓,他看著氣喘吁籲。

- 發生了什麼事?

- 請告訴我,我期待挑釁? 所以?

她抬起腿背,拿出了自己的脖子,以腳跟。

- 我不能夠給這個問題是一個綜合性的答案,這個詞的詞義包括在他的情緒反應,而我不能主觀的。 我可以分析每個詞的四個值和得到具有一定概率的答案。

- 挺好。

- 要做出這樣的評估是聽說你在學校的前提下,最有可能的,這意味著你的外表不符合誰給了這個評估的一個常態的道德和倫理觀念。

- 離開我。 值問,知道答案嗎?

- 很顯然,最後一個問題是修辭, - 說的機器人,並在自己的事業開走了。

愛麗絲仔細撫平報紙放在桌子上。 “......現在,經過黃道面......”

作為工作服工作服。 是什麼原因呢,很想知道? 是的,緊,但這是方便。 不要穿同樣的衣服! 她又聞了聞。

進而...

“在這裡,我在健身房鍛煉或在很少或沒有個人的游泳池,沒有人告訴我,我期待挑釁。” 法師怪的時候。

“...的基本科學研究所,伊万馬愛德特羅菲莫維奇......”

“哦,不,我從來沒有在睫毛的壽命不補,娜塔莎白色,例如。 真是個傻瓜,我,還是什麼? 而且,最重要的是,它的調用者從來沒有被稱為......“

事件“...的細節。 時間的研究所所長並沒有給出他們的意見,但根據我們的數據,有深部地質探測,最近已建立工作站的網絡​​故障,從院士彼得羅夫部員工一起。 親戚抹大拉的狗有說他們沒有絕望,並有信心在專家立即組裝中和事故後果的聯合小組。“

- 這裡是新聞! - 愛麗絲大聲說。 “看來,一些需要幫助的人。”

***

她知道這位教授和院士彼得羅夫馬拉泰斯塔,但理查德知道它要好得多。 這是一個很長一段時間沒來一個號召,當回答,艾麗絲意識到,他是在家裡。 他神情平靜,收集,甚至是公事公辦。 然而,出於某種原因,我坐在家裡。

- 您好! - 愛麗絲說。 - 我還以為你現在正在處理bezvylazno。

- 您好! 新聞看到了,對不對?

她點點頭。

- 要認識到那裡再次登陸我們的MD? 你們為什麼不救她?

- 我有用得多這裡。

- 有趣的訂購。

- 該研究所現在太多人圍觀,只會妨礙工作。 隨著運營問題的藝術家彼得羅夫將應付沒有我。 我做的分析。

- 這是很嚴重的?

- 好吧,如果你不認為所有的第二網絡單元的下跌只是一個焦油塔拉拉,沒什麼......我很抱歉 - 他停了下來 - 瑪格達的女朋友,對不對?

- 類似的東西。 雖然她認為我太年輕了她的友誼。

- 可這有什麼呢?

- 據她介紹,友誼 - 這有點像一個共同的論文。 阿! - 愛麗絲揮揮手,各類展示如何不可救藥的討論。

- 那麼你naanaliziroval?

- 愛麗絲,你應該明白,這些東西我不能討論。 是的,你到什麼所有的細節。

- 你看,你知道的,我不會離開你獨自一人,直到你找到了你是否能夠自救,或瑪格達,你需要我的幫助。

- 這只是你們的幫助,我們沒有足夠的! - 理查德舉起雙手。 - 不僅是我們一個維護域

- 理查德,因為我不能把你的話給心臟 - 她指著她的食指他的心臟 - 的基本科學到我的問題研​​究所可能會更加敏感。 你不覺得你是你,我有朋友在那裡。

- 您的敲詐使我恐懼不寒而栗。

- 哦,這樣嗎?! 你以為我在開玩笑?!......好吧,來吧,理查德,來吧,你知道我的,只是複述一切一般,所以我至少不擔心不必要。

- 如果我複述,你只是來運行研究所,做一些愚蠢的。

- 我什麼時候做任何愚蠢的事,來提醒我,好嗎?!

- 一年前,當被盜spaskab。

- 是的,但是......

- 我提醒你,比它結束呢?

- Ukazivki你該死的官僚 - 不是一個參數。

- 而事實上,由於對使用的禁令,並充分spaskabov我們不能拯救我們的員工去年冬天的後續拆解的結果 - 是的說法呢? 那你說你的滑稽動作後,抹大拉的,還記得嗎?

- 瑪格達瑪格達是...! 如果你聽吧......啊! - 愛麗絲氣憤地再次揮了揮手。

- 總之,你拿走我的時間。 而其中,是必要的救援遠征的組織。

- 嗯...該死的......好吧,我答應我不會急於學院,你會不會告訴我。 我希望我的話你還相信嗎?

- 好吧,如果你真的這麼擔心... - 他在自己的手錶看了看 - 我跳起來在一個半小時​​,我在這裡完成一些計算,我可以付給你十五或二十分鐘。 與此同時,雖然perekushu,然後在早上我沒有吃任何東西。

***

愛麗絲參觀了理查德的家幾次,但只是一筆帶過。 現在她有機會再次確認他的生活沒有改變。 他獨自一人居住,除了約克夏和滿是皺紋的機器人在地面梗和走路。

理查德·愛麗絲邀請表,但她不想。 她看著主人安排儀器不一致的動作,並知道這是相當罕見的其業主的責任要履行。 這是不可能的理查德有很多客人。 愛麗絲種植從那些躺在她的盤子,開始捻它在他眼前叉最小的漢堡包。 雞就像一個小的小行星正前方。 “第二板,充了一小攔河壩抽射!”她俯身向前。 她雙唇緊閉上閃亮邊緣。 雞已經失去了對其質量的三分之一。 “第一胎圈,收取少量費用......”她把炸肉排,看著理查德,發現他的目光。

- 好, - 她點點頭。 - Polufar或“按鈕”?

- “按鈕” - 理查德微笑 - 一個古老的配方。 你喜歡漢堡包?

- 嗯。 只是現在它是不是餓了。

- 有時來參觀。

- 來吧, - 她舔她的嘴唇上,使剩餘的脂肪 - 所以怎麼樣的MD?

理查德立刻皺起了眉頭,開始集中出現,直看著盤子裡。

- 也許,這是必要的,一般的術語來解釋 - 什麼一般的網絡 - 他嘴裡塞滿說。

愛麗絲推開他的食指尖端他一杯果汁。 理查德點了點頭,拿起他的玻璃和喝了一口。

- 想像一下,我們的地球 - 他折了他修長的手指在時尚界。 - 現在想像它經線和緯線的網格。 你知道,它有時也被描繪和 - 一格。 所以......網絡 - 被觀察在網格的節點站。

- 因為他們在看什麼呢?

- 對於土地。 這種地質站。 這個想法是始終都發生地質過程的一個完整的和統一的畫面,就像我們有天氣站的網絡。 此外,這些站被連接不僅在表面上,它們也連接...通過。

- 即?

- 嗯,他們有一個監控系統,可以通過地球光澤和直接連接。

- 根據直徑?

- 以直徑和和弦。 科學家們足夠的情況下與地震檀香山去年夏天停止終於打好這家合資公司。 實際上,該網絡的站點昨天軋製在基礎科學研究所。

- 那麼,好,研究所時間做呢?

- 你看,愛麗絲 - 理查德跌跌撞撞一些通心粉叉子 - 科學家們不能只是滿足於直接監督和監測。 他們需要跟踪,可以這麼說,在動態。 於是他們聯繫了我們。 與我們,與西雅圖在北美,巴西,南非...

- 所以呢?

- 那是什麼? - 他嚼的麵食部分 - 提供幫助監測進程中來。

- 是啊...

- 也許還是doesh炸?

- 好吧,你在這裡 - 她猛漢堡的殘餘在你的嘴整 - fofolen?

- 是的。 第一點的實驗是正常的風采。 然後,我們決定結合我們的兩個研究所。 這裡目前還不清楚發生了什麼事。

愛麗絲在一個無聲的問題引起了她的眉毛,繼續瘋狂地咀嚼。

- 我們與相關的基礎科學的光電系統和其它電纜研究所,我們發現他們的車,控制系統,和電腦與我們同在。 看這兩個控制單元的過程。 我們的 - 第一,第二單元 - 他們。 雷舉行網絡僅在第二單元,因為,事實上,這是他們的教區,而我們只是在做緊張的時間控制,同步束流反饋......好吧,沒關係。 突然,沒有理由,沒有原因,我們失去了與第二單元觸摸。 而我們的研究所,並在地質學家的掌舵人。 當然,第一次,都一致認為梁不同步,超出了電路的電壓降,但上帝知道還有什麼,但肯定不是東西,將加強整個控制單元與梁一起知道在哪裡!

- 這就是現在瑪格達...

– В прошлом, скорее всего. Где именно – пока не установили. Но плохо не это. А то, что Магдалина, вместе со всем блоком может оказаться где угодно на линии луча.

– Ого! А линия проходит прямо через…

– Именно. То есть между нами, Сиэтлом и еще тридцатью двумя ближайшими станциями контроля.

– И каковы шансы? Ведь если она окажется прямо внутри, то…

– Шансы есть, к счастью. Поток был направленный. То есть, высока вероятность, что луч попал по назначению… куда-то… в точку одной из станций. Но не оказался в толще Земли.

– Уже хорошо. И что же, компьютеры не могут вычислить, где эта точка?

– Где и когда, Алиса, не забывай. Где и когда!

– Ну, пусть. Всё равно, неужели это такая сложная задача, с вашими-то ресурсами?

– Вообще-то, сложная. Но, чтобы к ней хотя бы приступить, нам надо понять, что вообще произошло. Никто и предположить не мог ничего подобного.

– Ну да, вы там будете понимать, а Магдалина в это время…

– Алиса, не волнуйся! Времени у нас полно. Как только мы определим точку, куда ушел пучок, мы отправим своих сотрудников и вытащим ее. Мы или коллеги из Сиэтла.

– Если не будет поздно к тому времени… Хорошо, а американцы что говорят?

– Мы сразу же связались с ними, естественно. Большая Гора сказал, что они немедленно приступили к поискам.

– Кто? Что? Какая гора?

– Большая, – улыбнулся Ричард, – прозвище у него такое. Джек, сотрудник из Сиэтловского Института Времени, доктор наук. Он индеец, понимаешь? Вот его и обзывают так. Он не обижается.

– А почему такое странное прозвище?

– А вот он как-нибудь у нас в Москве появится, я его тебе покажу, ты тут же поймешь, почему, – хохотнул Ричард.

– Ладно, а ты-то сам чем занят? Котлетки жаришь?

– Если бы! Разбираюсь с материалами М.Д. Учитывая, что я в геологии ни в зуб ногой, то…

– А что, специалиста нельзя было посадить?

– Нет, нельзя. Потому что он будет специалистом в геологии, а нам нужно понять связь исследований с нашей непосредственной областью.

– Можно я взгляну.

– Как хочешь, – он пожал плечами, – только… Не обижайся, но твоя подруга М.Д. – савант.

– Это так интеллигентно теперь обзываются доктора наук?

– Нет, это синдром такой, – он постучал пальцем по лбу.

– Ну, я же говорю – обзывательство.

– Учитывая, что это означает гениальность в определенной области, то вряд ли. Неужели ты думаешь, обычный человек смог бы то, что она делает?

– Ну, я в курсе, что она девушка талантливая и трудолюбивая, но я тоже иногда не промах.

– Как знаешь, – не стал спорить Ричард, направляюсь в свой рабочий кабинет.

– Вот смотри, – он вывалил перед Алисой пачку пластикатов.

– Анализ экспериментальных наблюдений, сделанных во время темпоральных путешествий, выводы, четыре десятка научных гипотез, две доказанные теории… Это всё дела прошлые, но недавние. – пробормотал Ричард. – Вот это свежие, напрямую связанные с сетью.

– Что это? – спросила Алиса в благоговейном ужасе взирая на бесконечные столбики цифр.

– Результаты наблюдений, непосредственно данные сети. Она уже успела набросать на этой основе кое-какие выводы, вот расчеты. Всё это безумно интересно с точки зрения изучения процессов в земной коре, но по нужному нам делу никаких зацепок я пока не обнаружил. Сейчас ты уйдешь, я начну искать дальше.

Алиса смотрела на все эти цифры и что-то они ей очень-очень отдаленно напоминали. Как будто, она где-то что-то видела… или… нет… вряд ли.

– Как ты сказал? Савант?

– Да, – ответил Ричард задумчиво. Мыслями он уже снова был весь в работе.

– Можешь мне сделать копию?

– Конечно.

***

Раз уж Алиса пообещала не соваться в Институт, значит нужно было хотя бы попытаться помочь с поисками здесь. Ей самой все эти данные, конечно, было не одолеть. Да и не в данных было дело. Почему-то ее ум уцепился за связь этих двух вещей – за столбики с цифровыми данными и за это странное слово «савант». Ненормальная гениальность. Она и плясала от этого. «В принципе, – рассуждала Алиса, – если взять всех друзей и знакомых, наверное, только один из них в какой-то степени похож на Магду». Это был, конечно, Алисин одноклассник Аркаша Сапожков. Что ей это давало, Алиса понять пока не могла, но именно к нему она и отправилась с копией работ Магдалины.

Он был, разумеется, занят, разумеется, недоволен, что его отрывают, разумеется, его пришлось какое-то время уговаривать, чтобы он просто взглянул на то, что ему принесли. Наверное, любого другого он бы отфутболил куда подальше. Но Алису он уважал куда больше остальных сверстников. Может быть потому, что ей никогда не приходило в голову учить его жизни.

Он сгреб своей конопатой пятерней толстую пачку, посмотрел на первые несколько страниц и бросил пачку на стол.

– Эль-Гамаль, – буркнул он и вновь повернулся к экрану со своими исследованиями.

– Чего?

– Я же сказал: Эль-Гамаль! – раздраженно повторил Аркаша. – Луков, Хансен или Верхейен? Который из них?

– Черт, Аркадий, ты можешь говорить по-человечески?!

– Который из них тебе это дал?

– Никто! Никто из них мне этого не давал. Ты издеваешься надо мной?

Аркаша обернулся и удивленно воззрился на Алису.

– Тогда откуда же это у тебя?

– Это, вообще-то, результаты, над которыми работала Магдалина Дог! Мне их дал Ричард Темпест из Института Времени.

На этот раз уже Аркаша промолвил:
– Чего? Что ты несешь, Алиса? Какие еще результаты? Это Эль-Гамаль, а знают его сейчас только три человека. Луков, Хансен и Верхейен. Потому что он давно не применяется. Алиса, это криптограмма по методу Эль-Гамаль!

– Ты бредишь? Какая еще криптограмма? Я понимаю, если бы я услышала подобное от Пашки. Но от тебя!.. Я же тебе объясняю, мне его дал…

– Послушай, – Аркаша встал, взял один из листов и терпеливо, словно ребенку стал втолковывать, тыкая пальцем в цифры, – это – Эль-Гамаль, криптосистема с открытым ключом, основанная на вычислении дискретных логарифмов в конечном поле.

– Но Ричард сказал…

– Значит твой Ричард – болван! – заключил Аркаша, как будто вывел доказательство простой теоремы.

– Погоди, а ты-то откуда знаешь этот самый… Эль- как его там?

– Эль-Гамаль, – Аркаша снял с полки маленькую потертую книжечку, – вот.

И вот тут Алиса вспомнила, где она видела подобные ряды!

– Я работал над одним изобретением, мне понадобилось, я изучил… Ну всё, Алиса, мне нужно продолжать.

– Как это всё?! Раз ты говоришь, что это шифр, это же всё меняет! Значит надо немедленно расшифровать его. Ты должен это сделать.

– Еще не хватало! У меня больше нет других занятий!

– Это важно, как ты не понимаешь?

– Ладно, ладно, через недельку заходи.

– Неделю?! Ты в своем уме? Ты понимаешь, что нам надо спасать человека?

– О, господи! – вздохнул Аркаша сокрушенно. – Какого еще человека?

– Как какого? Ты что, новости не смотришь? Да Магдалину же! Она пропала в результате аварии, ее несколько институтов по всему миру ищут. А это ее работы, и теперь ты говоришь, что это шифр.

– Хм, занятно, – он на мгновение задумался, – хорошо, а что ты намереваешься здесь найти?

– Подсказку. Где ее искать.

– Так, стоп, ты же говорила, что это авария…

– Знаешь, вот теперь я в этом совсем не уверена.

– Ладно, спасать так спасать. Полагаюсь на твою интуицию… Только я тебя умоляю…- он приложил пятерню к груди, – Пашке не говори!

– Заметано!

***

Весь оставшийся день Алиса занималась, в основном, тем, что пыталась так или иначе собрать новости о происходящем. Институты работали, научные сотрудники искали, изучали и вычисляли. Пока без всякого результата. Несколько раз Алиса порывалась сообщить Ричарду о своем открытии. Но удерживалась. Если уж Магдалина что-то нахимичила сама, то лучше сперва отыскать ее и поговорить, а то как бы хуже не сделать.

Вечером она не выдержала и сорвалась к Аркаше. Она застала его всё на том же месте, у компьютера, и с нарастающим возмущением поняла, глядя на экраны, что он опять занялся своими исследованиями.

– Ну мы же договаривались, Аркаша! – укоризненно воскликнула она.

– Вон твои материалы лежат, – флегматично отозвался тот.

– Что, уже?!

– Конечно. Там ничего особо сложного нет, если знать, что перед тобой. Но, как я уже говорил, знают только трое.

– Теперь уже четверо, как выясняется.

– Мм… да, четверо.

– И ты даже не удосужился позвонить! Я тут места себе не нахожу.

– А толку-то? Я просмотрел расшифровку, ничего тебе это не даст.

– Поглядим.

– Гляди.

Алиса взяла в руки пачку оформленных Аркашей пластикатов. Черт возьми, это был сплошной научный текст из области геологии с вкраплением формул, описаний, таблиц. Никаких секретных планов, карт, тайных записок и заговоров. Похоже, Магдалина просто решила на время скрыть свои исследования от окружающих. Может, просто боялась плагиата кого-то из коллег, может, хотела всё еще раз перепроверить.

– Н-да, – Алиса разочарованно бросила пачку и опустилась на стул, – ничего.

– Я и говорю. Похоже, твоя интуиция тебя подвела.

– Но зачем так сложно? Зачем криптография? Да еще какая-то странная?

– Да ни зачем. Знаешь, я бы, может, тоже что-нибудь этакое сделал бы, буде понадобилось бы. Просто так, ради интереса.

Алиса покосилась на него. «Савант», – вспомнила она и усмехнулась.

– А о чем хоть ее работа?

– Ха, можно подумать, я знаю. Я биолог, а не геолог, разве ты до сих пор не в курсе?

– Совсем ничего не понял? Не поверю.

– Алиса, я не знаком даже с терминологией, какого черта я буду делать то, что заведомо не принесет никакого успеха?

Он помолчал, глядя на унылую Алису.

– Ну… она изучала какой-то разлом. Относительно недавний. Прошлого-позапрошлого века. И что?

– И где этот разлом?

– По-моему где-то между Аннаполисом и Балтимором. Восточное побережье. Таких исследований тьмы и тьмы и тьмы.

– Что ты там сказал по поводу моей интуиции… Хм. Кажется, я начинаю догадываться, какой будет следующий шаг.

Она заметно повеселела, схватила результаты расшифровки и, потрепав Аркашу по кудрявой шевелюре, вылетела на улицу.

Нет, конечно, можно было позвонить Коре… Только черта лысого полицейские разберутся со всеми этими научными секретами. У Алисы в голове сложилось сразу несколько вещей. Изобретения, Сиэтл, криптография, Восточное побережье… Она знает, к кому обратиться.

Алиса запустила поиск. ЮНЕСКО. ОКИ. Буква «Р». Нужной фамилии не было в списке. Что ж… Она набрала номер отдела.

На экране появилась миловидная темнокожая девушка с широкой улыбкой:
– Секретариат, я вас слушаю.

– Мне нужен Рихтер, – ответила Алиса, кусая губы. До конца она не была уверена, правильно ли поступает.

***

– Значит ты говоришь, она намеренно устроила аварию во время эксперимента?

– Ничего ТАКОГО я не говорю! Я не знаю, что произошло, и вот что у меня есть для продолжения поисков.

Рихтер мерял шагами небольшой кабинет. Для его длинных ног в джинсах и высоких кожаных мокасинах расстояния хватало ровно на три шага.

– Допустим. Я правильно понял, что вот это, – он покачал в воздухе увесистой пачкой, – зашифрованные почти никому не известным способом исследования пропавшей девушки?

– Да.

– А вот это, – он потряс другой пачкой, – то же самое, только уже расшифрованное твоим одноклассником?

– Именно так.

– Дурдом! – заключил он и уселся в кресло.

– Ты уверена, что твой этот… друг, не ошибся?

– Абсолютно!

– Н-да, интересные у тебя друзья. Куда ни глянь…

– Понимаете, они в чем-то похожи. В смысле, психическом. Нет… о, господи, в хорошем смысле! Они оба – саванты.

– Они оба что?

– Ну, – Алиса помимо воли постучала пальцем по лбу, – синдром такой есть.

– ОК, ОК, ОК! Я понял. Так чего ты хочешь от меня?

– Я хочу, – Алиса начала уже терять терпение, – чтобы вы помогли мне найти Магду.

– Вообще-то, это не совсем наш профиль, тем более, что в данном случае уже работают лучшие научные специалисты… Но-о… – остановил он ее жестом ладони, – если правда всё, что ты говоришь, то это дело стоит того, чтобы расставить в нем все точки над i.

– Искренне надеюсь, – промолвила Алиса печально, – что Магдалине это не повредит.

***

Рихтер вертел изображение так и эдак. Он уже наизусть знал все эти фото, но такой у него был стиль работы – ему надо было сперва долго вглядываться в своих клиентов (Отдел по Контролю за Изобретениями никогда не называл преступниками ученых, с которыми работал, только клиентами). Он старался понять, прочувствовать человека, его мотивы, что им движет. Биография, описания, характеристики и изображения, особенно объемные фотографии, не видео даже. Рихтер как бы окружал себя другим человеком со всех сторон. В этот раз никакого особенного старания и погружения не требовалось. Типаж был настолько ярким, что резало глаза. Он не для изучения даже смотрел на экран, он смотрел и в очередной раз поражался.

Дико было видеть, как люди иногда уродуют себя. Во что превращают. В первый момент, когда он увидел фотографию, он едва не вскрикнул. Он думал, что перед ним ребенок, что это какой-то жуткий фарс. Даже и сейчас, рассмотрев ее во всех подробностях, он дал бы этой девушке ну от силы шестнадцать. На самом деле, ей было восемнадцать, но похожа она была на костюмированного героя, сбежавшего прямиком с Хэллоуина.

Крошечная, худая как тростинка, в куцем платьице, которое даже десятилетняя девочка никогда не позволила бы на себя напялить, потрепанного вида круглые очки на пол-лица (интересно, когда в последний раз он видел человека в очках? двадцать лет назад? тридцать?), туфли на платформе в три пальца толщиной, да еще и на каблуках-шпильках, густая копна темных волос, которые никогда не знали, что такое нормальная женская прическа – такова была Магдалина Дог. И ладно бы еще она была уродливой, с какими-то физическими недостатками, чтобы такое с собой творить, так ведь нет. Самая обычная, симпатичная девушка. И что с того, что она была спортсменкой, если спорт ей был нужен исключительно, чтобы поддерживать свой сумасшедший образ жизни. Как наркотик.

Он потер лоб и покачал головой. В который уж раз. Перед ним была еще одна жертва повальной истерии последних лет среди молодежи, буквально помешанной на науке. Не то, чтобы он считал, что это было совсем уж плохо. Да нет. У него не было никаких фобий на этот счет, и работу свою он выбрал вовсе не потому, что хотел кому-то там из ученого мира отомстить. Но когда он видел таких вот убивавших себя, лишавших нормальной жизни в судорожной гонке за открытиями, молодых людей, ему становилось невыносимо тошно от чувства собственного бессилия.

И если бы они убивали только самих себя при этом, было бы полбеды…

***

– Ну, наконец-то! Я уж думала, вы никогда не позвоните.

– Я же обещал, Алиса, держать тебя в курсе дела.

– Целых два дня прошло.

– А ты думаешь, так просто было разобраться в материалах этой твоей безумной подруги?

– Магда – никакая не безумная! Прекратите ее обзывать! Она добрая и честная, настоящий ученый.

– Вот это-то меня и пугает. Приезжай, мы кое-что накопали, я тебе покажу.

– Мне неоткуда приезжать, я стою под окнами вашей конторы.

– Надеюсь, ты не два дня там стоишь.

– Нет, две минуты. Пока с вами разговариваю. Но теперь я уже поднимаюсь.

– Как, однако, всё вовремя случается в последние дни, – буркнул Рихтер под нос, разрывая соединение.

Он задумчиво переложил материалы на столе и отхлебнул кофе из кружки. В последнее время он вообще чувствовал, что как-то быстро стал уставать. Похоже, пора в отпуск.

– Надеюсь, хоть вы расскажете что-то утешительное, – сказала Алиса, заходя в кабинет, – а то от всех прочих пока что никакого толку.

– Не знаю как на счет утешительного… Но занятное, безусловно. Тебе понравится.

– Выкладывайте, не тяните.

– Видишь ли, Алиса, от прочих нет толку, потому что они всё-таки научные организации, а мы не совсем.

– И?

– Ну, они не могут, скажем, влезть в чужой компьютер или изучить, что человек делал в Сети последние полгода-год… что там искал… и так далее.

– А вы соответственно… Впрочем, мы уже как-то говорили об этом. Я так понимаю, вы копались в личных файлах Магдалины.

– Разумеется. После того, как мы ознакомились поближе с этой… мм… довольно незаурядной личностью, такая необходимость возникла сама собой.

– Надеюсь, это дало хотя бы какой-то результат. Мне бы не хотелось потом оправдываться перед Магдой за то, что я стала причиной, что кто-то читал ее личные письма. Впрочем, боюсь, этого так и так не избежать.

Рихтер молча выложил на стол перед Алисой какой-то документ. С виду он был очень старый, это она поняла сразу, как только его увидела, на самой настоящей бумаге, с написанным текстом чернилами от руки. Она осторожно склонилась над ним.

– Не бойся, – успокоил Рихтер, – это факсимиле. Оригинал в архиве.

Алиса кивнула и взяла бумагу в руки.

– Узнаешь почерк?

Она быстро сверху-вниз просмотрела документ.

– Вы хотите сказать… Это писала Магда, да? Ну да. Почерк ее.

– А где ты могла видеть ее почерк?

– Ну, она часто черкала указания техслужбе на всяких обрывках, просто записи иногда делала. По ходу. Это ее почерк, точно. И подпись. Д.М. Дог Магдалена. Только почему по-английски?

– В этом как раз ничего странного, учитывая, что документ найден недалеко от Балтимора.

– Балтимора?! Ну, конечно, она же исследовала какой-то разлом именно в этом месте. Ведь это документ из прошлого, так? Вы нашли ее?! Так почему мы еще сидим и болтаем с вами о почерках, когда давно пора посылать группу, чтобы вытащить ее?!

– Не так быстро, Алиса. Ты же не знаешь, где именно мы это нашли.

Она вопросительно взглянула на него.

– Видишь ли… – он покачался в кресле, как бы обдумывая свои слова, – документ находился в компьютере твоей подруги. Она его обнаружила примерно год назад. Все эти ее исследования в Мэриленде… В общем, занималась она там совсем не геологией.

– А чем же тогда?

– Понятия не имею. Не волнуйся, мы уже связались с Институтом Времени в Сиэтле, они в курсе.

– Я должна рассказать Ричарду.

– Не надо, он и так получит всю информацию от своих коллег. Наверное, уже получил.

– Подождите, я не могу понять, из-за того, что вы не знаете, что она исследовала, вы не собираетесь ее спасать?

– Я этого не говорил. Я только сказал, что мы не понимаем, что происходит. Ясно только, что она обнаружила что-то в прошлом, это что-то было как-то связано лично с ней, и с этого момента она всё время посвящала только изучению данных фактов. Точнее, артефактов.

– Аркаша сказал, что ее работа связана с геологией.

– Связана. Но не в обычном смысле.

– Черт побери, вы вообще собираетесь сделать хоть что-то, чтобы ее спасти?!

Рихтер пристально смотрел на носки собственных ботинок.

– Весь вопрос в том, нуждается ли она в спасении?

***

Через два дня Алиса поняла, что не может ни до кого дозвониться. Ричард не отвечал, в Институте Времени робот сообщал, что не может позвать никого из сотрудников, в Институте фундаментальных наук один из ассистентов уверял, что профессор Малатеста занят и не будет общаться. Рихтера же просто не было на месте, и никто не знал, куда он делся. Новости были о чем угодно, только не о Магде и ситуации с аварией в геологической сети. Подобное случилось в первый раз на памяти Алисы. Все как будто разом отключились и отказывались разговаривать.

«Не может же быть, что это из-за меня, – думала Алиса, – вряд ли они именно со мной не хотят говорить. Хотя проверить не мешает». К волнению за Магду примешалась какая-то странная тревога. Иррациональная, неизвестно за что, просто на пустом месте. Она решила еще раз попросить помощи у Аркаши.

Он работал на биостанции и приветствовал Алису как обычно сухо и коротко, не уделяя времени неконкретным разговорам. Правда, на счет Магды поинтересовался.

– Ну что, нашли, наконец, твою подругу?

- 號 Потому я к тебе и пришла.

– До сих пор? – удивился Аркаша. – Это странно.

– Там у них в последнее время вообще что-то странное творится. Скажи, у тебя же есть знакомые в Институте фундаментальных наук?

– Алиса, знакомые, это у тебя. У меня – коллеги.

– Ах, извините! Это же ты один – большой ученый, а остальные просто погулять вышли.

Аркаша пожал плечами.

– Как тебе будет угодно.

Алиса поняла, что сейчас не самый удачный момент, чтобы обижаться.

– Ну ладно, Аркадий, сейчас не об этом речь. Я всего лишь хочу, чтобы ты спросил этих самых коллег, что там у них происходит.

– А с тобой они не разговаривают? – насмешливо спросил Аркаша.

– Вот именно!

Он поднял бровь. Потом пожал плечами.

– Что ж, значит так надо. Если нельзя ни с кем говорить, то нечего и спрашивать.

– Ну, Аркаша! Пожалуйста! Ты же знаешь, что речь идет о жизни моей подруги. И твоего КОЛЛЕГИ, если уж на то пошло.

– Хорошо, я позвоню. Но настаивать не буду, так и знай. Просто спрошу и всё. Договорились?

– Договорились.

Он ушел в другую комнату к видеофону и какое-то время своими обычными короткими репликами что-то обсуждал. Алиса слышала только его скрипучий голос, но не могла разобрать смысла.
Он вернулся минуты через две и сел на диван. Вид у него был странно недоуменный.

– Ну, что там? Ты что-нибудь узнал?

– Узнал, но не могу сказать, что хоть что-то понимаю.

– Говори скорей!

– Из того, что я понял, ясно только, что произошла какая-то фундаментальная катастрофа. Она напрямую касается твоей подруги Магдалины, но каким именно образом, я не понимаю. Институт Времени уже прекратил свою работу. В Институте фундаментальных наук сейчас полный хаос.

Алиса растеряно посмотрела на Аркашу.

– То есть как – хаос?

Он развел руками.

– У меня спрашиваешь? Передаю, что слышал. Бред какой-то!

Он хмыкнул, нахмурился и задумчиво передвинул туда-сюда реактив по лабораторному столу.

– Думаешь, нам стоит поехать туда?

– Нас не пустят. Руководство приказало перекрыть вход. Собственно, а что это даст? Нам нужно поговорить с кем-то, а не бегать по коридорам.

– А Институт Времени?

– Там вообще никого нет.

– Этого просто быть не может! Я не верю. Я должна поехать и убедиться собственными глазами.

– Поезжай. Потом… позвони. Мне тут надо… кое-что доделать.

Вызов поймал Алису в полете. Это был Рихтер. Со своего личного браслета. На заднем плане Алиса с удивлением рассмотрела гладь лесного озера и небольшой лодочный причал.

– Я тут решил отдохнуть, знаешь ли, – как ни в чем не бывало сказал Рихтер, – дать себе небольшой отпуск.

– Рада за вас. Я надеялась, что вы мне поможете, но вы почему-то предпочитаете отдых.

– Хочу тебя пригласить к себе.

– Спасибо, но я занята. Мне надо еще найти свою подругу, а вокруг творится бог знает что, и мне приходится с этим разбираться.

– Заодно и поговорим, – добавил Рихтер.

– О чем? У вас есть какая-то информация о Магде?

– Собственно, сейчас это уже не имеет значения, но я же обещал тебе рассказать, что мы узнаем.

– Хорошо, – сказала Алиса, поворачивая флип, – в конце концов, это уже была какая-то конкретика, хотя тон Рихтера ей и не понравился.

***

Рихтер выбрал для своего отдыха север, а не юг. Его скромное одноэтажное бунгало скрывалось среди осинового леса, окружавшего зеркало почти идеально круглого озера севернее Сиэтла, почти на границе с Канадой. Ранняя осень слегка позолотила листву, но было еще довольно тепло и не дождливо. На деревянном настиле около воды стояло кресло-качалка, сделанное из причудливо изогнутых веток.

Алиса подошла к краю настила и посмотрела в воду. Легкий ветер создавал едва заметное волнение, но сквозь колышущуюся рябь всё равно проглядывало дно.

– Я знал, что рано или поздно всё этим кончится, – сказал Рихтер за спиной у Алисы.

– Вы о чем? – обернулась она.

– Все эти изобретатели… Впрочем, твою подругу трудно винить.

– В каком смысле? Что с ней случилось?

– Она, конечно, весьма незаурядная особа, эта твоя Магдалина. То, что она провернула… Это… – он покачал головой.

Алиса решила просто подождать и послушать, что он скажет. Рихтер сунул руки в карманы и сделал несколько шагов вдоль берега, как бы приглашая ее пройтись. Она присоединилась.

– Вся эта история такова, что трудно даже понять, с чего именно ее начать. Потому что началась она, конечно, не с аварии. Ну, скажем так, однажды осенью 2001 года недалеко от Балтимора произошло землетрясение. Которое под чистую разрушило небольшой город. Город назывался Лаундейл и выжило на его обломках совсем немного народу. Точнее, одна единственная девушка. Странным во всей этой истории было то, что ни в каких соседних населенных пунктах никаких подземных толчков не было зарегистрировано. И эпицентр располагался подозрительно близко от поверхности. Досужие журналисты даже написали, что речь идет ни много, ни мало о неудачных испытаниях тектонического оружия. Которое, конечно, никто в глаза не видел, но…
Так вот, все эти материалы твоя подруга начала внимательно исследовать примерно за год до аварии.

– А какое это имеет отношение?…

– А такое, что координатам этого городка точно соответствовала одна из точек геологической сети в известном тебе эксперименте.

– То есть, вы хотите сказать…

– Я хочу сказать, что, судя по документам, это землетрясение было никаким не землетрясением. А последствием аварии при эксперименте.

– Не может быть! Я не могу поверить, чтобы Магда могла организовать что-то подобное! Убить столько народу. Она мухи в жизни не обидела бы.

– Нет, ты всё не так понимаешь, Алиса. Она ничего не организовывала. Всё намного ХУЖЕ.

– Хуже? – удивленно переспросила Алиса.

– Именно, – Рихтер пнул ногой мелкий камешек на берегу. Камешек пролетел метров десять и с громким плеском приземлился в озеро, распугав круживших над поверхностью воды насекомых.

– Магдалина ничего не организовывала. Она действительно угодила в аварийную ситуацию и вместе с лучом действительно оказалась в прошлом, явившись невольным свидетелем гибели городка. Потому что, как ты сама уже, наверное, догадалась, единственной выжившей была именно она. Только она же не могла признаться местным, что пришелец из будущего, она нашла на обломках какие-то документы и взяла себе имя местной девушки. Так гласят исторические факты. Ты помнишь, я показывал тебе бумагу с образцом текста?

– Конечно.

– Действительно, компьютер, подтвердил, что это ее почерк, но вот подпись там отнюдь не Дог Магдалина, как ты предположила. Д.М. означает Дарья Моргендорффер, а эта девушка действительно проживала в Лаундейле до катастрофы.

– Так что в этом непоправимого? Да, конечно, сама катастрофа – это ужасно, но…

– Погоди, ты пока не улавливаешь еще всей ситуации. Скажи, тебя никогда не удивляло, почему твою подругу так странно зовут? Магдалина. Для москвички-то?

– Да мало ли…

– Для русской женщины это весьма редкое имя. А вот для немецкой…

– Что вы хотите сказать?

- 哦,你看,我們已經詳細研究了我們的女主人公的傳記,我們學到的一切關於她的過去。 它是在哪裡來的,根,應有盡有。 因為通常它是在這樣的情況下完成的。 奇怪的故事名稱改變。

- 什麼?

- 她的祖先搬到俄羅斯從美國出於政治原因五十年前。 我們把他的姓Sobachkina。 而且,事實上,他們Morgendorffer! 現在,他來找你?!

愛麗絲的頭似乎還是分叉。 她覺得有一些怪異的把戲,但還是沒明白他說什麼。

- 不過我不明白? 她自己是一個母親!

- 不,不,這是有的,有的......噢,我的上帝!

- 嗯,這肯定不是在母親的字面意義。 始祖。 在第四代。 但這個原則不會改變。

- 噩夢一些! 我簡直不敢相信! 原來,她只是到了那裡...一切?..但它有可能以某種方式,在某種程度上......我不知道。

- 你有沒有聽到什麼hronoklazm,愛麗絲?

她點點頭。 當然,她能聽到它是什麼。 但有一件事 - 聽到......

- 這是純粹的hronoklazm。 循環時間。 如果這仍然只是有限。

- 可能是一些比這更糟糕?!

她意識到在那一刻的第二次問自己這個問題。

- 這是東西! 讓我們走進這所房子,你將不得不向你展示一些插圖。

大多數的一樓有一個房間,中間一個巨大的壁爐和一張木桌。 在桌子上的不平整的表面鋪設粗料的桌布。 里希特翻遍了一堆的是堆放在敞開的機櫃在角落裡的貨架上扔羞辱桌布兩條長長的白色條紋打印紙中。

- 這 - 他說,平滑的打印 - 實驗的成績單。 具體地,兩個平行的記錄。 比較這和那個地方。

愛麗絲來到了桌子。 其中版畫顯然新鮮,第二次看了非常老了,滿臉皺紋和折疊在許多地方。 上面的名字被列:領隊I.T.Malatesta教授組助理V.Maksimov,I.Maksimova,D.Rudnev,D.Oborin,高級助理道格·M.,服務中心A. Repetur變化頭,二十幾技師的姓名。 其次是所有對話和命令的成績單。

- 他們是相同的。 等待,所以他們應該是相同的。 凡這樣做第二個?

- 你在這裡看到的 - 他用鉛筆周圍圍繞一個錄音排行榜的聲音舞蹈圈 - 這就是在這裡 - 他指出,類似的地方到另一個打印輸出。

- 嗯,這是其副本的記錄。 所以呢?

- 這裡和這裡進行比較。 你看,在時間上的差距呢?

- 微秒? 所以呢?

- 什麼? 你難道不明白嗎? 好不好。 告訴我,愛麗絲,你有沒有遇到瑪利亞的父母呢? 至少我見過他們?

- W-嗯......一旦它並非如此。 雖然...... - 不幸的是,她不記得。

- 最有可能的,你不記得了。

- 不, - 她搖搖頭 - 我不記得了。 它是如此重要? 我不明白是什麼呢? 我們需要思考如何解決它,也許作為一個飛過去改變些什麼......

- 愛麗絲 - 里克特搖搖頭 - 你不明白。 西雅圖時間研究所員工飛奔過去,當他們意識到他們遇到了什麼。 看到那一刻,以評估局勢。 所以,沒有地震,像市Laundeyla沒有,從來沒有在巴爾的摩附近不存在。 他被認為是虛構的。

- 我已經什麼都不懂。 你剛才說的...

- 就是這樣! 你還記得我給你的信了嗎?

- 哦!

- 那麼,有,當然手寫,那。 但曲風抹大拉狗不能寫。 計算機分析了他的工作和抹大拉。 文字你還記得,藝術。 這是該故事。 抹大拉從來沒有能夠寫這樣一個故事。

- 我的頭都要碎了!

討論在這裡

發表評論

你必須登錄發表評論。

內容
創建由Flash控件時東約克會計
flash time widget created by East York bookkeeper