Рассказ на тему о реальности наших персонажей

[Граф]

Я проснулся среди ночи, привычно посмотрел на часы. Ого! Циферблат меня не радовал. Что за жизнь пошла? Ни днем покоя нет, ни ночью. Днем понятное дело: рутинные мелочи, работа. А стоит только задремать, как появляется он. Этот человек в моих снах. Это выглядит всегда одинаково. Я – за своим столом, он – стоит напротив меня. Темноволосый. С мягкими чертами лица. Но голос его тверд и настойчив. И говорит каждый раз одно и то же:
- Сколько это может продолжаться? Не мучай меня, выпусти, выпусти! Твое сознание слишком мрачно, здесь невозможно находится! Освободи меня, как свою мысль. Выпусти на волю. Здесь мне нет покоя, ты слишком мрачный человек!
Первое время я молча смотрел на него и старался никак не реагировать. Принимал происходящее как пустые сонные выдумки уставшего мозга. Проходили недели, а мой человек все не покидал меня. Сперва это раздражало меня, потом во мне проснулась даже какая-то жалость к нему. И однажды я спросил:
- Чего ты хочешь от меня конкретно? Учти, мои возможности ограничены.
- Напиши, напиши про меня! Я должен жить! Я хочу жить!


«Напиши про меня!». Легко сказать. Говорить – дело нехитрое. Но все же вечером следующего дня я сел за свой рабочий стол и открыл тетрадь. Мысль не шла. А вот время шло. И маятник на часах, что находились в углу кабинета, тоже не стоял. Напишу, если он так того хочет. Открытое окно дышало вечерней прохладой. Кабинет наполнялся вечерними звуками с улицы. Я придвинул к себе письменный прибор.


Вадим не знал занятия скучнее, чем перебирать фактуры и подписывать накладные. А делать это ему приходилось периодически. От цифр начинали болеть глаза, и он посмотрел в окно, за которым цвело и пахло лето. Лето, со своим горячим воздухом, темными очками, открытыми кабриолетами. Эх, послать бы к чертям собачьим и работу, и душный кабинет и рвануть куда-нибудь… куда-нибудь… ну, например в… Тут Вадим понимает, что покидать свой город ему не хочется. По неизвестным причинам. А вот пойти в отпуск следует. Два года в отпуске не был. Два года проклятых накладных! Фактуры – в сторону, чистый лист – к себе. Написал. Отнес. Целый месяц никаких инвентарных номеров. С понедельника свободен! Замечательно. Сегодня пятница. Того лучше. Без пятнадцати шесть. Нет слов!
По пути домой Вадим достает телефон. Уныло смотрит на дисплей с полминуты и убирает назад. Звонить никому не хотелось. Не хотелось и идти домой. Это уже из-за лени, ведь дома ждал недописанный роман. Когда-то Вадим поклялся себе писать по странице в день. И правда, писал. Но последнее время писать становилось все труднее. Ему приходилось заставлять себя. А сюжет романа тем временем все больше заходил в тупик. Сегодня же, прямо сейчас, по пути домой, Вадим решил бросить писать. Бросить писать не только не только этот роман, но навсегда избавиться от любого авторства, как от дурной привычки. Потому придя домой он достал из ящика рабочего стола стопку листов с ненавистным романом и вышедши на просторный балкон бросил их в металлическую корзину. Прощайте, зимние вечера, проведенные впустую! Не будет больше до ночи мягко светить лампа на столе. Не будут летними ночами биться мотыльки об окно, надеясь – как и я! – на что-то неизвестное. Прощай прежняя жизнь!
Вадим чиркнул зажигалкой.
Яркий свет вспыхнул и тут же погас за его спиной. Вадим еще ничего не успел понять, как чей-то голос сказал за спиной:
- Ну же, Вадим Леонович, разве вы забыли, что рукописи не горят?
Вадим медленно повернул голову. На том месте, откуда был голос, стоял странной внешности мужчина лет пятидесяти. Одет он был во что-то, отдаленно напоминающее комбинезон. Ростом около двух метров, небольшая бородка клинышком, улыбающиеся глаза.
- Не вздумайте жечь роман, Вадим Леонович! Вы закончите его в ближайшие четыре месяца, он будет флагманом мировой фантастики. Это гениальнейший роман! А вы… Я не могу позволить вам уничтожить литературный шедевр всех времен.
- Что вы делаете в моей квартире?- наконец смог выдавить из себя Вадим. Вот, понимаете, появился невесть откуда, говорит невесть что. Откуда он знает про роман? Какой еще шедевр? И Вадим решил добавить:
- Откуда вы знаете меня? Откуда вы знаете про роман?
На что пришелец отвечал:
- Я один из миллионов фанатов вашего романа, который вы хотите сжечь, и многих других романов и повестей, которые вы еще не написали. Вы станете великим! И очень скоро. Не жгите роман!
- Которых еще не написал? Да кто вы?
- Говорю же, я ваш фанат. И – я из будущего, где вас уже нет, но где есть ваши книги и люди, которые вас помнят и любят как писателя.
Похоже, что человек мягко говоря не в себе. Ха! Из будущего…
- Что вы такое говорите, из какого будущего?
На что визитер сказал снова:
- Не жгите роман!
После чего преспокойно зашел в мой шкаф-купе и закрыл за собой дверцу. Вадим услышал едва уловимый щелчок. Комната как прежде на мгновение осветилась от вспышки света.
Вадим некоторое время не мог понять, что случилось. Прейдя в себя, он сел в кресло и налил себе коньяк. «Фанат из будущего. Это как? «Не жгите роман!»А ведь и правда, не стал сжигать. Рукописи не горят. Почему писал от руки? Этот человек…ушел в мой шкаф!» - такие мысли пронеслись в голове Вадима, прежде чем он уснул в своем кресле, уронив бокал с недопитым коньяком на пол. Снилась ему в эту ночь всякая чертовщина. Будто бежал он за Юлькой из отдела продаж по тротуару, вымощенному фактурами и накладными, и все не мог догнать. А когда Юлька была почти настигнута, она зашла в его собственный шкаф-купе. Вадим закрыл лицо руками и все померкло.

***

Вадим достал из корзины рукопись с недописанным романом. Перечитал несколько моментов. Положил слева от себя на рабочем столе, серьезно намереваясь писать. Но из головы все не шел вчерашний человек. «Он ушел в шкаф». Точно. Вадим сдвинул в сторону дверцу шкафа-купе. Шкаф, разумеется, был пуст, как и всегда. Имеется в виду с того момента, как его оставили прежние хозяева квартиры. Вадим даже похлопал по стенкам изнутри – ничего необычного. «А роман все-таки сожгу», - решает он. Его взгляд падает на небольшую штуковину, не больше зажигалки. Поднял. Явно не моя. Прямоугольная форма, черный цвет. Похоже, что корпус из пластика. Быть может, все-таки зажигалка? Или фонарик? Ага, вот и кнопка.
Как только Вадим нажал на нее, вокруг него вспыхнул на мгновение и погас тут же ослепительно яркий свет. Вадим почувствовал, что падает куда-то вниз, в непроглядную темноту. Он пытался ухватиться за пустоту, чтобы прекратить падение. В глазах его пошли цветные круги, совершенно пропало ощущение ориентации в пространстве. Было непонятно теперь, движется он куда-нибудь или нет. Из неоткуда появился еле слышный шум. Он становился все громче и громче, сила его нарастала до тех пор, пока сознание не оставило Вадима. В своем забытие ему грезилось что-то непонятное, сначала не вызывающее доверия и тревожное, но вскоре ставшее почти родным, будившим какие-то воспоминания, такие приятные, что Вадим подсознательно не хотел возвращаться в реальность. Снова появился нарастающий шум, и было непонятно уже, слышит он его в действительности, или это часть его сна. Шум постепенно превратился в невыносимый по акустической силе грохот, наравне с которым появилось ощущение, будто неведомая сила раздирает его тело на тысячи кусочков…


***

Интересная вышла со мной штука. Я предполагал, что буду управлять Вадимом как мне вздумается. Не прошел у меня этот фокус. Вадим жил сам по себе и думал о чем-то своем. Абсолютно без моего участия! Я лишь фиксировал его действия. У меня была только возможность знать о происходящих с ним событиях, которые я и имел честь записать. Вадим был абсолютно неуправляем! Но самое страшное то, что в тот день, когда он исчез в своей квартире, он пропал и из моей видимости! Я пытался продолжить эту историю, пытался строить предположения, куда он мог деться. И даже написал несколько страниц об этом. Написал бы и еще, не приди ко мне мысль, что все эти мои додумки – чистой породы ложь! Ведь на самом деле я не знаю, что с ним стало. Мои знакомые тоже были озадачены его пропажей, некоторые из них даже помогали мне строить предположения о месте его нахождения в данный момент. Какое-то чувство говорило мне, что ни одна версия не имеет место на самом деле. И я чувствовал, что персонаж мой совсем рядом. Иногда я ощущал его взгляд на моей спине, но обернувшись видел лишь серые лица вечерних прохожих. Мне его не хватало. Он стал частью меня. И все бы ничего, я смирился бы с волею судьбы. И жизнь моя пошла бы по-прежнему. Только прочитал я вчера в литературной газете о скором выходе огромным тиражом романа Вадима «Рукописи не горят».