2008 2008年9月8日

小公主的民謠。 繼續別的。

發布時間: |分類: 新聞詩歌創意 |

作者: 針頭

從筆者:這是...

開始在這裡。

Когда Алиса возвратилась в столицу, план дальнейших действий был уже у нее в голове. Ей придется лгать, но, похоже, с этими людьми иначе просто нельзя. К тому же прошло достаточно много времени с тех пор, как она здесь. И пока результатов никаких. Если она не начнет действовать быстрее, неизвестно, когда она вообще вернется отсюда. У нее пару раз проскользнула одна недоуменная мысль на этот счет, которую она пока отказывалась формулировать даже про себя. Смутное беспокойство привело к тому, что она собиралась заехать к Федору в монастырь. Однако желание не затягивать время ненужными для дела визитами заставило ее отказаться от своей затеи. Сперва нужны хоть какие-то результаты.
Подъезжая к дому Анны, Алиса едва успела посторониться. Из ворот выехала кавалькада вооруженных всадников. Во главе скакал очень высокий, худой, но широкоплечий молодой человек. Так Алиса в первый раз увидела короля. Как она смогла определить, кто он, Алиса затруднилась бы ответить. Но в том, что этот юноша с жидкой бородкой, выглядящий моложе своей младшей сестры, именно король, она не сомневалась. Король скользнул по ней сумрачным взглядом и промчался мимо. Алиса подождала немного, пока всадники отъедут, а потом поспешила в дом.
Анна встретила ее объятиями и радостью, похожей на искреннюю. Она стала так громко отдавать слугам распоряжения о ванне, еде и постели для Алисы, так суетливо взмахивала при этом руками, что Алисы подумала, что ее мнимая сестра испытывала некоторые угрызения совести, отправив практически ребенка в опасное путешествие. И вот теперь, когда Алиса вернулась, от сердца у нее, видимо, отлегло.
Однако не всё обстояло так замечательно. Это Алиса выяснила сразу же, как только оттерла основательно въевшуюся дорожную пыль, переоделась в женское платье и проглотила несколько кусков тщательно прожаренного мяса. Анна спросила, не встретилась ли Алиса с королем. Та утвердительно кивнула, продолжая жевать.
– Так вот, дорогая, наш братец не так часто жалует нас своими визитами, и всякий раз ничего хорошего от них ждать не приходится. Но в этот раз он вел себя просто как какой-то ненормальный. Ты знаешь, что я думаю? – Анна понизила голос и наклонилась к Алисе, хотя та сидела в пяти метрах от нее. И, не дожидаясь ответа, продолжила, – на него плохо влияет этот бешеный епископ. Да, да, я говорю о епископе Леру. У нас многие считают его святым, но я-то знакома с ним не понаслышке. Он совершенно свихнулся. Но наш «многомудрый» братец, похоже, искренне считает его божественным посланцем. Ты бы слышала, что он тут вещал! Я имею в виду, короля, конечно. Этот епископ окончательно собьет нашего брата с истинного пути. И, что еще хуже, он баламутит всю столицу своими проповедями. Его мерзкие бичеватели шляются уже в нашем районе, куда всяким оборванцам вход заказан. И никто не смеет их выгнать вон. Я думаю, что нам надо действовать быстрее.
Алиса снова кивнула.
– Почему ты всё время киваешь? Разве ты не понимаешь, насколько серьезно наше положение?! Я жду от своей сестры каких-нибудь дельных ответов, а она кивает, словно монах на проповеди. Король распространялся долго, но суть его речей была одна – он собирается ограничить мои передвижения и следить за моими действиями. Он, видите ли, подозревает меня в дурных намерениях относительно его особы. И это без всяких доказательств – представляешь?! Я же не смогу встречаться с нашими зарубежными гостями. Как в таких условиях собрать достойную армию, скажи на милость?! Это никуда не годится!
– Вообще, – она вздохнула, – за последнюю неделю одни скверные новости. Ищейки барона Вейна схватили нескольких моих людей. Представляешь, до чего дошло?! Какой-то захудалый барон смеет арестовывать людей принцессы крови! Наше королевство катится ко всем чертям!
Алиса снова кивнула, стараясь не улыбаться. Но Анна этого не заметила. Она помолчала и сказала.
– Так что, твое возвращение – единственное хорошее событие за последнее время. Я надеюсь, что ты расскажешь мне что-то утешительное. Если и Блэкстон на юге повернется против нас, наши дела совсем плохи.
Алиса поняла, что суета Анны при встрече была вызвана не угрызениями совести, а ее надеждой на хорошие новости.
– Вот, – Алиса наклонилась и подтолкнула по столу перстень, – твое кольцо.
– А! Да, – принцесса довольно осмотрела красный камень и водрузила перстень себе на палец, – надеюсь, герцог меня еще помнит?
– Разумеется!
– Ах, а ведь прошло столько лет! – она снова взглянула на камень с довольным видом. Потом спохватилась и спросила деловым тоном, – но ведь вы не только вспоминали прошлое?
– Нет, сестра, о будущем мы тоже поговорили.
Всё время, пока она сидела за столом, Алиса подготавливалась к разговору. Тут надо было не просто врать, а врать изощренно, ибо ей приходилось иметь дело с чемпионами вранья. Лучшими, так сказать, мастерами этого сомнительного искусства.
– Ну, во-первых, герцог согласился соблюдать нейтралитет. Ничего в поддержку короля он делать не будет…
– Это замечательно! – прервала ее Анна.
– Во-вторых, – продолжила Алиса, – у него было встречное предложение.
– Серьезно?! – удивилась принцесса, – неужели герцог решил обсуждать с тобой свои планы?
Алисе послышалась в словах сестры даже некоторая ревность.
– Ну, я попыталась произвести на него хорошее впечатление.
– Ах ты, маленькая чертовка! – рассмеялась Анна, грозя ей пальчиком, – не ожидала от тебя такой прыти.
Тут Алиса вдруг поняла, что ее фраза воспринята совершенно в другом смысле. Она невольно покраснела.
Анна расценила это, как подтверждение своих мыслей и покачала головой.
– Впредь, будь поосторожней! Ты же принцесса, как-никак.
Она поправила прическу машинальным жестом.
Алиса едва сдержалась от попыток немедленно опровергнуть неприличные мысли сестренки. Но решила, что для дела так даже лучше. Иначе та могла бы засомневаться в Алисиных словах. Она опустила голову, пряча стыдливую улыбку, и продолжила.
– Герцог, конечно, сам не собирается воевать, но он нашел для нас союзников.
– Да? Это любопытно. Узнаю кузена, он всю жизнь привык загребать жар из огня чужими руками.
– Он считает, что нам стоит договориться со снежными людьми.
На лице Анны появилась ухмылка, как только до нее дошел смысл сказанного.
– Нашу глупую сестрицу обдурили! Бедная, бедная Алиса! – принцесса покачала головой, продолжая ухмыляться.
Алиса ожидала такой реакции, хотя всё равно слегка обиделась.
– Если ты думаешь, что я такая дурочка, зачем было отправлять меня к такому хитрецу?
Но эта фраза Анну не проняла. Ухмылка не исчезла.
– Ничего страшного, сестричка! Мне достаточно уже и того, что герцог пообещал не вмешиваться.
«Почему же они настолько недоверчиво относятся к любым попыткам наладить диалог со снежными людьми?! – подумала Алиса. – Наверное, мешают древние предрассудки. У нас на Земле чернокожих тоже долго не признавали за людей. Дикари какие-то!»
– Ты можешь смеяться сколько угодно, но предложение его было серьезное.
– Ну, конечно! Кузен умеет напустить серьезный вид.
– Почему ты настолько уверена, что он обманывал?
– Потому что со снежными демонами невозможно договориться. Еще наши предки триста лет назад бросили эти попытки. Снежным демонам наплевать на нас. Они занимаются у себя во льдах какими-то своими дьявольскими делами и не обращают на нас никакого внимания. А нам нет никакого дела до них. Их снежная пустыня никому даром не нужна.
– Похоже, герцог нашел к ним подход.
– Брось! Герцог, конечно, умница, но он не волшебник. К тому же его всегда интересовали реальные проблемы, а не всякие странные идеи. Он просто решил отделаться от тебя, вот и всё.
– Если он так хотел от меня отделаться, отчего он послал за мной вслед слугу, который спас меня от людей барона Вейна?
Вот тут ухмылка с лица принцессы Анны исчезла.
– Немедленно расскажи, как было дело.
Алиса вкратце изложила происшествие в таверне «Большой желудь» и всё, что случилось после, хотя раньше рассчитывала умолчать об этих событиях.
На переносице Анны появилась отчетливая складка. Ее взгляд вдруг сделался настолько пронзительным, что по спине Алисы невольно пробежал холодок. Она не думала раньше, насколько жестким может быть лицо принцессы.
– Даже не знаю, как относиться к твоему рассказу, Алиса, – сказала она, наконец. – С одной стороны это хорошие новости, особенно если ты говоришь, что этот… – тут она изобразила на лице свисающие усы, – убит. На его совести жизнь нескольких моих людей. С другой стороны…
Что именно Анна имела в виду под «другой стороной», она не стала расшифровывать.
– Хорошо, продолжай, что там, ты говоришь, придумал герцог?
– Ну, он рассуждал довольно просто. Что именно может требоваться снежным людям? Чего у них на континенте нет?
– Кто это может знать? Снежные демоны никому не рассказывают о своих нуждах.
– Об этом несложно догадаться. У них нет деревьев.
– Это точно. И что же? Печи они не топят, потому что от холода не страдают.
– Да. Но из деревьев еще делают корабли! Понимаешь? У снежных людей нет и не было кораблей. Они лишены возможности путешествовать по морям.
– Слава тебе, Господь всемогущий, что у них нет такой возможности! Кто знает, на что они бы сподобились, умея мореходствовать!
– На что? Они привыкли к холоду, наши земли им не нужны, также как нам – ихние. Что плохого они могут сделать?
– Но они же демоны! Они порождения черной бездны.
– Отчего же они живут среди снегов, если бездна – черная?
– Не задавай мне таких вопросов, Алиса! – возмутилась Анна, – я же не богослов. Это ты проторчала в монастыре столько лет. Наверное, начиталась там всяких заумных книжек. А мне было не до подобных глупостей. Надо было пытаться спасти это никудышнее королевство!
– Ладно, не буду я ничего задавать. Какая нам, в конце концов, разница, черные они или белые?! Главное, что они могут помочь.
– Каким образом?
– Послать войско.
– Я уже говорила тебе, что собираюсь решить вопрос по-тихому. Ввязываться в войну – неженское занятие.
– Тем не менее, ты пытаешься собрать войска.
– Разумеется. Вдруг наш план будет раскрыт и придется бежать. Кто-то же должен прикрывать меня… нас. К тому же, с войском за спиной торговаться намного проще.
– Ну, вот! И даже если твой план сработает, могут найтись всякие несогласные сторонники короля, которые не согласятся видеть тебя на троне. Всякие Вейны, Леру и прочие.
– Ты права. И что же, герцог всерьез считает, что на этих снежных… людей можно положиться.
– Откуда он может это точно знать?! Конечно, сперва надо отправить к ним делегацию.
Анна разочарованно откинулась в кресле.
– Ну, это пропащий вариант. Кто же в здравом уме отправится через Мерзлое море прямо в пасть ужасным демонам?! Уж не герцог Блэкстон-то точно!
– Конечно, не он. Я!
Глаза Анны округлились. Но, как показалось Алисе, несколько притворно.
– Ты, сестрица?! Ты способна сделать это для меня?
– Ну, конечно, сестра! Я же так благодарна тебе за то, что ты вытащила меня из монастыря и оказала гостеприимство. Кем бы я была, если бы не ты?
Вот такие речи Анна понимала хорошо.
– Если ты и вправду сумеешь договориться о военной помощи, Алиса, я буду гордиться своей сестрой. Даже наш отец стал бы тобой гордиться.
– Не сомневаюсь, – коротко ответила Алиса.
– Только, – вдруг всплеснула руками Анна, – есть еще одна проблема. Где же мы возьмем столько денег, чтобы пообещать снежным людям древесину для кораблей?
– На этот счет не волнуйся. Герцог обещал ссудить достаточное количество. Это ему в любом случае окупится.
Кажется, Алиса уже почувствовала, как лгать на ходу и получать от этого внутреннее удовлетворение.
– Звучит всё замечательно. Но ты уверена, что герцог не договорится с королем у нас за спиной? В конце концов, у нас есть только его слово тебе.
– Анна, он при мне отказал королевскому послу, который прибыл с приказом казнить местного барона, вассала Блэкстонов. Можешь проверить, с каким настроением вернулся посол.
– Кузен ПРИ ТЕБЕ принимал посла?! И делился с тобой своими решениями?! – тут изумление принцессы было уже откровенным и неподдельным.
На ее переносице снова обозначилась та самая складка.
Алиса пыталась определить, что же именно так выводит из себя ее сестру. Она уже поняла, что это никакая не ревность, но что именно, понять не могла, а Анна не хотела ничего пояснять. Она напряженно думала о чем-то, даже закусила губу и отвела взгляд.
– У герцога что-то на уме, – наконец, выдавила она, – я считала, что знаю его достаточно, чтобы понять. Но теперь я не понимаю. Я не умею так далеко думать.
Должно быть, это признание далось Анне нелегко.
Однако природная легкомысленность быстро взяла верх, и принцесса принялась продумывать, в каком виде Алисе отправиться на юг. Алиса мечтала вновь переодеться в мужскую одежду, но в этот раз не могло быть и речи о нищих подмастерьях. Официальный представитель должен выглядеть соответствующе рангу. Скрепя сердце, Анна согласилась усадить сестру в экипаж с королевскими гербами и дать четверых сопровождающих. Впрочем, Алиса успокоила ее тем, что, как только доедет до замка Блэкстон, отправит эскорт и карету обратно, а сама воспользуется помощью герцога. Что, конечно, было писано вилами по воде, но если уж врать, так врать до конца. Времени сомневаться у Алисы не было.
*
На этот раз ее путь в Блэкстон был не сравним с тем, который она проделала в первый раз. Поглазеть на карету сбегалось едва ли не поголовно всё население деревень и небольших городков, где они останавливались. А стоило Алисе покинуть экипаж, как тут же окружающие склонялись в низком поклоне перед знатной дамой, вышедшей из кареты с королевскими гербами. Хоть «даме» было немногим больше тринадцати, и «дама» тяготилась такими знаками внимания. Разумеется, останавливаться в придорожных трактирах ей было негоже, поэтому Алиса спала прямо в экипаже на куче подушек, которыми он был изнутри обложен. Иногда, изнывая от скуки, Алиса покидала экипаж и садилась на Муху, скакавшую следом, ведомую под уздцы солдатами, сопровождавшими Алису в путешествии. И неслась напрямую через заросли высокой полевой травы, вдыхая ароматы цветущих растений, а не подушечную пыль.
Скорость их движения была меньшей, чем та, которую Алиса развивала, перемещаясь в одиночестве, но ненамного. Зато риск опасных встреч сведен до минимума.
За время путешествия Алиса успела тысячу раз прокрутить в голове предстоящий разговор с герцогом, но всё-таки осталась недовольна собой. Ей казалось, что такой проницательный человек, как герцог не поверит ее рассказам, а даже если и поверит, то у него найдется множество причин, чтобы ей отказать. Но всё-таки Алиса верила в свое обаяние, не раз помогавшее выбираться из самых отчаянных ситуаций.
Однако когда экипаж въехал во двор замка Блэкстон, и слуга доложил о визите высокой гостьи, Алису ждало неожиданное препятствие. Оказывается, герцога не было на месте. Она не подумала об этом раньше, но теперь ей пришло в голову, что управляющийся с такой большой территорией, не может постоянно сидеть и ждать, когда к нему приедет девочка Алиса, да еще и без всякого предупреждения.
На все вопросы о том, когда его светлость вернется, слуги только разводили руками.
Алисе определили две комнаты в левом крыле, разместили эскорт и лошадей, и вновь настало томительное ожидание. После того, как она приняла ванну и перекусила с дороги, Алисе ничего не оставалось, как шляться из угла в угол, смотреть в узкое окошко, проделанное в стене двухметровой толщины и рассматривать всякие фигурные вазочки и безделушки, кое-где расставленные на огромной деревянной мебели с грубым узором.
Она приехала в замок утром. До вечера от герцога не было никаких известий. Хоть Алиса и попросила высокого пожилого мажордома отправить к своему хозяину гонца, она не была уверена, что ее просьба будет выполнена. Неизвестно, какие распоряжения отдавал герцог в таких случаях. Может быть, не искать его и не беспокоить.
Вечером слуги принесли ужин. Как показалось Алисе, человек на шесть. Они заставили весь длинный стол в центре комнаты яствами, не смотря на протесты Алисы. Ей совсем не хотелось есть, наверное, от волнения, зато она умирала от жажды. В замке не нашлось напитков, кроме вина. А воду для умывания Алиса пить опасалась.
Так она и легла спать, оставив на столе не тронутым ужин, пахнущий жареным чесноком, и мечтая о глотке апельсинового сока. Правда, предварительно задвинув тяжелый засов на входной двери.
Разбудили ее звуки из соседней комнаты. Она открыла глаза, какое-то время приходя в себя и соображая, что к чему. За окном была ночь. Из двери в гостиную лился колышущийся свет свечей. Там кто-то поскрипывал стульями, позвякивал ложками и ножами и вполголоса переговаривался. В первый момент Алиса испугалась. Но потом ею одолело возмущение. Кто-то заявился к ней в комнаты, пройдя сквозь запертый засов, расположился там, да еще уплетает ее ужин без спроса, пока она спит в соседней спальне!
Она вылезла из-под одеяла, накинула на себя длинный халат, входивший в принцессин гардероб, и бесшумно появилась в проеме двери, как нахмуренное привидение.
За столом сидели герцог Блэкстон со своим верным Озриком и с аппетитом ели жаркое из куропатки, попутно отхлебывая вино из больших металлических бокалов. Алису они не замечали.
Какое-то время Алиса стояла, прислонившись к дверному косяку, не произнося ни слова, и наблюдала, как они утоляют голод. Потом Озрик вдруг заметил ее взгляд, наполненный едкой иронией, замер и указал пальцем на нее своему хозяину. Тот поднялся с места, вытирая салфеткой рот, похоже, чтобы скрыть частично виноватое выражение лица.
– Доброй ночи, принцесса! – сказал он.
– Приятного аппетита, герцог! – ответила она, продолжая иронически улыбаться.
– Вы должны нас простить, но мы только что с дороги, надо было утолить голод. Мы просто не хотели вас будить, поверьте.
– Разумеется! Для этого вы прошли сквозь дверь, словно духи. Я удивляюсь, как это вы еще не оказались прямо в спальне.
– Ну, – развел руками герцог, при этом его виноватая улыбка стала шире, – в каждом замке есть свои секреты.
– Ах, вот как! Ну, хорошо, я рада, что мы, наконец, встретились, пусть и таким экстравагантным способом. Я бы очень хотела поговорить с вами о делах.
– Это очень интересно. Озрик, освободи место для дамы! А еще лучше, подожди меня за дверью.
Слуга молча поклонился и вышел, успев, однако ж, захватить с собой жаренную поросячью ножку.
Алиса присела на стул напротив герцога и взглянула на него.
– Послушайте, ваша светлость, зачем вы разыграли эту комедию? Вы же были в замке всё это время, не так ли? И ужин этот приказали принести в расчете на то, что будете сами его есть. Для чего это всё?
Герцог нахмурился и кивнул.
– Да, конечно, ты права, Алиса. К сожалению, приходится иногда прибегать к подобным предосторожностям.
– Неужели вы опасались, что я могу как-то навредить вам, да еще в вашем замке?
– Дело вовсе не в этом. Мне не нужно, чтобы видели, как я официально принимаю человека принцессы Анны. Я вообще, честно говоря, не пойму, зачем вы с сестрой устроили эту торжественную поездку через всю страну.
Алиса не совсем поверила герцогу. Наверняка он опасался какого-то подвоха и с ее стороны. Но вслух не стала этого говорить.
– Потому что я и есть официальный представитель своей сестры. Можно сказать, посол.
– Посол? В какое государство, позвольте спросить? Южнее Блэкстона только море.
– Ваша светлость, можно я сперва попрошу у вас… Я смертельно хочу пить.
– Конечно, – герцог взялся за кувшин, чтобы налить Алисе вина.
– Нет, вы меня неправильно поняли. Я не пью вина, а ваши слуги не нашли ничего другого в вашем замке. Или не захотели искать.
– А что же ты пьешь? – удивился герцог.
– Чай из трав. Или мед, который варят в здешних тавернах.
– Прости, я всё время забываю, что ты воспитывалась в монастыре. Мы и вправду не держим в замке простолюдинских напитков.
– Но что же мне делать?! Я пить хочу!
– Наверное, всё-таки привыкать к хорошим винам. Впрочем… – герцог крикнул неожиданно сильным голосом, – Озрик!
В приоткрытую дверь тут же просунулась заросшая физиономия слуги.
– Пошли кого-нибудь принести нам глинтвейн… Да! И если посмеют довести его до кипения, как неделю назад, я прикажу вздернуть повара вверх ногами над его котелком!
Герцог улыбнулся, довольный своей шуткой. Алиса откинулась на стуле и сложила руки на груди, скептически посматривая на него.
– С твоего позволения, я еще поем, пока мои ленивые слуги сподобятся принести тебе напиток.
– Конечно, конечно, вы же так устали «с дороги»!
В этот момент он поймал себя на том, что хочет показать Алисе язык. Он едва сдержался и принялся запихивать в рот большие куски, чтобы не прыснуть со смеху.
Минут через десять Озрик принес большой кувшин. Он снял крышку и по комнате тут же распространился сильный, пряный аромат.
– Что это? – удивилась Алиса, втягивая соблазнительный запах.
– Там фрукты, – ответил герцог, с полным ртом, отчего получилось похоже на «фам фукты». Он виновато улыбнулся, прожевал и пояснил, наливая Алисе ароматный горячий напиток, – там фрукты и всякие острые специи. Всё это засыпается в слабенькое вино неудачного урожая и варится несколько минут. Но только не до кипения! Запомни, не до кипения, это очень важно!
– Я уже поняла, – улыбнулась Алиса.
– Глинтвейн – незаменимая вещь холодными зимними вечерами! Поверь, зимы у нас тут на юге бывают очень суровые. А выпьешь – согревает изнутри как хороший костер. 是。
Алиса осторожно отхлебнула горячий напиток. Он обжигал горло, но на вкус был очень даже ничего. Она решила, что включит его в состав допустимых для собственного употребления. Пить хотелось страшно, и она осушила целый бокал, прежде чем начала разговор, за которым и приехала сюда. Внутри действительно разлилось приятное тепло, вдруг стало очень уютно в этой широкой комнате, сложенной из грубых камней, покрытых тусклыми гобеленами. Свечи на столе тоже создавали нужное настроение. Самая подходящая обстановка, чтобы вдохновенно лгать.
– Вы спрашивали меня, ваша светлость, куда я отправляюсь послом?
– Именно так.
– Только прошу вас заранее не удивляться и не махать руками. Я направляюсь к снежным людям на Ледяное побережье.
– Вот как?
– Вы не удивляетесь? Странно. Все обычно удивляются.
– Нет, мне любопытно. Я слышал, что кое-кто пытался договариваться с ними, но отправлять посла -– это действительно что-то новенькое.
– Вы слышали… что?
– Понравилось? – герцог указал на кувшин. Алиса кивнула. Он налил еще и придвинул поднос со сдобой.
– Я слышал, что некоторые моряки встречались с этими снежными созданиями. Даже вели какие-то дела. Чаще всего обитатели льдов помогали чинить выброшенные штормом на их берега корабли в обмен на некоторые вещи.
– Серьезно?! – Алиса откусила кусок сахарной булки и запила большим глотком. Напиток уже не обжигал так сильно. Но от этого не становился менее приятным. – Вы понимаете, что вы говорите? Это означает, что с ними возможен нормальный контакт.
– Не думаю. Дело не идет дальше разовых встреч. Снежные демоны отказываются понимать нас. Ни один из них даже не был на нашем побережье.
– Ну, наверное, потому что и с нашей стороны не слишком много понимания, не так ли?
– А с какой стати мы будем это делать? Они не верят в бога, они порождения бездны, по крайней мере, так говорит церковь.
– А! Церковь. Тогда понятно.
– Неужели ты думаешь, Алиса, что церковь не пыталась обратить этих существ? Они посылали своих проповедников. Все они вернулись ни с чем, а некоторые – вообще не вернулись.
– Ну и ладно! Какое нам до этого дело?!
Герцог вдруг прижал палец к губам. Алиса спохватилась. Действительно, ее звонкий голос разнесся, казалось, на весь замок.
– Нам следует уважать церковь, – сказал герцог.
– Да.
Она согласно кивнула и выпила еще.
– Итак, ты надеешься договориться с ними, чтобы получить помощь?
– Надеюсь. И обязательно договорюсь. И знаете почему? – спросила она, покачивая указательным пальчиком.
– Ну-ка, просвети меня.
– О, я вижу, судя по выражению вашего лица, что вы, герцог, не относитесь ко мне серьезно? Признайтесь, вы не относитесь ко мне серьезно?!
– О, нет!
– Да, да, да! – она допила бокал и отодвинула его от себя, – я же вижу, не надо скрывать! Вы думаете, что я ма-аленькая такая девочка, – Алиса изобразила ма-аленькую девочку большим и указательным пальцем, – но я давно уже не маленькая. Вы просто не знает всего. Если бы вы знали!
– Мне и знать не хочется! Не видал я монастырской жизни, что ли?
– Не-ет, меня на такие штучки не поймаешь. Не буду я вам ничего рассказывать. Вы очень хитрый. И появляетесь неизвестно откуда.
– Неизвестно? Я тебе покажу, чтобы ты не считала меня хитрецом. Гляди.
Он встал, подошел к стене и провел рукой за гобеленом. Часть стены отошла в сторону, открывая узкую, темную лестницу, ведущую куда-то вниз.
– Видишь? – он снова закрыл проход, вернулся за стол и налил еще себе и Алисе.
– Вы всё время сбиваете меня, – сказала Алиса, отхлебывая, – зачем?! Зачем вы меня сбиваете?
– Больше не буду. Кажется, ты остановилась на том, почему ты обязательно договоришься со снежными демонами.
– Они не демоны! – Алиса легонько стукнула кулачком по столу, – запомните это, пожалуйста! Не произносите при мне этого слова! Не повторяйте за другими дураками. Вы же не похожи на дурака?
– Видимо, да.
– Вот и не повторяйте. Они лю-юди! Люди. Такие же, как мы, просто… ну… по-другому выглядят. Понимаете?!
– О, да! Пускай будут люди. Так как же ты будешь договариваться с этими… людьми.
– Я им кое-что предложу. То, чего у них нет. Чего у них нет, как вы считаете? A? – она выпила и посмотрела на него выжидательно.
– Ну…
– Вот! Вы тоже не догадались! Как и все большие и умные взрослые. Только Алиса, которую все считаю ма-аленьким ребенком, догадалась.
– Я преклоняюсь перед твоей сообразительностью.
– Вы издеваетесь надо мной! Я ничего не буду вам рассказывать! Вы и вправду злющий, как про вас говорят!
Она отхлебнула глинтвейн и отвернулась.
– Похоже, я обидел принцессу! – сокрушенно заявил герцог.
– Да, да, именно так! Целую принцс..су. А как пишется слово принцес…са? С двумя «с» или с тремя?
– Мне придется загладить свою вину каким-нибудь подарком.
– Нетушки! Я от злых людей подарков не принимаю.
Она встала, намереваясь гордо удалиться. Ей пришлось тут же схватиться за спинку стула. Сидя за столом, ее голова совершенно не замечала последствий приема горячего спиртного напитка. Но ее ноги думали по-другому. Алиса поняла, что не может сделать и шагу. Всё тело сделалось ватным, а ноги не слушались вовсе. С ней в первый в жизни было такое. Не было даже сил разозлиться на себя. Внутри продолжало плескаться теплое озеро, распространявшее уют и приятную истому. Она так бы и стояла, стыдясь признаться в собственной слабости, но герцог сразу заметил ее затруднения.
Он взял ее под руку и усадил в большое кресло перед зеркалом.
Она утонула в нем, и ей сразу захотелось спать. Она зевнула и взглянула на свое отражение. Непричесанные волосы беспорядочно топорщились во все стороны, на щеках горел сумасшедший румянец, глаза лихорадочно блестели, а ресницы мигали часто-часто, трепеща, как крылья бабочки. На нее смотрела Алиса Селезнева, московская школьница, но совершенно, абсолютно, недопустимо пьяная!
Она вдруг поняла, что провалила задание! Вся ее длительная подготовка к разговору, аргументы, которые она тщательно подбирала, чтобы убедить герцога, всё пошло прахом. Ей стало невыносимо стыдно. Ее щеки запылали еще больше. Она и вправду дурочка! Маленькая дурочка среди взрослых умных хищников. Стало вдруг так нестерпимо жаль себя, что на глаза даже навернулись слезы. Она всхлипнула от обиды на такой несправедливый мир.
– Вот, – сказал герцог, – принцессе это всё равно пойдет больше, чем мне.
Он вставил ей в волосы что-то металлическое. Это было так неожиданно, что она даже не успела возразить. Она взглянула в зеркало и увидела диадему на своей голове. Диадема поблескивала белым металлом, обрамлявшим девять великолепных сапфиров, один из которых в центре был размером с ноготь большого пальца.
– Надеюсь, принцесса больше на меня не обижается, – промолвил герцог, довольно глядя в отражение.
Алиса замерла. Какое-то время она просто наслаждалась зрелищем, с головой, лишенной всяческих мыслей. Сапфиры прекрасно подходили под цвет ее глаз, как будто диадема специально была изготовлена для нее. Она понимала, что, конечно, не сможет принять таких подарков, однако, настроение у нее несколько повысилось. Во всяком случае, вряд ли герцог склонен думать о ней плохо, если задабривает подобным образом. Можно даже сказать, что настроение скакнуло у нее от точки замерзания высоко вверх.
– Очень красиво, ваша…м… светлость, – пробормотала она, – я польщена. Вот, заберите. Мне достаточно того, что вы предложили. Я уже рАда.
– Алиса, даже не думай, что я возьму назад! Теперь, когда я увидел, как тебе это идет, ни за что на свете!
– Нет, нет, нет! Не уговаривайте. Я не могу.
– Алиса, не веди себя, как ма-аленькая девочка!
– Ну и пускай! Думайте, как хотите. Пускай я буду для вас ма-аленькая, но всё равно не возьму.
– Ты меня обижаешь.
– Ничего подобного.
Она положила диадему рядом с зеркалом. Он подошел и снова попытался ее надеть. Она стала отмахиваться от него руками, как от назойливой мухи.
– Отойдите вы, злой человек! Не трогайте меня! Я хочу спать! Уходите через свою стенку и не возвращайтесь до утра!
Наконец, он сдался. Однако оставил диадему у зеркала.
– Хорошо, поговорим утром, принцесса Алиса. Спокойной ночи!
– Спокойной ночи! И не смейте врываться ко мне без стука! – крикнула она вслед уже закрывающейся двери.
Потом она доползла до кровати и свалилась в нее, как в темный омут.

Он прикрыл дверь со смешанными чувствами. Даже не улыбаясь, хотя Озрик ухмылялся во весь рот. Но на Озрика он уже давно привык не обращать внимания. Сейчас он думал только об одном. Насколько идеально Алисе подошла диадема его покойной жены. В этом было что-то несправедливое. Именно в тот момент, когда он отчаялся найти кого-то хотя бы отдаленно напоминавшего его Агату, провидение выбросило на стол, как туза из рукава эту девчушку-принцессу. Менее всего годную для его сердечных привязанностей. Он был огорчен и выбит из колеи. Тем более что давно уже завязал в голове тугой узел предстоящей интриги. Которую надо вести с чистым сердцем, свободным от сомнений и терзаний.
Или это вино так на него действует? Он вспомнил кривляния Алисы и невольно улыбнулся. По крайней мере, он еще может испытывать какие-то человеческие чувства. Иначе как бы ему радоваться собственной проницательности? Клубок начал раскручиваться, и именно в нужную ему сторону.
Он шагал по узкому коридору, едва не задевая древки торчащих факелов, и в очередной раз разбирал последовательность предстоящих действий. План должен сработать на «раз, два, три», и «раз» уже наступил. Только успевай следить за ниточкой клубка. Он обернулся к Озрику и принялся отдавать распоряжения.

這真的沒有打擾任何人。 她獨自醒來。 勉強長途跋涉的眼睛。 嘴裡卻苦不堪言卑鄙; 她最後一次刷她的牙齒? 她不記得。 坐在床上,她馬上抓住他的頭。 他的頭捲起,好像一個沉重的鐵球。 你沒有藥物,沒有醫生。 但最糟糕的事情是不是這樣。 最糟糕的是昨天的回憶。 如果她現在可能會下降就在回水地球中間的某個地方,它會做。
她記得所有這些電影! 哦,她看起來有何優勢感那些傻瓜,它環繞在你的手指,澆在他們的酒一杯! 哦,她不!......哦,這是從來沒有的東西! 聰明的Alice知道如何做人......哦,我的上帝!
她終於得到了下床,但我們更希望昨天之後,再也沒有醒來。 人體分解和裂傷。 他拖著沉重的腳步到門口,大聲喊道。
- 給我一些水!
葉先生竟然不是很。
餐桌上的食物的遺體散發出的氣味,現在認為是一個噁心的腥臭味,這捲起了她的喉嚨和噁心。 她的眼睛上的王冠趴在鏡下降(看看她現在將被拒絕,即使在死亡的痛苦)。 她差點從窗戶裝飾啟動。 唯一的弱點並沒有讓她做。
她在椅子上屁股下來,等待著水。
- 採取一切......請 - 她說,初來乍到的人員,揮舞著他的手在桌子剩菜。
雖然她洗淨,推動自己在臥室裡,昨天的飯全部殘餘已被拆掉,並在桌子上有一籃水果和一束鮮花,類似丁香。
不久,它理所當然的公爵。
看著她猙獰的臉,他忍不住微笑。
- 嗯,很高興與你自己? - 她嘀咕著。
- 不頭痛?
- 不!
- 不撒謊。 在這裡,喝這個。
他把酒杯在她面前。
- 不,謝謝。
- 喝一杯,這是非常好的解酒。 不要固執,不建立自己的委屈。 這是你來找我,而不是相反。 沒有人強迫你喝醉。
“我怎麼知道!” - 她想喊,但決定權的公爵。
她接過杯子,喝了。 裡面是一般的鹹菜。 她感到震驚的是類似的習慣是如何在不同的行星。
- 像這樣。 現在,你必須走一點點在空中,然後我們將討論的情況。
- 讓我們不要浪費時間。 我有它已經夠花了。 我們可以不用走。
- 好吧,無論你說什麼。
公爵坐了下來,開始吃了一大包。
愛麗絲別無選擇,因為坐在前面。
- 老實說,我不知道你昨天會後,現在領悟了這一切。
- 聽著,愛麗絲,如果它的任何安慰,我很高興與你的行為方式。
- 是的,當然!
- 是的,我很滿意。 與您可以開展業務。 因為你沒有給我松了。 只是什麼都沒有。 雖然你真的想要,我可以看到。
我不知道他所看到的? 沒事,她不想。
- 所以,你都可以重新開始,並解釋為什麼你要去南方。
她重重嘆了口氣。 她巧妙的論點飛到地獄。 現在,他不得不試著說什麼明智的。
- 安娜和我決定去找一個重要盟友。 使得一旦可以解決我們的問題,但它沒有得到他依賴。 反正,所有這些我們身邊的。
- 我告訴你,年輕的國王掌權比你想像的要堅強的韁繩。
- 想來想去,我們來到了,你可以嘗試用那些沒有發生誰沒有人進行談判,以協商的結論。 雪人。 他們不那麼遙遠 - 通過我們的冰凍海洋,它幾乎是海峽。 他們在任何軍隊的戰場令人難以置信的母豬恐慌的外觀。 他們不會去搶我們的領土,因為他們愛感冒,不溫。 如果在冬天,我們將在加息的春天,他們離開我們,回到自己的大陸。 仍有一個問題。 他們提供什麼。
- 首先,它是必要的,你就有人開始說話。 他們迴避的談判。
- 當然! 當你看,作為一個惡魔,試圖逃跑或殺死你的外表在第一,不可避免地成為害羞。 然後,一切都以簡單,普通老百姓正在發生的接觸。 試想一下,如果有人試圖在該領域的農民進行談判。 這是什麼做的呢? 和他們的領導人肯定會在大陸的深處,在那裡有每個人會拒絕去。 你說有傳教士?
- 是的,我聽說了。
- 這是不可能的,他們試圖達成一致,不是嗎?
- 嗯,愛麗絲,我明白你的論點,他們不是沒有道理的。 下一步是什麼?
- 然後我要去航行在結冰的海岸,發現這裡的雪人結算,並要求他們滿足他們的領導,指揮,或任何他們被稱為。
- 那你打算為他們提供?
- 他們只是做不是事實。 伍德。 使他們可以建立船舶。
- 這是怎麼了?! - 公爵摸了摸下巴 - 這是一個合理的報價。 但危險。
- 這是我妹妹說了同樣的話。 但為什麼?
- 我們不知道他們的想法。 如果他們的船隻,他們可以達到我們的任何港口和土地。 如果他們採取的這種敵對目的的優勢呢?
- 首先,我已經說過,他們不需要我們的土地。 他們不能住在這裡...
- 你確定?
- 否則,他們怎麼可能生活在永恆中冷? 其次,木材是在我們手中。 如果我們突然發現自己有敵意,我們可以在任何時間停止提供它!
- 如果到那個時候他們不會成為整個車隊......嗯,這是該計劃的同時理智和瘋狂。
- 這怎麼可能?
- 瘋狂,因為他幾乎不能發生任何人在他的腦海。 但它是,奇怪的是,並不能使它不太合理。 在安妮公主的位置,豐產性好。 我聽說她的哥哥是要限制運動?
- 你在哪裡學的一切這麼快?!
- 那麼我會告訴你。 你會相信,你不僅能帶來驚喜他人。
- 你可以相信你,我毫不懷疑! 這種狡猾的,你一定要看!
- 我不知道,把它看作是一種恭維或譴責。
- 兩者。 欺騙不是很好,但是當周圍所有人都作弊,一定要做到比別人更好。
也許,她說,在他自己的防守這句話。
- 愛麗絲,還有另外一個問題。 她是非常嚴重的。 這是教會的立場。 我們的聖教父幾乎沒有批准與惡魔的接觸。 即使他們不是惡魔。 他們不承認我們的信仰,教會可以詛咒你的妹妹,如果她將導致無神論者的軍隊在我們的土地。
- 你的恩典,主教勒魯早已被年輕國王的影響。 它可能是,不久他們一起嘗試從大主教的職位轉移。 它應該很好理解大主教。
Герцог опустил голову. Сестрички намеревались кое в чем обойти его. Так не пойдет.
– Может быть и так, Алиса. Но существует еще авторитет у прихожан. Нельзя просто вот так взять и встать на сторону богопротивных созданий. Таким путем митру потеряешь даже скорее.
– Если предварительно не подготовить почву.
– Ну, хорошо. Я понял, что вы собрались заварить изрядную кашу. Но зачем потребовалось рассказывать всё это мне?
Конечно, он знал зачем. Без него они обойтись так или иначе не могли бы. Но он сделал вид, как будто сохраняет полный нейтралитет.
– Потому что нам от вас нужна небольшая помощь.
– Разве мы в прошлый твой визит не обсуждали этот вопрос?
– Да, но тогда нам нечего было предложить. А теперь у нас есть готовый план.
– Безумный план, хотел бы заметить.
– Безумный, но разумный, вы же сами сказали.
– Меня до сих пор мучает вопрос чего тут больше.
– Вы в любом случае не прогадаете. Если всё удастся, вы получите стратегическое преимущество, ваше герцогство находится как раз на самом юге. Если нет – что ж, никто всё равно не свяжет ваше имя с этой затеей.
– Не так всё просто.
– В конце концов, я прошу у вас помощи только в организации плавания. Все последствия к вам не имеют отношения.
Какое-то время он молчал. Решение он принял уже давно. Оставалось красиво его оформить.
– Пошли за мной, – сказал он, вставая.
Он направился не к двери, а к стене. Именно туда, откуда явился прошлой ночью. Ступени на каменной лестнице были такими высокими, что Алисе пришлось одновременно приподнимать длинное платье и опираться о стены. Иначе можно было загреметь кувырком в темную узкую спираль тайного хода.
Они вышли в небольшой зал, освещенный факелами, с длинным грубо сколоченным деревянным столом в центре и такими же простыми скамьями. Во главе стола стояло кресло с высокой спинкой, очевидно, для хозяина. По стенам висело многочисленное оружие.
За столом сидел один единственный человек, который тут же встал, когда увидел герцога. Он был довольно молод, высок и крепко сложен. Не смотря на молодость, лицо его было похоже на обветренное, закаленное лицо ветерана. Глаза из-под густых бровей смотрели твердо, как у человека, привыкшего отдавать команды, а короткая черная борода обрамляла квадратный уверенный подбородок. Незнакомец был вооружен мечом и носил кольчугу из мелких стальных пластинок.
– Знакомьтесь, – представил герцог человека, – это рыцарь Джон Адер, мой помощник. Джон – это Алиса, большего тебе знать о ней не обязательно. Джон, собери, пожалуйста, своих людей.
Рыцарь кивнул и немедленно вышел, а герцог сел на свое привычное место во главе стола. Алиса догадалась, что в этом зале герцог решает всякие секретные дела. Она прошлась вдоль стенки, рассматривая всевозможные орудия для лишения человека жизни. Они висели, тщательно начищенные заботливыми руками, и, казалось, только и ждали возможности начать резать, рубить и кромсать. Они не были похожи на те расписные мечи и топоры, которые Алиса столько раз видела за прозрачными ограждениями исторических музеев. Те были покрыты искусной резьбой, с красивыми рукоятками, специально, чтобы висеть на коврах богатых вельмож. А эти были совсем простые, грубые и, тем не менее, выглядели они гораздо внушительней своих музейных собратьев.
– Если ты сейчас скажешь, что любишь оружие, Алиса, – послышался сзади голос герцога, – то сразишь меня своими способностями окончательно.
– Вынуждена вас разочаровать, – повернулась она к нему, – я не люблю оружие. Правда, неплохо стреляю из лука. Но… не по живым мишеням.
Из коридора за дверью послышались приглушенные голоса. Через несколько секунд в зал вошли десять вооруженных мужчин во главе с рыцарем Джоном. Они были похожи как братья. В одинаковых кольчугах, с мечами на поясе, одинаково рослые и крепкие, как на подбор. Только шевелюры и бороды отличались цветом и длиной.
– Прекрасно, – кивнул герцог, – подходите поближе и поглядите на эту юную особу.
Алиса встала рядом с герцогом, и глаза всех присутствующих обратились на нее. Она бы почувствовала себя неловко, но в глазах этих мужчин не было ни тени насмешливой улыбки или удивления. Они просто смотрели на нее, как будто видели ее каждый день.
– Эта госпожа Алиса. Она отправляется далеко на юг.
– В Трент? – спросил Джон.
– Южнее.
– Южнее только море.
– А южнее моря – Ледяное побережье, не так ли, друзья? Вот в этом и состоит наша проблема. Вы уже догадываетесь, зачем я позвал вас? – так как ответа не было, герцог продолжил. – Эта маленькая госпожа, прошу заметить – очень храбрая маленькая госпожа – взяла на себя труд решить кое-какие мои дела на южном континенте.
Теперь они начали переглядываться. А то уж Алиса готова была принять их за биороботов.
– Джон, я выбрал тебя и твоих людей, потому что знаю, на что вы способны. Вы помогали мне в самых отчаянных обстоятельствах. И сейчас мне нужна именно ваша решимость и преданность. Вы должны сопроводить эту юную леди туда, куда она пожелает, а потом вернуться с ней обратно. Даже если она полезет к чертям в пекло, вы обязаны полезть туда за ней. И вытащить ее оттуда, когда потребуется. Вы меня хорошо понимаете? Джон, твои люди меня понимают?
– Понимают, ваша светлость. Что-нибудь еще?
– Вы должны подчиняться ей, как будто я сам отдаю команды. Я не могу вам открыть ее настоящее имя, но можете мне поверить, что по своему положению она может тут командовать всеми нами, как ей заблагорассудится.
– Когда нам надлежит отбыть?
– Спроси у нее сам.
– Когда нам надлежит отбыть, госпожа Алиса?
– Чем быстрее, тем лучше.
– Тогда прямо сейчас?
– Не торопись, – шепнул ей на ухо герцог, – есть еще одно маленькое дело.
– После обеда, – ответила Алиса. – И вот еще что. У меня ко всем вам есть вопрос. Скажите, никто из вас ранее не был на Ледяном побережье?
Воины отрицательно закачали головами, послышалось короткое «нет».
– Может быть, вы знаете кого-то, кто там был и встречался с тамошним народом?
Вперед выступил один из них – длинноволосый и худощавый.
– Я знаю одного монаха.
– Гару, твой монах – безумен, как мартовский заяц, – послышался сзади чей-то насмешливый голос.
– Заткнись, Брон, – обернулся к нему Гару, – госпожа спрашивает – я отвечаю.
– Где живет этот монах?
– На полдороги от Трента. Мы будем проезжать мимо его монастыря.
– Надо будет туда заглянуть.
– Мы всё равно будем останавливаться на ночлег, – кивнул Джон, – отчего бы и не в монастыре.
– Всё, вы свободны, друзья, – завершил разговор герцог.
– Пойдем обратно, – обратился он к Алисе, – а то, как бы Озрик не решил, что ты надумала меня задушить за наши ночные посиделки.
Пока они взбирались обратно по крутым ступенькам винтовой лестницы, Алиса пришла к простому заключению, что герцог, конечно же, заранее решил послать с ней сопровождающих. А это значит, что он всё это время ломал перед ней комедию. И должна ли она была обижаться на него за это, она так и не решила.
– Эти люди, – сказал герцог, когда они поднялись, наконец, наверх, – проверенные бойцы. Они будут защищать тебя ценой собственной жизни, можешь мне поверить.
– Вы ведь заранее вызвали их, не так ли?
– Так, – кивнул он.
– Но почему? Вы ведь не знали, куда я отправляюсь.
– Не знал.
– Тогда, почему?
– Потому что я знаю многое другое.
– Понятный ответ, ничего не скажешь.
– Какой есть. Но если ты думаешь, что этим моя предусмотрительность ограничивается, ты ошибаешься.
– И что же еще вы предусмотрели?
– Как ты думаешь, много ли ты найдешь охотников среди капитанов, которые бы согласились перевезти тебя через Мерзлое море? Да еще и дождались бы твоего возвращения.
– Не знаю, – честно ответила Алиса.
– Думаю, ты не найдешь ни одного. Это я могу тебе гарантировать. Поверь, в Тренте я бывал не раз.
– Тогда, что же делать?
– Вам с Джоном надо будет найти «Нору» капитана Лейтона. Это, кстати, будет непросто.
– Он повезет нас?
– Скажешь ему, что ты представляешь герцога Блэкстона. Джона он знает в лицо, так что поверит тебе. Это единственный человек, который способен тебе помочь. Другие даже под угрозой пытки не повезут тебя на юг.
– Спасибо. Вы не представляете, как я вам признательна! Это и было то дело, о котором вы говорили?
– Практически, да. Но если у тебя есть еще пожелания…
– Да. Есть одно пожелание. Но я не знаю, как его правильно высказать.
– Что же тебе мешает?
– Боюсь, вы меня неправильно поймете.
– Я постараюсь.
– Это платье… оно… ужасное неудобное!.. Для путешествий, я имею в виду. Нельзя ли мне… Нет ли у вас?.. Я хотела сказать… Чего-нибудь для принцесс, но попроще. Вот!
– Да, Алиса, я тебя хорошо понял. В твоей просьбе нет ничего зазорного. Или ты думаешь – все наши правительницы отправлялись в поход в придворных нарядах? Я понимаю, что твоя сестра никогда не отличалась воинственностью, оттого у нее и нет ничего подходящего для такой неугомонной девицы, как ты. Но в нашем роду было довольно отважных дам. Конечно, в сражениях они не участвовали, но что-нибудь более удобное, думаю, мы тебе подберем. А заодно и хорошие меховые вещи. Благодари бога, что у нас холодные зимы. Теплой одежды в замке предостаточно, на Ледяном побережье она тебе непременно пригодится.
– Спасибо еще раз.
– И последнее. Помнишь, я обещал тебе показать кое-что удивительное?
– Помню.
– Пойдем, ты увидишь, как я быстрее всех получаю нужные новости.
Они вышли в коридор, спустились во двор по внутренней лестнице, а потом через огромную конюшню, в которой стояла и Муха, прошли куда-то на задворки замка. Там у неприметной на вид сторожки притулилось несколько просторных клеток.
– Кто там у вас? – спросила Алиса.
– Подойди поближе, увидишь сама, – ответил герцог, отвечая жестом на поклон пожилого слуги, вышедшего из сторожки.
Алиса взглянула сквозь прутья клетки. Белоснежная птица беспокойно захлопала крыльями, увидев приблизившееся лицо, и перелетела на дальнюю жердочку.
– Голуби, – догадалась Алиса, – вы используете почтовых голубей!
– А ты откуда знаешь о почтовых голубях? – удивился герцог. Похоже, он явно не ожидал, что кто-то еще может знать, что голубей используют таким образом.
– Читала, – коротко ответила Алиса. Вот так, не знаешь, где попадешься. Что у них тут известно, а что – еще нет, пойди догадайся!
– Когда возвратишься с Ледяного побережья, заглянешь в Тренте к барону Румоту. У него в замке такая же голубятня. Пускай тут же отправят мне сообщение о том, что ты вернулась. Договорились?
– Договорились.
Они вернулись в гостевые комнаты, пообедали, и Алиса стала прощаться.
– Я правда признательна вам, – говорила она герцогу и видела, что он доволен ее словами. – Вы хороший человек. Вы могли бы ничего этого не делать, но решили помочь. От этого будет только лучше, вот увидите.
– Приятно, что принцесса верит в хорошее будущее, особенно отправляясь в пасть к снежным демонам. Может быть, нас всех и вправду ждут счастливые неожиданности.
– До свидания. Я постараюсь вернуться поскорее.
– Тебя проводят в гардеробную и помогут подобрать что-нибудь подобающее путешествующей принцессе.
Когда она уже была у двери, он окликнул ее.
– Алиса!
Она обернулась.
– Ты кое-что забыла. Он держал в руках сапфировую диадему.
– Нет, я не могу.
– Алиса, я выполнил несколько твоих просьб, а ты отказываешься сделать для меня даже такую мелочь. Я поклялся, что отдам эту вещь той девушке, которой она больше всего подойдет. Это ты.
– Ну, хорошо! – она поняла, что герцог смертельно обидится ее отказу.
«В конце концов, он жутко богатый! – подумала она, – от него не убудет, а я, быть может, смогу кому-нибудь помочь».
Она взяла драгоценность и выбежала из комнаты, чтобы он не выдумал чего-нибудь еще.
Какое-то время он просто сидел на стуле и ждал. С лицом, похожим на непроницаемую маску. Потом подошел к окну, выходящему как раз на южную дорогу, и долго стоял перед ним, пока не показалась группа всадников, быстро скачущих в направлении порта Трент.
– Счастливые неожиданности из ничего не возникают, – проговорил он сквозь зубы, – их надо готовить. Тщательно готовить!
Он стремительно вышел в коридор и крикнул Озрику.
– Немедленно собирай обычный эскорт и седлай наших лошадей. Мы едем в столицу.
*
Это было странно, но Алиса в первый раз полностью почувствовала себя средневековой жительницей именно тогда, когда воспользовалась одеждой из гардероба замка Блэкстон. Плотная, свободного покроя, подбитая мехом коричневая куртка, с нашитыми на ней металлическими полосками, с высоким меховым воротником. Кожаные сапожки с высокими каблуками, специально для верховой езды. Круглая шапка из толстой кожи с меховой оторочкой, похожая на шлем какого-то кочевника. И конечно, юбка до пят (куда же без нее) с широким поясом, сшитая так, чтобы в ней удобно было ездить верхом. Всё это удивительно хорошо сидело на ней, как будто она всю жизнь только и делала, что носилась на лошадях по диким просторам от замка к замку. Когда Алиса глянула на себя в зеркало, ей даже в первый момент показалось, что на нее смотрит какая-то другая девушка. Взрослая и успевшая повидать настоящие сражения, с плотно сжатыми губами и пронзительным взглядом. Она восхитилась и ужаснулась одновременно. Она нравилась себе такой, но оставаться такой навсегда?.. Нет, этого ей ни за что не хотелось!
Перемену в ней тут же оценили и сопровождавшие воины, ждущие вместе со своим командиром около подъемного моста. Она отметила это краем глаза, как только вышла во внутренний двор. Особенно, когда одним движением взлетела на свою лошадь, услужливо подведенную слугой. Кто-то даже цокнул языком. Ну, на такие мелочи она предпочла внимания не обращать.
Она сделала знак рукой, и ее спутники послушно оседлали своих коней и выехали прочь из замка через огромный ров на разбегающуюся в три стороны дорогу, где и остановились, встав полукругом, ожидая свою госпожу. Алиса подумала, как это странно. Несколько взрослых мужчин беспрекословно подчинялись девочке вдвое младше их самих. В ее мире такое было попросту невозможно. Ей льстила такая власть, но одновременно было как-то неловко. Правда, она понимала, чьей властью в действительности направлены эти люди, так что это ее отчасти успокаивало.
Она выехала вслед за ними, прямо в центр их полукруга и улыбнулась рыцарю Джону. Тот кивнул в ответ и решительно повернул на левую дорогу, причудливо огибающую замок по окрестным лугам.
Джон ехал первым на вороном коне, за ним двое его людей, потом Алиса на верной Мухе, сзади – все остальные. Лошади сопровождавших Алису мужчин были сантиметров на двадцать выше Мухи в холке, намного крепче ее и массивней. Они смотрелись, как тяжелоатлеты на фоне спринтера. Алиса видела, как они зло грызут удила и фыркают, стоило ей слишком приблизиться к ним. Но своих хозяев они слушались беспрекословно, поэтому вся кавалькада двигалась дружно, как один человек, минуя повороты дороги и многочисленные холмы, которые становились всё круче и круче к югу.
Какое-то время они ехали молча, потом мужчины начали переговариваться о каких-то своих похождениях, как обычно сопровождая подобные разговоры взаимными беззлобными шутками и дружным смехом. Никто не тяготился ее присутствием. Никто не поглядывал на нее исподтишка. Видимо, для них это была привычная работа – сопровождать какую-нибудь важную персону в опасные путешествия. Так что Алиса тоже решила не уделять своим спутникам много внимания, а обратилась к окружающим пейзажам.
Ее карта говорила ей, что южная оконечность графства Блэкстон частично приподнята над остальной частью королевства. Дорога петляла в складках рельефа. Постепенно цветастые, заросшие растительностью склоны холмов превращались в голые и каменистые, оттенков желтого песчаника. Человеческих поселений не было вовсе, правда, повозки встречались часто. Это были, в основном, купцы с немногочисленной охраной, направлявшиеся к южным портам герцогства или наоборот, везущие оттуда товары. Всякий раз, издалека заметив Алисин отряд, они останавливались и настороженно следили за передвижением группы этих суровых воинов. Некоторые из них узнавали рыцаря Джона и приветствовали его, как было видно, с заметным облегчением.
Когда сгустились сумерки, Джон сообщил Алисе, что в монастырь они прибудут только за полночь, и осведомился, не желает ли она остановиться в ближайшем постоялом дворе. Алиса ответила коротким отказом, и они продолжили движение, постепенно взбираясь по сузившейся дороге на высокий холм, почти гору, на вершине которого и был построен монастырь.
Над воротами монастыря, расположенными в небольшой башне, горел одинокий фонарь. Вокруг была сплошная темень, хоть глаз выколи. Когда они забарабанили в дверь, Алиса подумала, что на месте монахов ни за что бы не открыла. Однако через несколько минут ворота приоткрылись и на пороге показались два рослых силуэта в капюшонах и с факелами в руках.
– Ночлег для людей герцога, – сказал Джон короткую фразу.
Один из братьев-привратников осветил факелом лицо рыцаря и отворил створки шире, впуская путников во двор.
– Разжигайте, – указал монах на кострище в углу двора, – и ложитесь, – его палец ткнул в тюки соломы, – лошадьми мы займемся.
– С нами дама.
Монах снова поднял факел, взглянул на Алису и ответил:
– Благородному господину известно, что девицам внутрь мужского монастыря вход заказан. Если уж она путешествует с десятком солдат, пускай и на ночлег располагается где-нибудь рядом.
Джон пожал плечами. Алиса поняла, что это очень строгий монах, и поделать тут ничего нельзя. Мужчины разожгли огонь, принесли ей ведро воды из колодца. Она ополоснула запыленное лицо и улеглась на сооруженное из соломы ложе, даже не дожидаясь, пока ее спутники разогреют ужин. Спать хотелось жутко.
Но выспаться толком так и не получилось. Монастырская братия подымалась ни свет, ни заря. Алиса отлежала себе все бока на жесткой подстилке, а когда проснулась, еще и обнаружила, что солома залезла под одежду, и теперь придется ее выискивать и вытряхивать.
Рыцарь Джон вместе с еще двумя своими людьми разговаривал с приземистым, полным монахом, сразу видно – настоятелем, судя по тому, как почтительно кланялись ему прочие братья, проходя мимо.
Сейчас в лучах утреннего солнца Алиса рассмотрела монастырь и увидела, насколько он небольшой. Видно его специально выстроили в этой пустынной местности для тех немногих, кто желал уединения.
После скудного завтрака тот самый Гару, который говорил о своем знакомом, подвел к Алисе маленькую фигуру человека в замызганной рясе. Он постоянно прикрывал свое лицо капюшоном, что-то всё время бормотал и притоптывал на месте грязными босыми ногами в деревянных сандалиях.
– Вот тот самый монах, госпожа, – сказал Гару и, поклонившись, отошел к остальным воинам.
– Здравствуйте, – сказала вежливая Алиса.
На что монах только кивнул и продолжал свои бормотания.
– Вы можете ответить на мои вопросы? – спросила Алиса, но поняла, что лучше уж ей выражаться прямо. Так она добьется больше толку.
– Вы видели снежных людей?
Монах перестал притопывать и впервые взглянул на Алису с интересом из-под тени своего капюшона.
– Как же, как же, – ответил он надтреснутым голосом.
– Вы говорили с ними?
– Говорил. Моя обязанность нести слово божье нераскаянным племенам. Но они!.. – тут он закрыл лицо руками, – они никакие не племена.
– А кто же они?
– Они другие.
– Злые?
– Ни злые, ни добрые. Они слушали, но для них это всё равно. Всё равно, что проповедовать камням.
Он снова начал что-то бормотать.
– Они не сделали вам ничего плохого?
– Нет. Им было всё равно. Я даже пытался спрашивать у них…
– Что спрашивать?
– Верят ли они? В бога. Или что-то еще.
– И они ответили?
– Ответили… Один ответил. После этого я вернулся на побережье, дождался корабля и уплыл. Я месяц жил один на побережье, ловил рыбу для пропитания и думал, что так и замерзну там. Но бог сохранил мне жизнь, послал корабль.
Какое-то время он молчал, и Алиса уже подумала, что больше ничего от него не добьется. Но потом он добавил.
– Нам нечего там делать. Они другие, и нашу веру им не передать.

山那邊上的修道院是一個大平台,他們要過,根據ALISIN地圖。 他們整天騎著幾乎沒有停止。 沉悶的風景平原光滑有散有一個表,然後有巨石形狀怪異沒長去思考。 愛麗絲決定,在這方面,也許曾經是一個冰川刮作為一個巨大的安慰刮板所有的違規行為。
他們到達特倫特到日落。 走近海洋遠道而來的感覺。 新鮮度,出現在空中,碘一種特殊的香味,甚至作證說,他們即將到達目的地海浪的聲音遙遠,但高岡到最後的審查遮蔽。 這條路穿過兩座小山之間的鞍,並在最高點停翹的奇觀美景襲擊了馬。 之前,它打開了一個巨大的海灣的前景。 左,右半圓跑鏈平頂,手臂一樣在城市的中心佔地低地。 下面小半圓弧形海岸。 而在地平線上捉襟見肘海深灰色,幾乎是黑色的,在這掛低westering太陽盤。
愛麗絲有時會忘記,這是不是在她的家鄉明星與往常溫柔的琥珀色。 老人星不能變成一個紅色的氣球,因為它設法prodelyvat地球大氣層的太陽。 現在,他提醒自己,不溢出粉紅色的色調,為在地球上,但黃金 - 堅硬和穿透力。 他們給了一個陰險的輝煌周圍陰影。 甚至連她的同伴 - 人顯然缺乏浪漫的衝動 - 停止旁邊愛麗絲和一定的時間凝視打開的角度。
特倫特主導輪廓造型照片與螃蟹爪子伸出。 該中心擁有周邊的小城堡幾個高層建築。 而在一個巨大的伸展端口的整個海岸從兩側海岸遠伸的漁民,商人的倉庫長,酒吧和妓院茅舍低的水手眾多船隻停泊。 即使從愛麗絲已經評估句話說公爵“娜拉”還是要搜索。 堅持實木桅杆類似於蜘蛛網。
附近的一切原來更糟糕。 小型和大型帆船靠近對方亂行,這是不是結束。 愛麗絲甚至在絕望哭了。
- 你是怎麼找到這裡的,“娜拉”?!
- 我們要分手了,約翰 - 建議 - 有幾個地方,你可以找到或非常頓,或至少它的相關信息。 我們與你同在,女士,回來在“皇家鰻魚” - 這是圍繞港口的最體面的餐廳,和其他人將避免其他餐館。 看看你周圍的市政廳三個小時。 而不要濫用本地飲品。 有較弱的釀造魚油沒有服務。
愛麗絲設法看到很多當地的小酒館,但“青春痘皇家”已經超越了他們。 首先,通過其大小。 房間是狹長的(確實鰻魚!)。 其次,太臭這裡讓愛麗絲立刻翻出了他珍愛的一瓶香水。 她不知道,魚可以聞到那麼強。 第三,有一個可怕的噪音,創造蜷縮在桌子的遊客。
愛麗絲想像水手(主要是浪漫書籍)作為這樣瀟灑的小伙子們在背心 - 率性,開朗,心地善良。 但遊客在皇家至少鰻魚“不喜歡那些。 最重要的是,他們像一些骯髒的衣衫襤褸 - 晦暗,或反之亦然 - 在全喉高歌靡靡之音。 其中有人們穿著體面,但他們看上去好像很熟醉而不是一個星期,因此紅腫了他們的臉。 立即不確定之中歲的表混濁的外觀和女人徘徊,明黃色的頭髮,現在然後試圖拖動自己特別醉酒的公司。 他們假裝尖叫和大笑,厚厚地塗嘴愛德,它缺乏牙齒。 總體而言,畫面是相當的鬱悶,在一個不愉快的夢。 不愉快的眼睛油漆。 約翰說,這是在海岸最好的酒吧! 那麼是什麼人?!
他們去了酒吧,翹邊試圖盡可能不要接觸當地人,盡量不要聽他們說什麼。 她設法忍住,甚至當它經過幾次的評論從一個體面的女孩愛麗絲臉紅到頭髮根部製成。
但還是沒能避免不愉快的會議。 有的爛醉如泥男子從桌子站了起來這麼難,阿利薩字面上撞到他。 她飛回從木棍和險些摔倒。 約翰轉頭立即有力地推動酒鬼給予愛麗絲通過。 但他很生氣在這樣的待遇,並拉動停留在粗糙的餐刀與一個可怕的尖叫聲趕到約翰。 他招呼他的臉一個單沖壓。 這足以下跌喝醉了,沒有試圖爬起來。 這一切都發生只是幾秒鐘。 愛麗絲甚至沒來得及害怕。
然而,並不是每個人都已經完成。 看他們是如何與一個朋友坐在他喝酒的同伴的表處理開始從自己的座位上升與威脅的呼聲。 大約有七人。 愛麗絲開始思考如何背一拼了這個是非之地,但約翰只是把他的長劍和展示了他醉酒的公司。 這足以給那些立刻平靜下來。
“他是一個騎士! - 愛麗絲意識到 - 他們是簡單的男人。 當他們想起這件事,他立刻臨陣退縮。“
- 謝謝你, - 她說,來到約翰。
他只是點點頭,把劍回鞘。
- 那麼,現在我們不知道這裡什麼 - 愛麗絲變得傷感。
- 反之。 現在沒有必要解釋什麼人,只是問問題。 所有的人都坐在這裡 - 他雙手捧起大廳 - 拉上,他的貴族身份的工作。 如果他們中的一個人知道隊長頓,他們都知道,其忠實的僕人,他是。
他們開始當然與餐館老闆。 所有這一切他早就聽說“娜拉”一個星期前停泊在港口,誰參加了他的一些其他商家的船長鋸。 很顯然,他不是一個經常在這些機構的“痘痘之王”。
然後,他們沿著桌子走去,直到約翰發現了一些坐在明快的老人,名叫隊長,“飛魚”的角落。 現在的問題 - 如果他能幫助尋找“娜拉”,他立即提出要更換他們的服務。 當Alice婉言拒絕了,他說:
- 為什麼你,小淑女,所以需要這個雷頓? 你是否認為這是一個更長的包圍比所有其他地方的人? 沒有這樣的水煙! 和一塊板是沒有比我更好。
他笑容滿面,露出了完整的六顆牙。
- 所以,你和冰海岸能救我們, - 愛麗絲諷刺地說。
微笑瞬間經歷了從隊長的臉上。
- 告訴我的女孩, - 他說,指的是約翰 - 她也沒放過在港口的笑話。 它可能最終得厲害。
- 閉嘴,喝了他的刷卡 - 約翰的聲音回答說,老人立刻低下了頭。
他們走了幾個這些豐富多彩的常客“皇家鰻魚”,但無濟於事。
- 來吧,夫人, - 揮手約翰 - 也許我的人是比較幸運的。
- 不,我會嘗試另一種方式 - 愛麗絲狡黠地笑了笑。
而在騎士驚訝的目光,她爬上酒吧和大聲的喊道。
- 主水手分鐘的關注! 我想告訴你一些重要的事情。
幾十雙眼睛盯著的不解地愛麗絲。
- 主水手,我需要的“娜拉!” 船舶。 或者是它頓船長! 如果有人帶我去找他,我給他這個!
她扔在黃金與已故國王亨利的形象手掌。
他們又沉默了幾分鐘。 然後是友好歡快的喧鬧。 有的笑,有的翹重複她的話,只是有人敲杯子放在桌子上。 訣竅愛麗絲顯然喜歡一切。
- 再來! - 有人喊。
- 不,更好地唱! - 其他人大喊。
還有其他的建議顯示其他地方提到的黃金。
但是,有沒有人誰曾經說了一些明智的。
當他們走出餐廳,笑聲已經偃旗息鼓,但約翰,誰一直保持沉默,直到這時,突然笑了起來。
- 你,也覺得好玩? - 愛麗絲問注定的聲音。
- 對不起,夫人愛麗絲,但它確實是熱鬧。 我認為主辦機構現在想想如何安排這些數字,以吸引公眾......我很抱歉。
- 我認為這是一個好主意。
“他們是什麼瘋狂! - 她想。 - 即使他們觸犯是不可能的“。
但事實證明,這是愛麗絲是正確的。 當他們已經幾乎達到了大廳,他們被一個氣喘吁籲的年輕男子在油膩的圍裙超越。
- 等待! - 他攔住了他們,他們轉身。
- 你真的願意支付金,如果我告訴你在哪裡是“娜拉”,小姐?
- 真正的。 你以為我安排你的客戶這個免費的音樂會笑話嗎?! - 愛麗絲皺起了眉頭。
- 別生氣,小姐! 我的助手酒保。 工資是遠遠不夠的,即使對於新褲子。 並有這樣的事情 - 要嫁給...
- 短 - 我砍他約翰。
- 是的,我說我會是你的黃金今天是非常有益的。
- 所以,你知道這裡的“娜拉”?
- 我知道。 前兩天,一個水手來到我們“娜拉”。 他命令船長把他們的語言一對夫婦的朗姆酒盒子“沼澤伯爵。” 有趣的名字,是不是?
- 什麼是地獄好了再沉默主人? - 約翰問。
- 這是不存在。 我所做的一切我自己。 好了,讓你去不去?

Издалека «Нора» напоминала генуэзский двухмачтовый неф своими треугольными латинскими парусами. Но вместо бочкообразного тяжелого корпуса Алиса увидела более хищные очертания, с острым форштевнем и навесным рулем, похожие, скорее, на ганзейский когг. На кормовой надстройке на свежем ветру полоскался торговый флаг герцогства Блэкстон. «Нора» Алисе понравилась.
Они с Джоном поднялись на борт по деревянному настилу, по которому несколько угрюмого вида матросов катили большие бочки на берег. Один из них на вопрос «как найти капитана», молча указал пальцем на дверь в кормовой надстройке.
Капитан Лейтон оказался именно таким, каким его обычно рисуют художники, намереваясь изобразить «типичного» капитана. Коренастым человеком с квадратным лицом, тяжелой челюстью, чертами лица, словно вырубленными из дерева грубым резцом, и коротко стриженой бородой. Если учесть, что он занимался торговлей, было особенно удивительно встретить такого человека в качестве капитана. Правда, оба его глаза были на месте, и он не курил большую трубку, однако сидел за морской картой, занимавшей весь стол, и что-то на ней помечал металлическим карандашом.
Увидев вошедших, он сначала внимательно осмотрел Джона, потом перевел глаза на Алису и еще более внимательно осмотрел ее, явно недоумевая, какого лешего их сюда принесло.
– Здравствуйте, капитан, – сказала Алиса, – мы от герцога.
– Вы?! От герцога?! – он хохотнул и откинулся на спинку огромного деревянного стула, – И что же вы хотите?
Такое поведение Алису не смутило. После «Королевского угря» ее уже трудно было чем-то смутить. К тому же за свою жизнь она успела пообщаться с самыми разными капитанами. И у всех их были некоторые схожие черты.
– Ничего сложного. Всего лишь переправить меня, Джона и его людей вместе с лошадьми через Мерзлое море.
И она невинно улыбнулась.
Капитан перевел взгляд на Джона.
– Надеюсь, герцог объяснил девице, что «Нора» – не прогулочная лодка, и что по ту сторону Мерзлого моря ее ждут не магазины с лентами и заколками, а снежные демоны?
– Капитан, – как ни в чем не бывало, ответила Алиса, не давая Джону открыть рта, – я посол его светлости. Так что извольте, – она наклонилась над столом и понизила голос до выразительного шепота, – к чертовой матери выкинуть весь груз, если таковой имеется, и принять моих людей!
– Так бы и сказали сразу, ваше… ваше… – сказал ошарашенный капитан, вскакивая с места.
– Называйте меня просто – Алиса, во избежание возможных проблем.
– Да, разумеется… Алиса, я отвезу вас и ваших людей, но скажите на милость, какое может быть посольство на Ледяном побережье?! Там же никого нет.
– Никого. Кроме снежных людей.
– Я, конечно, понимаю, что его светлость не будет просто так делать что-либо, но со снежными людьми, как вы их назвали, невозможно вести переговоры. Они отказываются от любых предложений.
– Это уже не ваша забота. Доставьте нас к их ближайшему поселению, а остальное – моё дело. Итак, мы договорились?
– Да, конечно. Груза у меня как раз на борту нет, мои матросы сейчас запасаются пресной водой и провиантом. Это займет день-другой от силы. Надеюсь, его светлость возместит мне расходы?
– На счет этого – не сомневайтесь.
– Тогда можете завтра же загружаться. Сколько у вас людей?
– Десять человек, – впервые подал голос Джон.
– Лошади прекрасно поместятся в кормовой трюм. В носовом я прикажу повесить дополнительно гамаки для ваших людей, рядом с моей командой. А госпожа Алиса разместится в каюте.
– С вами приятно иметь дело, капитан, – кивнула Алиса и улыбнулась.
– Да, – окликнул он их, когда они уже выходили из каюты, – надеюсь, у вас есть теплая одежда? Много теплой одежды.
*
Как только матросы поставили паруса, те тут же затрепетали, подхватив свежий ветер на ослабленных шкотах. «Нора» медленно отошла от причала и стала разворачиваться на восток. Алиса поднялась на корму, решив проститься с берегом. Капитан стоял рядом с рулевым на полуюте, контролируя по компасу момент, когда судно выйдет на нужный курс. Штурвала тут еще не изобрели, и рулевой управлялся через румпель. Алиса постаралась не мешать этой тяжелой во всех смыслах работе, облокотилась на кормовое ограждение и наблюдала медленно удаляющийся порт, всё более заслоняемый силуэтами стоявших у причалов кораблей. Их мачты постепенно начинали напоминать паутину, сливаясь между собой в один рисунок, по мере того, как очертания города уходили всё дальше в глубь бухты. Человеческие постройки, цветными пятнами разбросанные вдоль берега, медленно превращались в тонкую полоску, а на первый план выходила природная архитектура, в виде серых холмов на заднем плане, казавшихся отсюда гораздо круче, чем они были вблизи. Алиса вдруг ощутила всю хрупкость собственного положения, на фоне расступавшихся ворот огромной бухты, как будто выпускавших их суденышко на морские просторы. Она находилась на настоящей ореховой скорлупе, по сравнению с океанским величием, которое эта скорлупа намеревалась покорить. В ее мире подобное плавание назвали бы безрассудным риском, а людей, отважившихся на подобное, либо героями, либо сумасшедшими. Но вот рядом с ней сейчас стоит капитан, который всю свою жизнь занимается тем, что плавает на таких вот утлых суденышках, да еще и перевозит груз. Так гоже ли ей боятся или сомневаться в успехе их плаванья?
– Так держать, – бросил капитан тем временем, убедившись, что «Нора» легла на курс, и сделал боцману знак рукой.
После короткой команды матросы выбрали шкоты, паруса надулись, набрав ветер, и судно ощутимо увеличило скорость.
– Славный у вас корабль, – сказала Алиса капитану, любуясь тем, как плавно «Нора» режет волну.
– Спасибо. Мне она тоже по душе. Я на ней хожу, скоро, пожалуй, лет шесть как будет. И в шторма попадал не раз, и дрейфовать вдоль кромки льдов приходилось. На другом корабле я к Ледяному побережью ни за что не сунулся бы. Там от берега такие ветра сходят, будь здоров! Чтобы причалить, надо лавировать, что твоя хромая кобыла… Простите.
– Говорят, что кроме вас туда никто и так не суется.
– А, – капитан махнул широкой ладонью, – просто они не знают простого секрета, как надо ходить в тех водах. А узнать неоткуда, потому как никому туда и не надо особенно. Вдоль южного берега ходят из порта в порт, а дальше не решаются. Разбирались бы вы в картах, я бы вам показал.
– А кто вам сказал, что я не разбираюсь, – насмешливо улыбнулась Алиса, – я, между прочим, хотела у вас попросить показать мне, куда именно мы плывем.
– Вы это всерьез, на счет карт? Не шутите?
– Какие шутки, что вы?
Ее прямо так и подмывало вытащить сейчас свою карту, но она понимала, что будет слишком много лишних вопросов, так что она воздержалась. Они спустились в каюту, и капитан разложил ту самую карту, которую Алиса уже видела при первой встрече.
– Глядите, – капитан ткнул пальцем в довольно подробные очертания Трента, – отсюда мы отплыли. Нам нужно попасть вот сюда, – он указал на большой полуостров на побережье Ледяного материка гораздо восточнее, – здесь самое северное поселение снежных людей, хотя за какой надобностью они вам и его светлости сдались, я до сих пор ума не приложу! Просто время зря потратите.
– Не ворчите. Расскажите лучше ваш простой секрет.
– Секрет и вправду проще некуда. Глядите, пока корабль движется на юг приблизительно вот до этой линии, которую я сам тут начертил («шестидесятая параллель» – подумала Алиса про себя) постоянно дует только западный ветер. Но сразу за этой линией он сменяется на восточный, и так – почти до самого Ледяного побережья, а там уж, как я говорил, от берега ветра сходят жуткие просто.
– Стоковые ветры, – вспомнила Алиса школьную планетографию.
- 什麼?
– Ничего, это я так, про себя.
– Так вот, лучший курс для нас – идти в бакштаг до той линии, которую я вам показывал, – он прочертил диагональ на восток, – а потом повернуть строго на юг и в галфвинд вплоть до побережья. У побережья, правда, придется полавировать, дай бог, чтобы поменьше плавающего льда было.
– Что ж, надеюсь, всё будет хорошо.
– Оно и будет, до поры до времени. В бакштаг моя «Нора» летит, как стрела. Но как только повернем вот здесь на юг, начнут попадаться ледяные плавучие горы. Летом их полно, но они не страшны, если вовремя их заметить, зато летом нет мелкого льда, который действительно для нас опасен. В общем, придется как следует покружиться вокруг них. Если не будет штормов, через недели полторы доберемся до полуострова. Я знаю там одну небольшую бухту, чтобы причалить, правда, не уверен, что найду ее теперь. Знаете, там на побережье постоянно всё меняется. Не то, что у нас. Начертил раз карту и всё. Ледяное побережье всякий раз новое.
Каюта Алисы была крошечной, но в ней стояла настоящая кровать, а больше ей ничего и не нужно было. Всё остальное время кроме сна Алиса проводила на палубе, потому что душа ее до краев переполнялась романтикой этого плавания. Воздух пьянил прозрачной свежестью с примесью пока еще очень легкого ледяного дуновения. За кормой по курсу бежали небольшие волны, покачивая «Нору» быстрыми движениями (вверх-вниз, вверх-вниз) от кормы к носу. Иногда Алиса стояла на корме, наблюдая, как большие треугольные паруса гудят в такт меняющему интенсивность ветру, как время от времени боцман покрикивает на матросов, указывая травить или выбрать снасти, подстраиваясь под капризы ветра, треплющего Алисе волосы, успевшие уже слегка отрасти свыше позволенной им обычно длины. Иногда она взбиралась на нос, качаясь вместе с бушпритом над разрезаемыми кораблем волнами, обдаваемая разлетающимися брызгами. И даже поднималась по вантам на мачту, наблюдая, какой крошечной по сравнению с парусами кажется тридцатиметровая «Нора» сверху. Пару раз она спустилась вниз и навестила Муху, которая чувствовала себя не лучшим образом в этом тесном, пропахшем насквозь соленой водой трюме. Конечно, для нее, как и для остальных лошадей, такое путешествие было полно беспокойства и неприятных ощущений. Алиса с радостью оставила бы бедных животных в порту, но других средств передвижения у нее не было, а предоставят ли местные свои – предсказать заранее невозможно.
На второй день западный ветер значительно посвежел. Небольшие веселые волны выросли и превратились в большие валы, заставляя «Нору» то поднимать бушприт в небеса, то вскидывать корму, зарываясь носом. Через скулу с левого борта постоянно перехлестывала вода, разливаясь по палубе широкими потоками и скатываясь обратно. Алиса напялила на себя плотную парусиновую накидку и не уходила с палубы, хотя брызги то и дело окатывали ее с головы до ног. Джон и его люди находились в трюме, и Алиса сейчас не завидовала тем из них, у кого была морская болезнь, потому что, не смотря на поднявшееся волнение, капитан и не думал убирать паруса или менять галс. К вечеру второго дня волнение усилилось еще, нос погружался в волну уже почти полностью, и капитан попросил Алису перевести ее людей на корму, насколько это было возможно, потому что в нижнем трюме уже стала скапливаться вода. На вопрос Алисы, собирается ли он уйти ближе к берегу или лечь в дрейф, тот только усмехнулся и ответил, что если они всякий раз по такому пустяшному поводу будут менять курс, то никогда не доберутся до цели.
– Не беспокойтесь, – уверенно закивал он головой, – здесь всегда так. Всю дорогу до поворота на юг будет такое волнение. Это самая легкая часть пути. И самая быстрая. Вы видите, рулевому почти нет работы. Приводи себе потихоньку на курс, чтобы не подставить корму и всё.
Алисе оставалось лишь поверить капитану на слово и с тревогой ожидать шестидесятой параллели и первых айсбергов.
Несколько последующих дней не принесли ничего нового. Упрямый западный ветер, бесконечные катящиеся валы серо-зеленой воды, затянувшееся плотной массой облаков небо. Только по вечерам стали сгущаться туманы, как будто тучи с небес решили пожаловать к людям в гости. Заснуть ночью было очень тяжело из-за постоянного шума катящихся вдоль корпуса судна волн, скрипа дерева и качки, толкавшей Алису на стенку каюты, отчего она часто просыпалась ошарашенная, с трудом понимая, кто запер ее в этом деревянном ящике и раскачивает теперь во все стороны на манер великана из сказок Свифта.
На четвертый день Алиса увидела, как матросы натягивают вдоль бортов тонкие канаты, на высоте груди.
– Леера, – пояснил капитан, – вам-то они вряд ли пригодятся, если хватит ума не вылезать на палубу, а матросам без них скоро будет не обойтись. Знаете, у меня каждый проход через главный фарватер Мерзлого моря отбирает по одному человеку. А иногда и двоих. Вот так, молодая леди!
Стало заметно холоднее. Алисе пришлось напялить на себя две кофты из мохнатой шерсти, но воздух был настолько промозглый, что это мало помогало. Парусиновую накидку трепало на ветру, так, что Алиса с трудом удерживалась на ногах. В этот же день на горизонте появились и первые айсберги.
Они еще только виднелись маленькими белыми точками, но всем сразу стало не по себе. Как будто посещала мысль о том, что они вступают в другой мир, со своими законами, чуждый для них и опасный даже в обычных своих проявлениях.
Когда они достигли первых айсбергов так, что можно было во всех подробностях разглядеть их рубленые голубоватые склоны, ветер внезапно стих. Паруса обвисли бесполезными тряпками, и «Нору» стало медленно сносить на юго-запад образовавшейся на поверхности воды мелкой рябью, передающей неприятную вибрацию. Алиса сейчас в полной мере осознала, что такое плыть по океанским просторам без мотора. Особенно когда по правому борту появился айсберг размером с небольшую гору с крутыми склонами, всех оттенков серого и голубого. «Нора» двигалась в его сторону, а рулевой ничего не мог поделать с этим, все его попытки увалиться ни к чему не приводили. Корабль разворачивался, но так же плавно продолжал движение навстречу ледяной горе. Они разминулись буквально в нескольких десятках метров. Алиса уже отчетливо видела тонкие ручейки, стекавшие по узким трещинам ледяного гиганта и сидевших рядами белых птиц, удивленно взиравших на кусок дерева, проплывающий мимо. Айсберг обдал всех древним холодом. Сколько он плавает в этих водах? Сто лет? Тысячу?
Алису сейчас больше интересовал ветер. Она поняла, что они очутились в «глазу» циклона. И теперь одно из двух. Или они попадут в большой шторм, или ветер резко поменяет направление. Судя по тому, насколько спокоен был капитан Лейтон, как перешучивались матросы, временно оставшиеся без дела, ожидая команд у кнехтов с концами шкотов в руках, она поняла, что бояться пока нечего. Болтанка раздражала, она была даже хуже, чем непрерывные «горки» высоких волн, но она должна была скоро кончится.
Так и вышло.
Через пару часов неожиданно налетел восточный ветер. Он тут же прогнал оцепенение матросов, послышались громкие команды, и капитан опять оказался у рулевого на полуюте, выставляя точный курс по компасу. Дрейф снес «Нору» носом к северу, и пришлось повернуть оверштаг, попутно выставляя паруса под острым углом к ветру. Матросы травили шкоты до тех пор, пока грот не заполоскал, а потом дружно выбрали, так что оба паруса превратились в тугие полушария. «Нора» сразу накренилась на правый борт, прочно встав в галфвинд, и послушно заскользила на юг.
К ночи ветер посвежел настолько, что один рулевой уже не мог удерживать пытавшийся привестись корабль. Но и вдвоем матросам приходилось буквально лежать на румпеле. Крен на правый борт выглядел уже угрожающим, зато «Нора» летела, как стрела. Капитан приказал подтравить шкоты, так что паруса дышали под слегка менявшим направление ветром, хлопая над головой Алисы и не давая ей заснуть. К тому же ей пришлось передвинуть к правому борту свою кровать. Только сейчас она поняла разумность применения гамаков на кораблях, в которых спящие постоянно находились в горизонтальной плоскости.
Чувствовалось, что Ледяной континент совсем недалеко. Его студеное дыхание доносилось уже не легким дуновением, как у Трента, а обжигающей волной, проникающей в ноздри, втягивающие сырой воздух. Айсберги попадались всё чаще, некоторые шли небольшими группами, как флотилии застывших кораблей, но расстояние между ними было еще вполне достаточным, чтобы заблаговременно делать необходимые повороты. Погода оставалась благоприятной, днем даже проглядывало солнце, восточный ветер неизменно продолжал пытаться завалить «Нору» на правый борт, а латинские паруса так же неизменно продолжали благополучно превращать его усилия в южный курс.
Если судить по карте капитана, то, идя тем же курсом, «Норе» до побережья оставалось около двух дней пути. Но на второй день, когда все уже высматривали на горизонте берег, ветер снова поменялся. Сначала он налетал резкими шквалами с разных сторон, раскачивая корабль сразу по горизонтали и вертикали, так что капитан даже приказал на время убрать паруса. Потом стал преобладать южный ветер, выталкивая «Нору» обратно на север.
– Этого я и боялся, – признался Алисе капитан, – иногда везет, удается проскочить. Теперь придется до самого побережья идти в бейдевинд. Придется какое-то время поработать рулевым.
– Вы сами встанете к рулю? – удивилась Алиса.
– Ни у кого из матросов нет такого опыта, чтобы идти по кромке ветра в лавировку. Галсы меняешь только по компасу, без ориентиров. Это – какие к чертям ориентиры?! – он указал на айсберги, – когда кругом полно этих плавучих снеговиков, контргалсы порой приходится делать настолько неожиданно, что только успевай перебегать с румпелем с борта на борт. И еще прикидываешь в уме угол дрейфа.
Для команды последние сутки плавания превратились в сущий ад. То и дело при смене галса перебрасывать паруса, выставляя их точно в нужный угол, брать рифы, выбирать шкоты, потом, через короткое время, всё наоборот, отдавать рифы, на другой борт, опять травить, перебрасывать, брать рифы, выбирать.
Казалось, берег заметили только капитан и Алиса с Джоном. Он отличался от ледяных плавучих гор, торчащих, как клыки из темно-серой воды тем, что был низким и пологим. Полоска берега тянулась с запада на восток и вдруг заканчивалась, не закрывая полностью линию горизонта. Алиса догадалась, что это ворота бухты, куда и направлял «Нору» капитан Лейтон.
Вокруг корабля появились чайки, гнездившиеся на этих берегах. Они занимались своим привычным делом – высматривали рыбу с удобной для себя высоты и пикировали за ней в пологие волны. Некоторые сидели на волнах, деловито покачиваясь, и провожали взглядом поскрипывающий корабль, который проходил мимо них, закладывая очередной поворот в попытке взобраться выше на ветер.
Мучительная борьба с южным ветром закончилась под утро следующих суток, когда «Нора» величественно-медленно вошла в узкую горловину большой бухты. Бухта была мелкой, оттого цвет воды казался мягко-голубоватым, а утреннее солнце высветило, казалось, все подробности каменистого дна, настолько прозрачной была вода в этом месте, окруженном лишь белоснежно чистыми сугробами.
– Деревня здесь недалеко, – пояснил капитан, – мили полторы на юго-запад. Осталось только выгрузить ваших лошадей где-нибудь на мелководье. Причала, как вы сами понимаете, госпожа, тут отродясь не водилось.
*
Когда герцог вошел в зал королевских приемов, то первым делом охватил взглядом лица тех людей, что окружали короля в данный момент. И прочел на них то, что внушило ему спокойное удовлетворение. Это были разные оттенки страха. От опасения до подобострастной улыбки. Всё прочее, что к этому примешивалось – ненависть, досада, зависть, насмешка – герцога не интересовало. Ему надо было убедиться, что его сила неоспорима, а стало быть, каждое его слово будет выслушано со вниманием. Все эти люди не ожидали его визита и не хотели его, но они вынуждены будут терпеть его присутствие столько, сколько он сам того захочет.
Король встретил герцога с недовольно-озадаченной миной.
– Ах, это вы, кузен! – промолвил он склонившемуся перед ним Блэкстону.
– Да, ваше величество. Прибыл засвидетельствовать собственное почтение.
– Это неожиданный и приятный для нас визит. В последнее время вы редко жалуете столицу своими посещениями. Нам приходится общаться с вами всё более через посыльных.
Это был явный намек на письменный отказ герцога выполнить требование свершить казнь неугодного королю барона.
– Я тоже так подумал, ваше величество. Поэтому решил посетить вас, как только появится подходящий повод. И вот – я здесь.
– Вы сказали – «повод»?
– Именно так. Я здесь, чтобы оказать вам услугу, ваше величество.
– Вот как?! – король встал.
Герцог увидел, как несколько придворных бросили в его сторону обеспокоенные взгляды. Гневливый характер этого юноши успел стать уже притчей во языцах.
– Да. Я прошу ваше величество выслушать важные новости. Клянусь, они стоят того, чтобы с ними срочно прискакать к вам из Блэкстона, – он выразительно обвел глазами присутствующих.
– Что ж, если это действительно так… – король двинулся в сторону большого окна, выходящего на площадь перед дворцом. Герцог последовал за ним.
Они вдвоем встали у окна, глядя на ряды виселиц с болтающимися телами. Герцог был высок, но молодой король превосходил и его, нахмуренным взором поглядывая сверху вниз на своего собеседника.
– Некоторое время назад ко мне приехал посланник.
– Вы имеете в виду нашего слугу?
– Вовсе нет, слугу ее высочества Анны.
– Интересно. И что же намерена была вам сообщить наша сестра?
– Она была намерена поделиться со мной некоторыми привилегиями, после того, как займет ваш престол, ваше величество.
Король с удивлением вскинул брови.
– Да, да, я тоже сперва подумал, что она сошла с ума. Кто, в здравом уме поверит, что она способна собрать достаточно союзников, чтобы оспорить ваши права на трон? Но из слов посланника я понял, что она задумала какое-то преступление. Вы знаете, ваше величество, что мой отец и я всегда верно служили вашему отцу. И почитали его великим государем. Эта преданность естественным образом распространилась на вас, кузен. Мне совсем не по душе, когда кто-то замысливает цареубийство, но когда это еще и братоубийство, то подобные богопротивные поступки вовсе вызывают у меня отвращение. Я не хочу, чтобы обо мне вспоминали, как о человеке, знавшем о готовящемся преступлении и не предотвратившем его.
– Вы узнали что-то конкретное, или это просто ваши подозрения? Вы же понимаете, мы не можем предпринять против Анны ничего решительного, прежде чем у нас на руках не будут достаточные улики.
– Разумеется, я не стал бы высказывать пустые догадки. Конечно же, я предпринял все меры, чтобы разузнать побольше. Я приказал допросить курьера с пристрастием, дабы узнать подробности.
– И? – оживился король, – он заговорил?
Герцог кивнул.
– Да, ваше величество. Он поведал, что вас должны вскорости отравить.
– Это невозможно. Все наши блюда проверяют с тщательностью.
– Да, но есть много других способов. Скажите, после того, как вы примете ванну, вам подают свежую нательную рубашку, не так ли? После ванны поры на теле широко раскрываются, кузен, чтобы пропустить обильное количество пота, это вам скажет любой лекарь. Нужно лишь хорошо пропитать рубашку ядом, и он проникнет внутрь.
Юноша снова нахмурился, и было видно, как побледнело его лицо.
– Какая, однако ж, изрядная подлость! И вы говорите, что наша сестра затевает всё это?
– Именно так, ваше величество, именно так.
– Скажите, вы привезли с собой этого ее человека?
– Я сожалею, но он скончался. В моем замке нет таких искусных пыточных мастеров, которые всегда имелись в распоряжении короля.
– Какая досада! Его показания прекрасно послужили бы нам для того, чтобы навсегда покончить с нашей ненавистной сестренкой.
– Ничего, кузен, зато я точно знаю, кто из вашего окружения должен был выполнить покушение на вашу персону.
– Да, да, говорите, и мы немедленно прикажем его допросить.
– Я не думаю, что стоило бы вам сейчас же показывать, что вы знаете о заговоре. Существуют иные обстоятельства, о которых я сейчас поведаю, и вы поймете, что лучше сейчас выждать подходящий момент.
– Что за обстоятельства?
– Я не знаю, в курсе ли его величество, что у него объявилась еще одна сестра?
Король мрачно уставился на герцога.
– Да, мы знаем об этом с недавних пор. Но вам-то откуда это известно, кузен, раз вы постоянно сидите в своем герцогстве и носа оттуда не кажете?
– Слишком много появилось людей, которые знают об этом факте. Принцессу крови долгое время невозможно скрывать, вы же понимаете, кузен.
Тот мрачно кивнул.
– Вы правы. К сожалению, Анна первая смогла добраться до нашей сестры. И теперь мы вынуждены искать эту Алису по всему королевству и даже за границей, чтобы она не натворила бед. Но она как сквозь землю провалилась.
– Зато мне, ваше величество, известно, где она.
– Вот как? Тогда ваш визит воистину вовремя!
Герцог улыбнулся довольной улыбкой.
– Я подумал то же самое. Дело в том, что принцесса Алиса проезжала по землям герцогства Блэкстон некоторое время назад.
– И вы не задержали ее?
– Я не мог ваше величество. В то время я еще не был осведомлен, с какой целью она направляется на юг королевства. Быть может, вы сами послали ее туда. Я лишь знал, кто она, и всё.
– Вы сказали – на юг?
– Именно так. Задержать принцессу я поостерегся, но задержать посыльного никому не возбраняется. Алиса отправила в столицу человека, которого я перехватил и разузнал от него, куда и зачем отправлялась ваша сестра. Признаться, сначала я не поверил в это. Принцесса Алиса села на корабль в порту Трент и отплыла на Ледяной материк к снежным вождям. Они с Анной надеются получить от них помощь, на случай, если покушение не удастся.
– Они что, тронулись умом?! Мы ожидали от нее, что она обратиться за помощью к соседям, но это уж все границы переходит!
– Если вы взглянете на карту, то Блэкстон оказывается первым на пути вторжения, если таковое случится. К тому же мне стало известно, что Анна направляет небольшие отряды своих союзников на северную границу моего герцогства. Теперь вы понимаете, ваше величество, отчего я бросил все свои дела и в такой спешке примчался в столицу? Я не хочу оказаться зажатым в клещи и ограбленным.
– Да, мы понимаем. Именно эти обстоятельства вы имели в виду, кузен, когда говорили о покушении?
– Разумеется. Я думаю, что вам следует подождать результатов переговоров принцессы Алисы с южанами. Когда она будет возвращаться, я обязательно перехвачу ее по дороге и тут же пошлю депешу вашему величеству. Тогда вы сможете со спокойной душой, не ожидая неожиданного удара, осуществить суд над вашей сестрой.
– Кузен, вынуждены согласиться, вы действительно оказываете нам услугу. Отец недаром ценил вашу преданность. Мы прощаем вам ваш отказ выполнить ту злополучную казнь, тем более что это и не такое уж важное дело на нынешний момент. Более того, мы намерены вознаградить вас в полной мере, как только закончится вся эта крысиная возня с моими сестренками. Пока же примите мою глубочайшую благодарность.
Было видно, что королю не слишком-то уж нравится эту благодарность выражать, но услуга действительно была чрезвычайной, а на избыток союзников он в данный момент пожаловаться никак не мог.
– И вот еще что, ваше величество! На вашем месте я бы уже сейчас озаботился тем, чтобы разъяснить народу, что эта принцесса Алиса – угроза их спокойной жизни. Обвините ее в колдовстве, например. Недаром же она якшается со снежными демонами. Пока ваши враги не создали у простого люда впечатления о ней, как о невинном создании.
– Они не посмеют распространяться о ней публично. Это выдаст их с головой.
– Будьте уверены, они именно так и сделают, чтобы помешать вам схватить ее без шума, тайно от всех. А принцессу можно посадить под замок только при достаточном веском основании. Вот и сообщите всем об этом основании заранее. Это развяжет вам руки.
– Мы подумаем над этим. На днях один уважаемый святой отец как раз просвещал нас на счет пришельцев из ледяных бездн. Мы подумаем.
Король помолчал, наблюдая, как на площади подручные палача снимают болтающиеся тела и с размаху бросают их на телегу, запряженную двумя рослыми лошадьми, а потом спросил.
– Скажите, герцог, вы надолго в столицу?
– Нет, ваше величество. Я намерен только еще посетить вашу сестру и архиепископа, а потом поспешу обратно.
– Анну? Зачем вам понадобилось ее посещать?
– Вы же знаете, кузен, мы давние знакомые с вашей сестрой, – усмехнулся герцог.
– Знаю, но, по-вашему, сейчас хорошее время, чтобы проявлять галантность?
– Нет, разумеется, я еще хочу кое-что узнать от нее. Я поговорю об этой Алисе и постараюсь вытянуть из нее, чего можно ждать от младшей принцессы. Мне не нужны сюрпризы. Заодно развею ее подозрения относительно моего срочного приезда в столицу.
– Что ж, у вас на всё есть ответ. Я буду ждать вашего письма. Сообщите мне немедленно, как только корабль с принцессой Алисой бросит якорь в вашем порту.
*
Принцесса Анна улыбалась ему, но под радушной улыбкой крылось тщательно скрываемое беспокойство.
– Я заждалась вас, кузен! Даже подумала, что вы не удосужитесь посетить меня в моем скромном жилище.
– Как бы я посмел, дорогая кузина?! Вы – единственный луч света во мраке столичных дрязг и интриг. Припасть к вашей руке – счастье для любого путешественника.
– Ваша преувеличенная любезность звучит оскорбительно.
– Помилуйте! Я только ради вас проделал такое длительное путешествие в столь ненавистную для меня столицу.
– И, тем не менее, в первую очередь поспешили с визитом к моему брату.
– Ну, если вы не забыли, ваш брат пока еще король, а я пока еще его вассал, так что моя обязанность по прибытии в столицу отметиться у своего сюзерена.
– Значит, это был просто визит вежливости?
– Разумеется, дорогая кузина, разумеется. При дворе меня не очень-то жалуют, долго задерживаться там мне не резон.
– То есть вы решили, что здесь вам окажут более радушный прием?
– Скромно на это надеюсь.
– Что ж, вы не ошиблись. Мне самой давно хотелось обсудить с вами некоторые неотложные дела.
– Не те ли, что касаются одной заядлой путешественницы, зачастившей с визитами в мой замок?
Анна улыбнулась.
– Как вам моя сестра, кузен? Она весьма непосредственна, не правда ли?
– Она мила, это правда. Но юность не мешает ее деловым качествам.
– Вы тоже это признаете?
– Она далеко пойдет.
– Так значит, вы готовы оказать ей небольшую помощь в ее очередном путешествии?
– Я уже это сделал, ваше высочество.
– Вот как? Это прекрасно. Я думала, вы именно это приехали со мной обсудить. Но, оказывается, вас не надо поощрять в добрых делах.
– Так нас учит святая церковь.
– Именно так! Значит, у вас есть еще какие-то предложения ко мне?
– Видите ли, если уж вы решили заварить такую крутую кашу, что даже привлекаете к ней таинственный снежный народ, то мне никак более не удастся отсидеться у себя на юге, тем более что все пути ведут через мои земли.
– И что же вы решили? Надеюсь, помощь моей сестре свидетельствует, что вам близка наша озабоченность дальнейшей судьбой королевства?
– Меня восхищает фигуральность ваших выражений, кузина, но если уж вы так хотите, то – да, я озабочен.
– Фигуральность никогда не мешала нашему с вами взаимопониманию, не так ли, дорогой герцог?! – она удовлетворенно улыбнулась.
– Именно так. Но если уж вы решили наладить со мной такое тесное взаимопонимание, то извольте выслушать несколько советов от опытного человека.
– И что же вы посоветуете такой ограниченной в средствах принцессе, как я?
– В данный момент столица и центральные районы королевства снабжаются, в основном, с юга. Если возникнет какой-то неожиданный кризис, и продовольствие вдруг перестанет поступать, то восполнить эту нехватку будет нечем, так как внешние поставщики тут же задерут цены, а в казне нет денег, она вся истрачена на многочисленных наемников. Тогда появится немедленный соблазн решить разом две проблемы с помощью грабежа герцогства Блэкстон. Не то, чтобы это было легко, но мне и такие проблемы ни к чему. Я не могу собрать армию в мгновение ока, в то время как у короля она давно уже готова и прожирает королевские запасы, только ожидая, в какую сторону ей ринуться. Однако нам известно, что некоторые из ваших союзников уже занялись частичной мобилизацией на случай разных неожиданностей. Так вот я хотел бы попросить у вас, ваше высочество, чтобы они отправляли свои отряды прямо на мою северную границу. Чтобы в случае чего прикрыть меня от удара и дать время мне и моим вассалам провести мобилизацию и высадить, если таковое удастся, десант снежных демонов в нашу поддержку.
– По-вашему, я должна прикрывать вас?! Практически нищая, запертая в столице, покинутая многими союзниками? А где же ваша хваленая сила?
– Не прибедняйтесь, Анна! Кому, кому, но не вам жаловаться на отсутствие симпатий со стороны баронов. Король уже умудрился восстановить против себя весь север и восток. Если бы не разобщенность и страх перед его огромной армией, провинция в открытую уже выражала бы свое недовольство.
– Да, вы верно сказали – разобщенность и страх. И еще авторитет отца.
– Но вы – тоже дочь своего отца! Всего и делов – поменять одного ребенка великого монарха на другого. Не так ли?
– И вы хотите, чтобы я направила тех, кто в случае чего может защитить меня на защиту вас, которому ничего не угрожает?
– Кузина, эти отряды всё равно не смогут вас защитить по-настоящему. Зато они прекрасно послужат общему делу. Поодиночке бароны ни за что не выступят против короля, а вы, находясь взаперти в столице, не в состоянии их по-настоящему объединить.
– Вы намекаете на то, что сами могли бы выступить объединителем?
– До этого еще далеко. Сперва надо дождаться вашей сестры и решить, можем ли мы вообще на что-то рассчитывать с теми силами, которые есть. А вы даже не хотите собрать их.
– И вы думаете, мой брат будет спокойно смотреть на эти приготовления? Он примет меры.
– Для этого ему надо быть осведомленным, что мы с вами союзники. А он этого не знает.
– Я подумаю над вашими словами, кузен.
– И еще одно. Мне пришло в голову, что вам, возможно, следует озаботиться тем, чтобы начать распространять среди народа благожелательные слухи о принцессе Алисе. А то как бы нам в один прекрасный момент не оказаться сообщниками богоотступницы и еретички.
– Вы считаете, что такая постыдная клевета может начать распространяться уже сейчас?
– Не сомневаюсь. Король с помощниками всё сделают для того, что объявить вашу сестру самим дьяволом в юбке. Разошлите предписания баронам, вашим союзникам, чтобы они занялись этой проблемой. Я, со своей стороны, сделаю то же самое. Ваша сестра должна стать воплощением чистоты!
*
Они появились, словно бы, ниоткуда. Несколько белоснежных фигур среди снежной круговерти. То ли поднялись из сугробов, то ли сами вылепились из снега. Огромного роста, одетые в одинаковые кожаные одежды, выбеленные почти до снежного цвета. В первый момент Алисе показалось, что на их лицах маски из подобной кожи. Когда она присмотрелась, и сквозь вьюгу проступили их настоящие черты, она поняла, что многочисленные рассказчики ничуть не погрешили против истины, когда описывали странный вид так пугавших их южан. Чем больше Алисин взгляд ловил подробностей – и необычайно высокий рост, и неестественно бледная кожа, и даже легкость их одежд, свидетельствующая о том, что для этого народа двадцатиградусный мороз является нормальной температурой – тем больше она понимала, что речь тут идет даже не о расовом различии. Она видела перед собой вершину иной эволюционной пирамиды, отличной от той, что возникла севернее. Возможно, когда-то далеко в прошлом они и пересекались, но тысячелетия оторванности от своих собратьев в глубинах ледяного материка сделали свое дело. Они были совсем другими, по-настоящему другими, и Алиса почувствовала, как мурашки пробежали по ее коже. Она не подозревала, что миссия потребует от нее попытаться свести вместе две, по сути, разных цивилизации. Она повела себя слишком самоуверенно, приняв все свидетельства очевидцев за выдумки до смерти перепуганных крестьян и моряков. Ей припомнились слова монаха, на которые она не обратила тогда внимания. Он говорил что-то о том, как люди Льда пытались объяснить ему свои верования, и он понял, что никому никогда не удастся склонить хотя бы одного из них на путь веры северян.
Задумавшись на долгое мгновение, Алиса очнулась и увидела каменные лица своих спутников и выхваченные из ножен мечи. Мысленно она поблагодарила их хотя бы уже за то, что, завидев аборигенов, они не бросились тут же бежать к кораблю. Герцог не ошибся, назвав их хорошими воинами. Тем временем, местные тесным полукругом подходили все ближе, и, хотя в их руках пока не было видно никакого оружия, ситуация быстро приближалась к критической. Алиса спрыгнула с лошади и жестами приказала сопровождающим немедленно убрать клинки обратно в ножны. Те неохотно подчинились, и Алиса развернулась к приближавшимся фигурам, оказавшись как бы между двумя мирами, готовая абсолютно ко всему, но слегка подрагивающая от волнения.
Первый вопрос, который она услышала, был задан на северном наречии, но со странным горловым акцентом. Как будто голос пытался прорваться сквозь какую-то преграду, и от этого звучал глухо и прерывисто.
– Вы потерпели кораблекрушение?
В первый момент Алиса не нашлась, что ответить. Вопрос поразил ее своей будничностью. Трудно было ожидать его от этих людей в этой обстановке. Она, скорее, ждала враждебности или недоверия.
– Нет, наш корабль в порядке.
– Тогда зачем же вы причалили к этим берегам? В это время года мы ни с кем не торгуем.
«О, черт, – подумала Алиса, – они, оказывается, еще и с кем-то торгуют».
– Мы бы хотели увидеться с вождями.
– Вождями? – вопрос прозвучал интонационно правильно, но Алиса догадалась, что она не понимает верного оттенка. Уж не ирония ли в нем заключалась?
Она, наконец, смогла определить того, кто разговаривал с ней. Его губы шевелились, лица же других напоминали неподвижные маски. Это была единственная разница. Ни одеждой, ни снаряжением говоривший не отличался от восьми своих спутников. Алиса решила, что пока будет обращаться к нему.
– Да, именно так. У меня к ним важное предложение.
– Разве дитя может быть священником? – последовал вопрос.
Он поставил Алису в тупик. Какое-то время она молчала, пытаясь сообразить, что имелось в виду. Потом до нее дошло. Она вспомнила, при каких обстоятельствах и кто мог еще просить встреч у местных с их начальством. Только священники. Другие побоялись бы. Правда, слово «дитя» ей не очень понравилось, но она понимала, что привередничать тут особо не стоит, а если уж они способны отличить взрослого от… не очень взрослого, то это даже к лучшему.
– Я не священник, – ответила Алиса.
В этот раз пришел черед задуматься уже местных. Они молчали долгие две минуты, Алиса даже забеспокоилась, но потом один из них (не тот, что в первый раз) сказал.
– Почему говорит дитя? Почему молчат большие люди? Пускай они заберут дитя обратно.
Алиса бы обиделась, но обстоятельства не позволяли. Она была рада, что ее эскорт состоял из таких дисциплинированных воинов. Никто не промолвил ни слова в ответ на вопрос местного.
– Я говорю, потому что я – главная. Я посол от наших вождей к вашим. Эти люди – моя охрана, они не будут говорить, они просто мне помогают. Отведите меня к вашему главному. Я только поговорю с ним, и мы уплывем обратно.
Они снова замолчали, на это раз надолго. Алиса наблюдала, как они неподвижно стоят среди вившейся вокруг них метели, и думала, что, может быть, у них мыслительные процессы работают медленней. А может, у них и нет никаких вождей. Или… А потом вдруг до нее дошло, что они всё это время стояли и разговаривали друг с другом. Но как-то незаметно для них – обычных людей. Алиса не верила в телепатию, но, возможно, они делали это еще каким-то неизвестным ей способом.
Наконец, она получила долгожданный ответ. Правда, он ее не утешил.
– Мы должны получить разрешение. Вы должны ждать здесь. Мы спросим. Раньше никто так, как ты не делал. Возможно, дитя… – тут он употребил слово «сломалось», но Алиса поняла, что из лексикона северян они могли знать только это слово, особенно применительно к кораблям. А вот «сошла с ума» – вряд ли они могли это где-то слышать.
Во всяком случае, иерархия у них существовала. А значит, появлялся и шанс, что кто-то сможет поговорить с Алисой от имени всех.
Двое из аборигенов отделились от общей группы и двинулись куда-то в сторону по снежной насыпи. А потом вдруг разом исчезли, отойдя шагов на сто. Как будто провалились сквозь землю. Алиса не успела заметить, куда они скрылись. Похоже было на то, что их жилища скрывались глубоко под снегом.
Приблизительно через час ожидания Алиса начала притопывать на месте и совершать прочие движения, неподобающие особе королевской крови. Вся шерсть и мех, надетые на ней, уже не спасали от проникающего холода. Джон сперва заикнулся о том, чтобы разжечь костер, но потом сам понял, что сказал глупость. Никакой древесины вокруг не наблюдалось.
Всё это время снежные люди продолжали неподвижно стоять там же, где и стояли, не делая никаких движений, как будто статуи.
К исходу второго часа, когда у Алисы практически окоченело все тело, одна из ближайших снежных насыпей вдруг распахнулась, разбрасывая вокруг себя крупные хлопья снега, и оттуда выскочила огромная, как Алисе показалось в первый момент, свора каких-то животных. Их белоснежный мех сливался со снегом, так что сразу было непонятно, что они представляют из себя, хотя до них было не более пятидесяти шагов.
Промерзшие путешественники еще не успели ничего сообразить и хоть как-то среагировать на это внезапное появление, как вслед за животными выкатилась большая санная повозка, управляемая одним из аборигенов. Не докатившись нескольких метров до Алисы, она остановилась.
Только сейчас Алиса разглядела местных ездовых животных как следует. Она, конечно, видела песцов раньше, но никогда – размером с крупного волка. Из их розовых пастей вырывались частые облачка пара. Алиса просто не могла отказать себе в том, чтобы снять рукавицу и погладить их густой яркий мех. Они тут же начали принюхиваться к ней, ловя незнакомые запахи, лезли один на другого, так, что возница, в конце концов, одернул их одним резким движением.
Алиса подошла к нему, поняв, что именно он представлял здесь местную власть. Его сани были изготовлены из шкур каких-то животных, натянутых на каркас из огромных костей-ребер. Но больше всего внимание Алисы привлекли полозья. Не смотря на всю абсурдность такого предположения, больше всего материал напоминал пластмассу. Алиса даже потрогала полозья рукой, но всё равно не поняла, из чего они сделаны.
– Дитя, – сказал возница, как будто констатируя что-то для себя.
– Я не дитя, я посол. Я могу говорить серьезно.
– Старый брат ждет тебя. Едем.
– Это очень хорошо, – обрадовалась Алиса и опять вдруг вспомнила, что еле живая от холода.
– А сколько ехать?
Снежный человек показал три пальца.
– Часов?
– Дней.
*
Герцог знал сидящего перед ним старика очень давно. Тот был епископом еще когда в Блэкстоне правил его отец. Вот уже десять лет как он возглавлял местную церковь и делал это довольно успешно, умудряясь обходить подводные камни внутренних распрь и внешних попыток королевского двора урезать власть святого слова, а главное, власть необъятного церковного кошелька. Он уже давно привык, что вельможи обычно приходят к нему с просьбами двух типов. Грехи адюльтера и незаконные отпрыски, но чаще – за денежной ссудой.
Однако в этот раз архиепископ был доподлинно осведомлен, что его гость не нуждается ни в устроении брачных обязательств, не имея таковых, ни в деньгах, ибо сам мог ссудить любую сумму, буде то потребовалось бы. В этот раз разговор шел на равных, и оба они нуждались друг в друге, и оба понимали это без лишних слов.
– Ваши письма вполне красноречивы, ваша светлость, не было необходимости ехать в такую даль, чтобы подтвердить то, что вы писали на бумаге.
– Значит ваше преосвященство согласны, что я нашел наилучший выход из ситуации?
– Послушайте меня, сын мой, даже если бы я не был согласен, сейчас это уже не имело бы никакого значения. Разумеется, я поддержу вас, потому что в противном случае, нас всех ждут тяжелые времена. Я не хочу уходить на тот свет, оставляя после себя поле сорняков, тогда как принимал плодоносящую ниву.
– Если нам будет сопутствовать удача, вы еще прославитесь, как заботливый хлебороб.
– Дай-то бог, сын мой, хотя мой возраст позволяет рассчитывать лишь на лавры скромного пахаря. Но раз уж вы здесь, я позволю себе выразить беспокойство относительно одной важной детали.
Архиепископ замолчал, а герцог выжидательно смотрел на это морщинистое лицо с редкой седой бородой и уставшими глазами, глубоко запавшими в темные глазницы.
– Меня беспокоит, кого принцесса Алиса привезет нам с юга.
– Не думаю, что следует всерьез опасаться нашествия оттуда.
– Нет, я имел в виду другой аспект. Конечно, мы постараемся сделать всё, чтобы донести до простого люда благодушное гостеприимство к пришельцам, но, боюсь, он более склонен выслушивать обличения нашего необузданного брата Леру. Не могли бы вы, имея влияние на ситуацию, по возможности ограничить присутствие южан на наших землях.
– Будьте покойны, ваше преосвященство, я сделаю всё, что смогу. Думаю, если вы, с вашей стороны, приложите все усилия, чтобы представить маленькую принцессу, как ангельского посланца, так счастливо для нашего государства появившегося на нашем темном небосклоне, то, зная ваш авторитет среди народа, кого бы она с собой не привела, это будет воспринято с благосклонностью. Тем более, учитывая невинность юной принцессы, это будет не так уж далеко от истины.
Старый архиепископ пожевал губами и сказал:
– Сдается мне, дорогой герцог, в наше время невинность для многих – хуже чумы.

У нас 7 комментариев на запись “Баллада о младшей принцессе. Продолжение еще.”

Вы тоже можете высказать свое мнение.

  1. 1 01.12.2008, sem :

    Спасибо Pinhead мне очень понравилось, правда, немного мрачновато как по мне Алиса-убийца это перебор. С нетерпением жду продолжения. Ведь это не конец как-то все не закончено. Желаю Вам творческих успехов. С уважением СЭМ.

  2. 2 01.12.2008, lupus est :

    非常有趣。 И очень хотелось бы прочитать, как там дальше. Тем более, что её миссия, насколько я понял, оказалась неосуществимой…

  3. 3 07.02.2012, petsyk alexey :

    Так же хотелось бы продолжения, ибо жутко интересно – как оно там дальше сложилось?

  4. 4 08.02.2012, Pinhead :

    На форуме есть чуть-чуть

  5. 5 14.02.2012, petsyk alexey :

    Искал – не нашел. Тем более, что пароль тутошний, почему-то не воспринимается Форумом, а без этого поиск затруднен. Не могли бы Вы дать ссылку на продолжение? :-)

  6. 6 14.02.2012, Pinhead :

    На форуме свои логин и пароль.
    http://romantiki.ru/forum/viewtopic.php?f=16&t=6326

  7. 7 22.02.2012, petsyk alexey :

    謝謝! Прочитал залпом. Добавки бы… :-)

發表評論

你必須登錄發表評論。

內容
flash time widget created by East York bookkeeper
創建由Flash控件時東約克會計
flash time widget created by East York bookkeeper