22 июня 2006

Алиса и Принц Вселенной

Опубликовал: | рубрики: Новости, Проза, Творчество |

Автор: Андрей ака Одиночка

***

Глава 1

ПОХИЩЕНИЕ

Заходящее солнце окрасило небо во все оттенки алого, облака вспыхнули нежно-сиреневым светом, словно приветствуя надвигающуюся тьму. На их фоне острые шпили близких гор казались силуэтами, вырезанными из плотной бумаги.


Лучи закатного светила проникли в комнату, разбрызгиваясь по полу каплями расплавленного металла, запутываясь в серебристом ворсе толстого ковра. Осветили черное кресло с высокой спинкой и сидящего в нем мальчика.

Небольшая столешница, казалось, висела в воздухе. Выточенная из цельного куска призрачного хрусталя с Большого Арктура, она была видна лишь в те моменты, когда на нее падал свет под строго определенным углом. Градус больше, градус меньше – и столешница вновь становилась невидимой. Сейчас закатом подсвечивалась одна крышка, создавая впечатление висящего в воздухе огненного кольца. На столешнице лежала шахматная доска, стояли фигуры. На краю темнела полусфера походного компьютерного терминала. Остальную часть обширной комнаты скрывала наступающая тьма.

На лице мальчика лежала печать отчужденности. Словно он мысленно находился где-то далеко. Неподвижный, как статуя. Но спустя мгновение все изменилось. Тонкая рука взлетела над доской, молниеносно перемещая черного слона с b5 на e2. Замерла. Над белой пешкой на f3 зеленый до того огонек налился яростной желтизной. Ход. И мягкий электронный голос произнес:
— Мат через два хода, Ваше Высочество.

Он понял это еще раньше, как только заметил спектральный сдвиг индикатора. Тренированный мозг самостоятельно выстроил цепочку причинно-следственных связей и сделал вывод.

Мальчик откинулся на спинку кресла. На его лице не было ни малейшего следа эмоций, хотя в возрасте двенадцати земных лет немного нашлось бы подобных стоиков. Ему нужен этот секрет. Нужен. И он разгадает его.

Палец коснулся сенсора. Неслышной тенью в комнате материализовался камердинер.
— Все готово?
— Так точно, Ваше Высочество. Корабль на стартовом поле, команда ждет Ваших приказаний.
— Пусть начинают.

Если бы кто-то посторонний услышал последние слова принца, то удивился бы тону, которыми они были произнесены. В нем чувствовалась тщательно скрытая усталость и невыразимая тоска, как будто говорил глубокий старик.

Камердинер поклонился и быстро вышел.

Солнечный зайчик осторожно прокрался сквозь щелку между поляризующих штор, пробежал по одеялу, скользнул по щеке и, наконец, устроился на носу. Алиса чихнула и проснулась.

Каникулы. Как там, в старинной детской песенке – восьмое чудо света. Кому как, а для нее каникулы – возможность разобраться с накопившимися делами в Космозоо, Палеозо и Институте Времени. Она, как-никак, внештатный сотрудник МИВа, биолог со стажем (особенно по приключениям).

Комплекс гимнастических упражнений, освежающий ионизированный душ, завтрак. Флип цвета “морская волна” уже висел за окном. Алиса перемахнула через подоконник, домработник Поля только головой покачал – эх, молодежь, и, устроившись в удобном кресле, ввинтила юркий аппарат в теплое летнее небо.

Половина дня пролетела незаметно.

Принц не любил ночь. Когда тьма скрадывала очертания, скрывала своим темным пологом все вокруг, оживали воспоминания. Вернее, смутные отрывки, перемешанные с собственным, тщательно скрываемым страхом. Принц загружал себя работой, стараясь не отвлекаться на посторонние мысли.

Принц мог долгое время обходиться без сна. И поэтому окна в его покоях всегда ярко светились. Его изощренный мозг почти не требовал отдыха. Но изредка наступало время, когда даже столь совершенный мозг уставал. И каждый раз Принц со страхом ждал этой минуты. Он мечтал нырнуть в сон как в воду, отключиться.
Но стоило ослабеть могучему самоконтролю, как приходили они. Видения.
Густой, физически ощутимый синий свет заливал все вокруг, пронизывал все, скрадывал очертания. Свет нес боль.

Иногда в сплошной синей стене возникали черные провалы, и в мозг Принца вонзались ослепительные белые стрелы.

Дважды синий свет отключался, и тогда Принц видел черную планету. Ее почти невозможно было разглядеть на фоне космоса, лишь небольшие искажения спектра звезд выдавали ее присутствие. Планета вращалась вокруг крохотной, почти погасшей коричневой звезды. Кроме нее в системе присутствовали два газопылевых облака, похожие на лопасти вентилятора, и редкий астероидный пояс.

Флип скользил в потоке других машин, направляясь к Гоголевскому бульвару. Солнце жарило вовсю, но в кабине юркой машины гулял свежий ветерок, напоенный запахами луга. Из динамиков лилась тихая музыка – радиостанция «Ретро» передавала «Тепло Земли» Артемьева.

Алиса размышляла. Этим летом они с Пашкой Гераскиным, Аркашей Сапожковым и сестрами Белыми планировали собственную экспедицию за пределы Солнечной системы. Цель – вторая планета Эпсилона Тукана. Там, согласно донесениям скаутов биологической разведки были обнаружены останки колоссальных по своим размерам животных, вернее симбиотических структур типа «стая» или «рой». Собственно говоря, ничего удивительного на первый взгляд. Биологические структуры указанных типов были нередки на просторах Галактики. Взять, к примеру, ту же живую туманность. Но одно дело знать о существовании подобных «гиперорганизмов», и совсем другое – увидеть их..

В МИВе Алисе удалось договориться (не без помощи академика Петрова) о портативной кабине времени класса «Микро». Такие кабины давали максимальную «глубину» заброски лет в двести. Но этого для экспедиции было вполне достаточно. По донесениям скаута, жизнь на планете исчезла лет сто-сто двадцать назад (естественно, речь шла о земных годах), причем очень быстро. Цель экспедиции состояла в том, чтобы разгадать эту тайну, и,  если повезет – доставить экземпляр в Космозоо.

У профессора Селезнева скоро будет день рождения, и Алиса хотела сделать отцу необычный подарок.

Корабль был почти невидим. Только очень внимательный глаз мог заметить легкое искажение воздуха, но любой, кто замечал его, списывал все на жаркий июньский день.

Капитан ждал. Модули слежения уже третий час шли на хвосте цели, но перехват пока был невозможен – слишком много местных становились свидетелями. Вынужденная задержка нервировала капитана. Старый пират не доверял интеллектронике, предпочитая делать все лично. Вот и сейчас, он мысленно проклинал Бинка за медлительность его слуг. Бинк, точнее БИНК – базовый интеллектуальный нейрокомпьютер был последним словом вычислительной техники. Основу его составляли искусственные нейроны, образующие колоссальный по мощности «мозг». В плане быстродействия он превосходил все существующие электронно-квантовые вычислительные системы.

Сигнал готовности зазвучал в тесноте рубки. Тонкие ловкие пальцы капитана пробежали по кнопкам управления. Корабль, до этого неподвижно зависший в пространстве, ринулся вниз, пикируя под углов в пятьдесят градусов. Ввинтился в теплый летний воздух. На горизонте вырастали высотки Москвы.

Оболочка флипа была в режиме частичной поляризации, поэтому Алиса не сразу обратила внимание на тень, закрывшую солнце. А потом было уже поздно. Небольшой черный корабль со стремительными очертаниями завис над ее флипом. Из плоского днища выдвинулись суставчатые захваты, схватившие флип, втянули его в раскрывшийся люк.

Флипы и флаеры шарахнулись в стороны, когда корабль материализовался (точнее отключил маскировочное поле) прямо в гуще движения. На пультах диспетчерской вспыхнули красные сигналы опасности.

Синяя «гантель» сдвоенного милицейского флипа рванулась наперерез кораблю. Выстрелила из электромагнитного разрядника – в небе вспыхнула яркая радуга. В ответ из открывшейся амбразуры сверкнул лазерный луч, и милицейский флип начал медленно падать, разваливаясь на две половинки и окутываясь серебристой пеной режима экстренной посадки. А корабль стартовал вертикально, оставляя за собой белесый инверсионный след.

Все современные космические корабли оборудованы гравитационными экранами, спасающими экипаж от перегрузок при старте и резких сменах курса. Во время крейсерского полета эти экраны работают в режиме генераторов тяготения, поддерживая на борту нормальную силу тяжести. Поэтому Алису лишь чуть прижала к креслу инерция.

Нужно было выбираться. Стенка флипа разошлась, за круглым отверстием зияла тьма. Алиса сунула руку под кресло, нащупала продолговатую коробку НЗ. Такая коробка входила в штатную комплектацию каждого летательного аппарата на случай непредвиденных обстоятельств.

Алиса открыла коробку, и в слабом свете приборной панели нашла тонкий продолговатый стержень. Сенсорный выключатель не нужно было перещелкивать – достаточно провести пальцем. Яркий свет ударил по глазам. Алиса несколькими касаниями отрегулировала уровень яркости и рассеивания, и выбралась из флипа.
Узкое и высокое помещение тянулось в обе стороны, теряясь во мраке. Ободранные металлические стены, сорванная термоизоляция, из-под которой видны ребра жесткости. И было холодно. Алиса повела фонарем по кругу, усилила яркость. Бледное световое пятно скользнуло по переборке, высветило люк.

Шаги гулко разносились по помещению. На полу валялось несколько контейнеров с маркировкой геологической службы. Алиса подошла к люку, посветила. Пульт управления был разбит. Похоже выстрелили в упор. Алиса взялась за рычаг экстренного открывания, дернула влево. Сейчас гидравлический привод должен был открыть люк. Такие системы применялись еще на старинных подводных лодках. Но надежный механизм жалобно просипел что-то невразумительное, долженствующее, наверное, означать, что, мол, рад бы да не могу. А вслед за этим Алиса услышала тонкое шипение. В луче фонаря поплыл клуб плотного желтоватого дыма. В нос ударил сладковатый запах, запершило в горле.
—    Газ!

Алиса рванулась с места, туда, где стоял флип. Но в темноте что-то мелькнуло, и вслед за этим бухнул глухой взрыв. Пламени почти не было, но тугая подушка сжатого взрывом воздуха сбила ее с ног. Поднять Алиса уже не смогла. Сознание отключилось почти мгновенно.

Глава 2

ПОЛИГОН

Первым тревогу забил Пашка. Он уже битый час ждал Алису на биостанции. Зная Алису как человека слова, он был готов поверить, что она умчалась на Плутон искать следы Странников или встретила по дороге дракона. Но это объективные причины. Забыть Алиса не могла. Не такой она человек.

От нечего делать, Пашка включил телевизор (на самом деле голографический проектор с голосовым управлением) и заказал новости. Вспыхнул экран, показывая, к большому удивлению Пашки пересечение Гоголевского бульвара и Знаменки. В небе не было ни одного флипа. Раскаленным металлом рдели в летнем небе «заградители». Камера переместилась ниже – на земле работали люди в синих мундирах городской милиции. Послышался голос комментатора:
— …неизвестный корабль взял на борт один флип. Случай беспрецедентный сам по себе! По предварительной версии это было классическое похищение. Расследование, скорее всего, будет передано в ИнтерГпол…

Спустя пять секунд Гераскин уже бежал к своему флаеру. При определенных недостатках, коих не избавлен ни один человек, Пашка не бросал друзей в беде.

Комиссар ИнтерГалактической полиции Милодар получил пакет данных шестью минутами ранее, и уже подключил к анализу обстановки Большого Марка. Тот, будучи мощнейшим на Земле «распределенным компьютером», дал ответ через двадцать восемь и три десятых секунды. Просмотрев ответ, комиссар нахмурился и вызвал адъютанта по личным поручениям лейтенанта Зверева. Бросил, не отрывая взгляда от документов:
— Подготовить всю информацию по «спящему агенту» 59-3175411. К анализу подключить группу «Блеск». Пакет передам лично. Уровень доступа – четыре нуля. Все.

Лейтенант не привык задавать лишних вопросов, хотя поручение было, мягко говоря, нетривиальным, этого «спящего агента» курировал сам Милодар, поэтому козырнул, и отправился выполнять приказ.

Аналитиков «Блеска» обычно держали в резерве, и подключали к делу только в случае классификации оного по уровню «НОЧЬ», что означало «необъяснимое однозначное чудо». Под чудом понималось любое событие, смысл которого нельзя было объяснить с точки зрения классических схем.

Нежно-фиолетовое небо было высоким и чистым. Маленькое, сплющенное рефракцией лиловое солнце висело над горизонтом. Радужные пузырчатые грибы изредка вздрагивали, и тогда на их глянцевых шляпках вспыхивали искры, варьируясь от ярко-алого до густо-фиолетового.

Алиса приподнялась на локтях. Огляделась. Ее окружали девственные джунгли без малейших признаков цивилизации. Болела голова. Алиса коснулась пальцами висков, надавливая на определенные точки. Спустя минуту боль стала утихать.
Все это выглядело крайне нелогично. Сначала похищение, как в старых, еще двумерных фильмах, усыпление,  теперь эта планета. Пираты так не поступают. Они, или убивают на месте, или держат в заложниках где-нибудь в подземелье. Значит, кто-то другой. Но кто? Кому понадобилась московская школьница Алиса Селезнева двенадцати лет? И главное, зачем?

Неизвестность страшила. Однако у Алисы был богатый опыт выживания в подобных ситуациях.

Она снова огляделась, выбирая направление. На западе (Алиса по привычке называла так сторону света, где заходит солнце, а оно явно собиралось нырнуть за горизонт) джунгли рассекала просека явно естественного происхождения. Первый шаг было трудно сделать. Чисто психологически. Через десяток метров Алиса перешла на легкий пружинистый бег. Оглянулась. Небо на востоке стало почти черным.

На ночлег Алиса остановилась, когда совсем стемнело. Она могла двигаться и в полной темноте, но «кошачье зрение» требовало большого расхода энергии, а съедобны ли местные плоды  и ягоды, Алиса не знала.

Комбинезон из тетраткани со встроенным климатизатором обеспечивал стабильный микроклимат, но не более. Не было даже аптечки. Все-таки это была повседневная одежда, а не спецскаф. Хотелось пить.

Уснула Алиса незаметно для себя. И уже не видела, как мелькнула совсем рядом гибкая поджарая тень. Выкатившаяся из-за облаков луна осветила существо мертвенным светом. Шесть сильных лап, густая серебристая шерсть и жуткого вида морда с тридцатисантиметровыми клыками.

Для стороннего наблюдателя незаметно многое. Он не знает, что именно сейчас проводится эксперимент по трансляции сознания человека в прошлое, не ведает, что в эту минуту в метановую атмосферу Кванды погружается лишенная энергии орбитальная платформа «Сириус-6», и зов помощи уже принят, и спасатели торопятся на выручку, не подозревает, что именно в эту секунду успешно заканчивается сложнейшая хирургическая операция, и врачи сдержанно поздравляют друг друга.

О чем-то он узнает из новостей, что-то расскажут друзья. Но есть и такая информация, которая никогда не попадет в телеэфир и Космонет. Информация особого доступа.

ИнтерГпол лихорадило. Для пяти миллиардов людей Земли это было незаметно. Это видели лишь некоторые.

Милодар слушал отчет офицера службы слежения. «Эсэсовец» присутствовал в кабинете комиссара под двухкилометровым щитом Антарктиды виртуально – в виде голограммы.
— Мы вычислили вектор разгона. Однако анализ дальности прыжка дает тридцатичетырехпроцентный разброс по вероятности. Уровень динамики остаточного поля плавающий. Похоже, они сбросили «шумелки».
— Вы в своем уме? – мрачно поинтересовался Милодар. – Такие технологии есть только у нашей конторы.
«Шумелками» назывались отнюдь не песенки Винни-Пуха, а портативные генераторы гравитационных волн, сбивающие показания следящих систем.
Офицер дипломатично промолчал.
— Какие звезды вошли в зону вероятности? – спросил комиссар.
— Восемнадцать звезд. Из них одиннадцать имеют планеты…
— Список!

Вспыхнул дополнительный экран, выбрасывая таблицу с названиями звездных систем, их галактическими координатами и краткими описаниями.

Милодар вызвал лунную базу ИнтерГпола.

Алиса проснулась от голода. Да, таких приключений с ней еще не бывало. Были и пауки-фобофилы (фобос – страх, филос – любовь; фобофил – любовь к страху (имеется ввиду чужому)) с Пять-четыре, и пустынные кролики, и атланты с Крины, и жители подземелий. Было многое.
— Прекрати хныкать! – мысленно приказала себе Алиса.

Она выбралась из углубления под корнями раскидистого дерева, где провела ночь, отряхнула комбинезон. Надо было идти.

На поиски были брошены  тридцать семь спасательных кораблей – пятая часть земного спасательного космофлота. Оснащенные биоискателями и детекторами движения, они начали обшаривать планеты по вектору, вычисленному службой слежения. Но это требовало времени. Может показаться удивительным и нереальным масштаб поисковых работ, развернутых ради одного человека, но в двадцать первом веке люди, наконец, научились чувствовать чужую боль и ценить чужую радость. Так что с их точки зрения подобные действия оправданны и единственно правильны.
Вся информация стекалась в штаб-квартиру ИнтерГпола в Антарктиде.

Комиссар Милодар с каменным лицом выслушивал очередное стандартное донесение, содержащее столь же стандартную информацию – ничего не найдено. Шел уже третий день поиска. Для тех, кто не был напрямую задействован в операции «Чаша Грааля» придумали соответствующие объяснения.

Сигнал срочного вызова вспыхнул на пульте в три часа семнадцать минут по солнечному времени.

Круглое лицо с обширнейшей лысиной заняло раствор главного экрана.
— Приветствую комиссар, — пророкотал низкий, почти в диапазоне инфра, голос. – Кажется, что-то есть.
Комиссар кивнул и приготовился слушать. Руководитель группы «Блеск» Никанор Петрович Симаков обладал редким даром «упаковывать» обширнейшие темы в несколько предложений.
— Судя по всему, кого-то заинтересовали особые способности объекта. По-видимому, этот кто-то напрямую связан с делом «Черный Дракон».
— Рекомендации? – расцепил зубы Милодар.
— Ближайшие сутки «слушать музыку» по вычисленному вектору. Дальше – как обычно. Честь имею, комиссар.

Экран погас. Милодар откинулся на спинку кресла. Интересное получается кино. Нам кажется, что мы управляем событиями, а на самом деле события правят нами. Или за событиями стоит некая сила. Руководит случайностью. Милодар усмехнулся. Снова эта пресловутая случайность. Но картина вырисовывается очень интересная. Как минимум одна заинтересованная сила, проявившая себя открыто. А могут быть и другие. Могут. Милодар вызвал лейтенанта Зверева.

«Слушать музыку» на жаргоне аналитиков означало регистрацию гравитационных колебаний, неизбежно возникающих при прыжке.

Пить. Как хочется пить. Ирония судьбы, умереть от жажды во влажных джунглях. Танталовы муки в космический век.

Алиса медленно шла, все чаще останавливаясь передохнуть. Голод уже не терзал ее так жестоко как в первую ночь и второй день. Можно было, конечно попытаться утолить его плодами местной фауны, но Алиса слишком хорошо представляла себе возможные последствия такого шага. Хоть планета и земного типа, но солнце здесь другое. Несколько иной состав атмосферы – слишком много кислорода. И, как следствие, синие и лиловые джунгли, иной химический состав, ну и дальше по цепочке.

Высокая влажность вкупе с избытком кислорода высасывали силы лучше любых физических нагрузок. Перед глазами все плыло. Алиса держалась только на упрямстве.

Среди деревьев мелькнул просвет. Алиса сделала еще несколько шагов, тяжело привалилась к дереву. Сил не осталось совсем. Наверное, она впала в забытье. Сознание включилось сразу, «щелчком». Алиса огляделась. И увидела это. Комок белесой слизи, величиной с футбольный мяч медленно катился по направлению к дереву. Справа появился еще один. Он держал то же направление. Еще один.

— Местный аналог перекати-поля, — мелькнула мысль. Но то, что Алиса увидела дальше, заставило ее вздрогнуть. Комки остановились метрах в десяти от дерева, к которому прижималась спиной Алиса. Внезапно они начали резко уменьшаться в размерах. Нет, не так. Они начали растягиваться в ширину, уменьшаясь по высоте. Спустя несколько секунд на траве шевелились полупрозрачные полотнища или очень широкие ленты. Края их начала смыкаться, образовывая единую структуру окружности.

Холодок пополз по спине. Алиса оглянулась, то же самое происходило и с другой стороны дерева.

Биомасса начала медленно двигаться к Алисе, заливая собой подножие небольшой возвышенности, где она стояла.

От биомассы исходил кислый запах, от которого першило в горле и слезились глаза. Алиса машинально вытерла их.

Страх обострил восприятие. Сознание работало четко. Перепрыгнуть не удастся, полоса биомассы слишком широкая. Может, когда подползет ближе… А если залезть на дерево?

Алиса подняла голову. Большие, похожие на опахала листья, лениво шевелились на высоте четырех метров. Ствол был скользкий, не уцепишься.

Биомасса подползала. До Алисы оставалось чуть менее метра. Она изменилась, стала серебристой и твердой на вид.

Алиса прикрыла глаза, пережидая приступ головокружения. Пять секунд на отдых, и вперед. Без разбега она одолеет метра три. Алиса напряглась, готовясь к броску. Тонкая, почти невидимая в местном сыром и светлом сумраке, нить огня кольнула биомассу.

Крик слизистой твари был почти неслышным, на уровне нижнего порога ультразвука. Алиса открыла глаза. Луч хлестал массу, рассекая ее со скоростью, недоступной лучшим хирургам. Луч вынуждал ее собраться в единый ком.

В какое-то неуловимое мгновение луч исчез, а затем в лицо Алисе ударил горячий ветер. Полотнище белого огня ударило в ком биомассы, испепеляя его. Гул пламени, короткое густое шипение и все. Стреляли из скорчера, тяжелого мощного оружия с накачкой на основе искусственного протонного распада.

Человек вышел из-за деревьев. Коренастая фигура, темный комбинезон без знаков различия, в руке длинноствольный пистолет со сложным прицелом. Лицо Алиса не запомнила, хотя память на лица у нее была отличной. Он что-то говорил, Алиса видела, как движутся губы, но не слышала ничего, словно вокруг стояла мертвая тишина.

Человек взял ее за плечо и подтолкнул – иди. Алиса послушно сделала несколько шагов. Лиловые деревья расступились, открывая взору поляну, на которой стоял небольшой космический корабль. Дальнейшее Алиса не запомнила.

Зал был освещен скупо. Только в необходимых точках. Голоры (голографические развертки) большей частью были потушены, светился лишь главный экран и два малых, периферийных. На них полыхала свежей кровью надпись: «Программа 1 завершена».

Принц шевельнулся и тут же к нему подскочил маленький и круглый руководитель полигона.
— Каковы результаты?
— Потрясающие, Ваше высочество! Это невероятно, но она умудрилась обойти все ловушки, даже «глаз тьмы» и «сеть»! Это… Это просто невероятно!! Мне не терпится запустить вторую серию тестов…

Принц медленно покачал головой.
— Нет. Передайте на «Кейру», пусть привезут ее сюда.
Руководитель полигона суетливо поклонился и бросился выполнять распоряжение.

Глава 3

В ГОСТЯХ У ПРИНЦА

Когда курс проложен, пилотирование берет на себя автоматика. Человеческие реакции не подходят для сверхсветовых скоростей. Да человек и физически не способен управлять кораблем в прыжке. Для этого нужны совсем иные органы чувств и сенсорные системы.

В прыжке хорошо думается. Вернее в тот недолгий период, пока корабль тестирует все системы на готовность, а ты лежишь в противоперегрузочном кресле, ожидая действия снотворного.

Капитан прокручивал в голове последние события. Все вроде было в порядке. Все?
Строго говоря, он вмешался в ход эксперимента. Зачем? Этот вопрос он задавал себе уже третий час – стандартное время выхода на крейсерскую скорость, и не находил ответа. Будет неверным предположить у капитана внезапный приступ сентиментальности. В прошлом пират, он давно руководствовался в жизни холодным расчетом, а не эмоциями. Тогда почему?

Сознание поплыло, начал действовать препарат. Еще через пять минут корабль совершил прыжок длиной в сотню парсек, к безымянной звезде, спрятавшейся за облаком космической пыли.

Алиса проспала все время полета. Даже ее могучий организм требовал отдыха и восстановления. Она проснулась, когда «Кейра» начала отработку посадочных маневров. В лазарете не было иллюминаторов и голоров, но по мелкой вибрации Алиса догадалась, что корабль уже на траектории посадки. Несильный толчок подтвердил ее предположение.

Принц наблюдал за посадкой из окна. Хоть он не признавался в этом даже самому себе, его мучило нетерпение. Уже совсем скоро.

Принц четко знал свою задачу. Эта задача состояла в том, чтобы стать лучшим. Нет, не в спорте или интегральном исчислении, хотя и здесь, благодаря модифицированным мышцам и изощренному мозгу у Принца было немного соперников. Нет. Он должен был стать лучшим правителем. Настоящим Принцем Вселенной.

Он должен был научиться предугадывать события, просчитывать ходы оппонентов и нейтрализовывать их. И он научился. Времени для этого было достаточно. Ведь реальный биологический возраст Принца составлял сто тринадцать лет, хотя он и выглядел двенадцатилетним мальчиком.

Долгие годы скитался по разным планетам, оттачивая свое мастерство повелевать и манипулировать людьми. Результатом этого стали три крупных и известных в Галактике компании. Но сам Принц начал понимать, что он не властен над случайностью. Ее невозможно было просчитать, предвидеть, спрогнозировать. И это стало для него непреодолимой преградой.

Пять лет назад в Космонете появилась информация о девочке с планеты Земля Алисе Селезневой. Девочке, с которой ничего не случиться. И Принц понял, что это его шанс.

Он не задумывался, а, собственно, зачем ему нужно было становиться правителем. Принимал это как аксиому. И вот, время пришло.

Пока Алису вели ко входу в замок, она успела оглядеться. Умение делать экспресс-оценку (спасибо отцу) помогло ей мгновенно запечатлеть в памяти окружающий ландшафт, примерно определить тип планеты и звезды, и прикинуть пространственное расположение системы. Результат был неутешительным. Звезда относилась к классу желтых карликов, едва ли не самому распространенному в Галактике. А значит, планета могла находиться где угодно. Но Алиса не теряла надежды. Дождаться бы ночи, а потом по рисунку созвездий определить хотя бы «сторону» галактического диска и удаленность от центра.

Сам замок был искусно вписан в горный пейзаж, и казался его частью. Ни один, самый «глазастый» спутник или скаут-разведчик не смогли бы визуально определить его местоположение.

Внутри замок представлял собой прекрасную имитацию аналогичных сооружений на Земле, но в толще его стен скрывались чудеса интеллектроники и нанотехники. Факелы на стенах давали ровный, хотя и неяркий голубоватый свет.

Молчаливый провожатый Алисы (или конвоир?) провел рукой вдоль стены, и часть ее сдвинулась, открывая небольшую лифтовую кабину. Алиса шагнула внутрь.

Звездолет второго класса СПАС-флота «Севастополь» накручивал уже двадцатый виток вокруг планеты, поджидая своих слуг. Редкие огни на вытянутом корпусе разведкорабля указывали на низкую активность. Да она и не могла быть высокой.

Стандартная венероподобная планета с углекислотной атмосферой и температурой в триста кельвинов у поверхности. В таких условиях человек протянет минут десять, если очень повезет.

Капитан Котов взглянул на экран, как раз в это время швартовался последний планетарный катер. Уже возвращались скауты. Сигнал от внешних радаров прозвучал как-то очень буднично и незаметно, Котов даже не сразу обратил внимание. В рубке прозвучал удивленный голос оператора следящих систем Танича:
— Эт-то еще что такое?

Голор развернулся сияющей плоскостью, протаявшей в глубину. Вспыхнула зеленая рамка, очерчивая кусок изображения. Он скачком увеличился.

Котов подался вперед. В растворе голора медленно вращался предмет, напоминающий дерево с короткими толстыми корнями, образующими замысловатые спиральные конструкции. Зато «крона» была очень правильной, геометрически выверенной конусообразной формы. В рубке разлилась тишина, космонавты глазели на невиданный объект. Именно невиданный, потому что профессиональные космолетчики с одного взгляда, даже беглого, могли опознать любой корабль Галактической Конфедерации безо всяких приборов.
— Активность объекта? – голос Котова звучал слишком спокойно.
— Ноль, — откликнулся оператор. – Появился внезапно. Дрейфует. На запросы не отвечает.

У оператора была привычка говорить короткими рублеными фразами.
— Отправь к нему два скаута. Пусть дистанционно просканируют. Горизонт событий – пять.

Горизонтом событий называли минимально допустимое расстояние, на которое можно приближаться к неизвестному объекту.

Скауты успели пройти половину пути, когда приборы «Севастополя» засекли колебания гравитационного поля. А через несколько секунд наблюдавшие за объектом спасатели и пилоты увидели как с вершины «дерева» в пространство ударил неяркий серебристый луч, похожий на подсвеченный фонарем туман. Погас. Снова вспыхнул. Замигал.

— Они на что-то указывают. Включить пеленгаторы, отследить координаты, — Котов рывком повернулся к пульту, вызвал радиста.
— Срочную на Землю! Пусть «слушают музыку» по нашему вектору. Частоты запредельные, не спутают. Все.

Сообщение ушло через несколько секунд, а спустя еще пять минут восемь станций слежения на трех планетах уже поворачивали раструбы гравитационных приемников в нужный квадрат.
— Ноль семь тридцать четыре «Севастополь» — Центральной, «Севастополь» — Центральной, — ровный голос диспетчера прозвучал как гром средь ясного неба. – Вам приказано уходить от планеты. Координаты финиша будут переданы дополнительно. Как ведет себя объект?
— Мигает,… вернее уже нет, — Котов смотрел на опустевший голор, на котором колыхалась, рассеивалась полупрозрачная серебристая дымка. Неизвестный объект исчез сразу, уйдя в прыжок или какое-то подобное перемещение с места, не разгоняясь. Виртуальные стрелки масс-детекторов и гравитонных локаторов упали к нулевым отметкам.

— Добро пожаловать, Алиса Игоревна! Располагайтесь как дома, прошу вас, — Принц говорил спокойно, без малейшего эмоционального напряга. Радушно, как и подобает хозяину. За многие годы он научился менять лица, понимая, что изворотливость – главное качество правителя.

Алиса огляделась. Большая комната с высоким потолком и стрельчатыми окнами, через которые врываются острые лучи солнца. Минимум мебели и совсем нет лишних вещей. Все строго и функционально. И Принц.

Честно говоря, Алиса ожидала чего-то другого. До последнего момента она предполагала, что попала в руки пиратов, и посему настраивала себя определенным образом.

А увидела она почти своего ровесника. Худенького высокого мальчика в простом черном комбинезоне с экзоусилителем, более подходящем члену дальней экспедиции, с бледным лицом и темными волосами, чуть растрепанными. Безобидного и даже беззащитного. И пугающего. Его темные глаза смотрели пристально, как сквозь визир прицела.

Алиса присела на диван с некоторой опаской – вдруг он оббит шкурой какого-нибудь животного. Но это оказалась обыкновенная синтетика, правда очень качественная.
Принц отслеживал взглядом каждое ее движение. Молчание затягивалось.

— Зачем вы меня похитили? – стандартный вопрос Алиска, но лучшего не придумала.
— Мне нужен ваш секрет, Алиса Игоревна, — ответ столь же банален. Заставляет вспомнить глупые фильмы времен «перелома», которые они изучали на уроках истории. Пустые и напыщенные фразы, скрывающие под спудом слов реальную информацию. Ладно, Алиса. Ты девочка умная, будем играть по правилам.
— У меня нет секретов.

Принц улыбнулся:
— В одной книге я прочел великолепную фразу: «Не лги, если правдой можешь добиться большего». Не поймите это как обвинение в неискренности. Вы можете и не подозревать о своем секрете, своем умении. Хотя пользовались им нередко.

Принц опустился в кресло.
— Речь идет о вашем фантастическом, неправдоподобном везении. Если угодно, об управлении случайностями. И мне хотелось бы знать, как вы это делаете.

Глава 4

ПО СЛЕДУ ПРИЗРАКА

Анализ результатов пеленга гравитационного «луча» «дерева» пришел через полчаса после расчета траектории прыжка неизвестного корабля, стартовавшего из пустынной системы ЕФ-3214. Математические и пространственные координаты выстроили вектора ухода, упершиеся в пустоту. Милодар перечитал сухие строки отчетов, вызвал Галактический Информаторий. Интуиция не подвела начальника земного сектора ИнтерГпола. Желтый карлик был скрыт за облаками пыли и холодного атомарного водорода, полностью гасящего его излучение. Присутствовало короткое описание, преимущественно планетологического и астрономического характера. Две планеты, пояс астероидов, атмосфера из инертных газов, никакой жизни. Заурядная система. Но именно туда вели вычисленные вектора. Это требовало проверки. А проверка – времени. Шли уже пятые сутки.

Зажужжал зуммер связи. Милодар нажал кнопку, выслушал короткий отчет, который сводился к тому, что «Севастополь» вышел на трек разгона и ожидает координат финиша.

Мысли неслись галопом. Бросать поисковый корабль в систему без прикрытия нельзя, он безоружен. А силовые поля – не гарантия защиты. Милодар вызвал марсианскую базу спасателей, где кроме всего прочего располагались четыре патрульных крейсера и большой одиночный рейдер «Глубина». Потребовав на связь капитанов, комиссар объяснил им задачу. Корабли стартовали спустя девять минут – срок рекордный для подобных операций. Милодар переключился на канал связи с «Севастополем», дал координаты. Потом, поколебавшись, вызвал Галактический Центр. Карл Кром ответил почти сразу.

Шесть невидимых молний прорывались сквозь кокон скрученного пространства к цели. Скоро они выйдут в реальный космос. Скоро…

Камердинер неслышно материализовался в комнате, поставил на стол поднос. Алисе вспомнилось приключение на Пять-четыре, разговор с Вечным юношей. Тот тоже сначала угощал ее молоком, а потом бросил в темницу. С правителями нужно быть осторожной.
— Прошу! – Принц сделал приглашающий жест. – Вам понравится.

Есть хотелось. В корабельном лазарете ей вводили только питательные смеси, долженствующие нейтрализовать эффекты трехдневного голодания и обезвоживания.
Блюда выглядели знакомо, но Алиса положила себе всего понемножку. Во-первых, попробовать. Если что-то понравится, можно взять добавки. Ну, а во-вторых, — из элементарной осторожности. Алисе уже приходилось иметь дело с королями и министрами, и девочка знала, насколько те могут быть коварными. Поэтому она ела осторожно, прислушиваясь к своим ощущениям. Но все было в порядке.

— Людей, подобных вам, со временем становится все больше, — произнес Принц. – В разные времена их называли по-разному. Особенно в этом направлении постарались земные писатели. Они придумывали различные названия – койво, файверы, дети-индиго, Пятая Раса, людены. Но это лишь слабые попытки описать неописуемое, понять непознаваемое. На сегодняшний день – это перспектива для всех разумных существ Галактики. Согласен, не самая близкая, но перспектива. И взявший ее под контроль, сможет вершить судьбы Вселенной.

Когда Алиса насытилась, камердинер убрал посуду и также беззвучно удалился. Девочка взглянула на Принца, ожидая его следующего хода. Тот удовлетворенно кивнул, словно Алиса прошла еще какой-то неведомый тест.
— Что? – спросила она.
— Я еще раз убедился в вашей способности оперировать случайностями. Здесь, — Принц обвел рукой комнату, — в стены вмонтированы сенсоры. Они дистанционно регистрируют все параметры вашего организма, начиная от излучения мозга и вплоть до клеточного сканирования.  А в пище, которую вы ели, содержался особый алкалоид, который вызывает паралич нервной системы через три секунды после употребления. Противоядия не имеет.

Похоже, Алиса не сумела совладать с собой. В ее глазах мелькнул страх.
Не будем строго судить ее. Неизвестно как бы повел себя на месте Алисы любой из нас, стал бы биться головой о стену или впал в истерику.
— Не волнуйтесь, — произнес Принц, словно речь шла о какой-то мелочи. – Алкалоид действует очень быстро, но избирательно. Правда, никто не знает, на кого он действует, а на кого нет.

Страх в глазах Алисы уступил место возмущению. Ее использовали в качестве подопытного кролика. Но она не успела высказать все Принцу, тот сделал движение рукой. В комнате возник камердинер.
— Следуйте за этим человеком, Алиса Игоревна. Вам необходимо отдохнуть. Вечером мы встретимся.

Камердинер безмолвно открыл дверь.

Алиса тщательно обследовала комнату, но не нашла способа выбраться. Окна были затянуты силовым полем, дверь заперта. Алиса присела на кровать и приказала себе успокоится. Ну, выберется она из замка, а дальше? Корабль наверняка заблокирован, ключа у Алисы нет. Сигнал подать нечем. И вообще, как говорит Зеленый, это добром не кончится. Здесь Алиса была полностью согласна с механиком. Не нужно торопиться. Сначала выяснить все, а там посмотрим.

За узким окном разгорался колоссальный, в полнеба закат.

Карл Кром знал цену времени, и поэтому не стал терять ни секунды. Семь кораблей из оперативного резерва стартовали с Базы-1 – целой необитаемой планеты, переоборудованной под космодром, ремонтные заводы, установки, вырабатывающие гиперэргоген. Эта планета располагалась всего в полутора световых годах от Галактического Центра, то есть почти рядом. Среди кораблей было два рейдера, линкор А-класса «Туманность», три малых даббл-крейсера (они имели двойные корпуса, способные разделяться и действовать автономно) и десантный транспорт. На последнем Милодар очень настаивал. Корабли разогнались и нырнули в свернутое пространство прыжка. На борту «Туманности» кроме штатного экипажа находился и главный сыщик Галактики  Карл Кром. Комиссар ИнтерГпола обещал присоединиться к ним на финише.

Габриэль Грехов в иерархии ВЕДЬМАКа занимал пост Координатора, что обязывало его анализировать возникающие ситуации, сидя в штаб-квартире Ведомства. Но Грехов не любил терять время и отсиживаться за чужими спинами, поэтому при первой же возможности срывался на оперативное задание. Вот и сейчас он присутствовал на борту «Туманности», обсуждая с инспектором Кромом сложившуюся ситуацию.
Грехов поведал, что, по мнению Совета, которое совпадало с мнением аналитиков группы «Блеск», нынешнее похищение было напрямую связано с прошлогодними событиями на космоархеологической станции «Шевалье». Однако кроме известных фактов, Грехов рассказал и то, чего не знали аналитики. Их служба давно обнаружила в Галактике необычную деятельность на Периферии, где располагался пояс обитаемых планет. Население этих планет имело уровень развития сравнимый с первой половиной двадцатого века. Соответствующим был и уровень техники – тепловые и примитивные атомные двигатели, первые неуклюжие компьютеры, почти никакой космической техники. Но самым интересным было другое. На этих планетах, а их насчитывалось пять возле трех звезд, были обнаружены следы галактической техники. Вы спросите, а что тут такого. Ну, были исследователи, или пираты. А может, у кого-то корабль забарахлил, и он припланетился. Так Кром и сказал Грехову. И услышал в ответ, что, во-первых, следы были совсем свежие, во-вторых, эти миры относятся к категории ВНИ – только внешнее наблюдение и исследование. А в третьих, несколько раз с этих планет отсылались в пространство сигналы на волне гравитонной связи. Дважды удалось запеленговать направление. Не нужно быть мудрецом, чтобы сказать – по этому вектору, естественно с учетом галактического течения, располагалась та самая планетная система, к которой сейчас приближались патрульные корабли Конфедерации.

Алису привели к Принцу, когда солнце уже скрылось за горной вершиной. Небо еще сияло расплавленным металлом.

Принц сидел за столом, на котором стояли шахматы.
— Еще один тест, — подумала Алиса. Села напротив.
— Это не обычные шахматы, — заговорил Принц. – Их изобрел еще сто лет назад ваш соотечественник. Их основное отличие – функция смены достоинства, заданная генератором случайных чисел.

Принц улыбнулся:
— Ваш ход, Алиса Игоревна.

Алиса двинула вперед белую королевскую пешку.

Над фигурами светились зеленые искорки индикаторов. Принц ответил ходом коня. Алиса передвинула еще одну пешку, и тут над черной пешкой Принца индикатор стремительно налился солнечным золотом. Фигура изменила форму, превращаясь в третьего коня. Принц сделал ход.

Алиса поняла, что классические схемы, пригодные для двух-, трех- и четырехмерных шахмат здесь не подходят. Фигуры действительно меняли достоинство случайно. Могло оказаться, что у тебя есть, скажем, два слона, а через секунду появляется третий, способный блокировать вражеского короля. А еще через несколько секунд у противника вдруг появляется два ферзя, и они угрожают твоему королю. Но некоторые правила Алиса уже уяснила – каждый раз изменялась одна фигура, не больше, частота изменений колебалась от одного до четырех изменений в минуту, вероятность роста достоинства фигуры была ниже вероятности уменьшения, и так далее. Словом, это была сложнейшая вероятностная игра, подходить к которой с готовыми шаблонами и схемами было нельзя. Собственно, от классических шахмат остались фигуры и правила их хождения.

Напряжение росло вместе с уменьшением числа фигур на доске. Игроки строили изощренную защиту и не менее изощренное наступление. Алиса не столько следила за игрой, сколько пыталась проникнуть в хитросплетения планов и мыслей Принца. Странные намеки, туманные фразы. Оперирование случайностями – надо же такое придумать.

Алиса бросила в бой оставшуюся пешку. Кроме нее на доске оставался белый король и ладья. У противника был слон, три пешки, конь. Индикатор белой пешки пожелтел, превращая ее в ферзя. Шах. Ход Принца не изменил ничего. Алиса двинула вперед ладью, которая спустя секунду превратилась во второго ферзя. Черный король оказался под «перекрестным огнем». Мат.
— Мои поздравления, Алиса Игоревна! Я был уверен, что так произойдет.
Принц подошел к окну, красноватый свет лег на его лицо. Алиса вдруг поняла, насколько устал этот мальчик. Нет, не физически, а морально.
— Его что-то все время гложет, — мелькнула мысль. Алиса почувствовала жалость к Принцу.

Внезапно Принц что-то произнес. Резко и отрывисто. Алиса не узнала языка, но почувствовала его волнение.
— Что такое?
— Смотри.

Алиса подбежала к окну, и в наступающих синих сумерках увидела падающие с неба огромные черные шары.
— Они меня предали, негодяи!

Принц выругался на неизвестном языке. Быстрыми шагами пересек комнату, открыл вделанный в стену сейф, достал что-то длинное и темное, блеснувшее металлом. Произнес несколько коротких фраз на том же неизвестном языке, ему ответили. Похоже, в комнате был передатчик. Подошел к Алисе.
— Вперед!

В его руках девочка разглядела тяжелый боевой бластер.

Группы вышли из прыжка практически одновременно, обменялись радиозапросами. Перестроились. Впереди шли «Глубина» и «Туманность», крейсера охраняли фланги. Позицию в центре занимал десантный транспорт и «Севастополь», который хоть и не был патрульным кораблем, но принадлежал СПАС-флоту, что означало высокий уровень защиты и наличие противометиоритных аннигиляторов большой мощности, что давало дополнительный козырь в случае боевого столкновения.

На мостике «Туманности» шло экстренное совещание. Милодар требовал взять планету в кольцо, сбросить десант и начать широкомасштабную акцию. Карл Кром возражал, ссылаясь на неизвестность точных координат  базы похитителей и возможные последствия военного демарша. Неизвестно, сколько бы они еще спорили, но чуткие приборы кораблей засекли выход в евклидово пространство группы кораблей.
Приглушенно взвыли сирены, корабли окутывались экранирующим полем, которое поглощало все виды излучения, делая объекты невидимыми во всех диапазонах волн.

Но финишировавшие звездолеты даже не стали проводить обычную процедуру постфинишного сканирования окружающего пространства. Построившись «журавлиным клином» они устремились ко второй планете системы.

— Семь единиц, энерговооруженность три тысячи Кэр. Сфинктура – девятнадцать и шесть, снижается, – оператор следящих систем умолк. На нормальном языке это означало, что из прыжка вышло семь кораблей неидентифицированного типа, не использующие электронную маскировку. Они оставляли за собой сильный энергетический «след», что свидетельствовало о большой мощности корабельных двигателей, и указывало, что они были гравитационные. А термин «сфинктура» означал степень загадочности объекта и, как следствие, уровень непрогнозируемой опасности.

Кром кивнул и произнес:
— Идем «миганием». Десанту – готовность ноль.

Звездолеты Конфедерации увеличили скорость, сотрясая пространство гравитационными импульсами. До планеты им оставалось идти чуть дольше часа.

Черные шары вражеских кораблей выбросили десант, который немедленно открыл шквальный огонь, в первые же минуты подавив слабое сопротивление защитников замка. Затем нанесли удар по старт-полю. Взрыв «Кейры» расплылся огненной кляксой.
— Фиксирую сильные колебания в диапазоне электромагнитных волн. Похоже, на поверхности идет бой с применением высокоэнергетического оружия, — ровный голос компьютера зазвучал в наушниках. Сейчас экипажи кораблей были «запакованы» в кокон-кресла оперативного контроля, позволяющие получать информацию напрямую, без посредников. Кроме того, они обеспечивали дополнительную защиту при резких сменах курса. Сейчас рубки кораблей напоминали удивительные оранжереи, в которых «цвели» серебристо-белые «тюльпаны» кокон-кресел. Вся информация выводилась на их внутреннюю поверхность. До планеты оставалось еще полчаса.

Свистнул сигнал вызова, и заработал приват-канал. Вызывал Габриэль Грехов.
— Карл, слышишь меня?
— Слышу, — откликнулся Кром.
— Я фиксирую попытку прощупывания в диапазоне пси. Мощность низкая.
— Источник?
— Финишировавшие корабли. Похоже, они имеют группу ридеров на борту.
— Мы можем «закрыться»?
— Маскировочное поле даст достаточный уровень защиты.
— Понял. Отбой.
— Еще одно, Карл. Я чую ее. Ей плохо.
— Причину можешь выяснить? – Крому стоило больших усилий задать вопрос спокойным тоном.
— Постараюсь. Но сигнал нечеткий. Сообщу сразу. Отбой.

Принц вел Алису через подземный ход. Узкий коридор со стенами из оплавленных камней. Похоже, его пробивали плазменной струей. На стенах чадили факелы, на этот раз настоящие.

Бластер смотрел Алисе в спину. А сама она осторожно оглядывала коридор, вслушивалась, хотя кроме звука дыхания и шагов больше ничего не было слышно.
Ход появился слева внезапно. Алисе он показался жадно разинутой пастью. Но времени на раздумья не было. Алиса толкнула ладонью воздух, заставив заколебаться пламя факела, а сама рванулась влево, разворачиваясь так, чтобы уйти с трактрисы стрельбы. Тьма бокового ответвления приняла ее. Алиса бросилась вперед.

Острый белый луч рванулся по основному коридору, запахло озоном. У Алисы мелькнула мысль, что Принц специально промедлил, дав ей шанс ускользнуть. Но мысли были отвлеченными.

Алиса  сосредоточилась, из непроглядной тьмы выступили стены. Спасибо тренировкам по бионическому бою, высвободившим скрытые резервы Алисиного мозга. Правда, за их использование приходилось платить нечеловеческой усталостью. Но сейчас без «кошачьего зрения» было не обойтись. Где-то на периферии слуха возник звук быстрых шагов. Стих. Алиса стиснула зубы – она не любила темноту, и зашагала вперед.

Соединение Конфедерации маневрировало, перекрывая все возможные траектории взлета с квадрата, куда опустились черные корабли. На требование передать свои позывные, порт приписки и цель прибытия ответа не было получено ни сразу, ни спустя четверть часа. И тогда Кром отдал приказ о высадке десанта.

Шестнадцать капсул вырвались из недр десантовоза, и, ускоряясь, рванулись к планете. В зоне высадки уже была ночь, и капсулы на несколько секунд вспыхивали, превращаясь в короткохвостые метеоры. Вслед за ними ушли десять мощных планетарных катеров типа «Белый медведь», предназначенные для воздушного прикрытия и координации действий десанта. Крейсера заняли позиции на низкой орбите, держа под прицелом зону терминатора (терминатор – граница темной и освещенной частей планеты), более же тяжелые «Глубина», «Туманность» и «Севастополь» обеспечивали общее прикрытие.

Коридор все не кончался. Алиса остановилась передохнуть – разболелась голова. Глухая ватная тишина давила на психику, заставляла нервничать. Алиса прислонилась к стене. Кровь шумела в ушах – использование экстрарезерва требовало больших усилий. Внезапно она почувствовала запах озона, где-то рядом недавно стреляли из современного оружия. И еще Алиса почувствовала боль. Не свою, чужую. Такое бывает при использовании резервов организма, человек становится очень восприимчивым к внешним слабым сигналам.

Алиса пошла вперед, касаясь пальцами стены. Тусклый свет, падающий из-за поворота, в первые секунды показался ей ослепительным. Когда глаза привыкли, Алиса увидела человека, который полусидел, привалившись к стене. Его лицо скрывала тень. Лишь подойдя ближе, Алиса с ужасом узнала Принца. Бластер, мигая алой искоркой полной разрядки, валялся рядом.

Было больно. Не помогал даже аутотренинг. Но через оглушающую пелену боли пробивались короткие мысли:
— Жив…
— Значит, они мне не доверяли.
— Больно!
— Им нужен секрет.
— Не получат!
— Предатели!
— Больно!..

Принц почувствовал чужое прикосновение. С трудом открыл глаза.

Алиса присела рядом с Принцем, быстро осмотрела его. На боку – жуткая обожженная рана, комбинезон не сумел защитить тело. Все ясно было с первого взгляда, но Алиса прощупала пульс, надавила на активные точки, заставляя полуразрушенную биологическую машину активизировать оставшиеся ресурсы. Принц открыл глаза.

— Не надо, — голос его был хриплым. – Стреляли из скорчера. Я не выживу.
— Молчи. Береги силы, — Алиса старалась говорить спокойным уверенным голосом, но у нее плохо получалось. – Здесь есть корабль? Тебя надо быстрее доставить в лазарет…

Алиса перешла на «ты» машинально. Сейчас перед ней был не коварный и умный враг, не пират, а умирающий мальчик, ее ровесник. Смерть страшна всегда, а особенно в таком возрасте. Алису захлестнула волна сострадания.
— Где корабль?
— Не надо, — Принц облизал сухие губы. – Беги сама. Возьми.

Он вложил в ладонь Алисы плоский электронный ключ. Поморщился. Усталая улыбка появилась на его лице.
— Я понял, в чем твой секрет. Но они его не получат. Мертвые хорошо умеют хранить секреты.

Его глаза закрылись.

Алиса до крови прикусила губу, стараясь сдержать горячие слезы.
Что ей помогло найти путь в хитросплетениях подземных катакомб – пресловутая случайность, что-то еще, Алиса не знала. Просто в какой-то момент она поняла, что стоит в круглой пещере возле тридцатиметрового конуса тяжелого космического катера. Люк пискнул, откинулся. Алиса заняла место пилота, запустила диагностику систем, потом – автопилот. Вести сейчас корабль она не могла – девочку душили рыдания.

Катер протестировался, зажужжал разгонными моторами. Потолок пещеры разошелся крестом, и катер рванулся в ночное небо.

— Неизвестный катер, говорит патрульный корабль «Туманность». Приказываю заглушить двигатели, лечь в орбитальный дрейф! – голос, звучащий в динамике приемника не допускал возражений. – Неизвестный катер, приказываю остановиться! В случае неподчинения буду вынужден применить силу!

Алиса вытерла слезы. Не хотелось говорить ни с кем. Но неизвестный диспетчер с «Туманности» продолжал требовать отключить двигатели. Алиса нажала кнопку.
— «Туманность»… – ее голос сорвался, — «Туманность», прошу стыковку. Я хочу домой…

На борту линкора началось нечто, весьма напоминающее тихую панику.

Десантная операция завершилась полным успехом. Убитых не было, двое легко ранены. Однако не удалось взять живыми ни одного пленного. Как выяснилось позже –  вследствие введенной в мозг гипнопрограммы. Несчастные умирали от молниеносно развивающегося инсульта или инфаркта, не успевая выпустить бластер из рук. Также не удалось считать память корабельных компьютеров – она превратилась в бесполезный набор деталей. Но кое-что специалистам удалось выяснить. Компьютеры черных кораблей были построены на базе органического мозга. Причем, не созданного искусственно.

А на Эпсилон Тукана Алиса с друзьями все-таки полетела. И пережила там немало увлекательных приключений. Но это, как требуют говорить законы жанра – совсем другая история.

Эпилог

Метеорит скользнул мимо станции, вошел в атмосферу, раскаляясь и оставляя за собой короткий хвост. Диспетчер-«метеоритчик» глянул на показания приборов и махнул рукой, такой до поверхности не долетит – сгорит от трения. И падает не на сушу, а в океан. Ничего особенного.

Метеорит, вопреки уверенности диспетчера не сгорел. Он уменьшился в размерах, и сейчас падал отвесно в океан. Но на высоте двадцати километров, вне зоны видимости радаров метеоритного патруля (радары ведут наблюдение до границы в двадцать пять километров над уровнем моря) он резко изменил курс и помчался по параболе. Скрылся за горизонтом.

Метеослужба планировала сегодня небольшой шторм в десятом квадрате Тихого океана, о чем своевременно были предупреждены капитаны судов. И поэтому никто не заметил мелькнувшее в низких облаках темное тело, вонзившееся в воду почти без всплеска.

Метеорит быстро погружался. Гораздо быстрее, чем можно было бы предположить, исходя из его размеров и примерной плотности. Повышение давления его, похоже, не беспокоило.

Дна он коснулся на глубине одиннадцати километров, в точке, называемой людьми Марианская впадина. Замер, уткнувшись в камень. Но не на долго. Цепочка пузырьков рванулась вверх – метеорит, а вернее уже серо-коричневый шар распался на две половинки. Одна тут же ощетинилась сотнями коротких иголок, выстрелила тонкие, почти невидимые щупы, которые тут же зарылись в ил.

Вторая половинка выпустила из себя мелких существ, похожих на крабов. Те шустро разбежались по близлежащим камням, деловито что-то выискивая.

На поверхности бушевал шторм. Конечно, метеорологи могли бы его укротить в течение получаса, но слишком «давить» на природу было чревато. Поэтому они периодически устраивали «сбросы энергии» в безлюдных местах.

Шторм утих к рассвету. Косые лучи солнца пробили поверхность воды. Но на одиннадцать километров они не смогли добраться.

Юркие «крабы» споро работали, собирая нечто, напоминающее по форме голову кита или носовую часть субмарины. Белого цвета…

Обсуждение закрыто.

flash time widget created by East York bookkeeper